Текст книги "Одна к десяти"
![](/books_files/covers/thumbs_240/odna-k-desyati-287369.jpg)
Автор книги: Наталья Евдокимова
Жанр: Книги для детей: прочее, Детские книги
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 3 страниц)
Отчёт второй
Никакой девчонки
Каблуки ботинок Пика стучали по асфальту. Звук разбредался по закуткам пустынной улицы, залитой густым послеобеденным солнцем. Сейчас Пик был не похож сам на себя. Его взгляд был серьёзен, глаза сощурены. За спиной висел рюкзак, в котором негромко постукивали друг о дружку книги. В руке Пик сжимал букет, собранный по дороге, – одуванчики, подорожник, колокольчики, ромашки. Над головой прожужжала стрекоза, а безоблачное небо рассекал на две половинки реактивный самолёт. Пик не обратил на это никакого внимания. Дойдя до высокого забора, за которым виднелся дом, Пик остановился. Порывшись в кармане, достал связку ключей. Задумчиво взвесил ключи на ладони, невысоко подбросил их несколько раз. Отворил калитку, поднялся по ступеням веранды. Отомкнул дверь.
– Мам? – крикнул он в глубь дома.
Голос Пика отразился от стен и поскакал по ступеням на второй этаж.
В доме было пусто. Если не считать, конечно, старого ньюфаундленда Пинча, который притопал на зов, стуча когтями по полу, и подставил голову под ладонь. Пик потрепал его за ухом, скинул туфли и сунул ноги в большие розовые тапки. Подошёл к обеденному столу и положил на него букет из придорожных цветов.
– Девчонка, – озабоченно шепнул он.
Пинч, думая, что говорят ему, с готовностью гавкнул и уткнулся мокрым носом под коленку. Пик погладил его ещё раз. Подошёл к холодильнику, достал йогурт, а с полки взял упаковку клубничного сока, горсть шоколадных конфет и направился наверх, в свою комнату.
– Девчонка, значит, – задумчиво сказал Пик, бросая упаковки с едой на кровать. Пачка сока спружинила, подпрыгнула ещё раз и утонула в ворсистом пледе. Пик снял костюм, повесил на вешалку, надел шорты и футболку с медвежонком Тедди на груди. Футболка была длинной, до колен, так что было непонятно, зачем Пику понадобились ещё и шорты.
Он с размаху упал на кровать, протянул руку к тумбочке, не глядя достал книгу, лежавшую раскрытой где-то посередине. С лестницы послышались цокающие шаги. В комнату вошёл Пинч, положил голову на ногу Пика и зажмурился. На обложке книги красовались парень и девушка – худые и длинные, а украшали книгу блёстки. Пик уже в пятый раз перечитывал её. История в книге была похожа на все другие истории из книг, украшенных блёстками. Девочка ещё в первом классе влюбилась в одноклассника, но, конечно же, не сказала ему об этом. В восьмом классе этот парень уезжает в другой город, и девчонка узнаёт об этом последней. Она мчится на вокзал, видит уезжающий поезд, льёт слёзы. Потом начинает действовать: ловит машину, на которой мчится к составу. Машина перекрывает рельсы, останавливая поезд. Девчонка бежит в поисках парня своей мечты по вагонам и, когда находит нужное купе, врывается в него, готовая рассказать о нахлынувших чувствах. Но застаёт одноклассника целующимся с длинноногой блондинкой. Тут она, конечно же, ничего не говорит, а выбегает из купе. Это происходит так быстро, что возлюбленный даже не замечает её появления. Оказывается, парень с девушкой не всерьёз целовались, просто одноклассник проспорил поцелуй в карты. Поцеловавшись, он вытирает рукавом губы и вспоминает одноклассницу: вот бы она тут была! Но нет, одноклассница уже мчится по полю в неизвестном направлении, а парень уезжает-таки в свой далёкий город. Там он начинает виртуальную переписку с девушкой, влюбляется в неё, а потом признаётся, что вот-де любит ещё и одноклассницу, оставшуюся в другом городе. Девушка по переписке признаётся, что это она и есть, они выясняют, кто там с кем и почему целовался в поезде. А потом едут встречаться в совершенно другой город, где и остаются жить навсегда.
![](i_003.jpg)
Закладка в виде сердечка была как раз на том месте, где машина останавливается перед поездом. Этот кусок был самым увлекательным. Пик прошёлся взглядом до конца разворота, но вдруг понял, что не прочитал ни слова. Он вернулся глазами в начало, принялся читать заново – но слова проскакивали мимо. Пик сосредоточился и стал читать ещё раз, да только разозлился и бросил книжку в стену. Пинч испуганно тявкнул. Пик сел, виновато погладил собаку, а потом встал у окна.
– Девчонка, говорите, – сердито сказал Пик.
Он поднял двумя пальцами крохотный горшочек, в котором росла миниатюрная пальма, и пристально рассмотрел его. Такими разноцветными горшками был уставлен весь подоконник, а в них – маленькие копии больших растений. Настоящие. Фиалки, кактусы, диффенбахии… Пик выращивал их сам.
Мальчишка в футболке до колен выдернул из горшка мини-пальму, растёр её между пальцами и, недобро сощурившись, сказал:
– Девчонка, девчонка… Нет никакой девчонки.
Сайли бежала по тротуару. Она часто дышала, держала сумку на отставленной в сторону руке. Изредка оглядывалась, вид у неё был взволнованный. Пробегая мимо одного из домов, она не заметила, как наступила зазевавшейся кошке на хвост. Кошка противно заверещала, и Сайли остановилась. Опустила голову, поставила руки на колени и отдышалась. Тихонько подошла к кошке, старательно вылизывающей хвост.
– Котя… эй, котя, – позвала она. – Больно, да?
Кошка брезгливо дёрнула лапой, мяукнула и прыгнула за забор. Сайли помотала головой и побежала дальше. Хорошо бы остановиться, подумать о прошедшем дне, но пока что некогда, некогда! Сайли добежала до длинной лестницы, ведущей вниз, и помчалась по ступенькам. Потом вперёд… поворот направо… ещё раз направо…
Сайли притормозила у киоска с фруктами, снова отдышалась и посмотрела на продавщицу. Если бы Сайли не так устала, то заметила бы, что на неё из-за кустов смотрели два глаза. Она поклонилась и сказала:
– Здравствуйте, тётя Кивимура!
– Здравствуй, Сайли! – ласково ответила женщина. – Что тебе сегодня?
Сайли на секунду задумалась, а потом стала перечислять:
– Два апельсина… Лук-порей… Полкило шампиньонов… Капусту и килограмм яблок.
Кивимура сложила всё в большой бумажный пакет.
Сайли помялась и добавила:
– И ещё для нас… Килограмм яблок и один кабачок.
![](i_004.jpg)
Кивимура улыбнулась, сложила всё в другой пакет, поменьше, и передала Сайли. Сайли спросила:
– Я что-то должна?
Кивимура замотала головой.
– Мы ждём тебя в пять, – сказала она.
Сайли перехватила оба пакета правой рукой, поклонилась и убежала. Два глаза, следившие за ней, скрылись в листве. Зашуршали ветки. Сайли бежала по тротуару, то и дело ударяя ногой по бумажным пакетам. Разогнавшись, она случайно наступила дедушке-прохожему на ногу. «Я сегодня как Виллик», – промелькнуло в голове у Сайли. Остановившись, она слегка поклонилась и заботливо спросила:
– Ой, дедуля… Больно, дедуля? – Но тот лишь пробурчал что-то неразборчивое и погрозил палкой.
Сайли, недолго думая, побежала прочь. Поворачиваясь, дед заметил, что из-за изгороди кто-то смотрит. Это, не иначе, какой-нибудь кот. Дед погрозил коту палкой, и тот, видимо, исчез. Сайли забежала в магазин, купила две пачки риса, два пакета молока и два батона. Спустившись по улице вниз, позвонила в одну из квартир многоэтажки. Зашла в дом. А к подъезду кто-то неторопливо подошёл и долго рассматривал домофон.
Дверь отворила старенькая бабуля. Невысокая, на голову ниже Сайли. Её голова потрясывалась в такт неслышимой музыке. Кожа была бледной, морщинистой и складчатой.
– Здравствуйте, бабуля, – поклонилась Сайли и протянула пакет. – Вот, принесла.
Бабушка, забирая пакет, сначала потрясла головой вверх-вниз, а потом, разглядывая покупки, вправо-влево.
– Кто же обо мне позаботится, как не ты, – скрипучим голосом сказала бабушка.
Сайли улыбнулась и приподнялась на цыпочках.
– Заходи, заходи, – пригласила бабуля. – Чаю с мясом дам.
– Ой, что вы, – засомневалась Сайли. – Я совсем не голодная.
Желудок Сайли громогласно заявил, что она говорит неправду. На самом деле она так и не поняла, когда у этих мальчишек перерыв на обед. После физкультуры восьмидены прискакали в класс, и сразу же прозвучал звонок на урок. На уроке мальчишки так засиделись, что тот растянулся до конца перемены. А следующий урок был последним, и восьмидены разошлись, хлопая друг друга по плечам. Сайли они не хлопали, хотя могли бы. Обед Сайли так и остался лежать на дне сумки нетронутым. Его она съест дома.
Бабуля насыпала Сайли каши с мясной подливой, а сама стала есть тёртую свёклу, сдобренную растительным маслом. Она прищурилась и посмотрела на девчонку. Наверняка хотела что-то сказать, но Сайли в два счёта расправилась с кашей, помыла посуду, полила цветы, вытерла пыль. Бабуля молча протянула ей деньги за продукты и помощь по дому. Дала Сайли три связанные крючком салфетки – подставки под вазы. Их надо было отнести в сувенирный магазин. Сайли спохватилась и отдала вчерашнюю выручку от проданных салфеток. Сбегала в сувенирный, поменяла товар на деньги.
– Сайли, а Сайли, – сказал продавец, – когда ты сама для нас что-то смастеришь?
– Ой, мне так некогда! – отмахнулась Сайли и помчалась к дому продавщицы фруктов. Там она помогала делать домашнее задание сыну продавщицы.
– Я ему в этом помочь не могу, – качала головой его мама. – Если помогать начинаю я, тогда мы попросту вместе плачем.
– Что у тебя сегодня? – спросила Сайли у плотного приземистого Тима.
Он был второклассником и уроки делать не любил. Тим пожал плечами, потом, раскрыв рот, поковырял в носу.
– Тим! – прикрикнула на него девчонка и вытащила палец мальчика из носа. – Я помогаю тебе домашние задания делать, а ты мне в этом не помогаешь!
– Ой, Сайличек, – сладким голосом пропел Тим, – нарисуй мне бабочку, как она садится на цветок. Это по рисованию надо.
– Я не рисую за тебя! Давай, давай, будешь пробовать сам!
Сайли втолкнула Тима в комнату и, подхватив его под мышки, усадила за стол.
– Какая ты несговорчивая, – расстроился Тим и стал изображать что-то в альбоме. – Почему ты только час со мной занимаешься? Оставайся у нас жить.
Но через час Сайли забрала полагающийся гонорар, помахала Тиму и выскочила на улицу. Изгородь снова зашевелилась, и чьи-то быстрые шаги начали преследовать Сайли. Сайли остановилась, задумалась, а потом резко повернулась. Девчонка, помладше Сайли, испугалась и стала смотреть по сторонам, думая, куда бы скрыться. В несколько шагов Сайли настигла её и схватила за ухо.
– Мотька! Ты почему не дома? – грозно спросила она.
– Сайка, пусти! – заверещала девчонка, топая ногами. – Я же просто хожу! Я же ничего такого не делаю!
– Конечно! – возмутилась Сайли. – Ты ничего не делаешь! И ходишь за мной!
Мотька вдруг посерьёзнела:
– Знаешь, Сайка, не только я. Мне показалось, я видела…
– Брось выдумывать! Пойдём домой!
Мотька засопела и дала Сайли руку.
– Как там эксперимент, Сайчик? – заискивающе спросила она. – Хороший эксперимент?
– А ты откуда про него знаешь? – удивилась Сайли.
Мотька снова засопела и ничего не ответила.
Они шли по мостовой к одноэтажному домику, выкрашенному в розовый цвет. Когда зашли, на них сразу повис младшенький, радостно выкрикивая:
– Сяли! Отя!
Сайли вытерла ему нос своим платком, поставила на пол и достала из пакета кабачок.
– Чок! – обрадовался младшенький, нарисовал ему голову и уши, привязал к хвостику верёвку и стал катать за собой по дому.
Мотька заглянула к их старшей сестре, Сайли же обняла маму, а потом подошла к шкафу. На нём стояла большая копилка в виде домика. Сайли опустила в неё заработанные деньги.
– Эх, Сайчик! – вздохнула Мотька. – Кучу времени тратишь, чтобы их назарабатывать! Лучше бы домой приходила и мне помогала уроки делать.
– Я тебе и так помогаю, – отмахнулась Сайли и пошла в свою комнату. Она давно уже мечтала об этом – уединиться, чтобы никто не мешал думать. А подумать было над чем… Начался эксперимент спокойно. Так ли будет дальше? Чего ей ждать от мальчишек? А от школы? В старой школе её предыдущий класс…
– Привет! – наперебой закричали девчонки из её класса. – Вот это сюрприз, правда?! Мы ждём тебя в твоей комнате уже три часа! Рассказывай, рассказывай, как всё прошло? Какие они? Очень грубые? А они ругаются? А как их зовут? Ты можешь нас с ними познакомить? К нам тоже пришёл! Не в наш класс, в параллельный! Он такой смешной, весь день молчал и краснел, представляешь?
Сайли взглянула на галдящих девчонок и с трудом улыбнулась.
Ночью небо затянули тучи, но сейчас они уже разбегались, прокладывая путь солнцу. Лёгкий дождь, прошуршавший на рассвете, прибил к земле пыль, намочил упавшие лепестки – они свернулись в трубочки и спрятались поближе к бордюру. На дороге поблёскивали хилые лужицы, способные намочить разве что подошвы. Машины осторожно подъезжали к участку дороги, ведущей к школе. Доставали книжки, утренние газеты, купленный загодя кофе. Ругаясь на восьмиденов, они ловили себя на мысли, что благодарны этим школьникам: какое-то время можно было никуда не торопиться и, главное, – не винить себя в этом.
Что уж греха таить, многие подгадывали, когда будут шествовать восьмидены, и, будто невзначай, каждый день оказывались на одном и том же месте. Сегодня, смахнув со стёкол мелкие капли дождя, машины по-черепашьи продвигались вперёд, привычно опасаясь мальчишек. По тротуарам чинно шагали школьники других классов, а восьмиденов… не было.
Машины вопросительно перемигивались, возмущённо сигналили, водители с недоумением пожимали плечами.
В пяти метрах от дороги сквозь придорожный бурелом ломился Кико. В кроссовках у него хлюпала вода, по рюкзаку стегали мокрые ветки, на пиджак налипли листья. Каштановые волосы Кико превратились в чёрные, он приглаживал их суровой ладонью и, наморщив лоб, двигался дальше. Он и сам не понимал, зачем сюда полез. Просто не мог себя представить идущим по дороге, толкающим Пика в рюкзак. Не мог представить шествия восьмиденов. Теперь это было, пожалуй, стыдно. Больше всего Кико хотелось, чтобы всё было как раньше. Чтобы не было никакого эксперимента. Он вспоминал, как поздно вечером позвонил Пик и, сказав лишь: «Нет никакой девчонки», повесил трубку. До этого Кико совсем не переживал, а после звонка Пика долго не мог заснуть. Передвигался двухметровыми шагами по залитой луной комнате, слушал, как сопят за стеной, и больше всего хотел пропустить завтра школу. Но теперь он здесь, в зарослях, пробирается к школе, как преступник. А что он сделал? Ничего не сделал. В чём он виноват? Ни в чём не виноват.
Кико наконец добрался до высокого школьного забора и, хватаясь руками за прутья, пошёл вдоль него, отыскивая лаз. Забор зарос зеленью, виноградной лозой: за школой был будто небольшой лесок – самоуправляемая система, за которой никто не следил. Отыскав лаз, Кико вспомнил, что последний раз пользовался им в первом классе. Тогда он был щуплым малышом и спокойно пролезал между чуть разогнутыми прутьями. Сейчас он сюда даже рюкзак не втиснет. Кико, глубоко вдохнув, стал карабкаться на дерево, растущее у забора, чтобы перемахнуть на ту сторону, как вдруг услышал сначала шорох, а затем чей-то негромкий голос:
– Четыреста восемьдесят один, четыреста восемьдесят два, четыреста восемьдесят три…
Голос продолжал что-то отсчитывать, и Кико, всматриваясь в зелень, молча сполз с дерева и покачал головой. Лэндо дотрагивался до всех заборных прутьев и называл их номер. Он аккуратно переступал через виноградный переплёт и старался ставить ноги так, чтобы его шаги составляли ровную линию. Поглощённый этим занятием, он не заметил, как уткнулся прямо в Кико. Тот стоял на пути, держа руки на поясе.
– Ну? – сказал Кико.
Лэндо не удивился, взглянул на Кико и сообщил:
– Нет никакой девчонки. Это говорю я, Лэндо, мокрым весенним утром, и мои слова точь-в-точь повторяют произнесённые Пиком вчера, поздним безветренным вечером.
– Вот и я, – коротко согласился Кико. – Дураки, ну?
– Почему же? – пожал плечами Лэндо и пролез в лаз. Кико раздосадованно крякнул и забрался на дерево.
На территории школы они огляделись и пошли к крытой беседке, где школьники часто прятались от дождя. Им пока не хотелось заходить в школу. Пусть прозвенит звонок, все разойдутся по классам, тогда уж…
Из беседки выглядывала тихая тройка.
– Какого фига? – удивился Кико.
– Да мы так… – сказал один.
– Вот, сидим… – добавил другой.
– Дождик, знаете ли, – заметил третий.
Кико опустился на скамейку и закрыл глаза. Рюкзак мешал ему сесть вплотную, и потому он неудобно выгнул спину, отклонившись.
– В данный момент нас пятеро, – заметил Лэндо и собирался ещё добавить что-то, как вдруг Кико сел почти ровно и, уставившись на забор, прикрыл рот Лэндо пятернёй:
– Тсс…
Лэндо недовольно отодвинул руку и сам вытянулся, глядя на забор. Оттуда доносились тихие голоса.
– Ты, Пикчик, не пролезешь, надо поверху, а туда ещё допрыгнуть надо, а если не допрыгнуть, то надо долезть, а чтобы долезть, надо либо по дереву, либо я тебя подсажу, но я тебя не подсажу, потому что у тебя ботинки грязные. А если ты ботинки снимешь, то я тебя, так уж и быть, подсажу, только, когда будешь лезть, становись на них, а то вдруг в лужу, а потом на плечи. Это, конечно, не страшно, только неприятно немного, а так ничего, так что могу, конечно, сначала я пролезть, а потом ты как хочешь выбирайся, но не могу же я тебя оставить одного, поэтому разувайся и попробуешь перелезть, – бубнил кто-то.
Хотя всем было ясно, что это Оуэн. Только он говорил так замысловато, что к концу его фразы все забывали, с чего Оуэн начал. Кико осторожно выглянул из беседки. Оуэн был сегодня без пиджака, в белой рубашке с коротким рукавом и в традиционных шортах. От дождливой погоды Оуэн спасся, надев высокие разноцветные гольфы.
Пик поверх школьного костюма накинул цветастый дождевичок в клубничку. Теперь он разулся, Оуэн наклонился, и Пик, держа туфли одной рукой, другой цеплялся за забор и пытался подтянуться.
– Тяжко, а? – вдруг крикнул из беседки Кико.
Оуэн от неожиданности разогнулся. Пик повис, держась за верхушку забора, и болтал ногами.
– Может, пусть так и висит? – криво улыбнувшись, поинтересовался Кико. Подбросив на плече рюкзак, он подошёл к Пику и пощекотал ему пятку.
– Кико! – взмолился Пик и попытался подтянуться.
Тихая тройка подтащила скамью из беседки к забору. Они втянули к себе сначала Пика, а после и Оуэна. Оуэн их долго и обстоятельно благодарил, а Пик выглядел пристыженным. Следом к лазу явился Виллик, который долго бродил вдоль дороги, думал, что сегодня выходной, а потом увидел Пика с Оуэном и увязался за ними. В лесу он немного заблудился, но всё же сумел выйти на звук.
Все поздравляли Виллика, хлопали по плечам, а он неистово смущался. В это время по территории школы к восьмиденам, кивая музыке в наушниках, справа подходил Ивел, а слева приближался Скип. Они здоровались с одноклассниками, а Кико отошёл на несколько метров и посмотрел на класс издали. Достал спичечный коробок, чиркнул спичкой, но она, намокшая в кармане, только нарисовала полосу на мягком боку коробка. Кико бросил её в лужицу, сощурился и будто что-то решил. Вдалеке высилось серое здание школы. Циферблата не было видно, но часы словно тикали внутри у Кико, где-то в районе груди.
– Класс!!! – вдруг взревел Кико. – Построиться!!!
Мальчишки вздрогнули и посмотрели на него. Тут же приосанились и выстроились в один ряд. Кико встал рядом с ними, гордо подняв голову. Как бы то ни было, Пик прав. Вы только посмотрите по сторонам. Нет никакой девчонки. Нет никакой девчонки!
– Флаг!!! – закричал Кико так, что услышал весь город. – Вынести!!!
Пик в цветастом дождевике поставил сумку на скамью, достал флаг с перечёркнутой женской грудью, развернул его с приятным уху хлопком и поднял высоко над головой. Гордость разливалась внутри восьмиденов, будто горячий утренний чай. Мальчишки забыли об эксперименте и смотрели только, как трепещет на ветру их флаг.
![](i_005.jpg)
– Гимн!!! – вдохновенно кричал Кико. – Запе-вай!!!
Восьмидены в едином порыве прижали правую ладонь к сердцу и запели:
Класс без ба-а-а-аб!
Класс без ба-а-а-аб!
Школа без баб!
Держа флаг на вытянутых руках, перед строем ходил Пик. Они уже пели восьмой куплет, когда услышали испуганное:
– Ой…
Пик вздрогнул, смял флаг и сунул его в карман дождевика. Он сделал это по наитию, можно сказать, случайно… Он не должен был так делать. Если флаг – это флаг, то им нужно только гордиться, а не прятать из-за какого-то внезапного «ой». Всё это промелькнуло в голове Пика за секунду, а восьмидены настороженно повернулись к забору. Там, между двумя прутьями, образующими лаз для первоклашек, застряла Сайли. Она старалась протиснуться хоть куда-нибудь, но стальной забор крепко сжал её с двух сторон.
– Толще Лэндо, – вдруг заметил Кико.
– Вы не обращайте внимания, – извиняясь, сказала Сайли. – Пойте, пожалуйста, дальше…
И снова попробовала высвободиться, но безрезультатно. Шеренга распалась, торжественность исчезла. Эксперимент продолжался – вот он, перед ними, застрявший в заборе, натужно улыбается. Над школой пронёсся звонок, а восьмидены думали, как бы вытащить Сайли из ловушки.
Карман Пика, в котором лежал восьмиденский флаг, топорщился. Сегодня флаг должен был перейти к Ивелу, но этого так и не случилось. Наверное, это был плохой знак, кто знает. Пик старался об этом не думать и изо всех сил тащил Сайли.
Спустя несколько минут она, слегка помятая, шагала по школьному двору – чуть в стороне от класса. И, если смотреть только на мальчишек, можно было подумать, что никакой девчонки нет.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?