Читать книгу "Каникулы джинна"

Наталья Сологуб
Каникулы джинна

© Наталья Сологуб, 2024

© Издательский дом «BookBox», 2024

Нурлан был обычным парнем, во всяком случае, сам о себе он так и думал. У него было много друзей, и он всегда был готов помочь кому бы то ни было. Нурлан был добродушен и жизнерадостен, его все любили, он всегда находил повод посмеяться с друзьями, любил розыгрыши и никогда даже и подумать не мог, что именно с ним случится история, которую мы сейчас вам расскажем.

В то утро всё было как всегда. На дворе была весна, близились каникулы, у всех вокруг было приподнятое настроение, как это бывает только весной. В воздухе пахло сиренью и приключениями. Нурлан шёл по улице, в ушах были наушники, он улыбался и пританцовывал. Сегодня совершенно не хотелось учиться, и Нурик просто-напросто сбежал с последней пары. Угрызений совести по этому поводу у него не было, так как предмет он знал прекрасно, и он просто позволил себе сделать то, чего очень хотелось. А хотелось ему подышать пьянящим весенним воздухом и просто погулять с наушниками в ушах, что, собственно говоря, он и сделал.

Нурик шёл по парку в совершенно чудесном настроении, улыбался всем и всему, как вдруг его внимание привлёк бегущий навстречу ему человек. Он был средних лет, одет обычно, ничего особенного, но бежал он оглядываясь, будто за ним кто-то гонится, хотя вокруг никого не было. Однако человек был явно чем-то напуган. Поравнявшись с Нурланом, едва переводя дух, он вымолвил:

– Держи, это теперь твоё… – И буквально силой сунув в руки Нурика какую-то вещь, побежал дальше.

Изумлённый, ошарашенный и ничего не понимающий Нурик крикнул ему вслед:

– Парень, ты чего? – Но крик Нурика не остановил убегающего со всех ног странного человека.

Только теперь Нурлан посмотрел, что ему в руки сунул незнакомец. Это был маленький медный кувшинчик, украшенный росписью, но, в принципе, самый простой, на восточных базарах таких всегда много, и поэтому Нурик просто пожал плечами и, сунув кувшинчик в рюкзак, пошёл дальше.

Придя домой, Нурлан вытряхнул содержимое рюкзака в кресло, достал телефон и с удовольствием плюхнулся на диван. Нырнув в любимые соцсети, он даже не заметил, как из лежавшего на кресле кувшинчика появилась тонкая струйка дымка. Парень общался с друзьями и разглядывал фотки с последней вечеринки.

– Классные у нас всё-таки девчонки, – сказал Нурик и неожиданно откуда-то сверху услышал голос в ответ:

– Ага, особенно вот эта!

На секунду Нурик замер, он оторвал взгляд от телефона и поднял глаза вверх. Над ним склонился какой-то парень и заглядывал в его телефон.

Нурлан просто заорал что есть мочи:

– Ты кто такой?!

– Ой, всё, всё, всё, как всегда, каждый раз одно и то же. Не надо орать, мой господин, я твой джинн, просто джинн, понимаешь?

Нурик соскочил с дивана и схватил настольную лампу. Вооружившись таким образом, он с ужасом разглядывал незнакомца.

Тот был совершенно спокоен, усевшись на диван, он взял телефон Нурика и с интересом стал разглядывать фотки.

– Я не понял, ещё раз тебя спрашиваю, ты кто? возмущённо спросил Нурик.

Незнакомец положил телефон, встал, склонился перед Нуриком, сложив руки у груди, и сказал:

– Дорогой мой господин, я твой джинн, просто джинн, понимаешь? Ты лампу взял, чуть-чуть потёр, я пришёл. Ничего особенного.

Нурлан перевёл взгляд на лампу, лежащую на кресле. Из неё до сих пор немножко струился дымок.

– Ты живёшь в этой лампе? – наконец выдавил из себя Нурик.

– Ну конечно, где ещё джиннам жить?

– Ну… это… Ну и иди в неё…

– Как скажешь, господин.

С этими словами незнакомец исчез, как будто его и не было. Нурлан вытер лоб, на котором от волнения появилась испарина. Он оглядывался вокруг и потихоньку начинал успокаиваться. Комната как комната, знакомая ему с детства, всё на своих местах, что же это было? Нурик поставил лампу на место и взял в руки кувшинчик.

– Маленькая квартира у меня, да? – услышал он за спиной уже знакомый голос.

Нурлан повернулся и сказал:

– Слушай, что тебе от меня надо, а?

– Как что, мне надо твои желания исполнять, служить тебе, короче говоря, делать свою работу.

– А если мне этого не надо, что тогда?

Незнакомец рассмеялся:

– Три тысячи лет живу, такое первый раз слышу. Нет, дорогой господин, ты просто ещё волнуешься, ничего не понимаешь от счастья, а потом сообразишь, что я тебе очень даже нужен. Пошли чайку попьём?

Нурик понял, что спорить, кажется, бесполезно, и, выдохнув, сказал:

– Ну пошли, коль от тебя так просто не отделаться.

Они пошли на кухню, Нурик поставил чайник на плиту, залез в холодильник за молоком, а джинн в это время с удовольствием всё разглядывал.

– Что ты там возишься, мой господин, всё уже на столе.

Нурик оглянулся и увидел празднично накрытый стол с дымящимся самоваром, которого у него в жизни не было. Стопкой лежали ароматные горячие лепёшки, фрукты и сладости.

– Ничего себе сервис, – выдохнул удивлённый Нурик.

Джинн рассмеялся:

– Сказочный сервис, дорогой, сказочный, присаживайся, поговорим, чайку попьём.

Нурик только сейчас хорошо разглядел своего незваного гостя. На вид тот был весьма молод, несмотря на свой почтенный возраст. Во всяком случае, три тысячи лет ему точно не дашь.

– Значит, ты живёшь три тысячи лет, джинн? спросил Нурик.

– Точно так, господин. Три тысячи лет.

– И ты три тысячи лет исполняешь чьи-то желания?

– Абсолютно верно, мой господин.

Нурик поставил пиалу и сказал:

– Слушай, друг, а тебе не надоело всё время исполнять чьи-то желания? У тебя свои-то желания есть?

После такого вопроса глаза джинна округлились:

– Ой, что я слышу? Мой господин мне сказал «друг»? Друг!

– Ну и что? Что тут такого? Кстати, и хватит звать меня господином, что-то мне это не очень нравится…

– А как, как мне называть тебя, мой господин?

– Зови меня просто Нурик. Кстати, а тебя-то как зовут?

– Меня? Меня джинном зовут!

– Не, джинн – это твоя работа, а давай мы тебе имя придумаем?

– Мне?! Имя? Меня тоже будут звать Нурик?

– Нет, друг, два Нурика – это как-то слишком. А давай мы назовём тебя… Джимми? А что, мне даже нравится, джинн – Джимми… А?

Несколько секунд джинн был в оцепенении, а потом вдруг вскочил и начал танцевать по всей кухне:

– У джинна огромный праздник, у джинна теперь есть друг, у джинна теперь есть имя!!! Его зовут Джимми!!! Тыщ-та-да-тыщ-та!!!

Нурик с аппетитом жевал горячую лепёшку и, улыбаясь, смотрел на разгулявшегося джинна:

– Ну всё, Джимми, успокойся. Садись. Я вот что хочу тебе сказать. В нашем мире много несправедливости, так пусть будет одной меньше. Я хочу, чтобы ты отдохнул от своей работы. Ты был хоть раз в отпуске за свои три тысячи лет?

– Отпуск? Мне?

– Ну да. Давай отправим тебя в отпуск или на каникулы, как угодно это назови.

– И я не буду исполнять ничьи желания?

– Абсолютно ничьи.

– Ужас. Джинн будет никому не нужен. Что же Джимми будет делать?

– Отдыхать будет Джимми. Отдыхать. Ходить со мной по клубам, в футбол погоняем, с друзьями познакомлю. Я покажу тебе мой мир. Хочешь?

– Хочешь, очень хочешь! – ответил радостно джинн и направился к выходу.

– Эй, парень, ты куда? – едва успел спросить Нурик.

– Как куда, ты же сказал в клуб пойдём, к друзьям пойдём? Пойдём?

– Пойти-то мы пойдём, конечно, но для начала тебя надо переодеть, а то нас не очень поймут. Твои восточные шаровары и чалма хороши будут разве что на карнавале. А ты для всех теперь мой брат, в гости приехал, договорились?

Джинн остановился:

– Я и друг, я и брат. Джимми сейчас плакать будет.

– А вот этого не надо. Пошли, переодевать тебя будем.

Нурик залез в шкаф и вытащил целый ворох одежды для Джимми. Тот с интересом разглядывал джинсы и футболки, и, когда, наконец, они определились с выбором и встали вдвоём у зеркала, Нурик увидел рядом с собой совершенно обычного парнишку, который даже чем-то был похож на него самого.

– Ну вот, другое дело, – с удовлетворением сказал Нурлан. – Ну что, идём?

– Бежим, мой господин! – радостно откликнулся Джимми.

Вот так и началось знакомство Джимми с миром Нурика. Весенние каникулы были не только у Джимми, но и у самого Нурлана, и поэтому им ничто не мешало заниматься всем, что им было угодно. Нурик показал Джимми город, они ходили вместе в парк аттракционов, ели мороженое и огромную сладкую вату, и Нурлан видел в глазах джинна неподдельную детскую радость.

А когда они сидели на скамейке в парке и доедали мороженое, мимо них прошли хохочущие девчонки с огромными шарами в руках, видимо, шли с какого-то праздника.

Джимми проводил их взглядом и сказал:

– Ах, какие у вас девушки тут красивые. Нурик, а у тебя девушка есть?

Нурик покачал головой:

– Не-а, пока нет.

– Почему? – искренне удивился Джимми.

– Понимаешь, Джимми, я хочу встретить ту, без которой больше жить не смогу, дышать не смогу, есть не смогу…

– А-а, понятно.

– Да что тебе понятно-то, красивых много, а той единственной всё нет…

– Знаешь, надо тебя с нашей Будур познакомить.

– Кто это – Будур?

– Дочь султана… красивая!

– Издеваешься, что ли? Я ему, понимаешь, душу открываю, а он Будур, дочь султана, о чём ты? Где я и где дочь султана?

– Вот тут ты прав… Далековато. Ну да ладно, жизнь покажет. Пошли, что там у нас по плану, клуб? Пошли в клуб.

– Ну пошли, – ответил немножко погрустневший Нурик.

В клубе Нурлан познакомил Джимми со своими друзьями, и на дискотеке джинн радовал всех своими своеобразными танцами. Друзья говорили, что у Нурлана брат – большой оригинал. А вот футбол Джимми не понравился. Он долго сидел на трибуне и нервно наблюдал за игрой.

Запыхавшийся Нурлан подбежал к нему и спросил:

– Джимми, хочешь с нами сыграть?

На что тот ответил:

– Нет. Не нравится мне ваш футбол. Разве так не лучше? – При этом он щёлкнул пальцами и сказал: – Скидыш!

К ужасу и изумлению Нурлана, на футбольное поле прямо с неба посыпалась куча мячей.

– Ты что делаешь, Джимми! Так нельзя, нас же спалят, да и играть надо с одним мячом!

Недовольный джинн снова щёлкнул пальцами, и мячи исчезли:

– Не бойся, Нурик, нас не спалят. Они уже всё забыли, что видели. Ну не обидно, да? Целая куча парней бегает за одним мячиком, ну?

– Джимми…

– Всё, всё, всё, Джимми понял. Такая игра. Пойдём лучше в «Доту» поиграем.

– Ну, «Дота» так «Дота», – сказал Нурик, и они отправились в компьютерный клуб.

Так, в удовольствиях и развлечениях, прошла целая неделя каникул. В понедельник Нурлану уже надо было идти в колледж, и сегодня они решили побыть дома и целый день смотрели киношки и ели попкорн. В финале фильма была романтическая сцена прощания героев, и наш Джимми пустил слезу.

– Эй, Джимми, ты чего, это же просто кино, фильм.

– Много ты понимаешь, мой господин. Ты же жизни практически не знаешь.

– А ты…

– А у меня три тысячи лет за спиной, если что. Такого насмотрелся за всю жизнь… Эх. А ты кино, кино… Это жизнь, мой господин.

– Ну что ты опять заладил – мой господин, мой господин. Договаривались же!

– Ладно, ладно, братишка, не сердись. Так пойдёт?

– Пойдёт.

– А ты чего погрустнел, Нурик?

– Да в колледж пора. Каникулы заканчиваются, классные они у нас были, да?

– Да… это были не просто каникулы, это были самые лучшие дни в жизни Джимми! Слушай, Нурик, скажи, как я могу тебя отблагодарить за это, а? Ну загадай какое-нибудь желание, ну хоть маленькое. А то я квалификацию уже скоро потеряю.

– По работе соскучился, что ли?

– Если честно, есть чуть-чуть. Загадаешь, а?

Нурлан задумался, помолчал, а потом ответил:

– Знаешь, Джимми, вообще-то, у меня есть одно желание…

– Слушаю тебя, мой господин…

– Я ведь показал тебе свой мир, так? Познакомил со своими друзьями?

– Так, мой господин.

– А теперь мне бы хотелось, хоть одним глазком, посмотреть на твой мир, сказочный. Это возможно? Или совсем не вариант?

– Чего сидим, давай быстрей, тебе в понедельник в колледж надо. Поехали! Скидыш! – И Джимми щёлкнул пальцами.

Нурик и опомниться не успел, даже и не понял, как всё произошло, но уже через пару мгновений они оказались в каком-то пустынном месте, вокруг были барханы, ветер подгонял сухую траву, и вокруг никого не было видно.

– Ничего себе, вот это поворотик, – едва вымолвил обомлевший Нурлан.

Джимми улыбался во весь рот и явно был всем доволен.

– Добро пожаловать, мой господин! Это мой мир!

– Что-то он у тебя пустынный какой-то…

– Скидыш!

И через секунду Нурик и Джимми стояли посередине огромного восточного базара, где всё пестрело красками и приятными запахами. Нурик с изумлением всё разглядывал, просто не веря своим глазам, – он был в настоящей восточной сказке! И это было невероятно, просто захватывало дух! Кругом были ремесленники и торговцы, было шумно и весело, люди улыбались друг другу, казалось, тут все друг друга знают, а с джинном и вовсе здоровались, как со старым другом.

Зазевавшийся Нурик едва не попал под копыта настоящего верблюда, Джимми расхохотался:

– Не робей, мой господин! Тут надо держать ухо востро, того и гляди без своей сотки останешься!

Он показал на маленького воришку, который в это время пытался стащить с прилавка лепёшку.

Джинн его остановил и сказал:

– Друг мой, ты голоден?

– Нет, – отвечал воришка.

– Зачем же ты крадёшь?

– Потому что за ними никто не смотрит.

– Зато за тобой всегда смотрят, дорогой. Помни об этом.

– Кто смотрит?

– Твоя совесть, мой дорогой. Она самый строгий судья, ты это скоро поймёшь. Положи лепёшку и беги.

Парнишка убежал, а Нурик внимательно посмотрел на Джимми.

Он привык видеть его весельчаком и балагуром, каким тот был в его мире, а тут Джимми казался ему совсем другим.

– Нурик, не смотри на меня так. Когда я с тобой общался, я чувствовал себя молодым, как ты! А теперь ты посмотрел на меня, как на аксакала, и я сразу вспомнил, сколько мне лет… Совесть имей. – И Джимми подмигнул Нурику.

– Хорошо, брат, буду иметь совесть и не буду больше смотреть на тебя, как на аксакала.

– Другой разговор, – сказал Джимми и широко улыбнулся.

Они пошли дальше. И вскоре их внимание привлекла одна торговка овощами, она так громко и радостно подзывала покупателей, что не подойти к ней было просто невозможно.

– Здравствуйте, мои дорогие! Овощей купите? Смотрите, какие у меня овощи славные: капуста, огурцы, помидоры! К столу самого султана мои овощи берут! Покупайте, не пожалеете!

Нурик вежливо улыбнулся торговке и сказал:

– Овощи у вас действительно прекрасные, сразу видно, сколько труда вы в них вложили. Но сейчас они нам пока ни к чему, простите.

Торговка с хитрецой посмотрела на Нурлана:

– Не торопись, дорогой, не спеши. Я знаю, что тебе надо купить у меня. Вот, держи, это волшебное яблочко. Съешь его, а семена в землю закопаешь. Вырастет дерево, а на нём будут вместо яблок монеты золотые расти. Бери! – сказала торговка и рассмеялась.

Нурик немножко растерялся, а Джимми хитро улыбался и ничего не говорил.

– Держи же яблочко! – настаивала торговка.

Нурлан ответил:

– Но у нас нет денег, оно, наверно, дорого стоит?

– А ты уже за него заплатил, дорогой, когда похвалил мои овощи и оценил мой труд. Этого достаточно. Вижу, сердце у тебя доброе.

– Ну, спасибо вам большое, – сказал Нурлан, и, взяв яблоко, они с Джимми пошли дальше.

– Джимми, как думаешь, это яблочко и впрямь волшебное?

– А что, богатым хочешь стать? – с хитрой улыбкой спросил его джинн.

– Нет, просто интересно, бывает такое или нет.

– Если веришь – бывает, если не веришь – не бывает, – сказал Джимми и расхохотался.

Нурик только махнул рукой. А тем временем на пути они увидели гадалку, которая сидела и сосредоточенно раскладывала перед собой какие-то камешки, при этом что-то бормотала себе под нос.

При виде джинна и Нурика гадалка спокойно им сказала:

– Ну давайте, присаживайтесь быстрей, давно уже вас жду!

Нурик удивился:

– Вы, наверно, ошиблись, перепутали нас с кем-то.

Но Джимми тихонечко подтолкнул Нурика к гадалке.

– Садись, садись, коль приглашают, – сказал Джимми, и Нурик присел.

Та посмотрела ему прямо в глаза и сказала:

– Вижу, издалека ты к нам попал, вижу путь неблизкий. А ещё вижу, сердце у тебя доброе и доверчивое, никого в беде никогда не оставишь.

Тут вмешался Джимми:

– Уважаемая, это мы и без тебя знаем, ты нам важное что-нибудь скажи.

Гадалка улыбнулась:

– Важное, говоришь? Так вот слушай: скоро в сердце твоём праздник будет, новоселье!

Нурик удивился:

– Какое такое новоселье?

Гадалка рассмеялась:

– А вот такое новоселье – любовь в твоём сердце поселится, понимаешь? А теперь иди куда шёл.

Нурик улыбнулся и пожал плечами:

– Ну, спасибо вам за гадание. Только вот чем же мне вам заплатить… А вот, смотрите, что у меня есть. – И Нурик достал из кармана яблоко.

– Возьмите, говорят, оно волшебное.

– Знаю, что волшебное. А тебе не жалко?

– За добрую весть – не жалко, – ответил Нурик.

– Ну спасибо, – сказала гадалка и улыбнулась, а Нурик и Джимми отправились дальше.

Теперь была очередь Джимми знакомить Нурлана со своими друзьями, и он это делал с огромным удовольствием. Джинну везде были рады, хорошо встречали, спрашивали о делах, делились своими новостями. Нурлану очень нравились все эти люди, их открытость, доброжелательность, сердечность, он даже не чувствовал себя здесь чужаком, будто все эти люди были и его друзья. Везде их приглашали за стол, угощали, и всё было по-доброму, по-семейному.

Нурлан даже не выдержал и спросил Джимми:

– Джимми, скажи честно, эти люди ко всем так хорошо относятся или только к тебе? Они знают, что ты джинн?

Джимми ответил:

– Да, они знают, что я джинн. Но они ничего у меня не просят, они знают, что им нельзя просить ничего у джинна, который им не принадлежит. Они все мои друзья.

– Ну вот, а мне жаловался, что у тебя нет друзей.

Джимми грустно улыбнулся:

– У меня нет друзей среди тех, кому я принадлежал… Ну, во всяком случае, не было… до тебя. Ты первый.

– Джимми, а почему ты обязательно должен быть рабом этой лампы и кому-то вечно принадлежать?

– Дорогой мой, ты задаёшь слишком много вопросов, пошли, друг, нам торопиться надо.

– А куда это мы торопимся? – спросил Нурик.

– В гости к султану пойдём, я же обещал, что ты увидишь нашу принцессу, нашу Будур!

– Ну, к султану так к султану, хотя я не помню, чтобы ты что-то обещал, – сказал Нурик.

– Помню, не помню – пошли, Нурик!

И друзья отправились в путь.

В дороге было жарко, воды поблизости нигде не было, очень хотелось пить, и изрядно уставший от дороги Нурик хотел спросить у Джимми, долго ли им ещё идти. Он повернулся к Джимми, потому что тот шёл немного позади него, и слова застряли у него в горле – Джимми спокойно пил колу.

– Джимми!!! – возмущённо закричал Нурик и погнался за другом, так как тот, смеясь, убегал от него со всех ног.

Утолив жажду, они легли отдохнуть прямо на траву и долго смотрели в небо на бегущие облака.

– А облака-то совсем такие же, как и у нас, ничем не отличаются, – сказал, улыбаясь своим мыслям, Нурик.

Джимми молчал.

– Скажи, Джимми, а у тебя есть мечта?

– Смешной ты, Нурик. Я же джинн, какая у меня может быть мечта, нам мечтать не положено. Я должен чужие мечты исполнять.

– Несправедливо это. А я вот мечтаю весь мир увидеть, о путешествиях мечтаю… Ну неужели ты ни о чём сам никогда не мечтал?

– Странные вы – люди, вам всегда чего-то недостаёт. То богатство нужно, то слава, то ещё что-то. А вам бы поучиться просто ценить то, что у вас уже есть. Вот спроси меня, я счастлив?

– Ты счастлив, Джимми?

– Да, Нурик, я сейчас счастлив! Смотри, как красиво вокруг, солнце светит, ветерок дует, я жив, здоров, а рядом друг хороший. Классно же, Нурик, понимаешь? Уже хорошо, понимаешь? И тогда я делаю вот так: там-ти-ридири-там, там-тири-дири-там, тири-дири-там! – И Джимми пустился в пляс.

Это настроение передалось и Нурику, он тоже подскочил и подхватил танец друга, они хохотали от души сами над собой, и обоим было просто здорово.

– Джимми, а нам долго ещё идти? Кстати, а почему ты свой «скидыш» не делаешь, может, быстрее бы добрались?

– Брат, «скидыш» не всегда работает, долго объяснять. Короче, идти недолго, если пройдём через вон ту пещеру, но предупреждаю: это может быть опасно. В этих местах обитает злой разбойник Мустафа со своей бандой. Если ему в руки попадём – нам несдобровать. Что скажешь? Идём в обход или через пещеру?

– Знаешь, Джимми, я хулиганов никогда не боялся и твоего Мустафу бояться не стану, денег у нас нет, что с нас взять, не съест же он нас? Пошли через пещеру!

– Как скажешь, господин, как скажешь… – ответил Джимми, как-то хитро улыбнувшись.

И они вошли в мрачную, тёмную пещеру, в которой было слышно, как где-то капает вода, раздавались едва уловимые, какие-то непонятные звуки, и если честно, то было уже как-то жутковато. Друзья потихонечку начали продвигаться в глубь пещеры, но из-за темноты делать это было довольно сложно.

И тут Джимми нащупал факел, зажёг его, и друзья обомлели. Со всех сторон на них молча смотрели разбойники.

Джимми спросил:

– Нурик, ты быстро бегать умеешь?.. А очень быстро умеешь?

– Ага, – выдавил из себя Нурлан.

– Тогда бежим!!!

И друзья бросились наутёк. В пещере было много ходов-выходов, поворотов, и началась такая суматоха! Было уже непонятно, кто куда и за кем бежит, крики, вопли, в общем, когда все набегались, выдохлись и устали, они плюхнулись на землю, еле дыша. Только теперь Нурик разглядел, от кого они бегали. Разбойники-то были девчонки! Лохматые, измазанные, одетые как настоящие разбойники, но всё же просто девчонки, хотя с ножами и пистолетами.

Изумлённый Нурик сказал:

– Вот это поворот… Джимми, что ж ты сразу не сказал, что это банда разбойниц, а не разбойников, а мы ещё драпали от них!

Джимми делал Нурику какие-то знаки глазами, но Нурик не реагировал:

– Тоже мне, армия с косичками!

Через секунду Нурик уже пожалел о своих словах.

Возмущённые его словами разбойницы вытащили свои ножи и двинулись на ребят с криками:

– Что ты сказал?! Армия с косичками? Ну мы тебе сейчас покажем!

Тут вмешался Джимми:

– Нурик-джан, неужели нельзя подипломатичнее было высказаться? Милые дамы, мой друг хотел сказать, что вы очень симпатичная армия с косичками, он просто таких никогда не видел. И всё, понимаете? Простите нас за вторжение!

Одна из разбойниц крикнула:

– Так это ж наш джинн! Джинн, это же ты?

– Конечно я, кто ж ещё? А это мой друг, Нурик-джан.

– А что ж ты бегал от нас, ты же нас знаешь.

Тут Джимми скромно и хитро опустил глазки и сказал:

– Все побежали, и я побежал…

Нурик задыхался от возмущения:

– Так ты всё знал и молчал? Я чуть со страху не помер, а он молчал! Друг называется!

– Ну, не горячись, дорогой, не горячись! Просто хотелось добавить маленькую перчинку в наше путешествие, чуть-чуть экстрима, так сказать.

Нурик, отвернувшись, молчал.

– Нурик, ну пошутил я, хотел посмотреть на тебя в экстремальных условиях, а ты вон молодец какой, ничего и не боишься.

Нурик только обиженно махнул рукой.

– Ну ладно, друг, прости, погорячился. Давай с хозяевами знакомиться.

В это время в пещеру зашёл, видимо, и сам Мустафа.

По виду это был самый настоящий разбойник, но добрые и весёлые глаза выдавали в нём совсем не разбойничью натуру.

– О, кого я вижу, да к нам джинн в гости пожаловал, да не один!

– Приветствую тебя, дорогой Мустафа! Да, я сегодня с другом, к султану путь держим.

– Рад тебя видеть, джинн. Ну, пойдём, новости расскажешь, а о друге твоём мои девчонки позаботятся! – С этими словами Мустафа и джинн вышли из пещеры, обнявшись, как друзья.

Нурлан присел, и совсем скоро перед ним появился столик с угощениями, и парень с удовольствием подкрепился. Разбойницы оказались радушными хозяйками и уже вполне дружелюбно над ним посмеивались.

Одна из разбойниц подсела к нему и спросила:

– А ты, смотрю, издалека к нам пришёл, чужеземец, да?

– О, вы даже не представляете, из какого далёкого далека я к вам попал, – ответил ей Нурик.

– Расскажи про свой мир, – не унималась разбойница.

– Да что рассказать-то, я и не знаю… Да, кстати, в нашем мире тоже есть разбойники, к сожалению. Но они не такие миролюбивые, как вы.

А вот чего я никак понять не могу, так это то, зачем вам всё это надо: пещера, ножи, пистолеты? Только ты не обижайся, но вы же девчонки, вам-то это к чему? Может, этот Мустафа вас заставляет разбойничать? Так давай я с ним разберусь.

Разбойница расхохоталась:

– Ну что ты, Мустафа – это же мой дедушка! Он добрый и весёлый, просто нам с подружками очень хотелось всем доказать, что мы не хуже мужчин можем быть сильными и смелыми! Вот и придумали эту пещеру, а дедушка просто не хотел нас одних бросать…

– Ну вы даёте… Прости, но мне кажется, что вы уже просто заигрались, нет?

Разбойница задумалась:

– Может, ты и прав, чужеземец.

– Меня Нурик зовут, и, конечно, я прав. Вот скажи, неужели тебе не хочется надеть красивое платье, сделать маникюр, потанцевать, в конце концов?

Глаза маленькой разбойницы округлились:

– Что такое маникюр?

– Уф… А вот танцевать ты умеешь? А причёску красивую сделать? А хочешь, я тебя вальсу научу, когда-то я бальными танцами занимался, хочешь? разгорячился Нурик. Он вскочил и галантно поклонился маленькой разбойнице: – Мадам, прошу вашу ручку…

Реакция маленькой разбойницы была для него совершенно неожиданной – она просто заплакала.

– Эй, малыш, ну ты чего? Я тебя обидел? Не плачь, – сказал Нурик и вытер слёзы разбойнице.

– Мне просто очень хотелось бы на вас посмотреть в красивых платьях, а не в разбойничьих лохмотьях, вы же такие красивые. В этом и есть ваша сила, а всё остальное вы уж оставьте мужчинам, и не надо никому ничего доказывать.

– Может, ты и прав, чужеземец, – сказала всхлипывающая разбойница, – наверно, мы заигрались! Спасибо тебе!

– Мне-то за что?

– Есть за что, – раздался позади них голос Мустафы, – наконец-то моя девочка, кажется, что-то поняла. Спасибо тебе, Нурик-джан. Слава небесам, домой собираться будем!

Рядом с Мустафой стоял и Джимми, он улыбался во весь рот.

– Ай молодец, Нурик, теперь эти упрямые девчонки домой вернутся, а мы с тобой дальше пойдём!

– Пойдём, Джимми, пойдём, – сказал Нурик.

Они тепло простились со всеми обитателями пещеры и продолжили путь.

Шли они недолго и вскоре уже увидели вдалеке дворец султана.

Нурлан, конечно, видел не раз в кино восточные дворцы, но когда это предстало перед ним вживую, его эмоциям не было предела. Дворец восхищал своей пышной восточной красотой, своим великолепием и богатством. Кругом сновали слуги, слышались голоса павлинов и ещё каких-то невероятных птиц, всё просто утопало в цветах, зелени и золочёных фонтанах.

Джимми шёл по дворцу уверенно, было видно, что он здесь уже не раз бывал и знает, куда идёт.

Он попросил Нурлана немного подождать его и посидеть у фонтана. Нурлан был только рад, у него ведь просто ноги подкашивались от этого великолепия и красоты, ему хотелось немножко прийти в себя. Джинн ушёл, а Нурик стал оглядываться вокруг. Он заметил, что лица проходящих людей были все какие-то грустные, как будто чем-то встревоженные. Никто не улыбался, во всём чувствовалась какая-то тревога.

Появился джинн. Нурик его тут же спросил:

– Джимми, во дворце что-то случилось? Почему у всех такие лица?

– Да, Нурик. Во дворце беда. Принцесса Будур заболела.

– И что, здесь нет лекарей?

Джимми молчал. Казалось, он сейчас в мыслях где-то совсем далеко, но Нурик снова задал ему вопрос:

– Что, никто не может помочь Будур? Чем она больна?

– Султан собрал лучших лекарей со всех сторон света, и ни один из них не смог помочь Будур. Никто не знает, что с ней. Она перестала улыбаться, почти не ест и ни с кем не говорит… А ведь она никогда не была такой, понимаешь? Смех нашей Будур был похож на звук горного ручейка, такой же чистый и звонкий, а её улыбка заставляла солнышко светить даже в самый пасмурный день… Что теперь с нашей принцессой, никто не знает. Султан в большой печали, он боится потерять Будур.

– А может, с Будур надо просто поговорить и спросить её саму обо всём?

Джинн внимательно посмотрел на Нурлана:

– А знаешь, это мысль… Но для начала я должен представить тебя султану. Пойдём.

И слуги проводили джинна и Нурика в большой зал, где их уже ждали.

На троне, в окружении многочисленных слуг и служанок, сидел сам султан, рядом были и его ближайшие визири, которые о чём-то перешёптывались.

– О мой султан, позвольте представить вам моего друга и спутника. Это Нурик.

Нурлан учтиво поклонился султану:

– Салам алейкум, уважаемый.

– Приветствуем тебя, о наш славный гость, Нурик-джан. Мы рады тебе. Друг джинна – наш друг. Проходи, присаживайся.

Султан выглядел очень уставшим и печальным. Видно было, что тревога о дочери занимает все его мысли.

– Я слышал о вашей печали, Ваше Величество. Могу ли я чем-то помочь? – сказал, осмелившись, Нурик.

Султан поднял свои уставшие, грустные глаза и внимательно на него посмотрел.

В это время джинн подошёл к султану и что-то ему шепнул. Взгляд султана оживился, и правитель сказал:

– А ведь и правда, может, джинн прав… Нурик-джан, понимаешь, моя девочка, моя принцесса Будур ни с кем не хочет говорить, она не смеется и не улыбается, никто не знает причины её болезни. А ведь иногда чужому человеку легче сердце открыть, чем близким, так бывает, ведь так?

– Да, конечно, Ваше Величество, так бывает.

– У меня к тебе великая просьба, о Нурик-джан. Не смог бы ты поговорить с нашей Будур? Как-то отвлечь её? Расскажешь ей о своём мире, о своей стране, может, и она тебе расскажет, что с ней произошло? Мы тогда узнаем, чем ей помочь.

Нурик немного растерялся, но тут же ответил:

– Что ж, конечно, я с удовольствием поговорю с принцессой, может, и правда это как-то поможет.

Обрадованный султан тут же хлопнул в ладоши и приказал слугам позвать принцессу Будур.

Все кругом забегали, засуетились и выстроились в живой коридор, встречая золотой шатёр, под которым шла, в окружении слуг, принцесса. Когда шатёр открыли и принцесса появилась перед взором Нурика, он даже сам не понял, что с ним произошло. Нурик слышал голоса вокруг себя, видел тех же людей, но он вдруг почувствовал себя как во сне. Всё стало каким-то нереальным, и он не мог оторвать глаз от лица принцессы. Она действительно была прекрасна. Её грустные глаза были опущены. Выйдя из шатра, она тихо подошла к отцу, поклонилась ему и села у его ног, склонив голову.

На глазах султана были слёзы, он дрожащей рукой погладил принцессу по голове и сказал:

– Доченька моя, у нас во дворце гость. Познакомься. Это Нурик-джан. Он прибыл издалека. Ты не хотела бы с ним поговорить и показать наш дворец?

Ресницы Будур дрогнули, она не поднимала глаз и просто тихо кивнула отцу.

Султан очень обрадовался:

– Вот и замечательно, доченька. Иди, покажи дворец нашему гостю.

Принцесса поднялась и направилась к выходу. Джинн подтолкнул совсем оробевшего Нурика, и тот пошёл за Будур.