Текст книги "Скрепа-фраза в языке"
![](/books_files/covers/thumbs_240/skrepa-fraza-v-yazyke-105853.jpg)
Автор книги: О. Филимонов
Жанр: Языкознание, Наука и Образование
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 11 страниц) [доступный отрывок для чтения: 3 страниц]
1.3. Скрепа-фраза как формальное средство выражения и оформления синтаксической связности
В лингвистической науке двадцатого века получил активное использование термин «конструкция». У Э. Бенвениста, например, этот термин приобретает широкое значение и служит для наименования высшей единицы языка приуровневой стратификации [Бенвенист 1974]. В русистике значительную актуальность имеет понятие «синтаксическая конструкция». Под синтаксической конструкцией следует понимать такое соединение синтаксических элементов, которое характеризуется, с одной стороны, известной целостностью, а с другой стороны, обладает возможностью расчленения на составляющие его части, конструкты. Л. Д. Чеснокова, раскрывая сущность понятия синтаксической конструкции, пишет: «Конструкция – это синтаксическая единица – структура, компоненты которой находятся в определенных смысловых отношениях друг к другу, образуя некоторое смысловое и грамматическое единство» [Чеснокова 1980: 100].
С точки зрения функционального синтаксиса термин «конструкция» является значительно более широким. Тем не менее основные образующие ее факторы остаются прежними: синтаксическая структура и средства ее оформления, однако задействованные на более высоких синтаксических ярусах, таких, как организация высказывания. В этом аспекте основные союзные средства иногда приобретают новую функцию, которую можно назвать юнкционной. Это, в первую очередь, касается тех союзных и аналогичных им образований, которые, не оформляя грамматические связи внутри формально организованного синтаксического образования предложенческого уровня, тем не менее формируют грамматику более сложной конструкции, которую принято называть текстовой. Часто синтаксические образования такого рода считаются служебными, и противопоставляются полнозначным словам, так как они «являются членами предложения и/или могут быть употреблены самостоятельно в качестве слова-предложения, формируют самостоятельные части речи. Слова, лишенные таких возможностей, принадлежат к служебным частям речи» [Белошапкова 1999: 596].
Синкретический характер этих конструкций обычно осознается авторами письменных произведений. Это находит выражение в том, что они порой избирают различные способы пунктуационного оформления одних и тех же отношений, употребляя то двоеточие, то тире.
Основным формальным критерием текста является его структурная, семантическая и функциональная цельность, реализатором которой выступают различные средства обеспечения связности. Рассмотрение текста с этой точки зрения делает более целесообразным рассмотрение участков текста как минимальных составляющих ССЦ, т. к. в его составе выступают уже не простые и сложные предложения, а отрезки, образующие синтаксическое целое и являющиеся качественно новыми образованиями – текстемами. Цепочка текстем, объединенная тематически и комплексом средств связи, совпадает по композиционно-структурным показателям со ССЦ. Совершенно очевидно, что с функциональной точки зрения текстемы, образующие ССЦ, неоднородны. Некоторые из них несут главным образом информативную нагрузку, другие исполняют грамматические, стилистические или композиционные функции; в большинстве случаев основная специализация текстемы осложняется побочными. С этой точки зрения крайне интересными представляются текстемы, выполняющие юнкционные функции, как формальные показатели межфразовой связи. Спектр образований, способных на уровне текста выполнять подобную функцию, чрезвычайно широк. Он простирается от уровня непроизводного союза в роли межпредложенческой скрепы до уровня развернутого «мини-ССЦ», внутренне полноценно организованного, выполняющего связующую функцию. Такие образования получили название «скрепы-фразы». Эти синтаксические конструкции характеризуются целым рядом особенностей. Перечислим некоторые из них.
1. Способность замещать или быть замещенными союзом или его функциональным аналогом;
2. Возможность развития полноценной предикативности (или даже полипредикативности);
3. Специализированная семантика (юнкционного характера);
4. Вводно-присоединительный характер конструкции и грамматические отношения с остальным текстом, аналогичные присоставной связи;
5. Характерная позиция (обычно в начале фрагмента);
6. Предопределяющий характер семантики скрепы-фразы по отношению к тексту;
7. Совмещение номинативных, модальных и релятивных значений в семантике скрепы-фразы;
8. Высокая степень фразеологичности, характеризующаяся нередкой устойчивостью и постоянством состава и регулярностью использования в функции аналога союза.
Как мы уже отмечали, скрепы-фразы характеризуются значительной разнородностью своих структурных, семантических и функциональных признаков. Тем не менее, с точки зрения на текст как на дискурс эти образования представляют собой фиксированную группу особых синтаксических единиц, служащих для адекватности речевой реализации языкового инварианта текста, обеспечения его структурно-семантической связности, стилистической однородности, прагматической завершенности и коммуникативной оформленности.
Этот далеко не полный перечень свойств скрепы-фразы демонстрирует нам, насколько данный синтаксический объект важен для глубокого исследования.
Рассмотрим несколько примеров.
1. Интересно, что я не просто написал слово в слово тот же самый роман, под тем же названием и с тем же самым количеством глав и слов, но даже знаки препинания везде стояли одни и те же… (В. Войнович. Роман).
2. В конце концов Ефим просто замолкал и поджимал губы, показывая, что спорить со мной бесполезно, для того, чтобы понимать высокие устремления, надо самому обладать ими. (В. Войнович. Шапка).
3. Я умолял Иванько сообщать мне, что же именно погибло и что уцелело. Мне показалось, что Сергей Сергеевич был тронут моим отчаянием. Во всяком случае, он обещал запросить список потерь и сообщить мне о них, если я позвоню ему через две недели. (В. Войнович. Иванькиада).
В приведенных примерах скрепы-фразы представлены в союзной функции, осложненной дополнительными значениями. В примере 1 скрепа-фраза «интересно» обладает дополнительным модальным значением; в примере 2 фразеологизированная скрепа-фраза играет роль детерминанта и эквивалентна предложно-падежной конструкции присоставного характера «в результате»; в примере 3 скрепа-фраза «во всяком случае» вместе с предшествующим предложением носит явный союзно-уступительный характер. Во всех случаях использование скреп-фраз не исчерпывается их юнкционными функциями; каждая из них может заменяться более сложной конструкцией или развертываться в более сложную с предложенческим характером, что позволяет называть синтаксические образования такого рода «квазипредложениями».
Ср.: Сальериевская художническая жизнь – это совсем иное, не моцартовское, состояние, и муки иные, и радости. И ведь что интересно, всегда есть тайная надежда, что результат-то может оказаться тот же… (Д. Гранин. Тринадцать ступенек. Священный дар).
Здесь «И ведь что интересно» = «Интересно, что…» = «однако» = «но» и т. д. Реализация необходимой скрепы-фразы отличается от реализации необходимой структуры обычного предложения в речи, и этому способствует несколько факторов. Так, идиоматичность многих скреп-фраз не позволяет реализовать все потенции к синтаксическому развертыванию или свертыванию скрепы-фразы; часто абстрактный характер значения допускает многочисленные замены одной скрепы-фразы другой, а не их трансформации. Структурно-семантические особенности различных типов скреп-фраз также весьма разнородны. Одни из них, такие как «Можно подумать», «Чем черт не шутит» и т. д. обладают всеми необходимыми формальными признаками предложения, вплоть до их способности выступать не только формально вводным компонентом, но и компонентом сложного предложения (Ср.: Можно подумать, что…). Другие представлены вводными словами с имплицитной предикативностью, и из-за своего ограниченного значения (например, выражение субъективной модальности) не способны к развертыванию в более объемные структуры. Третьи представлены полипредикативными единицами, и их можно даже назвать интратекстом (Ср.: Как уже говорилось выше – всякое бывает. И, между прочим, чем черт не шутит, бывает и такое, что и вовсе невозможно, а ведь поди ж ты – случается! Так или иначе, но Чонкин снова оказался в этом старом здании. – В. Войнович). Конечно, этими примерами не исчерпываются структурно-семантические особенности различных скреп-фраз, однако заметно, что они выступают своеобразными регуляторами смысловой и стилистической целостности текста.
Различные скрепы-фразы в процессе их функционального видоизменения могут образовать различные вариативные разновидности. При этом наиболее очевидными являются несколько случаев:
В результате варьирования тождество первоначальной исходной конструкции сохраняется, а связь между вариантами настолько очевидна, что они не утрачивают смысловой и функциональной близости между собой. В результате такого варьирования складывается многозначность или многофункциональность с опорой всех возникающих вариантов на одно доминирующее значение.
1. В результате варьирования тождество исходной конструкции и первоначального значения разрушается, возникающие варианты настолько автономны, что выступают в качестве вполне самостоятельных конструкций, и являются по отношению друг к другу функциональными омонимами.
2. Иногда в результате развития варьирования тождество исходной скрепы-фразы не разрушается, но вариативные значения органически проникают друг в друга, образуя функциональную гибридность.
3. Разграничение условий отмеченных случаев варьирования представляет значительные практические и теоретические трудности. Сложность этой задачи возрастает в тех случаях, когда дифференциация исходного значения достигает значительных пределов, а вариативный ряд увеличивается настолько, что в него входят одновременно несколько отмеченных видов изменений.
Таким образом, скрепы-фразы представляют собой специфические текстемы, выполняющие юнкционные функции и являющиеся своеобразными регуляторами связности текста.
1.4. Вопрос о статусе и аспектах скрепы-фразы как особого синтаксического явления
Скрепа-фраза как особое грамматическое средство, выполняющее юнкционные функции, характеризуется целым рядом особенностей. Эти особенности и предопределяют процедуры и аспекты описания данного явления.
1.4.1. Структурный аспектС точки зрения структуры скрепы-фразы чрезвычайно разнообразны. В их роли могут выступать как не производные, как и производные союзы и их аналоги. Они выступают в качестве скреп, оформляющих сложное синтаксическое целое и реализующих грамматические отношения паратаксиса и гипотаксиса. Следует заметить, что гипотаксис является своеобразным «наследием» более простых, чем СТ, ярусов синтаксиса, подобных сложноподчиненному предложению. Отношения подчинения наиболее эксплицитно выражают минимальные категориальные и логические соотношения пропозиции в реализованных синтаксических структурах. В свою очередь, паратаксис как отношения равноправия не является столь важным для низших ярусов синтаксиса, поскольку он не формирует таких базовых единиц, как словосочетание и компоненты предложенческой структуры. Как правило, паратаксис является показателем семантического развертывания структурного ядра высказывания. Он показывает на наличие нескольких смысловых центров, зажимающих одну и ту же грамматическую позицию. Таким образом отношения паратаксиса наиболее пригодны для выражения смыслов больших, чем элементарная логическая единица и являются более характерными уже для тестового уровня, на котором встречается и взаимодействует большее количество пропозиций, которые в своем выражении могут являться синтаксически равноправными. Поскольку МФС выражает категориальные отношения текстового уровня, то ее смысловое наполнение может модифицироваться от релятивного к номинативному, то есть включать в себя некатегориальные компоненты смысла, сопоставимые с полноценным лексическим наполнением. Иными словами, целая грамматическая конструкция, имеющая относительную коммуникативную завершенность, может иметь доминирующее значение юнкционного характера, что переводит эту конструкцию в разряд грамматических средств связи.
Одним из минимальных проявлений полнозначности межфразового средства связи является детерминант в осложненном простом предложении. Присоставный характер его связи с грамматической основой может распространяться и на дальнейшее предложение в ССЦ. Мы заметим в дальнейшем, что детерминирующий характер МФС нередко проявляется на более высоких ярусах синтаксиса. Ср.: Во всей природе чувствовалось что-то безнадежное, больное; земля, как падшая женщина, которая одна сидит в темной комнате и старается не думать о прошлом, томилась воспоминаниями о весне и лете и апатично ожидала неизбежной зимы. Куда ни взглянешь, всюду природа представлялась темной, безгранично глубокой и холодной ямой, откуда не выбраться ни Кирилову, ни Абогину ни красному полумесяцу… (А. Чехов. Враги, с. 138).
Детерминирующий характер синтаксического компонента, являющийся следствием присоставного характера распространяющего компонента, может проявляться и на следующем синтаксическом ярусе – ярусе сложноподчиненного предложения. Ср.: Когда бьют часы, Андрей Ефимыч откидывается на спинку кресла и закрывает глаза, чтобы немножко подумать. И невзначай, под влиянием хороших мыслей, вычитанных из книги, он бросает взгляд на свое прошедшее и настоящее. Прошлое противно, лучше не вспоминать о нем. А в настоящем то же, что в прошлом. (А. Чехов. Палата № 6. с. 419–420).
В приведенном примере мы наблюдаем союзный характер придаточного предложения, входящего в состав ССЦ. Это придаточное предложение изоморфно и функционально аналогично союзным средствам низших ярусов синтаксиса, оформляющих причинные отношения.
Рассмотрим следующий пример: «Подождите минуточку», – проговорил Лужин и вдруг во весь рот зевнул. «Подождите», – небным голосом повторил он, запихивая между слогами упругие части зевка. Но, захватив пижаму и ночные туфли, она быстро вышла из комнаты. (В. Набоков. Защита Лужина, с. 106).
Здесь мы наблюдаем отношения, аналогичные паратаксису в сложносочиненном предложении, при этом каузальная семантика уступки не растворяется в параллельных отношениях противопоставленности событий, однако равноправие компонентов конструкции очевидно. В данном случае союзную функцию выполняет одно из предложений в составе сложносочиненного.
Переходным явлением в реализации союзных функций от компонентов сложного предложения к самостоятельным предложениям в ССЦ можно считать парцеллированные конструкции. Искусственный разрыв предложения на несколько квази-коммуникативых единиц знаменует собой переход к более сложным, чем предложение (текстовым) структурам. Ср.: И надо же было случиться такому, что Кондратьев подумал о ней именно сегодня. И это переменило всю картину. (А. и Б. Стругацкие. Полдень, XX век).
Аналогичного порядка отношения могут реализоваться и с помощью самостоятельных предложений.
Ср.: …Я спросил Катю: помнит ли она своего учителя? Она посмотрела на меня молча, отвернулась к стенке и заплакала. Стало быть, мог же этот человек хоть кого-нибудь заставлять любить себя. (Ф. Достоевский. «Записки из мертвого дома» с. 26)
В качестве МФС могут выступать и типизированные, в том числе идиоматичные, синтаксические конструкции.
Ср.: Я хочу, чтобы наши жены, дети, друзья, ученики любили в нас не имя, не фирму и не ярлык, а обыкновенных людей. Еще что? Хотел бы проснуться лет через сто и хоть одним глазом взглянуть, что будет с наукой. Хотел бы еще пожить лет десять… Дальше что? (А. Чехов. Там же. с. 304).
На более высоких синтаксических ярусах целые фрагменты текста могут выполнять не только информативную, но и текстообразующую функцию, поскольку их участие в организации связности и целостности придает им союзные, юнкционные свойства – свойства скрепы.
Таким образом скрепа-фраза как синтаксический элемент характеризуется юнкционными и детерминирующими свойствами, которые играют важную роль в организации связности и целостности текста и могут рассматриваться как особый синтаксический элемент. Объем скрепы-фразы зависит от того синтаксического яруса, на котором располагается СФЕ. Из этого следует, что структурные характеристики МФС разнообразны. Она может выступать в виде союза или его аналога как межпредложенческой скрепы, детерминанта в составе осложненного простого предложения или детерминантной конструкции в составе иных синтаксических образований, компонента сложного предложения или самостоятельного предложения (а также группы предложений) в составе текста.
Типология межфразовых скреп с точки зрения их структуры может быть представлена следующим образом:
1. Скрепа-союз или аналог союза (Однако…);
2. Скрепа-лексема, в т. ч. вводное или модальное слово («Результат:…»; «Во-первых…»; «Кажется…»);
3. Скрепа-детерминант (В течение всего вечера…);
4. Скрепа-придаточное (Говорят, что …);
5. Скрепа-часть ССП или БСП (Всем известно: …);
6. Скрепа-предложение, типизированная конструкция («Итог известен»; «Вот где собака зарыта»);
7. Скрепа-группа предложений (максимально развернутая скрепа-фраза).
1.4.2. Семантический аспектСемантика скрепы-фразы лежит в основе организации СФЕ. Будучи образованием более высокого уровня, чем союзное средство, скрепа-фраза несет в себе более глубокое семантическое наполнение. Так, например, на уровне причинного сложноподчиненного предложения, союз несет категориальное значение причинности и, не выражая непосредственного лексического значения, участвует исключительно в оформлении грамматической конструкции. На уровне СФЕ союзное средство, соединяя самостоятельные предложения и даже фразы, регулирует отношения между коммуникативными единицами. В этом случае роль категориального значения коннектора становится в большей степени структурной, а наполнение скрепы-фразы представляет собой тот необходимый конкретизатор значения, который и является средством достижения связности. Скрепа-фраза надсоюзного уровня, представленная образованием с возможной предикативностью (предложно-падежный детерминант, причастный и деепричастный оборот и под.) уже накладывает на соотношение компонентов СФЕ дополнительные значения, выходящие за рамки категориальных. Это связано с тем, что конструкции такого типа уже выражают имплицитную пропозицию, которая представляет собой либо семантический коннектор между смысловыми компонентами текста, либо участвует в его смысловой структуре в качестве детерминирующего атрибута. Начиная с этого уровня реализации скрепы-фразы возрастает возможность выражения субъективной модальности в рамках СТ. Так, вводные и вставные конструкции, наряду с отмеченными выше элементами, представляют собой лексико-синтаксический способ выражения модальности и дополнительных пресуппозиций. При этом наращении смысла юнкционные свойства скрепы-фразы не только не теряются, но и развиваются, поскольку эти конструкции становятся реализаторами логической связности текста и формирования его модально-видовой целостности.
Ср.: …Вся казарма, доселе смеявшаяся его шуткам, закричала, как один человек, и разбойник принужден был замолчать; не от негодования закричала казарма, а так, потому что не надо было про это говорить; потому что говорить про это не принято. Замечу кстати, что этот народ был действительно грамотный и даже не в переносном, а в буквальном смысле… (Достоевский Ф. М. Записки из мертвого дома. с. 30).
Скрепы-фразы, представленные предикативными единицами, являют собой неотъемлемый компонент семантической структуры текста, который играет важную роль не только в формировании смысловой ткани, но и обеспечивает логическую целостность и завершенность.
Ср.: Где печатался Солженицын? И вот что я думаю. Принимая правила игры, навязанные тургановыми и иванько, не содействуем ли мы сами произволу во многих областях нашей жизни?» (В. Войнович «Хочу быть честным» М.: Московский рабочий, 1989, с. 166)
Таким образом, мы видим, что семантика МФС различной синтаксической сложности характеризуется стремлением к участию в семантической структуре всего текста и скрепа-фраза является тем синтаксическим оператором, который превращает текст не в арифметическую сумму смыслов входящих в него компонентов, а в образование более высокого языкового порядка.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?