![](/books_files/covers/thumbs_240/velikie-sovetskie-asy-100-istoriy-o-geroicheskih-boevyh-letchikah-42275.jpg)
Автор книги: Николай Бодрихин
Жанр: Военное дело; спецслужбы, Публицистика
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 1 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Николай Георгиевич Бодрихин
Великие советские асы. 100 историй о героических боевых летчиках
Мы сделали все, что могли
(Вместо предисловия)
В какой-то степени это книга-исследование, научный труд. Пытаясь установить количество побед, одержанных лучшими советскими летчиками, и впервые пытаясь очертить круг воздушных асов, сбивших более пятнадцати фашистских самолетов, автор поставил перед собой сложную задачу. Статистический подход, где главное внимание уделено результату, представляет безусловный интерес. Но он связан с существенными трудностями: ведь погоня за личными достижениями не была движущей силой нашего поколения. Даже официальные документы военного времени – исторические формуляры полков, а порой и наградные листы – часто не содержат скрупулезных цифр: важнее был общий счет войны, общий зачет. К тому же летные книжки и журналы боевых действий, которые могли бы стать основой подобного исследования, зачастую были утеряны. Автор не ограничился констатацией итогов боевой деятельности и биографическими справками, ему удалось набросать ряд узнаваемых портретов, подметить черты характеров, коронные приемы воздушного боя. Эта книга является еще одним напоминанием о героях Великой Отечественной войны, памятником Победы, оплаченной жизнью миллионов.
Мы сделали все, что могли.
Федор Архипенко,
летчик-истребитель,
Герой Советского Союза
От автора
В книге собраны сведения о советских летчиках-истребителях, одержавших 15 и более личных побед. Кратко очерчены итоги их военной жизни: число боевых вылетов, воздушных сражений, уничтоженных самолетов противника, даны биографические справки.
В советских Военно-воздушных силах засчитывались как личные, так и групповые победы. Если понятие личной победы ясно, то групповой – весьма многозначно. Термин этот был принят еще во время боев в Испании, когда в самих словах «индивидуальная», «личная» победа виделось что-то недостойное летчика ВВС Рабоче-крестьянской Красной армии. В начальный период Великой Отечественной войны во многих частях, имевших в своем составе участников боев в небе Испании и Халхин-Гола, хранили старые традиции, записывая групповые победы всем летчикам, участвовавшим в результативном бою. Вскоре, однако, эта практика была оставлена, и победа считалась групповой, когда вражеский самолет (чаще бомбардировщик) сбивали после атак разных летчиков и установить, чей пулеметный огонь стал решающим, было невозможно. Известны случаи, когда личную победу записывали как групповую в качестве наказания (Ф. Архипенко, Г. Костылев, П. Камозин). Еще одну довольно широкую категорию групповых побед составляют победы сильных летчиков, поделенные с соратниками, чтобы поднять в них моральный дух, вселить уверенность в своих силах, а ведомых удержать на своем месте. Особенно часто «делили» сбитых такие известные асы, как Александр Покрышкин, Лев Шестаков, Георгий Костылев, Григорий Онуфриенко, Гавриил Диденко, Владимир Бобров…
Правила зачета сбитых самолетов противника в ВВС РККА почти всегда были исключительно строгими. Маршал авиации С.И. Руденко вспоминал в своих мемуарах, что в начале войны некоторые штабы даже «требовали шильдик с мотора сбитого самолета» в качестве подтверждения. В большинстве случаев запрашивались письменные свидетельства воздушной победы от наземных войск с точным указанием места падения сбитого самолета. Диспетчерские функции в этом случае накладывались на офицеров станций наведения, расположенных в передовых порядках наземных войск. Гораздо хуже было «охотникам», одерживавшим победы за сотни километров по ту сторону от линии фронта. Им сбитые вражеские самолеты чаще всего сразу не записывались. Летчик вначале указывал место падения, и если после освобождения временно оккупированной территории там находили обломки, то победа ставилась ему в зачет. Со второй половины 1943 года было решено считать свидетелями боя и воздушных очевидцев поединка. Для подтверждения победы требовалось не менее двух таких свидетелей из разных экипажей. Однако и свидетельские показания, и пленки фотокинопулеметов, которыми были оснащены некоторые части, никогда не являлись, в отличие от правил, принятых в люфтваффе, безусловным основанием для зачета победы. Необходимыми и достаточными считались лишь материальные свидетельства – обломки сбитой машины.
Подавляющее большинство летчиков Второй мировой войны родилось в 1917–1921 годах. К тому же поколению принадлежат и асы реактивной авиации, сражавшиеся в Корее в 1950–1953 годах. Да и сами исторические рамки укладываются в четыре десятилетия (1915–1953), а для советских асов они еще уже (1936–1953). В авиацию, престиж которой был исключительно высок, приходили молодые люди, многократно прошедшие всевозможные отборы. Не потому ли способности, проявленные летчиками, прежде всего асами, не всегда объяснимы с точки зрения современной науки. Это и удивительное предвидение действий противника, и способность безошибочно ориентироваться в сложных метеорологических условиях, мгновенная реакция и сверхъестественное чувство машины, парадоксальное умение заметить противника иногда с расстояния в десятки километров, иногда прямо на фоне ярко светящего солнца…
Судьба хранила их в сотнях боевых вылетов, когда они вели предельно рискованные атаки, когда проводили свои обтянутые полотном машины сквозь пространство, насыщенное сотнями разрывов и смертоносных пулевых трасс, когда, наконец, шли на таран или, спасая товарища, бросали самолет под вражеские снаряды. Не случайно, что из пятидесяти знаменитейших советских асов в боях пало лишь трое, еще двое погибли в летных происшествиях (из того же числа лучших асов люфтваффе погибло 23 человека).
Послевоенная жизнь многих советских летчиков сложилась драматично. Уцелев в кровопролитнейших сражениях, войдя в число героев Великой Победы, они были уволены из ВВС в расцвете сил и способностей. Хрущевское «реформирование авиации» обернулось трагедией тысяч и тысяч людей, нанесло тяжелый удар обороноспособности страны. Трудно входили они в гражданскую жизнь, поскольку каждый из них был яркой, самостоятельной личностью, несовместимой с чиновной системой.
Приведенные в повествовании цифры и факты основываются прежде всего на сопоставлении архивных документов. Ссылки на источники в тексте отсутствуют, в формулярах полков и дивизий, в наградных листах и личных делах нередки разночтения, и поэтому один из них не всегда является истиной в последней инстанции. Наиболее объективно результаты боевой работы летчика отражены в его боевой летной книжке, но эти ценнейшие документы, к сожалению, сохранились далеко не у всех.
В книге использованы материалы Центрального архива Министерства обороны (ЦАМО), Центрального военно-морского архива, Российского государственного архива кинофотодокументов, фототеки ИТАР-ТАСС, Центрального музея Вооруженных сил, Музея Военно-воздушных сил в Монине.
С чувством гордости и признательности называю имена советских летчиков-истребителей, прочитавших фрагменты рукописи и давших свои замечания: И.Н. Кожедуб, К.А. Евстигнеев, В.Д. Лавриненков, Н.М. Скоморохов, Ф.Ф. Архипенко, H.A. Архипов, Г.А. Баевский, П.В. Базанов, В.Ф. Башкиров, И.М. Березуцкий, П.М. Байков, Н.В. Буряк, Л.А. Быковец, П.Ф. Гаврилин, Г.Г. Голубев, С.Д. Горелов, A.A. Грачев, В.И. Давидков, B.C. Елисеев, A. C. Закалюк, Л.Н. Иванов, В.П. Иванов, А.Ф. Ковачевич, B. C. Левитан, A.C. Макаров, В.В. Маслов, И.В. Маслов, Е.П. Мельников, П.И. Муравьев, Г.Д. Онуфриенко, Д.П. Оськин, Е.Г. Пепеляев, М.Г. Петров, П.А. Пологов, Б.М. Ривкин, Д.А. Самойлов, А.П. Силантьев, О.Н. Смирнов, А.П. Сморчков, Н.Л. Трофимов, И.В. Федоров, Н.В. Худяков, И.И. Цапов, А.Е. Шварев, П.Ф. Шевелев, А.Д. Якименко, П.Г. Якубовский.
Важные сведения были предоставлены вдовами прославленных асов: В.Н. Кожедуб, М.К. Покрышкиной, Н.И. Гулаевой, М.И. Евстигнеевой, М.И. Марковой. Их помощь в подготовке этого издания неоценима. Ветераны Великой Отечественной войны H.H. Андреев, A. B. Карпов, В.В. Маслов, H.H. Проценко любезно ознакомили автора с хранимыми ими документами. Полковник в отставке В.Ф. Валуйских провел большую техническую работу в ЦАМО, нашедшую отражение в публикуемых материалах. И.В. Минеева (дочь летчика) вложила в создание этой книги свой драгоценный опыт и частицу души.
Особую благодарность приношу В.Я. Скорому, чье внимательное участие и поддержка позволили этой книге увидеть свет.
Александрюк Виктор Ильич
Родился 30 сентября 1922 года в городе Курске. В 1940 году окончил 10 классов школы и Курский аэроклуб. В Рабоче-крестьянской Красной армии (РККА) с июня 1940 года. В 1941 году окончил Чугуевскую военную авиационную школу летчиков. Служил в строевых частях Военно-воздушных сил (ВВС).
![](i_001.jpg)
Этот уникальный летчик был самым молодым участником Великой Отечественной войны на ее начальном этапе. Чтобы попасть в авиашколу, он приписал себе год. Единственный среди летчиков-истребителей Героев Советского Союза, кто так и не стал членом партии.
Участвовал в обороне Тулы и Воронежа, в Острогожско-Россошанской и Воронежско-Касторненской операциях, в освобождении Правобережной Украины, Белоруссии, Прибалтики и Польши, в штурме Берлина. Совершил более 300 боевых вылетов, провел более 70 воздушных боев, сбил лично 20 и в составе группы – 2 самолета противника. С 1943 года ведомым у В.И. Александрюка летал Герой Советского Союза А.Ф. Васько.
После войны Виктор Александрюк продолжал службу в строевых частях ВВС (в Московском военном округе, на Дальнем Востоке), командовал авиаэскадрильей. С 1951 года служил заместителем командира авиационной эскадрильи в Прикарпатском военном округе.
С июня 1953 года капитан В.И. Александрюк – в запасе. Жил в Курске, работал начальником автовокзала.
В.И. Александрюк умер 11 сентября 1991 года. Похоронен на Никитском кладбище в Курске.
Герой Советского Союза (29.06.1945). Награжден орденом Ленина, тремя орденами Красного Знамени, орденами Отечественной войны 1-й степени, Красной Звезды, медалями.
В Курске на доме, в котором жил Герой, установлена мемориальная доска.
Алелюхин Алексей Васильевич
Родился в селе Кесова-Гора Тверской губернии 30 марта 1920 года. В начале 30-х годов семья переехала в Подмосковье, где он закончил 7 классов и поступил работать на фабрику. Вечерами Алексей занимался в планерной школе. Был принят в Борисоглебскую военную авиационную школу летчиков, которую окончил в 1939 году.
Алелюхин начал свою службу в частях Ленинградского военного округа. В октябре 1940 года был переведен в Одессу, в 69-й истребительный авиационный полк. С этим полком, ставшим 9-м гвардейским, давшим 25 Героев Советского Союза, уничтожившим в воздухе 558 самолетов противника, Алексей Алелюхин прошел весь его боевой путь – от Одессы и до Берлина.
![](i_002.jpg)
Доброжелательный и спокойный, Алексей Алелюхин обладал мощной внутренней силой, тем особенным мужским обаянием, которое одинаково располагало к нему и зеленую, необстрелянную молодежь, и грозных, порой крайне жестких командиров. Ратная слава и удача благоволили к нему еще и потому, что он тщательно готовил каждый свой вылет – десятый, сотый или трехсотый, вникал в подробности боевой обстановки, внимательно изучал особенности маршрута, детально прорабатывал тактические приемы боя и элементы взаимодействия в воздухе.
Всего за войну он совершил около 600 боевых вылетов, провел рекордное число боев – 258, сражался с самолетами немецкого, итальянского, польского, французского, румынского, голландского и английского производства, сам бывал ранен, горел, сажал подбитую машину на «вынужденную» и прыгал с парашютом, одержал за войну 57 только официальных побед (лично сбил 40 и в группе – 17 самолетов противника), стал известнейшим летчиком, воспетым в незамысловатых строках:
Если в небе Алелюхин,
Значит, «Юнкере» на земле.
В первые дни войны, когда многие приграничные аэродромы были разбомблены немецкой авиацией, боевые машины уничтожены, 69-й истребительный авиационный полк, в котором служил Алелюхин, не только сохранил боеспособность, но и вел активные наступательные действия, нанося бомбово-штурмовые удары по войскам противника на его территории.
За три месяца боев под Одессой Алексей Алелюхин совершил 183 боевых вылета, провел 56 штурмовок, в одной из которых ему удалось обнаружить и уничтожить орудие особой мощности. Штурмовка наземных войск на истребителе была опаснейшим видом боевой деятельности. У большинства асов их общее количество не превышает двух-трех десятков…
В лето 1941 года в одном из вылетов приземлил заглохшую машину у самой линии фронта, в другом был ранен, но упросил оставить его в полку и летал с незажившей раной на боевые задания. Именно тогда подал заявление о приеме в партию.
Годовщину войны летчики полка встретили в тяжелых боях на Сталинградском фронте, в условиях господства в воздухе немецкой авиации, сконцентрировавшей свою основную мощь на этом направлении (1200 самолетов против 300 советских).
Здесь Алелюхин одержал свою самую памятную победу. Его самолет был атакован четырьмя «Мессершмиттами» (Me-109), он шесть раз отрывался от преследователей отвесным, до самой земли, пикированием. Во время одного пикирования ему удалось сманеврировать, пропустить вперед «Мессершмитт» и сбить его. Герхард Баркхорн, ас номер 2 люфтваффе, воевавший тогда на том же направлении, вспоминал позднее сорокаминутный бой с одиночным советским истребителем, который так и не удалось сбить… Вернувшись из того боя, Алелюхин, хоть и не был ранен, не смог самостоятельно выбраться из машины – стольких сил потребовал поединок.
Осенью 1942 года полк был перевооружен, теперь уже на Як-1, пополнен и в конце ноября вновь брошен в пекло великой Сталинградской битвы, достигшей к тому времени своей кульминации. Именно тогда летчик велел покрасить красной краской капот своего Яка, а фюзеляж с обеих сторон украсила черная пантера. Яркая раскраска была вызовом: такой самолет стерегли немецкие асы, по нему старались нанести первый удар. Под Сталинградом Алелюхина назначили командиром эскадрильи.
В сталинградских боях за 11 личных и 6 групповых побед он был удостоен звания Героя Советского Союза. Черную пантеру пришлось закрасить, а вот красный капот остался, перешел позднее на нос «Кобр» и «Лавочкиных» как цвет эскадрильи Алелюхина. Синий стал цветом эскадрильи Ковачевича, а желтый – Амет-Хана.
Свою новую машину, теперь «Аэрокобру», Алелюхин испытал в первом же боевом вылете. Вот как сам он описал этот бой: «Издали я увидел две шестерки Ю-88. Прикрытия поблизости не было. Какая самонадеянность! – подумалось мне. «В атаку!» – приказал я по радио своим ведомым. Дав полный газ, пошел первым. Следом за мной устремились и остальные летчики. Развернувшись в лучах солнца, мы пристроились в хвост бомбардировщикам фашистов, которые, по-видимому, приняли нас за своих. Обман удался! С короткой дистанции я поймал «Юнкере» точно в прицел, нажал на гашетку, и снаряды прошили его. «Юнкере» взорвался и рухнул на землю. Тут же мой самолет вздрогнул от взрывной волны. Впереди меня загорелись и пошли к земле еще два фашистских бомбардировщика». За этот бой, в котором эскадрилья Алелюхина сбила 5 Ю-88, он получил орден Суворова 3-й степени – «За отличное выполнение боевого задания и умелое руководство боем».
А 1 ноября 1944 года, когда летчик сбил 32-й неприятельский самолет, пришло известие о присвоении ему звания дважды Героя Советского Союза.
25 апреля 1944 года, во время воздушной схватки в районе Севастополя, он сошелся в лобовой атаке с «Фокке-Вульфом» (ФВ-190), лучшей тогда немецкой боевой машиной. Снаряд пробил лобовое бронестекло его «Аэрокобры». Алелюхин получил ранения лица, шеи и плеча. И вновь остался в полку и уже через неделю повел эскадрилью на боевое задание.
5 мая шестерка Алелюхина была атакована восемью ФВ-190. На командирской машине были повреждены рули высоты. «Кобра» Алелюхина вошла в плоский штопор, он выпрыгнул с парашютом. Сильный ветер сносил пилота в сторону немцев, с большим трудом ему удалось опуститься на нейтральной полосе. Возвратиться к своим удалось лишь после встречного боя, организованного нашей пехотой.
Заместитель командира 9-го гвардейского истребительного авиационного полка гвардии майор Алелюхин свои последние победы одержал в Прибалтике. 27 марта 1945 года западнее Пиллау он сбил в одном бою 2 «Фокке-Вульфа».
В конце войны он чаще действовал в составе групп прикрытия. Даже атакуя парой, обычно выводил на ударную позицию ведомого, поручая именно ему нанести последний удар. Алелюхин руководствовался соображениями целесообразности, а не личной славы: важнее было сберечь, обстрелять, заставить поверить в себя молодежь, чем под прикрытием дюжины ведомых самому одержать очередную победу.
В 1948 году он закончил Военную академию имени М.В. Фрунзе, в 1954 году – Военную академию Генштаба. Служил в штабе ЗВВС Московского военного округа (МВО). В 1985 году генерал-майор авиации Алелюхин демобилизовался. Жил и работал в Москве.
A. B. Алелюхин умер 29 октября 1990 года.
Дважды Герой Советского Союза (24.08.1943; 01.11.1943). Награжден двумя орденами Ленина, тремя орденами Красного Знамени, орденами Суворова 3-й степени, Александра Невского, Отечественной войны 1-й степени, Трудового Красного Знамени, двумя орденами Красной Звезды, орденом «За службу Родине в ВС СССР» 3-й степени, медалями.
Амет-Хан Султан
Этот удивительный человек, сын лакца и крымской татарки, родился в Алупке 25 октября 1920 года. Закончив 7 классов, Султан поступил в железнодорожное фабрично-заводское училище (ФЗУ). Работал слесарем, подручным котельного мастера в депо. Был там комсомольским вожаком. Одновременно учился в аэроклубе, который успешно окончил в 1938 году. В 1940 году, по окончании 1-й Качинской Краснознаменной военной авиационной школы имени А.Ф. Мясникова, в звании младшего лейтенанта направлен в 4-й истребительный авиационный полк.
![](i_003.jpg)
В первый день войны он сделал несколько боевых вылетов, а на третий день полк перестал существовать – материальная часть была полностью уничтожена.
После переформирования Амет-Хан попал в части противовоздушной обороны (ПВО) в Ярославле. Свою первую победу одержал 31 мая 1942 года: израсходовав в атаках весь боезапас, протаранил вражеский «Юнкере» (Ю-88), ударив его левым крылом снизу. При ударе «Харрикейн» Амет-Хана застрял в загоревшемся «Юнкерсе» так, что крыло бомбардировщика, снеся фонарь, наглухо закрыло Амет-Хана в кабине. К счастью, ему удалось руками (!) оттолкнуться от вражеской машины и выпрыгнуть из падающих обломков с парашютом.
В августе 1942 года 4-й истребительно-авиационный полк, в составе которого служил Амет-Хан, вступил в бои на Сталинградском фронте. Быстро освоив новый для себя Як-7Б и одержав в августе – сентябре несколько побед, Амет-Хан снискал славу сильного, не знающего страха воздушного бойца. Амет-Хана хорошо знали в войсках, его запоминающееся имя стало легендарным.
После того как Амет-Хан в одном бою сбил 2 «Мессершмитта», удача изменила ему. Его самолет сбили, но он успел выброситься с парашютом.
Амет-Хана перевели в 9-й истребительно-авиационный полк и назначили вначале заместителем командира 3-й эскадрильи, а затем командиром.
«Как летчик, отлично владеющий самолетом Як-1, Амет-Хан не имеет себе равных. Как командир, он требователен к себе и подчиненным», – отозвался о нем командир полка, знаменитый ас Лев Шестаков. В октябре-декабре 1942 года эскадрилья Амет-Хана была нацелена на уничтожение транспортной авиации противника, снабжавшей продовольствием и боеприпасами окруженные под Сталинградом войска. Несколько раз в одном боевом вылете он сбивал по два «Юнкерса» и «Хейнкеля». 15 марта 1943 года, несмотря на прикрытие немецких истребителей, атаковал группу бомбардировщиков и уничтожил один «Юнкере». В этом бою погиб его боевой товарищ П. Коровкин – он таранил Ю-88. Амет-Хан набрал высоту и на обратном пути, в одиночку, с пикирования атаковал пару «Мессершмиттов» и уничтожил их. «Высота – ключ к победе, – писал он в газете «Сталинские крылья». – Тот, кто выше, может в любую минуту спикировать на вражеский самолет и, развив большую скорость, достичь его».
Над переправами через Дон в июле 1943 года он уничтожил «Хейнкель-111» и подбил еще два немецких самолета. 20 августа в районе Калиновки под Таганрогом сбил два «Юнкерса-87». На следующий день – «Юнкерс-88» и «Хейнкель-111». (Надо отметить, что с середины 1943 года Хе-111 нес усиленное вооружение и был исключительно грозной машиной.) Эскадрилья Амет-Хан Султана сбила тогда 6 бомбардировщиков противника. Наблюдавший за боем командующий Южным фронтом генерал-полковник Ф.И. Толбухин наградил Амет-Хана орденом Красного Знамени.
С 1942 года и до начала 1944 года Амет-Хан Султан лично и в группе сбил 23 самолета противника.
В январе 1944 года в паре со своим ведомым, Героем Советского Союза Иваном Борисовым, Амет-Хан принудил к посадке на свой аэродром немецкий связной самолет «Шторьх». После краткого знакомства с кабиной незнакомой для него машины он совершил на ней самостоятельный полет. Свою последнюю военную победу заместитель командира полка гвардии майор Амет-Хан Султан одержал 29 апреля 1945 года над аэродромом Темпельхоф, сбив ФВ-190. Он провел 603 боевых вылета, в 150 воздушных боях лично сбил 30 и в группе – 19 самолетов противника. Среди сбитых неприятельских машин почти половина – бомбардировщики.
После войны Амет-Хан Султан был направлен на учебу в Военно-воздушную академию. В начале 1946 года он подал рапорт, в котором писал: «Трезво взвешивая уровень своих знаний, не вижу возможности дальнейшей учебы. Поэтому прошу отчислить меня, так как не уверен, что выдержу пять лет учебы в академии». Его рапорт удовлетворили, и в апреле 1946 года он был уволен в запас.
В феврале 1947 года подполковник Амет-Хан Султан становится летчиком-испытателем Летно-исследовательского института в Жуковском. За короткий срок он выдвинулся в число лучших испытателей. В июне 1949 года совместно с И. Шелестом на самолете Ту-2 он проводит первую в стране полностью автоматическую дозаправку в воздухе. В 1951–1953 годах Амет-Ханом совместно с С.Н. Анохиным, Ф.И. Бурцевым и В.Г. Павловым были проведены полные испытания пилотируемого аналога самолета-снаряда КС («Комета-3»). Аналог подвешивался под самолет Ту-4КС, самолет-носитель набирал высоту 3000 метров, после чего отцеплял самолет-аналог. Уже в свободном падении автоматика включала двигатель, и самолет-снаряд летел на цель. В ходе испытаний по этой теме Амет-Хан выполнил первый полет КС с земли (4 января 1951 года), первый старт с самолета-носителя (в мае 1951 года) и большое количество полетов с отцепкой от самолета-носителя. После одной отцепки двигатель самолета-снаряда сразу не запустился, и только благодаря выдержке Амет-Хана, не покинувшего машину, а продолжавшего попытки запуска двигателя, опытная машина была спасена. За проведение этих испытаний Амет-Хан Султану в 1953 году была присуждена Сталинская премия 2-й степени.
Множество полетов были выполнены Амет-Ханом для отработки систем катапультирования из различных самолетов. 12 ноября 1958 года, во время испытаний катапультного кресла для самолетов Су-7 и Су-9 парашютистом-испытателем В.И. Головиным, на самолете МиГ-15УТИ произошел взрыв порохового патрона стреляющего механизма катапульты. Был пробит топливный бак самолета, обе кабины были залиты горючим, возникла угроза пожара. В.И. Головин не мог покинуть самолет из-за деформации катапультного кресла. В этой ситуации Амет-Хан Султан принял решение сажать самолет. Посадка была выполнена безукоризненно и жизнь товарища спасена.
1 февраля 1971 года Амет-Хан Султан погиб при выполнении испытательного полета на летающей лаборатории Ту-16, предназначенной для испытания нового реактивного двигателя. Похоронен в Москве на Новодевичьем кладбище.
Дважды Герой Советского Союза (24.08.1943; 29.06.1945). Награжден тремя орденами Ленина, пятью орденами Красного Знамени, орденами Александра Невского, Отечественной войны 1-й степени, Красной Звезды, «Знак Почета», медалями.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?