Текст книги "Поставить мир на кон"
![](/books_files/covers/thumbs_240/postavit-mir-na-kon-47352.jpg)
Автор книги: Наталья Бульба
Жанр: Боевое фэнтези, Фэнтези
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 23 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
– Насколько я успела разобраться в дарианцах, у них не принято обсуждать такие вопросы. Да и причина, побудившая нас всех здесь собраться, значительно важнее того, каким образом им удается понимать смысл, вложенный в имя.
«И кого из нас двоих ты сейчас спасала?» – раздался в моей голове сдобренный долей ехидства голос.
«Свои нервы», – недовольно пробурчала я, удивляясь тому, насколько спокойнее начала себя чувствовать с его появлением.
«Тебе не стоит…» – попытался образумить он меня. Зря старался.
«Ты у меня в гостях. И тебе придется с этим считаться», – парировала я, делая вид, что не замечаю внимательного взгляда мужа.
Знать об устройстве связи он не мог, но это не мешало ему чувствовать, что не все так просто, как кажется.
«Как прикажет правительница д’Тар», – с отстраненной холодностью ответил даймон. И даже чуть склонил голову. И хорошо, что никто не мог соотнести это движение с тем ментальным разговором, который у нас с ним шел.
Я же почти поверила, но только до тех пор, пока довольно четко не осознала спрятанную за его щитами веселость.
– Остается узнать, что должно было произойти, чтобы бывший ялтар Вилдор…
– Просто Вилдор, – поправил Элильяра даймон и посмотрел в сторону сына. – Ялтар, как и правитель, может быть только настоящим.
– Остается узнать, что должно было произойти, чтобы просто Вилдор, – вернул ему насмешливый взгляд отец Олейора, – решил, что мир живых ему предпочтительнее покоя небытия.
– Мне кажется, что на этот вопрос лучше ответят те, кто счел, что мое место именно здесь.
Но вместо того, чтобы перенести внимание всех на меня или Сашку, как тех, кто все это и затеял, он посмотрел на Олейора. Отдавая ему право начать этот разговор.
Хороший ход. Вряд ли у кого-то еще останутся вопросы, кто здесь главный. Но это не значит, что никто не понимает, чья именно это игра.
– Разбирая архивы одной из генетических лабораторий, мой советник наткнулся на записи, однозначно говорящие о том, что еще во время правления ялтара Вилдора на Дариане велись опыты по созданию аналога даймонов, но с характеристиками, которые должны были превосходить способности черных воинов. Это бы не заинтересовало Александра, если бы не два момента.
– Изначально речь шла об одном, – на равных вклинился в разговор мой сын. И хотя я знала, что к его мнению уже давно прислушиваются, едва ли не впервые видела это воочию. – Но и этого хватило, чтобы я немедленно предоставил эту информацию правителю Олейору и моей матери.
– Позвольте предположить, – улыбнулся Аарон своей знаменитой клыкастой улыбкой (неподготовленных от нее обычно бросало в дрожь), – что эти записи имеют непосредственное отношение к миру, который для правительницы Леры является родным.
– О вашей проницательности, повелитель Арх’Онт, пора складывать легенды, – внешне иронично, но с долей уважения заметил Вилдор.
Я же вспомнила сказанные когда-то мне Гадриэлем слова. В то славное время, когда я решила спрятаться от проблем, согласившись на помолвку с Рамоном. В тот раз они стали пророческими: «Принимая мой перстень, ты попадаешь под защиту короны, уже находясь под защитой темных. Плюс клятва светлых и отец, князь волков-оборотней. Пока сильные мира сего будут разбираться, кто на тебя имеет больше прав, у тебя будет время решить».
Тогда двумя соперниками, которым нужен был только повод, чтобы потренироваться в острословии, были человеческий маг и мой будущий муж. Теперь же, если я не ошибалась, а я не ошибалась, нечто подобное нам и предстояло. Пусть и совершенно по иной причине.
– Мне кажется, что демонстрация придворной изысканности нам ни к чему, Вилдор. Я совершенно не буду против, если, обращаясь ко мне, ты будешь называть меня просто Аарон.
– В узком кругу? – Черные глаза даймона в серебряной окантовке ресниц просто лучились весельем.
Таким своего дарианского кошмара я еще не видела.
– В узком кругу, – подтвердил демон и повернулся к Сашке, которого уже давно и по-отечески любил. – Значит, Земля?
– И это еще не самое интересное, – так и не приняв шутливого тона, в котором шел разговор, ответил сын. – Записи сделаны на языке, который для нас с мамой является родным. Боюсь, что о совпадении говорить трудно.
– А второй момент? – посчитав, что маска добродушного дядюшки больше никого не вводит в заблуждение, уточнил демон.
– То, что я об этом ничего не знал, – без всякого возмущения в голосе ответил вместо Сашки бывший ялтар. – А такое было возможно лишь в том случае, если эту информацию прятал от меня мой старший сын, который возглавлял внутренний круг.
– Яланир? – усмехнулся Гадриэль, похоже вспомнив свое с ним знакомство. – Но, по нашим сведениям, он убит тером госпожи Леры.
– По вашим сведениям, лорд, – в тех же интонациях парировал Вилдор, – я тоже не совсем жив.
– Но в вашем случае, как я понимаю, не обошлось без участия правительницы д’Тар.
– Участие правительницы д’Тар сделало мой уход более эффектным и правдоподобным. Ему же такие высокопоставленные свидетели были ни к чему. К тому же клинок с гранью его души так и не найден.
– И только на этом основании…
– На текущий момент, лорд Гадриэль, – перебил нашего друга даймон, – никаких оснований нет. Есть лишь разрозненные факты, мои предположения, основанные на собственном опыте, знании характера старшего сына и его амбиций, и тонкая ниточка, которая связывает найденные Александром документы и возникшее в последнее время недовольство Совета старших домов темных эльфов своей правительницей.
– Ты считаешь… – Аарон лишь на мгновение позволил проявиться в своем взгляде той неукротимой мощи, которой славились демоны, но мне и этого хватило, чтобы осознать, насколько серьезно он отнесся к словам своего бывшего врага.
– Я считаю, что именно здесь, на землях темных эльфов, находится один из кончиков клубка, который может позволить нам его распутать. Но прежде чем что-либо предпринимать, нам необходимо обезопасить правительницу Леру и ее детей.
– И меня? – с неожиданной для меня агрессивностью уточнил у Вилдора Сашка.
Если бы у меня сердце не сжималось от беспокойства за сына, я вполне могла бы улыбнуться тому, с какой настойчивостью он готов отстаивать отведенное ему в этом мире место.
– И хотел бы, – правильно понял его вопрос даймон, – но ты уже доказал свою способность принимать правильные решения.
– А я, значит, нет, – фыркнула я недовольно, ничуть не сомневаясь, что, наводя всех на мысль о том, что меня необходимо защитить, Вилдор преследует совершенно иные цели.
– Ты вполне способна это делать, – спокойно ответил он мне, смешком по ментальному каналу дав понять, что по достоинству оценил мои актерские способности, – но будет лучше, если твою жизнь будем охранять мы.
– Я отправлю детей к князю, – без тени волнения ответил Олейор на предложение дарианца.
– А может, к маме, на Землю? – с нескрываемой надеждой спросила я. Вилдор по ментальной связи уже предупредил, что этот вариант его устраивает больше.
– Это не опасно? – Мой муж удивил не только меня, но и всех остальных, обратившись с этим вопросом к бывшему ялтару.
– Их нахождение на Лилее или Дариане менее безопасно, – задумавшись на мгновение, но лишь для того, чтобы придать своим словам большую весомость, ответил тот. – Все родичи и друзья правительницы, у которых могут укрыться наследник и его сестра, довольно хорошо известны. А вот о том, что родным миром госпожи Леры является Земля, знает только самый узкий круг.
Прежде чем принять решение, Олейор посмотрел на своего отца, и, когда тот опустил ресницы, соглашаясь с доводами даймона, он тоже склонил голову. Дело было не в том, что ему хотелось разделить ответственность – у Элильяра был опыт, которого недоставало нынешнему правителю темных.
– Ну а где вы собираетесь спрятать их мать, я уже догадался, – фыркнул демон, разряжая обстановку.
– Надеюсь, ты с ней справишься, – выдавив из себя улыбку, попытался пошутить муж. Почти удачно.
– Ты хотел сказать, с ними? – Аарон вопросительно посмотрел в сторону внимательно следящего за событиями Закираля. – Ты ведь отпустишь мою дочь на турнир?
– В качестве гостьи, – кивнул тот, соглашаясь.
«Мне начинать бояться?» – мысленно уточнила я у Вилдора, воспользовавшись тем, что разговор плавно ушел совершенно в иную сторону.
Лучше бы этого не делала, его ответ мне совсем не понравился.
«Я поклялся Олейору, что сберегу тебя».
Я не удержалась от того, чтобы ему возразить:
«Я буду против, если ценой за это станет чья-либо жизнь».
«Я приму это к сведению», – без тени недовольства отреагировал он на мое замечание и встал, тут же привлекая к себе внимание.
Шаг, и он застывает у окна, прикрытого от любопытных взглядов защитными заклинаниями. И я замечаю, как Олейор внутренне сжимается, пряча свое смятение за укрепившимися щитами. Вилдор останавливается точно в том месте, где любит стоять мой муж. Да и позу, в которой он застыл высеченной из камня скульптурой, я вижу каждый день.
И я практически уверена, что бывший ялтар Дарианы сделал это не без умысла, вот только… мне не дано понять, чего именно он хотел этим добиться.
– Закираль, – тот резко разворачивается к отцу, мгновенно откликаясь на обращение, которое звучит как приказ, – Кадинару нужен полный доступ к информационным системам Дарианы. Ярангир, – тот с абсолютной точностью повторяет действия своего ялтара, – твоя задача – отследить все передвижения Яланира за последние лет двадцать. Упор на контакты с Землей. Гадриэль, – черноволосый лорд, в отличие от даймонов, явно намерен потягаться с Вилдором, оспаривая его право распоряжаться собой, но натыкается на холодный взгляд Олейора, который подкрепляется точно таким же, но уже Элильяра, и, смиряясь, склоняет голову, – попробуй найти связи между даймонами и теми, кто участвовал в попытке переворота перед вторжением. И не забудь про Саражэля. Он тогда был в гуще событий.
– А мы? – уточняет с насмешкой Арх’Онт, которому все происходящее явно доставляет удовольствие.
– А мы будем думать над всем тем, что они для нас найдут, – как-то отстраненно, словно его это все больше не интересует, отвечает ему Вилдор.
И пусть все остальные только догадываются, что все далеко не так, лишь я одна могу сказать об этом с уверенностью. Потому что в моей голове звучит его голос, не повиноваться которому очень трудно. Да и не хочется.
«Я поклялся твоему мужу, что не позволю тебе погибнуть. Ты же должна поклясться мне, что ни на миг не усомнишься в том, что я это сделаю».
И я клянусь ему в этом не потому, что не могу противостоять той силе, которую он излучает. Я просто верю в то, что именно так все и будет.
Глава 5
Аарон Арх’Онт
Графиню Авинтар я узнал сразу. Именно ее образ я видел на медальоне, который Карим показывал нам перед вторжением. Те, кто был на той встрече, без труда связали воедино появление бывшего ялтара Дарианы и присутствие во дворце его Единственной. И хотя никто не показал своей осведомленности, я неоднократно замечал многозначительные взгляды, направленные в ее сторону.
– Ты, как и тогда, склонен ему верить, – словно прочитав мелькнувшую у меня мысль, заметил Элильяр, опускаясь в кресло напротив.
Сославшись на то, что мне пригодится помощь старшего д’Тара при подготовке к турниру, я забрал его с собой. Уже давно убедился, что беседа с бывшим правителем темных эльфов помогает мне связать воедино многие факты, которые в другом случае просто ускользали от меня.
– В тот раз я был склонен верить Закиралю. Вилдору же доверял твой сын, – поправил я его, наслаждаясь уютом собственного кабинета.
Старею, наверное. Еще лет сто тому назад для меня было пыткой провести здесь даже малую часть дня. Теперь же…
– Ты становишься занудой, – усмехнулся эльф, в очередной раз угадывая мое состояние.
Вот так и расстаются со славой великого интригана.
– Неточное воссоздание исторических фактов может стать источником неверных выводов, – ухмыльнулся я.
А ведь не случись того вторжения, вряд ли бы мы нашли дорожку друг к другу. Впрочем, не думаю, что судьба не преподнесла бы нам иного шанса для близкого знакомства. На такие штучки она всегда была мастерицей.
– Но это не значит, что ты не можешь быть одновременно и правым и занудой, – парировал он, чтобы тут же отказаться от сарказма. – Но теперь ты склонен верить уже отцу.
– Только в той части, что дело действительно кажется серьезным. Но слепо доверять его игре я не собираюсь.
– А он играет? – улыбнулся мне Элильяр той улыбкой, которая настраивала на воинственный лад. Мол, давай, докажи, на что способен.
И ведь вполне мог попасться, лет так… Когда еще не стал повелителем демонов.
– Как ты думаешь, ради чего он во все это ввязался? – Я откинулся на спинку кресла, с загадочной улыбкой посматривая на друга. Да! Именно на друга. – Ведь мог продолжать жить себе спокойно, с женой и сыном. Вряд ли то, что затеял его старшенький, если это, конечно, затеял он, коснется места, где находился Вилдор эти два года. А если и коснется, для него теперь открыты все миры. И не только потому, что даймонами перестали пугать. С его способностями он может быть кем угодно и где угодно.
– И ты знаешь причину?
Эльф продолжал оставаться бесстрастным. Если бы не знал, с кем имею дело, вполне мог в это поверить. Но я знал и поэтому ощущал, с каким напряжением он ждет моего ответа.
– Догадываюсь, – не стал я испытывать его терпения, – но опасаюсь, что мой ответ тебе не понравится.
– Если ты о том, что его продолжает интересовать Лера…
– Ну это само собой, – фыркнул я и призвал парочку саламандр. Без них огонь в камине не казался живым. – Что-то не так в том, что связывало его Единственную и жену твоего сына. И с этим стоит разобраться, прежде чем делать окончательные выводы.
– Ты сумел меня заинтриговать. – Элильяр поднялся с кресла и подошел к столику, на котором стояло приготовленное для нас вино.
Но прежде чем он успел еще что-либо сказать, в кабинет своей летящей походкой, заставляющей меня вздрагивать от накатывающей волны желания, вошла Рае, тут же добавив обстановке праздничности и изысканности.
– Узнав, что ты вернулся не один, решила, что кабинет – единственное место, где могу тебя найти. И не ошиблась. – И добавила, подавая руку Элильяру, который, подмигнув мне, с нежностью ее поцеловал: – Я давно тебя не видела. Надеюсь, ты не откажешься быть нашим гостем на турнире?
– Скорее всего, откажусь. – Покачав головой, он вновь поднес ее ладонь к губам, искоса поглядывая на меня. Но я только ухмылялся, не реагируя на уже привычную провокацию. – А вот мой сын…
– Он позволил Лере участвовать? – тут же догадалась она о причинах, которые вынуждали нашего собеседника остаться в Тариконе.
Все-таки Вилдор был прав, когда говорил, что происходящее у нас в последнее время выглядит весьма подозрительно. Отсутствие правителя вполне может спровоцировать тех, кого мы ищем. Вот только на что?
Иногда даже мелочи могут стать ключом к пониманию. И для того, чтобы их заметить, лучших кандидатур, чем мой друг и его бывший начальник разведки, не найти. Лорд Саражэль обладал поистине запредельным чутьем на все, что могло стать угрозой для правящего дома.
– Насколько я понял, они с твоим братом уговорили ее увеличить охрану в обмен на этот турнир, – вместо Элильяра ответил я ей.
Пока говорил, пытался разгадать, каким именно образом Вилдор собирается одновременно сопровождать Леру в качестве ее телохранителя и следить за тем, что будет происходить на землях темных. Впрочем, я нисколько не сомневался в том, что ему удастся справиться с этой задачей.
– Я рада этому. – Она подарила нам обоим нежную улыбку, подойдя ко мне, легко коснулась пальцами моих волос. Потом тихо повторила, думая уже о чем-то своем: – Я рада этому.
И, резко развернувшись, направилась к двери.
Она всегда чувствовала, когда серьезные дела вынуждали меня лишать себя удовольствия побыть с ней. Я же… Сколько времени уже прошло с той ночи, когда мы вошли в лабиринт, где совершался брачный обряд, а я все еще не верил в то, что это произошло.
– Чему именно? – остановил ее неожиданный вопрос эльфа.
Она обернулась, посмотрела сначала на меня, словно спрашивая совета, хотя совершенно в нем не нуждалась, затем на Элильяра. И было в ее взгляде нечто, заставившее меня засомневаться в том, что я знаю Рае.
И хотя я понимал, что если и есть то, что она скрывает от меня, то это не серьезнее ее житейских разговоров с Таши, но сердце неприятно сжалось от предчувствия. В ней текла кровь Вилдора, и я уже неоднократно убеждался в ее проницательности и способности ощущать события будущего.
– И тому и другому, – с легкой укоризной в голосе сказала она и, как-то растерянно пожав плечами, что смутило меня еще больше, вновь повернулась к двери.
– Рае… – теперь уже я окликнул ее, собираясь сказать про отца.
Но она, сделав вид, что не услышала, вышла за дверь.
– Хотелось бы мне узнать, о чем она сейчас думала, – протянул бывший правитель темных и наполнил бокалы вином.
– Как бы странно это ни звучало, но мне тоже.
Я принял у него фужер и сделал большой глоток, даже не ощутив вкуса.
Встреча с Вилдором не то чтобы растревожила. Скорее, затронула то, что я уже давно прятал в глубине своей памяти. Появление Рае, ее взгляд, пожатие плечами – все это наложилось на воспоминание, и перед глазами вновь появилась кажущаяся беззащитной фигура моей возлюбленной. И вновь прозвучал мой вопрос: «Рае, ты что-то знаешь?»
В тот раз все закончилось благополучно, но осадок остался, каждый раз возвращая меня к мысли, что есть тайны, которые лучше не скрывать от того, кто тебе дорог. И если моя возлюбленная нашла в тот день в себе силы, чтобы открыть мне себя, посвятив в самое сокровенное, то я себе этого позволить не мог.
Ни тогда, ни сейчас, ни… потом.
Наверное, не сказанным словам лучше такими и оставаться.
– Мне кажется…
Договорить я не успел. В дверь постучали, и, когда я дал разрешение, в комнату вошел один из дежуривших гвардейцев.
– Мой повелитель, к вам советник правителя д’Тар княжич Александр и…
Закончить я ему не дал, догадавшись, кто решил составить компанию сыну Леры.
– Пусть проходят.
– Мой повелитель…
И вновь я его прервал:
– Я благодарю княжича и дозволяю ему покинуть дворец. Гостя я сопровожу сам.
Тот склонился и вышел, чтобы через мгновение впустить в кабинет закутанного в черное покрывало мужчину. Вот ведь… стоило только вспомнить!
– Я посчитал, что некоторые вопросы стоят того, чтобы о них знали лишь немногие, – не дожидаясь, когда я уточню, чем обязан его визиту, заговорил Вилдор.
А я подумал, что застань он здесь Рае…
Закираль сказал, что генетические маркеры новоявленного телохранителя Леры принадлежат совершенно иному роду, но с некоторым удивлением добавил, что продолжает ощущать родство с отцом. Вполне возможно, что кровные связи даймонов устанавливаются на более глубоком уровне, чем считалось раньше.
Мне нетрудно предположить, как именно восприняла бы моя жена неожиданную встречу с отцом. Ведь о его настоящей роли в судьбе Дарианы она так и не узнала.
– Это значит, что мы с Элильяром вошли в круг избранных? – Я решил слегка накалить обстановку и, выражая некоторое раздражение, хлестко ударил хвостом по сапогам.
Взгляд Вилдора скользнул вниз, но он тут же вернулся к изучению моего лица. Да и в глазах – все та же бездонная чернота.
– Это значит, что правителю Олейору, его жене и советнику Александру не стоит знать, как дела обстоят на самом деле. У меня есть все основания предполагать, что первый не выдержит осознания того, что угрожает правительнице Лере, она сама посчитает, что обязана отвести беду от тех, кто ей дорог, ну а ее сын воспользуется поводом, чтобы утолить свою жажду к безрассудству.
– Это можно считать признанием в том, что тебе известно значительно больше, чем остальным?
Я знал, что он играл. Я знал, что он тасовал факты, для каждого участника этой игры создавая свою картину происходящего. Но знал и другое – среди нагромождения лжи будут крупицы правды, которые помогут мне разгадать все остальное.
– Ни тебе, ни Элильяру мое признание ни к чему. И ваше уединение тому доказательство.
Он посмотрел на столик, на котором стояло вино и закуски, и взглядом уточнил у меня, позволено ли ему будет воспользоваться моим гостеприимством. Я, не отказав себе в усмешке, кивнул. Предвкушая его дальнейшие действия.
Прежде чем ответить на мое молчаливое предложение чувствовать себя как дома, он с естественной небрежностью расстегнул набиру. Скинув его с плеч, бросил на одно из пустых кресел, оставшись в белоснежном костюме воинов Дарианы: в брюках, заправленных в высокие сапоги, и кителе. Перевязь с великолепным мечом и не менее превосходным кинжалом последовала туда же.
Стоило признать, что удивлять он умел.
Заметив в моих глазах восторг от его выходки, улыбнулся одними уголками губ и без всяких эмоций заметил:
– В небытие есть свои преимущества. Стоило умереть, и из всех правил остались лишь те, что принадлежат тебе самому.
– Именно поэтому при первой возможности ты решил вернуться? – вставил свою реплику Элильяр.
Слова Вилдора прозвучали предупреждением:
– Стабильность меня всегда угнетала.
Он налил в бокал вина и, отсалютовав им в нашу сторону, сделал глоток. Задержал во рту, наслаждаясь вкусом, и качнул головой, словно выражая удовольствие.
– В наших предположениях слишком много «если». И простите за тавтологию, но если быстро не избавиться от большинства из них, слишком высока будет вероятность того, что мы ошибемся. А я не намерен этого допустить.
– Для тебя так важна жизнь Леры? – хмыкнул недоверчиво Элильяр.
Лицо даймона продолжало казаться маской, и я словно бы предчувствовал его ответ. Наверное, потому, что, окажись я в подобной ситуации, мой был бы таким же.
Это наводило на определенные выводы.
При всей нашей любви к интригам было нечто, что пусть и частично, но оправдывало нас. Цели, которые заставляли нас распоряжаться чужими судьбами, всегда были значительно важнее, чем власть для себя или просто личные интересы.
Сейчас же, как мне казалось, речь шла о существовании отнюдь не одного мира, пусть и доказательств этому на текущий момент все еще не было.
– Я, – улыбка Вилдора была настолько холодной и безэмоциональной, что я внутренне вздрогнул (похоже, он только что показал нам истинное отражение самого себя), – как говорят на родине Леры, предпочитаю ставить точки над «и». И если это игра моего сына, я должен его остановить, потому что это был мой промах, моя ошибка. Ну а госпоже Лере просто повезло, что от ее жизни зависит успех этой игры.
У меня были сомнения в том, что он говорил, но я почти поверил его словам. В отличие от его сына, который большую часть своей жизни провел на Лилее, имея возможность развивать свои чувства, Вилдор тысячи лет оттачивал присущие ялтару качества на Дариане. А значит, что я видел у Закираля, не могло быть присуще его отцу.
Я очень сильно заблуждался, когда приписывал Вилдору некоторые особенности, которые назвал бы человеческими.
Похоже, эта же мысль посетила сейчас и Элильяра, ничем иным я не мог объяснить тень растерянности, мелькнувшую на его лице.
– И значит…
Он остановил меня взглядом, от которого я – повелитель демонов проглотил все слова, которые собирался произнести.
Да… сегодня был день сюрпризов. Но этот был самым большим и весомым.
Когда мне два года тому назад удалось немного проникнуть в замысел Вилдора, я испытал такой восторг от его грандиозности, что не раз ловил себя на желании поближе познакомиться с этим гениальным существом. Теперь же я понимал, какими открытиями и потрясениями это мне грозит.
Бывший ялтар был чужд всему, что имело значение для меня, и он не вписывался ни в один из образов, которые я для него создал. Он был другим и не собирался прилагать даже малейших усилий, чтобы соответствовать нашим представлениям о нем.
– Я дал клятву, что сберегу не только ее жизнь, но и рассудок. И это была вторая в двух моих жизнях клятва. В первой я присягал на верность Дариане. И, как вы знаете, я сдержал ее до самого конца.
Все, на что я оказался способен, – склонить голову, признавая значимость произнесенного им. Но, несмотря на то что я осознавал всю абсурдность своих намерений, так и не выросший демоненок внутри меня был готов бросить ему вызов. Даже без шансов на победу.
Уж больно заманчивой казалась мне эта идея.
– Чего ты хочешь от меня? – задал я вопрос, которого он ожидал, отметив, с каким лукавством смотрит на нашу дуэль Элильяр. И ведь так сразу и не скажешь, кого из нас он готов назвать победителем.
– Частичного доступа в твой дворец. Мне необходимо бывать здесь так, чтобы никто не догадался о моем присутствии.
– И даже я? – От его уверенности в том, что я сделаю все, что он скажет, в моей душе поднимался восторг.
И ведь он прав. Сделаю.
– Ты – нет. А вот Рае и твои сыновья – да. Кстати, тебе тоже придется тряхнуть стариной, мне нужна будет твоя помощь. Так что не рассчитывай, что у тебя будет достаточно времени для того, чтобы просчитать мои планы. – Не столько губы, сколько взгляд тронула улыбка.
– А моя? – с оттенком обиды уточнил Элильяр, одним своим вопросом превращая нас в трех заговорщиков.
– Догадываясь, что вас здесь двое, я рассчитывал на помощь обоих, – добавляя нашему общению азарта, успокоил эльфа даймон.
Вот только я не мог не искать подоплеки во всем, что он делал или говорил.
– Так что ты предлагаешь? – вновь вернулся я к основному вопросу, который меня волновал. В который уже раз поражаясь контрасту черного и белого – традиционные цвета-символы, отражающие внутренний мир дарианцев.
– Ввести новую силу с похожими интересами, – ответил тот со странной улыбкой, в которой загадочность, предвкушение и неизбежность смешались в такую опасную смесь, что от нее сбивалось дыхание и леденящий холод терзал кожу. – У Яланира есть все основания считать меня находящимся на границе Хаоса. – Заметив, что, услышав эту фразу, я не удержался от взгляда в сторону эльфа, он вновь улыбнулся. Не столь многообещающе, но тем не менее не отрицая, что ему еще есть чем нас всех удивить. – И если появится некто, желающий заполучить в свое распоряжение Леру и ее сына, старший из моих сыновей сможет предположить что угодно, но только не мое появление. Уверен, что он попытается с этим разобраться. – И через короткую паузу, в течение которой он, похоже, избавлялся от сомнений в необходимости чем-то с нами поделиться, добавил: – Если я прав в его намерениях, то у него осталось не так уж много времени для того, чтобы претворить их в жизнь.
– Так ты догадываешься или…
Элильяр со своим вопросом опередил меня лишь на мгновение, но отчего-то я был рад, что не мне пришлось его задать.
– Или. – Из его взгляда ушел мертвенный холод и опасность. Но появилось сожаление и усталость, объяснить которую я не мог, как бы этого ни хотел. – Я точно знаю, что он задумал. Потому и вынужден просить помощи у вас. Один справиться с ним я просто не успею.
И от того, как он это сказал… Он просил, не унижаясь, не снисходя – поднимая нас до той вершины, на которой находился. И от этого хотелось сделать все, чтобы не подвести его и не обмануть его доверия.
Несмотря на осознание, что ничем, кроме как манипуляцией, это назвать нельзя, я знал, что сделаю все, что он потребует. Не ради оправдания, а из-за того, что, не будь цена высока, эту игру он бы не затеял.
Поэтому, подняв бокал с вином и отсалютовав ему, я спросил, признавая его право стать первым:
– Что я должен сделать?
Лера
Прием в честь графини Авинтар и ее сына удался.
Круг приглашенных был достаточно узким, только те, кого мы с мужем считали своей семьей.
Разошлись уже за полночь. Олейор отправился с Закиралем и Таши, выполняя высказанную в очень вежливой форме просьбу Вилдора разобраться с одним срочным и важным делом. Насколько я сумела понять ее подоплеку, кое-кому понадобилось, чтобы я пообщалась с Тасей. Отсутствие во дворце моего мужа могло этому только поспособствовать.
Элильяр с Аароном ушли плести свои заговоры. Заполучив такую загадку в свои руки, они просто не могли отложить обмен мнениями до утра.
Гадриэль, осознав, что он остался за старшего (меня в расчет, естественно, никто не брал), исчез сам и увел с собой лорда Саражэля, постаравшись, чтобы это не бросалось в глаза. Якобы исполнять распоряжения нашего дарианского кошмара.
С остальными было все значительно проще: они возвращались по домам.
Я же решила, что по мелочам с Вилдором спорить не стоит, раз уж он захотел, чтобы я побыла под присмотром Таси, пусть так и будет. К тому же нам было о чем поговорить.
К гостевым покоям нас сопровождал невозмутимый Сэнар с парочкой из моих прежних телохранителей. Каким именно образом они признали его право командовать собой, для меня осталось непостижимым, но факт оставался фактом. Как и то, что из двоих: моего бывшего тера и Закираля, ялтар вызывал у них меньший трепет.
Вместе с нами был и Айлас в человеческой личине, сделанной столь искусно, что даже мне с трудом удавалось под смуглой кожей разглядеть антрацитовую черноту. Да и воспринимался он хоть и опасным, но человеком, к тому же без малейшего проблеска магических способностей.
Стоило признать, что Вилдор проявлял удивительное мастерство во всем, за что брался.
– Вы можете входить.
Предварительно все проверив, Сэнар пропустил нас внутрь предоставленных Тасе покоев с уже подзабытым мною выражением абсолютной безмятежности на лице. Словно не понимал, насколько это нетривиально смотрится во дворце правителя темных эльфов.
– Благодарю, – не позволив себе ни малейшего намека на улыбку, ответила я и… захлопнула дверь перед его носом.
Насколько бы быстро это ни произошло, я успела перехватить лукавую насмешку во взгляде Айласа. Мысль о том, что скоро мне будет очень весело, показалась весьма своевременной.
– Не только тебе, – догадавшись по выражению моего лица, о чем я подумала, со смехом заметила Тася.
Одна фраза, и тонкая пленка льда, разделявшая нас, растаяла, как под лучами яркого солнца. Мы провели в одном теле больше сорока лет, но я даже не осознавала чужого присутствия. Ночь же на острове лишь познакомила нас друг с другом, не успев сделать подругами. Да и встреча в графских владениях оказалась слишком мимолетной.
Теперь же наступил тот момент, когда многое должно было проясниться. Тася вполне могла сделать собственный вывод о том, что происходило между мной и Вилдором два года тому назад. Увидев меня, она не скрывала своей радости, но я допускала, что просто не заметила настороженности, спрятанной за внешней открытостью.
Как бы оно ни было, я рассчитывала на то, что мои опасения не подтвердятся.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?