Читать книгу "Личная помощница врага"

Глава 5. Охота

Какое-то время никто не шевелился, а затем незнакомец первым сбросил капюшон. Я невольно отступила на шаг. Потому что с худого, изможденного Лица на меня смотрели яркие зеленые глаза, а прямые золотисто-рыжие волосы были собраны в хвост. И завершала картину мелькнувшая под плащом золотая звезда на лацкане пальто. Менталист?

Ару холодно бросил мне:

– Спокойно.

А затем повернулся к незнакомцу и заговорил:

– Давно не виделись, Квентин. Сколько лет ты уже прозябаешь в этой дыре?

– Столько же, сколько ты – на должности преподавателя в Эйехоне, – сердито фыркнул менталист. – Какими судьбами тебя занесло в Мейшир? Самовольничаешь?

Ару взмахнул руками, сплетая поисковое заклинание, и ответил:

– Нет. Выполняю задание наместника. Ищу кое-кого.

Брови Квентина взлетели вверх.

– Но… Мне пришел отказ.

– В каком смысле? – сердито спросил Ару.

– Отказ удовлетворить мое прошение. У нас тут завелось кое-что крупное, но по какой-то причине наместника это не заинтересовало.

– Заинтересовало. И он прислал меня.

– Приказ?

– Не при мне. Не веришь?

– Не знаю, – нехотя сказал Квентин. – Ты известный самодур, Рой. С тебя станется примчаться сюда в обход правил, услышав о твари.

– И, похоже, кто-то очень постарался, чтобы этого не произошло. В Эйенкадже нет никаких слухов о том, что у вас происходит. А по пути нас попытались убить. Не исключено, что твой род приложил к этому руку.

Я видела, что менталист до конца не может ему поверить. Он задумчиво сказал:

– Все это выглядит очень странно. Хотя, если слухи правдивы… Говорят, ты размазал моего четвероюродного кузена по дуэльному полю из-за какой-то красотки. Никогда бы не подумал, что вы с Лукианом будете ссориться из-за девицы… Кстати, представишь меня своей спутнице?

Из-за какой-то… красотки?! Я едва не поперхнулась от возмущения. Интересно, кто это распускает такие слухи? И что об этом думает Ару-старший?

В этот момент учитель шагнул в сторону и кивнул на менталиста.

– Квентин Хейг, единственный представитель магического сыска в этой дыре. Моя практикантка…

Он выделил голосом первое слово, а затем его пальцы скользнули под мой капюшон и на миг вытянули на свет розовую прядь волос. После этого Ару закончил:

– Ариенай Суру.

У менталиста отвисла челюсть. Он таращился на меня совершенно круглыми зелеными глазами, и я едва удержалась от смешка. Нужно было оттолкнуть руку кровника, забрать у него свои волосы. Но осторожные прикосновения навевали предательское спокойствие, и я безропотно позволила Ару снова заправить розовую прядь под капюшон.

Впрочем, кажется, тот факт, что Суру и Ару что-то делают вместе, впечатлил моего нового знакомого гораздо больше, чем детали наших взаимоотношений. Этот Хейг совсем не казался опасным.

Кровник невозмутимо одернул мой капюшон и предупредил:

– И менталистов она не любит, кстати, так что свой дар держи при себе.

– Да у меня того дара… – вздохнул Квентин. Но поймал мрачный взгляд моего учителя и добавил: – Понял, не дурак. Твою практикантку не трогать, магию не использовать. Может, раз мы уже друг другу представлены, перейдем к делу? Ты пытаешься поймать того, кто убивает людей в городе, верно?

– Фонарника, – ответил Ару.

С лица менталиста сбежала краска.

– Все-таки… он? Ты уверен?

– Мы с Ариенай его видели.

Я невольно шевельнула обожженным плечом и покосилась на забинтованную ладонь кровника. Если ранения и причиняли ему боль, то он ничем не выдавал ее ни за ужином, ни сейчас. Квентин заметил мой взгляд, повязку на руке учителя и понимающе сказал:

– Он ранил тебя.

– Я его тоже, – процедил Ару. – И сегодня он будет осторожен.

– Не будет, – покачал головой менталист. – Он несколько дней не убивал. Когда вы его видели?

– Вчера, – ответила я вместо учителя.

– Значит, сорвали ему охоту. И сегодня он зол, голоден и с удовольствием клюнет на того, кто слаб и не сможет ему противостоять.

Менталист многозначительно посмотрел на меня. Я поежилась и повернулась к учителю. Но тот задумчиво оглядел меня с ног до головы и признал:

– Это мысль.

– Какая мысль? – не поняла я.

– Какую часть круга она прошла? – спросил Квентин.

– Половину, – медленно ответил Ару. – А еще при ней артефакт-усилитель и пара магических пистолетов.

Менталист присвистнул.

– Я думал, все артефакты и ценности Суру конфисковали.

Я неопределенно пожала плечами. Не признаваться же, что все это подарил мне учитель. И только потом спохватилась:

– Подождите! Вы хотите сделать приманкой меня?

– Ты на практике, – напомнил Ару. – И я буду рядом.

– Если ты будешь рядом, он не клюнет, – укоризненно сказал менталист. – Нам придется отдалиться.

– Я буду на том расстоянии, на котором успею помочь, – процедил Ару.

Я отчаянно замотала головой. Но по взгляду кровника поняла, что отказаться не получится. Он повелительно махнул рукой и приказал Квентину:

– Иди вперед. Я проинструктирую свою ученицу.

Тот послушно развернулся и двинулся вверх по улице. Ару приблизился ко мне. Я попыталась отшатнуться, но кровник удержал меня за плечо, а затем осторожно поднял мой подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза.

– Спокойно, – снова сказал он. – При тебе пистолеты и браслет. Когда тварь атакует, используй самый мощный водный щит. Если ты вычерпаешь амулет до дна, это его задержит. До того момента, пока не придем мы с Квентином.

Я оттолкнула его руку и напомнила:

– В прошлый раз я не смогла даже шевельнуться. Из-за этого… – Я посмотрела на его забинтованную ладонь. – Он ранил вас.

– Ерунда. – отмахнулся Ару, пряча раненую руку в карман. – Вперед.

– А если я откажусь, то что?

Наверное, говорить это было неправильно. Он же столько раз помогал мне. Зачем испытывать его терпение? Нужно было молчать, но поздно. Кровник нахмурился, а я с трепетом ждала его ответа. Раньше он точно сказал бы, что я вылечу из Академии. Что скажет теперь?

Ару смерил меня мрачным взглядом, а затем дернул больным плечом и скривился.

– Ничего, – наконец, произнес он. – Отведу тебя в дом моей сестры. И, продолжу охоту с Квентином. Но если ты не готова выполнять свою работу, в следующий раз говори сразу, чтобы мы не тратили время зря.

Устыдившись, я отвернулась и пробормотала:

– Да пойду я, пойду. Но не уверена, что все получится. И мне… страшно.

Я вспомнила парализующий взгляд демона и поежилась.

– Обычно тебе это не мешает, – саркастично улыбнулся Ару. – Я рассчитываю на тебя.

Я медленно кивнула и пошла вперед. Скоро мы догнали Квентина, и учитель обратился к нему:

– На каких улицах он чаще нападал? Нам нужно выбрать место, где ее скорее заметят.

Менталист серьезно кивнул.

– Я знаю такое. И приведу вас туда.

Несмотря на хорошее освещение, улицы были пустынны. Похоже, весть об убийце уже разнеслась по городу, и даже в благополучных районах люди не решались покидать дома по вечерам. Вскоре мы вышли на местное подобие улицы Белой сойки, на которой бодро выстроились питейные заведения разной степени приличия. Здесь тоже царили пустота и тишина.

Квентин проворчал:

– Эти ребята терпят самый большой убыток от происходящего. Если все получится, будешь желанным гостем здесь, Рой.

И он многозначительно кивнул в сторону здания с яркими красными фонарями и занавесками на окнах. Ару равнодушно скользнул по ним взглядом, и я поспешила затолкать поглубже поднимающееся внутри недовольство. Мне же плевать, как и с кем он любит проводить свободное время, правда?

За искомым домом начиналась другая улица. Квентин остановился и указал туда.

– Улица Святого Макария. Именно по ней чаще всего возвращаются домой местные гуляки. Большинство убийств произошло в этом районе.

Я еще раз оглянулась, а затем посмотрела в ту сторону, куда мне предстояло идти. Возвращаться из гнезда порока и разврата по улице Святого Макария… Чувство юмора у них тут странное.

Ару легко подтолкнул меня.

– Вперед. Никуда не сворачивай. Используй амулет, под его прикрытием заряжай пистолеты.

Я кивнула и, не оглядываясь, пошла вдоль домов. Я брела мимо ярких фонарей, источающих такой любимый огненными теплый свет. Но сегодня этот свет казался предательским. Чем дальше я уходила, тем отчетливей по спине бежал холодок.

Я прошла улицу до конца, но никто так и не появился. Достаточно широкая улица Святого Макария упиралась в узкую и кривую Бычью. Поколебавшись, я свернула направо и пошла чуть медленнее. Здесь часть фонарей не горела, и я начала успокаиваться. Но, когда они внезапно мигнули, сердце ушло в пятки. Яркие шары один за другим покидали свои места и собирались в огромную фигуру. Я потянулась к браслету и своей силе. Но, прежде чем я успела создать заклинание, на самом крупном шаре распахнулись черные глаза с вертикальным белым зрачком. И этот взгляд вымел из головы все мысли, кроме одной: «Успеет ли учитель?»

Фонарник оказался рядом со мной одним прыжком. Распахнутая пасть мелькнула совсем близко, в чёрных глазах светилось торжество. Ару не успеет…

И в тот же миг моё плечо аккуратно прихватили другие зубы. Горячий воздух ударил в морду фонарнику, когда взмах огненных крыльев демона Эттвудов выдернул меня из-под его клыков. Взлететь вместе со мной он не смог, как и атаковать фонарника. Поэтому мой новый огненный друг только отчаянно тянул меня в сторону, насколько хватало его сил.

Этого оказалось достаточно. Огненное заклинание врезалось в бок фонарнику, потом я услышала хлопок пистолета. Точнее, двух пистолетов: Ару выстрелил с обеих рук одновременно и вбросил оружие в кобуры на поясе. После этого учитель взмахнул руками, и шесть плотных огненных шаров понеслись к демону.

Я, наконец, почувствовала, что снова владею своим телом. Страх понемногу отпускал, но сил подняться на ноги не было. Я смогла только встать на одно колено и сунула руку в мешочек на поясе. Пока заряжала магическую пулю, со стороны улицы Святого Макария появился Квентин. Пистолетов у него не было, и он атаковал заклинанием, огненным и слабым. Фонарник только отмахнулся от него, как от мухи.

Наверное, предполагалось, что под прикрытием этого заклинания Ару успеет перезарядить пистолеты, но он успел только потянуться к кобурам.

Демон снова повернулся ко мне. Прежде чем его взгляд снова парализовал меня, я успела вскинуть руку с пистолетом и выстрелить. Магическая сеть раскрылась и облепила морду демона. Она тут же испарилась, но фонарник издал жуткий вой и забыло обо мне. Ару снова выстрелил и, похоже, на этот раз сумел задеть одно из блуждающих адских зёрен. Несколько шаров из спины твари растворились и не спешили восстанавливаться. И теперь демон жаждал отомстить моему кровнику и направлялся к нему.

Я взмахнула дрожащими руками и резко потянула силу. Водное заклинание ударило в одну из лап. Голубые линии начали превращаться в белую корку льда, и фонарник пошатнулся.

В следующий миг ему на спину упал мой огненный защитник. Фонарник легко сбросил его, но это дало Ару ещё одну возможность атаковать. Мощное огненное заклинание сбило тварь с ног. Я в это время уже дрожащими руками заряжала второй пистолет. Как только демон попытался подняться, я снова выстрелила, на этот раз льдом. Усилитель пистолета сработал отлично – я попала в центр крупного огненного шара, и улицу снова огласил жуткий вой. Попала. Осталось одно зерно.

Мой учитель не терял времени даром, но оружие больше не использовал. От ярости пламени, которое вспыхнуло вокруг демона, я невольно села на мостовую и попыталась отползти прочь. Водное ядро внутри меня дрожало от ужаса, пока демон метался внутри огненного кольца, пытаясь сберечь последнее адское зерно.

Мне в плечо уткнулся широкий горячий лоб.

– Мера-мера? – Раздалось над ухом.

– Пусу…

Я покосилась на демона и прошептала:

– Спасибо.

– Пусу-пусу, – радостно выдал он.

Я невольно улыбнулась и почесала большое горячее ухо. А затем сказала:

– Надо уже дать тебе имя. Пусу, мера… Пусмер мне не нравится, а Пуся звучит странно для демона. Может быть, захочешь быть Мерпусом? Как тебе?

Демон довольно ответил:

– Меррр!

– Пусу!

Я погладила обе головы по очереди и уверенно произнесла:

– Тогда буду звать тебя Мерпусом. Ты такой хороший…

Над моей головой раздался голос Ару.

– Да что ты возишься с этой тварью?

Я подняла голову и обнаружила, что учитель стоит рядом и с нескрываемым раздражением смотрит на демона. Тот не остался в долгу и оскалился. А затем распахнул крылья и улетел. Я укоризненно посмотрела на кровника и заговорила:

– Зачем вы с ним так? Он довольно милый и помог нам.

Ару презрительно фыркнул и отвернулся. А затем сухо бросил через плечо:

– Вставай. Нужно показать Квентину то, что эта тварь притащила в твою комнату.

С этими словами он сунул раненую руку в карман и побрел прочь. Менталист подошел к нему и поморщился.

– Надо будить магическую зачистку, а то аура здесь…

– Это может подождать, – ответил Ару, невольно касаясь плеча. Я тут же вспомнила про его рану, а кровник продолжил: – В доме моей сестры тебя ждет кое-что интересное.

– И что же это? – удивился Квентин.

– Приманка. Похоже, кто-то пытался использовать фонарника в своих целях.

Я в это время поднялась с земли и начала заправлять под капюшон выбившиеся розовые пряди. Ару оглянулся и сказал:

– Не нужно. Думаю, с маскировкой нужно покончить. Кроме нас, убить фонарника здесь некому. – После этого он повернулся к менталисту и добавил: – Где у вас полагается жить тем, кто приезжает по заданию наместника? В гостинице?

Если Квентина и удивило желание Ару съехать от сестры, то вида он не подал.

– Есть государственное жилье, подобное тому, что ты снимаешь в Эйенкадже, – сообщил менталист. – Но хозяйка там…

– Отведешь нас туда сразу после того, как заберешь приманку для исследования, – постановил кровник.

И никто не попытался ему возразить.

Остаток ночи прошел в хлопотах. Сначала мы вернулись в дом Одли. Вышколенные слуги наше появление среди ночи в компании менталиста восприняли как должное. Гостю даже предложили чай, от которого тот поспешно отказался. Несколько часов огненные крутились вокруг вонючего предмета в моей комнате и вполголоса что-то обсуждали. Я чувствовала ужасную усталость, поэтому не прислушивалась. А вместо этого сидела на подоконнике и глядела во двор.

Пока мои спутники обследовали добычу Мерпуса, прислуга собрала нам сумки с вещами. Приманку, обнаруженную демоном, менталист забрал с собой.

Когда мы подошли к жилью, предложенному Квентином, над горизонтом уже показалась розовая полоса зари. Несмотря на раннее время, дверь невзрачного двухэтажного дома на одной из боковых улиц отворилась почти сразу. Седая и сгорбленная старуха в замызганном переднике молча выслушала менталиста и махнула рукой, предлагая нам войти. Квентин отправился в жандармерию, а мы – на второй этаж.

Дом и правда напоминал тот, в котором жил Ару. Только комнат здесь было гораздо меньше. На втором этаже всего четыре двери. Нам с учителем отвели соседние. Ару внёс задаток за комнаты. После этого нам вручили ключи.

Шаркая ногами, старуха удалилась. А кровник бросил мне:

– Вещи оставь и зайди ко мне, надо поговорить.

Я послушно кивнула и повернула ключ в двери. Комната оказалась одна. Кровать, письменный стол со стулом, камин, дверь в маленькую ванную.

Больше всего на свете мне хотелось лечь в постель и уснуть. Но пришлось бросить сумку на пол и отправиться к Ару.

Кровник не стал закрывать дверь, и я вошла следом за ним. Его комната была точно такой же, даже занавески на окне такого же, грязно-зелёного цвета. Но, кажется, учителя обстановка совершенно не смущала.

Он захлопнул дверь и набросил на нее сложное запирающее заклинание. А затем повернулся ко мне и заговорил:

– Хватит возиться с демоном Эттвудов. Это не котёнок и не собака, а потусторонняя тварь, которая отбилась от своего человека. Неизвестно, что ему взбредёт в голову. Так что на всякий случай повесь охранное заклинание на окна.

– Вы же сказали, что нам нужно его поймать, – возразила я.

– Мы его уже поймали, – раздражённо пояснил Ару. – Он пойдёт за тобой. А остальное – дело Эттвудов.

Я вздохнула и опустила взгляд. Ару шагнул ко мне и спросил, тщательно сдерживая раздражение:

– Мы выполнили свою работу, и ты при этом не пострадала. Я забрал тебя из дома Элизабет, и ты избавлена от общества моей нелюбезной сестрицы. Чем ты снова недовольна?

Стоило промолчать. Но усталость достигла своего пика, и я выпалила в ответ:

– Мне не нравится это задание. Мне не нравится этот город. Единственное хорошее, что здесь случилось со мной, – это знакомство с демоном Эттвудов.

Я ждала, что Ару огрызнется в ответ, но вместо этого он толкнул меня к стене и резко приблизился. Потом уперся ладонями в стену с обеих сторон от моей головы. Я затравленно огляделась и с вызовом посмотрела на учителя. Но в его глазах не было злости. По его лицу совершенно ничего невозможно было понять.

Когда он в очередной раз коснулся моих волос, я вздрогнула. Ару медленно и осторожно потянул розовую прядь, пропуская ее между пальцев. Помимо воли я ощутила, что гнев сдает свои позиции, уступая место странному спокойствию, которое всегда навевали его прикосновения. Наконец, прядь волос упала мне на плечо, а кровник провел пальцем по моей щеке.

Воспоминания о том, что было у врат, нахлынули разом, я почувствовала уже знакомую слабость в ногах. Сердце забилось чаще от волнения и страха. Сама не знаю зачем, я положила руку ему на грудь, туда, где под рубашкой скрывалась адская метка. Оттолкнуть его? Надо бы…

Не знаю, что кровник увидел в моем взгляде. Но Ару замер и медленно произнес:

– Скажи «нет», и я оставлю тебя в покое.

Я чувствовала под своими пальцами частое биение его сердца. В потемневших глазах застыло тревожное ожидание.

И что же мне теперь делать?

Глава 6.  Предупреждение

Наверное, я, и в самом деле, должна была произнести короткое слово «нет» и покончить с неопределенностью. Правда, язык не слушался. Но я была уверена, что, даже если мотну головой, хотя бы взглядом намекну на отказ, он тут же уйдет. Точнее, позволит вернуться в комнату, где мне сейчас и положено быть. Но в ответном взгляде моего учителя было что-то, что заставило меня замереть. И, затаив дыхание, ждать, что же будет дальше.

Сначала в глазах кровника промелькнуло недоверие. Затем он очень мягко, стараясь делать это не слишком поспешно, притянул меня к себе и поцеловал. На этом о сопротивлении можно было забыть. Стоило нашим губам соприкоснуться, как я почувствовала, что совершенно теряю голову. Все повторялось точно как тогда, у врат. Его ладонь на моем затылке, пальцы, зарывшиеся в мои волосы. Правда, он был осторожнее. Нежнее. Словно боялся спугнуть мое согласие. Я и сама чувствовала хрупкость этого мгновения.

Но скоро его поцелуи стали горячее и настойчивее, вызывая волну жарких мурашек. Его губы скользнули по моей шее, и я отчаянно впилась пальцами в его плечи. Даже не вспомнив о ране, Ару вздрогнул, и это отрезвило нас обоих. Я попыталась отстраниться, но мне не позволили. Тогда уткнулась ему в грудь, и мы еще долго стояли в обнимку, успокаивая сбивчивое дыхание. Я слушала бешеный стук его сердца, а он медленно гладил мои волосы. В голове не было ни одной мысли. Хотелось стоять так целую вечность.

Но, к сожалению или к счастью, не вышло. Раздался настойчивый стук в дверь, и мы поспешно отпрянули друг от друга.

Это оказалась старуха. Она вручила кровнику пачку бумаги и письменные принадлежности и снова прошаркала к лестнице. Я скороговоркой пожелала Ару спокойной ночи и вылетела из комнаты следом за ней.

У себя я долго стояла, прислонившись спиной к двери, и пыталась привести мысли в порядок. Но получалось плохо. Рой Ару…

Он мой учитель, он мой кровный враг, наши роды враждуют несколько веков. И сегодня он подошел ко мне сам. Он был в своем уме, и от этого внутри расцветало ликование, которое тут же смешивалось с чувством вины и стыдом. Это не должно происходить между нами. Это. Не должно. Происходить. Между. Нами.

Хотя, может, мы оба были не в своем уме? Покушение по дороге, вторая ночь без сна… Мы оба устали, нас вымотала охота на фонарника и пара дней в обществе Элизабет. Тут, может, демона из Ада поцелуешь, не то что дочь кровного врага.

Я тихо застонала, осознавая собственное бессилие. Убедить себя в том, что это все случайность, было так же трудно, как и признать, что Ару испытывает ко мне какие-то чувства.

Разбирать вещи не было сил, и я попыталась найти в сумке ночную сорочку. Но у меня ничего не вышло: то ли служанка забыла её положить, то ли сделала это специально.

Воровато оглядевшись, словно кто-то мог меня видеть, я влезла в рубашку Ару, которую по иронии судьбы служанка положить не забыла, и, мучимая чувством вины, отправилась в постель.

Конечно же, о предупреждении учителя я забыла. И никаких охранных заклинаний ни на двери, ни на окна вешать не стала. Стоило ли удивляться, когда я проснулась около полудня от того, что моему боку стало горячо?

Я открыла глаза и обнаружила, что рядом со мной лежит Мерпус. Прогонять демона не стала, только отодвинулась и снова закрыла глаза.

Похоже, демон на этот раз не потрудился закрыть окно. А у его теплого бока я не чувствовала холода, который проникал в комнату. И в следующий раз меня разбудили голоса. Один из них я узнала. И тут же облилась холодным потом.

– Что значит прибыли на рассвете?! – возмущался Эндрю Дарем. – Не может быть!

Его собеседник что-то пролепетал в ответ. Я не смогла разобрать ни слова.

– Сам проверю, – рявкнул поверенный Шендана.

Сон как рукой сняло. Я соскользнула с постели и помчалась в ванную. Этого человека я боялась почти так же, как Шендана. И разговаривать с ним наедине мне совсем не хотелось. Я моментально натянула на себя одежду и пулей вылетела из комнаты. На миг замера перед соседней дверью, а затем решительно постучала. Только Ару сейчас может меня защитить.

Но ответа не было. А за моей спиной на лестнице послышались шаги. И знакомый голос, который я только что слышала под окном, произнес:

– Какая неожиданная встреча, леди Суру.

Я застыла, словно изваяние, и, не оборачиваясь, ответила:

– Так уж и неожиданная? Мне показалось, вы ищете здесь именно меня.

Мой голос почти не дрожал, и это была маленькая победа. Я собрала свои скромные силы в кулак и медленно развернулась, оглядывая Дарема с ног до головы. Неужели учитель ушел? И что же мне теперь делать?

Эндрю Дарем был невысок. Лиор вообще не любил высоких подручных, как и смазливых. Все приближенные Шендана были как на подбор невзрачны. Несмотря на рост, Дарем на отсутствие стати пожаловаться не мог. Суровое лицо, высокие скулы, короткая стрижка. И тело человека, который каждый день не гнушается тренировок с оружием и без него. Дарем хорош как в магии, так и во владении различными видами колющего и режущего. И не только… Поговаривали, что в искусстве пыток ему нет равных. В Инрешваре его за глаза звали шенданским палачом. И я не сомневалась, что эта кличка оправдана.

И теперь его холодные глаза внимательно изучали меня. От его взгляда было не по себе. Во время нашей прошлой встречи тронуть меня он, конечно, не посмел. Но запугивать Дарем умел и без этого. Вот и сейчас он многообещающе улыбнулся, отчего по спине побежал холодок. Я сжала кулаки, чтобы не показывать волнения. Правда, подрагивающие колени все равно выдавали меня головой. И я видела, что Дарем наслаждается каждым жестом, намекающим на мой страх.

– Верно, – медленно произнес он. – Я искал вас. Приятно видеть вас в добром здравии, леди Суру.

– Предпочтете сделать его недобрым самостоятельно? – скривилась я.

Дарем сделал шаг ко мне и тихо проговорил:

– Наглость вам совершенно не идет, леди. Мой господин уже не раз обещал вам снисхождение. При условии, что вы будете послушной.

– И выдам вам разработки отца? – прошептала я. – Нет. Однажды все узнают правду.

– Вашей семье предстоит сгнить на Железном острове,– резко сказал он. – А вам, леди Суру, пора задуматься о себе.

Дарем сделал еще шаг ко мне, и в его глазах появилось странное выражение. Я невольно отшатнулась. Позади меня была дверь комнаты учителя, отступать было некуда. Но вместо нее я ощутила спиной пустоту и пошатнулась. А затем уперлась в грудь Ару. Его рука тут же легла на мое здоровое плечо, а над головой прозвучал раздраженный голос.

– Что вам здесь нужно, господин Дарем?

Я с удовольствием наблюдала за тем, как вытягивается лицо поверенного Шендана. Он быстро взял себя в руки, но я поняла, что увидеть моего кровника живым уже никто не рассчитывал.

– Г-господин Ару, – проговорил он. – Какая неожиданная встреча.

– Для меня тоже, – процедил учитель.

– Рад видеть вас в добром здравии, – многозначительно сказал Дарем.

Да что же он сегодня все про это доброе здравие? От неожиданности больше слов найти не может?

– Вы бы лучше о своем здравии позаботились, – презрительно ответил кровник, заставляя меня немного отстраниться. – Я уже предупреждал господина Шендана, что прогулки в окрестных лесах для водников не полезны.

Дарем дернул верхней губой, будто хотел оскалиться, но ответить не посмел. Ару продолжил:

– Исчезните. Я здесь по работе и не имею ни малейшего желания вести дела с вами.

Дарем подобрался и любезно заговорил:

– Боюсь, у меня есть дело к вашей практикантке…

Пальцы учителя сжали мое плечо. Я покосилась на него. Ару отбросил со лба влажные волосы и оборвал его:

– Леди Суру назначена моей личной помощницей, и сейчас у меня для нее есть работа. Чесать языками с другими водниками она будет тогда, когда закончится срок ее договора.

При словах «личная помощница» у Дарема глаза на лоб полезли. Одними губами он повторил:

– Личной помощницей?

Но Ару не удостоил его ответом. Он решительно развернул меня к себе. А затем посторонился, пропуская в комнату. Не оглядываясь на Дарема, я на подгибающихся ногах прошла внутрь. Дверь хлопнула, отрезая меня от помощника Шендана.

Ару за моей спиной яростно прошипел:

– Пришел убедиться, что ты одна, а я благополучно исчез в Адском пламени… Они за это заплатят. И Дарем, и Шендан… И Герберт.

Последнюю фразу он произнес с ледяным спокойствием. Я нашла в себе силы обернуться и увидела, что учитель мечется по комнате с замкнутым лицом. Волнистые пряди были распущены, а не собраны в хвост, на рубашке проступали влажные пятна. Кажется, на этот раз он покинул ванную ради спасения своей бестолковой ученицы. Заметив мой взгляд, раздраженно бросил:

– Садись. И хватит трястись, Дарем уже ушел.

Я покорно опустилась на стул и начала невольно провожать кровника глазами. Тот собрал волосы и продолжил ходить из угла в угол. Наконец, он остановился у окна и уже спокойнее заговорил:

– Копию документа о твоем новом назначении я уже передал Квентину. Он, конечно, слабак, но честный. За это Хейги и сослали его в эту дыру. Так что об официальной части можно не беспокоиться. Скорее всего, он уже передал ее в ратушу. И магическую зачистку, надеюсь, вызвал.

Поколебавшись, я спросила:

– Если мы разобрались с фонарником, то можем вернуться в Эйенкадж?

– Нет. – поморщился Ару. – У нас же ссылка из-за моего поединка с Лукианом, забыла? Придется торчать здесь и патрулировать улицы вместе со всеми. Квентин должен включить нас в график. Надеюсь, Дарем вернется к Шендану и оставит тебя в покое.

Я зябко передернул плечами и вздохнула:

– Они не оставят меня в покое.

– Нас, – поправил меня учитель. – От меня они тоже пытались избавиться.

Я молча кивнула, стараясь отогнать воспоминания об Адских вратах. О том, что случилось рядом с ними. И о том, что повторилось вчера. Я украдкой посмотрела на Ару. Он стоял у окна, опираясь на подоконник, и задумчиво смотрел на меня. Я поспешно отвела взгляд. Что же делать? Что говорить? И надо ли что-то говорить?

Мои размышления были прерваны стуком в дверь. Ару нехотя отправился открывать. На пороге возник мальчишка лет четырнадцати. Он низко поклонился и дрожащим голосом доложил:

– Р-расписание патрулей для господина. И письмо для леди Ариенай Суру.