Текст книги "Встречайте Круэллу!"
![](/books_files/covers/thumbs_240/vstrechayte-kruellu-220129.jpg)
Автор книги: Морин Джонсон
Жанр: Книги для детей: прочее, Детские книги
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 14 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]
– Послушай, детка, – произнёс он с сильным лондонским акцентом. – Копы появляются здесь каждый день, ровно в восемь утра. Если не хочешь попасться, тебе лучше пойти с нами.
Невысокий мальчишка, который, к слову, всё ещё держался за живот, бросил на друга возмущённый взгляд.
– С нами? Ни за что! Ступай домой к родителям, мелочь.
– Думаю, у неё нет родителей, – отозвался долговязый.
«У неё нет родителей». Эти слова зазвенели в голове Эстеллы, заставив её сердце болезненно сжаться. Он был прав. Девочка росла без отца, а этой ночью и её мама скрылась в пропасти, упав с утёса.
Похоже, она осталась совершенно одна в этом мире. Хорошо, что Бадди всё ещё был рядом. Почувствовав боль хозяйки, он прижался пушистой мордой к её коленям.
– Откуда ты знаешь? – недоверчиво спросил второй мальчик.
– Я ни с чем не спутаю этот взгляд…
Голос проницательного паренька звучал с такой добротой и сочувствием, что Эстелла едва сдержала слёзы. Она понимала, что если начнёт сейчас плакать, то уже не сможет остановиться.
А затем появилась полиция.
– Без пяти восемь, – возмутился Джаспер. – Так не честно! – Он повернулся к Эстелле. – Тебе нужно бежать. Нам всем нужно. Погнали!
Это был первый, но, увы, далеко не последний раз, когда Эстелла убегала от полицейских. С того самого дня Джаспер и Хорас стали её верными друзьями. Нет, пожалуй, друзья – слишком слабое слово. Они стали для девочки настоящей семьёй. Все эти годы они втроём были неразлучны. Эстелла не скучала ни по кому из своей прошлой жизни, разумеется, кроме мамы. Она была счастлива в своей новой семье, и ей больше никто не был нужен.
* * *
– А вообще, если нам не хватит денег на машину, можно купить мотоцикл… – рассуждал Хорас.
Но Эстелла не слушала. Вопреки своей воле, она снова разглядывала влюблённую пару. Прижавшись лбами, они тихо разговаривали, и со стороны это выглядело куда интимнее, чем самый страстный поцелуй. Интересно, зачем приближать лица так близко друг к другу, чтобы просто поговорить? Может, они обсуждают какую-то тайну?..
Смятый клочок бумаги рассёк душный воздух и ударил Эстеллу по затылку.
– Эй, ты с нами? – окликнул её Джаспер. – Может, пойдём домой?
Девушка отправила в рот последний кусочек бутерброда и поднялась с земли. Отряхивая юбку, она вновь украдкой посмотрела на влюблённых. Они были так увлечены друг другом, что не замечали ничего вокруг. Казалось, если из озера вдруг вынырнет древнее чудовище, эти двое и глазом не поведут.
– Ну что, пошли? – Голос друга вернул Эстеллу к реальности.
Тряхнув длинными рыжими волосами, она сбросила с себя тоску. Девушка твёрдо решила, что больше не позволит себе размышлять о других людях с их уютными спокойными жизнями, так не похожими на её собственную.
Свингующий Лондон закипал под горячими лучами летнего солнца, и Эстелла собиралась испить его до дна, как кружку горячего чая.
3
Золото или медь
Лондон похож на калейдоскоп из различных миров.
Яркая кричащая реклама на площади Пикадилли обрамлена полумесяцами домов, таких белых и чистеньких, что они напоминают накрахмаленные воротники. Старинные дворцы утопают в густой зелени парков. В синеватой воде прудов плавают упитанные лебеди и утки. А на залитых солнцем газонах отдыхают люди.
Кенсингтон славится своими домами из золотисто-красного кирпича. А район Сохо закружит вас в бесконечном лабиринте улочек. Здесь можно отыскать самые прекрасные и самые ужасные проявления человеческого воображения, начиная с незатейливого музея и заканчивая вереницей дорогих магазинов.
Но есть у Лондона и обратная, тёмная, сторона. Здесь порой встречаются по-настоящему угрюмые и пугающие кварталы, которые во время войны пережили град из бомб. Увы, за двадцать лет, прошедших с окончания Второй мировой, никто так и не удосужился их отремонтировать. Видимо, куда проще было просто про них забыть. Как раз в таком месте и жила Эстелла вместе со своими друзьями. Они любовно называли свой дом Берлогой. Хотя, по правде говоря, после давно забытой бомбардировки от дома осталась лишь половина. Один из фасадов заменяли разноцветные стены разрушенных комнат, похожие на огромное лоскутное одеяло из ветхих обоев и облупившейся краски. Между ними кое-где сохранились белёсые зигзаги лестниц, ведущие на призрачные этажи. Неудивительно, что жильцы этого полуразрушенного здания решили оттуда съехать, и в итоге их место заняли бездомные, бродяги и бездельники.
Скрывшись от палящего солнца, бездельники в лице Эстеллы, Джаспера и Хораса изучали дневную добычу, разложенную на шатком столе. Каждый из них взял немного денег на собственные расходы, а остальные наличные отправились в банку, служившую им копилкой. Часы и другие личные вещи несчастных туристов были тщательно осмотрены и сложены в мешок. Ребята планировали продать их нескольким знакомым джентльменам, чей род занятий зовётся в народе не иначе как «барыга».
Когда с делами было покончено, Джаспер подошёл к проигрывателю.
– Что поставить? – спросил он. – «Роллинг Стоунз»? «Битлз»?
Выбор музыки в Берлоге не отличался разнообразием, так что в основном друзья слушали радио. И всё же в их скромной коллекции были три неплохие пластинки.
– Давай Битлов, – ответила Эстелла тоном, не терпящим возражений. Она встала из-за стола и направилась в свой швейный уголок. – Мы просто обязаны раздобыть их новый альбом. Как он называется?.. Что-то там доктора Пеппера.
– Сержанта Пеппера.
– Точно! Давайте купим? У нас ведь есть немного денег в заначке.
Мигун, одноглазый чихуа-хуа Джаспера и Хораса, сладко спал в корзине с тканью рядом со швейной машинкой Эстеллы.
– Ну-ка брысь, – приказала она псу. Тот без возражений вылез из уютного гнёздышка и побрёл на свою лежанку, которой служила похожая груда тканей, разве что более старая и менее презентабельная.
Та часть Берлоги, где жила Эстелла, была обставлена лучше всего. У стены стояла кровать с комковатым матрасом, рядом небольшой ночной столик, а в уголке девушка обустроила себе рабочую зону со столом, швейной машинкой, корзиной с тканью и несколькими манекенами. К слову, магазины избавляются от них куда чаще, чем можно было бы подумать. Стоит непутёвому продавцу сломать шейный шарнир в попытках заставить манекен смотреть в сторону, как тот тут же списывают в утиль. Любая поломка – и фигура, которая до этого носила шубы и шелка, уже летит в мусорный бак. Эстелле оставалось лишь достать её оттуда. Проще простого. А вот доставить манекен домой – задача потрудней. Для этого ей приходилось действовать под покровом ночи. Видите ли, можно привлечь много нежелательного внимания, если средь бела дня тащить в заброшенное здание нечто, сильно напоминающее безжизненное тело. Эти манекены представляли для девушки особую ценность, хоть их и пришлось подправить с помощью проволоки. И пусть её швейный уголок мало походил на рабочую студию Мэри Куант[2]2
Мэри Куант – британский дизайнер, модельер одежды. Считается создательницей мини-юбок.
[Закрыть], но надо же было Эстелле с чего-то начинать.
Она мельком взглянула на себя в зеркало и задумчиво произнесла:
– Надо бы заняться волосами…
Девушка проследовала в ванную и достала из-под раковины коробку с краской для волос. Ей приходилось краситься раз в пару недель, чтобы отросшие у корней волосы не выдавали её природный чёрно-белый цвет. Дело в том, что каждый, увидевший хоть раз её настоящие волосы, никогда бы их не забыл. А для карманника нет ничего опаснее, чем быть незабываемым.
Рыжеволосая Эстелла появилась в результате сиюминутного решения. Когда она впервые попала в Берлогу, Хорас раздобыл ей два тюбика краски для волос с поэтичными названиями «Дерзкая Медь» и «Пепельное Золото». Пожав плечами, девушка выбрала медь. Правда, потребовалось немало усилий, чтобы добиться одинаковой интенсивности цвета. После первой попытки белая половина её головы стала оранжевой, как морковка, в то время как чёрная половина сделалась грязновато-бордовой. Но Эстелла отнеслась к этой проблеме с присущим ей упорством, и вскоре волосы обрели единый рыжевато-красный оттенок, который на удивление пришёлся ей к лицу.
Втирая в волосы едко пахнущую краску, Эстелла рассматривала своё отражение в потемневшем зеркале над раковиной.
– Куда отправимся завтра? – спросил Джаспер, забираясь в гамак, натянутый поперёк опорных балок. – Может, в Британский музей? По выходным там полно людей.
– Ну нет, там ужасно скучно, – возразил Хорас, погружённый в чтение комикса про Бино. – Не хочу смотреть на камни и всякое старьё.
– А ты что думаешь, Стелл? – обратился Джаспер к подруге.
– Музей никуда не денется, – ответила она, заправляя липкие от краски волосы под резиновую шапочку. – Пока погода не испортилась, предлагаю пройтись по городу. Можно заглянуть в Риджентс-парк… Или нет, лучше в Сент-Джеймсский. А оттуда пойдём к королевскому дворцу, там наверняка соберётся целая толпа, чтобы поглазеть на конную гвардию.
– Обожаю толпу у дворца! Там всегда столько простофиль, – ухмыльнулся Джаспер. – Что скажешь, Хорас?
– Я за, – радостно отозвался тот. – Во всяком случае, вдоволь наедимся мороженого.
Какое-то время спустя Эстелла смыла краску с волос, причесалась и направилась в свой швейный уголок, чтобы немного поработать. Ей предстояло доделать скрытый карман в подкладке одного из своих костюмов «идеального подростка». Покончив с этим, она посвятила себя новому платью, которое шила уже не первую неделю. В отличие от маскировочных нарядов, необходимых для того, чтобы слиться с толпой, эта её работа обещала стать настоящим шедевром.
Однажды, возвращаясь домой, она взглянула на «лоскутное одеяло» полуразрушенных квартир и вдруг поймала себя на мысли, что издалека оно напоминает ей цветущий сад. Тогда-то у девушки и родилась идея создать платье из крошечных лоскутов ткани, которыми она в течение долгих лет наполняла специальную коробочку. Привычка собирать обрезки появилась у Эстеллы ещё в детстве. Тогда она тайком таскала их с пола в швейной мастерской, чтобы шить наряды для своих кукол.
Застелив пол бумагой, девушка принялась раскладывать на нём разноцветные кусочки материи. По её задумке, получившийся узор должен был издалека напоминать букет цветов. При этом она хотела, чтобы каждый отдельный элемент её платья даже вблизи смотрелся стильно и органично.
Эстелла посвящала этой сложной кропотливой работе всё своё свободное время. И пусть на это ушёл почти месяц, наряд уже обретал черты. Оставалось доделать лишь один небольшой кусочек, который никак не получался, тем самым повергая девушку в отчаяние.
К счастью для платья, Эстелла не боялась сложностей и никогда не сдавалась.
* * *
Когда девушка поднялась из-за стола и потянулась, над городом уже стояла ночь. Джаспер с Хорасом вовсю храпели, лёжа в своих постелях. Эстелла внимательно осмотрела проделанную работу. Узор выглядел значительно лучше, но всё ещё не соответствовал её высоким стандартам. Её не устраивало всё, что хоть чуть-чуть недотягивало до оценки «идеально».
– Надо подкрепиться, – сказала она Бадди, потирая уставшие глаза.
Пёс радостно завилял хвостом. Всё это время он лежал на посту возле хозяйки и ждал, когда та наконец освободится.
Эстелла, шаркая ногами, вошла в маленькую кухню Берлоги и наполнила миску питомца собачим кормом. Затем она подошла к газовой плитке и заглянула в кастрюлю, что стояла на единственной конфорке. На дне лежали слипшиеся холодные спагетти. Не разогревая макароны, она щедро посыпала их перцем и съела, гадая, у кого ужин менее противный: у неё или у Бадди.
Затем девушка наполнила старую ванну тёплой ржавой водой. Солнце давно скрылось за горизонтом, но в заброшенном здании всё ещё стояла духота. И даже сидя по пояс в воде, Эстелла чувствовала, как по её спине продолжает течь пот. Она как следует вымылась, облачилась в свободную ночную рубашку, улеглась в свою постель и выключила свет.
Сквозь большое круглое окно виднелось звёздное небо. Над спящим Лондоном висела луна. Странно, но девушка совсем не чувствовала себя уставшей. И, как бы она ни старалась уснуть, её мысли то и дело возвращались к влюблённой паре школьников из парка. Хотела бы она знать, каково это – любить кого-то, быть половинкой одного целого. Как можно полностью открыться перед другим человеком, деля с ним все свои мечты, желания и страхи?
Наверное, для этого нужно быть нормальным. Нужно ходить в школу, а вечером возвращаться домой к семье. Такие люди не живут в разрушенных зданиях вместе с мальчишками, которых случайно повстречали на улице. Они не лазят в чужие карманы, чтобы раздобыть денег себе на еду. Они просто делают нормальные вещи и живут своими нормальными жизнями, веря, что у них и дальше всё будет нормально.
Эстелла тяжело вздохнула и снова зажгла лампу.
Она не хотела тратить время на бессмысленные размышления. Девушка потянулась за одной из библиотечных книг, которые всегда лежали на её прикроватном столике. Ей очень нравилось ходить в библиотеку, хоть сама концепция этого места и вызывала у неё ступор. Какой смысл бесплатно отдавать людям книги, когда можно брать за это деньги? И всё же полноценно воспользоваться услугами этого места Эстелла не могла. Чтобы завести библиотечную карточку, требовалось сообщить своё настоящее имя и адрес регистрации. Так что она просто незаметно забирала книги с полок, а потом так же незаметно возвращала их обратно. Правда, второе происходило значительно реже, чем первое.
Девушка бегло пролистала книжку о дизайне тканей восемнадцатого века, а затем открыла иллюстрированный альбом с рисунками цветов.
«Значит, вот для чего ты родилась на этот свет?..»
Эстелла поморщилась. Она была не в настроении для поучений Круэллы[3]3
Cruella – от англ. «cruel» – жестокий.
[Закрыть].
Девушка и сама не помнила, когда впервые услышала этот голос, доносящийся из глубин её сознания. Наверное, эта её часть всегда жила где-то внутри, проявляя себя, когда девочка раскидывала игрушки или со злостью топала в школу. Именно Круэлла помогала ей противостоять хулиганам. А такое причудливое говорящее имя придумала для неё мама.
– Милая, что ты скажешь Круэлле, если она попытается взять над тобой верх? – спрашивала Кэтрин у дочери.
– Спасибо, что зашла, – отвечала девочка, – но я справлюсь без тебя. А теперь ты можешь идти.
– Отлично. Попрощайся с ней.
– Прощай, Круэлла! – говорила маленькая Эстелла.
Но Круэлла и не думала уходить. Она ненадолго отступала в тень и всё же незаметно следовала за девочкой по пятам.
Возможно, Эстелла бы не справилась без неё в незнакомом огромном городе. Конечно, Джаспер и Хорас помогли подруге освоиться в Лондоне, но именно Круэлла не позволяла ей сдаваться даже в самые сложные времена.
Круэлла с наслаждением забирала чужие кошельки. Круэлла плевать хотела на законы. Круэллу никогда не мучила совесть. Круэлла просто делала то, что хотела, не думая о других. В отличие от Эстеллы, она никогда не стала бы плакать по ночам в подушку. В любой ситуации она оставалась спокойной и хладнокровной. И именно поэтому она выжила.
А ещё Круэлла бывала властной и навязчивой. В такие минуты она донимала девушку своими нотациями.
Эстелла тряхнула головой, словно это могло отогнать прозвучавший вопрос. Но тот прилип к ней словно жвачка. Она стала думать о своей жизни и о том, что успела сделать за прошедшие шестнадцать лет. Пусть ей пришлось слишком рано покинуть школу, это никак не сказалось на её интеллекте. Она много читала и старалась самостоятельно выучить всё, что требовалось знать для её возраста. Возможно, некоторые предметы и давались ей с трудом, но она знала всё, что могло пригодиться ей в жизни. А ещё Эстелла точно знала, что не пропадёт. Гениальным людям не требуются дипломы, чтобы доказать свой талант. А в своей гениальности она не сомневалась.
Девушка перелистнула страницу альбома и принялась сосредоточенно разглядывать цветы.
– Для этого ты родилась на этот свет?.. – повторил голос. – Для того, чтобы скрываться? Для того, чтобы есть холодные макароны? Для того, чтобы мыться в ржавой воде?
– Это лишь этап, – шёпотом ответила Эстелла. – Я стану модельером. Я прославлюсь.
На мгновение это заставило Круэллу замолчать. Но стоило девушке вернуться к изучению книги, как голос зазвучал вновь:
– И это всё?
– А разве этого мало? – удивилась Эстелла.
В её сознании снова всплыл образ влюблённых из парка. А затем она вспомнила всех остальных школьников, которые смеялись, шутили и слушали музыку. Они были частью чего-то большого и прекрасного. Они были друзьями.
Но девушка вовремя одёрнула себя от неуместных сожалений. Она тоже была частью чего-то большого. У неё тоже были друзья. Она с теплотой оглядела Берлогу, где сладко спали Джаспер, Хорас, Мигун и Бадди.
– И это всё? – голос Круэллы с каждым разом звучал всё громче и настойчивей. – Всё, что тебе нужно?
– Да не знаю я, – раздражённо вскрикнула Эстелла, лишь чудом не разбудив своих соседей. – Я подумаю об этом позже.
– А что, если «позже» – это сейчас?..
– Как это мудро. Не знала, что ты у нас философ, – саркастично ответила девушка, но сразу осеклась. Уж ей ли иронизировать над кем-то? Она ведь сидит среди ночи одна и разговаривает сама с собой, просто потому что больше не с кем поговорить по душам. Круэлла погрузилась в самодовольное молчание. Видимо, ей удалось донести свою мысль. А Эстелла сердито отложила книги и подошла к окну.
Поразительно, что этот огромный круглый кусок стекла сумел пережить войну и последующие годы запустения. Но если задуматься, в этом и заключается вся суть Лондона. Он соткан из того, что уцелело, несмотря на войны, пожары и дворцовые перевороты, из того, что стоит вопреки прошедшим столетиям и дождливому климату, из того, что смогло возродиться. Миллионы крошечных кусочков истории выжили, чтобы ими восхищался весь мир. А раз получилось у них, получится и у Эстеллы.
4
Самая неприметная девушка в Лондоне
В роскошном лондонском универмаге «Либерти» продавалось так много удивительных вещей, что никто и не смотрел в сторону девочки-подростка, которая медленно брела по магазину. Её серая клетчатая юбка прикрывала колени, а застёгнутый на все пуговицы кардиган напоминал по цвету воду из лужи. Удобные ботинки на толстой подошве сопровождали каждый шаг протяжным скрипом. В руках она сжимала толстую книжку под названием «Энциклопедия британских птиц».
Эстелла тщательно подбирала ткани для всех своих маскировочных нарядов. Бесформенно скроенные вещи невыразительных оттенков помогали ей прятаться у всех на виду. В этом заключалась одна из граней её таланта. Девушка умела создавать одежду, способную заставить своего владельца танцевать и кружиться в вихре всеобщего восхищения, но вместе с тем она могла сшить костюм, превращающий человека в невидимку.
Она блуждала по универмагу словно призрак, незримый для живых. И ей это нравилось. Тем более что из всех достопримечательностей Лондона это место пользовалось её особой любовью. Здание, выстроенное в стиле Возрождения Тюдоров, вполне сгодилось бы для резиденции британской королевской семьи, но вместо титулованных особ здесь обитали драгоценности, одежда и товары для дома.
Но, что важнее всего, универмаг «Либерти» продавал лучшие в мире ткани собственного производства. Эстелла знала наизусть все их коллекции и помнила каждый узор. Раз за разом она приходила сюда, чтобы насладиться модными принтами и нежными пастельными оттенками, искусными гравюрами в стиле модерн и невероятным качеством материи. Здесь продавался бархат, густой, как весенняя трава, и настолько гладкий шёлк, что в него, казалось, можно смотреться как в зеркало. У них даже ткани из хлопка получались такими нежными, словно их ткали из воздуха.
В этот день, устав от рутины, Эстелла попросила у друзей отгул. Она решила побаловать себя и теперь бродила среди драгоценных тканей, с интересом вглядываясь в каждый рулон. Она искала что-то новое, что-то, что вдохновит её и придаст сил.
И вот это случилось. Девушку словно ударило током, когда она увидела жёлтый хлопок из тончайшего волокна, усеянный бутончиками розовых и оранжевых цветов. По её губам скользнула улыбка. Она нашла то, ради чего пришла.
Теперь оставалось самое сложное – заполучить эту прекрасную ткань.
Эстелла подняла голову и с деловым видом стала рассматривать образцы скатертей для обеденного стола. При этом она легонько потирала левое предплечье. Со стороны создавалось впечатление, словно девушка пытается почесать руку, не нарушая правил приличия. На самом же деле она вытаскивала резак, закреплённый в рукаве при помощи длинной резинки. Несколько ловких движений, и тот оказался у неё в ладони. Затем Эстелла, не опуская глаз, высвободила из рулона небольшую полоску ткани и выдвинула лезвие ножа. Другой на её месте разорвал бы полотно или разрезал бы его кое-как. Но девушка слишком уважала «Либерти» и его текстиль. И потому даже вслепую ей удалось сделать идеально ровный надрез. Затем она присела, сделав вид, что завязывает шнурки.
Один быстрый взмах резака, и длинная лента ткани упала на пол.
Эстелла распахнула свою большую книгу про птиц, которая оказалась полой внутри, и ловко сложила туда отрез. Потом она убрала лезвие, отпустила нож, и он, повинуясь натяжению резинки, исчез в рукаве.
Весь процесс занял не больше десяти секунд.
Девушка поднялась и отправилась на поиски новой тканевой жертвы, как вдруг её внимание привлёк звонкий женский голосок:
– Вот она! Ричард, сюда! Иди скорее, ты просто обязан на неё взглянуть!
Эстелла обернулась и увидела двух людей возле вешалки с образцами тканей. Юная леди чуть ли не прыгала от восторга. Она была одета в платье-мини изумительного оранжевого оттенка, такого яркого, что у Эстеллы чуть не заслезились глаза. Коричневая шляпа от солнца с широкими мягкими полями идеально подходила к светлым волосам модницы, отстриженным под укороченный «боб». Дополняло этот образ перьевое боа цвета натурального сливочного масла.
Что удивительно, эта эксцентричная особа была не самым ярким человеком в «Либерти». Рядом с ней стоял юноша, чьи волосы по цвету и длине полностью соответствовали волосам его спутницы. Его фиолетовый костюм идеально сидел по фигуре, а полосатый галстук отображал всю палитру самых модных в этом сезоне цветов.
Эти двое походили друг на друга не только причёсками. Они так же могли похвастаться одинаковыми пухлыми губами, большими выразительными глазами и острыми скулами.
– Ты думаешь, это подойдёт? – спросил молодой человек, которого, судя по всему, звали Ричардом.
– Для первого этажа. Но наверху хочется чего-то более броского. Знаешь, как будто радуга разлилась по всей комнате…
Эстелла не сводила глаз с прозрачной люцитовой сумочки, которую девушка то и дело оставляла без присмотра на полу. Видимо, она свято верила, что в таком известном универмаге опасность ей не грозит. А может, эта блондинка и вовсе не думала о том, что её могут обокрасть. В конце концов, если это случится, она просто купит себе такую же сумочку, но на этот раз положит в неё ещё больше денег. Когда ты богат, незачем беспокоиться о таких мелочах, как кража вещей.
А между тем прозрачная сумка с красным пластиковым кольцом вместо ручки всё сильнее манила Эстеллу к себе. И она уже собиралась поддаться соблазну, как вдруг поняла, что разговор этих стильных людей манит её куда сильнее, чем их аксессуары. Они ходили по магазину с той же лёгкостью и простотой, с которой обычные люди ходят по рынку. Казалось, они выбирают картошку, а не самую дорогую ткань во всём Лондоне.
Но что действительно привлекло внимание Эстеллы, так это их чувство стиля и вкус. Разумеется, до её таланта им было далеко, но всё же им удавалось подобрать весьма неплохие сочетания, и девушке хотелось посмотреть, на что ещё способны эти двое. В противном случае она бы давно забрала сумочку и ушла. Но им почти удалось найти крепдешин правильного розового оттенка. Да и выбранный ими бархат с цветочным узором прекрасно сочетался с матовым шёлком, который они присмотрели раньше.
Такого с ней ещё не случалось. Эстелла буквально разрывалась между сумочкой девушки и её притягательным выбором ткани. Та в очередной раз подняла с пола свой прозрачный сэтчел, и Эстелла увидела, как из-за чехла для очков выкатился пухленький, набитый деньгами бумажник. Это окончательно разрешило дилемму. Казалось, сумка уже обречена, как вдруг Ричард потянулся к оранжевой ткани с узором из павлиньих перьев, и внутри Эстеллы что-то щёлкнуло.
– Нет-нет-нет! – возмущённо воскликнула она. – Только не этот жаккард!
Парочка удивлённо обернулась, да так резко, что одна из массивных серёжек девушки со звоном ударила её по лицу.
– Это вы нам? – спросила она до невозможности шикарным тоном, который в равной мере выражал и безразличие, и досаду.
– Павлин совершенно не подходит к тому, что вы уже подобрали, – продолжила Эстелла. Она осторожно приблизилась к богачам, словно они были парочкой экзотических животных, и вырвала из рук Ричарда образец ткани. – Вам нужно что-то вроде этого… – Она поманила их за собой к яркому рулону с абстрактным рисунком в стиле модерн. – Эта ткань достаточно плотная, она подойдёт для обивки дивана и пуфов. А для штор лучше взять что-то однотонное, к примеру этот розовый шёлк или… – Девушка подвела своих спутников к другому стенду. – Или этот винтажный пионовый бархат.
Светловолосые богачи молча следовали по магазину за незнакомкой, вслушиваясь в каждое её слово. А она рассказывала им о тяжёлой роскоши гладкого шёлка, о кошачьей мягкости бархата и о благородной структурности льна. Она мысленно обставляла комнату, которую никогда не видела, и в красках описывала, как свет будет скользить по мягкой мебели и драпировке штор, раскрывая глубину цветов и текстур.
– Думаю, к этому жаккарду нужны кисточки, – изрекла Эстелла, рассматривая образец обивки для мягкой мебели, на котором причудливо переплетался узор из виноградных лоз. – Лучше всего тёмно-зелёные. Они будут смотреться органично и подчеркнут природный мотив ткани, к тому же…
– Кто вы? – перебил её юноша, который, судя по всему, уже давно мечтал задать этот вопрос.
Девушка вздрогнула, словно очнувшись ото сна. Она вдруг вспомнила, где находится и что из себя представляет. Клетчатая серая юбка, гольфы, тяжёлые громоздкие ботинки… Да ещё и эта толстенная книга про птиц.
– Я Эстелла, – смущённо ответила она.
– Нет, я скорее имел в виду… Ты что, работаешь здесь?
– Не совсем, – протянула девушка, стараясь придумать правдоподобный ответ. Не могла же она сказать, что пришла сюда за тканью и пуговицами, но совсем не как покупатель. Мысли в её голове путались, и она вдруг выпалила: – Я просто иногда ворую здесь ткань…
Она и сама до конца не понимала, почему решила так прямо ответить на вопрос незнакомца. Такое нельзя было произносить вслух, это нарушало главный закон воровства – никогда не сознаваться. И всё же что-то внутри подсказывало девушке, что эти яркие богатые люди оценят её честность. По какой-то странной причине ей очень хотелось им понравиться.
Повисла долгая пауза, которая могла привести к самым неприятным последствиям. Эстелла уже мысленно готовилась к тому, что эта ярко разодетая парочка сейчас позовёт охрану и её заберут в тюрьму вместе с энциклопедией, полной краденых обрезков. По правде говоря, она полностью заслуживала такого исхода, потому что надо быть полной идиоткой, чтобы рассказывать незнакомым людям о своих незаконных пристрастиях.
С каждой микросекундой напряжение в душе девушки всё нарастало. Ей казалось, что по венам вместо крови бежит холодная вязкая жидкость. Эстелла хотела сорваться с места, броситься вниз по лестнице и, растолкав степенных покупателей «Либерти», убежать прочь, чтобы никогда больше сюда не возвращаться. Но её остановил мелодичный голос светловолосой богачки, которая с улыбкой произнесла:
– Ты нас разыгрываешь, да?
Она бросила Эстелле спасательный круг, но та им не воспользовалась. Забыв о волне ужаса и сожаления, которая секунду назад накрывала её с головой, девушка подчинилась внутреннему инстинкту и приоткрыла свою фальшивую книгу. Ричард и его спутница с удивлением заглянули в недра тайника, полного ворованных пуговиц, отрезов ткани и всевозможных образцов. Сердце Эстеллы бешено колотилось в груди.
Что же она творит?
И вдруг богачи рассмеялись. Их приятный переливистый смех походил на звон церковных колоколов воскресным утром.
– Я Магда, – представилась блондинка. Затем она махнула наманикюренной рукой в сторону своего спутника и добавила: – А это Ричард. И ты идёшь вместе с нами в «Гусеницу».
Такого поворота Эстелла точно не ожидала.
– Куда? – переспросила она.
Но её новые знакомые не ответили. Смеясь над чем-то своим, они уже шагали в сторону лифта.
– Постойте, – окликнула их девушка. – А как же ваша ткань?
– Уверена, она нас дождётся. – Магда оглянулась через плечо и поманила её рукой: – Не отставай!
Эстелла застыла в замешательстве. Она призналась незнакомцам в том, что ворует, и теперь те звали её куда-то за собой. Вдруг это копы, работающие под видом богатых покупателей? И что, если «гусеница» – кодовое название для полицейского участка?
Но затем её сомнения отступили. Полицейские не смогли бы купить себе такую одежду. Это явно был эксклюзив из бутиков на Кинг-роуд. Девушка никогда ещё не встречала людей из мира высокой моды, который раньше существовал для неё лишь на страницах глянцевых журналов.
Когда лифт прибыл на этаж, раздался приятный мелодичный звонок.
– Ты идёшь? – поторопил её Ричард.
И Эстелла пошла, хоть её скрипучие ботинки и протестовали при каждом шаге.
На улице стояла страшная жара. Стоило им покинуть прохладные галереи магазина, как на лбу девушки тут же проступил пот. Она искоса посмотрела на Магду и Ричарда. Те оставались такими же свежими и шикарными, как и пару минут назад. Видимо, богачи никогда не потеют. Возможно, они доплачивают другим людям, чтобы те потели за них. Эстелла украдкой вытерла лоб, мысленно повторяя себе: «Не потей, не потей, не смей потеть».
Её новые знакомые шли быстрым уверенным шагом, а она семенила следом, отставая по меньшей мере на метр. Так продолжалось какое-то время, пока вся компания не остановилась возле мятно-зелёного «Ягуара» с откидным верхом.
– Присаживайся, – учтиво сказал Ричард. Он открыл перед Эстеллой дверь и сложил водительское место, чтобы та могла протиснуться на крошечное заднее сиденье.
– А что это за «Гусеница», в которую мы идём? – поинтересовалась она, неуклюже забираясь в машину.
– Увидишь, – с таинственной улыбкой ответила Магда.
И прежде чем Эстелла успела спросить что-нибудь ещё, Ричард вдавил педаль газа в пол и влился в поток проносящихся мимо машин.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?