Текст книги "Крылья ветра. Девушка и талисман"
![](/books_files/covers/thumbs_240/krylya-vetra-devushka-i-talisman-179369.jpg)
Автор книги: Наталья Маркелова
Жанр: Детская фантастика, Детские книги
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 14 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]
Мальчик лет двенадцати дарит мне горсть ярких камушков:
«Знаешь, я ведь не просто так брожу по дорогам. Я ищу. Говорят, что бродячие маги созданы для того, чтобы найти нечто, некий секрет. Они и сами не знают какой, но когда найдут – все вокруг обретут счастье. И его обязательно найду я».
Те яркие камушки мать потом отберёт у меня и выбросит. Я смогу спрятать всего один, самый яркий. Потом я подарю его Лени.
Маленькая, по-мужски стриженная женщина протягивает руки к огню, отогревает замёрзшие пальцы и смеётся: «Как же хорошо. Знаешь, девочка, надо не бояться замёрзнуть, чтобы потом почувствовать радость от огня. Мы ведь с тобой понимаем, что настоящая свобода – вот что главное. Даже если сейчас ты этого не можешь осмыслить – это всё равно придёт к тебе. Твоя кровь напомнит. Хочешь, расскажу тебе, как я стала бродячим магом? Хочешь узнать клятву бродячего мага? Вдруг ты не испугаешься и выпорхнешь на свободу. Мне кажется, что тебе не место в этом замке. Он чужой для тебя». Она показывает мне страшные, уродливые шрамы на своих запястьях. «Иногда пытаются удержать даже так. Кандалами. Заговорённое железо я превратила в кислоту. Но что такое изуродованные руки, если ты получаешь свободу? Главное – это никого не любить, иначе придётся в кислоту превратить сердце». И она почему-то плачет, раз за разом повторяя слова клятвы.
И открывая наконец глаза, я начинаю нараспев повторять вслед за говорящей в моей памяти женщиной:
– Стою на дороге, взываю к Пути, потому что свободна и могу идти. Кровь моя становится пылью у моих ног. Пыль эту подхватывает ветер. Он несёт её туда, где меня ещё не было. Я буду везде, где есть он. Я буду везде, где есть Путь. Я буду всюду под этим небом. Связываю себя с дорогой, – я махнула рукой, – связываю себя с ветром, – я вытянула руку вперёд ладонью, – связываю себя с горизонтом, – я прижала руку к груди. – Я бродячий маг! – Я опустилась на дорогу и легла прямо в грязь. – Отныне и навсегда. Моё сердце принадлежит Пути. Моё тело принадлежит Пути. Я и есть Путь!
Земля подо мной вздрогнула, ветер завыл, на горизонте засверкали зарницы. Я была принята. Теперь в случае нужды я смогу просить помощи у дороги, ветра и неба. Теперь если кто-то откажет мне в помощи или ночлеге, он навлечёт на себя их недовольство. Думая, что обряд закончен, я поднялась из дорожной грязи, и в это мгновение по небу прокатился раскат грома и молния ударила в дорогу почти у самых моих ног. Я замерла от ужаса. Когда страх прошёл, я заметила, что в грязи что-то лежит. Да как же я могла забыть – подарок неба и земли! Небольшой белый камень со сквозным отверстием. Мой знак бродячего мага. Я сорвала растущую у дороги травинку, продела её в отверстие камня, провела по ней рукой, и травинка превратилась в надёжный шнурок. Теперь можно было повесить камешек на шею. Но я ещё долго шла, просто сжимая его в руке. Впервые я что-то сделала сама. Впервые что-то принадлежало мне лично. Это только кажется, что благородным хорошо живётся. На самом деле тебе ничего не принадлежит. Всё принадлежит твоему роду. Всё, что у тебя есть, нужно передать дальше, сохранить, приумножить. Ты лишь песчинка между прошлым и будущим. Род – единственное, что имеет значение. И я предала его. Теперь мне нечего было и думать о возвращении назад. Я и не думала. Свобода окрыляла.
Я ясно различала шёпот камней у дороги. Слышала мелодию – завораживающую песню Пути, которая звучала громче с каждым моим шагом. Сейчас мне было не важно, куда идти, лишь бы слушать и слушать. С каждым шагом я становилась сильнее. У меня появилось странное ощущение, словно всё это уже со мной было, словно я вернулась домой. Рассказывали страшные истории, будто бы только что обращённые бродячие маги, не в силах преодолеть желания идти вперёд, иногда загоняли себя до изнеможения. Их тела находили прямо на дороге. Но и после смерти они не обретали покой. Иногда лунными ночами на дороге можно встретить такого бродягу. Лишённый жизни, плоти и цели, передвигая костлявые ноги, он идёт, не обращая ни на кого внимания. А ещё я вдруг поймала себя на мысли, что больше не испытываю сомнений и сожалений. Стало легко. Не пугало то, что я покинула родной замок, не давило на сердце, что бросила Лени одну. Была полная уверенность в своей правоте. И я остановилась, приказав себе не слушать песню Пути, приказав себе не забывать. И начала думать о брате. Ведь я ушла из дома с одной целью – найти способ вернуть Рони. Я должна была всегда об этом помнить.
Рони был не просто моим братом – он был моим кумиром. Если во мне магический дар был едва заметен и обрёл свою мощь только в последние дни, видимо, потому, что я стала, по сути, старшим ребёнком в семье, Рони был всегда очень сильным. И он не жалел своей силы; для нашей с Лени радости он создавал волшебных животных и живые картинки, превращал цветы в куклы. Он заставлял нас летать и мог в одно мгновение сделать унылый осенний луг яркой клумбой. Мать ругала его за расточительство, наказывала нас с Лени за то, что мы якобы используем силы брата для своих прихотей. Теперь, оглянувшись назад, я с удивлением заметила то, что отказывалась видеть раньше. Равнодушие своих родителей. Они боготворили друг друга, но на нас любви уже не хватило. А возможно, они действительно считали, что, если мы накормлены, одеты, знаем, как вести себя за столом, и умеем держать спину прямо, этого вполне достаточно для счастья. Отец время от времени всё же вспоминал, что мы существуем, баловал нас, брал с собой на охоту и в гости к соседям. Но мать… Она вообще редко покидала свою комнату. Вечно мучимая головными болями, она сидела у себя взаперти за опущенными шторами, потому что свет резал ей глаза, и лишь вечерами спускалась в сад. Мы, дети, были как бы сами по себе и, возможно, от этого только сильнее любили друг друга. Но, так или иначе, наша дружба не могла быть вечной. Я и Лени рано или поздно должны были покинуть свой замок, чтобы навсегда поселиться за стенами другого. Едва мы родились, отец тут же подобрал нам женихов. Ещё одна «привилегия» благородных. Когда я только кричала в колыбели, мой жених Жаин уже отмечал двадцатилетие. У его рода было много земель, замков и денег. Что и говорить, завидная партия. К тому же наши отцы были друзьями. Но меня мой будущий супруг приводил в ужас. Когда он приезжал на мой день рождения, чтобы подарить очередные дорогие безделушки мне и маме, я смотрела на него и думала: «Неужели мне придётся любить этого человека всю жизнь?» А потом Жаин приехал и на похороны отца. Я видела, каким хозяйским взглядом он смотрел на наш замок. И мне от этого сделалось дурно. Но он был прав. В замке остались лишь женщины, мой брат был не в счёт. А значит, взяв меня в жёны, Жаин стал бы хозяином нашего замка. Сразу после похорон он сказал мне, что для нашего рода будет лучше, если в следующем году мы сыграем свадьбу. Мне оставалось только горько кивнуть. Как же я ненавидела его в тот момент! Теперь же я была свободна. Снова зазвучала песня Пути, и я произнесла слово «свободна» вслух. Попробовала его на вкус. И улыбнулась. Разве могла я об этом мечтать? Жаль только, что такой ценой. Как было бы здорово, если бы мы ушли из замка все трое. Я, Рони и Лени. Бродили бы по дорогам, творили бы волшебство…
Глава 2
Ветреные братья
Едва посветлело небо, как на полях вдоль дороги появился туман. Сначала он лежал лёгкими клочьями, а потом затянул пеленой всё вокруг. Я двигалась вслепую, словно в белой мутной реке. А потом и вовсе остановилась. Я совсем замёрзла. Лёгкая одежда не грела. Ноги в изящных ботиночках замёрзли и ныли, хотя прошла я совсем немного. Туман окутал меня со всех сторон. Он был слишком густым, слишком сверкающим, чтобы принять его за обычное явление природы. Мне сделалось жутко. Сейчас поздняя осень, а на дороге в такую пору можно встретить кого угодно. Но в первую очередь поздняя осень – это излюбленное время Ветреных братьев. Это копыта их коней разбивают тонкий ледок на лужицах. Это из-за их бешеной скачки с деревьев облетает последний лист. Это они сманивают из дома глупых девушек. А вот меня и сманивать не надо, я сама ушла…
И словно в ответ на мои мысли раздался конский топот. Говорил же мне брат, чтобы я была осторожнее с мыслями – нельзя думать о плохом. Это самый верный способ испортить свою жизнь. Особенно осторожным нужно быть магу. Но я ещё не привыкла к своей растущей день ото дня силе. А потому не умела держать мысли в узде. И даже не пыталась, с самого детства я была слишком эмоциональна. Моя мать видела в этом слабохарактерность.
Я отошла на обочину, мечтая лишь об одном: чтобы меня не заметили. Прибегнуть к магии было всё равно что громко крикнуть – я здесь! Оставалось лишь надеяться, что густой туман скроет меня от чужих взглядов или Ветреные братья сочтут меня не достойной внимания. Но всадники заметили меня. Остановили лошадей. Молодые, весёлые, красивые и опасные. Я быстро опустила взгляд. Если не смотреть, может, и обойдётся. Говорят, если не встречаться взглядом с волшебными созданиями, они не получат над тобой власти. Ведь того, что мы не видим, – нет. Может, не так уж не правы те, кто закрывают глаза на всё плохое в этом мире. Мой брат говорил: «Борясь с чудовищами, мы только делаем этих чудовищ сильнее».
– Ну и зачем мы встали, братья? Ночь была длинной, пора на покой, – голос говорящего был звонкий, нервный.
– Разве ты не видишь девушку, младший братец?
Я вздрогнула – таким жёстким и грубым показался мне второй говоривший.
– И что же с того? Ты видел мало девушек, старший? Что такого интересного ты нашёл в этой особе?
– Я начинаю волноваться за тебя, братишка. В этом сезоне ты слишком разборчив. Как думаешь пережить зиму?
– Беспокойся о себе, старший.
– Посмотри! Перед нами новоиспечённый бродячий маг. Более того, девушка из благородных, оставившая свой замок. Разве это не интересно? Разве не притягательно? Разве тебе не хочется узнать, каков на вкус её поцелуй? Интересно, целовала ли она кого-нибудь раньше? Сдаётся мне, что нет, я всегда это чую.
Я отчаянно покраснела.
– Вот видишь, – засмеялся мужчина, – я прав. Ах, какой румянец. Как бы мне хотелось заставить её позабыть о своей стыдливости и обнять меня, я бы выпил этот румянец с её щёк, как самое дорогое вино.
– Прекрати, – потребовал младший.
– К тому же она очень красива, – вступил в разговор средний из братьев, самый опасный, если верить легендам, потому что девушки влюбляются в основном именно в него. – Что же заставило такую красивую девушку из благородной семьи связать свою жизнь с дорогой? – обратился он ко мне ласково.
И я сильнее зажмурила глаза.
– Ну же, не бойся нас, красавица, – заговорил он со мной так, словно я была маленьким ребёнком, – мы не причиним тебе зла.
– Мне нужно в Великий город, – пробормотала я.
– Посмотри на меня, – вдруг потребовал старший. – Глупое суеверие не защитит от нас, а вот разозлить нас сможет. Ты же не хочешь, чтобы мы разозлились, дитя?
Именно таким тоном со мной обычно говорила мать. Я бросила на старшего брата испуганный взгляд, мне действительно вовсе не хотелось, чтобы они разозлились. И запоздало поняла, что это ловушка, обманка, на которую я попалась. Если бы я не открывала глаз, никакой гнев Ветреных братьев не был бы страшен для меня. А вот теперь я в полной их власти. Старший хищно улыбнулся мне. Этот всадник был настоящим гигантом. Его чёрные нечёсаные волосы падали на лицо, под густыми бровями поблёскивали тёмные глаза, от взгляда которых хотелось поскорее спрятаться. Но спрятаться было некуда.
«Неужели есть девушки, которые уходят с ним добровольно?» – пронеслось у меня в голове.
Глаза мужчины сразу поймали мой взгляд. Это было странное и удивительное чувство, когда твой взгляд физически пойман. И я никак не могла вырваться, пока не заговорил средний.
– Ты пугаешь её, братец, – сказал он. – Отпусти, у девочки есть свобода выбора.
– Ты говоришь так, средний, только потому, что уверен, что она выберет тебя, – разозлился старший, но дал мне свободу.
Действительно, средний смотрел очень ласково. Ему хотелось верить, искать у него защиты. Средний брат был самым красивым. Эта красота была спокойной и надёжной. Именно о таком муже мечтает большинство девушек. Кажется, что за его широкой спиной можно укрываться от всех бед и напастей. Я залюбовалась благородными чертами лица, короткострижеными золотистыми волосами, изящными пальцами, теребившими повод. Из легенд я знала, что повод сплетён из волос неосторожных девушек, которые, влюбившись в молодого повесу, покинули свой дом. Вспоминает ли средний во время скачки тех, кому принадлежали эти волосы?
Но стоило старшему вновь посмотреть на меня, как он снова получил надо мной власть.
«Борись, борись, – зашептал мне внутренний голос, – не сдавайся».
Но у меня не было сил на это, и вдруг я получила неожиданную поддержку.
– И зачем тебе в Великий город? – Младший брат направил ко мне коня, загораживая собой от взглядов старших братьев.
Те рассмеялись:
– Малыш всё же передумал. Братишка проснулся.
Я смогла перевести дух, только сейчас заметив, что всё моё тело онемело от ужаса. Младший, в отличие от остальных, не пугал меня. Повстречай я его в толпе, нипочём бы не подумала, что предо мной сын Белой госпожи. Он, как и братья, был высоким, но по-юношески гибким, в отличие от них. Я бы дала ему лет двадцать, хотя прекрасно знала, что это не так. Лицо парня было очень необычным: высокий лоб, ярко-зелёные глаза, высокие острые скулы, большой рот. Всё это вместе наделяло его неожиданной загадочной привлекательностью. Он улыбнулся мне, и в его глазах засверкали золотые искорки. Эти искорки располагали к себе, что было очень опасно. Младший привычным жестом скинул с головы капюшон плаща из змеиной кожи и встряхнул ослепительно-белыми волосами, такими же длинными, как у старшего брата, но гладкими и блестящими.
– Так зачем тебе в Великий город? – повторил свой вопрос младший.
«Если ты сейчас покажешь, что хоть немного их испугалась, тебя больше никто никогда не найдёт», – подумала я. И ответила как можно твёрже:
– Хочу пройти Испытание и стать настоящим магом. Но так получилось, что меня обманули и назвали неверный час прохождения Каравана. Теперь я собираюсь добраться до Великого города самостоятельно. Хочу испытать себя.
– Лучше бы ты хотела новое платье, красавица, – рассмеялся средний. – Но так или иначе, мечты такой красивой и смелой девушки должны сбываться. Поможем ей, братья? К тому же разве не обязаны все помогать бродячим магам? Чем мы хуже остальных?
– Время уходит, – возразил младший.
– Мы успеем, – улыбнулся старший, и мне сделалось дурно от этой улыбки.
– Выбирай, – ласково улыбнулся мне средний, – на спину какого коня сядешь, красавица?
Я вздрогнула и посмотрела на лошадей. Вороной жеребец старшего брата рыл землю копытом. Гнедой среднего пощипывал травку. Белый конь младшего брата приплясывал от нетерпения.
– Ты боишься нас? – ощерился старший.
– Нет. Почему же я должна бояться тех, кто хочет помочь мне? – как можно спокойнее отозвалась я.
На самом деле я боялась. Очень боялась. И лихорадочно думала, что делать. Отказаться? Броситься бежать? Или всё же принять их помощь? Что грозило большей неприятностью?
Бежать? Они бы легко меня нагнали.
Отказаться? Какие были у меня основания отвергать их помощь? И разве бы я не оскорбила их отказом?
Выходит, единственным верным шагом было согласиться. Принять их помощь и надеяться на чудо.
– Что медлишь, красавица? – нетерпеливо спросил средний.
Глаза старшего пылали всё ярче.
Младший заметно погрустнел, я заметила, как нервно он то сжимает, то отпускает повод. «Почему? – мелькнуло в моей голове. – Почему он так обеспокоен? Или это только игра, чтобы расположить меня к себе?»
– Никак не могу выбрать одного из вас, вы слишком красивы, – ответила я и сама удивилась собственному ответу, словно пересказала им чужие мысли, неожиданно пришедшие в мою голову.
– Ну что ж, это и вправду дело не лёгкое, – рассмеялся средний. – Но, как правило, девушкам никогда не нравились мы все сразу.
– Почему? – вырвалось у меня.
– Мы слишком разные. Но нет ни одной, которая не нашла бы среди нас свою мечту. Так выбери и ты.
– Выбираю… – Я обвела их взглядом и наконец решилась послушать своё сердце, пусть даже оно и было не право. – Поеду с младшим.
– Жаль, – вздохнул старший, – я думал, ты создана для меня.
Средний лишь передёрнул плечами:
– Сегодня твой день, маленький братик.
Младший улыбнулся и протянул мне руку, не забыв снять перчатку.
– Садись на коня, бродячий маг, позади меня. И держись крепче, – посоветовал он.
– Обними его, иначе свалишься, – шепнул мне средний.
Послушав его совета, я обняла всадника за талию и уткнулась лицом в его плащ.
От плаща пахло прелыми листьями и мокрой землёй. Я было отпрянула, но конь сорвался с места, и мир тут же превратился в одно размытое пятно. Я зажмурилась, ещё плотнее прижимаясь к всаднику. Ветер вцепился в меня – кто знает, желая сбросить на дорогу или, наоборот, удержать. Но это длилось лишь мгновение. Потом появилось ощущение лёгкости, полёта. Мне бы, пожалуй, понравилось, если бы не запах. Он окутал воспоминаниями, возвращая к той самой смертельной охоте.
«Отец, почему мы едем только втроём?» – спросил Рони, садясь на коня.
(Мой брат был очень красив, он вполне мог составить конкуренцию Ветреным братьям. Все девушки в округе вздыхали о нём, и благородные, и крестьянки.)
«Объясни, отец», – настаивал Рони.
«Этого зверя мы загоним сами, только мы». – Тнай недовольно посмотрел на сына.
«Но…»
«Я так решил. Или я должен отчитываться перед тобой, мальчишка?»
«Нет». – Рони опустил взгляд.
Лес был прозрачен и чист. Кони бежали легко. Мы ехали молча, но, когда впереди показались красные ветви Священного леса, брат вновь обратился к отцу.
«Куда мы едем, отец? – спросил Рони. – В той стороне охотиться нельзя, там Священный лес».
«Ты стал суеверным, Рони?» – Я увидела, каким мрачным сделался взгляд отца, и наигранно рассмеялась, первой въехав под тень священных деревьев.
Мне тоже было не по себе. Я не переносила этого места.
В Священном лесу очень тихо. В этом лесу не живут звери. В этом лесу не живут птицы. Даже насекомых здесь нет. И деревья, что растут в этом месте, не похожи на прочие. На их ветвях всегда красная листва, не опадающая даже зимой. А сок из этих листьев был настолько похож на кровь, что становилось жутко.
Деревья шепчут, деревья смеются, деревья ждут. Деревья готовы поведать мне свою историю. Если я захочу слушать. Но я не хочу!
Я вдруг закрываю уши ладонями и вижу, что брат делает то же самое. Но отец спокоен.
Я заставляю себя снова взяться за повод:
«Отец, разве в этом лесу водятся звери?»
«Этот зверь особенный, – отвечает Тнай и почему-то прячет свой взгляд, – он живёт только здесь…»
Кони Ветреных братьев встали.
– Вот он, Великий город, – воскликнул старший, – сколько наивных девушек ждёт нас здесь! Я в предвкушении!
Младший коснулся моих рук, что изо всех сил цеплялись за него, нежно погладил их. Я почувствовала его тепло даже через перчатки.
– Если хочешь, можешь остаться со мной ещё немного, – шепнул он мне ласково.
Я открыла глаза, с трудом разомкнула замёрзшие пальцы.
– Мы у Великого города, – указал мне средний брат на высокие белые стены.
– Как это? – вырвалось у меня. – Как такое возможно? Караван добирается сюда не раньше чем за три недели.
– Наши кони очень быстрые, – гордо улыбнулся мне старший.
Всадники спешились. Я бы свалилась на землю, не поддержи меня младший брат.
– А ты не из робкого десятка, – сказал он, помогая мне устоять на ногах.
Меня покачивало, мир перед глазами плыл и казался нереальным. Я бы и хотела испугаться, но все усилия уходили на то, чтобы не упасть. Я уцепилась за Ветреного брата, он стал для меня надёжной опорой.
– Ну вот, то боится, то отпускать не хочет, – рассмеялся средний, – аж завидно.
– Здесь мы расстанемся, – вздохнул младший, – но я очень надеюсь, что рано или поздно мы встретимся вновь.
– Может быть, ты хочешь попросить нас о чём-то? – спросил старший. – Мы можем если не всё, то многое.
Искушение было очень сильным, хотя я знала, что просить нельзя. Никогда. Ни в коем случае нельзя просить волшебных существ. Потому что, получив желаемое, ты останешься их должником. И они смогут требовать уплаты этого долга. Но искушение пересиливало: братья были добры ко мне, и, возможно, они не почтут за труд… Я уже было открыла рот, чтобы заговорить, но младший вдруг сделал шаг в сторону, я оступилась и упала ему на грудь. Со стороны это выглядело так, словно я споткнулась, и он поддержал меня под локоть.
– Не проси нас ни о чём, – шепнул он мне на ухо.
– Благодарю вас, Ветреные братья. – Я сделала попытку поклониться. Земля тут же вновь заходила ходуном, и, если бы не поддержка младшего, я бы наверняка упала. – Вы и так сделали для меня очень много.
– Мудрая девушка, – подошёл ко мне средний. – Но, так или иначе, за свою смелость и красоту ты достойна награды. – Он коснулся поцелуем моей щеки. – Если в твоём сердце поселится отчаянье, вспомни обо мне, и ты найдёшь верное решение.
Старший брат поцеловал меня в лоб:
– Когда почувствуешь боль, что перенести не в силах, вспомни обо мне.
А младший поцеловал мою руку.
– Если тебе понадобится растопить холодное сердце, я помогу тебе, Дная, – поклонился он.
Братья вскочили на лошадей и унеслись вместе с ветром. А я стояла в получасе ходьбы от Великого города и всё смотрела на пустую уже дорогу. Я не могла сдвинуться с места от страха, меня трясло. Который раз за это утро я избежала смертельной опасности, а ведь моё путешествие только начиналось. Что ждёт меня впереди? И откуда младший брат знает моё имя? Страх постепенно отступал. Я поправила на плече ремень сумки и зашагала к ярким огням города.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?