Текст книги "Ты больше не уйдешь!"
![](/books_files/covers/thumbs_240/ty-bolshe-ne-uydesh-270275.jpg)
Автор книги: Нари Орлан
Жанр: Современные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Сильная рука ласково дотронулась до щеки. Мне хотелось откусить ему палец. Адам приблизился вплотную, и тепло его тела стремительно растапливало ледяную крошку ужаса, которая еще царапала мои вены.
– Она неядовитая, – шелестел штормовой шепот. – Расслабься. Я уже убрал ее.
– Чепуха, – процедила я сквозь зубы. – Я не боюсь змей. И с тобой никуда не пойду!
Фокус рано или поздно закончится. Медведя или акулу вряд ли он под сценой прячет. Я вытерплю.
– Ты уверена?
– Да.
– Точно?
– Да!
Адам присел и несколько секунд ничего не происходило. Слышалось, как ведущий развлекает гостей, подогревает любопытство, с чем или с кем путешественница пожалует к нам в следующий раз.
Вверх по ноге затопали маленькие лапки. Я взвизгнула, дернув коленом. Это уже слишком!
– Ладно, ладно! Пойду! Черт бы тебя подрал!
К коже больше ничего вроде не касалось, но я еще чувствовала это фантомное противное ощущение. Адам выровнялся с хищной ухмылкой.
– Тебя проведут, как я говорил. Освободишься – возвращайся в свою каюту. Но фокус нужно закончить.
К моему крайнему испугу, Адам посадил на платье несколько ходячих кошмаров за секунду до того, как панель начала поворачиваться.
– Кажется, телепорт барахлит и закинул нашу путешественницу в еще более опасное место! – заголосил ведущий, когда дверцы шкафа распахнулись. По залу прокатились визги, ахи и охи. – Давайте настроимся все вместе, направим нашу энергию магическому телепорту, зарядим его на полную силу и отправим нашу Марту в сказочное и прекрасное место! Только давайте все вместе думать только про одно место, про одно. Гавайи! Гавайи! Гавайи!
У меня уже хлопнулось в пятки и сердце, и душа. Казалось, я вот-вот упаду в обморок.
Когда панель снова повернулась, Адама уже не было. Вместо него стояла низенькая девушка, сняла с меня “милых пушистиков” и вместо них нацепила на шею ожерелье из пышных цветов. Пахло оно одуряюще сладко. Под бурные аплодисменты я предстала в нем перед довольными зрителями. Ассистентки разомкнули наручники, и я, пошатнувшись, вышла из шкафа, где тут же врезалась в микрофон. Перед глазами все плыло.
– Как впечатления от путешествия? – лыбился ведущий.
– Умереть не встать. Впечатлений на годы вперед заработала. Всем советую.
Удивительно, как прошла еще через всю сцену и не споткнулась на ровном месте. Мне срочно нужна тишина, кроватка и теплый чай.
– Мартуша, ты такая смелая! – с восторгом поймал меня у сцены брат. – Я бы от страха обделался, если бы на меня посадили этих тварей.
– Иди ты… – пробурчала я и нетвердыми ногами направилась к выходу.
– Марта! Ты куда?
Глава 7
Да как Адам вообще понял, что я туда пойду? Брат еще на семейном ужине, когда я отходила, растрепался о планах? По дороге в каюту я спросила его, не рассказывал ли кому-то о желании сходить на шоу фокусов.
– Не помню, – пожал Ростик плечами. – Да говорил кому-то по-любому. Ребята, с которыми на лайнере познакомился, не захотели пойти. Они не шарят… А что?
– Ничего! – буркнула я и нажала кнопку лифта. Сейчас расскажу, что Адам вытворял в шкафу, и Ростик заведется с пол-оборота, пойдет к нему устраивать разборки. Лучше промолчу. Все равно поздно махать кулаками.
– Куда ты спешишь?
– В каюту!
– Эй, мы же недосмотрели…
– Хочешь, оставайся и досматривай.
– Да? Тебя провожать не надо?
– Уже нет…
Ростик не стал интересоваться, почему уже нет, и помчался обратно в зал. Толку теперь с него? Надо было, наверно, и в шкаф лезть с братом, чтобы Адаму поломать затею.
Когда уже найдут у него алмазы?!
В каюте я сразу полетела в горячий душ. От воспоминаний о том, как по мне бегали пушистые лапки, до сих пор передергивало. И с какой стати Адам решил, что благодаря таким фокусам я захочу быть с ним?
Ну, по крайней мере, он добился того, что мне придется провести с ним вечер. Может, не пойти? Запереться в каюте и ждать с моря погоды?
Я вышла из душа и уставилась на ноутбук. На экране светилось окно с номером ошибки. Программа не справилась? Я запрыгнула на кровать, положила на колени ноут… В пальцах задрожало волнение. Я закрыла окно программы, и мне словно по лицу кто-то влепил пощечину – архив из папки пропал. В корзине, естественно, пусто.
Пока нас с Ростиком не было в номере, кто-то зашел, удалил архив и смылся? Адам был со мной в шкафу, тогда его охрана?
Каждый раз, когда я подозревала, что кто-то шарился в моем ноутбуке, я проверяла это в одной хитрой программке, которую так невидно, но она записывает все действия, совершенные кем бы то ни было за последнее время.
И тут в ней я увидела, что кто-то полчаса назад взломал мой пароль на ноуте, копался в папках, нашел архив, скопировал его на внешнее устройство и ушел.
Секундочку… Значит, во-первых, программа друга Ростика почему-то не справилась и не открыла архив, а его уничтожила. Или он сам уничтожился? Хорошо, что брат сделал копию. И, во-вторых, эту копию кто-то еще скопировал себе и сбежал.
Я несколько минут таращилась на экран, собирала мысли в кучу и думала, кто знал про флешку и кто хотел получить с нее информацию? Ростика я настойчиво просила никому про нее не говорить. Адаму нет смысла копировать свои же файлы. Он бы их просто удалил.
Перед внутренним взором всплыло лицо Назара и его неприятный, пронизывающий взгляд. Он спрашивал, в какой каюте я живу. Он слишком подозрительный тип. Что если он на Адама зуб точит? Мог подумать, что я была у Адама, чтобы найти на него компромат. И пошел проверить мой ноутбук, потому что сам в ту каюту не сунется.
Это меня Адам по попе шлепнет за подобное, а другого и прибить может. Надеюсь, он еще контрабандистов на лопатки не уложил, и они окажутся сильнее.
Вообще говоря, надо бы сообщить ему, что кто-то завладел архивом. Например, его сосед. Но тогда и мне аукнется.
Нечего переживать. Скорее надо узнать, что на флешке. Может, там ничего такого… Но ясно одно: на корабле находится враг Адама.
Уже как-то я оказалась втянута в его разборки с врагами. Тогда я отделалась легким испугом, поняла, что никаким бизнесом Адам не занимается. И, честно говоря, больше мне не хотелось находиться между двух огней.
Что делать? Я покосилась на дверь. Скоро за мной придут. Прихорашиваться не собираюсь – было бы ради кого. Футболка и джинсы, стянутые в хвост волосы – с него достаточно.
Целый вечер вместе… как мои нервы это выдержат? Буду поддерживать себя только одной мыслью: этим же вечером удастся хорошенько припомнить ему чертов фокус! Мстительный сюрприз я ему подготовила.
Через полчаса в дверь осторожно постучали. Я встрепенулась. Сердце забухало, подпрыгивало, словно на батуте. Адам уже прислал кого-то… Как же охота ему что-то расцарапать…
В коридоре меня ждала миловидная женщина в форме горничной. Всех подкупил. И ее, и фокусников. Деньги некуда девать.
– Марта? Пойдемте.
Нам пришлось пробираться на другую сторону лайнера. Вечер в самом разгаре. Пассажиры, заряженные новогодним настроением, веселились в ресторанах, барах, бассейнах, на открытой концертной площадке. Я поймала свое выражение в зеркале лифта – вид точно такой, будто меня на плаху ведут. Хотя это недалеко от правды. Женщина нажала на самый верхний этаж. Что там Адам уже устроил?
Приехав, мы двинулись по коридору. Я изнывала от волн горячего трепета, которые ошалело носились по телу. С каждым шагом приближения к треклятому мерзавцу волнение накатывало все сильнее. Горничная довела меня до одной двери, распахнула ее и пропустила меня вперед.
Я слегка оторопела. Небольшую открытую площадку от ветра защищало высокое стеклянное ограждение, но прохлада чувствовалась. По полу раскидали лепестки алых роз, чуть поодаль в наполненном джакузи лежала пушистая пена и дрожали огоньки в плавающих свечах. Ближе ко мне за столом, укрытом алой скатертью, сидел в рубашке Адам и чертовски соблазнительно ухмылялся. Пламя высоких красных свечей отражалось искрами в его глазах.
Значит, здесь он хочет, чтобы я провела с ним вечер, в романтической атмосфере? Чтобы спокойно поужинала, выпила вина? И забралась с ним голышом в джакузи?
Злость забурлила внутри меня похлеще воды в том джакузи.
Пусть хочет. Я обещала ему, что проведу с ним вечер. Значит, проведу. И заодно отыграюсь за все его фокусы. Думаю, мой сюрприз произведет на него неизгладимое впечатление.
Я повесила сумочку на спинку стула и уселась за стол с улыбкой – такой, акульей, от желания его покусать. Какая белоснежная у Адама рубашка. Как замечательно на ней смотрелся бы мой сюрприз, но… в джакузи он будет смотреться еще лучше.
Адам внимательно окинул взглядом мою футболку с елочками на груди. Чему так доволен? Чувствую, приди я сюда в безразмерном пуховике, тоже бы мысленно облизывался.
Потому что ему не составит труда меня раздеть.
– Тебе не холодно, малышка? – спросил Адам.
– Нет.
Легкая прохлада, наоборот, шла на пользу – чуть остужала мою кипящую кровь.
– Я заказал твой любимый десерт. Надеюсь, с лета ничего не изменилось?
Теперь мне еще больше хотелось его придушить, прибить. Я уставилась на вышколенного официанта, который поставил передо мной тарелку с популярным в Нидерландах пирожным “Томпус”. Чем-то похоже на “Наполеон”, но с розовой глазурью. Когда работала в кафе, объедалась им.
– Решил напомнить мне, как мы познакомились? – Я вонзила ложечку в пирожное. Невозможно забыть то унижение, когда администратор заставил меня выворачивать при нем карманы, и как в одном из них оказалась карточка Адама. Администратор посмотрел на меня, как на ничтожество.
– Ты до сих пор сердишься? Я всего лишь умею добиваться своего.
– Любыми методами. Возможно, ты гордишься этим своим качеством. Но оно меня больше всего раздражает.
– Мне нравится, что ты ко мне так неравнодушна.
И в этом самая большая моя проблема – я не могла наплевать на него, не могла сохранять равнодушие. Не могла смотреть на него и не чувствовать жгучие вспышки в груди.
– Только не думай, что от ненависти до любви один шаг. Ты давно все испортил… и это, – я окинула взглядом джакузи, стол со свечами, – это не поможет.
Глаза Адама опасно блеснули.
– В той ситуации был только один вариант действий. Другого не дано.
Только один, приемлемый для него. Что он еще мог придумать кроме того, как достать пистолет? Он именно так решал все проблемы. Даже если проблема – я.
– Может, ты надеялся вернуть те наши беззаботные вечера, но их больше не будет. Я каждый раз буду тебе припоминать то, что ты сделал.
Пока он, как минимум, не извинится. Это минимум!
– Припоминай. Я готов это слышать каждый вечер.
Томпус оказался безумно вкусным, даже слаще, чем в Нидерландах. Адам не притронулся к своему десерту, он с меня глаз не сводил. Что откровенно бесило.
– Запиши на диктофон и слушай. Может, раза с тысячного ты поймешь, что виноват. Удивительно, как ты без умения признавать свои ошибки заработал столько денег… Хотя… ты же их не заработал.
– Я не могу быть виноватым в том, что спровоцировала ты.
– Я? У меня не было выбора!
– Тебе так кажется.
– Ты мог меня просто оставить в покое…
– Не мог.
Я отвела взгляд к пустой тарелке, которую поспешил убрать молчаливый официант. Разве то, что найдут в его каюте алмазы, Адама остановит? Да, возможно, его выгонят с корабля, но через какое-то время он снова найдет меня. Не могу же я желать ему смерти, чтобы уж точно отстал.
Полная безысходность навалилась на меня. Чувствую, потом придется рассказать обо всем отцу. Он, конечно, сначала покричит, но позже, когда мы вернемся в Россию, сможет мне помочь?
Официант разлил искристое шампанское по бокалам. Плеснуть бы его в наглую ухмыляющуюся физиономию и уйти. Но вечер только начался. И сюрприз тогда Адам не получит.
– Если ты не станешь мешать моей работе, лезть в мои дела, то подобное не повторится, – сказал Адам, когда официант отошел.
– А ты просто не трогай меня – и все с твоей работой в порядке будет.
Сам меня же во все втянул! Кто его просил прятать в моем кафе какие-то подозрительные ящики? Я должна была делать вид, что их не существует? Особенно после того, как меня из-за них чуть не посадили.
Быть с ним – это балансировать на лезвии ножа. Он хотел, чтобы я не обращала внимания ни на что подозрительное, чтобы не совала нос никуда, чтобы, если в мое кафе вламываются полицейские и надевают на меня наручники, молча терпела и ждала, когда Адам, благодаря своим связям, добьется моего освобождения. А позже ничего ему не говорила, не выясняла, что за ящики хранились у меня в подвале.
– Ты делаешь из всего катастрофу, малышка. – Адам поднял бокал. – Никакой опасности я тебя не подвергал.
– А не только в опасности дело. Ты предал меня. Потому что я рискнула открыться тебе и поверить.
– Это ты что считаешь предательством? Я тебе не изменял.
Иногда мне правда очень хотелось, чтобы Адам перенаправил свою одержимость на кого-то другого и забыл обо мне.
– Я больше не хочу об этом говорить, – пробормотала я, опустив голову. – Это бессмысленно.
– Да, возможно, пока не стоит вспоминать прошлое, пока ты не остыла. Я остыл. И давно простил тебе историю с теми ящиками.
Он мне, значит, простил. Как великодушно с его стороны. Но уже поздно. Мне та история хорошо показала, каким безжалостным Адам мог быть. И поэтому я ни о чем не жалею. Я тогда лишь полностью убедилась, что в Нидерландах покоя мне не видать. Что надо ближайшим рейсом лететь в Россию, пока Адам занят добычей своих драгоценных ящиков, которые я в итоге спрятала… Жаль, мне так и не удалось ни один из них открыть. До сих пор не знаю, что он в них хранил.
– Предлагаю оставить прошлое там, где ему место – в прошлом. И выпить за наше будущее.
– Будущего у нас нет. И даже не думай, что я забуду о прошлом. – Я не чокнулась с его бокалом и сделала несколько глотков шампанского. На губах Адама растянулась хищная ухмылка. Он влил в себя спиртное и поднялся.
– Тогда тебе стоит выплеснуть все, что в тебе бурлит.
Адам протянул мне руку, и я, естественно, не дала ему свою ладонь. Тогда он сам схватил меня за запястье и заставил встать, подступить к нему вплотную, почувствовать жар его тела, его запах. Ох, как выплесну сегодня, ох как выплесну. Он себе даже не представляет, что я на него выплесну.
– И еще стоит вспомнить, как было хорошо со мной.
Об этом я старалась не вспоминать. Хорошо – это мягко сказано. Было потрясающе. Но…
– Я все прекрасно помню. Все, – заявила я, смотря ему в глаза с вызовом. – Отпусти мою руку.
– Пошли в джакузи. – Не отпуская запястье, он повел меня за собой.
Я собиралась дернуть руку, но увидела на широком бортике возле воды закрытый красный купальник – иллюзия безопасности. Издали он терялся среди раскиданных лепестков роз.
Все, гад, предусмотрел. И мой размер наверняка помнил. Он много мне подарков дарил, и ни один из них я не забрала с собой. Мне хватило бурных воспоминаний, которых, к сожалению, не выбросить.
Пока мы сидели за столом, плавающие свечи уже кто-то расставил по бортику. Пышная пена слегка покачивалась на бурлящей воде. До меня доносился нежный цветочный аромат. Алые лепестки укрывали почти весь пол под ногами, я сняла босоножки, чтобы прикоснуться стопами к этой ароматной нежности.
А Адам тем временем расстегивал пуговицы на рубашке, явно предвкушая момент, когда я сниму футболку.
– Здесь есть где переодеться?
Официант провел меня в небольшую раздевалку, возле которой находился туалет. Я покосилась на его дверь – чуть позже займусь сюрпризом, под конец вечера.
Купальник сел на мне безупречно. И слишком хорошо подчеркивал грудь. Я обхватила себя за плечи. Почему не сказала, что не буду сидеть с ним в джакузи? Только ли ради того, чтобы сюрприз удался?
Пугало то, что мне, возможно, подсознательно хочется вновь почувствовать ту бешеную лихорадку, которая охватывала мое тело каждый раз, когда Адам набрасывался на меня, дикий и голодный. Если позволю ему… то, боюсь, потеряю рассудок. Захочу еще и еще. Не замечу, как снова окажусь полностью в его власти.
Меня и так после того поцелуя в клубе всю ночь мучительно истязал пожар внутри.
Нужно просто пережить этот вечер. И… сколько раз я уже говорила себе, что не попадусь в его ловушку? Ничего, дальше буду еще более осмотрительной.
Я оставила сумочку с сюрпризом в раздевалке и вышла на площадку. Прохлада тут же пробежалась по коже мурашками. Одежда Адама валялась на полу, он уже полностью забрался в джакузи, устроил затылок на бортике и наблюдал из полуопущенных ресниц, как я иду к нему.
– Только не прикасайся ко мне, – сказала я, опускаясь в горячую, бурлящую воду. – Сиди там.
Адам отставил бокал и всколыхнул воду, приподнимаясь. Пена потекла по его мускулистой груди.
– Когда ты научишься слушать меня… – процедила я сквозь зубы, напрягаясь всем телом.
– Слишком мало места, чтобы не прикасаться друг к другу. Ты требуешь нереальное. А сидеть я и буду там. С тобой.
Я машинально, честное слово, подхватила в ладони облако пены и впечатала его в самодовольное лицо. Но цепкие руки уже обхватили мою талию и потащили. Адам мотнул головой, фыркнул, и клочки пены полетели в меня. Я зажмурилась. Стопы заскользили по дну, я на ощупь пыталась оттолкнуть от себя этот танк. Или тягач.
Едва он сел, я упала на него. Меня точно пронзило разрядом тока. Из кольца рук уже не выбраться. И кольцо это смыкалось туже. Адам буквально вжимал меня в себя. Вся моя кожа стала безумно чувствительной от интимной тесноты.
Я упорно держала голову так, чтобы не приближаться к его лицу. Оттягивала неизбежное? Зачем он усадил меня к себе на колени? Не затем, чтобы смотреть на мое ухо.
– Малышка, мне никто не нужен кроме тебя.
А лучше бы смотреть ему в глаза, чем подставлять его губам свое ухо – в него будто влили карамельный сироп, и он растекся по плечам, груди.
– Перестань. Я тебе уже говорила, что не верю словам, а верю поступкам. Ты только продолжаешь все портить… Эти фокусы… – Меня снова передернуло.
Адам провел ладонью по моей спине вниз, повторяя изгиб талии, задержался на пояснице. От прикосновения кожа зудела, ее будто покалывало мелкими горячими иголочками.
– Если бы ты чуть больше гуляла по лайнеру, то попала бы, возможно, в более милую ловушку.
– Я из-за тебя почти не выхожу из каюты! – Наконец повернула к нему лицо и напоролась на его потемневший взгляд, который отозвался снопом искр в сердце. – Видеть тебя не хочу…
– Ненавидеть меня наедине с собой проще. – Адам мягко растягивал слова, гипнотизировал своим низким, рокочущим голосом. – А когда я рядом, это все труднее и труднее…
– Ты ошибаешься, – с трудом выдавила я из себя. – Когда ты рядом, у меня аж жжет в груди от ненависти.
– Жжет… Здесь? – Он с легкостью приподнял меня так, что моя грудь вынырнула из воды, и припал губами туда, где заканчивалось декольте. Всплеск удовольствия резко пронзил меня, и я едва успела прикусить губу, топя внутри стон. Закрытый купальник – это ведь лишь для того, чтобы слегка усыпить мою бдительность. Я уперлась руками в его плечи, пытаясь ногами найти опору.
– Адам, прекрати… Прекрати, говорю… – шипела я. И голос мой, как назло, ломался, выдавая мои тщетные старания совладать с эмоциями.
К счастью, он опустил меня – усадил на колени, лицом к себе, обхватил крепко руками за талию.
– Я говорила, что проведу с тобой вечер, а не стану с тобой… обниматься и прочее. Можешь, конечно, придумать еще более жесткую ловушку, в которой шантажом заставишь меня даже переспать с собой. Но это только сделает хуже, Адам…
– Хочешь мне подсказать, как себя вернуть? – вскинул он одну бровь.
– Нет, я… – запнулась. Конечно, на самом деле нет в мире ни единого варианта, как Адам мог бы меня вернуть. Или есть? Если бы я сказала ему, чего хочу, то это бы дало ему понять одно – у него есть шанс. Нет, я ему не дам ни единого шанса.
– Тогда я буду делать так, как считаю нужным. – И его взгляд упал на мои губы.
Вот-вот он меня поцелует. А там недалеко и до откровенных ласк. И до потери рассудка. Я схватила бокал с бортика и стала маленькими глотками цедить шампанское, судорожно думая, что делать дальше.
Нельзя оставаться в джакузи. Пока я держусь. Но это ненадолго. Я не выдержу так весь вечер. Мне уже больно от того, как я давлю, уничтожаю, кромсаю внутри себя желание ближе прильнуть к нему.
– Дай мне посидеть спокойно напротив тебя.
– На мне сидеть спокойно не получается. Ты хочешь меня, и от этого сильнее злишься, – хитро ухмыльнулся Адам.
– Какой ты проницательный. Но, может, я просто хочу поговорить с тобой.
– Поговорим, когда ты немного выпустишь пар. Наверно, будешь дикой кошкой, когда я стану тебя трахать.
– Мне надо в туалет, – выпалила я.
Кажется, успела в последнюю секунду перерезать нужный проводок в бомбе. Адам разомкнул руки, и я, плохо чувствуя себя, еле выбралась из джакузи. Вместе с полотенцем схватила бокал шампанского.
Руки тряслись мелкой дрожью, когда я открывала в уборной маленький бутылек, защищая кожу туалетной бумагой. Если буду нести бокал, прикрывая содержимое пальцами, то Адам ничего не заметит.
Теперь он будет долго торчать в своей каюте. И хоть на какое-то время оставит меня в покое.
Адреналин смешался с алкоголем в гремучий коктейль и неистово носился по венам. Меня аж потряхивало. Когда я вышла на площадку с бокалом, не ощутила прохлады, было жарко. Адам, ни о чем не подозревая, ждал меня в джакузи, и я медленно двинулась к нему. Сердце бешено прыгало в груди.
– Это тебе за твои дурацкие фокусы! – Я опрокинула бокал с зеленкой прямо на Адама – и зеленые брызги бросились ему на лицо, плечи, грудь. – Может, это немного подлечит тебя от твоего гадства.
Так быстро я, наверное, еще никогда не улепетывала. За спиной матерные ругательства перешли в громкий хохот.
– Марта, я тебя… ну, погоди…
В раздевалке я схватила одежду, босоножки и сумочку, вылетела в коридор. Адам, естественно, не станет за мной в таком виде бежать. Никто меня не поймал на пути к лифту, и я вполне спокойно уехала вниз.
То, что я сделала, чистой воды ребячество, конечно. Но как же хорошо стало на душе. Его перекошенное лицо, когда из бокала полетела зеленка, я буду с наслаждением вспоминать. Ему очень не понравился мой фокус-сюрприз.
Засыпала я в кровати сладко после выпитого алкоголя и удавшейся шалости, даже не проснулась, когда вернулся Ростик. Только утром, в полудреме, услышав свое имя, произнесенное чужим голосом, вмиг подорвалась.
Брат стоял возле распахнутой двери каюты и с недоумением таращился на огромный букет роз в руках курьера.
– Не трогай эти цветы! – выкрикнула я. – На всякий случай…
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?