Текст книги "Комиссар госбезопасности. Спасти Сталина!"
![](/books_files/covers/thumbs_240/komissar-gosbezopasnosti-spasti-stalina-170480.jpg)
Автор книги: Олег Таругин
Жанр: Историческая фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]
– А ты молодец, Сергей Викторович, – одобрительно прищурился Иосиф Виссарионович. – Хорошо держишься. Молодец! Коньяка хочешь? Теперь, наверное, можно и еще по одной, да?
– Пожалуй, – пожал плечами Сергей, переглянувшись с Зыкиным. Протянувший руку к бутылке Витька отчего-то глядел на него, словно на какого-то взаправдашнего героя. Кобрин мысленно ухмыльнулся: подумаешь, ну застрял он тут… Можно подумать, случись иначе, спокойно бы ушел, махнув на прощание ручкой! Угу, вот прямо сейчас!
– Ты выпей, не стесняйся и на товарища Сталина не оглядывайся, мне достаточно. И ты тоже выпей, лейтенант, дело молодое. Скоро Власик с докладом придет, так что, может, даже и хорошо, что ты, майор, тут задержался. А то, мало ли что…
Вождь неожиданно поднялся из кресла, подойдя к стоящему в углу кабинета сейфу. Негромко лязгнув дверцей, вернулся, выложив на стол перед Кобриным небольшой пистолет, в котором тот без особого труда опознал «Маузер HSc» калибром 7,65 мм. Неплохой ствол, практически идеально приспособленный для скрытого ношения и внезапного применения – минимум выступающих частей не позволят зацепиться за одежду при выхватывании. Недаром его производили аж до середины семидесятых годов, в том числе и по лицензии. Похоже, товарищ Сталин в оружии разбирается.
– Ты вот что, Сергей Викторович, возьми-ка оружие, пускай при тебе будет. На всякий случай. Хороший пистолет, маленький, легко в одежде прятать.
– Понял вас, товарищ Сталин, – серьезно кивнул майор, автоматически проверяя пистолет. Магазин полный, все восемь тускло отблескивающих латунью патронов на месте, тут все в порядке. Мгновение поколебавшись, загнал в ствол первый патрон, аккуратно спустив курок с боевого взвода.
Вождь одобрительно кивнул:
– В карман убери, на виду не нужно держать. Когда охрана твой пистолет вернет, этот все равно при себе держи, скрытно. Это приказ.
– Так точно, товарищ Сталин, я вас прекрасно понял.
– Понял он, – сварливо буркнул тот, затягиваясь очередной папиросой. – Понял – да не понял. Случись что, не раздумывай, сразу стреляй. Только насмерть не нужно, реципиент ведь ни в чем не виноват, но из строя вывести – обязательно. В руку там или в ногу, сам разберешься, не маленький.
– Так точно.
– Вот и хорошо. А теперь вот что, товарищ Кобрин. Слушай и запоминай, повторять не стану. Раз такое дело, полагаю, придется нам новый наркомат организовать. Секретный. Курировать его Лаврентий станет, раз ты говоришь, что он тоже того… гениальная личность, – судя по всему, недавнее сравнение с собой Вождю все-таки не слишком понравилось. – Молчи. Не нужно ничего говорить, за Лаврентием я и сам пригляжу, хорошо его знаю. Но возглавишь его ты. А Зыкин пока твоим заместителем станет, ты его тоже хорошо узнал, так что заметишь, если что-то не так пойдет (при этих словах в очередной раз отвесивший челюсть лейтенант не удержался и шумно сглотнул). Чем этот наркомат заниматься будет, понятно?
– В целом. – Сказать, что Кобрин был ошарашен – значило бы не сказать ничего. Вот так ни хрена себе поворот! Это он что, был командармом, а теперь целым народным комиссаром в одночасье станет, что ли?! Вот уж точно «с ума сдуреть», как мехвод Витька Цыганков выражался! Карьера, блин… прямо любопытно, что об этом генерал-лейтенант Роднин скажет, когда вернуться удастся? Может, засчитает сразу за выпускной экзамен? Экстерном, так сказать, угу… – Обнаружением и нейтрализацией нежелательных «гостей из будущего», полагаю? Расследованием всяких непонятных и подозрительных случаев вредительства и саботажа среди среднего и высшего комсостава? Контролем за вашим окружением?
– Примерно так, как все это правильно сделать, я и сам еще подумаю, и с Лаврентием Павловичем посоветуюсь. Заодно и название новому ведомству придумаем. Но на фронт ты уже не вернешься, найдем кем заменить. А звание… – Сталин неожиданно ухмыльнулся. – Ты, конечно, армеец, причем в обеих своих ипостасях, но придется тебе, Сергей Викторович, какое-то время комиссаром государственной безопасности послужить, раз Родине нужно, уж не обессудь. Думаю, третьего ранга, это как раз генеральская должность, примерно армейскому комкору соответствует. Под своей настоящей фамилией служить будешь, ее тут никто не знает. А генерал-майор Ракутин пока пусть числится героически погибшим во время коварного покушения. Согласен?
– Так точно, товарищ Сталин, – Сергей ненадолго задумался, прежде чем продолжить. – В таком случае у меня есть еще одно предложение.
– Говори?
– Может, нам заодно и товарища Берию тоже того, временно «героически погибнуть»? Официально, так сказать? Это может серьезно спутать карты нашему противнику, хотя бы на некоторое время? А уж там, будем надеяться, и мои связь восстановят.
– Зачем это нужно, поясни? – непонимающе нахмурился Вождь.
– Да я вот прикинул, если они информацию из своих исторических архивов берут, а иного источника у них и быть не может, разве что взятый под пси-контроль реципиент-наблюдатель из местных, то сведения о смерти Лаврентия Павловича и генерал-майора Ракутина в результате бомбардировки до них наверняка дойдут. Дойдут в тот самый момент, когда эти документы будут официально оформлены. И это практически наверняка внесет в их планы достаточно серьезную неразбериху.
– Хорошо, я тебя услышал, про это тоже подумаю. Хотя и не уверен, что нужно все настолько усложнять.
Услышав со стороны двери короткий стук, Вождь напрягся. С точки зрения Сергея – абсолютно зря, поскольку сам он был практически убежден, что в ближайшее время никакие зловредные «вселенцы-попаданцы» Сталину не угрожают – противник, кем бы он ни оказался, пока пребывает в уверенности, что покушение удалось:
– А вот и Николай Сидорович пожаловал. Внимание, товарищи командиры…
* * *
Постановление ЦК ВКП (б),
Государственного комитета обороны СССР П 39/43
«Об основании Народного комиссариата (по делам) перемещенных лиц».
29 октября 1941 г., Москва, Кремль
Настоящим постановляется создать Народный комиссариат перемещенных лиц, сокращенно НКПЛ, задачами которого является решение любых вопросов эвакуированных, беженцев, временно перемещаемых от мест постоянного проживания граждан и не граждан Советского Союза, и прочих, кроме военнопленных и добровольно сдавшихся в советский плен солдат, офицеров и унтер-офицеров фашистской и союзнических ей армий.
Народным комиссаром назначить комиссара ГБ 3 ранга Кобрина Сергея Викторовича, первым заместителем – старшего майора ГБ Иванова Виктора Тимофеевича.
Секретарь ЦК ВКП (б), Председатель ГКО СССР, Председатель СНК СССРИ.В. Сталин
Совершенно секретно.
Особая папка. В одном (1) экземпляре
Приложение к Постановлению ЦК ВКП (б), Государственного комитета обороны СССР П 39/43 «Об основании Народного комиссариата (по делам) перемещенных лиц».
1. Главой Наркомата перемещенных лиц назначить бывшего командующего 24-й армией Западного фронта генерал-майора Ракутина Константина Ивановича, в интересах НКПЛ и с целью соблюдения режима секретности с данного момента носящего звание «комиссар ГБ 3 ранга» и имя «Кобрин Сергей Викторович». Заместителем назначить старшего майора ГБ Иванова Виктора Тимофеевича (настоящее звание и имя – лейтенант ГБ Зыкин Виктор Тимофеевич).
2. В интересах безопасности СССР и до особого распоряжения считать генерал-майора Ракутина К.И. без вести пропавшим во время фашистской бомбардировки здания Совнаркома.
3. Командование 24-й армией временно передать начальнику штаба генерал-майору Кондратову А.К.
4. Супругу генерал-майора Ракутину Л.М. и дочерей Лилию и Аделину скрытно и под чужими именами эвакуировать в г. Свердловск, передав под наблюдение местного управления НКВД. В подробности происходящего семью не посвящать, сообщив, что тов. Ракутин находится на выполнении секретного задания, после чего взять подписку о неразглашении сроком на 10 лет. По прибытии на место временного проживания поставить на учет и довольствие как вдову высшего военачальника РККА с назначением персональной пенсии в указанных законом размерах.
5. Контроль за работой НКПЛ с момента его создания возложить на народного комиссара внутренних дел СССР Берию Лаврентия Павловича как полномочного представителя ГКО и Ставки ВГК.
6. Настоящими задачами Наркомата установить обнаружение и розыск лиц инопланетного (иновременного) происхождения (т. н. «доноров»), ведущих подрывную антисоветскую и диверсионную деятельность против СССР, равно как и пресечение вероятных последствий их деструктивных действий. При нейтрализации сотрудниками Наркомата враждебных действий противника всеми силами сохранять физическое здоровье т. н. «реципиентов», в связи с чем провести с оперативными сотрудниками НКПЛ, равно как и временно привлекаемыми сотрудниками НКВД и бойцами РККА соответствующую разъяснительную работу.
7. Передать в ведение НКПЛ проект «Мозг» вместе со всеми сотрудниками, техническими и научными средствами и полученной информацией. Контроль за дальнейшей работой проекта осуществлять совместно и в тесном контакте с НКВД (куратор – лично народный комиссар Берия Л.П).
8. Группу особого назначения «А» (руководитель – лейтенант ГБ Зыкин В.Т.) в полном составе перевести в штат НКПЛ. Название и задачи оставить прежними, руководителем назначить младшего лейтенанта ГБ Колосова Антона Сергеевича.
9. Все пункты данного Приложения вступают в силу с момента его подписания и обязательны к исполнению всеми органами государственной власти. Все без исключения Народные Комиссариаты СССР, равно как и структуры РККА, РККФ и ВВС, обязаны оказывать сотрудникам НКПЛ любое и всяческое содействие.
И.В. Сталин,Л.П. Берия.
Глава 4
Земля, далекое будущее. Альтернативная историческая линия
Видавший лучшие виды джип Willys Army 500, оснащенный новейшим электродвигателем GE взамен штатного дизельного – с нефтью в КША в последние десятилетия становилось все хуже и хуже, южане в очередной раз подняли цены, – плавно притормозил перед преградившим путь шлагбаумом. Несколько показавшихся долгими секунд ничего не происходило, будка КПП равнодушно отблескивала покрытыми вездесущей пенсильванской пылью окнами, забранными пулестойкими стеклами, и бригадный генерал Джим Сноу уже начал волноваться. Глупости, конечно, но зачем он вчера залез в инфосеть и посмотрел очередную серию запрещенного в Штатах русского голосериала «Космодесант: спецназ»?! Теперь повсюду мерещатся коварные комми в их новой броне, способной делать бойцов абсолютно невидимыми…
Похоже, переживал он зря: из отъехавшей в сторону герметичной бронедвери показался один из караульных с портативным сканером в руках; одновременно автоматическая плазменная турель шевельнула стволами, нацеливаясь на автомашину. Сноу поежился: эта спарка способна в мгновение ока превратить внедорожник в лужу пышущего жаром расплавленного металла! Вместе с несколькими квадратными ярдами грунта, разумеется. С другой стороны, а как иначе? Впереди самый секретный и важный объект на территории некогда великой империи, пару веков назад носившей гордое имя Соединенных Штатов Америки!
Важный настолько, насколько вообще может быть важно то, что вскоре обратит вспять саму Историю! И вернет зарвавшихся русских туда, где им самое место – на задворки мира и этой самой истории, будь она неладна! Реку времени нельзя повернуть обратно? Ага, как бы не так! Можно, еще как можно, и гений американских ученых, долгие годы вынужденных трудиться в ужасающих условиях, ежедневно опасаясь, что кровавое «энкавэдэ» выйдет на их след, и на исследовательский центр обрушится точечный орбитальный удар, это доказал! Им удалось создать то, чего нет и никогда не будет у проклятых русских: самую что ни на есть настоящую Time Machine, ту саму легендарную «машину времени» из древних фантастических комиксов и кинофильмов! А большевики? А что, собственно, большевики? Сколько им (и их недальновидным союзникам) еще осталось? Сущий мизер, ровно до того момента, когда проект «Возрождение» полностью перепишет эту нелепую историю набело, вернув Штаты на подобающее им место мирового властелина и вершителя судеб человеческой цивилизации!
– Здравия желаю, господин генерал, сэр, – четко козырнул здоровенный, больше шести футов роста, спецназовец в облегченной полугерметичной броне третьего уровня защиты. – Предъявите пропуск, пожалуйста. И ваш драйвер тоже.
И вроде бы лениво отступил на два шага в сторону, уходя с директрисы огня.
«Болван, – поморщился Сноу, протягивая пропуск. – Ведь прекрасно знает, кто я такой. Хотя, может, он и прав, с теми биотехнологиями, которыми владеют паршивые комми, ничего не стоит создать кибермаску, абсолютно ничем не отличающуюся от моего лица. А уж подделать электронный идентификатор им и вовсе проще простого: слухи про вездесущих русских хакеров, способных, казалось бы, совершать невозможное, находясь при этом в тысячах километров, упорно курсировали уже которое столетие. И он, если начистоту, отнюдь не был уверен, что это именно слухи».
– Разумеется, сержант. Безопасность превыше всего, – несмотря на мелькнувшую в голове вполне здравую мысль, прозвучало сказанное достаточно иронично.
– Благодарю, генерал, – караульный отступил еще дальше, проверяя документы сканером. Дождавшись, когда сенсор подтвердит, что пропуска подлинные, лениво козырнул:
– Все в порядке, сэр! Рад снова приветствовать вас на благословенной земле «Рэйвен-Рока»! Проезжайте.
Забрав обе карточки, Сноу кивнул водителю. Дождавшись, пока поднимется шлагбаум и уйдут в бетон броневые плиты антитарана, немногословный сержант Йорк плавно тронул автомобиль с места. Бригадный генерал откинулся на сиденье: ехать до входа в подземный бункер предстояло добрых полмили. Далековато, но что поделать – безопасность! Та самая, которая превыше всего. Поскольку эти самые восемьсот ярдов буквально нашпигованы всяческими системами безопасности, слежения и противодействия вражескому вторжению. Сухопутному, понятно, поскольку если комми все же вычислят научный центр и высадят космический десант, те самые легендарные «golubiye berety», все это не будет иметь ровным счетом никакого значения. Поскольку остановить этих парней в полосатых бело-синих майках, которые они непонятно зачем – видимо, как дань какой-то древней замшелой традиции – поддевают под униформу и штурмовую броню, абсолютно невозможно.
А вот атаковать зону безопасности при помощи тяжелой планетарной техники русские уж точно не станут. Разве что натравят на них южан, канадцев или мексиканцев, которым, опять же по слухам, они даже поставляют свои непобедимые Т-134, всего-то десять лет назад снятые с вооружения Советской Армии и теперь активно предлагаемые на экспорт в страны второго и третьего мира. Не задаром, понятно, а за весьма немаленькую цену – за прошедшие столетия большевики, как это ни странно, весьма недурно научились вести коммерцию… ну, по крайней мере, в том смысле, в каком они понимали это святое для любого североамериканца понятие.
На въезде в бункер у бригадного генерала еще раз проверили документы, после чего многотонные внешние гермостворы, созданные еще в пятидесятых годах двадцатого века и, согласно заверениям конструкторов, от которых ныне, скорее всего, не сохранилось даже имен, способные выдержать близкий взрыв русской боеголовки, раздвинулись, впуская джип внутрь обширного шлюза.
«Ну, вот и все, по крайней мере, добраться удалось без малейших проблем, – автоматически подумал генерал, дожидаясь, пока электромоторы раскроют внутренние двери, и подсознательно расслабляясь. – И никаких русских, что не может не радовать! Впрочем, уже совсем скоро их можно будет и вовсе не бояться. Кстати, смешно, мог ли он еще каких-нибудь пару лет назад подумать, что станет участником поистине величайшего проекта? Да что там величайшего – эпохального, никак не иначе! Судьбоносного!»
Мягкий толчок плавно затормозившей автомашины отвлек Джима от размышлений: «виллис» остановился на обширной подземной парковке. Дальше следовало идти исключительно пешком: сержант Йорк имел допуск только до нулевого уровня.
– Сэр, мне ожидать вас здесь?
– Нет, Билли, – бригадный генерал с видимым удовольствием потянулся, разминая затекшие после многочасовой поездки мышцы. Ну, а чего еще ожидать от «пятисотого»? Обычная армейская лошадка, неприхотливая и абсолютно надежная – и настолько же равнодушная к удобствам пассажира. Уж точно не русский армейский «УАЗ-3000-СПН», по слухам, мало в чем уступающий в удобстве лимузину представительского класса. Сноу досадливо поморщился: вот же сраное дерьмо, он уже в третий раз за сегодня произносит это словосочетание! Интересно, а кроме как «по слухам» о комми вообще хоть что-то достоверно известно?! Или наша доблестная разведка вовсе мышей не ловит, хоть и прожирает солидную часть годового госбюджета? Как есть дерьмо…
– Минимум до послезавтра ты абсолютно свободен, давай свою ID-карту, я активирую увольнительную и денежный аттестат на двое суток. Мне предстоит… впрочем, не важно. Я сообщу, когда понадобишься, так что не вздумай отключать комм, даже ночью, даже в постели со шлюхой, это приказ!
– Спасибо, сэр! – не сдержавшись, просиял сержант, с готовностью протягивая Identity Document армейского образца.
– Извини, что не сказал раньше, просто не имел права. Секретность, – Сноу коснулся пластиковым прямоугольником своего наручного коммуникатора, вводя на развернувшемся голоэкране необходимые команды. – Держи, все в порядке. Можешь немного оттянуться в зоне отдыха. Только не смей надираться, как в прошлый раз!
– Ни в коем случае, сэр! – торопливо закивал подчиненный. – Ничего подобного тому прискорбному случаю больше не повторится! Вы ведь знаете, не каждый день встречаешь старого друга, вот мы слегка и расслабились. У морпехов свои традиции, сэр, очень давние!
Впрочем, судя по хитрой физиономии, именно этим он и собирался заняться, причем в самое ближайшее время.
– Свободен, – Джим выбрался из автомобиля, с видимым удовольствием ощущая под ногами твердую почву. Точнее – покрытый порядком вытертым антискользящим диэлектрическим покрытием железобетон первого, самого мощного перекрытия толщиной в добрых пять футов. Оставалось только дойти до лифтов, опустившись на три уровня, – и он на месте. Причем и в прямом, и в переносном смысле. Поскольку истинной целью и самого бригадного генерала Сноу, и его немногочисленных (в интересах сохранения строжайшей секретности) соратников было привести, наконец, в действие разрабатываемый долгими годами план «Возрождение».
Первые эксперименты по заброске в далекое прошлое разума специально отобранных фигурантов уже были проведены и дали весьма обнадеживающие результаты. И сегодня, в исторический день 4 июля (дата, разумеется, выбиралась не просто так, а с глубоким подтекстом), будет осуществлена первая фаза, названная самими немцами, которым и предстояло стать непосредственными исполнителями операции, «Копье Валькирии». При этом посвящать их в истинную суть происходящего никто, разумеется, не собирался: главной задачей плана было максимально ослабить большевиков, а вовсе не усилить гитлеровцев – предкам и их верным союзникам в те годы и без того хватало проблем. И с японцами, и в Северной Африке.
Но если сейчас все пойдет согласно задуманному, то уже этим, первым из нескольких запланированных ударов, удастся обезглавить всю большевистскую верхушку. После чего немцы почти наверняка возьмут Москву. Ну, а если что-то пойдет не так, то придет время реализовать вторую, а затем и третью фазу поистине уникальной операции! Уникальной, поскольку еще никто за всю историю человеческой цивилизации не получал возможности повелевать самим Временем, вторгаясь в его непостижимые разумом структуры!
О том, что в последнем он глубоко и фатально заблуждается, бригадный генерал Джим Сноу так никогда и не узнал, как и все остальные, задействованные в проекте…
– Значит, это и есть ваша машина времени? – осведомился Сноу у сопровождавшего его научника, имя и должность которого он позабыл, едва услышав, без особого восторга рассматривая непонятное устройство. Более всего напоминавшее массивный пластиковый саркофаг на пару футов побольше человеческого роста с откинутой вбок выпуклой прозрачной крышкой. Рядом стояло еще несколько подобных. От каждого отходили многочисленные кабели, скрывавшиеся в проложенных под полом экранированных желобах, прикрытых быстросъемными панелями. В целом все это весьма напоминало съемочный павильон какой-нибудь голливудской киностудии позапрошлого века, воссоздающей интерьер космического корабля дальнего следования. Некогда Джим даже просмотрел несколько подобных фильмов, разумеется, уже переведенных в голографический 4D-RUS формат. Впрочем, в его время подобные ретроленты уже не пользовались успехом – после открытия комми возможности перемещения на межзвездные расстояния за считаные сутки, сама идея пребывания экипажа во время полета в криосне мгновенно стала неактуальной.
Самым смешным же оказалось то, что спустя два века технология анабиоза, изредка используемая в медицине для стабилизации состояния неизлечимых в настоящее время или умирающих больных, все же оказалась востребованной – здесь, в рамках проекта «Возрождение». Разумеется, никто не собирался собственно замораживать сотрудников на многие месяцы и годы, но суть была именно в этом: человек, чье сознание в далеком прошлом «подселялось» в специально подобранного «реципиента», все время контакта находился в состоянии глубокой гибернации.
– Ну что вы, сэр, сама аппаратура расположена в нескольких отдельных блоках и занимает почти целый подземный уровень, а это – всего лишь устройства, в которых будут располагаться наши погруженные в искусственную кому сотрудники, чьим разумам предстоит пересечь бездну времени! Мы называем эти штуковины Individual Life Support Capsules[4]4
Индивидуальная капсула поддержания жизнедеятельности (англ.).
[Закрыть], сокращенно – ILSC. Если проводить аналогию с вычислителями, сэр, то это, образно говоря, удаленные терминалы. А сервер, с которым они связаны, – и есть та самая машина времени. Впрочем, мы предпочитаем использовать термин «расчетно-управляющий модуль».
– Все это я и без вас знаю, – слегка покривив душой, буркнул Сноу, на которого любые научные заумности наводили жуткую скуку. То ли дело армейский устав, где все просто и понятно, разложено по главам, статьям и прочим положениям! А все эти «доноры – реципиенты», «стазисы» и «гибернации»… голову можно сломать, если всерьез вникать во все это многословие!
– Кстати, а почему подготовительный этап оказался настолько долгим? О готовности аппаратуры и ее успешном испытании мне доложили еще полтора месяца назад.
– Понимаете ли, сэр… – научник ненадолго замялся, подбирая понятные для собеседника определения. – Дело в том, что крайне сложно подобрать подходящего для вселения сознания нашего хроноагента человека.
– Неужели у большевиков не хватает людей? – саркастически хмыкнул бригадный генерал. – Мне всегда казалось, что их столица населена несколько больше, чем Сибирь.
Джим гулко рассмеялся собственной шутке.
– Дело вовсе не в этом, сэр, – терпеливо покачал головой ученый. – Ну, как бы вам объяснить? Мы не можем вот просто так взять и подсадить матрицу разума нашего агента любому русскому. Это как с группами крови…
– Про кровь не нужно, я вам не медик! – отрезал Сноу. – Впрочем, продолжайте. Но как-нибудь попроще.
Незаметно вздохнув, сотрудник спецлаборатории послушно продолжил:
– Хорошо, сэр. Если попроще, то нам приходится искать подходящего рецип… э-э, носителя для нашего парня. Мы точно не знаем, с чем это конкретно связано, вероятно, с индивидуальными особенностями мозга, но подходит примерно один из двух-трех десятков. В лучшем случае. Остальные либо вообще не принимают чужую пси-матрицу, либо через определенное время подавляют ее, подчиняя себе. После чего, грубо говоря, вышвыривают прочь из своего мозга. При этом все его воспоминания, скорее всего, остаются у рецип… у русского.
Лицо ученого, к этому моменту уже оценившего акцент уроженца «квадратных штатов» и уорент-офицерские[5]5
Уорент-офицер – воинское звание в англоязычных странах, примерный аналог нашего прапорщика. К примеру, в современных США занимает промежуточное положение между армейским сержантом и старшим офицером, однако при этом, как правило, не допущен к командованию подразделением, являясь сугубо техническим специалистом.
[Закрыть], несмотря на крупную серебряную звезду на погонах, манеры поведения, неожиданно просияло:
– Сэр, я могу объяснить еще проще!
– Валяйте.
– При подселении пси-матрицы наш человек оказывается в положении всадника, оседлавшего мустанга. Если тот пуглив или, наоборот, крайне силен, то сразу, не раздумывая, сбрасывает чужака, если непокорен – вышвыривает из своего мозга при попытке управлять телом. Для успеха внедрения необходимо, чтобы этот самый «русский мустанг» привык подчиняться и, не раздумывая, выполнять приказы. Разумеется, имеется еще множество нюансов, связанных с темпераментом и прочими индивидуальными особенностями, не думаю, что вам это интересно. Но суть в том, что в конечном итоге нам подходит примерно один из тридцати кандидатов.
– Идиотские сложности… – без особого раздражения буркнул бригадный генерал. Сравнение с мустангом и всадником Сноу откровенно понравилось. Он вырос на ферме и отлично представлял, что такое необъезженная лошадь. – Полагаю, не стоит даже спрашивать, отчего нельзя просто подсадить нашего парня в башку их усатого вождя, приказав тому выброситься из окна или застрелиться? Или, допустим, передать нам всю документацию по своему атомному проекту?
– Вы абсолютно правы, сэр. Подобное абсолютно нереально. Тем более никакого атомного проекта в сорок первом году еще не существует.
– Это еще почему? Разве Сталин не может войти в число тех немногих подходящих для нашей цели? Хотя бы по принципу банальной лотереи?
– Не может, – грустно подтвердил научник. – Разум выдающихся личностей совершенно уникален, поэтому подчинить его себе обычный человек просто не в состоянии. Нет, теоретически подобное возможно, но для этого нужен кто-то, как минимум, не уступающий его уровню. Гений. Уникум.
– Окей, я тебя выслушал, мистер забыл-как-вас-там. По крайней мере, теперь я более-менее понимаю, к чему такие проблемы с хреновой кучей исполнителей. Кстати, расскажите вкратце, как именно будет проходить операция?
– Разумеется, сэр, – собеседник облегченно вздохнул. – Тут ничего столь уж сложного: всего на первом этапе нами запланировано пять погружений в прошлое. Здесь, у себя, мы проведем их одновременно, хоть в двадцатом столетии все агенты попадут в разные дни.
– Так возможно? – искренне заинтересовался Джим.
– Конечно, сэр, – с ноткой легкого превосходства ответил ученый. – Время тут и там линейно не связано. Поэтому мы можем одновременно отправить одного, например, в утро среды, а другого – в полдень четверга. Каждый выполнит свою часть работы, а мы – получим конечный результат. Двое наших парней отправятся в Москву и соберут радиопередатчик. Еще двое одновременно изготовят в Германии настроенный на его частоту приемник, доставят его на военный аэродром и установят на бомбу. Каждый из них проведет в прошлом от нескольких часов до суток. После чего останется лишь пронести маяк в Кремль и оставить его под кабинетом русского вождя, эту задачу выполнит наш пятый агент. Все остальное сделают сами нацисты, даже не догадываясь при этом, что исполняют нашу волю!
– А что с ними будет после?
– С кем? – не сразу понял научник. – С агентами? Все они очнутся вот в этих самых капсулах буквально через несколько минут после разрыва контакта с реципиентом. Ну, в смысле с «мустангом»…
– Не нужно, я уже понял, что это означает. Я про комми и немцев, в которых подселят их мозги. Их не арестует русское ГПУ или германская контрразведка? Это не навредит нашим дальнейшим планам? Они не расскажут лишнего?
– Слепок сознания, сэр, их собственные мозги в любом случае останутся на месте. Впрочем, не суть важно. Ничего особенного с ними не произойдет, все четверо придут в себя на следующее утро в состоянии жуткого похмелья – перед тем как уйти, наши ребята позаботятся о том, чтобы все они надрались как следует. В polnuyu zopu, как выражаются сами русские. Так что госбезопасность ими вряд ли заинтересуется – с чего бы вдруг? Но в любом случае они ровным счетом ничего не вспомнят о том, чем занимались перед этим – просто полный провал в памяти. Это называется ретроградной амнезией, сэр.
– Возможно, следовало бы их на всякий случай ликвидировать? – нахмурился бригадный генерал. – Этих самых «мустангов»? Наверняка нашим агентам не составит труда внушить им мысль о самоубийстве или заставить броситься на местного копа с ножом или топором, чтобы получить пулю в голову?
– Безусловно, вы правы, сэр, это не составило бы ни малейшего труда. Однако подобное абсолютно нерационально! Как я уже говорил, помнить они гарантированно ничего не будут, зато в будущем еще могут нам пригодиться – я ведь уже упоминал, насколько сложно подбирать подходящих носителей. Глупо и неразумно разбрасываться столь ценными кадрами.
– А пятый, тот, что наведет на себя бомбардировщик? С ним что?
– Этот, разумеется, погибнет, – равнодушно пожал щуплыми плечами сотрудник секретной лаборатории. – Спастись в эпицентре взрыва нереально. Матрица хроноагента вернется в будущее за считаные мгновения до уничтожения тела или одновременно с этим. Для него это абсолютно безопасно.
– Окей, я понял. Вы отлично объясняете, я обязательно отражу это в своем рапорте. Последний вопрос: значит, мы планируем одним ударом прихлопнуть и самого Сталина, и его правую руку, этого главного над спецслужбами, позабыл, как там его имя?
– Лаврентий Берия, сэр. Это их народный комиссар… э-э, министр внутренних дел и госбезопасности. Именно так. Только не двоих, а сразу троих. Согласно планам операции «Фаза-1», в результате немецкой бомбардировки будет уничтожен также командарм Ракутин, который в этот момент находился на приеме у «дядюшки Джо».
– А это еще кто такой? – нахмурился бригадный генерал. – Какая-то важная птица из большевицкого Генштаба? Не помню такого имени.
– Согласно архивным исследованиям, сэр, осенью сорок первого года именно он не позволил наци захватить Москву. Мы не могли упустить такую потрясающую возможность. Когда еще вся эта троица соберется в одном месте!
– Разумно. Никогда не понимал, каким образом копание в древних файлах может помочь настоящему, но вам виднее. На то у вас и головы такие здоровенные, что даже в армию не берут, поскольку шлем не налазит!
Джим снова гулко заржал над собственной шуткой, показавшейся ему весьма удачной. Научник вежливо скривился в ответ, всеми силами изображая улыбку. Выходило плохо, но координатор от Объединенного штаба US Army не обращал на подобные мелочи ни малейшего внимания, всецело поглощенный собственным остроумием. Проклятый пустоголовый дуболом, неужели не могли прислать кого-то более адекватного?! И ведь придется терпеть его как минимум до завершения первой фазы операции, отвечая на тупые вопросы и подыскивая упрощенные формулировки! «Наездники», «мустанги», твою мать!
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?