Текст книги "Подсказка для спящей красавицы"
![](/books_files/covers/thumbs_240/podskazka-dlya-spyaschey-krasavicy-72401.jpg)
Автор книги: Нора Робертс
Жанр: Зарубежные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
5
Поначалу предложение Сибил о страсти как трамплине для медитации вызвало у Лейлы улыбку, но идея оказалась удачной. Даже лучше, чем обычный метод отстранения на занятиях йогой. Следуя указаниям, она вдыхала в себя страсть – втягивая пупок к позвоночнику, – а выдыхала напряжение и стресс. Фокусировалась на «щекотке в животе», как сформулировала это Сибил. Погружалась в нее.
И где-то между смехом, дыханием и щекоткой расслабилась настолько, что услышала биение собственного пульса. Но это было только начало.
Спала она крепко, без сновидений, и проснулась свежей. И, как ни странно, полной энергии и сил. Видимо, медитация не слишком утомила ее.
Фокс был в суде, в конторе у руля осталась Элис, и появляться на работе до обеда не имело смысла. Есть время присоединиться к расследованию, которое проводят Сибил и Куин, подумала она, стоя под душем. Внести вклад в поиск ответов. Она еще не добавила происшествие на площади в свою схему и не записала общий с Фоксом сон.
Лейла надела джинсы и свитер – после обеда она сменит их на костюм «секретаря Лейлы». И это – нельзя не признать – было приятно. Хорошо, когда нужно одеваться на работу, выбирать наряд и аксессуары. Конечно, в те несколько недель, что прошли между отъездом из Нью-Йорка и выходом на работу в офис Фокса, она была занята. Требовалось многое пересмотреть, изменить, преодолеть серьезные препятствия. Но Лейла скучала по работе, ей не хватало сознания, что в определенном месте в определенное время кто-то ждет от нее выполнения определенных обязанностей.
И еще – хоть это и тщеславие – ей не хватало предлога, чтобы надеть пару шикарных туфель.
Она вышла из комнаты, намереваясь выпить кофе на кухне, и услышала стук клавиш компьютера, доносившийся из кабинета, в который они превратили четвертую спальню.
На стуле, скрестив ноги, сидела Куин и печатала. Длинные белокурые волосы собраны в «хвост», голова слегка покачивается, словно в такт беззвучной музыке.
– Я не слышала, как ты вернулась.
– Только что. – Куин еще несколько раз ударила по клавишам, затем подняла голову. – Заскочила в тренажерный зал, сожгла несколько сотен калорий, возместила их огромной булочкой с черникой в кафе, но, кажется, все еще не отошла от потрясающего секса, которым наслаждалась ночью. Выпила кофе, приняла душ и теперь печатаю соображения Сибил по поводу вашего сна. – Куин потянулась. – И по-прежнему чувствую в себе силы пробежать Бостонский марафон.
– Должно быть, классный был секс.
– Ты не представляешь. – Куин поерзала и громко и откровенно рассмеялась. – Утверждение, что любовь улучшает секс, всегда казалось мне выдумкой любовных романов. Но теперь я сама – живое и в высшей степени удовлетворенное подтверждение. Ладно, хватит обо мне. Ты-то как?
Даже если бы она не проснулась отдохнувшей и свежей, подумала Лейла, две минуты в компании Куин зарядили бы ее энергией.
– В высшей степени удовлетворенной я себя назвать не могу, но довольно бодрая. Сибил встала?
– На кухне. Утренний кофе и газеты. Мы виделись, и она что-то пробормотала об успехах, которые ты сделала вчера с Фоксом.
– Она упоминала о том, что мать Фокса обнаружила нас целующимися в шкафу?
Голубые глаза Куин широко раскрылись.
– Сибил не вдавалась в подробности. Расскажи.
– Уже рассказала.
– Мне нужны детали.
– А мне кофе. Сейчас вернусь.
Вот чего еще ей не хватает, поняла Лейла. Болтовни с подругами о забавных подробностях личной жизни.
На кухне Сибил грызла половину рогалика и читала разложенную на столе газету.
– Ни одного упоминания о воронах в сегодняшнем номере, – объявила она при виде Лейлы. – Очень странно. Вчера короткая статья, скудная на подробности, и никакого продолжения.
– Типично, правда? – Лейла задумчиво налила кофе. – Никто не обращает особого внимания на происходящие здесь события. А если появляются статьи, вопросы, интерес, то все быстро проходит или превращается в слухи.
– Даже сами участники событий, местные жители, обходят их молчанием. Или просто забывают.
– А некоторые слишком хорошо помнят. – Лейла остановила свой выбор на йогурте, достала из холодильника упаковку. – Например, Элис Хоубейкер.
– Удивительно. Как бы то ни было, тут больше нет сообщений о нападениях животных или странных происшествиях. Во всяком случае, сегодня. Хорошо. – Лениво пожав плечами, Сибил принялась складывать газету. – Я собираюсь проследить пару очень тонких ниточек к возможному месту, где Энн Хоукинс скрывалась два года. Никак не могу понять, – раздраженно прибавила она. – В шестнадцатом веке тут было не так уж много народу. Какого черта я не могу найти тех, кто мне нужен?
К полудню Лейла уже сделала все, что могла, помогая подругам. Потом переоделась в серые брюки и туфли на высоком каблуке, чтобы после обеда идти на работу.
По дороге в контору Фокса она заметила, что в магазине подарков вставлены новые витрины. Отец Кэла был добросовестным домовладельцем, любившим свой город. А еще она заметила объявление о распродаже по случаю закрытия магазина.
Проклятье, подумала Лейла. Люди строили или пытались построить свою жизнь, а она рушилась безо всякой вины с их стороны. Некоторые так и оставляли ее лежать в руинах, утратив надежду и волю, чтобы начать все заново, другие закатывали рукава и восстанавливали разрушенное.
В кафе «Ма Пантри» тоже вставили новые окна – как и в других домах и магазинах. Люди в застегнутых на все пуговицы или на молнию куртках входили в дома и выходили из них. Люди остались. Лейла увидела мужчину в потертой джинсовой куртке и с инструментами на поясе, который менял дверь книжного магазина. Вчера, подумала она, дверь была поцарапанной, окна разбитыми. Теперь все будет как новенькое.
Многие остаются, снова подумала она. А другие берут в руки инструменты и помогают им навести порядок.
Мужчина оглянулся, поймал ее взгляд, и на его лице появилась улыбка. Сердце Лейлы замерло – от удовольствия и удивления. Улыбка Фокса. На мгновение ей показалось, что это галлюцинация, но потом Лейла вспомнила. Его отец плотник. Отец Фокса меняет дверь книжного магазина и улыбается ей с противоположной стороны Мейн-стрит.
Не останавливаясь, Лейла приветственно помахала ему. Разве не любопытно узнать, как Фокс будет выглядеть через двадцать лет?
Потрясающе.
Посмеиваясь про себя, она вошла в контору Фокса и сменила Элис.
Фокс тоже отсутствовал, и поэтому Лейла поставила диск Мишель Грант и принялась за работу, которую оставила ей Элис, приглушая музыку, когда звонил телефон.
Через час она убрала все со стола, внесла дополнения в рабочий график Фокса. Шкаф и ящики письменного стола Лейла решила пока не трогать, посчитав их владениями Элис.
Поэтому она достала из сумки книжку и стала читать одну из версий местной легенды о Языческом камне.
Перед ее мысленным взором возникла поляна в лесу. Мрачный серый камень, похожий на алтарь, возвышался над выжженной землей. Основательный, подумала она, листая страницы книги. Прочный и древний. Неудивительно, что ему дали такое имя – казалось, камень создали боги для поклонения тому, что было для них священным.
Центр силы, но не на вершине горы, а в тихом, сонном лесу.
В книге не обнаружилось ничего нового – маленький поселок пуритан, который потрясли обвинения в колдовстве, трагический пожар, внезапная буря. Лучше бы она взяла с собой один из дневников Энн Хоукинс, но выносить их из дома Лейле почему-то казалось неправильным.
Отложив книгу, она попыталась что-нибудь найти в Интернете. Тоже ничего нового. Лейла продолжала поиски, хотя нисколько не сомневалась, что Куин и Сибил справились бы гораздо лучше. Ее конек – упорядочивание информации, выстраивание логической цепочки. Но в данный момент новых данных просто не было.
Раздраженная Лейла подошла к выходящему на улицу окну. Нужно найти какое-то дело, чем-то занять руки и мозг. Немедленно.
Решив позвонить Куин и попросить какое-нибудь задание, пусть самое мелкое, Лейла отвернулась от окна.
У двери стояла женщина, сложив руки на животе. Темно-серое платье с длинной юбкой, длинными рукавами и высоким воротом. Золотистые волосы собраны в узел на затылке.
– Я знаю, что такое беспокойство, когда места себе не находишь, – произнесла она. – Я никогда не могла долго сидеть без дела. Он говорил мне, что отдых полезен, но мне было так трудно ждать.
Призрак, подумала Лейла. Почему к ней приходит призрак, если всего несколько минут назад она размышляла о богах?
– Энн?
– Ты знаешь. Ты все еще учишься доверять себе и своему дару. Но ты знаешь.
– Скажи, что мне делать, что всем нам делать, чтобы его остановить, уничтожить?
– Это не в моей власти. И даже не в его, того, кого я люблю. Ты сама должна понять – ты часть всего этого, часть меня.
– Во мне сидит зло? – Сердце Лейлы замерло от страха. – Ты можешь мне сказать?
– Все в твоих руках. Ты чувствуешь красоту настоящего? Наслаждаешься им? – Радость и печаль отражались на лице Энн, в ее голосе. – Оно движется, от секунды к секунде, меняется. И ты должна меняться вместе с ним. Если ты способна заглядывать в душу и разум других людей, понимать, где правда, а где ложь, неужели ты не можешь найти ответы в себе самой?
– Да, конечно, но вопросов становится все больше. Скажи, куда ты ушла перед той ночью, когда у Языческого камня случился пожар?
– Жить – как он просил. Дать жизнь тому, что не имеет цены. Они были моей верой, моей надеждой, моей истиной, порождением любви. Теперь ты моя надежда. И ты не должна отчаиваться. Он всегда надеялся.
– Кто? Джайлз Дент? – Фокс, поняла Лейла. – Ты имеешь в виду Фокса.
– Он верит в справедливость, в упорядоченность вещей. – Теперь улыбка Энн светилась любовью. – Это его сила и одновременно слабость. Помни о том, что оно ищет слабости.
– Что я могу… Черт! – Энн исчезла, и раздался телефонный звонок.
Нужно все это записать, подумала Лейла, торопясь к столу. Мельчайшие подробности, каждое слово. Черт возьми, теперь у нее есть занятие.
Она протянула руку к телефону. И схватила шипящую змею.
Испуганно вскрикнув, Лейла отбросила от себя черный клубок. Потом попятилась, едва сдерживая крик; змея свернулась кольцом, словно кобра, и смотрела на нее щелочками глаз. Потом опустила голову и поползла к Лейле. Лейла шагнула к двери, мысленно повторяя молитвы, которые только могла вспомнить. Глаза змеи зажглись красным огнем, и длинное тело молнией метнулось к двери, загораживая выход.
Лейла услышала свое бурное дыхание, почувствовала ком в горле. Ей хотелось бежать, но страх повернуться к змее спиной был слишком силен. Черные кольца начали разворачиваться, медленными волнообразными движениями, дюйм за дюймом, тянуться к ней.
Змея как будто становилась длиннее. О, боже, боже. Черная кожа гадины блестела. Лейла продолжала пятиться, пока не уперлась спиной в стену. Шипение стало громче. Больше бежать некуда.
– Ты не настоящая. – Сомнение в голосе было слышно даже ей самой, и змея продолжала наступать. – Не настоящая, – повторила Лейла, силясь унять дрожь. Смотри на нее, приказала она себе. Смотри и увидь. Пойми. – Ты не настоящая. Ублюдок.
Стиснув зубы, Лейла отделилась от стены.
– Давай. Ползи, нападай – ты не настоящая. – Произнося последнее слово, Лейла шагнула вперед, пронзив острым каблуком блестящее черное тело змеи. Ужас и отвращение на секунду захлестнули ее – ей показалось, что она чувствует сопротивление и видит выступившую из раны кровь. Потом, надавив изо всех сил, ощутила ярость змеи и, что еще приятнее, боль.
– Да, вот так. Вот так. Мы уже делали тебе больно и сделаем еще не раз. Убирайся к дьяволу…
Змея атаковала. На секунду, на одну ослепляющую секунду Лейла почувствовала боль. И опустилась на четвереньки. Но не успела подняться, приготовиться к схватке – змея исчезла.
Лейла поспешно закатала брючину, ища след от укуса. Гладкая, неповрежденная кожа. Боль тоже не настоящая, подумала она, подползая к сумке. Демон заставил ее почувствовать боль – на это у него хватило сил. Но не на реальную рану. Дрожащими руками она достала из сумочки телефон.
В суде, Фокс в суде, вспомнила Лейла. Не может приехать, не может помочь. Она нажала клавишу быстрого набора, на которой был запрограммирован номер Куин.
– Приезжай, – попросила она, услышав голос подруги. – Приезжай скорее.
– Мы уже были в дверях, когда ты позвонила, – сказала Куин. – Ты не отвечала ни по сотовому, ни в конторе.
– Телефон звонил. – Лейла сидела на диване в приемной. Она уже отдышалась и почти перестала дрожать. – Звонил, но когда я сняла трубку… – Она взяла бутылку воды, принесенную Сибил из кухни. – То швырнула ее туда.
Сибил подошла к столу и подняла трубку телефона с базы.
– Она здесь.
– Потому что я ее так и не взяла, – медленно произнесла Лейла. – Я вообще ничего не брала. Он заставил меня так думать.
– Но ты чувствовала.
– Не знаю. Слышала. Видела. Думала, что чувствую. – Она посмотрела на свою руку и не смогла сдержать дрожь.
– Кэл приехал. – Сибил выглянула из окна.
– Мы ему позвонили. – Куин погладила руку Лейлы. – Подумали, что неплохо бы собрать всех.
– Фокс в суде.
– Понятно.
Вошел Кэл, и Куин, сидевшая на корточках перед Лейлой, встала.
– Как вы? Никто не пострадал?
– Никто не пострадал, – не отрывая взгляда от Кэла, Куин положила руку на плечо Лейлы. – Только она напугана.
– Что случилось?
– Мы как раз и собираемся выяснить. Фокс в суде.
– Я пытался ему позвонить, но ответила голосовая почта. Не стал оставлять сообщение. Подумал, что за рулем ему вредно волноваться. Гейдж уже выехал. – Кэл подошел, погладил руку Куин и сел на диван рядом с Лейлой.
– Что тут случилось? Что с тобой?
– Посетители из обеих команд.
Она рассказала о появлении Энн Хоукинс, делая паузы, когда Куин достала диктофон, потом еще раз, когда вошел Гейдж.
– Говоришь, слышала ее голос?
– Да, мы разговаривали. Прямо тут. Я и женщина, которая мертва уже три с половиной столетия.
– Она действительно разговаривала с тобой?
– Я же сказала… Господи, ну и дура же я. – Лейла поставила бутылку с водой, прижала пальцы к глазам. – Я должна жить настоящим, видеть то, что происходит теперь, но не сделала этого. Забыла.
– Наверное, ты очень удивилась, увидев у своего стола давно умершую женщину? – Сибил попыталась ей помочь.
– Я мучилась бездельем, хотела чем-то себя занять. Постойте, дайте подумать. – Лейла закрыла глаза, вспоминая. – В моей голове, – прошептала она, – голос звучал у меня в голове, я почти уверена. То есть это была телепатическая связь с умершей женщиной. Час от часу не легче.
– Похоже, Энн просто пыталась тебя подбодрить, – заметил Гейдж. – Никакой информации, только совет использовать свои способности ради общего дела.
– Может, именно это мне и нужно было услышать. Потому что ее поддержка мне очень пригодилась, когда появился еще один гость. Зазвонил телефон. Наверное, ты. – Она посмотрела на Куин. – Потом…
Дверь открылась, и в приемную вбежал Фокс.
– Кто-то устраивает вечеринку, и… Лейла. – Он двигался так стремительно, что Куин пришлось отскочить. – Что случилось? – Фокс взял Лейлу за руки. – Змея? Проклятье. Но ты в порядке? – Не дожидаясь ответа, он потянул вверх штанину ее брюк.
– Перестань. Не надо. Все нормально. Дай рассказать. Не читай мои мысли.
– Прости, но мне теперь не до соблюдения протокола. Ты была одна. Ты могла…
– Прекрати, – скомандовала Лейла и высвободила руки, стараясь отгородить от него свои мысли. – Перестань. Я не смогу тебе доверять, если ты будешь лезть ко мне в голову. И не буду доверять.
Фокс отступил – во всех смыслах.
– Отлично. Отлично. Я слушаю.
– Сначала появилась Энн Хоукинс, – начала Куин. – Но мы тебя потом просветим. Лейла только что закончила рассказывать.
– Тогда давай дальше.
– Зазвонил телефон, – продолжила Лейла и рассказала, что с ней произошло.
– Ты причинила ему боль, – кивнула Куин. – Это хорошая новость. И туфли у тебя классные.
– Мои любимые.
– Но ты чувствовала боль. – Сибил указала на лодыжку Лейлы. – И это плохо.
– Только на секунду, и я не знаю – честное слово, – была ли это боль или просто ожидание боли и паника. Я и так была напугана, а тут еще змея. Я тяжело дышала и никак не могла успокоиться. Наверное, грохнулась бы в обморок, но боялась, что змея будет ползать по мне, пока я буду лежать в отключке. Я их боюсь.
– Змей? – вскинула голову Сибил. – У тебя офидиофобия? Страх змей, – объяснила она, поймав удивленный взгляд Лейлы.
– Она специалист в таких вещах, – гордо объявила Куин.
– Не знаю, страх ли это. Просто мне они не нравятся… Да, я боюсь змей, всяких ползучих тварей.
Сибил посмотрела на Куин.
– Помнишь гигантского слизняка в обеденном зале гостиницы в день ее приезда?
– Использует ее страхи. Отлично, Сиб.
– И пауки, когда вы вчетвером пошли на танцы. – Сибил вскинула бровь. – Ты же боишься пауков, Куин.
– Да, но это скорее отвращение, чем страх.
– Именно поэтому я и не сказала, что у тебя арахнофобия.
– Значит, Фокс, – предположил Кэл.
– Нет. Я не люблю пауков, но…
– А кто не пошел смотреть мультфильм «Арахнофобия»? Кто визжал, как девчонка, когда паук-волк заполз на спальный мешок…
– Ради бога, мне было всего двенадцать. – Фокс сунул руки в карманы; вид у него был раздраженный и одновременно смущенный. – Я не люблю пауков, но это не фобия. У них слишком много ног – в отличие от змей, которые мне даже нравятся. Я только немного побаиваюсь пауков величиной больше моей ладони.
– Именно такими они и были, – согласилась Лейла.
– Точно. – Фокс с шумом выдохнул.
– Она – то есть Энн – сказала, что демон выискивает у нас слабости.
– Пауки и змеи, – предположил Кэл.
– И это все, на что он способен, – закончил Гейдж, и Сибил слабо улыбнулась.
– А чего боишься ты? – спросила она.
– Налоговой службы и женщин, способных произносить такие слова, как офидиофобия.
– У любого человека есть страхи и слабости. – Лейла устало потерла шею. – И демон использует их против нас.
– Нужно сделать перерыв и отвезти тебя домой. – Фокс вглядывался в лицо Лейлы. – У тебя болит голова. По глазам вижу, – поспешно добавил он, заметив, как выпрямилась ее спина. – Я закрываю контору.
– Хорошая идея, – одобрила Куин, опередив пытавшуюся возразить Лейлу. – Вернемся домой. Лейла выпьет аспирин, примет горячую ванну. Сибил что-нибудь приготовит.
– Ты уверена? – сухо спросила Сибил, потом закатила глаза. – Ладно, ладно, приготовлю.
Когда женщины ушли, Фокс остановился в центре приемной и стал внимательно оглядывать помещение.
– Тут ничего нет, дружище, – заметил Гейдж.
– Но было. Мы все чувствовали. – Фокс посмотрел на Кэла, и тот кивнул.
– Да. И никому не пришло в голову, что ей все это почудилось.
– Не почудилось, – согласился Гейдж. – И она справилась. Среди них троих нет слабаков. Это преимущество.
– Она была одна. – Фокс вернулся на место. – Ей пришлось справляться одной.
– Нас шестеро, Фокс. – Кэл старался говорить спокойно и рассудительно. – Мы не можем быть вместе двадцать четыре часа в сутки. Нам нужно работать, спать, жить – ничего не поделаешь. Так будет всегда. Она знает, что к чему.
– Это не хоккейный матч, черт возьми.
– А она не Карли.
После этих слов Кэла все умолкли.
– Она не Карли, – повторил Кэл, уже тише. – В сегодняшнем происшествии твоей вины не больше, чем в том, что случилось семь лет назад. Если ты будешь все время об этом думать, это не принесет пользы ни тебе, ни Лейле.
– Вы не теряли любимого человека, – возразил Фокс. – Вам не понять.
– Мы были здесь, – не согласился Гейдж. – И очень хорошо понимаем, черт возьми. Понимаем. – Он закатал рукав и показал шрам на запястье. – Потому что мы всегда были здесь.
Чистая правда, со вздохом подумал Фокс. И злость прошла.
– Нам нужно придумать систему связи. Чтобы остальные получали сигнал, если кто-то остался один и ему угрожает опасность. Мы должны что-нибудь придумать. А пока, – прибавил он, – мне нужно закрыть контору и снять этот костюм. Потом я хочу пива.
Когда они подъехали к дому, который снимали женщины, подготовка к обеду уже шла полным ходом. Куин вызвалась помогать Сибил.
– Что готовите? – Кэл наклонился, взял Куин за подбородок и поцеловал в губы.
– Не знаю – мне приказано почистить морковь и картошку.
– Сама предложила устроить ужин на шестерых, – напомнила ей Сибил и улыбнулась Кэлу. – Будет вкусно. Тебе понравится. А теперь уходите.
– Кэл может почистить морковь, – возразила Куин.
– Лучше Фокс, – предложил Кэл. – Он умеет обращаться с овощами, поскольку у них дома только их и ели.
– А тебе нужно практиковаться, – не остался в долгу Фокс. – Хочу поговорить с Лейлой. Где она?
– Наверху. Она… – Куин умолкла, увидев, что Фокс просто повернулся и вышел. – Кажется, будет интересно. Жаль, что я пропущу.
Фокс отправился прямо наверх. Он знал расположение комнат второго этажа, потому что помогал заносить мебель, когда женщины вселялись в дом. Дверь в спальню была открыта, и Фокс вошел, обнаружив там Лейлу в бюстгальтере и трусиках.
– Мне нужно с тобой поговорить.
– Уходи. Уходи отсюда. Господи. – Она схватила лежавшую на кровати блузку и прикрылась.
– Это не займет много времени.
– Плевать, сколько времени это займет – я не одета.
– Думаешь, я не видел женщин в нижнем белье? – Увидев, что Лейла молча ткнула пальцем в сторону коридора, Фокс решил пойти на компромисс и отвернулся. – Если стесняешься, закрывай дверь.
– В доме живут одни женщины, и я… Впрочем, неважно.
Фокс услышал шорох одежды, стук ящиков комода.
– Как голова?
– Нормально… То есть прошла. Со мной все в порядке, так что…
– Слезь с пьедестала.
– Прошу прощения?
– Перестань важничать. И выбрось из головы, что я буду извиняться за чтение твоих мыслей. Ты буквально излучала страх, и я не мог его не чувствовать. Все остальное получилось непроизвольно, и это не делает меня Любопытным Томом[11]11
В одной из версий легенды о леди Годиве портной Том ослеп, потому что подглядывал за графиней, которая обнаженной проехала через город Ковентри, чтобы избавить его жителей от непомерных налогов.
[Закрыть].
– Ты способен сдерживать свои инстинкты и все время их контролируешь. Сам мне рассказывал.
– Это немного сложнее, когда плохо людям, которые мне не безразличны. Придется привыкнуть. Кстати, не подумать ли тебе о другой работе?
– Ты меня увольняешь?
Решив, что у нее было достаточно времени, чтобы одеться, Фокс повернулся. Перед глазами у него все еще стоял образ Лейлы в бюстгальтере и трусиках, однако пришлось признать, что в джинсах и свитере она не менее хороша. И в ярости тоже.
– Я предлагаю тебе подумать о другой работе, где ты будешь среди людей, а не одна. Я постоянно отлучаюсь из конторы, а когда миссис Хоубейкер…
– Думаешь, мне нужна нянька?
– Нет. Но в данный момент ты слишком остро реагируешь на мои слова. Я лишь говорю, что ты не обязана возвращаться в контору, если тебе это неприятно. Я пойму и найду кого-нибудь другого.
– Я живу и работаю в городе, который каждые семь лет посещает демон. Так что причин для волнения у меня хватает и без твоих дурацких папок и документов.
– Есть много других работ, где тебе не придется регулярно оставаться одной, разбирая чьи-нибудь папки и документы, и где на тебя не смогут напасть.
– Я сумела себя защитить.
– Не волнуйся, я оценил.
– Не похоже.
– Я не хочу чувствовать себя виноватым, если с тобой что-то случится. Помолчи. – Фокс поднял руку. – Это моя контора, моя ответственность и мои чувства.
Она склонила голову набок – жест, в котором смешались согласие и вызов.
– Тогда ты должен либо уволить меня, либо заткнуться. Выбирай.
– Выберу. Нам нужно придумать какой-то сигнал тревоги, который может достичь одновременно всех. Больше никаких телефонов.
– Вроде сигнала вызова Бэтмена?
Фокс не смог сдержать улыбки.
– Да, это было бы круто. Нужно обсудить.
Они вдвоем вышли из спальни.
– Помирились? – спросил Фокс.
– Более или менее.
Несмотря на протесты Сибил, все остальные собрались на кухне. Ароматы неизвестного блюда витали в воздухе. Пес Кэла, Лэмп, растянулся под столом и мирно похрапывал.
– В доме есть удобная гостиная, – заметила Сибил. – Прекрасно подходит для мужчин и собак, словно специально для них обставлена.
– Сибил никак не смирится с вещами с блошиного рынка. – Куин улыбнулась и с хрустом откусила стебель сельдерея. – Полегчало, Лейла?
– Значительно. Возьму бокал вина и вернусь наверх – записать последнее происшествие. Кстати, зачем вы меня искали? Ты говорила, что не могли дозвониться ни по обычному телефону, ни по сотовому.
– Боже, совсем забыли в этой суматохе. – Куин перевела взгляд на Сибил. – Наш главный исследователь нашел еще одну ниточку к месту, где могла жить Энн Хоукинс после той ночи у Языческого камня.
– В семье Элсуорт, в нескольких милях от поселения, которое было тут в тысяча шестьсот пятьдесят втором году. Они прибыли вскоре после Хоукинсов, месяца через три, насколько мне удалось выяснить.
– Родственники? – спросил Кэл.
– И те, и другие из Англии. Флетчер Элсуорт. Энн назвала одного из сыновей Флетчером. А жена Элсуорта, Хонор, приходилась троюродной сестрой жене Хоукинса.
– Я бы назвала их родственниками, – заявила Куин.
– Место не нашли?
– Работаем, – ответила Сибил. – Я наткнулась на эти сведения потому, что один из потомков Элсуорта был в Вэлли-Фордж вместе с Джорджем Вашингтоном, а один из его потомков, в свою очередь, написал об этом книгу. Я с ним связалась – словоохотливый парень.
– Сиб умеет их разговорить. – Куин снова откусила сельдерей.
– Точно. Он смог подтвердить, что Элсуорты, которыми мы интересуемся, владели фермой к западу от города, в месте, которое называлось Холлоу-Крик.
– Так что осталось… – Куин умолкла, заметив, как изменилось лицо Кэла. – Что? – Она повернулась к Фоксу, на которого смотрел Кэл, и повторила: – Что?
– Кое-кто из местных так называл место, где тридцать три года назад мои родители купили землю. Это наша семейная ферма.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?