Читать книгу "Две жизни – одно сердце"

Глава 9. Артём

Шёл третий день после того, как Лиана кончила мне на пальцы, и я, чёрт возьми, был вымотан в хлам. Кости ломило, будто разгружал вагоны, а спать всё равно не мог. Стоило закрыть глаза, как в башку лезли одни и те же воспоминания. Как она кричала моё имя, задыхалась и дрожала подо мной. А когда её рука сжимала мой член, мне, блядь, самому снесло крышу.

Решение было до одури простое: найти другую девушку и трахнуть. Но не стоял. Ни на кого. Эта мелкая зараза залезла под кожу, и я понятия не имел, как теперь от неё избавиться.

Чтобы выкинуть эту белокурую бестию из головы, я с головой ушёл в работу. Политика, легальный бизнес и Братва. Я хватался за всё, лишь бы не оставалось времени думать. Но, судя по кислой мине Феликса, который торчал в моём кабинете уже битый час, получалось хреново.

Я читал по его лицу всё: и беспокойство, и злость на то, что я веду себя как упрямый мудак. Но эта его молчаливая забота бесила больше, чем если бы он просто высказал всё в лицо. Будто я какой-то больной, а он врач, который ждёт, когда я, наконец, признаю проблему.

Я устало протёр лицо ладонями и откинулся в кресле.

– Ну, выкладывай уже, – проворчал, раздражённый тем, что он носится со мной, как курица с яйцом. – Не тяни.

Петров тут же отложил телефон, словно только этого и ждал.

– Что происходит, Артём?

– О чём ты? – я попытался изобразить удивление, хотя прекрасно понимал, к чему он клонит.

– Не прикидывайся. Я про тебя и Лиану, – прямо сказал Феликс.

– А что с нами? – я приподнял бровь. – Мы знакомые. Это теперь преступление?

– Между вами что-то было, – фыркнул он. – Иначе бы ты не пропадал здесь сутками. И уж тем более не ночевал на этом грёбаном диване, лишь бы не ехать в пентхаус. Что само по себе уже странно, учитывая что обычно ты живешь в другой квартире.

– Это моя работа, если ты забыл, – выдавил я усмешку, хотя и сам понимал, как жалко это звучало. – И да, как ты сам заметил, я там и раньше нечасто бывал. Это просто недвижка, где сейчас живёт… человек с сердцем Евы. Ничего больше.

– Брось, Артём! – Феликс взмахнул руками. – Мы оба знаем, что вся эта политика – ширма. Мэйсон тащит её лучше тебя. А ты просто прячешься. Если бы всё было, так как ты говоришь, то ты бы спал в своей кровати, а не на этом кожаном недоразумении.

Он был прав, сука. И от этого было только хуже.

– Да, Мэйсон в этой политической кухне шарит лучше меня, – признал я. – Но у меня накопилось дел, которые требуют личного присутствия. Ты же знаешь, политика никогда не была моим приоритетом.

– Ага, – скептически хмыкнул Феликс. – Поэтому ты в президенты рвёшься?

– А почему нет? – я выдавил самодовольную усмешку. – Перспектива неплохая. Держать всю страну в своих руках. Прямо сплю и вижу.

– Ты скорее спишь и видишь во сне блондиночку, которая живёт в твоём пентхаусе, – с ухмылкой произнёс Феликс, нанося точный удар. – Кстати, когда ты туда, наконец, вернёшься?

Пусть он мой друг и правая рука, но иногда Петров переходит все границы. Именно это молчаливое «я же вижу, что с тобой, признайся», вывело меня из себя окончательно.

– Это не твоё грёбаное дело! Моя личная жизнь тебя не касается!

Но Феликс даже бровью не повёл. Наоборот, его ухмылка стала шире.

– Я видел, как ты смотришь на неё, Артём.

– Убирайся отсюда к чёртовой матери! – рявкнул я и выхватил из кобуры под пиджаком пистолет.

Но прежде чем я успел сделать то, о чём, несомненно, пожалел бы, карман брюк завибрировал. Смартфон. Не отводя взгляда от Феликса, я вытащил его и увидел сообщение от Бозкурта.

Я нашёл Круса.

Вся эта херня – злость на Феликса, усталость, Лиана – моментально испарилась. Голова очистилась. Осталось только одно.

Крус.

Я почувствовал, как губы сами растягиваются в ухмылке. Настоящей, злой.

Наконец-то.

– Хорошие новости?

– Мы летим в Турцию, – ответил я, опуская ствол.

– Чёрт, Волкан нашёл его? – в голосе Феликса звучал неприкрытый восторг.

– Я в нём и не сомневался.

Я уже почти чувствовал, как у меня в руках пульсирует артерия Круса. Представлял, как ломаются под ударами его кости, как он будет молить о пощаде. Это предвкушение было лучше любого пойла. Не желая терять ни секунды, я схватил пиджак и направился к выходу.

– Позвоню Косте, – пробормотал Феликс, стуча пальцем по экрану своего смартфона.

– Зачем? – резко спросил я, не понимая, к чему он клонит. Мои мысли были уже там, в Стамбуле, рядом с Крусом.

– А ты разве Лиану не возьмёшь с собой? – спросил он с таким невинным видом, что мне захотелось ему врезать.

– Феликс, ты, блядь, рехнулся?! – заорал я. Кровь снова начала стучать в висках. – На кой хрен она там нужна?

– Ну как же? Стамбул – идеальное место для романтического отпуска, – ответил он, глядя на меня совершенно серьёзно.

– Ты издеваешься, твою мать! – я с силой толкнул дверь кабинета. Она ударилась о стену с оглушительным грохотом. – Мы не отдыхать едем!

Но Феликс, чёртов манипулятор, знал, что делает. Уже в машине, он, как ни в чём не бывало, завёл свою песню.

– Ты только представь, как Лиана будет рада увидеть Девичью башню, или можно отвезти её на смотровую площадку Сапфира. А ещё лучше в ресторан с видом на Босфорский мост.

– Феликс, заткнись, – процедил я, впиваясь пальцами в подлокотник. – Не хочу ничего слышать про турецкие достопримечательности.

В голове была только одна мысль: найти Круса и отомстить за Еву.

Я, честно говоря, ожидал, что Феликс продолжит давить, может, даже рассмеётся. Но вместо этого он молча отвернулся к своему окну. В отражении я увидел, как напряглась его челюсть, как поникли плечи. В один миг из наглого ублюдка он превратился в человека, раздавленного горем. И я понял.

– Ева хотела однажды слетать в Турцию, – тихо произнёс он, и его голос, обычно полный жизни, стал хриплым, полным невыразимой печали. – Она мне все уши прожужжала. Девичья башня, Голубая мечеть, рынок специй…

Феликс замолчал, и в салоне автомобиля повисла тишина, которая давила на барабанные перепонки. Воздух словно сгустился, и каждый вдох отдавался тупой болью где-то за рёбрами.

Ева…

Память – безжалостная сука – то и дело швыряла мне в лицо картинки: наша гостиная, солнце заливает ковёр, и Ева кружится, смеётся, размахивая какой-то дурацкой яркой брошюрой. В её глазах – не просто восторг, а голод. Голод по жизни, по новым местам, по всему, что лежало за пределами нашего мира. Она хотела увидеть всё, попробовать всё, прожить тысячу жизней в одной. А теперь… теперь её мечты будет осуществлять другая. Наверное.

А Феликс не просто любил Еву – он ею, блядь, дышал. Вся его броня, весь его цинизм и жёсткость исчезали, когда она входила в комнату. Мой друг, напарник, самый опасный ублюдок из всех, кого я знал, превращался в другого человека. Внимательного. Мягкого.

Я всегда думал, что именно Феликс построит для Евы её идеальный мир, о котором она без умолку болтала. Что он защитит её, убережёт. Я был уверен, что отдам сестру в самые надёжные руки. А потом один выстрел превратил все наши планы, все наши грёбаные надежды в кровавое месиво.

Теперь у нас обоих была эта рваная дыра внутри, которая не затягивалась.

Говорят, время лечит. Чушь собачья. Оно не лечит. Оно просто учит ходить с этой дырой. Но пустота, сука, никуда не уходит. Она остаётся с нами навсегда. Даже когда Крус будет кормить червей под землей. Мы просто будем жить с ней. Прятать её от других. Вот и всё.

Тишина в машине стала почти невыносимой. Игорь на водительском сиденье напрягся, его взгляд метался между мной и Феликсом в зеркале заднего вида. Наконец, он не выдержал и неловко кашлянул.

– Босс, куда ехать?

Я медленно повернул голову. Феликс всё так же смотрел в окно, но я знал, что он чувствует то же самое, что и я. Мы были двумя сторонами одной искалеченной монеты. И в этот момент, глядя на его затылок, я вспомнил его слова о Лиане, о Стамбуле… о пресловутом «романтическом» отпуске.

Чёрт бы его побрал с этими дурацкими идеями!

Однако… мысль о Лиане, запертой в четырёх стенах пентхауса, пока я буду выслеживать Круса, вызвала неприятный холодок где-то под рёбрами.

Какого хера меня это вообще волнует?

Но её образ, слоняющейся по пустым комнатам, не хотел выходить из головы.

Пусть лучше гуляет по Стамбулу под присмотром дюжины охранников, чем томится в золотой клетке. Хоть какое-то разнообразие.

– В пентхаус, – бросил Игорю, голос прозвучал резко и злобно.

Я ведь намеренно избегал её. И вот теперь, благодаря «гениальной» идее Феликса, она полетит с нами. Я перевёл взгляд на него. Он поймал его в отражении и одарил меня короткой, понимающей ухмылкой.

– Только, блядь, попробуй что-нибудь сказать! – огрызнулся я, с трудом сдерживаясь. – Подготовь самолёт. Через два часа, чтобы был готов к вылету. Как я посмотрю, тебе всё равно заняться нечем.

Феликс громко, от души рассмеялся, показывая, что его раунд. Но, к счастью, ничего не ответил, демонстративно уткнувшись в телефон, чтобы отдать распоряжения. А я откинулся на сиденье и закрыл глаза, пытаясь разобраться в хаосе, который он устроил в моей голове.

Крус, месть, самолёт, Ева… и, чёрт бы её побрал, Лиана.

Её близость… Она будет отвлекать. Раздражать. Мучить. Десять часов перелёта в герметичной капсуле, где от неё не скрыться за работой, не сбежать в другую комнату. Десять часов вдыхать один и тот же воздух, чувствовать её рядом. Эта перспектива вызвала у меня головную боль.

А Стамбул?

Я слишком живо представлял, как местные будут лапать её глазами, оценивающе скользить по фигуре.

И что тогда? Сорваться и проломить кому-нибудь череп на чужой территории, под носом у Волкана?

Дерьмовая перспектива.

Я резко выдохнул через нос, заставляя себя сосредоточиться. Действовать, а не психовать. Нужна холодная голова. Чёткий план.

– Организуй дополнительную охрану для Лианы, – бросил Феликсу.

– Зачем? – он удивлённо приподнял бровь, отрываясь от телефона.

– Я, по-твоему, должен запереть её на вилле?

– Нет, но ты думаешь, Костя не справится?

– Ты можешь, блядь, просто выполнить приказ без лишних вопросов?! – Голос сорвался на рык. Я подался вперёд, понижая тон до угрожающего шёпота. – Не припомню, чтобы я был обязан отчитываться тебе за каждое своё решение.

– Знаешь, если тебя так беспокоит её безопасность, может, и правда не стоит её брать? – в его голосе, помимо насмешки, появилась откровенная провокация. Он не просто давил – он получал от этого удовольствие.

– Нет, я уже всё решил. Спасибо за совет, – отрезал я, снова откидываясь на спинку сиденья. Этот разговор высасывал силы, которые были нужны для другого. – Лиана летит с нами. Пусть погуляет.

– Ещё скажи «подышит воздухом», – расхохотался Феликс. – Она же не собака, Артём!

– Придурок, я не это имел в виду, и ты это прекрасно знаешь! – выдохнул я, и с силой потер виски. – Я хочу, чтобы она развеялась. Получила хоть какие-то положительные эмоции. Это лучше, чем сидеть взаперти.

– Ну а кто в этом виноват? – парировал он, с издевательской ухмылкой приподняв бровь.

Всё. Это была последняя капля.

– Феликс, может, мне стоит пересмотреть кандидатуру своей правой руки на эту поездку? И взять с собой не тебя, а, например… Михаила?

Ухмылка с лица Петрова исчезла мгновенно. Веселье в глазах сменилось яростью.

– НИ ЗА ЧТО, БЛЯДЬ! – рявкнул он, ударив кулаком по своему колену. – Мне нужно быть там. Я должен убить этого ублюдка и отомстить за Еву.

– Тогда закрой свой чёртов рот и не беси меня.

Феликс что-то несвязно пробормотал себе под нос и резко отвернулся к окну. Мы больше не разговаривали до самого пентхауса. Игорь, к счастью, вел машину молча, не рискуя больше встревать. Городские огни за окном мелькали, но я их не видел. Перед глазами были только узкие улочки Стамбула и лицо человека, которого я скоро убью.

Машина плавно остановилась у входа в здание. Игорь вышел первым, открывая для меня дверь. Я вылез из машины, разминая затёкшую шею. Феликс выскользнул следом, всё ещё с каменным лицом, и направился к лифту, не говоря ни слова. Мы поднялись в том же гнетущем молчании. Когда двери лифта открылись, прямо в холле пентхауса, нас встретила Мария.

– Господин Викторов, – она склонила голову с привычной учтивостью. – Чем могу помочь?

– Где Лиана? – коротко бросил я, проходя мимо неё в гостиную. Голова гудела от напряжения и сдерживаемой злости на Феликса.

– В своей комнате, господин. Разговаривает с подругой по телефону.

Я молча кивнул и направился по коридору. Каждый шаг отдавался глухим стуком в висках. Мне нужно было просто сообщить ей о поездке и уйти, но даже эта простая задача вызывала раздражение. Когда до двери оставалось несколько шагов, я услышал её голос. Он доносился через приоткрытую щель – тихий, с какими-то надломленными нотками. Что-то в её тоне заставило меня сбавить шаг и, чисто инстинктивно, прислониться к стене, скрываясь в тени.

– Эй, у нас не было секса! – вдруг выкрикнула она.

Последовала короткая пауза.

А потом совсем тихо, почти шёпотом, с ноткой смущения, которое я скорее почувствовал, чем услышал:

– Ну… почти.

Кровь отхлынула от лица и прилила обратно. Мозг, до этого зацикленный на Турции и Крусе, заработал в совершенно ином направлении.

С кем чёрт возьми?

Я начал перебирать варианты.

Охрана? Исключено. Каждый из них уже стоял бы передо мной на коленях, умоляя о быстрой смерти. Кто-то из персонала? Смешно. Они боятся собственной тени. Посторонний? Невозможно. Парни никого не пропустили бы и доложили мне в ту же секунду.

Я мысленно прокрутил последние дни. Всё это время она была здесь. Взаперти.

И оставался только один человек.

Один мужчина, с которым она оставалась наедине в этих стенах.

Осознание не вызвало гнева. Наоборот. Напряжение в плечах ушло. Уголки губ сами собой дёрнулись вверх.

Глава 10. Лиана

Я сидела на кровати, обхватив колени руками, и смотрела в панорамное окно. Но не видела ни машин, ни огней, ни улиц. Прошло уже три дня, а я всё прокручивала в голове ту ночь. Не столько его прикосновения, сколько-то, как он потом просто ушёл. И с тех пор – ни слова.

– Мил, я не знаю, что мне делать, – пробормотала я, водя пальцем по мягкому пледу.

– Для начала не хочешь рассказать, как всё это произошло? – в голосе подруги звучала весёлая провокация. – Ты случайно шла по коридору и… упала на его член?

– Эй! У нас не было секса! – выкрикнула я, но тут же осеклась, инстинктивно оглянувшись на дверь. Слишком громко. В этом доме даже у стен есть уши. Я понизила голос до смущённого шёпота: – Ну… почти…

Тишина на том конце провода была красноречивее любых слов.

– А ты этого хочешь? – тон Милены резко стал серьёзным.

Я закусила губу. Этот вопрос был слишком сложным.

Хочу ли я? Часть меня, та, что помнила его жар и настойчивость, кричала «да». Но здравый смысл трубил об опасности.

– Я… я не знаю, – честно призналась я. – Артём меня привлекает, безусловно, но… он опасен, Мил. По-настоящему. И дело не в деньгах или власти, а в нём самом.

– Забудь про все эти «но», – отрезала подруга. – Ты заслужила счастья, детка. И хорошего члена, – добавила она с хриплым смешком.

– Милена! – я рассмеялась искренне, и на мгновение плечи расслабились. Она всегда умела развеселить меня, даже в самых сложных ситуациях.

Но смех замер на губах. Я услышала тихий скрип двери, и краем глаза уловила движение. Рука с телефоном застыла на полпути к уху. Мышцы живота непроизвольно сжались. Сердце пропустило удар, а потом заколотилось быстро-быстро. Я медленно повернула голову.

В дверном проёме стоял Артём.

Помяни дьявола.

Он небрежно прислонился к косяку, но в этой позе не было ничего расслабленного. Я видела, как напряжены его плечи под тонкой тканью рубашки. А в его глазах читалась смесь насмешки, интереса и… чего-то ещё, отчего у меня перехватило дыхание, а сердце сорвалось с места и забилось где-то в горле.

Как давно? Сколько он там стоит? Минуту? Пять? С самого начала разговора?

– Перезвоню тебе, – бросила я в трубку, пальцы сами нажали на отбой.

Первым желанием было вжаться в кровать и притвориться мебелью. Но злость на саму себя взяла верх.

– Артём, а ты не слышал, что нужно стучаться перед тем, как заходить?! – язвительно прошипела я.

– А ты что-то скрываешь от меня? – он оттолкнулся от косяка и двинулся ко мне. На его губах играла лукавая усмешка.

– Нет, конечно! – фыркнула я, вскинув подбородок. – Но я могла тут быть… голая! – выпалила я первое, что пришло в голову.

Какая глупость!

– Серьёзно? – он провокационно выгнул бровь, останавливаясь в паре шагов.

Я почувствовала, как предательски краснеют не только щёки, но и шея. Не выдержав его насмешливого взгляда, резко встала с другой стороны кровати и отошла к окну, вцепившись пальцами в подоконник.

– Ты что-то хотел, Артём? – спросила я, не оборачиваясь.

Голос прозвучал на удивление ровно. Я даже сама почти поверила в своё безразличие.

Пауза затянулась ровно настолько, чтобы я начала нервничать ещё сильнее.

– Вообще-то, да, – его голос прозвучал так близко, что я вздрогнула. Он стоял за моей спиной. – Собирай вещи. Мы уезжаем.

Я резко обернулась.

Мы не виделись несколько дней. Он явно избегал меня! И это всё, что он скажет мне?!

Ни объяснений, ни… ничего.

Уф! Как же бесит.

– «Мы»? – переспросила я, вкладывая в это слово максимум яда. – С какой это стати «мы»? Ты исчезаешь, а потом просто являешься и командуешь?

Я сделала шаг к нему, сокращая дистанцию, отказываясь быть жертвой. Только сейчас я заметила тёмные круги у него под глазами, а сам вид у него был какой-то взбудораженный, нервный. Он выглядел так, словно не спал несколько суток.

– Что-то случилось? – спросила я, и сама удивилась, что в голосе прозвучало искреннее беспокойство, несмотря на раздражение.

Он проигнорировал мой вопрос, обошёл меня и подошёл к журнальному столику. Налил в стакан воды и осушил его одним глотком.

– Просто собери свои вещи, Лиана. У нас вылет через полтора часа, а нам ещё нужно добраться до аэропорта.

– Куда? Зачем? – протараторила я в шоке. Голова шла кругом. – Артём, я никуда не полечу, пока ты мне не объяснишь, что, чёрт возьми, происходит!

– Ты можешь хотя бы раз не задавать вопросов, а просто делать, что я тебе говорю?! – рявкнул он, явно теряя терпение.

Я инстинктивно отшатнулась от его крика, а потом меня накрыло.

– А ты можешь не быть таким придурком?! Я не твоя вещь, которую можно поставить на полку, а потом достать, когда тебе вздумается! Я человек! И я заслуживаю хотя бы капли уважения!

Артём негромко выругался по-русски, проведя рукой по волосам. Затем с видимым усилием сжал переносицу и сделал глубокий вдох, как будто пытаясь успокоиться.

– Мы улетаем в Турцию, – процедил он сквозь зубы, будто каждое слово причиняло ему физическую боль. – У меня там кое-какие дела по работе.

– По работе? – я недоверчиво хмыкнула. – Прекрасно. А я тебе там зачем? – всё не унималась я, скрестив руки на груди. – В качестве мебели? Или моральной поддержки? Или как кукла, которая будет держать тебя за руку на встречах с партнерами?

– Какие же вы все сложные! Хочешь знать, зачем ты мне там? Потому что я так сказал.

– Нет!

– Хорошо, – он вдруг стал совершенно спокойным, и от этого мне стало не по себе. – Мне плевать. Оставайся здесь, если хочешь. У тебя пять минут, чтобы спуститься к машине. Потом я уезжаю. С тобой или без.

Он замолчал, переводя взгляд на окно. Я стояла посреди спальни, чувствуя, как злость борется внутри с растерянностью.

Ублюдок! Он просто поставил ультиматум, уверенный, что я прибегу, как послушная собачка.

И всё же… что-то было не так. Даже сквозь злость я не могла не заметить его поспешность и нервозность, которую он пытался скрыть.

Я закусила губу.

Остаться здесь и ждать, когда он вернётся? Или поехать?

Перспектива вырваться из этих стен, увидеть Турцию, море, пусть даже на его условиях, казалась невероятно заманчивой.

Когда у меня ещё будет такая возможность?

«К чёрту гордость!» – решила и почти бегом направилась в гардеробную.

– А что мне взять с собой? – крикнула, лихорадочно соображая, какая одежда может понадобиться в Турции. – Ты можешь хоть сказать, насколько мы летим туда?!

Но ответом мне была тишина. Я замерла прислушиваясь. Ни звука. Выглянув из гардеробной, я обнаружила, что комната пуста. Артёма уже не было.

«Ну и ладно, – подумала я, пожимая плечами. – Если что сам виноват!»

Я вытащила из шкафа небольшой чемоданчик и начала сбрасывать туда вещи. Хватала то, что казалось подходящим: пара лёгких платьев, шёлковые блузки, джинсы и юбки. На всякий случай добавила два разных купальника и лёгкий кашемировый кардиган.

Когда чемодан был почти полон, я остановилась и задумалась, что мне надеть сейчас, рассматривая ряды дизайнерской одежды. Взгляд упал на короткое, облегающее платье цвета морской волны. Смелое. Почти вызывающее. Идеально.

Не раздумывая, я быстро переоделась. Ткань приятно скользнула по коже, плотно облегая фигуру и открывая ноги. Я повертелась перед огромным зеркалом.

– Отлично, мне нравится, – улыбнулась своему отражению, чувствуя себя уверенно и… соблазнительно.

Взяв небольшую сумочку и чемодан, я отправилась на выход. В гостиной застала Артёма и Феликса. Они о чём-то напряжённо беседовали вполголоса, склонившись над столом. На нём лежали несколько фотографий незнакомых мужчин и план какого-то большого здания, обведённый по периметру. Феликс постукивал пальцем по одному из фото, а Артём хмуро кивал.

Остановилась в дверном проёме, давая им секунду. А потом сделала шаг вперёд, и каблуки моих туфель отчётливо цокнули по полу.

– Я готова.

Оба мужчины тут же подняли головы. Но вот их реакция была, мягко говоря, странной. Феликс окинул меня взглядом с ног до головы, и на его губах появилась довольная, понимающая ухмылка. Он оценил. А вот Артём… Его лицо в мгновение ока потемнело. Челюсти сжались, а в глазах вспыхнули такие гневные искорки, что я невольно сделала крошечный шаг назад.

– Blyad', Лиана, в какую, по-твоему, страну ты летишь?! – прошипел он так тихо, что это прозвучало страшнее любого крика. Он напряжённо сжал руки, будто боролся с желанием что-то сломать.

– Ты вроде сказал в Турцию, – ответила я, с трудом сохраняя самообладание. – Что не так? Боишься, я опозорю тебя своим видом?

Что, чёрт возьми, ему не понравилось на этот раз?

– Ты издеваешься? – гневно прошипел он, качая головой от недовольства. – Мы летим в мусульманскую страну! А не на пляжную вечеринку в Майами!

Артём бросил на меня испепеляющий взгляд, резко развернулся и молча направился к выходу, оставив меня с разинутым ртом, похожим на букву «О».

– Не обращай на него внимания, – усмехнулся Феликс, подмигнув мне. В его глазах плясали весёлые чертики.

Он легко подхватил мой чемодан и посеменил вслед за своим боссом. Мне ничего не оставалось делать, кроме как кипя от негодования, пойти за ними.

Спустя полчаса, которые я провела, нервно теребя ремешок сумочки и гадая, что происходит в голове у Викторова, мы, наконец, прибыли в аэропорт. Весь путь сюда Артём не проронил ни слова, листал сообщения с такой яростью, что, казалось, телефон вот-вот треснет. Я решила не лезть на рожон, надеясь, что он остынет.

Мы подошли к трапу небольшого, но явно баснословно дорогого частного самолёта. Увидев его, я не смогла сдержать колкого комментария.

– Ну конечно! Свой самолёт. Не удивлюсь, если у тебя где-нибудь припрятан и собственный остров.

Артём даже не повернул головы, прошёл мимо, словно меня и вовсе не существовало, и начал подниматься по трапу. Я недовольно фыркнула. Задрав подбородок, я демонстративно пошла следом, покачивая бёдрами чуть сильнее, чем нужно.

– Blyad'! – раздался его возмущённый голос уже с порога салона. Он обернулся, но смотрел не на меня, а на своего друга внизу. – Феликс, закажи для неё подходящую одежду! Что-нибудь закрытое.

– Может, сразу паранджу закажешь? – выплюнула я ему в спину.

Пройдя внутрь роскошного салона самолёта, я демонстративно выбрала место у окна и с вызывающим видом плюхнулась в мягкое кресло. Мужчины переговорили о чём-то с пилотом, после чего устроились сами. Феликс разместился в кресле с противоположной стороны, наблюдая за нами с откровенным любопытством. А Артём, как назло, сел напротив.

– Ты думаешь, это игра, Лиана?

– А разве нет? – я посмотрела ему прямо в глаза. – Ты устанавливаешь правила, я пытаюсь в них выжить. Очень увлекательная игра.

– Перестань меня провоцировать.

– А ты перестань быть тираном, – отрезала я. – Может, тогда и провоцировать не придётся.

Я выдержала взгляд Викторова ровно три секунды, а затем окинула его самым презрительным видом, на какой была способна. Достав из сумочки телефон и наушники, я включила музыку на полную громкость и отвернулась к иллюминатору. Стараясь успокоить свой разум и бешено колотящееся сердце, я закрыла глаза.

«Придурок! – с досадой подумала про себя. – Как я вообще могла почувствовать к нему хоть какое-то желание?! Ненавижу его!»

Мерный гул двигателей и лёгкое покачивание сделали своё дело. Незаметно для себя я уснула, провалившись в беспокойный, рваный сон, в котором Артём был везде. Вот он холодно смотрит из другого конца салона, а в следующий миг его губы обжигают мою шею. Фантомное тепло его рук на талии, хриплый шёпот у самого уха – всё это было одновременно отвратительно и до предательства волнующе.

Резкий толчок вырвал её из этого марева. Последний обрывок сна – ощущение его пальцев, сжимающих плечо, – был настолько реальным, что я невольно дёрнулась. Открыв глаза, увидела перед собой не спинку кресла, а гладкий потолок.

Я лежала на широкой, невероятно удобной кровати, укрытая тёплым кашемировым пледом до самого подбородка. Мерный, низкий гул двигателей никуда не делся. Сомнений не было: я всё ещё в самолёте. Просто… в другой его части.

Как я здесь оказалась? Артём перенёс меня сюда?

Я резко села, отбрасывая плед. Мысль, что он нёс меня на руках, пока я спала, прикасался ко мне… вызвала дрожь.

Вскочив с кровати на мягкий ковёр, я огляделась. Просторная спальня, всё в приглушённых бежевых тонах. И на тумбочке лежал мой телефон. Схватив его холодный корпус, я увидела на экране время – четыре утра по Нью-Йорку. Мы летели уже несколько часов.

Заметив дверь в стене, я направилась к ней. Как и следовало ожидать, там оказалась не просто уборная, а роскошная ванная комната. Широкое зеркало, стопка пушистых белых полотенец, набор дорогой косметики в одинаковых флаконах без этикеток. Всё дышало богатством.

Я включила воду и с силой плеснула ледяной водой в лицо. Раз другой. Пытаясь смыть с себя не столько остатки сна, сколько это странное ощущение.

Зачем Артем играет со мной? То он готов испепелить меня, то заботится, чтобы мне было удобно. Он сумасшедший? Или это я схожу с ума, пытаясь найти логику?

Подняв голову, я заставила себя посмотреть в зеркало. Бледное лицо, тёмные круги под глазами, растрёпанные волосы. Я выглядела так, как себя чувствовала – разбитой и потерянной. Мы еще даже не долетели, а я уже теряю себя.

«Ну, здравствуй, новая роскошная жизнь», – криво усмехнулась я своему отражению.

За дверью послышались приглушённые шаги. Я замерла прислушиваясь. Ручка двери медленно повернулась с тихим щелчком, и на пороге появился Артём. Он был в идеально скроенном костюме, но волосы были слегка влажные, а под глазами ещё сильнее залегли тени.

– Уже проснулась, хорошо, – произнёс он ровным тоном. Его взгляд скользнул по мне, на миг задержавшись на помятом платье. – Мы скоро приземляемся.

– И тебе доброе утро, мистер солнышко, – саркастично фыркнула. – Решил проверить, не сбежала ли я через иллюминатор?

Моя дерзость его нисколько не задела.

– Жду тебя в салоне, – бросил он и, не дожидаясь ответа, закрыл за собой дверь.

Что с ним не так? Спокойный Артём был куда опаснее злого. С таким не угадаешь, чего ждать.

Глубоко вдохнув, я кивнула своему отражению.

Хорошо, Викторов. Посмотрим, кто кого.

Вернувшись в спальню, я схватила свой телефон и с высоко поднятой головой вышла из спальни.