Текст книги "Как будто… Стихи разных лет"

Чужая лодка

Судьба глуха к стенаньям и мольбам —

Решает жребий трезвой головою.

Причаливает лодки к берегам,

Заносит илом, тиной и травою…

Иной бы раз вернуть фортуну вспять…

Но как, убогим нам, с судьбой тягаться?

Нельзя вот так чужую лодку взять

Лишь для того, чтоб только покататься..

2017 год

Правда ценится в народе

«Я раньше очень скромным был,

Молчал и не болтал напрасно,

С плеча ни разу не рубил,

И чувствовал себя прекрасно.

Теперь, что вижу – говорю,

Не церемонясь, поруга'ю.

Любому, даже бунтарю

Великодушно «навтыкаю».

И хоть давление вверх ползёт,

И кости ломит к непогоде,

Но смелость города берёт,

А правда ценится в народе!».

Вояка наш и правдолюб —

Шустрее Роспотребнадзора —

Надёрнул старенький тулуп…

Дедуле восемьдесят скоро.

2017 год

Я не мошка, мотылек или букашка

Я не мошка, мотылек или букашка,

Но порою стать мне хочется жучком

И забиться неприметным таракашкой

В щель за плинтус и сидеть там день за днём.

Ни закатов, ни восходов – лишь бы тихо,

Мне бы только, чтобы тихо и темно.

Нет, я вовсе не какая-то трусиха,

Просто отдыха мне хочется давно.

Отсидеться, отлежаться, отваляться,

Отдохнуть от бренной этой суеты,

А потом почистить крылья и ворваться

В эту жизнь с полёта или с высоты.

Камнем с неба, пусть мне больно – я живая!!!

Силы столько, что чуть-чуть и я взорвусь.

Я смогу, я все смогу, я не сломаюсь.

Дайте срок, я только в щёлке отсижусь.

2017 год

Мамино письмо

Хочу, чтоб написали мне письмо,

Простое, на линованном листочке.

Чтоб в ящике оно нашлось само —

В нём маминой рукой округлый почерк.

Знакомый каждой буквы завиток,

А между строк – тревожусь и скучаю.

Ты, мама, подожди еще чуток,

Приеду скоро, сессию кончаю.

А из конверта домом опахнёт:

Родной до боли, несравненный запах.

Он сердце так тихонечко сожмёт,

Мне б силы, чтоб, чуть-чуть, и не заплакать…

Посланье то хочу держать в руках.

Всё помню! Но таков закон природы,

Что письма на линованных листках

Не так давно совсем ушли из моды.

Хотя прошло всего-то ничего

Каких-то тридцать быстротечных вёсен.

У вечности нет слов… ни одного…

И мамы больше нет… и дом заброшен.

2017 год

Всё то, что было создано народом

Все то, что было создано народом,

Тянувшим лямку не единый век,

Праде'дов наших детища – заводы,

Решил порушить «богочеловек».

Сравнять с землёй труд целых поколений,

Династий гордость на куски порвать…

А всё из-за своей глубокой лени:

Ломать не строить, строить – не ломать…

Заложники, каких-то там, амбиций,

Иваны, не почтившие родства,

Чьи дети дом заводят за границей,

Чья вера в Русь и Родину мертва,

Вы росчерком пера самовлюблённым

Прикончили грядущие года:

По всем канонам, логики законам

Без фабрик вымирают города…

За злым бесчинством стройной вереницей

Пошли банкротства, распри, дележи…

Железо будем брать мы за границей

И дальше жить в забвении и лжи.

2017 год

Далёкий сорок первый

Далёкий сорок первый,

Чуть отцвела весна,

И лето долгожданное настало.

Июньским ранним утром

Скончалась тишина,

И по земле разруха зашагала.

А люди уповали,

Что это не всерьёз,

Что день-другой

И выгоним врага мы.

Ведь Левитан (ты слышал?)

Сегодня произнёс,

Что все равно Победа будет с нами!

Да он и не ошибся —

Мы выстояли вновь,

Но длилась та война

Четыре года,

Оставив пепелища

От наших городов

Да след кровавый павшего народа.

И двадцать миллионов,

Отдавших жизнь за нас,

Сейчас следят из вечности сурово:

«Неужто умирали

Мы в тех боях за вас,

Чтоб вы могли в войну

Ввязаться снова?»

Коварный враг не дремлет,

Россия для него

Как лакомый кусочек для Иуды.

Взывают души павших

И просят одного:

Нам Третьей мировой

Не надо, люди!

2017 год

Меланхолия

Чистый лист «Блокнота», ну или «WordPadа»…

Вроде неохота, но писать-то надо.

Пушкиным не стану, Маяковским тоже,

Сочиняю странно, часто непохоже…

Вымышляю много, но грешу и правдой,

Есть строка без прока, но бывает здравой.

Много раз, признаюсь, всё хотелось бросить —

Вон уже сверкает на макушке проседь.

Виршами устало папки набиваю.

Что когда писала? И сама не знаю…

Мир в тиски зажатый, рифм никчёмных скука…

Может быть когда-то покажу их внукам.

2017 год

Дайте словоблудию под дых

 
Дайте словоблудию под дых —
Строчки с километрами не пара!
Ни один гигантский чей-то стих,
Каюсь, до конца не дочитала.
Видя безразмерный их объём,
Представляю дутого атланта.
Мы слова напрасно не жуём:
В краткости изюминка таланта!
 

2017 год

Такое родное лицо

C фотографии прошлого века

Смотрит мною неузнанный дед.

Был он очень простым человеком —

Жил, порой, и в беде, и в нужде.

Перенёс лихолетья и войны,

Побывал и в воде, и в огне.

Умер просто, без крови и бойни,

Но не в битве, и не на войне:

Колыбельку качал, где спала я

Годовалым младенцам под стать,

А потом, покачнувшись устало,

Вдруг упал со словами: «Мать, мать…»

Дед на фото с густой бородою,

В телогрейку, ушанку одет.

Смерть застала его надо мною,

Может в этом какой-то секрет?

Знаю, дед, ты гордился бы внучкой,

На рыбалку будил бы чуть свет.

И хвалился бы перед роднёю,

Что в семье у нас вырос поэт.

Да и как тут не будешь поэтом,

Коль с утра до заката, весь день —

Байки, шутки, потешки, куплеты.

Петь бабуле их было не лень.

И давно ни тебя, ни бабули…

Слезы сжав, выхожу на крыльцо.

Как связать «дед, неузнанный мною»

И «такое родное лицо»?

2017 год

Стихи порой нахлынут так внезапно-

Стихи порой нахлынут так внезапно-

И днём, и ночью – им преграды нет —

Но как бывает горько и досадно:

Пришло – ушло, не записал? Привет…

Ловите мысль за хвост, друзья-поэты,

Пишите на песке и на камнях!

И к черту все запреты, этикеты,

Пока идея не исчезла в прах!

Поэзия не любит пустословия —

Пишите чем попало, хоть гвоздём.

Не будет ручки – нарисуем кровью,

Ну а листок уж где-нибудь найдем.

2017 год

А, знамо, мы с тобой единова живем

Осторожно, уральский говор!

«Отведай, внученька, картовны шанежки.

Тебе сварганила я к зи'ме варежки.

Погодь, сниму запон, пимы надёрну враз,

В чуланку сбегаю, да приташшу чичас.

Опять сидишь, не ешь, пошто артачиться?

Вчерась пришлось одной весь день корячиться:

Вехоткой шоркала полок и каменку

Да воду бадьями таскала в баню я.

Пельмяней сотни две позжа изладила,

Лепила-стряпала под песни радио.

Попробуй губницу! Ты чё удумала?

Како тебе худеть? Ой, ты худумая!

Ну, коль не хочешь исть, тожно давай вставай,

Оболокайся вмиг, да робить помогай.

Шалёшку под ремки ты не забудь поддеть,

Не то ить враз тебе недолго заколеть».

______________

Нельзя нам повернуть шальное время вспять,

Чтобы говор тот живой собрать и записать.

Баской уральский быт уходит день за днем…

А, знамо, мы с тобой единова живем.

2017 год

Памяти бабушки

Возвращаюсь в прошлое,

Не забыть.

Чистое и светлое —

Детства нить.

Бабушка в платочке,

Очаг храня,

Молится с иконкою

За меня.

Теплится лампадки

Огонь простой.

За семью волнуется

Всей душой.

Губы шепчут и'стово

В сотый раз:

«Господи, помилуй,

Спаси всех нас!»

Перечислив близких

По именам,

Милости и здравия

Просит нам.

«Бабушка, зачем же

Так много раз?»

«Надо, надо, внученька,

Много вас!

.

Пролетело время,

Бабули нет…

Разве что молитвы

Остался след.

Живы все и здравствуем —

Бог хранит.

Старая иконка

В углу висит.

Забегу на кладбище

Поутру.

Часто снится бабушка.

Не к добру?

«Как тебе, бабуленька,

Там одной?

Заходил ли в гости кто

В выходной?»

Над могилкой ветер

Вздохнет листвой,

Словно ангел бабушки

Надо мной.

«Ты прости, родная,

В который раз!

Навестить-то некому,

Много нас!»

2017 год

Закопала талант в землю

Закопала талант в землю,

По весне в саду закопала

Под березой, под птичьи трели,

Чтобы рифма жить не мешала.

Стало вмиг и легко и просто.

Вновь дышу полноценно – грудью

Ни ответов нет, ни вопросов —

Я такая, как все люди.

Ничего не болит, не ноет,

Не бурлит, не жжёт, не печалит.

Лишь душа иногда взмоет

В бесконечное небо ночами,

Да порой защемит сердце —

Как любую потерю жалко.

Ну а все остальное в жизни,

Так сказать, ни шатко, ни валко.

Вот весна пронеслась, лето,

И листва с бёрезы упала

Но назло всем законам света

Проросло то, что закопала.

Не пожухло, как всё живое,

И в земле сырой не пропало,

А расцвел и поднялся вдвое

Мой талант, как цветочек алый.

Забираю с собой – мой он —

Плоть от плоти и кровь от крови.

А тебе, мой читатель новый

Я скажу: «Ты не хмурь брови!

Береги, то что дано свыше,

Значит, так изначально надо!

Настоящим талантом, слышишь,

Не удобрить нашего сада.

Настоящий талант, слышишь,

Не пропьешь и не бросишь в реку!

Только с ним ты живешь и дышишь!

Это божий дар человеку»

2017 год

Вот опять засентябрило

 
Вот опять засентябрило
Листопадом на заре.
И промозгло и постыло —
Неуютно на дворе.
Ветер – с вихрами бродяга —
Весь в заботах, весь шальной…
Летней, мне, к нему ни шагу.
Нелюбима осень мной.
Ритуальна в этом мире
Связь природы и души.
Шепчут шорохи сухие,
Как рождаются миры.
Холод с улицы и в душу,
И опять разлад с собой:
«Ты, озябшая, послушай,
Мы идём одной судьбой.
Нам огня б, да чаю с мятой…»
Искры… дров сосновых дым…
Что там холод лихолетий
По сравнению с моим?
Стынет кровь в холодных жилах,
По мозгам тоска бежит.
Вот опять засентябрило.
А потом заоктябрит.
 

2007 год

Почти по Маяковскому

 
Я просыпаюсь по утрам под гимн России.
Я патриот страны душой и телом!
Но строчки гимна, как бы не просили,
Я вспомнить не могу и между делом.
На ум приходит песнь совсем другая:
Про нерушимый, что сплотила Русь,
Единый и могучий и бескрайний
Республик дружных наш большой Союз.
С политикою вовсе не в ладах я,
Но сердце разрывается на части,
Когда народы, те, что были братья,
Друг другу раскрывают злобно пасти.
Хочу понять, но разум мой и сердце,
Мне в этом деле так и не подвластны.
Не надо сыпать друг на друга перцем.
Давайте будем в мире жить и в счастье!
Ведь вспомните, что родом мы из детства —
Кусали вместе дружно общий бублик.
И родина у нас – Союз Советских
И Социалистических Республик!
 

2007 год

Ну, очень хочется…

 
Когда не помогают анальгетики,
Костлявая с косой, ехидно щурится,
Когда совсем-совсем не до поэтики,
Портьеры закрывают отблеск улицы,
Все звуки и движения раздражительны,
А хочется покоя, даже вечного,
И мысли о «увы, не небожителях»
И о «людского века скоротечности»…
Когда житьё-бытьё сосредоточено
В той точке, где страдает и пульсирует —
Её бы, как гнилую червоточину,
Из тела удалить, извергнуть, вырвать бы…
Ты вспомнишь вдруг и ангелов и демонов,
Ведь, вопреки прогнозам и пророчествам,
(так много недопето, не доделано!)
Пожить «еще чуто'к», ну, очень хочется…
 

2017 год

Вечер встречи

 
Наш выпуск – двадцать шесть овалов.
Судьба по миру всех нас раскидала…
Но двадцать лет, как вихрь, пронеслись
И в школе милой вновь мы собрались.
Уходят мысли в прошлые года,
Туда, где детство наше полыхало.
Костёр тех лет чтоб потушить,
И целой жизни будет мало!
В душе девчонки и мальчишки,
Лишь повзрослевшие чуть-чуть…
Нам не удастся стать другими
И пепел детства отряхнуть.
 

2002 год

Нечего сказать

 
Любые слова кончаются,
Мысли все повторяются.
Рифма глагольная – вечная…
Больше сказать мне нечего.
 

2017 год

Судьбы

 
Гораздо проще сделать выбор,
Когда предчувствуешь итог.
Вся наша жизнь – клубок развилок
На перепутьях дорог.
И где на этих перепутьях
Тот вещий камень из былин?
Пойдёшь направо – быть тому-то…
Налево – жизнь подкинет клин.
Не суждено предвидеть смертным
Трагичных козней странный путь.
Иною улицей прошёл бы,
Иль опоздал на пять минут…
Совсем нелепую случайность
Возможно было избежать,
Встав утром с левой, а не с правой,
Другой автобус подождать…
А может схемы перепутий
(А то и варианты схем)
В момент рожденья новых жизней
Всевышний мудрый чертит всем?
Предполагаемое завтра
На весь людской короткий век.
А кто пойдёт какой дорогой,
То знать не может человек.
И выбрав путь, другой отвергнув,
Иной судьбой мы жизнь пройдём…
Хоть можно было выбрать лучше —
Её уже не проживём.
 

2008 год

Я болею на старом диване

 
Я болею на старом диване —
Карамельки от кашля в кармане,
В изголовии капли для носа.
Боже мой! На кого я похожа!
Шарф на шее обвился удавом,
В голове раскалённая лава,
Мысли плавятся, мокро от пота,
И глаза закрывает зевота.
В горле злые колючие иглы,
Голос грубый, и хриплый, и сиплый.
Волны разума шепчут, как море,
Что болезнь – это всё-таки горе.
 

2006 год

А где найти особые слова

 
А что же делать нам, всем тем, чьи души
Не могут жить без рифм и без стихов,
Чьи мысли день и ночь подвластны Музе,
Поэзии, сложённой из веков?
Что нового мы сможем донести,
Когда охвачены казалось бы все темы,
Написано про все и обо всех,
Освещены все главные проблемы?
Всё кем-то сложено не раз давным-давно,
Снискав поэтам славу и успех,
Любая рифма, ту, что ни возьми
Сто тысяч раз звучала, как на грех.
А мне близка природа, мой Урал,
Посёлок, речка, лес, небесный свет…
Но где найти особые слова,
Какими б не писали Тютчев, Фет?
Года идут, меняются язык,
Идеи, нравы, люди, времена.
Вновь юные поэты пишут стих
С мечтой в Поэзию впечатать имена.
И мы слагаем кто на что горазд,
Ведь жизнь летит, а мир вокруг большой.
Пусть рифмы ста'ры и все те ж слова,
Но важно, чтоб написано с душой!
 

2006 год

Поплотней задёрну шторы

 
Поплотней задёрну шторы,
Погашу в квартире свет.
В этой жизни мы актёры,
Каждый ставит свой «балет»
Будто занавес – портьеры,
За окном огромный зал:
Начинается премьера —
Кто успел, кто опоздал…
Лицедейство нынче в моде:
Под улыбкой грустный взгляд…
Тот смеётся на народе,
Чьи глаза тоской горят.
По ночам в подушку плачем
От несбывшихся надежд,
А под утро слёзы прячем
От циничных и невеж.
Пусть в чужой душе потёмки —
Разобраться бы в своей:
Жизнь вот-вот закончит съёмки,
Сделав роли посложней.
Кто-то слабый, кто матёрый —
Как уж даст природа-мать…
Поплотней задёрну шторы
И тихонько лягу спать.
 

2017 год

Птица-пресмешница

 
Не дразни меня в кустах, птица-пресмешница,
Мы с тобой в таких делах обе в чём-то грешницы.
Твой язык, подчас, жесток: жжёт он и кусается,
А моя душа порой тоже очень мается.
Нацепить на мысль пальто стильное, «рифмовое»
Дело сложное, хотя, нам оно не новое.
Облака сковать в ажур с птичьей трели ниткою,
Из лесов, полей, лугов песню жизнь выткать бы.
Небеса связать в шатры, рощи сделать по'логом,
Зеркалами – гладь воды, песня ветра – колокол.
Смех ребенка – родничком, поцелуи – сказкою,
Дождик летний поплясал, вымыл землю ласково.
Мамы добрые глаза, сонный вздох любимого —
Мир так прост,
но сколько в нем есть необъяснимого!
Я пою, и ты поёшь, птица-пересмешница,
Об одном, но о своем… Что же в этом грешного?
 

2007 год

Маме

 
Внимательные добрые глаза,
А волосы не те – седеет мама.
Не вечна молодость, но вечна доброта!
Для нас, детей, ты будешь самой-самой…
Святейшая из всех других святых!
Иконку – твой портрет – повешу в раму.
Молюсь: здорова будь, живи без бед,
Будь счастлива, моя родная мама!
Где сил берёшь тревожиться за нас?
Где слов берёшь в любом утешить горе?
Любовью лечишь всех в болезни час
И опытом поддержишь в трудном споре.
С тобою и спокойно и легко.
Ты солнце, воздух – вот и все дела.
Ты все проблемы доброю рукою
Сметаешь, словно крошки со стола.
И я порой мечтаю лишь о том,
Чтоб лет так-этак через двадцать пять
И мне в морщинках, старой и седой,
Такие же слова могли сказать.
 

2007 год

Мои стихи

 
Я не пишу стихи, —
Я получаю их
Срочным телеграфом от души.
Душа стучится в мозг
Морзянкой пульса:
«Бросай дела,
Давай садись, пиши».
И я сажусь,
Забыв про все на свете.
Душа диктует,
Мозг чеканит слог,
А сердце слов поток
Сплетает в рифмы, в строчки,
Давая каждой
Воздуха глоток.
И строки оживают, говорят —
Недаром ведь написаны душой.
В них радость, боль,
Любовь и доброта
И опыт моей жизни небольшой…
 

2003 год

Я на свет не в то явилась время

 
Я на свет не в то явилась время.
Мне б родиться двести лет назад,
Где поэтов  юных зреет  племя
И слова с концовкой  милой – ять.
Талии затянуты в корсеты,
Посиделки с чаем при свечах,
И пленяют барышни корнетов
Скромностью в опущенных очах.
Гимназисток лёгкие печали,
Сани с тройкой резвых лошадей,
Шляпки модниц, тонкие вуали,
Руки – крылья белых лебедей.
Шпорный звон лихих кавалергардов,
Шум балов, лакеи, юнкера…
Над парчой столов мелькают карты,
Дамы раскрывают веера…
Знаю, что безделица, не боле,
Всё, о чём тоскую, чем дышу,
Но в старинном бабкином альбоме
Я мечты и грёзы запишу.
Та эпоха мне милей и ближе,
И зудит гусиное перо —
Буквы вывожу и будто вижу,
Что другому вовсе не дано.
Строки перечту, у сердца спрячу
То, что вслух не скажешь никому.
Прошлое – надутый днями мячик —
Растворилось в вечности дыму.
Повернуть бы вспять лихое время
И родиться двести лет назад!
Там поэтов молодое племя
И слова с концовкою на – ять.
 

2004 год

Поедем завтра в церковь

 
«Поедем завтра в церковь!» – лампадку погасив,
Мне бабушка сказала. И страшен был призыв.
«Бабуль, какая церковь?» —
тут дух мой занялся, —
«Ведь я же пионерка и мне туда нельзя!
Нам в школе говорили, что Бога вовсе нет,
Религия приносит один лишь только вред.
А если кто узнает, что в храме я была,
Как Жанну в Орлеане сожгут меня дотла!»
«Ничё, ничё, поедем к причастию как раз.
Посмотришь и на службу, и на иконостас.
Давай пиши «За здравье» – неграмотная я —
Мария… Ольга… Нина… и прочая родня».
С тех пор прошло всего лишь каких-то сорок лет.
Мы Ленина забыли… и комсомола нет.
Зазывный звон церковный
привычным стал уже…
У бывших пионеров Бог уцелел в душе.
 

2017 год

Я давно не писала стихов

 
Я давно не писала стихов…
Задождила июньская осень,
Ливень треплет зонты лопухов,
В небе редко виднеется просинь…
Закрутила забот круговерть,
Ни мыслинки в озябшем  рассудке.
Лира, будто затюканный зверь,
Затаившись, трепещет в желудке.
Невесомо, эфирно, легко,
Словно ветром-пушинкой, щекочет,
Будто хочет взлететь высоко,
Но на небе грозит и грохочет.
Я спешу на застенчивый зов,
Жду нежданной свободной минутки…
Я давно не писала стихов,
Так давно! Уже целые сутки!
 

2017 год

Просто ждёт тебя…

 
Проходят мимо люди-человеки,
У них свои какие-то дела —
Текут они потоком, словно реки.
Им, мимопроходящим, нет числа…
Нам их метания, в принципе, не ва'жны:
У каждого из них свой дом, свой пир…
Но всякий человек – он не бумажный,
Кому-то он буквально целый мир.
И если сердцу странно беспокойно,
А кошки душу мучают, скребя,
Прикрыв глаза на миг, тихонько вспомни,
Что кто-то где-то просто ждёт ТЕБЯ.
 

2017 год

Плету паутину из слов

 
Плету паутину из слов,
Себя временами ругая.
Уже седина у висков,
А я всё стихами больная.
Зарок себе утром даю
(И тут же его нарушаю),
Что нынче я галиматью
В рассудок к себе не пускаю.
Мне надо чуть-чуть отдохнуть,
А жить при поэзии трудно…
Но эта рифмОвая муть
Мой мозг занимает подспудно.
Я знаю, что не удержусь,
Опять уцеплюсь за обрывок
И мыслью куда-то рванусь,
Туда, где так ярко и живо.
…Леплю паутину из слов.
На улице мрачно и тихо.
Опять насплетала стишков…
А может быть я паучиха?
 

2017 год

Любовь и кровь

 
В СССР, где мы росли,
Там секса не было, ребята.
И без него тогда могли
Плодиться парни и девчата.
В России секса дофига:
Кругом одно сплошное…*-*.
Оно послаще пирога,
Но перестал народ рождаться.
Из-за границы эту дурь
Когда-то к нам сюда заслали,
Чтоб мы (пиши, а не халтурь!)
В итоге все повымирали.
Отсюда вывод очень прост:
Европа нам чини'т преграды.
Чтоб был естественный прирост,
Нам сексу ихнего не надо!
Нам «секис» этот портит КРОВЬ,
Да ну его к едрене фене!
Когда у нас была ЛЮБОВЬ —
Детей по 10 было в семьях.
…
Дед говорит, а я пишу:
Любовь и кровь, и эти цифры…
В конце я снова согрешу,
Придя опять к извечной рифме.
 

2017 год

Русская речь

 
Родной, богатый русский наш язык!
Что время, люди делают с тобою?
Ведь что греха таить, что мы порою,
Погрязнув в суматохе дней и лет,
Порой осознанно, а может быть и нет,
Коверкаем могучий наш язык
И он слегка от этого поник.
А знать родной язык – не ремесло!
Он не прощает и полузабвенья,
А старые и новые слова —
Одной тугой цепи стальные звенья.
Но вдруг в толпе мелькнут едва-едва
Старинные забытые слова:
«Теперича, маленько, шибко, баско».
(И молодая Русь мерещится тогда),
И любо мило их звучанье, и прекрасно!
А тут вдруг слух нещадно резанёт
«Бистро» и «холл», и «шоп», и «сэконд хэнд».
Зачем и как в  язык родной вошёл
Чужой, ненужный, дикий этот сленг?
Чем хуже «горница, харчевня, магазин
И лавка для подержанных товаров»?
Засилье слов нерусских в языке зачем?
Ведь слов своих, живых  у нас немало.
Про русский мат отдельный разговор —
Он пересёк давно уж нить экватора.
И со словами «здравствуй, дай, прощай»
Все интуристы учат русский матерный.
А речь подростка: «тачка, блин, чувак,
Шнурки и предки, классно, круто, клёво».
Слова-зараза в нашу жизнь вошли
И всё это, отнюдь, уже не ново.
И как ни поверни, я не могу
Никак себе такой жаргон позволить.
Кто хочет, пусть «базарит», я ж пишу,
Горланю, говорю, глаголю.
И грязных слов я в речь не допущу —
Пусть будет всё красиво, просто, ясно!
И стих мой будет, словно жизнь моя,
Написанная чисто и прекрасно.
Стихов и жизни прожитой тропа,
Я знаю, никогда не будет узкой!
Ведь, как родная дочь родного языка,
Живу, пишу и думаю по-русски!
 

2017 год