Текст книги "Сыскари"
![](/books_files/covers/thumbs_240/syskari-79374.jpg)
Автор книги: Николай Леонов
Жанр: Полицейские детективы, Детективы
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 14 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]
Глава 5
– Итак, уважаемые, шороху вы наделали немалого, – заявил генерал Орлов, едва Гуров и Крячко переступили порог его кабинета. – Взяли, как говорится, с места в карьер. Подумать только, в один день две перестрелки, труп, вся милиция поднята на ноги…
По тону генерала было не очень понятно, нравится ли ему такая активность или нет. Он сдерживал эмоции, как бы предлагая оперативникам самим оценить свои действия.
– Ну, чего молчите? – продолжил Орлов, пытливо вглядываясь в их лица. – Докладывайте, что за кашу вы там заварили!
– Да, каша заварилась крутая, – согласно кивнул Гуров. – Но это показывает, что мы на правильном пути. Жаль только, что все произошло так неожиданно. Мы оказались не готовы к такому стремительному повороту событий. Я оказался не готов. Никак не предполагал, что визит к Голубцову так закончится. Мы потеряли свидетеля, а мать – единственного сына. Очень печально. Кстати, сама Голубцова сейчас в больнице. Врачи говорят, состояние критическое. Смерть сына подкосила ее в один момент.
– А кто убил Голубцова, выяснили?
– Увы! Преступники успели скрыться раньше, чем милиция перекрыла улицы. Нашли брошенный автомобиль «Ока», но, как и следовало ожидать, она угнана сегодня утром в западном районе города – толку нам от нее мало.
– Значит, концы опять в воду! – мрачно констатировал генерал.
– Ничего подобного! – запротестовал Крячко. – А я? Я взял кренделя, который был напрямую связан с владельцем черного фургона! Есть сведения, что Вольнов работал в последнее время на Нодара Саная, уроженца города Тбилиси. В Москве даже не зарегистрирован. При задержании оказал вооруженное сопротивление. Плюс в его автомобиле обнаружены наркотики и оружие. Плюс кафе «Арарат», где, похоже, целое осиное гнездо…
– Он дал показания? – резко спросил Орлов.
– Ну-у… Не совсем, – замялся Крячко.
– Понятно. Значит, совсем не дал, – отрезал Орлов. – А вам известно, уважаемые, что адвокат этого типа уже подал протест, и, скорее всего, гостя из солнечного Тбилиси уже сегодня выпустят на свободу?
– Бред какой-то! – возмущенно воскликнул Крячко. – Он в меня стрелял! Какой протест?
– А свидетели? – ядовито спросил Орлов. – Кто может подтвердить твои слова? Насколько мне известно, свидетелей не имеется. В кафе вообще никто ничего не видел, ты взял безоружного человека. Где его пистолет?
– Он его сбросил, – хмуро сказал Крячко. – Но мы его найдем.
– Так же, как наркотики в машине? – презрительно спросил генерал. – Можете, кстати, засунуть их себе в задницу, потому что процедура изъятия была оформлена ненадлежащим образом. Ни один суд не примет этих доказательств во внимание.
– Это мужики из местного отделения лажанулись, – со вздохом сказал Крячко. – Пока я с этим гадом возился…
– Вот и получается, что ничего у нас на этого человека нет, – заключил генерал. – Стрелял один ты, машина не имеет к Нодару Саная никакого отношения, наркотики тоже. Получается, что ты напал на мирного человека, подвергал его жизнь и жизни окружающих людей смертельной опасности, а потом произвел незаконное задержание и оказывал давление на допросе…
– Ну уж тут вот! – сказал Крячко, в сердцах изображая неприличный жест. – Не было никакого давления. У меня на этот случай тоже свидетели имеются.
– Ладно, здесь адвокат, пожалуй, погорячился. Давление исключаем, – неожиданно легко согласился Орлов. – Значит, и выходит у нас с тобой ничья. По нулям, так сказать. Законопослушный гражданин Республики Грузия, гость нашей столицы Нодар Саная выходит на свободу и делает нам ручкой. Очень милая картинка.
– Ничего катастрофического, – вставил Гуров. – Нужно просто повнимательнее присмотреться к бизнесу, которым занимается тут Саная. Раз привык таскать с собой ствол, значит, не все так просто.
– А я разве сказал, что просто? – вдруг разозлился Орлов. – Сложно! Как раз все сложно, уважаемые! Если ваш Саная и имел какое-то отношение к господину Вольнову, то теперь об этом можно забыть. Теперь он заляжет на дно или, еще чище, укатит к себе в Грузию.
– Ну, все не укатят, – возразил Гуров. – Он же был в машине не один. И в кафе тоже. И вообще, кафе с собой в Грузию не повезешь. Тем более что оно – «Арарат». Эту точку надо взять под пристальное наблюдение. Наверняка узнаем массу интересного. Да и с Саная, я считаю, спешить не стоило бы. Поскольку у него даже регистрации нет, а показания оперативного работника заслуживают более пристального внимания со стороны суда…
– Это Крячко, что ли? – прищурившись, спросил Орлов. – Обязательно! Суд только и ждет, когда Крячко скажет свое заветное слово! Нет, дорогие, у нас теперь, сами знаете как: в области юриспруденции мы движемся по пути всех цивилизованных государств. И если уж вы собираете на кого-то доказательную базу, так собирайте ее так, чтобы комар носа не подточил. Чтобы не оставалось всяких там заусенцев и крючков, за которые будут потом цепляться ушлые адвокаты…
– Да когда ее собирать, базу? – обиженно сказал Крячко. – Я его поймал-то в последнюю минуту! Рискуя жизнью, между прочим. И я же оказываюсь в положении обвиняемого! Хороша юриспруденция!
– Юриспруденция нормальная, – убежденно заявил Орлов. – А вот некоторые оперативники у нас привыкли действовать кавалерийским наскоком. Надо перестраиваться, господа!
– Доперестраивались уже! – буркнул Крячко, отворачиваясь. – Дальше некуда.
– Ладно, что выросло, то выросло, – примирительно сказал Гуров. – Лишнее подтверждение тезиса, что не царское это дело – налетчиков хватать. У нас скоро вообще тишь да благодать будет. Опера по бульвару будут с тросточкой прогуливаться да с законопослушными бандитами раскланиваться… Ну да это присказка, Петр, не хмурься! Послушай, что я тебе скажу – нехай суд этого Нодара выпускает. Объективно-то рыльце у него в пуху – от Крячко убегал, отстреливался, в машине героин обнаружен… Да тут такой букет, что лет на пятнадцать потянет! Я вот что предлагаю… Нодара за недостаточностью улик выпустят? Значит, нужно раздобыть этих улик в достаточном количестве. Никуда он не денется. Просто пусть он проходит по тому же уголовному делу, что и дружок его Вольнов. Ведь есть факты, что этот Саная использовал тот же автомобиль, что и бандиты, напавшие на выставочный центр? Вот пусть и ответит. Да еще сделать запрос в Министерство внутренних дел Грузии – вдруг они по нему там давно скучают? Мало ли случаев, когда люди под угрозой высылки делались куда сговорчивее?
– Шантаж предлагаешь? – с любопытством спросил Орлов.
– Дело предлагаю! – возразил Гуров. – А если на поводу у адвокатов идти, то лучше просто все тюрьмы поотпирать и по домам разойтись.
– Да ведь никто не подтвердил знакомства Нодара и Вольнова, кроме безработного пьяницы! – сказал Орлов. – Да и тот сделал это неофициально. Кроме того, мы не знаем, того ли Нодара он вообще имел в виду.
– Того-того, – поспешно сказал Крячко. – Сколько же их в этом «Арарате» – рота, что ли? Тут этот-то один чуть не сбежал…
– Все равно, показания соседа мало что значат, – махнул рукой Орлов. – Поди туда, не знаю куда… Только на одном этом основании выдвинуть обвинения против Нодара не получится. Вот насчет запроса в Грузию – это мысль. Тут я обещаю поспособствовать.
– А наружка? – спросил Гуров.
– С какой стати? – возразил Орлов. – Раз невиновен, значит, нет поводов для наблюдения. Только на свой страх и риск. Опять же, какую силу добытые таким способом доказательства будут иметь в суде? А вам сейчас алмаз искать надо!
– Но машина! Черный фургон! – воскликнул Крячко. – Это ж прямая ниточка к алмазу!
– В общем, решайте сами, – махнул рукой Орлов. – Запрещать я вам ничего не буду, но и поддерживать в заблуждениях не собираюсь. Смекаете, о чем я? Победителей не судят. Раскрутите дело, так, может, на некоторые вещи можно будет и сквозь пальцы посмотреть. А если все будет вот эдак, на живую нитку…
– Мне бы самому с этим Саная побеседовать, – вдруг сказал Гуров. – Пока его не выпустили. Если он разумный человек, мы можем и договориться.
– Ну что ж, не возражаю, – наклонил голову генерал. – Побеседовать можешь. Если задержанный даст согласие. Только без штучек, понял? Чтобы он потом на нас напраслину не возводил… А Крячко, между прочим, гражданина Вольнова так и не обнаружил пока – ни живого, ни мертвого. Ты морги проверял?
– Дались вам эти морги! – пробурчал Крячко. – Между прочим, у Крячко даже фотки этого Вольнова не имеется…
– Сыщик! – ехидно заключил генерал. – В паспортный стол сходи, в наших архивах поройся… Не хочется? Конечно, это тебе не с пистолетиком по крышам бегать!
– Я по крышам не бегал, – сердито сказал Крячко. – И не надо, – заметил генерал. – Ты не Карлсон… Кстати, хлопцы, новость для вас! Объявился господин Стоковски. Причем на самом высоком уровне – он, например, у нашего министра уже на приеме был.
– А что ему надо? – настороженно поинтересовался Гуров.
– Да то же, что и нам, – усмехнулся Орлов. – Алмаз ему нужен. А конкретно этот Стоковски утрясал вопрос о сотрудничестве наших органов правопорядка с представителями их собственной службы безопасности.
– Не понял, – помотал головой Гуров. – А на человеческом языке что это означает?
– Это означает всего-навсего, что через день-два сюда прибудут люди из Австралии, которым мы будем помогать искать их собственный алмаз, – добродушно сказал генерал. – И не надо смотреть на меня страшными глазами! Никуда не денешься. Открытость и сотрудничество – это сейчас в моде. Да, может, они нам и вправду чем-нибудь помогут.
– Скажи лучше, не мешали бы! – скептически заметил Гуров. – Ну да бог с ними. Меня другое радует – похоже, налетчики, как мы и надеялись, до сих пор в Москве. Смерть Голубцова – это не простая случайность. Не бывает таких случайностей. Я убежден, что информацию по «Северному сиянию» он в банду поставлял. За что и пострадал. В чем-то он со своими партнерами не сошелся. В цене, скорее всего. Он ведь не зря куда-то с утра пораньше мотался. А вернулся, заметьте, в растерзанном виде и на такси. Причем такси его у дома поджидало – значит, намерен он был смыться куда подальше, время его поджимало, но тут я ему всю малину и испортил.
– Ну, положим, не ты один, – вставил генерал. – За ним намеренно следили.
– Это верно, – кивнул Гуров. – Там на месте не добили, у дома подкараулили. Откровенно говоря, такой дерзости я не предвидел, иначе бы вел себя по-другому. Да что там! Никак не предполагал, что все так бешено закрутится. По всем параметрам налетчикам сейчас тише воды ниже травы нужно быть, а они вон чего вытворяют!
– Потому что мы ушами хлопаем, – самокритично заметил Крячко. – Улики правильные собираем. А неправильные во внимание не принимаем.
– Сейчас побыстрее нужно таксиста найти, который Голубцова ждал, – пропуская его слова мимо ушей, хладнокровно сказал Гуров. – Ведь он его практически с места разборки забирал, как я понимаю. Так хотелось бы на это место взглянуть лично. Я ребятам задание уже дал – его сегодня же найдут.
– Вы бы еще Вольнова отыскали, – поморщился генерал. – Не числю я этого человека в живых! Это дураком надо быть, чтобы добровольно свою машину на такое дело отрядить. Давно уже в морге мерзнет. Ты, давай, Крячко, представь мне его сегодня же!
– Слушаюсь, ваше превосходительство, – без энтузиазма пробормотал Крячко.
– А я с грузином переговорю, а потом таксистом займусь, – сказал Гуров.
– Только если он не против! – строго напомнил Орлов напоследок.
Как ни странно, задержанный не возражал. Возможно, из беседы с новым человеком он надеялся почерпнуть полезную для себя информацию. Когда его ввели в комнату для допросов, Гуров увидел перед собой еще довольно молодого, но как бы умудренного непростой жизнью человека, невысокого ростом, однако ладного и, видимо, трепетно относящегося к своей внешности. Об этом свидетельствовал и пошитый у хорошего портного костюм, и дорогой галстук, и настоящие итальянские башмаки. В средствах Нодар Саная стеснен не был.
Грузин также с любопытством осмотрел высокую спортивную фигуру оперативника, но постарался скрыть заинтересованность под напускной холодностью.
– Меня сегодня уже выпустят, – со сдержанным превосходством сообщил Саная вместо приветствия. – Адвокат сказал, что все бумаги уже подписаны. О чем вы хотите со мной говорить? На провокации я отвечать не стану.
– Ты сам живая провокация, – спокойно ответил Гуров. – В Москве не зарегистрирован, чем занимаешься – непонятно, по сотрудникам милиции стреляешь, в машине у тебя героин… Адвокату твоему, наверное, пожрать некогда…
– Мой адвокат жрет так, как ни один мент в жизни жрать не будет, – с гордостью сказал Саная. – За него не беспокойся. А все, что ты тут наговорил, – не про меня. В Москву я к брату в гости приехал. Зарегистрироваться еще не успел. В милицию не стрелял, потому что не из чего. Где у меня пистолет? И про машину ничего не знаю. Я на метро езжу.
– Ты еще скажи, что в столовой для бомжей питаешься, – усмехнулся Гуров. – У тебя в бумажнике семь тысяч «зелеными» нашли и рублей на такую же сумму. Неслабые у тебя карманные расходы!
– В дорогу взял, – сказал Саная. – В дорогу без денег не поедешь.
– Давно из Тбилиси уехал? – спросил Гуров.
– Недавно, – не моргнув глазом заявил грузин. – Неделю всего.
– Мы запрос в ваше МВД послали. Есть у нас предчувствие, что были у тебя веские причины покинуть родину.
– К брату приехал. В гости, – механически повторил Саная, но Гуров заметил, что настроение у него испортилось.
– Понимаю, – кивнул полковник. – А брат, как назло, сам куда-то выехал, верно? Ты зашел перекусить в «Арарат», а тут на тебя, безоружного, и напали… Красивая история, но мне не нравится.
– Кому что нравится, – равнодушно сказал грузин, глядя в потолок.
– Мне нравится правда, – пояснил Гуров. – Пусть не вся, но до поры я удовлетворюсь и этим. Дам тебе шанс, хотя ты его и не заслуживаешь.
– Не понял. Какой шанс? – осторожно поинтересовался Саная. – Меня и так сегодня отпустят.
– Сегодня отпустят… – многозначительно повторил Гуров. – А дальше – не знаю. Сдается мне, что ты слишком глубоко здесь корни пустил, Нодар. Не успеешь оборвать, когда я за тебя вплотную возьмусь. Но тогда уж я тебе все припомню. А если уж придет на тебя запрос с твоей родины… – он развел руками.
Саная мрачно и выжидающе смотрел на него, но не произносил ни слова.
– И нужно-то мне от тебя всего ничего, – сказал Гуров. – Скажи мне, что ты знаешь о человеке по фамилии Вольнов, и я обещаю оставить тебя в покое.
– Э-э, откуда я знаю такую фамилию? – сожалеюще произнес грузин. – Я вообще в Москве никого не знаю!
– А ты напряги память, – посоветовал Гуров. – У Вольнова еще такой фургон черного цвета, с надписью «Камелия» на боку. Он тебе на нем грузы возил. А на днях на этом самом фургоне совершили налет на выставочный центр «Северное сияние». Шестеро убитых. Об остальном я уже не говорю. Теперь понимаешь, во что ты вляпался?
Нодар не ответил, но по его внезапно окаменевшему лицу Гуров понял, что новость произвела сильное впечатление. Теперь он лихорадочно соображал, что делать. В налете он не участвовал – это Гуров знал точно. Оставшиеся в живых охранники подтвердили, что Саная не было среди бандитов. Однако что-то он несомненно знал или по крайней мере догадывался. Весь вопрос заключался в том, найдет ли Саная выгодным поделиться этим знанием.
– Послушай, начальник, – сказал Нодар наконец. Тон его был вкрадчиво-равнодушным. – Я все следователю рассказал. Меня люди опознавали. Никто не узнал. Я мирный коммерсант. Ни с кем в Москве дела не имел. Про налет ничего не знаю. И про фургон тоже. Ты меня с кем-то спутал, честное слово!
Гуров задумчиво посмотрел на него.
– Врешь ты много, – сказал он. – А я не люблю, когда мне врут. Ты это себе на ус намотай, ладно? И все-таки я от своих слов не отказываюсь. Один шанс я тебе предоставлю. Если опомнишься вовремя, ты знаешь, куда тебе прийти. Только не тяни время! Всегда наступает такой момент, когда уже ничего нельзя поправить.
– Когда есть друзья, все можно поправить, начальник, – многозначительно сказал Нодар, но лицо его выражало озабоченность. Мысленно он уже был с друзьями и прикидывал, что нужно сделать, чтобы выпутаться из создавшейся ситуации.
Вернувшись в главк, Гуров уже не застал Крячко. После непродолжительных размышлений он вызвал к себе сотрудника своего отдела, капитана Бояринова и растолковал ему предстоящую задачу.
– Подбери себе ребят посмышленее, – сказал он. – Так, чтобы можно было обеспечить сменяемость и подстраховку, и возьми под плотное наблюдение этого Нодара Саная, как только его выпустят. Мне тут пришло в голову, что без него дело с алмазом вряд ли обошлось. Во всяком случае, про фургон Вольнова он что-то знает. А раз знает, ему вполне могут отвинтить голову – как Голубцову. Поэтому берегите его как зеницу ока. А заодно присмотрите, чем он в Москве занимается. Только имейте в виду, что работаем мы с ним без ведома руководства, рискуя лампасами. Я, конечно, вас в любом случае прикрою, но, если он слежку заметит, мигом к адвокату побежит и вообще затаится.
– У меня не затаится! – убежденно сказал Бояринов, веселый крючконосый человек с большими и грубыми, как у кузнеца, руками. – Можете не беспокоиться, товарищ полковник! Сделаем все как полагается… – и, ухмыляясь, он тут же добавил: – Между прочим, то такси, насчет которого вы распорядились, уже разыскали. Таксист у нас в кабинете сидит… Вы прямо сейчас с ним будете разговаривать? А то он замаялся уже, бедолага! Протеста пока не выказывает, но чувствуется, на пределе мужик.
Глава 6
Гуров заканчивал беседу с таксистом, когда вернулся Крячко. Стас был необычно хмур и молчалив. Он присел на стул и принялся сверлить недоверчивым взглядом таксиста – плотного лысоватого мужика лет сорока пяти, который мял в руках шапку и уже в сотый раз излагал Гурову свою историю, неизменно путаясь и перевирая детали. По-видимому, он вообще был не мастак разговаривать, а сейчас вдобавок еще и переволновался сверх меры. Ему казалось, что впереди его ждет если не заключение под стражу, то уж лишение лицензии непременно. Поэтому в своей исповеди он особенно упирал на свои положительные моральные качества – и налоги, мол, платит он вовремя и в полном объеме, и ездит без нарушений правил дорожного движения уже не менее десяти лет… Вот только подробностей своей встречи с Голубцовым он упорно не мог вспомнить. Вернее, вспоминал, но как-то частями, и последнюю часть Гурову удалось вытянуть из него уже только к приходу Крячко.
– Итак, вы говорите, что возвращались в Москву по Новорязанскому шоссе, – напомнил ему Гуров. – После выгодного заказа…
– Ага, – оживился таксист. – Было дело. Оплатил он мне в оба конца. В деревню к тестю ехал. Да ведь дело какое – порожняком все равно ни то ни се ехать… А на трассе бесполезно. Ну, я и свернул. Думаю, может, сейчас кого до центра и возьму.
– Где свернули? Во сколько это было?
– А вот где свернул, не скажу, – загрустил таксист. – Механически свернул, без задней мысли. Примерно, значит, не доезжая Кузьминской улицы… А было это… Было это часов примерно восемь утра. А может, девять. Восемь-девять – вот так примерно… Каждый день катаешься – так в голове все так перепутывается… – извиняющимся тоном добавил он.
– А мне говорили, у таксистов зрительная память – алмаз, – удивленно заметил Гуров. – Но хотя бы где вы взяли пассажира, вспомнили?
Таксист аккуратно положил шапку на колени и смущенно почесал затылок.
– Так примерно там и взял, – сказал он. – Выскочил чуть не под колеса. Я мимо ехал. Собирался уже обратно на проспект вырулить. Все равно пассажиров не было – чего же по закоулкам плутать?
– Хотелось бы поточнее, – сказал Гуров.
– А поточнее не скажу, – признался таксист. – Потому что испугался я тогда, если честно. Думал, разборки какие. Морда у этого была вся в крови, грудь нараспашку и глаза бешеные. Любой испугается.
– Однако вы его взяли, – напомнил Гуров.
– Взял, ага, – несколько удивленно согласился таксист. – А как не взять? Он прямо под колеса бросился. А потом назад сел – вези, говорит! Может, у него пушка в кармане?
– Видели пушку-то? – заинтересовался Гуров.
– Не видал, – сказал таксист. – Но чую, дело неладно. Вокруг никого, а он вроде убегает. Ну, думаю, выскочат сейчас человек десять… Спорить не стал, отвез, куда он просил.
– Однако в Нагатине, куда вы отвезли пассажира, вы вначале не были намерены сразу уезжать, – возразил Гуров. – Вы же дожидались его около дома.
– Правда, дожидался, – покладисто сказал таксист. – Так это… Соблазнил он меня. Признаться, заплатил он мне «зеленью», гражданин полковник. И еще обещал. Помимо счетчика. Виноват, бес попутал! – Он развел руками.
– Не о том сейчас речь, – строго сказал Гуров. – Нас пассажир интересует. Почему в Нагатино вы уехали, когда он собирался сесть в вашу машину?
Таксист болезненно наморщил лоб и наконец выдавил:
– Правду сказать, я и сам не знаю! Только понял я, что нечего мне там делать, гражданин полковник! Как опять увидел его, так и понял. Опять он бегом, глаза дикие, а за ним человек какой-то… Ну, я и дернул от греха подальше… Думаю, гори они синим огнем, эти доллары! Я свое всегда заработаю. А с этими… с бешеными… долго ли пулю в затылок заработать?
– Разумно, – согласился Гуров. – Осторожность прежде всего. Однако нам хотелось бы более ясной картины. У вас как-то туманно все получается. Где взяли пассажира – не помните, почему бросили – тоже как-то не слишком убедительно. Он в дороге говорил вам что-нибудь?
– Ни полсловечка! – с жаром ответил таксист. – Молчал как рыба. Адрес только сказал. И дышал тяжело. Натуральный бандит, как я понимаю. Здоровый, мордастый… Вы его как поймаете, меня на опознание вызывать будете? – заискивающе добавил он.
Гуров переглянулся с Крячко и решил не темнить.
– Его уже опознали, – сказал он таксисту. – Дело в том, что через две минуты после того, как вы уехали, ваш пассажир был убит.
В воздухе повисла продолжительная пауза. Таксист покачал головой.
– Вот, значит, как, – уважительно произнес он. – Вот какие дела. Выходит, бог меня хранил. Обязательно в церкви свечку поставлю. Такая наша водительская доля! В любой момент жди неприятностей.
– Ну, на этот раз неприятности вас миновали, – напомнил Гуров. – Однако не советую вам испытывать судьбу. Дело очень серьезное. Если номер вашей машины запомнили, вам может грозить опасность. В ваших интересах вспомнить точное место, где вы взяли своего пассажира.
Таксист испугался.
– Номер? Кто запомнил? Ах ты, боже мой! – заволновался он. – Я как чуял! Не было печали… Это что же мне теперь – на улицу не выходи, значит?
– Не все так скверно, – усмехнулся Гуров. – Просто вы должны нам немного помочь, и все образуется.
Таксист вытер шапкой внезапно вспотевшее лицо и растерянно посмотрел на оперативников.
– Разве что в тот район сгонять? – нерешительно предложил он. – Я на глаз-то определю место. Только вроде боязно?
– С нами вам нечего бояться, – заверил его Гуров. – Тогда давайте прямо сейчас и поедем!
Выяснилось, что таксист из каких-то соображений прибыл в главк на метро, поэтому искать место все трое отправились на гуровском «Пежо». Пока растерянный и напуганный проводник усаживался в машину, Гуров успел перекинуться с Крячко парой слов.
– Голый номер, – мрачно сообщил Крячко. – Нет в моргах ни одного похожего трупа. И фамилии такой не было. Зря только мотался. У меня теперь на неделю аппетит пропал, вот увидишь!
– У тебя аппетит? – не поверил Гуров. – Невозможно. Скорее небо упадет в Дунай. Однако тянуть дальше некуда. Получается, исчез человек. Нужно брать постановление на обыск квартиры Вольнова.
Крячко махнул рукой:
– Вон квартиру Голубцова обыскали, а что толку? Следователь вообще высказался в том смысле, что мы не там ищем и дело Голубцова нужно выделять в отдельное производство.
– Не так, – возразил Гуров. – Он сказал «возможно». Но это он сгоряча. Это одно и то же дело! Тут тебе и «Северное сияние», и такой же «узи», из которого положили Голубцова, и такой же беспредел. Круг очерчен, по-моему, достаточно жестко. Как сказал философ – не стоит множить сущностей… Однако пора ехать, пока наш Сусанин еще способен соображать.
Опасения Гурова были не совсем напрасны. По дороге таксист, кажется, окончательно потерял желание разговаривать и только мял в руках свою ни в чем не повинную шапку. Впрочем, когда они добрались до Кузьминок, он стал проявлять к окружающему некоторый интерес и вертеть по сторонам головой. Наконец после долгих сомнений и колебаний он начал припоминать детали маршрута и подсказывать Гурову, куда сворачивать. Они еще с полчаса кружили по окраинным улицам, а потом их проводник то ли действительно все вспомнил, то ли ему надоело валять дурака, и он сказал:
– Вроде здесь было… Вот здесь, точно. Фонарь вот, забор… – голос его, однако, звучал не слишком убедительно.
Гуров молча вышел из машины. Крячко последовал за ним. Они сошли на тротуар и осмотрелись. Невзрачный квартал, холодные каменные дома, заборы, засыпанный снегом пустырь, за которым серой полосой тянулись посадки, и огороженный стальной сеткой фундамент какой-то брошенной стройки – окружавший их пейзаж вызывал уныние и желание поскорее покинуть это скучное место.
– Откуда он выскочил? – спросил Гуров, не оборачиваясь.
Таксист, который последним выбрался из машины, пожал плечами, но, сообразив, что Гуров не может видеть этот жест, поспешно сказал:
– Ей-богу, не помню, товарищ полковник! Он мне под колеса как шальной бросился. Вроде с этой вот стороны… – он махнул рукой в сторону пустыря. – А, может, и нет. Врать не буду.
Гуров задумчиво посмотрел на заснеженные развалины. Сетка вокруг них была во многих местах прорвана, снег вокруг испещрен человеческими следами. Как ни странно, но, похоже, этот уголок пользовался популярностью. Наверное, там собираются местные подростки, решил Гуров – своего рода клуб по интересам. Сигареты, напитки, обмен не самым достойным опытом. На детей в наше время мало кто обращает внимание – до тех пор, пока они не совершают противоправных действий. А до этого, если на глаза не лезут, то уже благо.
Гуров повернулся в сторону Крячко:
– Что думаешь?
Тот пожал плечами:
– А что тут думать? По горячим следам надо было. А теперь-то что? Снег да ветер.
– Не скажи, – покачал головой Гуров. – Если ты здесь не живешь, за каким чертом ты сюда потащишься? На природу смотреть? Есть места и получше.
– Мы теперь в голову к Голубцову не залезем, – ворчливо сказал Крячко. – Чего его сюда понесло, один бог знает.
– Но попробовать-то можно, – заметил Гуров. – У меня два варианта: или здесь кто-то живет, или была назначена встреча. Я больше склоняюсь ко второму варианту, потому что, сдается мне, на этой встрече Голубцова с самого начала намеревались убить. Однако он подстраховался, и подготовка физическая у него явно была неплохая. Он отбился. Но раз здесь замышлялось убийство, значит, это место случайное. Вряд ли кто-то станет следить возле своего дома.
– Ну, допустим, ты прав, – капризно сказал Крячко. – Что нам теперь-то это дает? Убийцы в Нагатине почти в руках у нас были, и то их прошляпили. А здесь чего искать?
– Следы, – сказал Гуров. – Уверен, какие-то остались. Голубцова убивали серьезные люди, значит, схватка была нешуточная. Должны быть следы.
Крячко обвел рукой пейзаж за спиной.
– Где? – спросил он скептически. – В лесу? На стройке? А может, это вообще не здесь было?
– Здесь, – уверенно сказал Гуров. – Где-то здесь. Вряд ли ему дали бы далеко убежать. Вырваться – это одно, а вот скрыться… Ему просто повезло, что такси подвернулось.
– Так что, по целине ползать будем? – недовольно спросил Крячко. – Я уже в моргах намерзся – дальше некуда. И вообще. Ты, конечно, все правильно говоришь, но, по-моему, ни черта тут нет, Лева!
Гуров, не отвечая, зашагал к прорехе в стальной сетке. Немного помявшись, Крячко вприпрыжку побежал за ним.
– А мне что делать? – прокричал им вслед таксист.
– Подождите нас в машине! – махнул рукой Гуров. – Мы недолго.
Вместе с Крячко они нырнули в дыру в сетке и пошли по узкой тропинке, протоптанной в грязном снегу. По сторонам из серых сугробов торчали ржавые прутья, обломки бетонных плит, раскрошившиеся кирпичи. Гуров вдруг остановился и внимательно посмотрел себе под ноги.
– Что ты там увидел? – брюзгливо спросил Крячко. – Пуговку от штанов американского шпиона?
– Следы, – сказал Гуров. – Здесь полно детских следов.
– Да уж, взрослого сюда и калачом не заманишь! – констатировал Крячко.
– Ну, положим, Голубцова чем-то заманили, – возразил Гуров и вдруг резко выпрямился. – Ты слышал?
На лице Крячко отразилось недоумение.
– Что слышал? – спросил он.
– Как будто свистнул кто-то, – сказал Гуров.
– Ветер, наверное, – пожал плечами Крячко.
– Непохоже, чтобы ветер, – покачал головой Гуров. – Ну-ка, пойдем быстрее!
Он почти бегом устремился по тропинке и через минуту уже запрыгнул на гребень недостроенной кирпичной стены, торчавшей из-под снега. Перед ним открылась пустая бетонная площадка, находившаяся гораздо ниже уровня земли и оттого невидимая с дороги. Снег на площадке тоже был покрыт следами, а кое-где зияли черные дыры. Из одной дыры поднималась слабая, едва видимая струйка дыма.
– Там кто-то есть, – неожиданно заинтересовавшись, сказал Крячко и спрыгнул вниз.
– Не спеши, – окликнул его Гуров. – А то, чего доброго, ноги еще переломаем. Скорее всего, это местные мальчишки. Развлекаются. Может, они чего-нибудь видели?
Он тоже спустился вниз и вдруг увидел совсем другие следы. Они заворожили его не меньше, чем Робинзона, обнаружившего отпечаток человеческой ступни на пустынном берегу.
В углу площадки снег был истоптан обветренными, но еще достаточно четкими следами. Топтались здесь отнюдь не дети – рубчатые подошвы, впечатанные в наст, были примерно сорок пятого размера. На первый взгляд здесь присутствовали следы как минимум трех человек. Гуров пожалел, что не догадался заранее запастись отпечатками подошв покойного Голубцова – сейчас бы они пришлись как нельзя кстати.
– Смотри-ка, – вдруг удивленно сказал Крячко. – Кровь, похоже…
Наклонившись, он показал пальцем на россыпь бурых пятен, вмерзших в снег. Их было немного, но сомнений не оставалось – кому-то пустили здесь кровь. Но что это было – серьезное ранение или вульгарная драка с разбитым носом?
– Надо поискать гильзу, – предложил Крячко.
Гуров отрицательно покачал головой.
– Вряд ли мы ее сейчас найдем, – сказал он. – Тут все основательно отутюжили. Смотри, снег примят, будто тащили что-то тяжелое. И опять детские следы. Эти вроде посвежее… Нет, я думаю, гильзу искать бессмысленно. Если она и была, ребятишки нашли ее первыми.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?