Текст книги "Майор Ветров"
![](/books_files/covers/thumbs_240/mayor-vetrov-140482.jpg)
Автор книги: Николай Чергинец
Жанр: Криминальные боевики, Боевики
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 29 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
Глава 10. Антитеррористический центр
В центре зала за столом – генерал-лейтенант Пулихов. Он и другие офицеры внимательно вчитываются в бегущую строку на световом табло. Рядом с генерал-лейтенантом – полковник Ивняк. На табло высвечиваются слова: «В минувшее воскресенье в райцентре Шали в собственном доме была убита руководитель районного отделения движения “Единая Россия” Татьяна Майджинова. Обстоятельства: в 3 часа 30 минут к дому Майджиновой подъехал автомобиль, из которого выскочили пятеро неизвестных в масках. Они положили на землю троих мужчин-родственников, в том числе несовершеннолетнего внука Майджиновой. Затем трое бандитов вошли в дом и расстреляли женщину. Расследование проводит Шалинская райпрокуратура. Одна из версий: Татьяну Майджинову убили боевики из остатков бандгруппы, которую недавно обезвредили в Автурах. За последние два месяца это уже третья потеря в семье Майджиновых: погибли двое близких родственников Майджиновой.
В 5 часов 20 минут трое сотрудников этого же РОВД, которые возвращались с места происшествия, попали в засаду и были убиты. Их оружие похищено.
В 6.00 силами внутренних войск начато прочесывание в районе Шали и в самом райцентре».
Генерал-лейтенант Пулихов тяжело поднялся из-за стола и кивнул головой находившемуся рядом полковнику:
– Продолжайте работу. В случае поступления новой информации докладывайте. – Пулихов посмотрел на Ивняка и произнес: – Пойдем ко мне в кабинет, Сергей Платонович.
В кабинете Пулихов с помощью дистанционного пульта включил монитор:
– Посмотри, что поздней ночью передали западные телестанции.
На экране появилось селение, внизу надпись «Армут». Люди, одетые в форму российского спецназа, с автоматами с глушителями, зверски расстреливают жителей. В кадрах видно, как людей, выскакивающих из домов, и тех, кого спецназовцы выводят или грубо вытаскивают за руки и волосы, расстреливают в упор. Убивают всех: и мужчин, и женщин, и детей. Неожиданно крупным планом показывают майора Ветрова и с ним рядом лейтенанта. Ветров стоит у калитки, на которую для упора положил автомат, и словно целится в кого-то. Лейтенант Степин, тоже с автоматом, сидит в оконном проеме с выбитой рамой.
Ивняк вскочил на ноги.
– Господи! Это же майор Ветров и лейтенант Степин!! Нет-нет, этого не может быть!! Товарищ генерал-лейтенант, Михаил Андреевич! Это что-то не то! Это провокация! Мне лично докладывал старший лейтенант Мышкин, который вместе с тремя офицерами на подходе к селу Армут захватил троих террористов, что Ветров, направляя их в разведку, строго-настрого приказал, чтобы в сторону села не было ни одного, даже случайного, выстрела!
Пулихов кивнул головой в сторону монитора:
– Но это же Ветров?
Ивняк удрученно кивнул:
– Да, товарищ генерал-лейтенант, и старший лейтенант Степин.
– До остальных далековато, лиц не разберешь… Но форма, форма… оружие… наши…
А с экрана неслось:
– Вы, уважаемые телезрители, сами видите, как российское элитное подразделение совершает бесчеловечный акт – массовое убийство десятков жителей мирного чеченского села. Кстати, жители находились в нормальных отношениях с властями. Четырнадцать молодых парней из этого села служат властям, носят форму милиционеров. Интересно, как они отнесутся к убийствам их родных и близких, их матерей, отцов, сестер и младших братьев?! Мы будем информировать вас о развитии событий.
Генерал хмуро пояснил:
– С утра эти кадры будут продемонстрированы всему миру… Готовь спецдонесение, материалы на каждого члена спецгруппы Ветрова и лично возглавь разбирательство. Жди высоких гостей и конечно же следственную бригаду.
В этот момент раздался негромкий зуммер телефонного аппарата. Пулихов поднял трубку.
– Пулихов слушает. Полковник Ивняк? Да, у меня. – Пулихов протягивает трубку Ивняку. – Твой начальник штаба, что-то срочное.
Ивняк взял трубку:
– Слушаю. Ивняк!
Полковник внимательно слушал, и было видно, как меняется его лицо. Он коротко приказал:
– Немедленно его в санчасть. Всех медиков поднимите на ноги. Выставьте усиленный караул. Организуйте прочесывание в районе части. Я еду к вам.
Ивняк дрожащей рукой протянул трубку Пулихову.
– Десять минут назад у КП части появился майор Ветров. Он почти в бессознательном состоянии, невозможно понять, что говорит. Речь непонятная, бессвязная…
– Ни хрена себе!.. Давай, Сергей Платонович, жми на всех парах к себе. Докладывай постоянно.
Глава 11. Генерал Ветров
Кабинет генерала Ветрова. Он сидел за приставным столиком. Напротив Ветрова – начальник областного управления ФСБ полковник Лемехов.
Перед Ветровым папка с надписью «ФСБ». Генерал по очереди достал из нее бумаги и прочитал.
– Значит, Парамонов – мелкая сошка? – спросил Ветров.
– Да, но эта сошка – неплохой винтик в большом механизме организованной преступной группы.
Ветров взял в руки очередной лист:
– Багдасаров… Из бывших боевиков.
– Да, по бумагам – чист. Был и боевиком, причем не рядовым, но добровольно сдался властям, сдал немаленький склад оружия. По его наводке наши взяли пятерых членов банды. Правда, тоже бывших, которые почти ничего не дали. Оставили их в покое, с семьями. Похоже, они действительно раскаялись, а вот Багдасаров… В нем уверенности нет никакой. Есть у нас сигналы, которые свидетельствуют о другом…
– И ко мне на него кое-какая информация поступала… Далекая от положительной. Я передам вам все, что есть, проанализируйте, если надо, организуйте, Алексей Алексеевич, проверку.
– Хорошо, Игорь Николаевич, этот человек весьма интересен для нас…
В этот момент зазвонил телефон. Ветров дотянулся до него и взял трубку:
– Слушаю вас.
– Ну как, Игорь Николаевич, будем дружить?
Ветров мгновенно нажал кнопку и, прикрывая трубку рукой, тихо сказал в микрофон:
– Левченко, этот человек звонит, быстро засекай! – Затем спросил у невидимого собеседника: – А кто это предлагает мне дружбу?
– Добрый человек, который не желает генералу Ветрову зла.
– Так представьтесь же, добрый человек. Чего в прятки играть, если вы решили со мной дело иметь?
– Хорошо. Тогда наше условие: сегодня передать нам всю информацию, имеющуюся в центре, на людей, которые подозреваются вами и вашими коллегами в так называемой преступной деятельности.
– А если я не дам вам эту информацию? – и весело подмигнул сидевшему в напряжении Лемехову.
– Слушай, генерал, чтобы ты понял, что с тобой не шутят, включи сегодня телевизор – любой европейский канал, или «Евроньюс» хотя бы, можешь послушать радио «Свобода» и тогда поймешь, в каком ты говне сидишь. Не станешь с нами дело иметь, потеряешь и сына, и себя, служака хренов!
В трубке послышались короткие гудки. Ветров снова нажал кнопку на пульте.
– Ну что, Левченко?
– Звонок из Минвод. Телефон уточняется. Хотя вот уже сообщают. – Через некоторое время Левченко огорченно сообщил: – К сожалению, с автомата международной связи говорил.
– Я так и думал. Ладно, спасибо.
Ветров отключил связь и обратился к Лемехову:
– Шантажировать меня стали, Алексей Алексеевич, требуют информации о наших сведениях о террористах и наркодельцах.
– Нам подключиться?
– Пожалуй, да. Хорошо, что на сей раз голос шантажиста удалось записать. Кстати, он кажется мне знакомым, хоть звонивший и старался его изменять.
Глава 12. База спецназа
На территорию базы въехала большая колонна бронетехники. С переднего БМП спрыгнул полковник Ивняк. Он быстрым шагом направился в ЦБУ – центр боевого управления. Навстречу ему – начальник штаба полковник Иван Петрович Алексеев. Ивняк коротко бросил:
– Обнаружили тело радиста Симонова. Прикажите разместить в морге, вызовите судмедэкспертов. Я – к себе в кабинет, доложу генералу Пулихову. Как Ветров? Не пришел в себя?
– Его забрали…
Ивняк остановился:
– Как забрали? Кто забрал?
– Приехали сотрудники военной прокуратуры и контрразведки. Привезли какую-то чеченку. Провели опознание и прямо на носилках загрузили майора в вертолет и улетели…
– А почему без моего согласия?
Алексеев, едва сдерживая охватившую его ярость, громко доложил:
– Товарищ полковник! Все распоряжения без согласования со мной отдавал заместитель начальника штаба подполковник Райков. Мало того, он по собственной инициативе позвонил в контрразведку и военную прокуратуру и заявил, что майор Ветров намерен скрыться. При этом инциденте присутствовал капитан Севрук. Так он чуть не подрался с контрразведчиками и прокурором, не желая отдавать Ветрова. Обозвал подполковника Райкова негодяем и подонком. Думаю, что Райков этого не простит капитану. Наверняка следует ожидать новых рапортов наверх. Наши парни еле увели Севрука. По-моему, я бы действовал так же…
– Немедленно Райкова ко мне! Проследите, чтобы правильно было оформлено все, что мы обнаружили на месте боя группы Ветрова с бандой.
В кабинете Ивняк сразу же схватил трубку, чтобы звонить генералу Пулихову, но передумал и с нетерпением стал смотреть на дверь. Вошел Райков. Полковник спросил:
– Почему вызвали сотрудников прокуратуры и контрразведки и без моего разрешения позволили увезти майора Ветрова из части?
– Потому что я, как честный человек, в отличие от некоторых офицеров, не имею права способствовать укрытию в боевой бригаде уголовника, – и Райков ухмыльнулся.
– Вы что – судья и уже осудили нашего боевого товарища, признав его преступником? Потрудитесь, подполковник, ответить на мой вопрос!
– Я уже ответил, товарищ полковник. Скажу больше, я сразу был уверен, что операция будет провалена бывшим майором Ветровым. Я намерен настойчиво добиваться и того, чтобы командиры, которые направили Ветрова во главе сводной группы, также ответили по закону.
Полковник вздрогнул и сделал шаг в сторону Райкова, но вдруг через окно увидел, как по двору несут погибшего радиста, и, еле сдерживаясь, сказал:
– Идите, подполковник, и занимайтесь своими прямыми служебными обязанностями.
Райков, не козыряя, повернулся и молча вышел из кабинета.
Не отрывая глаз от окна, Ивняк взял трубку и назвал телефонисту фамилию генерал-лейтенанта. Услышав голос Пулихова, сказал:
– Здравия желаю, товарищ генерал-лейтенант! Я с двумя ротами только что возвратился из района поиска.
– Ну и как?
– Мы обнаружили место боя. Масса гильз свидетельствует, что это был ожесточенный бой. По большому количеству кровавых пятен можно судить о том, что с обеих сторон были огромные потери. По количеству мест, где сконцентрированы гильзы, можно сделать вывод, что террористов было в шесть-семь раз больше, чем наших. Они ударили с двух сторон. Это была явно хорошо спланированная засада.
– Возможно, произошла утечка информации о маршруте движения нашей группы?
– Будем изучать…
– Вы сегодня, конечно, не видели «Евроньюс» или не слышали радио «Свобода»? Они уже поименно называют наших бойцов. Все двадцать шесть фамилий называют, как участников резни в селении Армут. Завтра эти фамилии, звания замелькают на страницах почти всех газет мира…
– Товарищ генерал-лейтенант, а есть ли среди них и фамилия лейтенанта Симонова?
– Конечно, была. Это же радист, я ему месяц назад часы вручил…
– Дело в том, что мы обнаружили тело лейтенанта Симонова. Оно было слегка прикрыто ветвями. В руке лейтенанта зажат микрофон рации. Очевидно, он погиб в момент попытки связаться с нами. Я докладывал вам о том, что связь прервалась буквально через пять секунд после того, как он начал вызывать нас. Кстати, рацию Симонова мы обнаружили. Она полностью распотрошена автоматной очередью и залита кровью.
– Документы Симонова вы нашли?
– Никак нет. Карманы буквально вывернуты.
– Сергей Платонович, бери побольше сил и рано утром – на место боя. Расширьте район поиска. Возможно, найдете и других наших товарищей, да и захоронения террористов. Сам понимаешь, как это важно. Я отдам приказ о выделении в твое распоряжение батальона внутренних войск. Используй его в первую очередь для обеспечения безопасности поисковых работ.
– Понял, товарищ генерал-лейтенант! Но у меня возникла еще одна проблема. Без моего согласия майор Ветров, несмотря на то что был без сознания, был представлен для опознания какой-то чеченской женщине и вертолетом вывезен из расположения бригады.
– Я в курсе, твой замначштаба постарался. Ветров уже отправлен самолетом в Москву. Ты, Сергей Платонович, постарайся. Чую нутром, ты можешь найти разгадку этой туманной и кровавой истории. Не забывай и о Хаккиме. Сам знаешь, какую опасность представляет этот бандюга…
Глава 13. Встреча отца с сыном
Москва. Изолятор временного содержания. В окошко камеры, где находился Роман Ветров, заглянул прапорщик. Убедившись, что арестованный находится не у двери, открыл ее. В камеру вошел генерал Ветров.
– Пожалуйста, товарищ генерал. У вас пятнадцать минут.
Генерал хрипло произнес:
– Ну, здравствуй, сын!
Роман без погон и без ремня с трудом поднялся с нар. Он хотел сделать шаг навстречу, но от головокружения потерял равновесие, чтобы не упасть, судорожно боком сел на нары.
Отец, прерывисто дыша, произнес:
– Не ожидал, даже подумать не мог, что тот, которого я воспитал, тот, который для меня не только сын, но и моя гордость, офицер, старший офицер…
– Не надо, папа, не надо. Дай мне прийти в себя…
– А кто воскресит мирных женщин, мужчин, детей, которых ты и твои головорезы расстреляли из оружия, врученного вам Родиной, чтобы защищать людей?!
Роман Ветров обхватил руками голову и застонал.
– О каких людях ты говоришь?.. Кого я расстрелял?.. Что это?.. Куда я пошел? – Дальше он бормочет что-то несвязное.
– Не надо корчить из себя сумасшедшего… – Генерал схватился рукой за сердце и повернулся к дверям. – У тебя даже не хватило смелости признать свою вину. Я проклинаю тебя! Слышишь, я – проклинаю!!! Нет у меня больше сына!
И генерал вышел из камеры.
Глава 14. Генерал Ветров
Кабинет генерала Ветрова. За столом сидят руководители местных управлений внутренних дел, службы безопасности, прокуратуры и командир бригады внутренних войск.
Генерал Ветров по громкой закрытой связи докладывает обстановку руководителю антитеррористического центра Организации Договора о коллективной безопасности генералу Борюжеву:
– Таким образом, в ходе исполнения вашей ориентировки силами сотрудников милиции и службы безопасности захвачена террористическая группа в количестве шести человек, в том числе одна женщина, на которой был пояс шахидки. У них изъято 26 килограммов пластита, три пояса шахида, 5 пистолетов, один из которых с глушителем, 10 гранат, патроны и карта города Москвы, на которой имеется шесть пометок. Скорее всего, это места планируемых диверсий. Кроме того, записка с двумя адресами в Москве и одним у нас, в Зареченске.
– Расследование по этому факту будет вести ФСБ России. Они будут разбираться в целом с этой группой и адресатами в Москве. Что же касается Зареченска, то это возьмите на себя.
– Товарищ генерал-полковник, я прошу поручить руководство региональным антитеррористическим центром одному из присутствующих у меня в кабинете руководителей областных спецслужб… – голос у Ветрова дрогнул.
– Вы что, имеете в виду ситуацию с вашим сыном майором Ветровым?
– Так точно!
– Все присутствующие в вашем кабинете слышат меня?
– Да, мы работаем на громкой связи.
– Это хорошо. Так вот что, Игорь Николаевич. Вы – заслуженный генерал, который многолетним служением Родине доказал свою верность долгу и честность. И никому, в том числе и мне, не дано право не доверять вам и подвергать ваше имя, ваши человеческие достоинства сомнению. Вы остаетесь руководителем Регионального центра, а мы рады и дальше работать с вами. А что касается майора Ветрова, то я хочу сказать следующее. Еще рано обвинять его. Мы сейчас проводим соответствующую проверку обстоятельств гибели группы и пленения майора. Ветров получил тяжелейшую контузию, а потом его напичкали сверхдозами сильнейших наркотиков. Его место сейчас не на нарах, а на больничной койке. Я договорился с руководством военной прокуратуры и контрразведки о переводе его в госпиталь. Вы поняли, генерал Ветров?
– Так точно, товарищ генерал-полковник.
– Я направляю вам спецпакет с информацией о готовящихся в Санкт-Петербурге террористических вылазках. Все нити тянутся туда из Кавказского региона через ваш регион. Имейте в виду, Игорь Николаевич, сигнал очень и очень серьезный. С вами свяжутся руководители Северо-Западного регионального антитеррористического центра. Договоритесь о взаимодействии.
– Понял.
Глава 15. На месте боя
Заросшие лесом горы. Бригада спецназа, усиленная подразделением внутренних войск, вела тщательный поиск на местности. Растянувшись цепью, офицеры и солдаты осматривали каждый кустик, проверяли каждый свежий бугорок. Полковник Ивняк развернул свой КП в центре обследованного района, недалеко от места боя группы майора Ветрова с бандой.
В этом же месте работала оперативно-следственная группа. Специалисты тщательно исследовали гильзы, осколки гранат, обнаруженные предметы или их части. Все детально описывали в протоколе, фиксировали фото– и телекамерами.
Ивняк сидел на складном металлическом стуле за складным алюминиевым столом. Рядом с ним – три офицера-штабиста и радисты с переносными радиостанциями. Вокруг КП устроились лежа на земле автоматчики, обеспечивая безопасность командного пункта.
– Товарищ полковник! – воскликнул один из радистов. – Сорок второй докладывает, что свой квадрат прочесал.
Ивняк, склонившись над картой, приказал:
– Пусть развернется на северо-восток и начнет работу в квадрате 16–19.
– Товарищ полковник! – подал голос второй радист. – Тридцать восьмой докладывает, что обнаружил свежезакопанные ямы. Сейчас саперы проверяют их на наличие взрывпредметов.
Ивняк оживился. Он взял у радиста микрофон:
– Тридцать восьмой! Я – «Байкал». Прием! – услышав ответ, сказал: – Тридцать восьмой. Будь внимателен при раскопках. Не забудь об этажерках. Проверь, нет ли проводной подводки…
Тут же последовал ответ:
– Понял. Принимаю все меры предосторожности. Людей отвел. Работают только кроты.
– Будь постоянно на связи.
– Уже третьи сутки огромную территорию топчем. Хоть бы что-нибудь нашли, – с надеждой в голосе произнес один из штабных офицеров.
Он оглянулся на Ивняка и увидел, что полковник отошел от стола и угрюмо курит.
Глава 16. В тюрьме
Тюремная камера. Открылась дверь, и вошел прапорщик. Он громко приказал:
– Арестованный Ветров, встать!
Ветров с трудом поднялся на ноги и, чтобы не упасть, хватается за стену.
– Давай-давай, герой! Говорят, у тебя геройски получается, когда с калашниковым с мирными людьми воюешь. Стреляешь, говорят, в упор метко.
До Ветрова постепенно дошел смысл того, что говорил прапорщик. Его лицо скривилось, и он, прогоняя боль и туман в голове, тихо сказал:
– Слушай, прапор, советую не пользоваться ситуацией… Рожу тебе пока набить не могу, извини… но чуть позже обязательно сделаю!
– Молчать! Марш на допрос!
Из-за дверей вырос еще один конвоир. Он тихо произнес:
– Арестованный Ветров, следуйте за мной!
Ветров медленно побрел за конвоиром по длинному, гулкому каменному коридору. Вслед за ним, мурлыча какой-то мотив, двигался прапорщик.
В тюремном кабинете, узком, метров шесть в длину, с одним забранным металлической решеткой окном, за старым обшарпанным столом сидел в форменной рубашке с погонами старшего лейтенанта юстиции следователь. На вид ему не было и тридцати лет.
Он, не отрываясь от каких-то бумаг, движением руки указал на привинченный к полу табурет и тихо произнес:
– Садитесь, гражданин Ветров.
Ветров присел на табурет и, стараясь превозмочь головную боль, как мог, четко выговаривая слова, сказал:
– Товарищ старший лейтенант! Меня еще никто не лишал воинского звания и не предъявлял никаких обвинений.
Следователь поднял глаза на Ветрова. С пафосом, громко, чуть ли не торжественным голосом произнес:
– Не беспокойтесь, все будет вам предъявлено. Пока вы считаетесь подозреваемым в массовом убийстве ни в чем не повинных людей – жителей мирного села. Кроме этого в ваших действиях усматриваются такие преступления, как превышение должностных полномочий, повлекшее тяжкие последствия, и дезертирство. Остальное выяснится в ходе следствия.
Следователь достал из жестких картонных корочек чистый бланк допроса подозреваемого. Когда старший лейтенант закрыл корочку, то Ветров, сузив глаза, по слогам прочитал расплывающиеся слова: «Уголовное дело». Цифр и других слов он разобрать не смог…
– Ваши фамилия, имя, отчество?
– У вас же все есть… мне трудно говорить.
– Я не врач, а следователь! И попрошу отвечать на вопросы.
Ветров несколько путано ответил на вопросы, касающиеся его биографических данных. Следователь перевернул страницу:
– Расскажите по порядку все, что имеет отношение к совершенному вами преступлению.
– Какому преступлению, старший лейтенант? Может, вы поясните мне, что я совершил?
– Точнее, вам надо дать показания не о преступлении, а о преступлениях.
– Браток, я ничего не знаю…
– Я вам не браток! Братки у вас там, в Чечне остались. А здесь перед вами следователь Главной военной прокуратуры старший лейтенант юстиции Тозиловский. Так что извольте отвечать на вопросы должностного лица, наделенного соответствующими полномочиями.
Ветров почувствовал, как резко усилился в голове шум, в ушах словно колокола забили. Майор неожиданно понял, что еще мгновение – и он попытается дать в морду этому самодовольному пацану. Боясь упасть, он медленно поднялся с табурета и предпринял попытку уйти.
– Арестованный Ветров! Сидеть!! Караул! Ко мне!! – истерично закричал Тозиловский.
Дверь кабинета распахнулась, и внутрь вбежали два охранника. В руках у них были литые резиновые дубинки.
Один из них резко взмахнул рукой, и на спину Ветрова обрушился сильнейший удар. Ветров упал на каменный пол. Охранники отработанными движениями подхватили его и усадили на табурет. Видя, что арестованный падает с табурета, они остались рядом с ним, поддерживая под руки.
Следователь перевел дух и стал что-то писать в протокол допроса:
– Я пишу, что подозреваемый Ветров Роман Игоревич отказался давать показания. Подпишите, товарищи.
Охранники по очереди расписались в протоколе.
Следователь поднял трубку телефонного аппарата:
– Пусть зайдут ко мне понятые и другие участники опознания. Опознающую Багдасарову я приглашу отдельно.
В кабинет вошли пятеро мужчин. Данные двоих, как понятых, следователь внес в протокол опознания личности. Затем он вписал фамилии тех троих, которые во время опознания должны были находиться в одном строю с Ветровым. Затем следователь пригласил Багдасарову. Пока ее вели по коридорам, следователь выстроил троих граждан вдоль стены и приказал поставить в шеренгу Ветрова. Охранники буквально подтащили майора и приставили его спиной к стене… В камеру вошла молодая женщина. Увидев следователя, она улыбнулась.
– О, это вы?! Я рада вас… – Но, встретив растерянный взгляд Тозиловского и его глаза, показывающие на стоявших у стены людей, она мгновенно сориентировалась и тут же продолжила: – Я рада, что уже все это закончится и я смогу уехать к себе домой.
– Присаживайтесь… – Тозиловский кивнул на табурет и опустил глаза в протокол. Через несколько секунд он серьезным тоном начал задавать ей вопросы: – Ваша фамилия, имя, отчество?
– Багдасарова… – и вдруг она недоуменно спросила: – А зачем вы спрашиваете все это у меня, когда в протоколе допроса все записано?
– Это надо для присутствующих. Они должны знать, что в процессе участвует не первая попавшая с улицы…
Но Багдасарова неожиданно прервала его громким восклицанием:
– Но вы и ваш начальник мне говорили, что никто мою фамилию не будет знать!
– Успокойтесь. Так оно и будет. Итак, ваша фамилия, имя, отчество? – И он, не ожидая ответа, громко назвал эти данные и тут же записал сведения в протокол. Затем снова обратился к женщине: – Расскажите, что произошло в селении Армут, когда там были убиты все жители.
– Я приехала к своей двоюродной сестре в Армут. Мы давно не виделись. Вдруг днем, около половины одиннадцатого, в село ворвались российские солдаты. Командовал ими вот…
Но Тозиловский едва не вскочил с места.
– Остановитесь… не надо говорить, кто командовал, вам еще предстоит опознавать кое-кого…
– Хорошо. Эти солдаты в первую очередь убили наших мужчин, которые охраняли село. Те даже не подумали сопротивляться, потому что жители села хорошо настроены по отношению к государственной власти. Затем они рассыпались по всему селу…
– Уточните, кто это «они» рассыпались по селу?
– Ну, российские солдаты и офицеры…
– Скажите, они всех жителей убили или кто-нибудь остался в живых?
– Всех до одного. Только одна я осталась в живых.
Казалось, что Тозиловский сейчас задаст логически вытекающий из показаний Багдасаровой вопрос: как же она уцелела? Но Тозиловский протянул ей протокол опознания, где были записаны ее показания:
– Распишитесь под своими показаниями. – Выждал, пока Багдасарова распишется, и громко и четко произнес: – Гражданка Багдасарова и вы, участники процесса опознания, предупреждаетесь об ответственности за дачу ложных показаний.
Дальше Тозиловский допустил еще одну юридическую ошибку: дал расписаться всем, кроме Ветрова. Для всех сразу стало ясно, кто подозреваемый. Но следователь уже приступил к опознанию:
– Гражданка Багдасарова, посмотрите на стоящих вдоль стены четверых мужчин, скажите, нет ли среди них человека, которого вы видели где-нибудь ранее?
Багдасарова без малейшей паузы заявила:
– А что тут смотреть! Вот тот командир, майор, который командовал всеми. Он сам расстреливал людей из автомата… мою любимую сестру он и убил сам. Это – убийца! Он хуже бандитов!
И Багдасарова сделала вид, что сейчас набросится на Ветрова. Но майор еле стоял, его спасала только стена, к которой он прислонился спиной. Да и вряд ли он слышал и понимал, что здесь происходит.
Один из понятых смущенно произнес:
– Товарищ следователь, ведь этот человек практически без сознания, сомневаюсь, что он понимает все это. Ему врача надо.
Тозиловский, закончив писать в протоколе, облегченно вздохнул:
– Теперь можно и врачу его показать, – он кивнул конвоирам. – Уведите арестованного…
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?