Читать книгу "МагАкадемия. Истинная последнего дракона"

Уф, третья магическая клятва за день – самое то для попаданки из другого мира.

Шиман не успел ответить, потому что внезапно сверху, закрывая солнце и светло-синее небо, на нас с жутким грохотом и свистом посыпался разношёрстный град, состоящий из камней, огненных шаров и ледяных кинжалов. Я взвизгнула, вцепилась в принца бульдожьей хваткой и, уткнувшись носом в тёплую грудь, попрощалась с жизнью.

Грохот тут же закончился, как отрезало, и в глазах потемнело.

Ну всё. Умерла.

– Ди Бэйл, очнись!

Ах, нет, ложная тревога. Всего лишь потеряла сознание.

Я полулежала, прислонившись спиной к мощному стволу дерева, которому перевалило лет за пятьсот, а Шиман совсем не по-принцевски сидел рядом на корточках. Солнышко светило, как положено, и никаких последствий жуткой атаки вокруг не наблюдалось.

– Я жива?

– Мы оба живы.

Уголки губ парня обозначили траекторию вверх. Ещё парочка совместных потрясений, и я увижу, как улыбается наследник Владыки эльфов.

– Любопытно, кто отбил атаку. Не ты ли?

– Я? – ошарашенная новостью попыталась подняться, но боль в ноге тут же напомнила о себе.

– У меня были заняты руки, – просто сказал Шиман, – А без рук я пока посредственно колдую – так скоро Шквал стихий не отбил бы. Мощнейшие чары. К слову, следует увеличить количество и продолжительность тренировок.

– Так ведь и я не колдовала. Вцепилась в тебя, испугавшись до одури.

– Алари сказала, что ты на занятии применила запретные чары, – Парень пытливо смотрел мне в глаза, – Это правда?

– Ну-у, да. Если верить нашему декану.

– Лицам, которые владеют запретной магией, не требуются дополнительные приспособления, – монотонно проговорил Шиман, словно процитировал учебник, – Или ты вовсе не спасала нас, а сама призвала Шквал стихий?

– Ч-чего?

От неприятного обвинения, высказанного абсолютно будничным тоном, я даже начала заикаться. То спасла, то наоборот. Уж определился бы, что ли.

– Запустившему чары, снять их несложно. Вот только зачем всё это? Какая цель? – эльф спокойно рассуждал сам с собой, не обращая внимания на пышущую гневом меня, – Для девицы, которая ещё вчера была полным нулём в магии, да и умом не отличалась, чересчур сложно.

Хорошенького же он мнения о вертихвостке Мантисе.

И как-то слишком спокоен. А вдруг сейчас ещё какой-нибудь сюрприз прилетит? С небес или наоборот – из-под земли. Я беспокойно поёрзала пятой точкой по траве – трава мягко пощекотала ноги, будто уверяя, что нападать не собирается.

– Ты подозреваешь меня и не боишься стоять рядом? – сказала ядовито. Наверняка в этот момент настоящая Мантиса была бы довольна своей заместительницей, – А если я тебя сейчас укокошу?

«Или хотя бы стукну по ушам, чтоб не повадно было», – добавила про себя.

На этот раз принц улыбнулся по-настоящему. Правда, скепсиса в этой улыбке было куда больше, чем самой улыбки.

– Не боюсь. При активированном родовом щите ни у тебя, ни у других желающих нет ни единого шанса навредить мне. Через пару минут сюда прибудут королевские гвардейцы и прочешут академию вдоль и поперёк. Если ты в чём-то виновна, лучше признайся сама, иначе…

– Что «иначе»? —взвилась я, – Тресните по больной ноге, чтобы призналась в том, чего не делала? Да пожалуйста, признаюсь! Всю жизнь мечтала самоубиться вместе с наследником Владыки! Поэтому сначала чуть не сдохла под атаками сумасшедшего препода, потом повредила ногу, потом зачаровала тебя и насыпала с неба этих, как их… В общем, насыпала! Доволен?

Слезы текли градом, я почти ничего не видела и задыхалась от возмущения, боли и страха, а Шиману хоть бы что!

– С чего ты взяла, что именно я наследник Владыки? – строго вопросил он, зачем-то подняв руку.

Я протерла глаза и увидела, что мы на парковой аллее не одни – несколько мужчин с нечеловечески суровыми лицами стояли совсем близко. Их выправка, и шикарная, но одинаковая военная форма с головой выдавали принадлежность к элитным войскам. Даже острые эльфийские уши, казалось, были подобраны с помощью линейки.

Интересно, они подкрались на цыпочках или появились прямо из воздуха?

– Повторяю вопрос. С чего ты взяла, что именно я наследник Владыки?

Из полной отчаяния пламенной речи принц услышал только это?

– Ди Бэйл, я жду.

– Но ведь вы с Тармасом… Э-э, – я покосилась на гвардейцев, – вы, Ваше Высочество и Его Высочество Тармас тон Дарнимароэль являетесь наследниками Владыки, разве не так?

Шиман не меньше минуты сверлил меня острым взглядом, затем встал и махнул рукой. Один из мужчин, на манжетах и воротничке которого поблёскивали золотые вензеля, сделал шаг вперёд и, щёлкнув каблуками, вытянулся по стойке смирно.

– Доскональная проверка. Офицер, найдите того, кто это сделал.

– Разрешите начать с вашей спутницы, Ваше Высочество, – чернявый эльф с достоинством поклонился.

– Извольте, – ответил младший принц.

И с чего я взяла, что он поверит Мантисе, репутация которой смердит почище гнилой капусты!

– Ди Бэйл на Магической защите использовала запретные чары и в момент атаки была рядом. Просканируйте её ментально.

Теперь меня натурально затрясло.

– Опять ментальное воздействие? – спросила, умирая от страха за сохранность своих мозгов.

Нет, технически мозги принадлежат Мантисе, но в данный момент они совершенно точно мои!

– Разве эту процедуру не опасно проводить дважды за один день?

Шиман нахмурился, но тут же понятливо кивнул.

– Конечно. Декан? Проверял источник запретных чар?

– Да.

Светлые брови принца сдвинулись в прямую линию, и он обратился к тому же гвардейцу:

– Офицер, моей сокурсницей займёмся завтра, но сейчас лично расспросите декана моего факультета о её запретной магии. В любом случае под родовым щитом мне ничто не угрожает. И пришлите сюда лекаря.

Офицер сдержанно поклонился и отчалил восвояси. То бишь исчез вместе со своими подчинёнными.

А я смотрю, у них тут многие прыгают сквозь пространство, кроме, разумеется, Таласа, который явно завидовал способностям декана. Правда, в лечебницу меня не переместили и местного врача тоже не стали вызвать по-волшебному. Надо будет разузнать у Иви, почему так.

А ещё страшно хотелось спросить Шимана, почему он только сейчас воспользовался родовым щитом. Ага, чтобы принц уверился, будто ди Бэйл разнюхивает обстановку для следующей атаки. Нет уж, воздержусь от глупых поступков, которых и без того в избытке.

– Ваше Высочество, можно вопрос?

Эльф кивнул.

– Почему вы решили помочь мне добраться до лечебницы? Да ещё на руках понесли. После того, что произошло в столовой, я подумала, что вы… ну…

– Бесчувственный болван?

Восхитительная самокритика! И, главное, лучше не скажешь.

– Не в таких формулировках, – улыбнулась я, понемногу успокаиваясь, – Но могла поклясться, что вы не станете помогать опальной дочке ректора, которая ещё и не эльф.

– Это означает, что не стоит попусту разбрасываться клятвами, ди Бэйл. У меня тоже есть вопрос, – принц, наконец, присел рядом, прислонился спиной к стволу дерева и по-хозяйски вытянул ноги, – Несколько минут назад ты кричала на меня, будто мы супруги, которые тысячу лет живут вместе и столько же ненавидят друг друга, а теперь вспомнила об этикете?

Ну, сказанул эльфище… Супруги!

От избытка противоречивых эмоций щёки запылали, даже нос стал горячим и нещадно зачесался. Однако, спустя мгновение в глубине сердца укоризненно шевельнулось что-то ледяное. Живой лёд разом остудил раскрасневшееся лицо и вернул способность быстро соображать.

– Прошу прощения за неподобающее поведение, Ваше Высочество! – отрапортовала преувеличенно бодро, надеясь, что за бравыми интонациями наследник престола не заметит мимолётного смущения и скоропалительных почесушек.

Но Шиман, кажется, всё заметил и отреагировал приглушённым смешком. Будем надеяться, что гроза миновала.

– Ваше Высочество, вы правда считаете, что это я хотела вас убить?

Не факт, конечно, что принц скажет правду. Их, поди, всё детство муштровали – учили скрывать эмоции от многочисленных подданных и от двуличных министров, у которых неизвестно что на уме.

Эльф не стал выдерживать мхатовских пауз, но толку-то. Ответа в его ответе обнаружить не удалось. Впрочем, он и первый вопрос проигнорировал.

– То, что я думаю, не имеет значения, ди Бэйл. Тебя проверят так же, как проверят каждого в МагАкадемии.

– Менталом?

– Сканировать менталом всех подряд не имеет смысла, всё же Шквал стихий – весьма сложные чары, так что для начала у большинства студентов лишь уточнят уровень силы. Ты – другое дело, надеюсь, понимаешь, почему.

Понимать-то понимаю, но всё равно обидненько.

– А вдруг кто-нибудь случайно воспользовался заклинанием? Без злого умысла?

– Шквал стихий – это не заклинание, а чары, ди Бэйл. Ты и этого не знаешь?

– Ну… Сглупила.

– Трёхступенчатые чары и случайность – вещи несовместимые.

– Хорошо. А с помощью артефакта? Артефактом может воспользоваться любой.

– Слишком сложно, – покачал головой принц, – К тому же, артефакты подлежат строгой отчётности.

– Невозможно учесть всё! – я решила стоять на своём до конца, – Например, артефакт мог сделать какой-нибудь малолетний гений и не вписать в отчёт.

– Послушай, ди Бэйл, чего ты добиваешься? – Шиман, похоже, начал терять терпение, – Гвардейцы проверят все возможные варианты. И тебя проверят тоже.

Заладил, как попугай. Ну правильно – других птиц в этом парке хоть отбавляй, чирикают и поют на разные голоса, только говорящих попугаев не хватает.

– Я всё понимаю, Ваше Высочество. Я вообще только выгляжу дурой, а на самом деле очень понятливая – до меня с первого раза дошло, кто здесь главный подозреваемый. Но я-то знаю, что непричастна, и хочу найти настоящего преступника!

На эту тираду Его Высочество изволили усмехнулся. Кажется, вполне по-доброму.

– А ты, как я погляжу, и правда не дура, ди Бэйл. Даже забавная. Вполне можешь быть нормальным человеком.

– Сегодня день потрясений, и вчера было совсем не весело – станешь тут нормальной, – проворчала я, надеясь, что объяснение покажется принцу хотя бы капельку убедительным, а то слишком многие начинают замечать, что дочка сбежавшего ректора ведёт себя необычно.

– Так лучше, – одобрительно сказал эльф, – Первые четыре курса казалось, будто ты не интересуешься ничем, кроме удачного замужества. Признаться, надоело наблюдать за озабоченной самкой, распускающей хвост перед всеми подряд.

В последней фразе прозвучали нотки брезгливого пренебрежения, и я в буквальном смысле возжелала провалиться сквозь землю. Получается, эту заразу все терпели только из-за папы-ректора, а мне теперь краснеть за неё до морковкина заговенья?

Достали!

Все достали!

И этот непоследовательный принц тоже!

– Вы же презираете меня, Ваше Высочество, – я тщетно пыталась скрыть предательские слёзы, – Зачем же помогали? Зачем понесли в лечебницу?

На сей раз Шиман не спешил с ответом – сидел себе, смотрел куда-то вдаль, рассеянно обрывая одну за другой колосящиеся на ветру травинки. А когда тишина, разбавленная шелестом листьев, начала громко звенеть в моих ушах, совсем рядом раздался сухой старческий голос:

– Доброго здоровья, Ваше Высочество. Рад, что моя помощь потребовалась не вам.

Глава 6

Минутка слабости закончилась мгновенно.

Если я сейчас раскисну, что будет?

Кто-то пожалеет? Поможет?

Ага, щас.

Перед глазами мелькали кадры моей беготни по полигону на Магической защите. Сокурсники или ржали, или смотрели с равнодушием дохлой устрицы на тарелке. Даже принц, который самолично помог добраться до лекаря, и тот успел обвинить в нападении.

Такими невесёлыми мыслями я отвлекала себя, чтобы не заорать от врачебных манипуляций. Видно, Мантиса и здесь успела насолить, потому что старый эльф, закутанный в мантию тёмно-зелёного цвета с широким серебряным поясом, бинтовал ногу, выказывая недюжинное усердие. Будто нога принадлежит не живому человеку, а пластмассовой кукле.

– Сейчас повязку мазью пропитаем, – сказал он наконец и, ловко орудуя тощими паучьими пальцами, открыл баночку с белёсой жидкостью.

В нос ударил удушающе-мерзкий запах, и тут же откуда ни возьмись налетела туча назойливых мошек.

– Ничего, будешь, как новенькая, – старик замахал палочкой, отгоняя насекомых от вонючей банки.

Гаденькая улыбка осветила изрезанное морщинами лицо.

Шиман, который, отвернувшись, стоял на парковой дорожке, встрепенулся и принюхался.

– Зачем мазь Дарга Костлявого? Напитай повязку магической вытяжкой Фортериуса.

Из-под косматых бровей блеснул о-очень неприветливый взгляд, но интонации остались чрезвычайно любезными:

– Как скажете, Ваше Высочество, как скажете. Ежели прикажете потратить на неё полновесную меру ценнейшей вытяжки, будем тратить.

Лекарь вновь полез в глубокий карман и вытащил малюсенький пузырёк затейливой формы, в котором светилась-переливалась сиренево-фиолетовая субстанция. Даже сквозь закрытую хрустальную пробку я ощутила бесподобный пряно-свежий аромат.

– Зачем её целить? – бурчал старик на грани слышимости, неровными мазками нанося субстанцию на повязку, от чего вся нога ниже колена начала светиться и переливаться, словно ёлочная гирлянда, – Сама, небось, как никак исцелилась бы.

Жаль, что Шиман стоял далеко и не слышал причитаний эльфа, которые продолжали изливаться словесным по… Хм… Потоком.

– Портал прихватил? – спросил принц спустя пару минут.

– Разумеется, Ваше Высочество, всегда про запас два-три держу. Но неужто и портал станем тратить? – старик всплеснул свободной, тонкой, как веточка, рукой, – Пришлю кого-нить из первокурсников, дотащат, поди.

Мне уже было всё равно – удивительная магическая вытяжка, похоже, не только снимала боль и лечила, но и вводила в состояние эйфории. Поэтому я с блаженной улыбкой смотрела на принца, которому слова лекаря совсем не понравились. И моя улыбка, кстати, тоже.

– Аарон тин Барвэль, что-то раньше я не замечал за тобой склонности к бережливости, граничащей со скупостью. Ты закончил?

– Да, Ваше Высочество, – засуетился старик, уловив в голосе сына Владыки ледяные нотки, – Могу открывать портал?

– Открывай. И будь любезен лечить Мантису ди Бэйл, как положено по уставу Академии. Без личностного отношения и привязки к преступнику отцу.

– Да, Ваше Высочество. Разумеется, Ваше Высочество. С вытяжкой Фортериуса-то она уж завтра на ноги встанет, будьте уверены.

Лекарь, грациозно кланяясь – и как ему это удавалось из сидячего положения, ума не приложу! – вытащил какой-то блестящий предмет и взял меня за руку.

Портал перенёс нас в пустую комнату.

Её высокий потолок был расписан ровными рядами одинаковых кружочков с золотыми символами внутри каждого. Каменный мозаичный пол блестел первозданной чистотой, а над изголовьем единственной широченной кровати висел металлический шар величиной со средний глобус.

В этой кровати я и оказалась.

– Я пообещал Его Высочеству, что вылечу вас, Мантиса ди Бэйл, и я сдержу слово. Собственно, более вам ничего не нужно – магическая вытяжка из редчайших пород, сокрытых в глубинах Лорийской пещеры, сделает своё дело. Но не надейтесь на моё к вам уважение.

В отсутствии принца лекарь выглядел и говорил совсем иначе – этакий важный пожилой аристократ, преисполненный достоинства и уверенности в себе. Сейчас он стоял во весь рост, спина ровная, нос крючком, а слишком светлые глаза мечут молнии праведного гнева. Мантия, расшитая по подолу непонятными письменами, очень ему шла и придавала образу солидности.

Я слушала старика эльфа и украдкой рассматривала просторное помещение. На больничную палату не похоже. Общежитская каморка, в которой мы квартируем с Иви, чу-уточку меньше – приблизительно раз в двадцать. А, может, и в пятьдесят.

– А что это за комната, достопочтенный Аарон тин Барвэль?

– Не стройте из себя дурочку, ди Бэйл, – седые брови строго сошлись на переносице, – Помнится, на втором курсе вы не раз навещали Римистаса эль Тариола, который проиграл в магическом поединке Его Высочеству Шиману. Римистас провёл в лекарских покоях для высшей знати без малого семь дней.

Лекарские покои, значит. Ясненько.

– Я чем-то обидела вас, достопочтенный Аарон тин Барвэль? – тему внезапной амнезии, пожалуй, опустим, как и то, что меня соизволили поселить в палату, предназначенную для представителей высшего сословия, – От души прошу прощения.

Я закончила устраиваться под пушистым одеялом и старательно распределила по кровати многочисленные подушки, создав тёплое уютное гнёздышко. Глупая улыбка так и висела на моих губах, точно приклеенная, но эйфория постепенно выветривалась, а вместе с ней улетучивалось и неоправданно хорошее настроение. Кроме того, страшно захотелось спать, глаза закрывались сами собой, и я не стала сопротивляться.

– От души… От какой души?

Запоздалые слова эльфа, услышанные сквозь надвигающийся сон, показались подозрительными. И важными. Хотелось спросить, что он имеет в виду, но непослушное сознание очень не вовремя отчалило в царство Морфея.

Улица. Узкая средневековая улица.

Каменные дома, каменный тротуар. И пусто.

Я иду по пустой улице, кутаясь в потрёпанный дорожный плащ. Порывы холодного ветра ныряют за воротник, шелестят в полах плаща, норовя украсть остатки тепла. Но я не поддаюсь – держу завязки скрюченными от холода пальцами.

В одном из домов замечаю тусклый свет и с робкой надеждой ныряю в приоткрытую дверь. Свет – значит, тепло.

Дом оказывается подпольным храмом.

Всюду горят свечи. Хочется прижаться к дрожащему пламени одной из них, чтобы хоть чуточку согреться…

Небольшой зал сплошь заполнен людьми, они слаженно поют на разные голоса, как профессиональный вышколенный хор. Лица скрыты под глубокими капюшонами.

В середине плотной толпы пусто – там очерчен идеально ровный круг, в центре которого прямо в воздухе висит люлька с младенцем.

Внезапно песнопение обрывается, и люди резко скидывают капюшоны…

Я хочу, но не могу разглядеть их лица – очертания двоятся, плывут, смешиваются друг с другом, как картинка в калейдоскопе.

Продолжаю вглядываться и в какой-то момент понимаю – это вовсе не люди! Человеческие обличия скрывают нечто совсем иное…

Замёрзшее тело пробирает ледяной холод, нервы звенят от напряжения, и в этот момент люлька с младенцем вздрагивает и начинает двигаться.

Все в предвкушении замирают.

В абсолютной тишине сотни горящих глаз алчно следят за люлькой, которая летит прямо мне в руки…

Хватаю её, лишь чудом не уронив.

Все в глубоком шоке. Включая меня.

Не-люди чего-то ждут. Но чего?

Младенец начинает хныкать, а толпа придвигается ко мне на шаг.

Ещё шаг.

И ещё.

Имя! Ребёнку нужно дать имя.

На ум лезут удивительные имена, которые я и выговорить-то не смогу!

Как же? Как назвать?

Младенец вдруг замолкает и в упор смотрит на меня подёрнутыми белёсой плёнкой глазами, а его руки начинают удлиняться. Стремительно, неестественно. Они… тянуться к моей шее!

Толпа делает ещё шаг.

Я почти теряю сознание от страха. Хочется бросить люльку вместе с чудовищем, которое в ней обосновалось, но я чётко осознаю, что делать этого нельзя – тогда мне точно не выжить.

Сдавленно выкрикиваю первое пришедшее на ум имя, которое тут же забываю, передаю монстра-ребёнка ближайшему не-человеку и под облегчённый вздох толпы бегу к двери.

Стучусь изо всех сил, барабаню, отбивая кулаки, но вместо того, чтобы открыться, дверь становится зеркалом.

Я кладу руку на появившееся из густого тумана отражение…

И с криком просыпаюсь.

Красноватые лучи заходящего солнца мягко золотили деревянные панели на стенах. На потолке, словно звёзды далёких миров, тускло мерцали причудливые магические символы. От металлического шара шёл мерный жужжащий звук – он крутился и тревожно мигал.

– Ну чего ты разоралась? – послышался смутно знакомый голос, – Успокойся, фррр-ффф. Видишь, как сфера неотложной помощи вертится? Сейчас прибежит ненормальный лекарь, почует меня и начнет измерять магический фон.

Прямо передо мной появился призрачный котёнок с крылышками. Как, бишь, его? Катуш.

– Кто прибежит?

– Фррр-ффф, Дариль. Старый Аарон ушёл через портал по своим делам, оставил Дариля на дежурство. Он нас не видит, но чувствует. Всё диссертации пишет про аномальные расстройства магического фона в МагАкадемии Рахаса. Над ним потешаются, а парень-то прав. Рассказывай давай, почему кричала?

– Страшный сон приснился.

– И что там было?

– Да какая разница? – Рассказывать о младенце, не-людях и об ужасе, который всё ещё сковывал тело вполне реальным холодом, не хотелось совершенно, – Простой кошмар.

– Какие вы люди глупые, фррр-ффф, – недовольно пофыркав, кот покачал призрачной головой, – Нельзя так легкомысленно относиться к снам. Простых кошмаров не бывает, поверь мне. Сон – это дверь в другие миры.

Я открыла рот, чтобы поспорить, и закрыла.

Ну да. Экскурсия в магический мир, можно сказать, удалась. Впору объявлять благодарность туроператору по имени Мантиса.

– Впрочем, поступай, как знаешь, фррр-ффф. Я пришёл вовсе не для того, чтобы спасать тебя от неприятностей, которые могут принести кошмары из сновидений.

Катуш подлетел ещё ближе и навис надо мной так, что пришлось задрать голову – видно хотел казаться крупнее и внушительнее. В поле зрения попала сфера неотложной помощи – она перестала вращаться и мигать, вернувшись к состоянию круглой железяки, неизвестно зачем болтающейся в воздухе. Котик заметил мой взгляд и кивнул:

– Фррр-ффф, Дариль, видно, дрыхнет, как обычно, потому и прошляпил вызов. Оно и к лучшему. Так вот, Матиса ди Бэйл, из-за тебя Кудряшка сегодня весь день плачет!

– Кудряшка – это та маленькая девочка?

– Ты очень догадлива, – ворчливо подтвердил призрак, – Кудряшка плачет то от радости, что появился человек, который… – он споткнулся на полуслове и торопливо продолжил, – то от разочарования, потому как этот человек – ты. Фррр-ффф, имей в виду, я её в обиду не дам!

Нет, ребята, это уже не смешно. Буквально каждый встречный-поперечный так и норовит демонизировать Мантису. Понятно, что она была… э-э… не очень хорошим человеком, но тут прям перебор!

– Вы всерьёз думаете, что я могу обидеть ребёнка?

– Да ты всю академию изводила четыре года, с чего вдруг пожалеешь маленькую девочку?

Н-да, звучит вполне логично. Но только для того, кто не знает, что в шкуре Мантисы этой самой Мантисы-то и нет.

– Так вы сегодня не следили за мной?

– Фррр-ффф, с чего бы? – призрачные крылья и усы нервно затрепыхались, выдавая возмущение своего хозяина, – Много чести! Я всё равно не верю, что ты…

Он опять споткнулся на полуслове и замолк.

– В таком случае, прошу вас, уважаемый Катуш, проверить, что нас никто не подслушивает.

Я вдруг испугалась, что мой секрет может дойти до посторонних ушей без всяких магических клятв и, соответственно, с гарантией скорого разоблачения.