Читать книгу "В поисках счастья"

Расстояние до Волгограда составляло примерно тысячу километров, и время в пути длилось около двадцати часов, что, конечно, не могло не напрягать, но мысль о предстоящей встрече грела мне сердце. Телефон Антона, к сожалению, оказался заблокированным.

Выйдя на автостанции, я спросила у местного жителя, как можно доехать до улицы Костюченко. Через несколько минут поняла, что волгоградцы довольно милые и участливые люди, каждый пытался мне объяснить, как туда лучше добраться.

Буквально через час я, вымотанная долгой дорогой, стояла у ворот исправительной колонии, куда после следственного изолятора по решению суда перевели Антона.

Через несколько минут узнав, что приехала напрасно, так как свидание не разрешили, я решила ехать к нему домой. Антон рассказывал, что живут с мамой вдвоем. Отец ушел от них, когда ему исполнился год. С тех пор они ни разу не виделись. Мама замуж второй раз так и не вышла.

Когда я стояла у квартиры любимого, до меня все-таки дошел весь ужас происходящего. Как представиться маме Антона? Как она меня воспримет? Явилась без предупреждения непонятно откуда и непонятно кто. Или он рассказывал матери о встрече на курорте? Так в мыслях я и простояла еще минут десять, не решаясь нажать на звонок. Из ступора меня вывел женский голос, появившийся будто из ниоткуда, затем хлопнула соседская дверь. На площадку, о чем-то причитая, вышла маленькая старушка и подозрительно взглянула на незнакомку, то бишь, на меня.

– Ходют тут, ходют всякие, топчут и топчут… – старушенция с любопытством оглядела меня с ног до головы и, прищурившись, спросила: – Вы к кому?

Я себя почувствовала будто в чем-то уличенной, хотя ничего плохого не сделала.

– Я к Антону Субботину.

– К этому ворюге? Из шайки его, что ли?

– Почему вы так говорите о нем? Он ни в чем не виноват, – уверенно заявила я, защищая честное имя кавалера, хотя сама точно и не знала, что на самом деле произошло. Но внутри у меня сквозила уверенность в невиновности любимого. Не мог он что-то своровать, и точка.

– За просто так в тюрьму не сажают, – заметила бабулька и, продолжая ворчать, стала спускаться с лестницы. Я перевела дух и все же нажала на звонок. Через минуту дверь открыла девица примерно моего возраста и удивленно уставилась на меня.

– Я по поводу Антона.

– А кто вы такая? – ехидно спросила она, глядя на меня оценивающе и с каким-то презрением.

– Его девушка, – тихо ответила я, стоя на пороге.

– Вот, значит, как, – фыркнула незнакомка и вдруг рассмеялась.

Я в недоумении слушала ее истерический смех. Вообще-то я никак не ожидала увидеть здесь сие создание, ибо в матери Антона оно не годилось. А сестер у него не было.

– Значит, вы его девушка, а со мной он просто спит, что ли? Хотя сейчас мне уже все равно, три года я ждать не намерена. И так на этого дурака целый год своей жизни потратила! Я заходила забрать кое-какие вещи. Теперь он весь твой, – крикнула она, наспех обулась, захватила какой-то пакет и была такова.

Меня будто окатили ушатом ледяной воды. Тут же в проеме коридора показалась фигура невысокой и немного полноватой женщины на вид лет пятидесяти. Не трудно было узнать в ней мать Антона.

– Вы ко мне? Чем я могу помочь? – спросила она печальным голосом. Я, видимо, долго переваривала полученную информацию, поэтому не сразу заметила платок в ее руках и красные от слез глаза. Когда пришла в себя, то сердце сжалось, глядя на ее измученный вид, и я молчала, не зная, что и сказать. Пауза затянулась. Женщина вопрошающе смотрела на меня. В итоге я не решилась сказать правду, соврала, что ошиблась дверью, развернулась и со всех ног бросилась вон из подъезда.

Всю дорогу до автостанции слезы нескончаемым потоком лились из моих глаз. Ну как он мог? А казался таким искренним. Какой мерзавец! Вот каким на поверку оказался Субботин Антон, рассказывая сказки о неземной любви! Он должен был быть честен со мной, как и я с ним. Но он предпочел скрыть факт наличия девушки, с которой, к тому же, не просто встречался, а жил полноценной жизнью. Я твердо решила, возвращаясь домой, поставить точку в отношениях, которых, собственно, и не было. Была красивая история любви, моей любви, а с его стороны, оказалось, была лишь похоть.

Почему в мире такая несправедливость? Когда сама любишь – тебя не любят, когда человек тебе безразличен – он по тебе с ума сходит. Так было у нас с Витей. Всю осень он продолжал ухаживать за мной, а я принимала знаки внимания, но как дело доходило до чего-то большего, придумывала всяческие отмазки. Даже простые поцелуи мне стали неприятны. Я несколько раз пыталась с ним поговорить, что все бессмысленно, и те чувства, что я считала любовью к нему, уже прошли, и их никак не реанимировать. Хотя, если бы не Антон, я, возможно, продолжалась бы заблуждаться на сей счет, принимая то, что я испытываю к Вите, за любовь. После романа с Антоном я поняла, что не люблю его. Я честно пыталась полюбить, но тщетно. Витька просто мне был симпатичен. Он, видимо, это чувствовал и почему-то принимал все как есть, возможно, надеясь, что я передумаю и выйду за него рано или поздно.

Однажды Витька приехал ко мне с охапкой хризантем и заговорил о том, что пришел просить моей руки у родителей. Меня будто током ударило, я отпрянула от него в сторону, не желая встречаться с ним взглядом.

– Ты не рада? – удивился он.

Я боялась смотреть ему в глаза. Он казался таким искренним с большим желанием связать свою жизнь со мной, что становилось даже тошно. Витька готов был носить меня на руках, задаривал мягкими игрушками, между рейсами встречал вечерами из института и провожал домой. Если бы не работа, он все свое время проводил бы со мной одной.

– Я тебя очень люблю, – твердил он всякий раз при встрече.

– Вить, пойми, ты очень хороший, но, – так и хотелось сказать, что почему-то тянет на плохих, – мне еще рано замуж. Я не готова пока к семейной жизни. Мы еще мало встречаемся, не проверили наши чувства, – лепетала я всякий раз, когда он заговаривал о совместной жизни, подбирая подходящие аргументы для тактичного отказа.

И сегодня, видя, как он стоит передо мной на одном колене, протягивая изумительной красоты золотое колечко, я поняла, что больше скрывать правду не имеет смысла. Я не могла позволить себе разрушить жизнь такому прекрасному парню. Он заслуживал, чтобы его любили.

– Витя, я должна тебе кое в чем признаться, – начала я, но он тут же перебил меня, будто не хотел ничего знать.

– Тише, малыш, не говори ничего, нет ничего важнее моей любви к тебе, я все сделаю, чтобы мы были счастливы, – сказал он и обнял меня за талию.

– Витя, – вырвалась я и выпалила: – Я тебя не люблю. Когда я была на юге, то встретила там парня и изменила тебе с ним.

Что было дальше, описывать не хочу. Скажу только одно, Витю я потеряла раз и навсегда. Он не смог меня простить и назло стал встречаться с другой девчонкой. Я ничего не знала о ней, но мне уже было все равно. Не прошло и года, как они сыграли свадьбу.

Что мне оставалось делать? Я осталась одна и с головой окунулась в учебу, дабы забыться.

Аленка делала попытки вытащить меня из дома, познакомить с кем-то, но у нее это плохо получалось. К новым отношениям я не была готова. Да и Макс переехал к нам в Нижний Новгород, чтобы быть поближе к своей возлюбленной и готовиться к свадьбе. Здесь Максим на удивление быстро нашел работу. Бригадиры были в цене. Доход позволял быстро накопить на шикарную свадьбу, и все свободное время влюбленные посвящали друг другу, чему Алена несказанно была рада, только переезд будущей свекрови не входил в планы Сибяниной. Но факт остается фактом – Ирина Васильевна перебралась вслед за сыном, они продали квартиру в своем родном городе и купили ей здесь. Аленку было не узнать, она забыла о вечеринках, других мальчиках, танцах до утра. Видимо, Максим действительно для нее стал много значить.

Летом, как и было запланировано, состоялась свадьба. Естественно, в свидетельницы Аленка позвала меня. Но каково было мое удивление, когда свидетелем оказался мой экс-возлюбленный, собственной персоной! Оказалось, что с Антона сняли обвинение. Как объяснил Максим, всплыли новые обстоятельства дела, и суд пересмотрел свое решение.

Я, конечно, сначала обиделась на Аленку, которая заранее не предупредила об этом, но потом махнула рукой, дабы не портить такой счастливый день в жизни подруги.

Во время выкупа и после я старалась не показывать вида, что безумно рада видеть Субботина на свободе, и пыталась унять охватившую меня дрожь. Сделать это было, конечно, нелегко, особенно когда наши взгляды пересекались. Словно электрический ток проходил по жилам вместо крови.

Регистрация на удивление прошла быстро, и сразу после ЗАГСА мы на шикарном лимузине поехали в Нижегородский Кремль, где по традиции собираются новоиспеченные молодожены города. Аленка была такой красивой и счастливой, что во мне невольно поднялась зависть.

После прогулки и свадебной фотосессии к назначенному времени мы прибыли в ресторан, где на протяжении всего вечера Антон то и дело бросал взгляд в мою сторону, а я старательно делала вид, что не замечаю этого. Даже когда тамада устраивал шуточные конкурсы с участием свидетелей, я изо всех сил старалась делать вид, что мне все равно, а поцелуй в щеку – это всего лишь необходимая часть сценария праздника.

«Так, Дроздова, собери мозги в кучу, – велела я себе, – он предатель и бабник, все в прошлом!»

Но в конце вечера я уже не слышала своего внутреннего голоса. Когда свадебное застолье подошло к концу и нас стали развозить по домам, Антон напросился проводить меня. Наверное, алкоголь притупил мое ясное сознание, поэтому я согласилась.

Сначала мы шли молча по ночным улицам города, затем Антон первым заговорил, нарушая тишину.

– Олечка, я так ждал этого момента, когда снова увижу тебя. Я ужасно соскучился.

Если поначалу я шла более или менее спокойная, то после этих слов не выдержала и высказала ему все, что накопилось на душе. На Антона обрушился такой поток накопленных мной за этой год переживаний, что мне самой стало страшно. У меня возникло неистовое желание поколотить его. Я ненавидела его за ложь. Я не могла забыть о его предательстве.

Субботин выслушал меня, не перебивая, стараясь сохранять спокойствие. Когда же моя истерика подошла к концу, и я взяла себя в руки, вытирая слезы, у нас состоялся откровенный разговор, в ходе которого мы пытались расставить все точки над «i».

– Да, у меня была девушка Вика, но я ее не любил. Это была моя ошибка, – сознался Антон и, к моему огромному удивлению, вдруг опустился на колени, – прости меня, я хочу быть только с тобой.

О Боже, как меня тянуло к нему. Я опомнится не успела, как позволила себя сначала обнять, затем неистово целовать.

Глава вторая
Алена. «Так вот она какая – семейная жизнь»

– Ты во сколько сегодня придешь? – спросила я Макса, провожая на работу.

– Чего ты ко мне пристала с глупыми вопросами. Ты же знаешь, что после работы я заеду на квартиру, посмотрю, что там и как, – раздраженно ответил парень, застегивая запонки, – так что буду, как обычно, поздно. Дай собраться, а то уже опаздываю на совещание в главном офисе.

– Я просто спросила, чего ты грубишь, – обиженно надув губки, я все же поправила ему галстук, поцеловала и, пожелав удачного дня, скрылась в ванной.

На часах восемь утра, я ужасно опаздывала в институт и, наспех приняв душ, позвонила Дроздовой, что опоздаю на первую пару.

– Может, вечером сходим куда-нибудь? – спросила я подругу, одновременно примеряя новую юбку и разговаривая с Ольгой.

– А твой Макс разве не будет против? – резонно поинтересовалась она. С тех пор как я вышла замуж, доступ ко всем вечеринкам без участия мужа был мне закрыт.

– Послушай, я устала уже во всем его слушаться, сколько можно? Он занят ремонтом, придет поздно, мне чего, постоянно одной дома торчать? Или предлагаешь с его мамашей чаи распивать? – фыркнула я.

– Так иди с ним на квартиру, проконтролируй, что да как, – предложила Ольга, зная мой характер. С тех пор как мы затеяли переезд, ни одного дня не проходило без жалоб на новоиспеченного супруга. Ольга терпеливо выслушивала мое нытье, стараясь как-то подбодрить.

После свадебного торжества и положенного медового месяца, мы переехали жить в родительскую квартиру, к свекрови. Наше новое жилье в элитной новостройке еще не было готово к проживанию, и строительная бригада во главе с Максом уже четвертый месяц делала в ней ремонт. Все это время я жила будто в кошмарном сне, ведь разве можно было прийти к единому мнению в выборе обоев, плитки, дизайна комнат. Только переругаешься сто раз, прежде чем квартира обретет более-менее нормальный вид. Под нормальным я понимала, конечно, использование в оформлении только самых современных тенденций. Для Макса, располагающего своей бригадой и нужной суммой денег, евроремонт не должен был составить огромного труда. Но вся загвоздка и заключалась в несовпадении наших с ним идей. Ему хотелось спальню в теплых пастельных тонах, мне же, как девушке яркой, такое цветовое решение казалось чудовищно блеклым и скучным. Я настаивала на своем, пытаясь переубедить, но обычно такие разговоры заканчивались скандалом.

– Я не намерен во всем тебе потакать, – кричал всякий раз Максим, энергично жестикулируя, – я глава семьи, и точка.

С тех пор, как мы поженились, эту фразу я слышала почти каждый день, и она начинала действовать мне на нервы. Эх, правду говорят, что после свадьбы жизнь меняется, и муж становится уже не тем прекрасным принцем, каким был при знакомстве. Повсюду разбросанные носки, каждодневное приготовление ужина, долгое ожидание прихода мужа и постоянные споры по поводу ремонта стали меня просто раздражать. Еще и мать его подливала масла в огонь, вмешиваясь во все наши дела.

– Алена, тебе не кажется, что Максим стал каким-то нервным, уж не зазноба ли у него появилась, – как-то, сидя на кухне за чаепитием, предположила Ирина Васильевна. Я чуть не поперхнулась.

– Ирина Васильевна, у нас просто нелегкий период, вы же знаете, нам с Максом хочется быстрее переехать в наше семейное гнездышко, а сначала сделать его уютным, все продумать до мелочей, от этого и нервы, – промолвила я, про себя ругая на чем свет стоит эту на вид милую женщину. «Совсем дурная баба, лучше бы вы помогали с выполнением домашних обязанностей, уборкой, готовкой и прочей дребеденью, называемой семейной жизнью», – подумала я и поспешила удалиться с кухни к себе в комнату. Свекровь еще долго продолжала что-то ворчать вслед, но я ее уже не слышала. В голове будто маленьким молоточком стучала одна-единственная мысль – скорее съехать отсюда. Мысль про любовницу я отмела сразу. Да, Макса часто не бывает дома, он практически перестал обращать на меня внимание, но чтобы у него появилась другая – такого просто не может быть.

– Не так я себе представляла нашу с Максиком совместную жизнь, – печально вздыхала я, в очередной раз жалуясь на судьбу подруге. Та лишь разводила руками, мол, никто насильно тебя в ЗАГС не тащил. Что ни говори, а это было сущей правдой. И после этих слов я реально задумалась, а оно мне надо было? Можно было просто встречаться и продолжать жить в свое удовольствие. Черт меня дернул дать согласие на свадьбу. Теперь уж чего, поздняк метаться. Все девчонки из группы завидовали, что я отхватила такого богатого, красивого и галантного кавалера. Эх, знали бы они, как опротивел мне этот человек. Вечно занятой, ему постоянно было не до меня. А так хотелось новых ощущений, какого-то экстрима, а жизнь с Максимом стала скучна и однообразна. И, что греха таить, интимная – тоже. До свадьбы мы предавались любовным утехам, невзирая на время и место. Ради этого готовы были бросить все свои дела. Сейчас же страшно подумать, но я не помню, когда у нас был последний секс. И это всего спустя несколько месяцев совместной жизни. Что же будет через пару-тройку лет?

Ольга советовала потерпеть этот период, убеждая, что все дело в занятости Максима, что все наладится, как только мы справим новоселье. Я же не была в этом так уверена. Чувствовалось, что муж все больше отдаляется от меня. А я не знала, что с этим делать.

– Ты не боишься, что Ирина Васильевна обязательно расскажет своему сыну о времени твоего прихода домой? – спросила Дроздова, когда я звала ее гулять.

Ольга, как никто другой, была в курсе, что мой муженек терпеть не мог, если я задерживалась с подругами. Он сам редко бывал дома, но жене такого не позволял. А «добрая» свекровь никогда не упускала случая «удружить» невестке. Поэтому все походы в клуб, и даже шопинг с подружками, становились все реже и реже, а сейчас и вовсе прекратились. Я, как человек свободолюбивый, была загнана в жесткие, не укладывающиеся в моей голове рамки. Но Максим оставался непреклонен, ему нужна была жена – идеальная домохозяйка. Смахивало немного на тиранию. Я должна была всю себя посвящать быту и домашним заботам. Слава Богу, пока не требовал родить ребенка. И это не могло не радовать, ведь, что ни говори, а матерью становиться в ближайшие годы не входило в мои планы. Выучиться бы и пожить для себя…

– Я все продумала, скажу, что задержалась у тебя, мы готовились к зачету. Ну, Оля, мне что, тебя уговаривать надо? Мне надоело сидеть вечерами дома, я не помню, когда мы с тобой последний раз веселились? – канючила я, словно малый ребенок.

– Просто я сегодня занята, – после небольшой паузы сказала подруга, – ко мне приезжает Антон. Ты же знаешь, мы и так редко с ним видимся.

– Ясно, – грустно вздохнула я и, поняв, что дальнейшие уговоры бесполезны, положила трубку.

До начала второй пары оставалось всего тридцать минут. Я спешно накинула пальто, прихватила сумочку с зонтом и направилась к выходу.

За окном стояла пасмурная и дождливая погода. Я шла по улице, задевая сапогами грязные и сырые листья под ногами. Жаль, ведь только недавно люди любовались ими, висящими на деревьях, а сейчас топчут, в лучшем случае, школьники собирают на гербарий. Я почувствовала себя вот таким никому не нужным кленовым листом, увядшим, отжившим свое. Хотя, если вдуматься, мне всего девятнадцать лет. Я молода и красива. И ужасно хочу радоваться жизни, не задумываясь о завтрашнем дне! А на деле что? Тоска…

Дождь не переставал противно моросить, люди с утра спешили на учебу и работу, пытаясь втиснуться в переполненные маршрутки. Я не была исключением, но, проехав пару остановок, поняла, что лучше пересесть на метро, чтобы не стоять часами в километровых дорожных пробках.

Как только у водителей нервов хватало. Внезапно я обратила внимание на черную «Тойоту», припаркованную прямо у входа в метро и ужасно похожую на нашу. Ее Макс купил сравнительно недавно, он вообще любил менять машины и обращался с ними, словно с живыми, давая им необычные имена. Мне казалось это смешным и нелепым, но вслух я лишь умилялась и радовалась очередному Петруше и Ярику. Я посмотрела на водительское сиденье и удивилась, ведь за рулем находился Макс.

Странно, в это время он уже должен быть на работе, что он тут забыл. Он то и дело поглядывал на часы, будто в ожидании чего-то. Я решила затаиться за рекламным щитом, наблюдая за происходящим. Было видно, что парень нервничал, выкуривая одну сигарету за другой. Мне бы подойти, но ноги будто приросли к асфальту. Видимо, в то злополучное утро судьба решила сделать мне сюрприз в виде молодой девушки, уютно устроившейся на переднем сиденье рядом с водителем. Все бы ничего, мало ли, знакомая, коллега попросила подвезти. Если бы не одно, но существенное НО…

Я не могла больше наблюдать за целующейся парой и стремительно сбежала по ступенькам в туннель.

Когда вышла на станции «Московская», пришла в себя, смахнув слезу обиды, и тут же набрала Ольгу.

– Ты еще долго, красавица, сейчас политолог будет отмечать присутствующих. Если не успеешь на лекцию, то «автомата» по его предмету уже точно не получишь, – беспокоилась подруга, зная о моих многочисленных «хвостах». Мне учеба не особо давалась, в отличие от Дроздовой, претендующей на красный диплом.

– Оля, я развожусь, – без всяких прелюдий огорошила я подругу.

– Сейчас же иди в институт, после лекций поговорим, – после небольшой паузы выговорила Ольга.

Так мы и сделали, я еле дождалась окончания последней пары, и мы направились в ближайшее кафе, где за рюмкой горькой я описала утреннюю ситуацию недоуменной подружке. Та долго не могла поверить в случившееся, но факт оставался фактом – у Максима была другая.

– Я в шоке, конечно. Он же не похож на бабника, может, это недоразумение? – предположила она и стала уговаривать меня пойти домой, поговорить с супругом, но разговор с Максимом не входил в мои планы, уж точно не сегодня.

– Сейчас подъедет Антон. Давай мы проводим тебя до дома, – предложила сердобольная подруга, глядя на меня с неприкрытой жалостью.

– Не надо меня жалеть, я рада, что так все получилось. Наш брак был ошибкой, – придя к такому выводу, я предложила выпить за развод.

– Тебе не стоит так напиваться, может, Антон знает что-то об этой девице, ведь с Максом они друзья, наверняка делятся друг с другом, давай спросим у него, – предложила Ольга, но я отмахнулась от этой идеи. Мне уже было все равно. Главное – они целовались! А значит, у них интрижка.

Вскоре к нам присоединился и Антон, который уже купил два билета на вечерний сеанс.

– Ну что, Оля, мы идем в кино? – спросил он.

– Вы как хотите, а я еду в клуб! – решительно заявила я ничего не понимающему Субботину.

Ольга не могла отпустить меня одну в таком состоянии и все-таки уговорила ухажера составить мне компанию. В итоге мы поймали машину, и вот я уже неслась навстречу новой жизни, в которой не было места для Максима!

Я не могла, как Ольга в свое время, простить, что у любимого параллельно была другая. Хотя, кого я обманываю. Положа руку на сердце, разве можно сказать, что я люблю мужа больше жизни? Нет, это я раньше так думала, на самом же деле любовь очень легко перепутать со страстью, в девятнадцать-то лет…

– А Макс знает, что ты здесь? – спросил Антон по приезду, уютно устроившись за стойкой отнюдь не дешевого бара.

– Нет, не знает, – нервно хихикнула я и, оставив влюбленных ворковать, направилась в сторону танцпола. Эх, давно я не тусовалась!

– Оля, поехали ко мне, а за Аленой муж приедет, заберет, – Антону безумно хотелось остаться с возлюбленной наедине, без посторонних глаз, поэтому он готов был позвонить другу. Если бы не Ольгина просьба, он так бы и сделал.

– Алена просила не говорить тебе, но она сегодня застукала его с другой девушкой. Они целовались, я не могу оставить ее одну, боюсь, что натворит глупостей, – пояснила Дроздова ухажеру.

– Даже если они целовались, это еще ничего не значит, – парень, естественно, встал на защиту своего друга, – не надо сразу считать это за измену.

– Все вы, мужики, козлы! И покрываете друг друга!

– Давай не будем ругаться из-за твоей подруги, пусть они сами разбираются, – Антон начал злиться.

– Ну конечно, для тебя же это нормально – жить на два фронта! – припомнила Ольга.

– Ты сама была хороша, прыгнула ко мне в постель, оставив жениха в своем городе, – раздраженно парировал в ответ молодой человек, – зачем ты опять возвращаешься к этой теме? Мы все уже выяснили ранее!

– Не сравнивай. Я никогда не скрывала от тебя, что у меня был ухажер Виктор. Он был просто поклонником. Ты же был нечестен со мной! – Всегда такая тихая и спокойная, Ольга уже не могла остановиться не только из женской солидарности, но и из-за обиды на самого Субботина, который одновременно крутил два романа.

– Вот, посмотри на свою подругу, она сама хороша, целуется с другим, – недоброжелательно кивнул Антон в сторону танцпола.

– Что? – Ольга проследила за взглядом Субботина, и ее взору действительно открылась неприличная картина. Ну, Алена, ну дела…

– Да она просто решила тупо отомстить. Око за око, как говорится. Он целовался, и она тоже!

– Мне надоел этот разговор, Оля. Твоя подруга уже взрослая и сама в состоянии решать свои проблемы. Я ухожу. Ты со мной? – спросил он и, не получив согласия, резко встал и направился к выходу. Ольга не стала его останавливать.

Я же продолжала мило танцевать медляк с незнакомым парнем, мало обращая внимание на одиноко сидящую заплаканную подругу.

Окончание вечера в клубе помнится мне смутно, вроде был какой-то кавалер, поцелуи, жаркие объятия. Или мне все это приснилось? Но пришла я домой лишь под утро. А когда проснулась ближе к обеду, дома была одна Ирина Васильевна, Макс ушел на работу.

Я набрала номер Оли, которая и рассказала мне подробности вчерашнего. Оказывается, с Антоном они поругались из-за меня, и он уехал, а я тоже укатила с каким-то чуваком в неизвестном направлении. В итоге девушке пришлось добираться до дома совершенно одной. Ладно, хоть без приключений.

Поговорив с Олей и попросив у нее прощения, я стала собирать свои вещи, благо их было немного. Ирина Васильевна не могла скрыть своей радости, глядя на мои сборы.

– Так тебе и надо, я же предупреждала. Максиму нужна другая девушка, чистоплотная, порядочная, любящая, а не такая гулящая, как ты, – причитала вредная тетка.

– А я, значит, плохая? Это, наверное, я завела себе дружка на стороне, а не ваш идеальный сыночек, – съязвила я, кратко обрисовав вчерашнюю ситуацию.

– От хороших жен не гуляют, – продолжала злорадствовать женщина.

Лишь переступив порог родительского крова, я поняла – это не сон, и вот мой истинный дом, где мне всегда рады.

Первое время Максим звонил каждый день, пытался объясниться, искал со мной встреч, подкарауливая возле подъезда и института, но тщетно.

– Она попросила ее подвезти и вдруг полезла целоваться. Я не ожидал. Но потом послал, естественно, куда подальше.

Его дурацкие объяснения по поводу инцидента в машине нисколько не убеждали меня в невинной встрече с коллегой. Как оказалось, это действительно была его сотрудница – бухгалтерша.

– А ты тоже хороша, сразу побежала вешаться на шею первому встречному, или это уже не первый? – Максим был вне себя от гнева, когда узнал о моем флирте в ночном клубе. Естественно, через некоторое время Субботин проболтался.

Я подала на развод, и так потекли день за днем, пока в один прекрасный момент я не упала в обморок. Хорошо, что это произошло дома, мать быстро привела меня в чувство и вопрошающе смотрела на меня.

– Наверное, от усталости и нервов, – пытаясь успокоить взволнованную женщину, глупо лепетала я, но последующие дни «порадовали» тошнотой и отсутствием месячных, и до меня, наконец дошел весь ужас происходящего.

– Ты должна поставить в известность Максима, он имеет право знать, что скоро станет отцом, – убеждала подруга, примчавшись ко мне, как только узнала.

– Ольга, это не ребенок Макса. Только не надо меня осуждать. Он первый мне изменил, черт, почему эта зажигалка не работает, – меня била нервная дрожь, и я вновь и вновь пыталась закурить.

Подруга долго переваривала полученную информацию, прежде чем речь вернулась к ней.

– Когда ты успела? – наконец, смогла она произнести, с ужасом глядя на меня.

– Не надо на меня так смотреть! В тот вечер в клубе, я смутно помню, но, по-моему, я с тем парнем переспала. Тест показывает маленький срок, а с Максом у нас близости давно уже не было.

– Это я виновата, не надо было глаз с тебя спускать, – печально вздыхала Дроздова и лихорадочно думала, как помочь.

– Я уже не маленькая девочка, чтобы меня контролировать, – наконец, мне удалось сделать затяжку и немного успокоиться.

– Тебе нельзя курить, – укоризненно заявила Ольга, пытаясь вырвать из моих рук сигарету.

– Ребенка не будет. Я уже записалась на прием к гинекологу. Зачем я буду портить себе жизнь? Я еще совсем молодая, хочу для себя пожить, а воспитывать без мужа тем более не намерена.

– Нельзя делать аборт! Это же твой ребенок, как ты можешь? – сокрушалась подруга.

– Слушай, Дроздова, меня достали твои нравоучения, это моя жизнь! Ну да, ты ведь у нас такая правильная, куда мне до тебя, девочки-припевочки! У тебя кроме Антона ни с кем и не было, даже сравнить его не с кем, – ехидно заметила я, – а советы раздаешь как умудренная опытом женщина! Откуда тебе знать, как лучше. Без твоих советов обойдусь!

Ольга молча развернулась и направилась к выходу.

– Ну и вали отсюда, сама со всем справлюсь!

Хлопнула входная дверь, и в тот момент я поняла, что зря сорвалась на подруге. Но останавливать ее не стала. Надо же, мы никогда не ругались. А тут…

На следующий день я уже сидела в кабинете гинеколога.

– Алена Николаевна, вынужден вас огорчить, но в вашем случае я бы не советовал делать аборт, – сказал врач после осмотра и ознакомившись с результатами анализов.

Доктор что-то говорил, пытаясь разъяснить, что да как, но у меня будто уши заложило. Откуда-то издалека до меня доносились обрывки фраз «непроходимость трубы», «вероятность осложнений», «потом никогда не сможете иметь детей».

Из кабинета я вышла в полуобморочном состоянии, на ватных ногах. Окружающие заботливо пытались усадить меня, видимо, мой вид был таким жалким, что не мог не тронуть за душу.

Когда я все-таки пришла в себя и благополучно добралась до дома, тут же набрала номер Дроздовой, про себя отчаянно молясь, чтобы та взяла трубку. Ольга не была злопамятной и, услышав на другом конце линии мои истеричные крики, тут же примчалась.

После влитой в себя третьей рюмки водки к ее приезду я уже немного успокоилась и вкратце изложила суть проблемы. Мне нужен был дельный совет. Хотя, кого я обманываю, я не любила советов Дроздовой, просто ужасно хотелось выговориться.

– Ален, больше не пей, – твердым голосом потребовала Ольга, увидев на столе початый «четверок».

– Что за жизнь такая? Ну почему так получается? – сокрушалась я, лихорадочно пытаясь придумать, что делать.

– Я предлагаю помириться с Максимом. Он поймет и, если любит тебя, то примет и твоего ребеночка.

– Дроздова, ты дура! Предлагаешь ему сознаться, что нагуляла от другого? Он не простит, – резонно заметила я, – тут думать надо.

– Но аборт делать нельзя, это факт. Рано или поздно ты захочешь детей, а вдруг не сможешь уже забеременеть. Что тогда? А Максим, я уверена, будет идеальным отцом.

– Ага, как и мужем, – фыркнула я.

– Ну да, характер у него не очень, и свекровь оставляет желать лучшего. Но тебе надо забрать свое заявление на развод, пока еще не поздно, – продолжала настаивать подруга.

– А может, ну его, этих детей, живут же многие всю жизнь одни, и ничего?

– С ума сошла! Это ты сейчас так рассуждаешь, посмотрим, как запоешь через пару лет! – ужаснулась Дроздова.