Книга: Кровь и символы. История человеческих жертвоприношений - Олег Ивик

Когда речь заходит о человеческих жертвоприношения, мне на ум сразу приходят старый мультфильм Дорога на Эльдорадо и ацтеки. Но людей умерщвляли на радость богам не только в доколумбовой Америке, но и на территории нынешней Европы, в том числе и славяне. Мне понравилось, что авторы разделили текст по географическому принципу, как бы путешествуя по миру и показывая, что на самом деле народы не сильно отличались друг от друга в своих воззрениях. Почти в каждом уголке Земли на каком-то этапе своего развития люди приносили своих собратьев в жертву богам. 

Вообще нон-фикшн для меня это кладезь новых знаний, которые расширяют мой мир. Так, раньше я не знала, что у неандертальцев были зачатки религии, и они поклонялись Медведю. Или, например, замена настоящих, то бишь живых, жертв их изображениями или статуэтками. Это тоже могло считаться за полноценное жертвоприношение. Конечно, ужасает тот факт, что ради смерти одного человека (правителя, высокопоставленного чиновника или военного) в Египте и Китае, да и у некоторых среднеазиатских народов убивались десятки человек, в дар комфортной жизни в загробном мире.

Самое по мне чудовищное — это ритуал самосожжения Сати. Когда жена погибшего должна была войти в огонь вместе с телом супруга. Причем, это ритуал родом из Индии, но и в других культурах были похожие традиции. Мол, жена не может жить без мужа. Конечно, были и нюансы, и разночтения велений богов, но сам по себе факт существования подобного приводит меня в ужас. Как и освежевание жертв (преимущественно молодых девушек) у американских племен, их тела были даром богам плодородия, поэтому кожу с них снимали, как листки с кукурузы. Отдельно стоит упомянуть часто повторяющиеся ритуалы с убийствами детей. Самые незащищенные слои населения страдают чаще всего. 

А ещё хочу упомянуть о моем любимом оксюмороне в истории: как добрые христиане вырезают диких кровожадных дикарей. Те же ацтеки регулярно приносили кровавые жертвы своим богам, что – без сомнений – возмутило праведных испанцев, поэтому они устроили дикарям жестокую бойню, что реки крови лились по улицам ацтекского города. 

Конечно, авторы и правда больше внимания уделили жертвоприношению как культурному феномену, исследовали его психологическую подоплеку, а не только перечисляли дошедшие до нас описания ритуальных убийств. Книга оказалась выше моих ожиданий, я почерпнула из нее много полезного.

У Майа/Ацтеков/Инков чисто кровавая баня с элементами боди-хоррор.

В целом отличный нон-фикшн, без лишней воды, который реально навел жути.

Кровь и символы - отличное название, цепляющее неподготовленного человека. И крови, действительно, много. Ведь речь о жертвоприношениях, которые практиковались в глубокой древности в развитых на тот момент цивилизациях.

Сначала я держалась за интерес. Потом терпела в ожидании светлого чуда. Потом бросила. А затем вернулась, чтобы завершить гештальт.

Мне тяжело далась эта книга, хотя написана она очень хорошим языком. И вроде не так уж красочны обряды жертвоприношений. Но моя фантазия рисовала их куда круче. Отрешиться не получилось. Как и не впечатлиться. Всё же эту книгу нужно читать с крепкими нервами и полным равнодушием. А я не смогла. Я включилась, и мне стало тяжело.

Если что, к автору никаких претензий. Он поделился опытом раскопок, добавил знания истории, археологии. Получился классный познавательный продукт. Но я слишком увязла в художке, чтобы с легкостью воспринимать тяжелый по атмосфере нонфик. Поэтому впечатления остались гнетущие.

Это часть нашей истории, но мне жаль, что её нельзя стереть.

Мне очень понравились главы, посвящённые ацтекам и майя, а также истории Индии. В частности, очень запомнился обряд Сари. Его суть заключалась в том, что жены шли на смертный костёр вслед за мужем, причем добровольно. считалось, что таким образом она не очернит имени мужа и принесёт почёт семье.

Сама по себе книга интересная, она показывает не только общую последовательность, но общие и отличительные черты всех религиозных течений. Будет интересно тем, кто увлечён культурами разных стран и историей.

В этой книге исследуются и те и другие и третьи. У одних древних народов жены добровольно идут на смерть вслед за мужем, в других в честь победы в бою с пленных снимают скальп. Где-то жертвоприношений не любили, но любили сочинять истории о них.

Эта книга интересна для тех кто знакомится с историей жертвоприношений, но мне многие факты так или иначе были знакомы. Авторы ограничили себя именно человеческими жертвоприношениями. К примеру, у греков совершенно нормально было принести в жертву животных и в Илиаде (которую я как раз сейчас читаю) постоянно приносят в жертву "тучные бедра" быков, коров, овец и коз. Но в главе про древнюю Грецию описываются в основном жертвоприношения людей описанные в мифах (и в том числе в Илиаде), а не реальные.

Авторы намеренно упрощают текст и сами об этом говорят. Мне все же хотелось бы погрузиться в историческую часть жертвоприношений в общем. В итоге мы получаем по чуть-чуть от традиций некоторых стран, но ни в одну из них не углубляемся.

Давайте обойдемся без крайних суждений, призываю я. Мое глубокое убеждение, что нехудожественная литература должна быть разной, на разного читателя и с различной степенью погружения. Этот дуэт авторов под общим псевдонимом Олег Ивик, погружает читателя неглубоко. Книга проводит нас по разным регионам, и демонстрирует нам древние традиции человеческих жертв то в Китае, то на Ближнем Востоке, то в Древнем Риме, то в далекой Америке. Ну а то, что порой чрезмерно упрощает? Так что же, кто этим не грешит, особенно когда в связке «науч-поп» «поп» преобладает над «науч».

Лично мне книга во многом понравилась. Материала много, подан он структурированно, многое я знал, но кое-о-чем расширил знания, а кое-что и вовсе было для меня новым. Главная претензия к структуре – я не понял, зачем так выбивается последняя глава, названная «Жертвоприношение Авраама» и рассказывающая про отношение древних евреев к собственно жертвоприношениям людей, в первую очередь детей. При этом глава оторвана от главы про Ближний Восток, про народы, которые жили в том же регионе, в то же время. Странно это. Но непорядок с главами, это не самая большая проблема. Самая большая – авторы не смогли или намеренно не стали (это ближе к истине, наверное) разделять пространство истории и пространство мифа. Складывается впечатление, что для них Авраам и Агамемнон – реальные деятели истории. Понятно, что миф отражает реальность. Но только в особой, преломленной форме. Воспринимать события древних литературных источников, как истину – это по меньшей мере странно. Не скажу, что совсем не было других данных, археологии в частности, но было явно недостаточно. Плюс не было четкого разделения: миф, его анализ, исторический контекст. Еще не обошлось без прямых исторических ляпов, например, тыквы у древних кельтов во времена Римской Империи – это чересчур. Из понравившегося: показалось интересным, что авторы сделали упор на гуманизации процесса жертвоприношений. Практически во всех культурах наблюдалась тенденция к уменьшению человеческих жертв. Сначала богам отдавали лучших из лучших, потом преступников, а потом доходили, что можно пожертвовать не по-настоящему, условно, заменить человека животным, а то и вовсе глиняной фигуркой. В том же обычае весны священной, сначала детей убивали, а потом только изгоняли, и то по достижении совершеннолетнего возраста. Понятно, что все это не всегда и не везде (в Индии вон до сих пор время от времени вдовы сжигают себя после смерти их мужей), но тенденция любопытная.

Рецензия движется к концу, пора, вероятно, признаться в том, чего я до этой книги и вообразить не мог. Человеческие жертвоприношения могут быть красивыми. Все дело в поэзии, она заставила меня увидеть красоту там, где ее быть не должно. Я имею ввиду вот эти строчки неизвестного ацтекского поэта:

Нашими дротиками, нашими щитами существует город. Там, где окрашиваются дротики, где окрашиваются щиты, находятся белые благоухающие цветы, цветы сердца: раскрывают свои пестики цветы Дарителя Жизни, аромат которых вдыхается в мире принцев, это Теночтитлан.

Коротко поясню, Теночтитлан – древний город ацтеков, цветы – принесенные в жертву сердца людей. А еще меня поразили пьесы древних народов Америки. В них, если в них по ходу действия актер должен был умереть, его убивали по-настоящему. Это ли не поэзия?

Рецензия получилась сумбурной, как и книга, но, надеюсь, ее можно читать. Книгу однозначно можно, но осторожно и без больших ожиданий. И тогда будет тебе, читатель, счастье и будешь долголетен на Земле.

Действительно, и с предметом своего исследования, и с читателем авторы обращаются с максимально возможной деликатностью и порой даже с уместным мягким юмором. Всё-таки смерти, произошедшие за сотни и тысячи лет до твоего рождения, воспринимаются уже как часть истории, и бессмысленно устраивать из-за них драму (если только ты не драматург).

Мне в принципе импонирует метод, при котором рассматривается бытование одного явления в разных культурах, и в этом отношении книга «Кровь и символы» получилась просто замечательной: авторы рассказывают о том, как и почему люди приносили в жертву себе подобных в разных цивилизациях, основываясь как на вещественных источниках (особенно когда речь идёт о дописьменных культурах), так и на письменных — в книге часто цитируются античные авторы. В фактологическом отношении последние представляются наиболее информативными, но есть ещё один важный источник информации о жертвоприношениях — мифы. Пусть они не дают достоверных и конкретных ответов на вопросы «кто?», «кого?», «сколько?», зато отвечают на другой вопрос — «зачем?» Зачем нужны были эти убийства, зачастую массовые, нередко — вопиюще жестокие и совершенно бессмысленные с точки зрения современного человека?

Дело в том, что для людей древних (а в некоторых случаях и не очень древних) культур жертвоприношения вообще и человеческие жертвоприношения в частности были отнюдь не бессмысленны. Для них жертвы человеческой кровью и человеческими жизнями имели и причину, и цель, и значение порой государственной важности, и даже мировой — с учётом того, каким представлялся мир людям тех эпох.

Особенно когда эти жертвы «срабатывали». Меня очень впечатлил эпизод из истории Карфагена.

Во время осады города четырнадцатитысячным войском правителя Сицилии Агафокла граждане Карфагена ради спасения отечества принесли в жертву пятьсот детей. По роковому (или счастливому, тут уж как посмотреть) совпадению после этого на Сицилии началось восстание, и Агафокл был вынужден отвести войска обратно на родину, а с Карфагеном заключил мирный договор. Не так уж и удивительно, что после этого карфагеняне крепко уверовали в действенность этого ритуала — и стали проводить его чаще.

Спустя несколько поколений Ганнибал Барка (тот самый знаменитый карфагенский военачальник) отказался принести в жертву собственного сына, вместо этого пообещав богам великолепные жертвы после взятия Рима. Финал блестящей полководческой карьеры Ганнибала известен — Карфаген потерпел от Рима сокрушительное поражение, а Ганнибал был вынужден бежать на чужбину, где в итоге покончил с собой.

Римские власти, к слову, стремились положить конец человеческим жертвоприношениям на всех присоединённых территориях. При этом, правда, попустительствовали проведению гладиаторских боёв, которые по назначению, форме и содержанию недалеко от них ушли, но это другая история.

Авторы воздерживаются от оценочных суждений, они фокусируются на другом — на том, как человечество всё-таки ушло от человеческих жертвоприношений. Это был долгий процесс, и скорее возвратно-поступательный, нежели поступательный. Так, ещё в III веке до нашей эры индийский царь Ашока запретил использовать в качестве жертв любые живые существа. Царство Ашоки простиралось от побережья Индийского океана до вершин Гималаев, и для той эпохи это было гуманистическое деяние огромного масштаба и глубины. Но после смерти Ашоки созданное им царство распалось, и составлявшие его регионы в основном вернулись к привычному уровню гуманизма.

Я, вслед за авторами, тоже не стала бы никого осуждать. Да, человеческие жертвоприношения были жестоки и бессмысленны, и хорошо, что они больше не практикуются (по крайней мере, открыто; принимать во внимание вероятность существования в наше время каких-либо извращённых культов мне, откровенно говоря, не хочется). Но не исключено, что спустя десятки поколений не родившиеся ещё люди сочтут жестокими и бессмысленными какие-то аспекты нашей обыденной деятельности.

А мы всего лишь хотим как лучше. Или, может, нам просто страшно — как тем карфагенянам.