Читать книгу "Дерзкая и Решительный. История одного завоевания"

И, чёрт возьми, он был прав. Я должна была им рассказать!

Конечно, я не верила, что Виктор приедет в Бринхолл, и уж тем более не думала, что он начнёт что-то требовать от меня или от людей, которые меня окружали. Он давно забыл обо мне, забрал все мои деньги, получил всё, что хотел, и вычеркнул меня из своей жизни.

Но люди, заменившие мне семью, люди, которые так мне помогали и приняли в свой дом, заслуживали честности.

Поэтому я похолодевшими пальцами, которые отказывались нормально слушаться, принялась развязывать узел проклятого шейного платка. Старательно, дрожащей рукой, я распускала его, чтобы показать им всю свою боль, весь тот опыт, который остался от прошлой жизни.

Чёрную, словно клякса, брачную метку.

Такой красивый ритуал. Такие громкие обещания. И такой позорный финал.

Наконец я сняла платок.

– Вот. Посмотрите. Да, это она – брачная метка. Но не я бросала своего мужа. Я никого не обманывала. Это меня бросили. Меня, понимаете? Я всю жизнь была любимым, залюбленным и обласканным ребёнком. Никогда не сталкивалась с подобным предательством. Верила людям. Всегда верила. Верила, что у меня самый лучший, самый любящий муж. Верила, что наш брак счастливый и что любые трудности мы сможем преодолеть вместе. А оказалось, что четыре года, в течение которых я не могла забеременеть, были для него проблемой. Оказалось, что этот брак нужен был только мне, а ему, этому проклятому предателю, требовались лишь деньги моей семьи.

Слёзы – горькие, так долго сдерживаемые слёзы – вдруг потекли по моим щекам.

Я, некрасиво всхлипывая, шмыгая носом, задыхаясь и захлёбываясь рыданиями, наконец смогла рассказать правду. Всю правду своей замужней жизни.

Когда Марта принесла мне воды, Браул обнял меня за плечи, успокаивая, а Майк сел на пол у моих ног и с тревогой посмотрел в моё покрасневшее от слёз лицо, я наконец смогла расслабиться.

Выговорившись и рассказав всё, что со мной произошло, я будто отпустила свою боль. И мне стало легче.

Увидев, что я немного успокоилась, Браул поднял руку и сжал своей широкой ладонью мои тонкие дрожащие пальцы.

– И чего ты ревёшь? Говно он, а не мужик, – простодушно и прямолинейно высказал он своё мнение.

– Браул! – ахнула Марта, укоризненно покачав головой.

– А что Браул? – заворчал младший из братьев. – Я что, не прав?

– Не прав, – тяжело вздохнул Майк. – Говно оно и есть говно. Другим не бывает.

– А этот так и вовсе притворщик, обманщик, предатель и лжец, – продолжил Браул, с каждым словом подбирая для моего бывшего мужа всё новые нелицеприятные определения. – Так чем лучше унитазного наполнителя?

– Элис, прости, пожалуйста, – вмешался Майк. – Ты правильно сделала, что уехала. И к чёрту его. Не нужен он тебе. А я не имел права лезть. Но и не спросить не мог, понимаешь?

Майк распалялся с каждым словом, ругая Виктора и подбадривая меня.

– Бросил? Да скатертью ему дорога. Деньги забрал? Ты не переживай, Элис. Ты умная и хваткая. Захочешь – у тебя их ещё больше будет. А если нужда прижмёт, то ты и своё вернёшь.

Он сжал губы и посмотрел на меня с такой уверенностью, будто уже видел, как я возвращаю себе всё до последней монеты.

– Мы же с тобой вон сколько знакомы. Я вижу, как ты договариваешься с дельцами, как ведёшь себя в торговых лавках, как умеешь себя поставить. Если будет желание, то через полгода весь город у тебя с рук есть будет. Вот посмотришь.

Майк презрительно скривился.

– А этот… Тьфу на него.

– Майк, понимаешь… Марта, Браул, понимаете, я не хотела вас обманывать. Проклятье! Я любила Виктора, понимаете? И подумать не могла, что человек способен вести себя так: сегодня быть счастливым и любящим, а завтра сбросить маску и превратиться в холодного, чужого, жестокого и подлого незнакомца.

Я всхлипнула и сжала пальцы.

– И я не говорила вам не потому, что хотела обмануть. Мне было стыдно. Стыдно за то, какой глупой и доверчивой я оказалась.

– Стыдно? За что, детка? – Марта легко похлопала меня по руке, которую я протянула к ней, чтобы забрать стакан с водой. – За то, что хотела быть счастливой? За то, что влюбилась в урода? Ой, ты думаешь, первая такая? – Марта фыркнула. – Не стоит он твоих слёз. Майк прав. И Браул прав. Говно он, а не человек. Любящий мужчина никогда бы так не поступил.

Она снова погладила меня по руке.

– И хорошо, что он предал тебя сейчас. Хорошо, что так быстро показал своё настоящее лицо. А ты представляешь, если бы вы прожили вместе десять лет? Ты ещё молода и красива. Ещё будешь счастлива, обязательно найдёшь своего мужчину и создашь семью. А этот… Пусть живёт как знает. Здоровья ему и радости. Боги всё видят. Он ещё узнает, что такое женские слёзы и чем они отливаются мужчинам.

– Отливаются? – осторожно переспросил Браул.

– Отливаются, дорогой мой, отливаются, – уверенно подтвердила Марта. – Вот ты обидишь какую-нибудь девицу – сразу поймёшь.

– Это как? – уточнил Браул.

Майк хмыкнул, почесал затылок и многозначительно посмотрел на младшего брата.

– Да, младшенький, отливаются. А ещё отбиваются, забываются и отбиваются снова. В общем, имей в виду: рука у тётушки тяжёлая, а с женщинами надо быть нежнее.

Эта фраза, сказанная с таким видом, что становилось понятным – Майк говорил на основании богатого жизненного опыта, окончательно разрядила обстановку.

Гостиная тётушки Марты наполнилась смехом. Низкий, глубокий смех Майка смешивался с более высоким голосом Браула, а поверх них переливался мягкий, тёплый смех Марты. Я тоже не удержалась и рассмеялась – сначала неуверенно, тихо, а потом уже искренне, от всей души.

Этот смех будто поставил точку в моей прошлой жизни и открыл дверь туда, куда я так стремилась. В моё новое и, очень хотелось надеяться, счастливое будущее.

А через два дня мы окончательно закончили ремонт в моём доме.

И именно тогда мне в голову пришла идея. Самая лучшая. Гениальная! Удивительная в своей простоте и настолько перспективная, что я удивилась, как это мне раньше в голову не пришло. Теперь я точно знала, что будет продаваться на полках моего торгового зала. Оставалось только всё продумать и убедить Марту и её племянников согласиться участвовать в моём проекте!

Глава 6

– Элис, детка, заверни мне, пожалуйста, вот тех, моих любимых, розовеньких, с нежным кремом.

– Госпожа Томсон, для вас, как всегда, эклеры с клубничным кремом уже отложены. Держите.

Я взяла заранее приготовленный кулёк из плотной промасленной бумаги и протянула его дородной женщине.

Госпожа Томсон была почётной жительницей Бринхолла, матроной, знавшей всех и каждого, а ещё женой городского бургомистра. То есть человека важного, уважаемого и, по мнению самой госпожи Томсон, совершенно незаменимого для процветания города.

Женщина, получив свои любимые пирожные, улыбнулась, и на её щеках распустились красные цветы удовольствия.

– Детка, ты такая хорошая, – прокудахтала она, выкладывая на прилавок деньги за любимый десерт.

Я с улыбкой наблюдала, как пышная фигура госпожи Томсон покидает мою кондитерскую. Впрочем, долго размышлять о почтенной супруге бургомистра мне не пришлось. Перед прилавком уже стояла целая очередь желающих закупиться сладостями к вечернему столу.

Чего только теперь не было в моём торговом зале! Здесь можно было купить всё: от простого коржика, щедро посыпанного сахарной пудрой, и небольших пирожков с мясной начинкой до сложных слоёных пирогов, воздушных эклеров и тортов на заказ.

Год назад, когда ремонт закончился, а полки всё ещё стояли пустыми, я, совершенно не желая расставаться с семьёй тётушки Марты, придумала замечательный план. И вознамерилась воплотить его в Бринхолле.

Три дня я потратила на изучение местного рынка. Оказалось, что в городе хватало торговых палаток, трактиров, чайных, постоялых дворов и небольших закусочных, где можно было быстро перекусить. Можно было купить хлеб, мясо, овощи, сыр, выпить кружку горячего чая или съесть густую похлёбку.

А вот отдельной кондитерской в Бринхолле не было.

Конечно, многие хозяйки предпочитали печь хлеб сами. Но я до сих пор не понимала, почему никому не пришло в голову открыть место, где жителей небольшого городка радовали бы вкусной, свежей и качественной выпечкой. Но если кто-то упустил свою возможность, то мне это было только на руку. План начал обретать всё более чёткие очертания.

После изучения внутреннего рынка я не поленилась и изучила окрестности Бринхолла.

И оказалось, что вокруг города действительно было немало богатых поместий. Проживая в столице большую часть своей жизни, я понаслышке знала: леди и лорды привыкли видеть на столе не только сытную еду, но и всякие приятные сладости. И, что особенно важно, денег на подобные маленькие удовольствия они обычно не жалели.

Поэтому к тётушке Марте я пришла уже с готовым планом будущего дела.

Как же она сопротивлялась! Это целая отдельная история.

– Элис, – ворчала Марта, с раздражением вымешивая тесто во время нашего первого разговора, – что за глупости ты говоришь? Ну кому в Бринхолле могут понадобиться мои булочки? Или пирожки? Или что ты там ещё себе придумала?

– И булочки, и пирожки, и пирожные, и эклеры, и сдобный хлеб, – бойко отвечала я, задорно хрустя свежеиспечённым коржиком. – И всё-всё-всё, что ты умеешь делать. А ещё то, что пока даже не пробовала печь. Мы обязательно найдём новые рецепты, всё опробуем и выберем лучшее.

– Выберет она, – недовольно фыркала Марта. – А печь кто будет? Вздор это, точно тебе говорю!

– Ничего и не вздор! Вот увидишь, тётушка, ещё придёт день, когда твои булочки будут заказывать к столу самые важные люди Бринхолла.

– Говорю, вздор, – упорствовала Марта, формируя из теста будущие ореховые колечки. – Никто не станет покупать мою стряпню.

– Марта, ты пойми одну простую вещь, – не сдавалась я, доставая из печи противень с уже готовой выпечкой. – Многие хозяйки предпочтут отдать пару грошей за готовую сдобную булочку, чем потратить два часа на кухне, пытаясь испечь такую же. Ты даже не понимаешь, от чего отказываешься!

– Вот раз такая умная, – Марта подбоченилась и нахмурила брови, – так сама и пеки.

Я вытерла руки о фартук, приобняла скептически настроенную хозяйку дома за покатые плечи и тепло ей улыбнулась.

– Я не умею готовить.

– Ну конечно, – фыркнула Марта.

– Нет, правда. То есть готовить я, разумеется, умею, но выпечка мне совершенно не удаётся. Понимаешь, отец учил меня вести дела. Я знаю, как добиться разрешения на производство товара, как привлечь клиентов, чего требует рынок и как сделать так, чтобы у нас была хорошая репутация. Но я совершенно не представляю, сколько дрожжей нужно добавить в муку и воду, сколько сахара туда положить и как правильно взбить сливки, чтобы в итоге получились такие вкусные пирожные, как у тебя.

Марта недовольно поджала губы, но слушала внимательно.

– Поэтому я и предлагаю тебе готовить не на своей кухне, а на моей – новой и шикарной. С хорошим оборудованием, прекрасной печью, в которую, между прочим, помещаются сразу четыре противня.

– Элис, а зачем тебе такая печь? – вдруг хмыкнула тётушка Марта.

Я игриво пожала плечами и совершенно честно ответила:

– А мне она и не нужна была. Это всё твои племянники. Они заказывали печь, договаривались с печником и сами рисовали проект. Наверное, в тот момент были очень голодными и думали исключительно о тебе.

– Охламоны! – всплеснув руками, проворчала Марта. – Как есть охламоны.

– Тётушка Марта, не надо ругаться. Твои племянники сделали для меня так много.

– Сделать-то сделали, – бурчала она. – Но ты мне зубы не заговаривай. Мы сейчас не о них говорили.

– Ах да, моя идея. Послушай, давай позовём Майка и Браула и узнаем, что они об этом думают. Я уверена, братья меня поддержат.

– Они-то? Конечно, поддержат, – расхохоталась Марта. – И ещё сверху накидают несколько идей. Чего только не придумают, лишь бы нагрузить тётушку работой.

– Марта, ну, в конце концов! – заговорила я строже и от возмущения даже притопнула ногой. – Я же не предлагаю тебе работать бесплатно. Мы всё оформим официально. Сначала я проверю, какие документы остались после бабушки, и получу все необходимые разрешения на торговлю. А когда с бумагами будет порядок, мы заключим договор о партнёрстве.

– Чего? – Марта вскинула брови.

– Договор о партнёрстве. С меня помещение, реализация продукции, поиск клиентов и ведение счетов. Причём счета будут абсолютно открытыми. Ты и твои племянники всегда сможете посмотреть записи и узнать, сколько мы заработали и на что потратили деньги. При необходимости я отчитаюсь за каждый грошик.

Марта слушала меня, чуть склонив голову набок.

– А с тебя – изготовление нашей продукции. Мы придумаем название, закажем красивую вывеску и заполним витрину всевозможными сладостями.

– Так они же испортятся.

– Значит, начнём с тех, которые могут храниться дольше. Например, с леденцов. Ты умеешь делать сахарные леденцы?

– А что там уметь? Конечно, умею! Их можно делать цветными, можно заливать на палочки, а можно формировать маленькие кругленькие карамельки. Мальчишки мои в детстве их очень любили. Я раньше часто готовила. Ещё можно делать мармелад. О, кстати, шоколад! Ты знаешь, из него тоже можно готовить разные фигурные сладости. И я знаю, как сделать шоколадные фигурки устойчивыми, чтобы они не таяли.

– Видишь? У тебя уже в голове появилось множество идей.

– Да ну тебя, Элис. Глупости ты говоришь.

– Глупости?

– Ну как это я могу заключить с тобой какой-то договор? – Марта всё ещё хмурилась, но уже не так недовольно, скорее задумчиво.

– Самый обычный партнёрский договор, – в котором будут прописаны наши обязанности и чётко разделена совместная прибыль.

– Какая прибыль? – Марта недоверчиво поджала губы. – Два гроша и три тумака? Вот и вся прибыль, которую мы в Бринхолле получим.

– Марта, смотри шире. Вокруг Бринхолла расположено множество поместий.

– И что?

– А то, что в каждом поместье живёт какой-нибудь заносчивый лорд. И у каждого лорда есть матушка, бабушка, сестрёнка, жена, дочка или сыночек, который очень любит сладкое.

– Да? Умная какая, – протянула Марта. – А как эти сладкоежки узнают о твоих широких планах залезть в их кошельки?

– Как узнают? Мы сами придём к ним домой и всё расскажем.

– И как ты себе это представляешь?

Я только задорно рассмеялась и принялась объяснять ей свой план в подробностях.

Для начала нам требовалось привести в порядок документы, затем заказать большую витрину. Полки, которые сейчас стояли в торговом зале, для выпечки не подходили. Нам нужно было каждый день выставлять свежий товар так, чтобы его можно было рассмотреть и выбрать.

Разумеется, требовалась и красивая вывеска. Но всё это были мелочи.

Главным в моём плане было объехать каждое поместье и встретиться с кухарками. Кто бы что ни говорил, а в любом поместье главными были именно они. От кухарки зависело, что появится на столе у хозяев, какие продукты будут заказывать и чем станут угощать гостей. Значит, именно они должны были стать нашими первыми и самыми важными клиентами.

Конечно, я собиралась ехать туда не с пустыми руками и разговорами, а с корзинкой пробников. Кухарка, хозяева дома и их дети смогли бы попробовать нашу выпечку и по достоинству оценить её вкус. Мы должны были предложить всё: обычный хлеб, булочки, пирожки, пироги, эклеры, конфеты и более сложные десерты на заказ.

Марта слушала, затаив дыхание. Конечно, она по-прежнему считала, что я несу вздор, и время от времени вставляла осторожные возражения. Но постепенно эти возражения сменились размышлениями, а те, в свою очередь, переросли в предложения.

Она уверенно начала рассуждать, какие рецепты могли больше понравиться благородным лордам и леди, какие сладости лучше подошли бы для детских праздников, а какие можно было бы подавать к вечернему чаю. Строила планы, где лучше закупать муку, у кого брать яйца, покупать орехи. А также начала составлять список пряностей и редких ингредиентов, которые нам необходимо было бы постоянно заказывать.

Вот тогда я и поняла, что наше дело обязательно выгорит. Прибыль потечёт к нам если не широкой рекой, то бойким горным ручьём точно.

Собственно, так всё и случилось.

Конечно, нервов ушло немало, и всё задуманное исполнялось не так легко, как мне бы хотелось.

Много времени заняло оформление документов. За то время, пока я отстаивала свою идею, я услышала немало шуточек и смешков за спиной. Три вывески пришлось отвергнуть: то использовали не те цвета, то завитки располагались не в ту сторону, то было принято решение поменять название, а то мне и вовсе не понравилось качество. Я хотела, чтобы всё было качественным и выглядело именно так, как задумывалось.

О поездках от поместья к поместью и говорить нечего. Мы с Браулом каждый день отправлялись в очередной богатый дом с корзинками пробников. Видели высокомерные взгляды служанок, сталкивались с непониманием и выслушивали отказы. Иногда нас даже не желали слушать до конца.

Но случались и минуты радости. Маленькие победы, которые казались настоящими триумфами.

Торговый зал пришлось немного переделать. Мы заказали большую витрину, спроектированную, между прочим, по моему рисунку. Я точно знала, чего хочу, поэтому не позволила мастеру вносить в проект изменения.

В итоге у нас появилась не просто открытая торговая лавка, а застеклённая витрина с множеством полочек на невесомых белых подставках, будто сделанных из зефира. На них располагались румяные булочки, свежие пирожные и самые аппетитные сладости из новой партии, приготовленной Мартой.

Кухню тоже пришлось немного переоборудовать. Вместо небольшого обеденного стола, который очень удобно стоял у окна, мы заказали длинный, широкий и добротный. На нём помещались все противни, миски с тестом и ингредиенты, необходимые Марте для работы.

Правда, из-за этого мне пришлось терпеть одно неудобство: в собственном доме почти не осталось места для приготовления обычного обеда или ужина. Целыми днями на кухне творилась настоящая магия, и происходила она настолько бурно, что на плите порой не находилось места даже для небольшой кастрюли с мясной похлёбкой.

Но и эту проблему мы в конце концов решили. Правда, не сразу.

Главные перемены начались в тот день, когда из одного поместья к нам приехал посыльный с заказом на булочки. Вскоре за ним прибыл другой, а через несколько дней появился третий.

Так, медленно и временами болезненно, наше дело наконец начало налаживаться.

Уже через полгода те, кто поначалу хихикал мне в спину, стали нашими постоянными клиентами. А заказы из больших домов – так мы между собой называли поместья – приносили прекрасную выручку.

Настолько прекрасную, что Майк бросил прежнюю работу и стал помогать нам с Мартой.

Браул потом не раз смеялся над старшим братом, напоминая, что сам с самого начала согласился работать за небольшую плату и еду. А Майк, дескать, долго думал, прежде чем признать очевидное: сладкий бизнес способен приносить гораздо больше денег, чем его прежняя работа.

Теперь они оба подумывали о собственном доме. Обсуждали покупку участка на окраине города и строительство, но иногда поговаривали и о займе, чтобы приобрести уже готовые, пусть и не самые просторные дома в Бринхолле.

Кто бы мог подумать, что торговля сладостями окажется настолько прибыльной?

Хотя, с другой стороны, хорошо, что никто не догадался об этом раньше нас. Мы были первыми и не собирались пускать на рынок конкурентов.

Слава о нашей кондитерской постепенно вышла далеко за пределы Бринхолла. Настолько далеко, что однажды нас посетил очень неприятный гость.

Глава 7

Он пришёл в конце весны, когда с момента открытия нашей кондитерской, которую мы незамысловато назвали