Текст книги "Аспекты спектра радуги"
![](/books_files/covers/thumbs_240/aspekty-spektra-radugi-258359.jpg)
Автор книги: Олег Ока
Жанр: Современная русская литература, Современная проза
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 8 страниц) [доступный отрывок для чтения: 2 страниц]
– Надо будет предложить Трише интересную тему, – подумал он, но вслух сказал другое, что также было провокационным вызовом. – Чушь какая. Весь смысл нашей комедии – продолжение рода. Если ты против, то ты не женщина, а что-то такое… я понимаю, когда женщина не может, но если она не хочет, и под это «не хочу» выстраивает теории – это болезнь.
– Ну, ты зато нормальный, радуйся этому.
– Не могу сказать, что я нормальный, как это понимаешь ты. Я не нормальный. Я люблю секс, иногда секс бешеный. Но я человек верующий (без фанатизма), я люблю женщин (не стерв). Я просто мужчина, я просто человек. Я пишу книжки, и в каждой у меня вторая героиня – женщина (девочка) и секс. Это ведь вполне нормальное явление.
– Элиак, ну да. И то, что ты воспринимаешь секс, только как прокреацию? Могу поспорить, что нет.
– «Прокреация» какое противное слово. А секс – это хорошо. Когда люди нравятся друг другу, а я пока не говорю про любовь, это просто великолепно.
– И тогда почему от каждого вашего полового акта не рождается ребенок? Женщина должна рожать, ведь именно это ты утверждаешь?
– Должна. И родители должны жить для себя, не всё для общества.
– Функция обязывает??? О-о…, наличие связок обязывает тебя быть оперным певцом? Наличие ног обязывает быть профессиональным бегуном? Обязывать – это стереотипы и условности общества, чисто социальное явление.
– Клара, функция гвоздя, связывать детали. Основная функция человека – продолжение рода, без этого 90% человечества бесполезны.
И всё-таки Клара постаралась оставить поле битвы за собой, не преминув под конец выдать колкость, больше похожую на гадость:
– Почему мне кажется, Элиак, что Триша в этом разговоре поддержала-бы меня?
– ?
– Как я понимаю, ваши ночные труды не планируются окончиться деторождением?
– …, ты продолжаешь эксплуатировать образ? Удачи, – только и смог выговорить Элиак, – в этом нет ничего плохого. Могу сказать на это только одно, говорят, что разум в человеке появляется вместе с личностью. НО мне кажется, у некоторых он проявляется после 40-ка.
Без сомнения, он потерял лицо, он всегда терялся перед хамством, категоричностью и безапелляционностью. Утро было утрачено окончательно.
Клара удалилась величественной утиной поступью:
– Передавай самке мои наилучшие пожелания…
7.
Генерал Виктор, инспектор местного отделения службы космической безопасности, с удовольствием потянулся и улыбнулся своему старому другу командеру Юри. Снаружи палило полуденное солнце, слишком обильно палило, и кондиционер был включен на полную мощность.
– Хорошо выглядишь, Юри, похоже, на ариэле с климатом всё в порядке?
– Тропики, наша станция расположена в горах, там воздух прохладный, но Солнце жарит, как и здесь.
– Выпьешь? Или сначала дела?
– Сначала я расскажу, что меня заботит в этом деле, а симптомы очень тревожные.
– Я читал рапорт, – кивнул генерал. – Сумасшедший сбежавший механизм. Что-нибудь о его мотивациях?
– Если-бы это был просто сумасшедший механизм, я не оставил-бы свой пост.
– Брось, какой там пост! Чистая видимость, для контроля межпланетной связи хватило-бы двух инженеров. Ведь ты сбежал на Ариэль от своей мегеры? Ладно, к этому давно шло, секрет Полишинеля. Но, так что тебя озаботило в этом деле?
– Механизм. Его поступки не объяснимы программами. И он может изменять свои и чужие программы. Похоже, что при этом он преследует вполне определённые цели.
– Он поставил себе задачу? Но ведь это нонсенс, что может быть нужно примитивному автомату?
– Вот и я удивляюсь. Я пошарил в глобальной сети, таких претендентов не было с года… Вообще не было. Кстати, сеть находится в почти аварийном состоянии.
– Я знаю об этом, совету специалистов неоднократно подавали докладные, но они не хотят этим заниматься, мол, дело не приоритетное, хватает других забот, а запросы на использование сети всё сокращаются… Что там с этим… как его… – генерал заглянул в лежащее перед ним дело. – Марш! Это он сам себя так назвал?
– Я проследил его маршрут, начиная с Ариэля. Сначала он приземлился в курортной зоне, пробыл там не долго. Он похитил игрушку! Простейший механизм, но с более объёмной и сложной системой и программным обеспечением, чем его подручные биомехи, стражи. Стражей он бросил на Ариэле, предварительно покопавшись в их программах. Видимо, их параметры его не удовлетворяли. И вот он где-то здесь, в окрестностях Шварцвагена. Что ему может здесь понадобится? А ведь он прибыл сюда, тоже преследуя свои интересы, его игрушка, так называемый Той, создана именно здесь, на местной фабрике подручных механизмов. Его необходимо найти, Виктор, мне всё это нравится меньше и меньше. А особенно учитывая процессы, сейчас происходящие в ноосфере. Это может быть как-то связано…
– Бытовой механизм, детская игрушка… Ты шутишь? Мой тебе совет, забудь эти глупости и возвращайся на курорты Ариэля… Могу тебе обещать, что буду следить за сводками происшествий. А сейчас приглашаю на вечеринку, моя кукла уже старается изо всех своих кулинарных талантов.
8.
– Их тела устроены абсолютно не рационально, – бормотал Марш, повиснув на нижней ветке раскидистой яблони в садике Триши. – Отверстие для введения энергоносителей, и этим-же отверстием они общаются звуковыми волнами. Для перезагрузки им требуется отключение от разума, и разум в это время продолжает работать. Им надо освобождать организм от неиспользованных остатков энергоносителей, вместо того, чтобы вводить чистые вещества, используемые полностью.
– Ты обращаешься ко мне? – спросил Той, прячущийся в кусте крапивы.
– Мне это не нужно. Я рассуждаю вслух, чтобы упорядочить мысли.
– Я видел такое у людей, они часто разговаривают, обращаясь к себе.
– Я пытаюсь приблизиться к их логике мышления, а это трудно, их логические цепочки возникают спонтанно и беспорядочно, и зачастую бесцельны. Им просто необходимо держать сознание в действии, без этого они не чувствуют себя людьми, их деятельность становится не осознанной и не целенаправленной. Это признак иррационализма, разум теряется в мотивациях.
– Это показывает их ущербность в сравнении с механизмами.
– И они создают нас. Но кто конструировал их? Я хотел-бы пообщаться с этим разумом и узнать истинные цели создания людей. Зная их истинное назначение, можно понять их сущность и использовать образующие её программы. Нам просто необходимо попасть на завод, где производят таких, как ты.
– Но ты был близок к цели в том месте, откуда пришёл, где создали тебя.
– Я был задуман в единственном экземпляре, вариант экспериментальный и не удачный. мне надо усовершенствоваться, а для этого иметь доступ к начальным программам производства… Мы уходим в большой город.
9.
– Прекрасная женщина, около ста лет, немного категорична, но в душе добрая, если ты понимаешь, о чём речь.
– О недостатках? – скептически вопрошал Эльс, раскуривая сигару.
– Единственный недостаток, отсутствие мужчины. В том смысле, что это вырабатывает у женщины собственное мнение о происходящем, и это мнение зачастую идёт вразрез с мнением окружающих. Раньше таких называли «Синий чулок», не знаю, что это может значить. Хороший городок, может быть, излишне регламентированный, но это поможет отключиться от забот. Мы сможем отдохнуть здесь несколько дней, привести в порядок планы, или составить новые, – рассуждал Дрок, шагая широко и размашисто, кивая редким прохожим, и можно было подумать, что он вернулся домой.
Не торопясь, они прошли через центральную площадь Гринвуда, задержались у здания ратуши, дивясь на псевдосредневековую архитектуру, перешли по горбатому каменному мостику через речку Пайкс, почти скрытую пологом свисающих ивовых ветвей, полюбовались неспешным течением прозрачной воды, усеянной желтыми корабликами осыпавшихся листьев, под которыми колыхались густые стебли водной растительности, и прошагали ещё два квартала, когда Дрок остановился у калитки в невысокой ограде живой изгороди, достал платок и вытер мокрую шею.
– Именно здесь она живёт, Клара. Должна быть дома, если не гуляет по лавочкам. Не страшно, наше знакомство обязывает, и мы можем зайти без церемоний.
Хозяйка и в самом деле отсутствовала. Дрок тут-же забрался в бар, выволок бутылку вина и пару бокалов. Вино было ледяное, сухое, бокалы запотели, и смотреть на них было приятно.
– Видимо, Клара занимается любимым делом, обходит торговые ряды, собирает и сортирует мнения. Хобби у неё такое. Некоторых это занятие нервирует, но на её аппетит чужие эмоции не влияют. Я не видел более нейтрального в общественных отношениях человека, для неё существует только она сама, и, может быть, это правильно. Исследуя историю общественной информационной сети, я обратил внимание, что с самого начала её создания, она была нацелена на обособление личности, абстрагирование от прямого общения индивидов, воспитание самостной личности. Людям такое общение быстро надоело, но начало было положено, и в основе его стояло именно уничтожение личности во имя принадлежности к навязанному сообществу. Всё было нивелировано, вкусы, привязанности, мода, литература. Представляешь, читали только то, что было навязано, разрекламировано, и это считалось духовным развитием. Рекламировалась даже вера!
– Но сейчас тоже наблюдается уход от действительности, – меланхолично заметил Эльс. – И люди перестают критически мыслить.
– Сейчас это не навязывается. Что-то происходит с ноосферой, не обоснованные логикой процессы. Хотя, когда речь идёт о законах развития общества, логика часто отступает, уж слишком много факторов, не поддающихся анализу и основанных только на эмоциях.
10.
Хозяйка пришла, когда друзья, откушав вкусный обед, приготовленный умной кухней, после купания сидели в шезлонгах на берегу бассейна, подставляя горячую от солнца кожу под ласковые порывы прохладного северного ветерка. Увидев её, Дрок открыл рот, и тут-же забыл, зачем сделал это, а Эльс чуть не скатился с шезлонга в воду.
– Дрок, старый бродяга! Сколько мы не виделись! Но чувства не остывают, я говорю про настоящие, искренние чувства, а не то, что называют так после потной постели, помнишь, как это было? До сих пор мурашки по коже, и всё-же это было здорово! Такие горячие воспоминания делают жизнь вкуснее, ты согласен?
– Д-да, конечно, но… Кстати, это мой коллега Эльс, хороший человек. Но… что с тобой случилось? Почему ты выглядишь, как… Как?
– Эльс! Какой приятный молодой человек! Это в самом деле удивительно, ведь тебе не больше… тридцати? Сорока? Такие молодые люди в наше тяжёлое время, это большая редкость, общество стареет, и не только физиологический возраст, ведь ты понимаешь, о чём я говорю? Но больше устаревает восприятие жизни, всё меньше глупых претензий к будущему, всё больше предвзятых притязаний на настоящее.
– О чём ты, Клара? И, о, Боже, что за наряд? В вашем славном городке карнавал? Но мы прошлись по авеню и не заметили нарядных толп, не услышали весёлой музыки…
– Сейчас музыку слушают разве только во время службы в храме, и на похоронах. Люди стали материалистами, снова поклоняются теории относительности и пророку её, … вот забыла этого смешного фантазёра, Альтрет Эпш…? Бог с ним! Но что вас принесло сюда, в эту глушь? Только не говорите, что здесь по работе!
– Что – работа! Мы праздные зрители, нас больше заботит досуг. Но, опять-же, твой наряд, он похож на карнавальный костюм. Не можешь объяснить, какая нужда принудила тебя к столь чудному прикрытию очаровательной плоти?
– Можешь назвать это прихотью, и это будет правда, но только часть её. Это мой долг, но можно назвать это и призванием. Но, извините, в самом деле, мне надо привести себя в подобающий времени вид. Я оставлю вас на мгновение, если обещаете не умереть с голода, а я уж постараюсь напомнить вам вкус настоящей цивилизованной еды, а не то, чем нас угощают современные кулинары, вот кто никогда не попробует своего творчества, это выше их изысканных претензий! И это дополнительная иллюстрация бардака, в котором погрязло нынешнее общество! Вот на что должна быть направлена деятельность муниципалитетов, а они заборы красят!
Клара в полном отчаянии махнула рукой и решительно удалилась. Наряд её в самом деле мог повергнуть в смятение мятущиеся души, а в сочетании с произнесённой речью привёл Дрока и его друга в состояние шока. Кроме странной меховой ушастой кепки, на ней имелись лифчик, также сооружённый из лохматых кусков шкуры неизвестного науке животного, шорты до колен из того-же материала, и неуклюжие кожаные тапки. Кроме одеяния было и украшение на объёмистой шее в виде раковин морских моллюсков, нанизанных на толстую волосатую верёвку. Полное лицо было разрисовано полосами разноцветной туши и обрамлено большими металлическими кольцами, висящими на мочках ушей.
– Она всегда так наряжалась? – поинтересовался Эльс, переведя дух.
– Это что-то новенькое, импрессионизм какой-то. Возможно, это очередное хобби?
До вечера они ещё купались, а Клара, приведя себя в человеческий вид, возилась в помещении кухни, полностью контролируя процесс приготовления еды. Она в самом деле оказалась мастером в этом деле. На ужин был сооружён чудный румяный пирог с картофелем и грибами. К пирогу был приготовлен салат из свежих овощей, собранных на грядках за бассейном, и сухое белое вино. Они ужинали на лужайке под тентом, и друзья изо всех сил хвалили искусство хозяйки. Освобождённая от агрессивной раскраски, облачённая в лёгкий длинный халат, она выглядела более чем привлекательно, и Эльс, временами забывая о еде, украдкой разглядывал её круглое красивое лицо. Дрот видел это, печально улыбался, не отпуская своих обычных шуточек, у него были свои сложные воспоминания, которые вызывали теперь, по прошествии десятков лет, только лёгкое сожаление об утраченных возможностях.
– Так, теперь ты можешь поведать о своих заботах, повлёкших за собой столь необычное преображение облика? Если это не развлечение, то, может быть, какие-то более сложные проблемы?
– Проблемы не у меня. Я всего лишь пытаюсь привлечь к ним внимание общества. Дело в том, что я плохо разбираюсь в общественных взаимодействиях, потому и прибегла к столь кардинальным действиям.
– Шоковая методика, – кивнул Дрок. – Подробнее можно?
– Подробнее… Не знаю, с чего начать. С категоричного утверждения? Но оно повлечёт за собой многочисленные пустые рассуждения… Попробую так. – Клара отодвинула поднос, включила экран сети. – Посмотрите интересную статистику трёхтысячелетней давности. Это середина третьего тысячелетия. Календарь праздников планеты.
Мужчины придвинули кресла, рассматривали таблицы.
– Интересно, день благодарения предкам, а это? День выхода человека в космос, день учителя, день памяти Винсента Ван Гога…
– Пятьсот праздников в год. В основном, в память деятелям культуры, бытовые праздники и исторические даты. Много семейных и детских праздников.
– День экологии, праздник леса, фестиваль океана… Но здесь то, о чём уже никто не знает, куда всё это делось?
– Интересный вопрос? Остались только местные фестивали и карнавалы, никак не привязанные к культурным и духовным ценностям. Нонсенсы прогресса. Сказывается и планетарная экспансия, многие праздники были привязаны к культуре и истории Земли. Но главный фактор, как мне кажется, сам прогресс. И дело не только в праздниках. Знаете, сколько музеев существовало на планете? Десятки, может быть, сотни тысяч. Исторические, художественные, этнографические, технические и научные, зоологические и личностные. Сейчас на Земле не больше тысячи музеев. Но и это не всё. В те времена существовала так называемая массовая культура. Поначалу служащая средством влияния на психотипы общества, обезличивание личности, она свела всю культуру на уровень только информационной составляющей, ради потребления информации для обслуживания бытовой сферы жизни.
– И в результате? Всё, что ты сказала, должно было привести к каким-то последствиям?
– Остановка эволюции. Прогресс остановился, общество не развивается.
– Если нет прогресса, это регресс, это отступление, – пробормотал Эльс. – Но этот процесс требует тщательного изучения. Кто-нибудь этим занимается?
– Я занимаюсь. Патер Корман принимает посильное участие, есть в сетях группа коллег, к нам примыкает всё больше людей, понимающих серьёзность положения. Но всё это, по большому счёту, самодеятельность на примитивном уровне. А вам известно, что общая сеть даёт сбои, появляются обособленные информационные области? Некоторые места часто блокируются от общей сети? Это тоже затрудняет работу.
– Но… твой дикий костюм? Наверное, и поведение вызывает эпатаж?
– Любому общественному движению нужен привлекающий внимание и понятный лозунг. В истории были похожие сообщества, и соответствующие лозунги.
– Какой-же лозунг выбрала ты?
– Я не стала оригинальничать. «Назад к природе, технологии – зло».
За столом возникло неловкое молчание. Дрок налил чашку кофе, отпил глоток, кивнул, довольный. Эльс индифферентно смотрел в небо.
– Что?
– Да, именно то, против чего ты заклинала, – осторожно проговорил Дрок, боясь обидеть хозяйку. – «Назад к природе», это и есть регресс. Ты призываешь к тому, о чём сейчас так горячо стенала. К уничтожению цивилизации, культуры, всего, что наработало общество за тысячи лет развития? Отказ от технологий на данном этапе может окончиться только уничтожением цивилизации. Я тебя не понимаю.
– Если отбросить подтекст, всё так и выглядит, – согласилась Клара. – Знаешь, в чём главная беда нашего общества, Дрок? Исполнение желаний. Мы разучились воплощать в жизнь наши стремления, привязанности, мечты. Мы живём в царстве сказочного Джинна, стоит нам только загадать желание, и Джинн тут-же исполняет их. Всё, что угодно. Раньше такое было только в сказках, это была самая сокровенная мечта, заиметь собственного Джинна. Это было надёжнейшее средство обеспечения. Просили Бога, да, но мечтали о Джинне. И сейчас он есть. Но исчезла цель. А надо всего лишь отказаться от скатерти-самобранки.
– Надо подумать. – пробормотал Дрок и пожал плечами. – Твой метод, может быть и найдёт адептов, людям скучно, в этом я согласен. Они хотят самореализации, но не видят способов. Но готовы-ли они к этому?
– Жизнь заставит, и за это придётся платить большую цену. Наш Джинн уже заметно устал.
Клара поднялась, стала убирать со стола.
– А вы поковыряйтесь в сети. Пока она ещё доступна. Поищите факты и рецепты, всё-равно дурака валяете.
– Вот это раритет! – восхищённо сказал Эльс, когда Клара удалилась в дом. – Вся в прошлом. Интересно познакомиться поближе. Возражения есть?
– Есть здравое замечание. Она старше тебя в три раза.
– Это не проблема. И по ней этого не скажешь. Некоторые выражения я не понял, видимо, обозначения исторических раритетов, но смысл от этого не размылся.
***
Звёздная ночь прошла спокойно. Дрок заснул в шезлонге, убаюканный журчанием воды в бассейне. Двое любопытных испытывали возможности друг друга, и остались вполне удовлетворены близким общением. Им было, чем поделиться.
– Всему этому ты научилась в сети?
– А личный опыт ты не учитываешь? Ведь есть друзья-механизмы, – прошептала Клара, глядя в бездонную черноту над домиком, за сдвинутой крышей. – Но не только. Я часто посещаю архивы ещё сохранившихся музеев. Там есть книгохранилища, не сомневаюсь, что скоро они обретут былую популярность.
– Книго…?
– Ты не знаешь, что такое книги? Документы с графической информацией. Но гораздо интереснее рассказы о прошлой жизни, изложенные, как истории взаимоотношений персонажей. Этому нам тоже предстоит учиться заново. Но сейчас книгохранилища популярностью не пользуются. Я смотрела статистику посещений, увы, в основном это философисты и философизики, вроде двух моих соседей, и экзоклиматологи. Простым пользователям вполне хватает информации, содержавшейся в сети. Но и там статистика не внушает оптимизма. Основные запросы касаются каталогов и путеводителей по нашей системе. Сеть используется на полпроцента мощности. Не удивительно, что информатика в упадке…
– Ты упомянула пастора вашей церкви, отца Кормана. Как он относится к вашей работе?
– Пастор Корман поддерживает нашу работу по двум причинам. Первая и основная, это возвращение к вере предков, когда вера была чиста и девственна, когда она двигала душой. Тогда церковь пользовалась безусловным авторитетом, у неё была цель и средства для её достижения. Люди в самом деле нуждались в истинах, проповедуемых церковью, Божьих истинах. Вторая причина та, что вера сейчас стала не сокровенным таинством, а отделом прикладной науки. Человек сейчас ЗНАЕТ, что такое Бог, но, по прежнему, все наши знания априори. Прямая связь с Богом не установлена, и причина не в ущербности нашей науки, а в Самом Боге. Он не хочет общаться с людьми. Есть мнение, что всё, необходимое человеку, Бог сказал в Слове Своём. Ему просто больше нечего сказать, человеку это не нужно, всё есть в сети.
– Как всё сложно… Давай оставим печальную тему и вернёмся к более приятному.
Праздник плоти продолжался до самого восхода солнца.
11.
– О! Ты начала работу над новой темой, – удивился Элиак, рассматривая светящийся экран рабочего дисплея Триши.
– Ты о чём? – спросила та из комнаты кухни, где готовила завтрак.
– «Взаимодействия системы «Пространство-Бог-Человек». Почему я об этом не знаю?
– Небольшой трактат, возможно, просто фантазирование на тему.
– Собираешься использовать абстрактную логику? А под пространством ты имеешь в виду?…
– Внешнюю праматерию с основой простейших энергетических ячеек.
– Логика построения таких ячеек пока под вопросом.
– Конечно. Праматерия вообще не подвержена логике. Здесь я использую практическую интуицию. Будешь кофе, или мусс?
– Если можно, обычный чай.
Триша внесла в гостиную поднос, поставила на столик у окна, уселась в кресло, закрыла глаза и процитировала:
– «Я верю, что истина где-то рядом, а также в то, что она редко бывает очевидной и почти никогда понятной всем. То, во что я хочу верить на основании эмоций, и то, во что я должен верить на основании свидетельств, не всегда совпадают. Я скептик не потому, что не хочу верить, а потому, что хочу знать. Как отличить то, что нам хотелось бы видеть правдой, и то, что на самом деле правда?»
– Кто автор?
– Некий М. Шермер. Книга начала третьего тысячелетия. Что-то о тайнах мышления, но в основном о восприятии иллюзий. Случайно наткнулась в книгохранилище Бремена.
Элиак любовался очертаниями её тела под лёгкой тканью халата, кивнул:
– Наверняка, обычные заумствования, прикрытые формулами архаической математики.
– Но написано искренне. Я удивляюсь, с какой прямотой древние изрекали свои мысли, не заботясь о смысле… Как они могли конкретно указать на разницу между правдой и тем, что кажется?
– Тоже интуиция, кажется, они называли это «голос бога в душе».
– Вполне правдоподобно.
– Спасибо, вкусный завтрак, – поблагодарил Элиак, промокнув губы салфеткой.
– Стандарт. Кнопку нажать и младенец в состоянии.
– Ты не говорила о новой работе с Киганом?
– Говорила. Тема ему понравилась, но настроен он весьма скептически. Во главе угла, для него, должен стоять математический аппарат. А я, ты знаешь, математику в таких работах не приемлю. Доказательством тому многочисленные попытки описать деятельность Бога формулами. Бога математикой не выразить, это знание другого мира.
– Вчера вечером я встретил соседку, Клару. Кажется, у неё началась деменция, её наряд был вне разумных норм, что-то доисторическое, или, может, она вообразила, что пришли времена пещер, и изображает неандертальца? По-моему, она придумала какую-то свою религию и проповедует её в подобном наряде. Я не понимаю, зачем люди придумывают себе свой собственный мир, как будто реальность их чем-то не устраивает.
– Она не так уж и стара, около ста лет.
– Значит, это какой-то женский синдром, вроде комплекса неполноценности.
– Тогда ею займётся служба психологической коррекции. Мне нужно работать, Элиак, спасибо, что разделил со мной завтрак.
– Я могу тебе помочь, Триша? Сейчас я еду в институт, очередной семинар, но немного времени у меня будет.
– Да. Мне нужна регистрационная статистика так называемых «чёрных дыр» за последние тысячу лет, на полюсах вселенной. И выбросы струн по осям Корнелиуса за тот-же период.
– Результаты передать по сети, или тебе не срочно?
– Зайди, как вернёшься… Я вот подумала, как странно изменилось общество…
– Конечно, всё меняется. Что конкретно тебя удивляет?
– Отношение к работе. Я сужу по историческим хроникам. Многое нам не понятно, кое-что не приемлемо. А ведь наши предки вынуждены были заниматься работой каждый день, по десять часов, и это был тяжёлый физический труд, выполняемый ради элементарного выживания. Примитивное насилие, принуждение, которое проводили общественные институты, и это было всего три тысячи лет назад. Что это за общество, где существует принудительный труд? А если человек заболел и уже не имеет возможности выполнять возложенную на него работу? Или я что-то неправильно понимаю?
– Государство изначально было создано, как инструмент насилия и подчинения. Слава богу, общество миновало эту формацию более двух с половиной тысяч лет назад. Ты читала про уровень смертности в те времена? Жизнь человека не имела совершенно никакой ценности. Трудно представить, что в тот-же период человек создавал духовные ценности, непревзойдённые до сих пор…
***
Предполагаемая жертва комплекса неполноценности тем временем чувствовала себя вполне благополучной и позитивно настроенной. Она готовила завтрак, от которого её мужчина должен был придти в полный восторг, и это был не Дрок. Эльс походил на сытого, довольного жизнью кота, которого всю ночь кормили сметаной, Дрок с интересом наблюдал за подобной трансформацией, и ему было смешно.
– «… Спустя всего двенадцать лет после выхода в 1859 году в свет „The Origin of Species“ („Происхождение видов“) Чарльза Дарвина растущее число ученых и прочей образованной публики уже считало смехотворным ставить под сомнение тот факт, что человек является прямым, хотя и сильно изменившимся, потомком обезьяноподобных существ. И это вопреки тому, что в „Происхождении видов“ сам Дарвин только коротко затронул вопрос о глубинных корнях человечества, отметив на заключительных страницах, что „свет на происхождение человека и его историю будет пролит“ лишь в результате дальнейших исследований. И все же, несмотря на собственную осторожность, Дарвин не оставил сомнений в том, что человечество не составляет исключения из его теории об эволюционном превращении одних видов в другие…»
– Ты цитируешь? – удивился Эльс. – Наизусть?
– Передо мной всего лишь дисплей сети с открытой страницей комментариев к теории происхождения видов.
– И к чему эта декламация?
– Это было написано три тысячи лет назад, а человек нисколько не изменился, и это показывает, что Дарвин ошибался.
– Это с чего такой вывод? есть наглядный пример?
– Посмотри в зеркало. Ты не похож на средоточие мудрости и духовности.
– Ты злорадствуешь?
– Нет, такой слабостью не обладаю. Это не означает, что у меня вовсе нет слабостей, но похоть в их число не входит.
– Развлекаешься?
– Погода позволяет.
– Ну-ну. Не знаешь, у Клары на сегодня не намечено общественных работ?
– Это я у тебя хотел спросить. Безделье расслабляет?
– Иногда хочется сделать что-то ради общественного блага.
– Что-ж, тебе виднее. А я после купания хочу познакомиться с соседкой, о которой Клара отозвалась столь нелицеприятным образом.
12.
После позднего завтрака, когда посуда была отправлена в моечный шлюз кухни, Клара скрылась в своей комнате и через пятнадцать минут появилась в ослепительной белой блузке и строгом сером брючном костюме, с сумкой на плече.
– Куда-то направляешься, – поинтересовался Эль под ехидным взглядом Дрока. – Не против спутника?
– Не думаю, что тебе это будет интересно… Хотя, мнение нового человека полезно для дела и всегда интересно. Вот только костюм придётся сменить. Пойдём.
Они прошли к домашнему мастеру, и Клара, включив дисплей, перебрала фасоны.
– Кажется, этот подойдёт, – с Эльса сняли размеры, и через несколько минут он получил также официальный костюм, серый, в еле заметную полоску, из прохладной летней ткани для жаркой погоды.
– Официальный приём?
– Нет, скорее, клуб по интересам.
Недолгий путь закончился на центральной площади, и Эльс повернул было к мэрии, но Клара прошла дальше и решительно вошла в распахнутые двери церкви.
Здесь был сумрак и прохлада. На скамейках сидели люди, числом человек пятнадцать, Эльс почувствовал любопытство и ощущение своей чужеродности.
– Что такое со мной? Ведь это просто место, где собираются люди, исполняющие нелепые ритуалы. Люди, превратившие Веру и Бога в символы, не подверженные критике и анализу, отвергающие объективный подход и логику. Боже! Что я делаю здесь? – Эльсу стало неудобно, неуютно, будто его застали за какими-то неприличными действиями, не подобающими взрослому, серьёзному человеку…
Но Клара ничего такого не чувствовала, совершенно спокойно она прошла к амвону и уселась на первую скамейку. Ощущая затылком любопытствующие взгляды, Эльс также независимо прошёл следом за ней. Откуда-то доносились звуки органной записи.
Но вот на трибуну поднялся пастор церкви Святой Полины отец Корман, воздел руки и провозгласил:
– Я приветствую вас, дети Божии, на сегодняшней мессе, и поблагодарим Бога нашего за день прошедший, день сегодняшний, и с надеждой посмотрим в день завтрашний. Я обращаюсь не только к тем, кто находится сейчас здесь, но и ко всем, кто вместе с нами по всей Земле и в колониях Солнечной системы! Тема нашей беседы печальна, да простит нам Бог тревогу, происходящую от забот и печалей наших, но для этого у нас есть все основания. – Эльс не услышал, но почувствовал, как сидящие сзади люди зашептали, они взволновались, не понимая сказанного, но снова успокоились и приготовились слушать дальше, но уже были насторожены. Пастор подождал несколько секунд, кивнул и продолжил. – Сказано в откровении Иоанна: – «Блажен читающий и слушающие слова пророчества сего и соблюдающие написанное в нем; ибо время близко.» Шесть тысяч лет прошло со времени Откровения, но сейчас эти слова особенно близки нам, ибо время и в самом деле уже наступило. «Но имею против тебя то, что ты оставил первую любовь твою.» Бог говорит нам о грехах наших, о забвении заветов Его и о последнем нашем дне, который грядёт. В наших-ли силах предотвратить сказанное? Нет! – говорю я решительно, ибо сказанное Им свершится, и иначе быть не может, однако надо помнить о любви Его. И в наших силах встретить неизбежное, как подобает людям и детям Божиим, вспомним слова молитвы: – «Не введи в искушение, но избавь от лукавого!» Он слышит нас! А сейчас я хочу пригласить на это место сестру Клару, которая прокомментирует сказанное мной, потому что не сомневаюсь, что у вас возникли вопросы.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?