Текст книги "Курс лечения"
![](/books_files/covers/thumbs_240/kurs-lecheniya-67650.jpg)
Автор книги: Николай Романов
Жанр: Боевая фантастика, Фантастика
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Ответил он грубо:
– Разве на мне есть кровь?
Она не обиделась.
– Мы справились, Кирочка! Мы справились с ними!
Ты права, моя девочка! Именно мы! Именно!!! Что бы я без вас делал, гаремницы мои?!
– Конечно, справились. – Грубость в голосе все еще жила. – Мы же «кентавры», мать нашу за локоток!
Огляделся. Вокруг валялись тушки синих варанчиков. Среди них семью холмами – семь драконов, у которых вырваны напалмовые «зубы».
– Отбой! – сказал Кирилл. – Хорошо-то как! Теперь бы только покурить и домой. Прикурил бы мне кто-нибудь сигаретку.
Он чувствовал, что у него все еще трясутся руки.
– Сейчас, Кирочка! – Светуленька полезла в нагрудный карман.
Пока курили и обменивались впечатлениями о бое, трупы гостей принялись испаряться. Все как обычно.
– Ну что, никто не обосрался, братцы?
– Как же мы им вмантулили!
– И опять у них не срослось. Но машины пришли очень вовремя. Какая-никакая, а помощь!
«Кентавры» зубоскалили вовсю, выпуская воинственный пар.
А их командир, почти не прислушиваясь к разговору, мысленно прокручивал ход боя. И только тут сообразил, что в сегодняшней битве участвовало более полутора десятков Кириллов-менталов – сосчитать точнее он был не в состоянии.
Вроде бы такого серьезного подспорья у него еще ни разу не случалось…
Растем помаленьку, кол нам в виртуальные дюзы!
15
Галакт-новичок обычно долго живет своим первым боем. С опытным солдатом-убийцей – иначе. Схлынул адреналиновый шторм, высох заливающий глаза пот, и ты готов спокойно анализировать произошедшее.
Материала для анализа хватало.
Никто из «кентавров» не получил даже царапины. Но вот среди штатных бойцов базы потери имелись. Немалые потери… Ну и плюс сожженные драконами абээмки в количестве пяти штук. Впрочем, кто будет считать погибших ИскИнов, когда людей не досчитываешься? ИскИн произвести – не человека родить да вырастить-выучить! Заводы по производству искусственных мозгов работают вовсю. И деньги министерство финансов выделяет. Не та ситуация, чтобы экономить…
Конечно, погибшие абээмки на его, Кирилла, совести. С властью над машинами он все-таки полностью не справился. Перехватить управление ИскИнами не позволил – а то бы потери среди людей были бы еще больше, – но сил в какой-то момент на все не хватило. Спасибо гарему – обеспечили подпитку, выражаясь техническим языком. И был еще один прокол в работе – он не сумел спрятать концы в воду, запустив в сеть воланд-вирус. Тоже не хватило сил. Поэтому спецы в штабе вполне могут обнаружить проникновение в виртуал системы оперативно-тактического управления. Если уже не обнаружили… Должен же кто-то поинтересоваться – почему в двух последних боях, вопреки практике, используется техника? Кто санкционировал? Кто дал ИскИнам конкретное задание?… И любой грамотный спец вполне может определить, откуда пошло столь обширное несанкционированное проникновение в виртуал. А далее – спецу положено довести факт проникновения в СОТУ до службы безопасности. Иначе его, в случае чего, попросту сочтут предателем…
А значит, надо попытаться скрыть следы проникновения. И немедленно!
Чем Кирилл на обратном пути и занялся. Рядом с его плечом находилось плечо Светланы, и оно излучало тепло и спокойствие. И вообще все выглядело хорошо. Кроме собственных проколов…
Технически сокрытие проникновения не составляло проблемы – Кирилл занимался этим уже не единожды. Однако сейчас, выскочив в виртуал и промчавшись по знакомым сетевым путям-дорогам, он наткнулся на нового, совершенно незнакомого церба, защищающего систему безопасности СОТУ. И одолеть его не смог!
Это было ново!
Кирилл ходил вокруг церба кругами в течение всего полета до базы, создал трех менталов, потом добавил еще одного и попытался взломать виртуального охранника совместными усилиями. Пять хакеров долбили одного церба. Но так ни до чего и не додолбились. Всё мимо мишеней!..
После победы, одержанной на семью драконами, это был настоящий облом.
И, наверное, дискомфорт от этого облома проявлялся столь наглядно, что, едва Кирилл снял с головы ПТП, сидящая рядом Света тихо спросила:
– Что-то случилось, Кирочка?
Конечно, требовалось соврать, но верх взяла растерянность.
– Кажется, случилось, – прошептал Кирилл, сдерживая дрожь.
– Я могу тебе помочь?
Кирилл глянул на нее с подозрением. Ему показалось, что вопрос ее – вовсе не предложение помощи любимому человеку. Что она о чем-то догадывается и пытается подтвердить свою догадку. А может, и вовсе знает наверняка… И не только про ментальное вторжение в СОТУ…
Но тут же он спохватился – как можно подумать такое про Светочку, про Светуленьку, про девочку-метелочку, не раз прикрывавшую твою спину? Совсем тебе, капитан, башню с курса свернуло! Уж скорее стоит подозревать в тайном соглядатайстве Громильшу! Или эксперта-ксенолога Петра Миланова!
Кстати, а почему это дяденька эксперт не участвовал в нынешнем бою? Раз уж тебе по долгу службы положено изучать гостей, так иди и работай!
Впрочем, Миланова ведь на базе не было. Да и «кентавры» ввязались в бой без приказа. В общем, если имеются у капитана Кентаринова недоброжелатели в штабных рядах, то для них сейчас наступает очень подходящий момент утопить выскочку. Самовольно ввязался в бой. Это раз. Несанкционированно проник в виртуал СОТУ. Это два. Пары таких пунктов обвинения за глаза хватит, чтобы понизить виновника в звании (если вообще не разжаловать в рядовые!) и отправить в штрафники. В компанию к Спире…
– Душа моя, – шепнул он Светочке. – Я справлюсь. Непременно и категорически справлюсь! Клянусь!
И подумал: «Интересно, а как ты себя поведешь, если меня упекут в штрафную роту?»
Правда, он прекрасно знал: этот вопрос останется без ответа. Потому что попросту никогда не будет задан.
– Конечно, справишься, – сказала Светочка. – Я не сомневаюсь. И ты не сомневайся! Разве мы сомневаемся в тех, кого любим?
В ее вопросе имелась явная двусмысленность, но подумать над нею он не смог. Потому что атээска вернулась на базу. И потому что из штаба базы капитану Кентаринову сообщили, что немедленно по прибытии его хочет видеть эксперт Миланов.
16
Безмундирник ждал его в кабинете начальника базы. Наверное, прилетел, когда шел бой.
Подполковник Смоленский находился тут же.
Кирилл доложил подполу о результатах сегодняшней битвы.
Смоленский неопределенно крякнул. Он явно пребывал в затруднении.
Видимо, ему очень хотелось взгреть самовольщика за откровенное нарушение дисциплины, но, с другой стороны, победителя и вправду не судят. Закон известный! Худую инициативу надо вырывать с корнем, а победоносную – поощрять…
Раз противник к городу Рудому на сей раз не пробрался, значит, база, руководимая Смоленским, свою главную задачу выполнила. Причем атакующий вражеский удар впервые за все Вторжение наносился сразу на двух уровнях. А значит, за победу командиру базы светило поощрение. Может, даже внеочередное присвоение следующего звания. В такой ситуации можно было и закрыть глаза на служебный проступок капитана Кентаринова. Или для начала посмотреть, как поведет себя в сложившейся ситуации господин эксперт главного штаба министерства обороны.
И потому Смоленский пару раз покосился на гостя с Земли.
Кирилл понятия не имел, какие приказы получил подпол в отношении эксперта-ксенолога. Но ведь наверняка получил, иначе бы не организовал встречу безмундирника с капитаном Кентариновым в собственном кабинете.
Да, фигура эксперта, наверное, для Смоленского выглядела совершенно непонятной. Но зачем ломать голову над тем, что фактически тебя не касается. Есть капитан, командующий специальным подразделением, умеющий колошматить гостей, и есть безмундирник, каким-то образом гостей изучающий. Ну и пусть они сами разбираются в отношениях между собой.
Во всяком случае, подпол сказал:
– Я оставляю вас наедине, господа. Располагайтесь!
И стремительно удалился.
Кирилл почему-то решил, что эксперт займет место за столом начальника базы, однако Миланов остался сидеть на стуле, предназначенном для посетителей.
– Садитесь, пожалуйста, капитан!
Кирилл угнездился на втором стуле для посетителей.
Повисла пауза.
Эксперт сидел с остановившимся взглядом. Будто копался в кладовых собственной памяти…
Кириллу снова показалось, что его изучают. Впрочем, знакомой тревоги по-прежнему не возникало.
А потом безмундирник сказал:
– Насколько я помню, лей… э-э… капитан, вы знаете, что прежде наши вооруженные силы не применяли в боях воздушную боевую технику. Исключая транспортные средства.
Кирилл кивнул:
– Да, я в курсе. Мне известно и то, что противник тоже обходился без летающих гостей.
– И чем вы объясняете изменения?
Ну и вопросец, кол в твою безмундирную душу!
Конечно, капитан Галактического Корпуса, даже командующий отрядом специального назначения, не мог знать причин изменений, произошедших в тактике ведения войны. Впрочем, предположения у него иметься могли. Особенно если они касались факторов более высокого, более важного порядка. Не причин изменения тактики, а причин трансформации самоё стратегии…
– Вы знаете, Петр Павлович… Я понятия не имею, почему сменило тактику наше командование. Подозреваю, что в ответ на применение ксенами летающих гостей. А вот насчет ксенов у меня есть догадки. Но стоит ли их высказывать? Не покажутся ли вам мои мысли голимым целлофаном?…
– Чем-чем, простите!
Господин эксперт был не в теме насчет сленга галактов.
– Боюсь, говорю, мои предположения вы расцените как безумство.
– Ну-ка, ну-ка, прошу вас… – Миланов определенно оживился. – Выскажитесь, пожалуйста!
И Кирилл вывалил на эксперта давно выношенные мысли.
– Конечно, господин эксперт, если рассматривать Вторжение как военную кампанию, направленную на завоевание освоенного людьми космического пространства, то стратегия происходящего покажется совершенно глупой. Я бы на месте ксенов долбанул в самое наше сердце – в Солнечную систему. Однако гости топчутся на периферийных планетах, да и тут ведут атаки совершенно безграмотным образом. Уж не знаю, как происходило в местах, куда меня не заносило, но все бои с моим участием были однообразно тупы. Ни одной попытки охвата… ну, это когда берут противника в клещи и окружают. А потом рассекающими ударами уничтожают окруженную группировку и добивают по частям…
Петр Павлович покивал, тогда Кирилл обрушил на него главное.
– А вот если предположить, что все эти удары по Периферии производятся только с одной целью – натренировать нашего брата галакта, то все эти странности становятся объяснимыми. При тренировках обучающемуся нельзя сразу давать полную нагрузку, он не справится с нею. Но если усложнять задачу постепенно, будет совсем другое дело. Шаг за шагом, с этапа на этап, от низшего уровня сложности к высшему… Тогда вполне резонно и появление в боях последнего времени летающих гостей. Очередное усложнение… Становится ясным и введение в тактику боев нашей антигравитационной боевой техники… Сами по себе галакты, вооруженные трибэшниками, против драконов не устоят. Им потребуется обязательно прикрытие с воздуха. Абээмки и создают такое прикрытие.
– Но почему тогда нам не давали пользоваться абээмками прежде?
Кирилл пожал плечами:
– Этого я не знаю, господин Миланов. Наверное, преследуются какие-то неизвестные пока цели.
– Но кем?
Кирилл снова пожал плечами:
– Понятия не имею. Мне тут ясно лишь одно: главный инициатор происходящего – вовсе не наше командование. Еще будучи… – Он поперхнулся.
Нет, говорить Миланову о сущности прапора Малунова, натаскивающего новоиспеченных галактов на гостей, не стоит. Тут уж у господина эксперта наверняка появятся вопросы, которые не должны появиться.
– Еще будучи молокососом… тут же, на Незабудке, после окончания курса учебного лагеря… я понял, что наше начальство инициативой не владеет. Наши командиры всего лишь давали ответы на вопросы, которые им задавали другие… По крайней мере, такое у меня сложилось впечатление…
– То есть вы, капитан, полагаете, что нашими летающими машинами управляем вовсе не мы? И все это как бы спектакль, разыгрываемый на наших глазах.
Кирилл аж крякнул:
– Ничего себе спектакль! Сколько народу в Семецком полегло после напалмового удара! И если бы не абээмки, полегло бы еще больше. Да и мы бы с вами, наверное, сейчас не разговаривали. – Он сдержал появившееся в душе раздражение и закончил: – В общем, я высказал свои предположения, а выводы делать вам. Это вы у нас эксперт по ксенам. Мне ясно одно: ксены играют с нами, как кошка с мышкой. И если бы пожелали, давно раздавили бы человечество.
Миланов некоторое время внимательно разглядывал Кирилла, будто только что увидел. А потом встал:
– Хорошо, капитан, спасибо… Можете быть свободны!
И только покинув кабинет, Кирилл вдруг сообразил, что безмундирный эксперт совершенно спокойно проглотил сугубо военные термины типа «клещей», «рассекающих ударов» и совсем уж специфических «трибэшников» и «абээмок». Это могло иметь только одно объяснение: эксперт-ксенолог Миланов был отнюдь не только ксенологом. Имелись у него и другие экспертные познания.
17
Последующие несколько дней прошли в спокойствии. В спокойствии – потому что гости больше не тревожили базу «Незабудка Б-один». И потому что никто о несанкционированном проникновении в СОТУ базы так и не заикнулся.
Эта обстановка весьма условно нарушилась лишь на одной из раздач.
Подполковник Смоленский зачитал приказ командования, которым капитану Кентаринову присваивалось звание майора. За находчивость, проявленную при организации обороны базы и города.
Недисциплинированность начальство назвало находчивостью. Впрочем, разве было в таком поведении отцов-командиров что-то новое?
Кирилл опасался, что всем остальным «кентаврам» тоже будут присвоены очередные звания. И после этого кое-кого из его людей уж точно переведут в иные места службы. По крайней мере – капралов Кривоходова, Непосидяку, Гусарского и Стиблину, а также лейтенанта Шакирянова. Ну должны же начальники – в прямом соответствии с принципами повышения боевой выучки – распространять профессиональные умения столь опытных спецназовцев!
Однако опасение оказалось несостоятельным: лейтенант остался капралом, а капралы – прапорщиками. И все они продолжили службу в подразделении майора Кентаринова.
Правда, случись иначе, Кирилл уже готов был идти скандалить – для начала с подполом, а потом и с экспертом-ксенологом Милановым. Теперь он окончательно уверовал, что последний обладает гораздо большей властью, чем та, которая афишируется.
Приказ приказу рознь. Есть обнародованные, а есть секретные. И похоже, существовал секретный приказ, согласно которому эксперт-ксенолог мог отдавать некоторые распоряжения и подполковнику Смоленскому. Иначе бы недисциплинированность капитана Кентаринова хотя бы отчасти (в воспитательных целях) осталась недисциплинированностью, а не сделалась широко объявленной находчивостью.
В курилке новоиспеченного майора встретили привычными дружелюбными подколками.
– Ну все, – сказала Громильша. – Теперь к Кенту запросто не подъедешь. «Блямба» на погонах перекроет вход любой и каждой.
– Твой вход, Сандрочка, никакая блямба не перекроет, – тут же отозвался Юраша Кривоходов.
Ему такие вольности позволялись – именно он обычно и пользовался по ночам этим самым входом. Штатный любовник Сандры Каблуковой, как повелось еще с Незабудки…
Кто другой мог бы и по шее схлопотать – у Сандры не заржавеет.
Кроме Кирилла, конечно. Но он давным-давно уже не позволял себе с гаремом подобные шутки. Себе дороже…
– А вот интересно, – сказал ревниво Тормозилло. – На сей раз звание повысили только Кенту. А нас по какой причине не заметили? Рылом не вышли?
– Не поджаривай ботву, Витек. – Фарат Шакирянов прицелился и запулил окурок в пепельницу, стоявшую в противоположном углу курилки. Попал и победоносно оглядел присутствующих. Будто с гостем расправился… – Ты хочешь попасть в офицеры и по-прежнему ни за кого не отвечать? А морда не облезет?
– Да уж, прибереги гонор, – поддержала его Вика Шиманская. – По мне, так лучше оставаться целым и невредимым старшиной под началом майора Кентаринова, чем геройски погибшим прапором при собственном взводе.
Кирилл сдержал усмешку.
Парни по-прежнему верили, что всех их спасает от смерти невероятная везучесть Кента. Хотя, может, они и правы. Эта вера пропадет только после первой смерти в отряде. И он, Кирилл, приложит все усилия, чтобы смерть пришла к «кентаврам» как можно позже. А лучше – и вообще никогда! В конце концов, разве беречь своих бойцов, если это не противоречит выполнению полученного приказа, – не главная забота любого командира? Тем более если командир «кентавров» склонен считать, что везучесть эта взаимная. Конечно, командиры бывают всякие… Но «всякие» не командуют отрядами специального назначения!
Однако на служебной ревности надо поставить крест. Раз и навсегда! Эта ржа разъедает душу…
– А вообще, друзья мои, если пожелаете, я могу представить вас к очередному званию. Но защитить от перевода в иные подразделения после этого – не в моих силах.
«Кентавры» переглянулись.
– Только не меня, – сказал Гусар. – Обойдусь. Я как-то уже прикидывал кол к носу и пришел к выводу, что везучесть в боях приносит на банковский счет много больше кредов, чем надбавка за лишнюю звездочку.
На сем проблема и разрешилась. Даже Тормозилло между лишней звездочкой на погонах и постоянной везучестью выбрал последнюю.
А еще через день наступили окончательные перемены. Правда, поначалу они ограничились очередным вызовом к командиру базы и знакомством с коротким приказом штаба планетной обороны: «Подразделению под командованием майора Кентаринова немедленно прибыть на борт линкора „Юрий Долгорукий“. Командиру базы „Незабудка Б-один“ подполковнику Смоленскому обеспечить подразделение майора Кентаринова необходимым для выполнения приказа транспортом. В процессе убытия с планеты майору Кентаринову захватить с собой эксперта-ксенолога Петра Миланова».
Привычный бюрократический язык приказа сразу настраивал на деловые рельсы.
Завизировав свое знакомство с ним, Кириллу ничего не оставалось, как согласовать с ответственными должностными лицами точное время отлета. А потом он в две шеренги построил «кентавров» перед обреченной на сиротство казармой. Посмотрел в переполненные ожиданием лица и сказал:
– Вот что, дамы и господа… Наши здешние игры закончились. Только что поступил приказ из штаба. Так что всем немедленно собрать личные вещи, проверить оружие и приготовиться к убытию с базы.
– Куда нас теперь? – коротко спросила Вика Шиманская.
– На орбиту, – столь же коротко ответил Кирилл.
«Кентавры», не нарушая строя, загомонили.
– Что, Витюша? – сказала Сандра Тормозилле. – Теперь, наверное, даже тебе окончательно стало ясно, что везучесть в боях еще понадобится.
И Тормозилло не нашел ответа.
18
Центральная рубка линкора «Юрий Долгорукий» отличалась от капитанского мостика крейсера «Скорпион» разве что бульшими размерами.
Войдя сюда, Кирилл почувствовал себя как дома. Будто и не было перелета от Синдереллы к Незабудке, будто не случилось двух схваток со змеюками горынычами за Семецкий и Рудой, будто он все еще таскал на плечах лейтенантские погоны…
Здесь, как и на крейсере, тоже ощущался запашок свеженькой краски – не обжили еще транссистемничек… Отличия, правда, тоже имелись. Во-первых, в сердце «Скорпиона» Кирилл заявился без компании, теперь же притопал на пару с Милановым – господин эксперт, как и было приказано, отправился на орбиту в компании «кентавров».
А во-вторых, капитанствовал на «Долгоруком» не каперанг, а контр-адмирал с фамилией Самсонов. Плечистый усач с прекрасной выправкой, обладатель золотых погон стоял перед серой плоскостью центрального боевого дисплея и разговаривал с одним из подчиненных.
Когда гости появились на мостике, он тут же прервал беседу и повернулся к вошедшим.
Кирилл, отдав честь, доложил контр-адмиралу о прибытии своего отряда на борт корабля; безмундирник Миланов поздоровался с капитаном «Долгорукого» по-безмундирному, за руку.
Самсонов удовлетворенно кивнул и тут же проявил уставную заботу о новых подчиненных, поинтересовавшись настроением низших прикомандированных чинов. Дежурный ответ командира «кентавров» выслушал с дежурным вниманием, слишком смахивающим на равнодушие.
Впрочем, как еще флотский должен относиться к пушечному мясу?… Да как к пушечному мясу, прости меня Единый за такие сравнения!..
Пульты дежурных операторов были пусты: на капитанском мостике линкора находились только высшие должностные лица «Юрия Долгорукого», званием не ниже капитана второго ранга, и майор Кентаринов чувствовал себя слегка не в своей тарелке.
Правда, майор Галактического Корпуса будет покруче флотского капа-два. Это известно любому галакту – от курсантишки учебного лагеря до командующего планетной базой обороны! А как к этому относятся господа флотские, нам, галактам, глубоко до фомальгаута!
Впрочем, начавшееся совещание тут же отвлекло Кирилла от желания виртуально помериться пиписьками воинской доблести.
Для начала контр-адмирал Самсонов представил друг другу вновь прибывших и некоторых членов командного состава «Долгорукого». Родом они все оказались из Восточной Европы и говорили по-русски.
Старшего помощника звали Еугениуш Маевский, и был он капитаном первого ранга. Инженер-капитан первого ранга Бэла Кишкатош, соответственно, выполнял обязанности главного инженера. А дальше по лестнице званий шли капитаны второго ранга: Петер Штанге, главный артиллерист корабля; Иван Колесников, главный специалист систем обеспечения безопасности; Геннадий Кротов, главный специалист системы разведки и целеуказания; Илья Базаров – главный специалист системы оперативно-тактического управления; Константин Кацапов, начальник медицинской части; Арефий Романов, главный офицер связи; Клавдий Лобачев, главный астронавигатор. На мостике также присутствовали Милан Репка, баталер, Иван Рыбенков, боцман, и армейский подполковник с фамилией Безуглов.
Закончив представление, Самсонов сказал:
– Теперь самое главное, господа офицеры… Сразу же хочу предупредить, что все услышанное в этих стенах является сугубо секретной информацией, за утечку которой виновные будут отвечать перед службой безопасности по всей строгости закона.
Он строго глянул на армейского подполковника.
По-видимому, тот был главным эсбэшником «Долгорукого».
– Экипажу нашего корабля, – продолжал Самсонов, – поставлена задача – произвести разведку планетной системы звезды Сорок Семь Большой Медведицы.
– Прошу прощения, господин контр-адмирал, – перебил его капитан второго ранга, который, как запомнил Кирилл, являлся главным астронавигатором линкора. – Но ведь Сорок Семь Большой Медведицы находится за границами Мешка!
– Совершенно верно, капитан второго ранга. – Самсонов смерил взглядом перебившего. – И соответственно, наша вторая задача… вернее, по порядку выполнения – первая – выйти за пределы Мешка.
Теперь уже переглянулись все присутствующие. Кроме прикомандированных гостей…
Однако удивленных возгласов никто себе не позволил.
– Как вам хорошо известно, такое путешествие прежде никто не предпринимал. – Капитан корабля говорил абсолютно будничным тоном, совершенно противоречащим смыслу произносимых им слов – как будто ему уже не раз приходилось выполнять такую задачу. – Я имею в виду военный корабль с экипажем на борту. Пока в районе звезды Сорок Семь Большой Медведицы побывал только разведчик-автомат. Сразу скажу, он мало что успел разведать. Но ясно одно – одна из планет системы, возможно, обитаема. Задача вступать в контакт перед ИскИном разведчика не ставилась, и потому он немедленно повернул назад, в пределы Мешка. – На сей раз контр-адмирал обвел взглядом всех присутствующих офицеров, будто сомневался в их способности оценить услышанное. – Нам поставлена задача – провести более тщательную разведку системы. Высадка на возможно обитаемую планету не воспрещается. На этот случай в экипаж линкора и включено специальное подразделение Галактического Корпуса под командованием майора Кентаринова. – Самсонов кивнул в сторону Кирилла. – Дальнейшие наши действия будут планироваться командованием, исходя из добытых в экспедиции разведывательных данных. Ясно?
– Так точно! – отозвались господа офицеры.
– Далее… Поскольку наших сил может оказаться недостаточно для решения поставленной задачи, командование направляет нам в помощь крейсер «Водолей» и три десантные баржи с полком Галактического Корпуса.
Кирилл мысленно присвистнул.
Полк – это три тысячи галактов. Ничего себе, матерь мою за локоток!.. Что же такое разведчик обнаружил возле этой поганой звезды, если выделяется подобная помощь? Правда, эти тысячи бойцов вряд ли имеют столь большой опыт, как у «кентавров», но в качестве пушечного мяса вполне пригодятся.
– Место встречи нашего линкора с кораблями поддержки – возле точки, где обнаружен прорыв границы Мешка. Правда, сразу должен уточнить, что, встретившись с приданными кораблями, мы отправимся к Сорок Седьмой Большой Медведицы все-таки в одиночку. Приданные корабли считаются нашим резервом и будут дожидаться нас в районе места встречи. В ходе экспедиции мы определим, понадобятся ли для решения задачи дополнительные силы. Не думайте, что командование собирается пожертвовать нашим линкором… Ну и последнее. – Взгляд контр-адмирала построжел до невозможности. – В связи со стратегической важностью предстоящей экспедиции приказываю. Все оборудование корабля – проверить до перехода в транспорт-сон. Особое внимание уделить системам обеспечения безопасности, разведки и целеуказания, оперативно-тактического управления.
Три капитана второго ранга, главные специалисты по соответствующему профилю, одновременно щелкнули каблуками форменных ботинок и кивнули:
– Есть!
– Главному артиллеристу, – продолжал Самсонов, – провести обслуживание корабельной артиллерии по уровню номер один. От вас, Штанге, возможно, зависит, сможет ли «Юрий Долгорукий» вернуться назад.
Еще один кап-два щелкнул каблуками и кивнул.
– Общее руководство – за главным инженером и старпомом, согласно их зон ответственности!
– Есть!
Очередные щелчки и кивки – на сей раз от капитанов первого ранга.
– Репка! Закончено ли пополнение корабельных запасов?
– Так точно, господин контр-адмирал! – Баталер со смешной фамилией Репка просто лучился удовольствием от вовремя выполненных обязанностей.
– Начальник медчасти! Что у вас?
– Медицинское оборудование в полном порядке. Запасы лекарств и стимуляторов – в норме!
Похоже, господа звезднофлотцы свой хлеб недаром ели… Впрочем, было бы странно, случись иначе. Вряд ли бы командование стало посылать в первую экспедицию за пределы Мешка какой-нибудь голимый кораблишко с экипажем, состоящим из дисциплинарных раздолбаев или трусов!
И вообще, за спинами товарищей можно отсидеться только в окопной войне, а тут, похоже, нарисовался самый настоящий рейд во вражеский тыл. Хотя, конечно, ксены не станут вскрывать Мешок в собственных тыловых районах. Фронт впереди, самый настоящий фронт, со всеми вытекающими из этого факта последствиями. Вплоть до смертельной опасности.
Впрочем, нам, «кентаврам», к опасности не привыкать, не те мы парни!
– Майор Кентаринов!
– Я! – Кирилл сделал шаг вперед и тоже молодцевато щелкнул каблуками.
– Готовьте ваших людей к отходу в транспорт-сон. Вам ведь не приходилось еще воевать в составе Звездного Флота?
– Никак нет, господин контр-адмирал. Мы присутствовали на кораблях только в качестве пассажиров.
– Ну что ж, сынок… – В голосе адмирала зазвучали отеческие нотки. – Все когда-то приходится делать впервые, не так ли?
– Так точно!
– Собственно, пока отличие от вашей прежней жизни будет только одно – послеперелетный прием пищи на сей раз произведете в корабельной кают-компании. Надеюсь, стряпня наших коков вам понравится. – Удмуртов изобразил на физиономии нечто похожее на улыбку. – Ну, а с гальюнами вы должны быть знакомы.
Офицеры позволили себе сдержанные смешки, которые тут же стихли.
Это капитанское «сынок» понравилось Кириллу.
Никто его так не называл со времен «Ледового рая». Все по званию да по званию… Как ни удивительно, словечко… согрело душу, что ли? Вот уж никогда бы не подумал! Наверное, за таких командиров подчиненные и отдают жизнь…
Хотя поживем-увидим! Некоторые мягко стелют да жестко спать! Так вроде говорил когда-то Спиря.
– Переход в режим транспорт-сна… – Капитан корабля повернулся к старпому. – Сколько потребуется времени на подготовку корабля к экспедиции, Маевский?
Каперанг помолчал несколько секунд, прикидывая.
– Шесть часов, капитан.
Самсонов глянул на главного инженера:
– А вы что скажете, Кишкатош?
Тот согласно кивнул:
– За шесть часов справимся, господин контр-адмирал.
– Переход в режим транспорт-сна через семь часов тридцать минут. – Капитан корабля повернулся к Кириллу: – Вашему подразделению, майор, за это время изучить устав Звездного Флота в части несения корабельной службы, а также список старших офицеров «Юрия Долгорукого». Старпом поможет организовать обучение… Все свободны! Кроме эксперта Миланова.
Господа офицеры покидали центральную рубку, негромко переговариваясь.
Главной темой стала, разумеется, новость об открытии Мешка. Однако комментарии были сдержанными, да и времени у звезднофлотцев оставалось немного – каждого ждала срочная работа, от которой в немалой степени зависела судьба предстоящей экспедиции.
Кирилл вышел с капитанского мостика, будучи уверенным, что теперь, после окончания совещания, агента Артуза непременно вызовет к себе корабельный эсбэшник, что присутствовал в центральной рубке. Однако армейский подпол с фамилией Безуглов даже не посмотрел в его сторону.
Похоже, агенту Артузу оставалось залечь до лучших времен на дно. И не бежать впереди транссистемника!
Открытие это Кирилла ничуть не расстроило. Когда у боевого командира нет побочных заданий, связанных с интересами службы безопасности, воевать только проще. Из этого и будем исходить. Баба с возу – мыши в пляс! Так еще, помнится, говаривал Спиря… Или – как-то так…
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?