Текст книги "Лечебный отпуск"
![](/books_files/covers/thumbs_240/lechebnyy-otpusk-44259.jpg)
Автор книги: Надежда Никольская
Жанр: Современная русская литература, Современная проза
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 11 страниц) [доступный отрывок для чтения: 3 страниц]
Они быстро вернулись в лагерь. Повсюду чувствовалось приближение дискотеки: девочки из всех городов, начиная с трех лет, делали себе прически. Мальчики старались казаться солидными, но доставали из чемоданов и рюкзаков чистые, к сожалению, несколько помятые парадные футболки. Пахло духами, лаком для волос. По коридорам метались разновозрастные девицы с тюбиками помады и туши для ресниц в руках. Кто-то на весь коридор просил на пять минут щипцы для завивки.
Наталья переоделась, оставив Катю собираться, и пошла выяснить, чем ей, как доктору, грозит весь этот бал.
– Скажите, – вежливо обратилась она к представителю администрации, оказавшемуся рядом, – а к вам на эти дискотеки часто местные приходят?
– Нет, что вы! Мы ворота закрываем, обходим вдоль забора. Вы про драки беспокоитесь? Нет, у нас такого не бывает.
Принаряженный народ тем временем собирался ужинать. Лагерная столовая напоминала ресторан дорогого круизного лагеря: все дамы в вечернем, кавалеры, скажем так, во фраках.
– Внимание! – объявил представитель лагеря. – После ужина до дискотеки наши гости из Санкт-Петербурга покажут вам акробатический танец!
Естественно, дети ели быстро, старались перегнать друг друга. Некоторые пробовали не доесть, но Маргарита Петровна лично проверяла тарелку каждого выходящего из столовой. И тех, у кого ужин был съеден не полностью, безжалостно отправляла доедать.
– Маргарита Петровна! Я не ем гречку! – раздавалось с разных сторон нытье.
– Это ты ее дома не ешь, а здесь доедай. А то на дискотеку опоздаешь, – не сдавала позиции воспитательница.
Под действием этой угрозы дети покорно доедали, выражая всем своим видом неимоверное страдание.
Через пятнадцать минут все доели, докрасились. Наталья, не пытаясь отыскать незаметно исчезнувшую Катю, влилась в толпу, направлявшуюся к месту долгожданного события. Вскоре она испытала уже привычный докторский ужас: танцплощадка представляла собой круг, залитый бетоном. Стараясь избавиться от этого неприятного ощущения, Наталья посмотрела по сторонам и обнаружила непонятного спортивного назначения высокие трубы, к которым тянулась лестница, напоминающая пожарную. Все это сооружение было на высоте примерно двух метров. А у лестницы уже толпились дети, которые ехали с ней в одном вагоне.
– Так, молодые люди! А ну-ка слезайте! – Она решительно подошла к ним, не дожидаясь появления учителей или родителей.
– А чего?
– А того, что высоко. Упадешь, – ответила она.
Дети слезли, но остались очень недовольны. К счастью, в это время заиграла музыка.
– Вот, пойдемте лучше акробатический номер смотреть! – обрадовалась Наталья.
Ребята вместе с ней подобрались поближе к кругу. Там уже начали танцевать несколько девочек в гимнастических купальниках. Неожиданно одна из них сделала сальто.
– Кошмар! – не сдержалась Наталья.
– Неужели вам не нравится? – удивилась случайно оказавшаяся рядом Мария Ивановна. – Девочки очень красиво танцуют.
– Красиво-то красиво. Но вы представляете, что будет, если она случайно упадет? Да и вредно им на таком жестком прыгать.
– Ой, Наталья Павловна, вас послушать – жить не захочется. Это нельзя, то вредно…
– Но это же действительно опасно!
Акробатический номер много времени не занял. Началась дискотека. Танцевать вышли первыми младшие, из их группы. Подростки кучковались по краям. Наталья увидела Катю с Артемом. Похоже, у них был какой-то интересный разговор. Она немного успокоилась. Может, она действительно зря накручивает себя? Необязательно же людям на отдыхе падать, травиться или чем-нибудь болеть.
В это время к ней подбежал мальчишка:
– Наталья Павловна, пойдемте за мной! Маргарита Петровна зовет.
Маргарита Петровна стояла около сидевшей на земле очень полной девочки, которая безутешно рыдала.
– Что случилось? – воскликнула Наталья.
– Да вот, Света… Упала, говорит.
– Света, не плачь! Что произошло!
– Упала, – сквозь рыдания проговорила девочка.
– Скажи мне, сколько будет сто двадцать пять плюс восемь?
Девочка на мгновение замолчала, потом, продолжая всхлипывать, произнесла:
– Не знаю.
– Покажи, что у тебя.
– Вот, коленка.
Коленка была разбита, кожа содрана, кровь, но ничего страшного. Требовалось только убрать лишних зрителей.
– Маргарита Петровна, у вас медкарты с собой?
– Да, конечно.
– Тогда посмотрите, пожалуйста, сделаны ли по возрасту прививки АКДС. Меня интересует в основном С, то есть от столбняка. Ребята, найдите мне Катю! Вы ее знаете?
– Да! – Дети, окружившие их, ответили хором и наперегонки унеслись искать Катю.
– Свет, – обратилась Наталья к почти успокоившейся девочке, – ты упала только на коленку? Больше ничего не болит, голова не кружится, не тошнит?
– Нет, на коленку. Я просто шла, а нога подвернулась.
Наталья подумала о родителях, которые совсем не занимаются детьми.
– Пойдем ко мне.
Они со Светой доковыляли до комнаты. Наталья обработала ссадину, убедилась, что других повреждений у девочки нет, и предложила:
– Тебя в палату проводить?
– А можно мне обратно, на дискотеку?
– Можно, конечно, только ты уж смотри, чтобы ноги больше не подворачивались.
Они вернулись. Дискотека была в самом разгаре. Подростки заняли центр круга, оттеснив младшее поколение, которому, впрочем, эта забава уже надоела.
Наталья обратилась к Маргарите Петровне:
– У вас много таких детей? Девочка совсем неразвита физически. Связки слабые, ноги подворачиваются. Лишний вес опять же...
– Да что вы хотите! Родители теперь целыми днями на работе, в секции спортивные их не водят. А Светиной маме я который год твержу – не покупайте ребенку чипсы и колу, не покупайте, не закармливайте! Так нет же! Чтобы она меня послушала… На словах соглашается, а как до дела доходит… Просто слов нет!
– Пока они здесь, можно что-нибудь сделать. Некоторых детей просто страшно на улицу выпускать. Занятия организовать спортивные, к примеру.
– Неплохая идея! У нас Анна Михайловна отличный физрук! Будем зарядку по утрам делать.
– Да, только упражнения надо подобрать полегче, чтобы дети их освоили.
– Правильно! Так, договорились. Я пойду наших забирать, а то половина десятого уже, а в десять отбой должен быть. Увидимся.
Наталья снова осталась одна. Дети дисциплинированно собрались и отправились спать. Катя была поглощена танцами и общением с Артемом.
Вдруг у Натальи в кармане завибрировал мобильник. Сергей! Она прокричала:
– Подожди, я в тихое место отойду!
Отходить пришлось далеко, Наталья почти бежала.
– Ну, как ты? – спросила она.
– Нормально. А ты? Весело там у вас, однако!
– Да это дискотека.
– Дискотека? – В голосе Сергея прозвучали неодобрительные нотки.
– Да. Дети танцуют. Катька себе ухажера нашла.
– А ты?
– Что я?
– Тоже ухажера нашла?
– Сережа, ты о чем? Здесь из ухажеров старше семнадцати лет никого нет.
– Понятно. Ладно, отдыхай там.
– Да не очень я отдыхаю.
– Вы, женщины, на юге вообще другими становитесь.
Наталья уловила в его словах горечь.
– Сережа, да ты что выдумал! Тут дети, на дискотеке девочка упала, я ее только что успокаивала и зеленкой мазала. Потом мальчик занозу посадил. То есть мальчик сначала. А девочка потом. Мальчику, кстати, десять лет всего. Это чтобы ты лишнего не думал. И вообще, у меня тут другая забота – за Катькой смотреть. Чтобы ее не увели. И чтобы она тут замуж не вышла. Или бабушкой меня не сделала. А потом, мне казалось, меня в Москве ждут...
– А ты об этом еще помнишь? – Сергей смягчился.
– А я об этом и не забывала в отличие от тебя. Ты со мной вообще говорить днем не захотел!
– Наталья, ты с ума сошла! У меня комиссия из департамента проверяла все, что можно и нельзя! Я в сторону отошел, с тобой перемолвиться, за мной дама какая-то, типа, вдруг я указания незаметно по телефону дам, чтобы убрали или еще что! Еле убедил, что с женой разговариваю!
– Подожди, а комиссия-то нормально?
– В порядке. Наташка, я соскучился. Мы тут с котом на Луну воем. Не надо тебе было уезжать!
– Врешь ты все! Коты на Луну не воют!
– Вру. Но соскучился я очень!
Они еще долго говорили непонятно о чем. И когда беседа закончилась, у Натальи отлегло от сердца: кажется, Сергей действительно ее любит. И ждет. Может, вовсе не зря она отважилась впустить его в свою жизнь…
С этими мыслями Наталья отправилась в комнату, дождалась Катю. Только хотела спросить у нее в подробностях, как прошла дискотека, но заглянула Мария Ивановна и позвала отметить приезд.
Глава 2
Приезд праздновали в небольшом холле. За столом чинно устроились педагоги-учителя-воспитатели, две мамы, побоявшиеся отпустить своих детей так далеко, и Наталья. На столе, кроме фруктов и овощей, примостились две бутылки местного вина.
Группа педагогов состояла из руководителя – Маргариты Петровны, молоденькой Марии Ивановны, Нины Константиновны – ровесницы Натальи – и физрука Анны Михайловны. Мамы были представлены высокой блондинкой, которую звали Галина, и очень тихой женщиной по имени Марина.
Вино разлили в одноразовые стаканчики. Получилось примерно по полстаканчика на человека. Но напиваться никто и не собирался. Присутствующие ни на минуту не забывали о работе. Тянулась неспешная беседа, которая так или иначе сводилась к воспитанию детей. В общем, особого веселья не получилось. Зато спать легли вовремя и обошлись без всяких излишеств.
Как и большинство людей, которые ходят на работу строго к определенному часу, Наталья в отпуске любила вставать как можно позже. Конечно, организм, натренированный просыпаться в семь часов, чаще всего выдерживал сон только часов до десяти, но тем не менее вставать в выходные дни в восемь ей бы в голову не пришло. Не говоря уже о таких ранних подъемах в отпуске.
Но ровно в восемь утра раздался громкий стук в дверь.
– Мам, что это? – подскочила спросонок испуганная Катя.
– Не знаю. – Наталья тряхнула головой, чтобы хоть проснуться, повернула ключ и открыла дверь.
– Наталья Павловна, – за порогом стояла Маргарита Петровна, – что же вы так долго не открываете? Во-первых, вы проспите завтрак. А во-вторых, у меня к вам небольшая просьба.
– Слушаю вас. – Наталья не привыкла разговаривать с малознакомыми людьми в ночной рубашке и неумытая. Кроме того, по коридору металось взрослое и детское население лагеря. – Может, вы зайдете?
– Нет, что вы, некогда! Наталья Павловна, я хотела бы попросить вас вот о чем. Может, после завтрака посмотрите детей на предмет простуды? Ну горло там или еще что. Вдруг у кого живот заболел.
– Конечно. – Сонная Наталья соображала плохо. – Только я на завтрак не собиралась.
– Да что вы? – удивилась Маргарита Петровна. – Завтрак – это обязательно.
Наталья, обрадованная тем, что разговор закончился, закрыла дверь, спрятавшись от любопытных взглядов, которые бросали на нее, растрепанную, все проходившие мимо.
– Катя, вставай! – зевая, она попыталась разбудить дочь.
– Мам, ты что? У меня каникулы!
– Ты проспишь завтрак! – вспомнила Наталья аргумент Маргариты Петровны.
– Ма-ма! Я не ем утром! Как и ты, кстати! И кроме того, ты думаешь, тут тебе подадут на завтрак твой кофе любимый?
– Вряд ли, – хмуро согласилась Наталья. – Но не пойти неудобно. Давай уж сходим, посмотрим, что там такое.
Катя встала, не переставая ворчать и перечисляя настоящие и мнимые обиды, кое-как оделась. Умывание много времени не заняло – народ уже, кто добровольно, кто подгоняемый учителями и воспитателями, отправился на завтрак.
Наталья с дочерью спустились в столовую. Катя, увидев своего Артема, заметно повеселела и стала удивительно бодрой. Столовая была еще закрыта, перед дверью толпа разновозрастных детей шумела, ссорилась, дралась и мирилась одновременно. Наталья чувствовала себя очень одинокой. И невыспавшейся. А кофе из столовой даже и не пахло. Зато через дверь проникал запах подгоревшей молочной каши. Все вместе – шум, запах каши, одиночество – напомнило Наталье первые походы в детский сад. Даже не напомнило, а заставило ощутить себя снова маленькой девочкой, в которую сейчас будут впихивать ненавистную отвратительную кашу, а мама уже ушла на работу, и заступиться некому.
Наконец столовую открыли. Худшие Натальины опасения оправдались. На завтрак была действительно манная каша. Правда, кофе тоже был. Из общего чайника, с молоком. Наталья с печалью подумала о лишних часах сна. Ради такого завтрака просыпаться не было смысла. К Наталье присоединилась Катя. За столиком в столовой она сидела спиной к Артему, поэтому ничто не могло помешать ей с кислым лицом продолжить ворчать и ныть:
– Мама, ну зачем ты меня разбудила? Ну я не ем эту манную кашу! Ты ее даже варить не умеешь! И кофе такой...
– Катя, перестань ныть, – строго сказала Наталья. По-настоящему строго. Потому что подошли их соседи по столу – дама чуть моложе Натальи с мальчиком Ваней шести лет, будущим первоклассником. Они тоже приехали с их лагерем. Катя послушно замолчала. Зато мальчик молчать не собирался:
– Мама, ну я это не ем! Я не буду это есть! – увидев перед собой тарелку с кашей, завел он с максимально противной интонацией.
Наталья, хихикнув, посмотрела на дочь. Катя сделала вид, будто ничего не понимает. Тем временем мама, Наталья вспомнила, что ее зовут Галина, с притворной строгостью сказала:
– Ваня, кашу надо съесть обязательно, а то купаться не пойдем.
– Ну мам!
– Ванечка, ну хотя бы две ложечки!
– Если я буду есть эту кашу, меня стошнит, – с нехорошей многообещающей интонацией сообщил вредный Ванечка.
Катя посмотрела на него с ужасом. Наталья попробовала вмешаться.
– Может, не надо? Каша действительно подгорела! – обратилась она к Галине.
– Нет, ребенок с утра должен обязательно что-нибудь съесть. – Галина смело попробовала кашу. – К тому же она вполне съедобная.
– Мама, я тебя послушаюсь, но меня обязательно стошнит! – предупредил Ванечка.
– Нет, сыночек. В каше – сила. Ты должен ее съесть, – проявила настойчивость мать.
Наталье с Катей очень хотелось побыстрее сбежать, но весь лагерь, точнее, все лагеря еще сидели и завтракали. Вставать первыми обеим казалось неловким.
Ванечка поднес ложку ко рту. Положил в рот кашу и немедленно начал ей давиться.
– Вот! Я же предупреждал, что меня обязательно стошнит! – торжествующе сказал он покрасневшей матери, когда побывавшая у него во рту каша вернулась на тарелку.
– Ребенок, – пожала плечами та. – У вас ведь тоже такое было?
– У нас нет, – возразила Наталья, толкая дочь под столом ногой, чтобы она воздержалась от комментариев. – Мы пойдем, пожалуй!
– Наталья Павловна! – позвала ее Маргарита Петровна. – Вы не забыли?
– О чем?
– Ну как же! Детей посмотреть. В смысле, у кого какое горло, кто может купаться, кто нет.
– А, конечно, помню. – На самом деле Наташка об этом забыла.
– Ну вот и прекрасно! Дети сейчас соберутся в палатах. Так что подходите через десять минут.
– Хорошо.
Наталья уныло побрела в комнату. Ей ужасно хотелось спать, она вообще без чашки кофе утром ничего не соображала. А тут еще нужно посмотреть детей. Можно было бы послать Катерину за кофе в магазинчик и заварить крепкий, без всякой турки, просто в чашке, но дочь куда-то исчезла.
Наталья посидела на кровати, пытаясь дождаться хоть какой-то ясности в голове. Посмотрев на часы, она отправилась разбираться с детьми.
Дети дисциплинированно выстроились около своих кроватей. Наталья подошла к первому:
– Болит что-нибудь? Глотать не больно?
Парень покачал головой. Наталья попросила его открыть рот, посмотрела, посветив фонариком, на всякий случай пощупала лимфоузлы. И повторила эту процедуру еще сорок пять раз с детьми. После осмотра семнадцать человек она решила оставить на берегу, у них начиналась простуда. Еще пятерым измерила температуру.
Дети, которым разрешили купаться, радостно одевались. Те, кому запретили, смотрели обиженно. Наталья набрызгала им в горло и в нос соответствующих лекарств. Педагоги посматривали косо. Особенно Мария Ивановна, которая явно сочувствовала детям, вынужденным только смотреть на море.
Вскоре дети и взрослые собрались и организованно пошли на море. Оставленная без кофе, невыспавшаяся Наташка поплелась в свою комнату с надеждой доспать.
– Мам, можно я со всеми купаться пойду? – спросила дочь.
– А ты разве спать не хочешь? – удивилась Наталья.
– Ну... я в обед досплю.
– Тогда иди, конечно, только ведь это с лагерем. Они купаются по правилам.
– Но там ребята тоже идут.
– Иди. Далеко не заплывай. Подожди, так они уже ушли.
– Но они на одно и то же место ходят. Мне Артем показал вчера. Так что я их легко найду.
– Ладно. Одна не купайся, хорошо? Если не найдешь их, лучше вернись, и сходим вместе.
Наталья легла и мгновенно уснула.
Разбудил ее телефонный звонок. На дисплее определился номер матери.
– Здравствуй, Наталья! – голос Екатерины Георгиевны звучал очень сухо.
– Здравствуй, мама! А почему ты недовольная?
– Да так. Зашла к тебе полить цветы и покормить кота вашего, а там мужчина. Сергей. И он мне сообщил, что вы решили жить вместе. Это правда?
– Да, – со вздохом призналась Наталья. – Мама, я знаю, что он тебе никогда не нравился. Но давай не будем ругаться, пока мы с Катей не вернемся.
– Наталья, дело не в этом! Ты взрослая и можешь жить с кем угодно! Но я не знала, что он в квартире, а он не знал, что я приду! Мы напугали друг друга, ситуация совершенно идиотская получилась! Хорошо, я не успела милицию вызвать!
– Мама, я просто не успела тебе сказать. Ты же уезжала на семинар, а потом мы стали собираться, вот и не получилось. Не обижайся, ладно?
– Постараюсь, – Екатерина Георгиевна смягчилась. – Как вы там отдыхаете?
– Хорошо. Я вот поспать пыталась. – Наталья решила не рассказывать матери, что Катя отправилась купаться без нее, с учителями.
– Ну ладно, отдыхайте. Только в другой раз все-таки сообщай, когда решишь жить не одна.
Попрощавшись с матерью, Наталья решила еще немного поспать. Но сон не приходил. Помаявшись, она встала, натянула купальник и, чувствуя себя совершенно разбитой, поплелась на пляж. По пути ей попалось кафе, где обещали вкусный кофе. Наталья зашла, выпила кофе, после чего жизнь стала казаться вполне сносной. Она немного подумала, посмотрела на часы и набрала номер Сергея. Вроде в это время не должно быть никаких пятиминуток.
– Привет, Сережа! Как дела? – она решила первой не упоминать про неожиданную встречу Сергея со своей мамой.
– Да так, ничего. А у тебя?
– Тоже нормально. Сегодня попросили детей перед пляжем осматривать. На предмет простуды и купания.
– Сколько их там у тебя, детей-то?
– Сорок пять, – уныло призналась Наташка.
– Настоящий докторский отпуск, – усмехнулся Сергей. – Я всегда подозревал, что ты скрытый трудоголик.
– Зато бумажек никаких заполнять не надо. Отчетности никакой. И историй болезни.
– Да, это внушает оптимизм. Кстати, тебе большой привет от Екатерины Георгиевны.
– Спасибо.
– Ты не хочешь спросить, почему я его тебе передаю?
– Мама мне позвонила и попросила, чтобы в следующий раз я ее предупреждала...
– В смысле, чтобы она больше не удивлялась, когда в квартире дочери, уехавшей на юг, в ванне найдет малознакомого голого мужчину?
– Ой!
– Вот именно. А представляешь, как я испугался! Собираюсь на работу, принимаю душ, никого не трогаю. Тут вдруг заглядывает в ванную комнату Екатерина Георгиевна, а я даже не слышал, как она в квартиру зашла! Как меня увидит, да как закричит! Я ей говорю, Екатерина Георгиевна, это я, Сергей. Она спрашивает: «И что ты здесь делаешь?» Я ей, честно так: «Душ принимаю». Она мне: «У тебя горячую воду отключили на лето, и Наташа ключи дала?» Я ей: «Нет, мы теперь с Наташей вместе живем». Но Екатерина Георгиевна молодец: «Давай, – говорит, – вытирайся тогда, а я пока завтрак приготовлю».
– И что, приготовила?
– Да. Пожарила яичницу, кофе сварила. Велела мне в твое отсутствие вести себя хорошо.
– А ты?
– Я пообещал. Наташка, ну зачем ты уехала? Грустно мне без тебя. Только с котом и поговоришь вечером.
– Я приеду скоро. – Наталье захотелось попасть домой немедленно.
– Ладно. Это я так. – Но голос у Сергея был грустным.
Наталья отправилась на пляж. Она обратила внимание, что, несмотря на довольно раннее время, половину двенадцатого, народ с моря уже возвращался. На пляже поискала «своих». Узнала только по ярким косынкам, которые надели педагоги.
Катя сидела в кругу подростков, они вдохновенно играли в карты. Наталье это не понравилось, игру в карты она не одобряла, но замечание при молодом человеке делать дочери не стала, отложив разговор об азартных играх на потом.
– Наталья Павловна, что же вы так поздно? – обратилась к ней Маргарита Петровна.
– Да я немного по городу погуляла. Интересное место, ни на что не похожее. Совсем старых построек нет, лишь современные многоэтажки.
– Так и город-то ведь совсем новый. Ему лет тридцать, не более. Его для энергетиков строили. Здесь атомная станция должна была быть. Но случился Чернобыль, станцию не открыли, а город-то уже построили. Здесь и остались строители со всего Союза. Только на пляж тут лучше раньше приходить. А то солнце очень уж печь начинает. Мы ребят сейчас на обед станем собирать. Кстати, после дневного сна их тоже надо будет посмотреть.
– Хорошо, – Наталья вздохнула. Вот, например, учительница, она ведь тоже постоянно на работе...
– Значит, договорились. Так, ребята, начинаем собираться!
– Катя! – Наталья позвала дочь, поскольку карты уже убрали. – А ты очень хочешь обедать в столовой?
– Нет, мам, совсем нет.
– Тогда, может, мы в кафе пообедаем? Правда, рановато еще. Я сейчас искупаюсь, ты меня подождешь, потом мы спокойно пойдем в лагерь, переоденемся и отправимся в кафе! Договорились?
– Да. Только, мама, а можно Артем с нами на пляже останется?
– Надо с его мамой это обсудить. – Мамой Артема была одна из учительниц, звали ее Нина. – А Артема ты спросила? Ему же в столовой надо обедать.
– Так обед и в лагере только через час, а идти тут пятнадцать минут. Ну, мам, пожалуйста! А то мы тут и купались, как дураки, никуда не заплывая.
– Отлично! То есть ты хочешь остаться со мной, чтобы вы, как умные, позаплывали, а я понервничала!
– Нет! Мы просто чуть-чуть поплаваем.
– Наталья Павловна! Мы, правда, чуть-чуть, – присоединился к Катиному нытью Артем. – Вы только маме скажите, что я вам не помешаю. А то ей своих школьников надо в лагерь вести.
– Ладно. Только заплывать далеко все равно нельзя. И сидеть в воде долго тоже вредно!
– Ой, мам, а мы и не собирались! – обрадовалась Катя. – Ты теперь скажи Нине Константиновне, что Артем может остаться.
– Нина Константиновна, – устав спорить с дочерью, Наталья послушно подошла к маме Артема, которая озабоченно пересчитывала своих подопечных, – давайте Артем с нами еще на пляже побудет.
– Хорошо, – Нина Константиновна на секунду отвлеклась от детей, – спасибо. А то ему скучно в лагере.
– Наталья Павловна! – к ней подошли две старшие девочки и мальчик. – А можно мы тоже с вами останемся?
– А ваши родители где?
– Наши в Москве. Мы ученики Маргариты Петровны из прошлого выпуска.
– Это у нее надо спрашивать.
Но Маргарита Петровна уже все услышала и увидела:
– Нельзя, категорически нельзя! Вы приехали с лагерем, у вас режим! И младших нужно помочь в лагерь отвести!
Когда разочарованные ребята отошли, Маргарита Петровна тихо сказала Наталье:
– Вы уж извините, но возле воды они только со мной могут находиться. Я за них отвечаю.
– Да что вы, я понимаю! – Наталья почувствовала облегчение. Одно дело – присмотреть за Катей и Артемом, и другое – за группой подростков.
Лагерь собрался и ушел. Наталья искупалась и легла на полотенце под навес. Ребята устроились около нее. Было жарко, пляж почти опустел. Вокруг немногочисленных отдыхающих ходили люди с ведрами и корзинками:
– Креветка, океаническая и местная!
– Пирожки!
– Кукуруза, горячая кукуруза!
– Мама, а может, нам креветок? – спросила Катя.
– Катя, а может, нам сразу в инфекционную?
– Вот всегда ты так! Ничего нельзя.
– Катюша, но ты же сама понимаешь, что на такой жаре все продукты мгновенно портятся.
– А воду? – продолжала вредничать Катя.
– Хорошо, но ближайший киоск находится далеко.
– А мы сбегаем.
– По-моему, ты перегрелась, – заявила Наталья. – Давайте-ка, окунитесь, и начинаем собираться. Я тоже чуть-чуть поплаваю, и пойдем.
– Ты с нами купаться будешь?
– А почему нет?
– Ну не знаю.
– Катька, кончай капризничать! – ссориться с дочерью Наталье совсем не хотелось. – Пошли лучше в воду.
В воде Катя с Артемом сразу уплыли в другую сторону, впрочем, честно стараясь далеко не заплывать. Наталья плавала плохо, поэтому, поплескавшись, вышла на берег.
Через пятнадцать минут к ней присоединились ребята. Немного обсохнув, все вместе направились в лагерь.
В лагере стоял постоянный гул, к которому Наталья потихоньку стала привыкать. Поднимаясь по лестнице, она обнаружила группу малолеток, намеревавшихся покататься на перилах. Напугав их всевозможными травмами, отправила по палатам. И с чувством исполненного долга пошла переодеваться к обеду. Вскоре явилась Катя, которая отстала от нее по дороге. Вместе с молодым человеком, естественно.
– Катюша, он тебе нравится? – спросила Наталья, пока дочь разыскивала какую-то юбку, совершенно необходимую для обеда в кафе.
– Не знаю. Он прикольный, анекдоты рассказывает, истории всякие. Еще он прыжками в воду занимался.
– Интересно. А в школе он учится?
– Да, как и я. В одиннадцатый перешел. Но вообще, знаешь, мама, я в любви разочаровалась.
– Что?
– А чему ты удивляешься? – Катя, наконец, нашла юбку и пристально ее разглядывала. – Вот встречалась я с Кириллом, думала, что у нас все серьезно. А он уехал и вообще про меня не вспомнил.
– Катя, но вы же еще просто...
– Что, маленькие, скажешь, да? – в голосе дочери прозвучала обида. – Думаешь, если я... Думаешь, если тебя бросают в шестнадцать, а не в двадцать пять, это не так больно?
– Нет, Катюша. Просто мне всегда казалось, что первая любовь – как ветрянка. Болеют почти все. Правда, у некоторых следы остаются на всю жизнь. Мне совсем не хотелось бы, чтобы ты оказалась в их числе. Но я никогда не отношусь несерьезно к тому, что с тобой происходит. А Кирилл мне не понравился сразу. О чем, если помнишь, я попыталась тебе сказать. Но мешать тебе никто не собирался.
– Потому что ты считала, что все само пройдет?
– Нет. Я считала, что каждый должен сам совершить все свои ошибки. И тогда, и сейчас могу посоветовать, но не собираюсь на тебя давить.
– А Артем тебе нравится или нет? – неожиданно спросила Катя.
– Катюша, честное слово, не знаю. Внешне он симпатичный. Но я с ним даже ни разу ни о чем не разговаривала. И вообще, ты сама еще не знаешь, нравится ли он тебе, а я-то уж тем более. Послушай, а обедать мы пойдем? – Наталья увидела, что Катя отложила юбку и начала искать что-то другое.
– Мама, я не знаю, что надеть. Юбка мятая, гладить долго.
– Надень сарафан.
– Я в нем вчера была.
– Катерина! – Наталья начала сердиться. – Это не первый бал Наташи Ростовой. Мы идем с тобой в кафе, куда многие ходят прямо с пляжа в купальниках. Если через пять минут ты не будешь готова, то обедать останемся в столовой. Я видела меню. На первое там молочная лапша.
– Ладно! – Катя быстро натянула сарафан и расчесала волосы. – Не ругайся, я готова!
– Вот и отлично, тогда пойдем.
Кафе в городе было великое множество. Наталья с Катериной выбрали небольшой бар поближе к морю. Меню содержало массу красивых названий. Наталье захотелось выпить бокал холодного сухого белого вина, но она помнила о количестве детей в лагере. Разумеется, с одного бокала захмелеть невозможно, но с этими ребятами разве знаешь, когда и что может случиться. Пока ждали заказ, Наталья смотрела на море и грустила. Ей очень хотелось, чтобы рядом с ней находился Сергей. Просто сидеть, обедать и не беспокоиться поминутно о том, не заболел ли кто из детей, не упал ли... Из задумчивости ее вывел официант с подносом, который принес им с Катей заказ и принялся расставлять тарелки.
– Мам, ты о чем мечтаешь? – спросила Катя, перестав увлеченно изучать окрестности.
– Да так... Хорошо бы сюда приехать без лагеря. А то постоянно возникает ощущение, будто ты на дежурстве. Сидишь, пьешь чай, никого не трогаешь, а как позовут, как начнется...
– Понятно. Но отсюда-то тебя не позовут. И вообще, там сейчас обед и тихий час. Что может случиться?
– Ой, Катька, молчи, пожалуйста! – суеверно замахала рукой Наталья.
Обед они продолжили, обсуждая всякие мелочи, связанные с Катиной учебой. Наталью не оставляли неприятные предчувствия, скорее даже не предчувствия, а ожидания всяческих бед. Пообедав, они вернулись в лагерь. По случаю продолжавшегося тихого часа шума, к которому Наталья уже почти привыкла, не было. В комнате, хотя окно они не закрывали ни на минуту, стояла ужасная духота. Наталья включила вентилятор, достала из сумки книгу. Дочь улеглась на свой диван с журналом. Наталья попыталась почитать, но почти сразу заснула. Поскольку, надеясь создать сквозняк, дверь они не закрыли, разбудил ее на сей раз не стук, а оклик:
– Наталья Павловна, вас Маргарита Петровна просит подойти!
– Что-нибудь случилось? – со вздохом спросила Наталья у прибежавшей за ней девчушки.
– Не знаю. Просит подойти.
Наталья провела рукой по волосам, глотнула воды из бутылки и пошла к Маргарите Петровне.
– Наталья Павловна, вот, посмотрите, что у Володи! – Маргарита Петровна взяла за руку уныло стоявшего около нее мальчишку и продемонстрировала Наталье его кисть.
Тыльная сторона кисти у мальчика выглядела... именно так, как должен выглядеть плохо заживающий ожог, когда еще и присоединяется инфекция.
– Ты что, с этим купался? – воскликнула Наталья.
– Да.
– А почему утром мне не показал?
– Не болело. А сейчас очень больно.
– Мама его предупреждала об этой проблеме?
– Нет, – ответила Маргарита Петровна.
– А в медицинской справке для лагеря есть что-нибудь? Впрочем, глупый вопрос. Ну, рассказывай, что с тобой случилось.
– Да я себе чай наливал. И на руку кипятком плеснул.
Наталья посмотрела на парня с сомнением:
– Наливал чай правой рукой, а левую держал прямо под чайником?
– Да, какая сейчас разница-то!
– В общем, никакой. Температуры-то нет?
– Нет.
Наталья обработала руку, запретив несчастному ребенку купаться.
– Маргарита Петровна, но матери-то надо бы все-таки сообщить! Мало ли что на такой жаре! И таблетки пусть попьет. От греха.
– Маме позвоним.
– А купаться пока не надо. А особенно копаться в песке.
– Да уж это мы теперь проследим. Наталья Павловна, тут у нас еще две девочки...
Посмотрев двух девочек, она обнаружила у них ангину. И температуру выше тридцати восьми градусов. Оптимизма ей все это не внушило. Дав лекарство, дождавшись, когда температура снизится, Наталья осмотрела остальных детей, после чего обратилась к Маргарите Петровне:
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?