Читать книгу "Золушка по-драконьи, или Это не мои тапки, милорд!"

Впрочем, не только я. Фантик тоже любил погреть уши. Вот и сейчас он запрыгнул ко мне на колени и свернулся в клубок.

– Я смотрю, ты подлечила своего бедового.

– Да, – я аккуратно придержала хиэ за пушистый бок, – теперь уж не помещается на коленях. Мы же с ним теперь навсегда вместе. Я попросила Ло-Риэ принять меня как свою дочь, а затем Несравненная Вильхей даровала мне свое покровительство.

Всплеснув руками, миссис Робертс искренне и от всей души меня поздравила:

– Это ты правильно, милая, это ты молодец. Видно было по тебе, что душа твоя неприкаянная тепла ищет. Теперь-то у тебя и истинный сыщется.

– Да я, в общем-то, не слишком заинтересована.

К моему удивлению, миссис Робертс тут же кивнула:

– Это и правильно. Сначала пойми, кто ты есть, а потом уже присмотришься, что там тебе по судьбе нагадано. Да только и бежать от истинного не надо: свой человек рядом всегда приятен.

– То-то кто-то притащил в Департамент торговку запрещенными зельями, – фыркнула я. – Соком дремотницы несло за тысячу шагов!

Захихикав, миссис Робертс пригубила чай и по секрету поделилась подробностями:

– Старую Мельду привели по приказу милорда. Он желал знать, каким образом можно скрыть метку истинности.

«А что, у мужчин она тоже проявляется?» – на секунду затупила я. Но после устыдилась: конечно же, проявляется, как иначе-то?! Это с милордом все довольно просто, вряд ли кто-то еще в этом мире и первый, и третий одновременно. А другие как же опознают свою пару?

– Вроде как для расследования, – хмыкнула миссис Робертс. – Да только я так скажу: не людям решать, кто рожден первым, кто вторым, а кто третьим. Можно сменить наследного принца, можно отказать в наследстве. Но саму суть человеческую не изменить. Рожденный первым – первым и останется. Так что… Все прекрасно понимают, для кого пела магия.

Она глубокомысленно поиграла бровями, и я нервно улыбнулась. Значит, третье-первый принц не получил желанную метку. Плохо-плохо-плохо. Они ведь могут и еще один ритуал провести! А тогда меня может переместить к милорду. Или это все слухи? Тц-тц-тц, где бы найти информацию…

– Мне, если честно, кое-что непонятно, – вздохнула я. – Ну выводят девицы со своих тел знаки истинных партнеров. Но запах-то!

– Благовония помогают, – скривилась миссис Робертс. – Масло розы потом втирают, и вонь становится приемлемой. Потому-то цветочные ароматы и не в чести у местных мисс.

Меня бросило в холодный пот. Я-то постоянно цветочками благоухаю!

– Нет-нет, твой запах другой. Легкий, ненавязчивый. Там же запах розы и дремотницы способен свалить с ног.

– Не могу не спросить, откуда вы это знаете, – виновато улыбнулась я.

На что миссис только рассмеялась:

– Так их и сюда порой привозят, и по рынку же они ходят, товары покупают. А запах за ними по пятам.

– Значит, скоро кое-кто будет пахнуть как мисс из особого дома? – заинтересованно хмыкнула я.

На секунду замерев, миссис Робертс медленно покачала головой:

– Это ж какой скандал будет-то! Не думаю, что он это себе позволит. Да и обувка-то иномирная на торговку прямо-таки охотилась. Клянусь, что слышала рычание! Муженек мой едва успел старую Мельду под локоть подхватить да за дверь выставить. Та от неожиданности все свои склянки-то и выронила.

Я сильно подозревала, что это было сделано скорее из вредности, чем от неожиданности, но… Какая разница?

«Ты дала мне намек, да, Своенравная?» – мысленно обратилась я к богине. Но ответа не получила. Впрочем, и не должна была: у Вильхей наверняка предостаточно дел.

– Кстати, – встрепенулась вдруг миссис Робертс, – раз уж ты попросила о покровительстве богиню судьбы, то хочу тебе кое-что показать!

Поискав по карманам, миссис достала газетную вырезку. Разгладив ее, она протянула мне обрывок. И я, приняв бумагу, некоторое время с недоумением рассматривала фотографию храма.

– Посмотри на топор, – цокнула миссис Робертс, – видишь, какое украшение появилось? Жрецы сказали, что теперь его следует называть «феньекча». Или как-то так.

– Фенечка, – поправила я ее.

– Хочу найти мастерицу, чтобы муженьку моему сделала.

– Я думала, что боевые маги чтят Редгарда Неистового.

– Кто как, – рассеянно отозвалась миссис. – Муженек мой больше в судьбу верит.

Покивав, я разлила по чашкам остатки безнадежно остывшего чая. Интересно, могу ли я устроить небольшой бизнес? Не просто же так Вильхей повесила мой подарок на свой топор. Держу пари, что за прошедшие столетия ей дарили куда более дорогие и красивые вещи.

«Дома возьму монетку и спрошу богиню, стоит ли мне браться за такую работу. Или пусть какая-то другая мастерица создает фенечки», – решила я про себя.

А через секунду на краю стола оказалась моя монетка. Та самая, которая должна была спокойно лежать дома!

«Подозреваю, что ответ – да».

– …он продолжил спорить, а тапки-то, тапки-то уже наступали на пятки, – заливалась соловьем миссис Робертс. – Не вышло, в общем, у милорда Неррго надавить на нашего начальника.

Кто такой милорд Неррго и почему он рискнул давить на Эгерта, я пропустила.

– Так если девица отреклась от мира и ушла, – зевнул хиэ, – ясно-понятно, что связь истинных истаяла.

«А мне ты об этом не сказал, – укоризненно подумала я, посмотрев на Фантика. – Впрочем, я бы на это не пошла».

– Так да, – покивала миссис Робертс, – но Неррги-то хотят породниться с ло-Арндейлами, пусть даже и наш начальник не встанет во главе Ло-Риэ, он все равно очень богат и влиятелен!

«А, значит, я у Эгерта не первая истинная?» – догадалась я.

Догадалась и недовольно поморщилась. Быть второй – это как-то… Как-то неприятно. Я замена? Нет-нет, я – самостоятельная единица. И вообще, меня не волнуют все эти глупости с партнерством! Мне важней понять, стоит ли браться за работу с фенечками.

Подхватив монетку, я легко ее подбросила и тут же увидела, что денежка слегка увеличилась в размерах. На выпавшей мне стороне было крошечное «да» и схематичный рисунок реки, по течению которой плыла корзина для пикника.

Мне самой утопиться или кого-то утопить?! Рисунок на монетке поплыл, и крышка с корзинки исчезла. Стали видны схематичные изображения продуктов.

Ясно. Значит, мне следует потратить часть денег на еду и отпустить ее по течению реки. Хм. Становится чуть понятнее, как именно работают подарки судьбы в этом мире…

– Ох, засиделась я с вами. – Миссис Робертс поднялась со стула. – А работу за меня никто не сделает!

Забрав со стола монетку, на которой вместо рисунка реки и корзинки появилась цифра один, я остановила миссис:

– Погодите. Насчет фенечки. Я могу сделать, но нужно четко соблюсти условия ритуала.

Я подробно рассказала миссис Робертс о том, что ленты, нитки и бусы нужно выбирать вслепую. Довериться, так сказать, судьбе.

– А когда все будет куплено, то я сплету. Мне доводилось уже делать такие украшения.

А дальше я замялась, не зная, как заговорить об оплате. Но миссис Робертс сама меня выручила:

– Надо бы узнать, сколько монет может стоить такая работа. Ты прости, Ариньель, но бесплатно я не возьму.

– Надо в храме спросить, – предположила я. – Думаю, у Несравненной самые честные жрецы.

– Это да, – хихикнула миссис Робертс, – кто рискнет спорить с Судьбой!

На том мы и разошлись. А за полчаса до окончания рабочего дня мне принесли записку от Эгерта. Он назначил мне дату первого экзамена уже на следующую неделю!

Глава 4

Удивительно, но за неделю Эгерт больше ни разу не притащил нам с Фантиком тапки. Нет, меня это более чем устраивало: подготовка к экзамену отнимала у меня все силы! А еще же нужно было работать.

К тому же у меня появился солидный приработок – фенечек я в итоге сплела одиннадцать штук. И сегодня, собрав корзину со снедью, тащилась вместе с Фантиком к порожистой Вейрне.

– Меня растрясло в кэбе, – ворчал мой хиэ.

– Это все оттого, что в тебе наконец-то появилось что трясти, – захихикала я. – Хочешь, обратно пойдем пешком?

Фантик посмотрел на меня как на дурочку и недовольно дернул обрубком хвоста. Мы с ним недавно заметили, что его пятая конечность начала увеличиваться. И теперь мой хиэ тщательно следил за каждым отросшим миллиметром. Пристально следил. Не удивлюсь, если найду дома отметки на дверном косяке.

Пройдя по каменистому речному пляжу, я подошла к воде и, немного помедлив, добавила в корзину фенечку. Кому бы ни предназначалась снедь, пусть знает, что это заслуга Вильхей.

С некоторых пор такой подвес болтался и у меня на поясе. Благо летом дамам позволено носить блузки и все тот же приталенный жакет, но без рукавов. Быть может, если бы не магия, то прогресс бы ускорился еще больше, но, увы, освежающие чары не позволяли употеть на жаре.

То есть, с одной стороны, меня все устраивало. Это ведь прекрасно – носить плотную многослойную одежду и не страдать от духоты. Но с другой стороны, если бы дамам было плохо, то колдуньи выбили бы себе более удобные фасоны. А с третьей стороны, я не готова стать той, кто первой наденет мужские брюки.

Вернувшись в Департамент, я с умилением услышала «Топ-топ-топ-топ» и грозное:

– Робертс, почему мисс Крассин отсутствует на рабочем месте?!

– Обед, милорд.

– В столовой мисс Крассин также отсутствует, – продолжал сердиться Эгерт.

И я, подойдя ближе, поспешила вмешаться:

– Потому что я предпочла съездить на природу, полюбоваться на Вейрну. Правда, корзинку там оставила, но не беда, она была старая и ненужная. Добрый день, милорд, мистер Робертс.

– Добрый, мисс, добрый, – улыбнулся мне вояка.

– У вас появился новый друг? – ошарашил меня Эгерт, даже и не подумав поздороваться. – Вы не склонны носить побрякушки, однако этот браслет не снимаете уже неделю.

Оторопев, я попыталась уложить в голове два факта: ло-Арндейл заметил, что у меня мало украшений, и также он обратил внимание, что я ношу новый браслет.

– Я сама сделала. Что-то вроде слабого амулета: бусины светятся, если я что-то забыла. Главное, помнить, какое дело на какую бусину зачаровано!

Даже для меня мои слова прозвучали фальшиво, что уж говорить о милорде, который лишь бровью дернул.

– Вы хотите, чтобы мы тапки прибрали? – осторожно спросил Фантик.

Эгерт перевел на него взгляд, затем посмотрел на кроссовки, а после покачал головой:

– Нет, мисс Леварс желает оставить жалобу.

– А работа с населением не входит в ваши обязанности, – тут же покивала я. – Понимаю, понимаю.

Мне было дико интересно, как эта полноватая и пугливая мисс умудрилась проскользнуть через все посты охраны и добраться до кабинета милорда.

«Не иначе как матушку с батюшкой мисс Леварс боится больше, чем милорда».

– Милорд, я не успела за вами, простите.

А вот и сама мисс. Раскраснелась, волосы прилипли к вспотевшему лбу, а в глазах… В глазах покорность судьбе. Девушка будет добиваться мужчину, лишь бы только не вызвать неудовольствие своих родителей.

– Вы уже знакомы с мисс Крассин, – сухо улыбнулся Эгерт. – Оставьте свои жалобы ей. Она сможет направить их по нужному адресу.

И я была готова поклясться, что этот самый нужный адрес – шертова падь.

– Не сомневайтесь, – поддакнул вдруг мистер Робертс, стоявший доселе тихо. – Мисс Ариньель отлично справляется с невзгодами и мастерски указывает направление движения. Мистер Бивер недавно вновь в этом убедился.

Мисс Леварс окинула нас долгим взглядом, после чего небрежно бросила:

– Не вполне уверена, что дочь Сайбрина способна меня понять.

– С некоторых пор я дочь Ло-Риэ. Так что, быть может, у меня получится понять вас, мисс Леварс.

«Могла бы взять жизнь в свои руки, – сердито думала я, ведя квелую девицу в свой кабинет. – Магичка же, пошла бы в ремесленную школу, выучилась, потом на какую-нибудь мануфактуру устроилась! Женщины уже успели откусить себе немножко прав и свобод».

Но юная мисс, кажется, планировала всю жизнь жалеть себя и следовать по пути наименьшего сопротивления. Что ж, это тоже стратегия, и кто я такая, чтобы ее осуждать?!

Записав абсолютно бессмысленный поток жалоб, я отложила бумагу в сторону и, устало посмотрев на девицу, предложила ей действовать жестче.

– Скомпрометировать можно не только женщину, но и мужчину, – наставительно проговорила я.

– Милорд не остается ни с кем наедине, – заалев щеками, ответила мисс Леварс.

– Ну, тогда задерите юбку, а край подола суньте ему в руку, – буркнул Фантик, который отчаянно хотел спать.

– З-зачем?

– Скажете, что это он ваши коленки оголил. – Мой хиэ запрыгнул на стопку уже проверенных документов и, свернувшись калачиком, уснул.

Мисс Леварс посмотрела на меня, и я осторожно проговорила:

– Не стоит принимать слова моего хиэ за чистую монету. Он, м-м-м, немного лукавит.

– Да-да, – покивала вдохновленная мисс Леварс. – Я, конечно же, не стану так поступать. Это было бы очень неправильно и аморально.

На слове «аморально» ее голос дрогнул, и стало ясно: ло-Арндейла от компрометирующей ситуации спасет только божественное вмешательство.

А мы что? Мы ни при чем. Целеустремленная мисс рано или поздно и сама бы до этого додумалась.

Жаль только, что моя внутренняя жаба уже начала считать Эгерта чуть-чуть своим. Не таким прям родным, чтобы взять и во всем признаться, но таким… Таким, чтоб он был один и сам по себе. Безо всяких мисс или веселых миссис!

«Собака на сене», – хмыкнула я про себя.

А после вежливо распрощалась с мисс Леварс и придвинула к себе новую стопку бумаг. Ага, это в боевой отдел, это к менталистам, а вот это… Вот это сжечь. Вирши мистера Бивера навевают тоску и воспевают тленность бытия. Их нельзя читать на голодный желудок, а поесть мы с Фантиком не успели.

К концу рабочего дня я хотела лишь одного – вытащить из себя позвоночник и аккуратно его разложить на ближайшей горизонтальной поверхности. Увы, работы было столько, что я часа четыре не шевелилась и голову не поднимала.

– Домой, – намурлыкивал выспавшийся Фантик. – Домой-домой-домой.

Я только устало кивала. Впереди тускловатый вечер, который мы проведем, слушая радио и собирая фенечки на продажу.

В конце концов, мало ли кто живет ниже по течению реки? Вдруг там целая семья? Денег надо побольше заработать!

Собственно, именно этим мы с Фантиком и занимались до самой пятницы. Не сказать, что фенечки раскупались как горячие пирожки, но на половину вырученных монет мы снова спустили по Вейрне корзинку с продуктами.

А еще я аккуратно пыталась вызнать, чем можно убрать запах дремотницы. Не может же такого быть, что никто не озаботился этим важнейшим вопросом! Ведь, как оказалось, узы истинных не гарантируют ни преданности, ни любви до гроба.

– Людям дают шанс найти свою идеальную пару, – Фантик подцепил когтем последнюю артефактную отработку, – а дальше все зависит от человека.

Слопав вкусняшку, он спрыгнул с высокого детского стульчика и вальяжно прошествовал в гостиную. Утро пятницы началось преступно рано: кто-то выбил дверь в квартиру мисс Дастин, и та вызвала городскую стражу. Этот невообразимый шум разбудил меня, а Фантик… Фантик встал сам.

– Интересно, к ней с умыслом забрались?

Мой хиэ потянулся и задумчиво промурлыкал:

– С каким? Заглядывал я к ней в окно, у нас и то вещей побольше будет. Она же и правда верит в свою счастливую звезду, а потому всё заработанное спускает на уроки пения.

Я только поморщилась. Судьбу предсказывать было бесполезно: Несравненная Вильхей славилась тем, что порой забавы ради разрушала человеческие планы на жизнь. Правда, чем больше я слышала сии печальные истории, тем сильней убеждалась в том, что богиня не абы кого выбирает для такой показательной порки.

Иначе говоря, карма в этом мире работала почти без сбоев. Но, что самое забавное, никого это особо не останавливало. Люди точно знали, что боги существуют. Что за нарушение законов прилетит наказание. Что с судьбой не шутят, но… Но продолжали шутить, нарушать и отрицать право богов вмешиваться в человеческую жизнь. Упрямцы, что уж.

– Но при этом она никому не поклоняется. – Я сощурилась, пытаясь вспомнить, видела ли я на мисс Дастин хоть какую-то религиозную метку.

– Ну как тебе сказать, – хмыкнул хиэ. – Она чтит Шерта.

Фантик так выделил тоном имя мелкой нечисти, что оно прозвучало весьма и весьма внушительно.

– Это так странно, – я покачала головой. – Он разве существует?

– О Вильхей, неужели у тебя и правда аллергия на «Божественный альманах»?!

– Там нет такого божества, – тут же возмутилась я.

Но Фантик вместо того чтобы устыдиться и попросить прощения, пошел проверять. После чего признал, что Шерта там и правда нет.

– Что не отменяет твоего легкомысленного отношения к религии, – припечатал немного смущенный хиэ. – Как ты понимаешь, я знаю не так и много. Мне всего-то восемь годков, а дело было около сотни лет назад. Один из открытых миров потерял всю семью Связующих.

– Связующих? – переспросила я.

Фантик задумчиво на меня посмотрел, потом отвел взгляд, что-то явно подсчитал, после чего со вздохом проговорил:

– Начнем издалека. Род ло-Арндейлов неприкосновенен не только потому, что из них выбирают следующего короля, но еще и потому, что само существование этого рода позволяет нашему миру удерживаться в межмировой пространственной портальной сети. Не станет ло-Арндейлов, так и связь пропадет. И остальные маги, способные открывать переходы внутри Ло-Риэ, потеряют эту возможность. Мы окажемся разобщены, схлопнутся постоянные стационарные порталы, магия перестанет циркулировать и постепенно осядет на землю, впитается, дойдет до ядра планеты и там и останется.

– Это произошло с нами, верно? Я говорю о своем прежнем мире.

– Скорее всего, – кивнул хиэ. – Бывают и безмагические миры, но среди них и люди такие же, безмагические. Ты же пузыришься излишками силы.

– Скорее уж гремлю обломками, – возразила я. – Ты же помнишь, как тяжело мне дается магия.

– Зато наша связь крепнет не по дням, а по часам. И это значит, что на экзамене я буду твоими мозгами, – муркнул Фантик. – Так вот, мир Шерта потерял своих Связующих, и боги умерли вместе с созданным ими миром. Они же живут в двух отражениях от нашей реальности.

– Это я помню, – тут же отреагировала я. – И нет «плохих» богов: все они заинтересованы в том, чтобы мир не развалился.

– Что ж, я не зря делюсь с тобой своей восьмилетней мудростью, – хмыкнул хиэ. – Не знаю, пришел ли Шерт сам в наш мир, или же его сюда вытащили переселенцы. Скорее всего, второе, потому что боги не могут покидать свои отражения. Но он не набрал паствы и постепенно стал ругательством.

– Но все еще есть те, кто ему поклоняются, – нахмурилась я.

– В своем мире он был кем-то вроде покровителя авантюристов, – Фантик нахмурился, силясь подобрать слова, – помогал тем, кто идет против судьбы. Но его паства постепенно выродилась в воров и грабителей, что живут в Дрянном Квартале. Бог ослаб и больше не являет себя людям.

– Получается, он был против Вильхей?

Хиэ уклончиво пожал плечами:

– Если девушка сбегает со своей свадьбы – это она бежит от судьбы или же, напротив, следует своему истинному предназначению? Или мы с тобой, скрывающие твою метку. Что мы делаем?

– И как же разобраться в этом?!

– Вопрос в другом, – хмыкнул Фантик, – надо ли разбираться. А то так можно с ума сойти. Пора собираться, иначе на работу даже с кэбом опоздаем.

Охнув, я тут же подхватилась на ноги. Это же еще нужно успеть завтрак приготовить и волосы прибрать! Увы, если не принимать мер, то моя золотая копна оч-чень быстро становится ломкой соломой.

Закончив в ванной, я насухо вытерлась полотенцем и бросила короткий взгляд в зеркало. На секунду сердце пропустило удар: мне показалось, что за спиной кто-то есть. Но это был лишь неудачно повешенный халат. Зато это маленькое происшествие позволило мне посмотреть на себя новым взглядом. Мои прежние серо-зеленые глаза стали изумрудными!