Читать книгу "Доярка для босса с ребёнком"

Глава 5

– Аптечка где? – резко спрашивает мужчина, вырывая меня из охватившей эйфории.

– А? – растерянно моргаю и, стараясь не смотреть на его грудь, веду плечом. – Ну… Нет её. Подорожник приложу!

– Сядьте, – велит Таир и принудительно подводит меня к стулу. – Не двигайтесь.

Оборачивается и сурово смотрит на дочь.

– Тебя это тоже касается.

Ева обиженно надувает губки и берёт смартфон, из которого раздаётся весёлая игровая музыка. Девочка делает вид, что кроме игры её ничего не волнует. Таир стремительно идёт к раскрытому чемодану, выуживает из него светлые хлопковые шорты и надевает их. Достаёт пляжные шлёпки, суёт в них свои потрясающе красивые стопы, достойные эти самые шлепки рекламировать на телевидении, а потом спешит к выходу.

– В машине есть аптечка. Сейчас принесу!

Слышу, как пиликает сигнализация, через минуту снова, и мужчина возвращается. Замирает с аптечкой в руках.

– А где Ева?

– Так вот же… – оборачиваюсь, чтобы показать на спокойно играющую девочку, но кровать пуста. – Только что здесь была!

– Куда вы смотрели?! – рычит Таир и быстро заглядывает под кровать, потом на кухню. – Погреб закрыт? А чердак?

И тут слышим истерически-протяжное:

– Бе-е-е-е!

– О нет, – выдыхаю я.

– Что «нет»? – настораживается мужчина.

Но я уже бегу к выходу, спускаюсь по ступенькам крыльца и пересекаю двор на крейсерской скорости. Лишь бы спасти ребёнка, который неразумно решил поиграть с козой. Но не успеваю.

– Па-па-а-а! – раздаётся громкий плач. – Казя меня зябодаля!

Таир легко обгоняет меня и первым врывается в сарай. Будто хищный зверь, кидается внутрь, а я спешу за мужчиной. И мы застаём такую картину. Перегородки, которая отделяла коз от коровы, и в помине нет, лишь на полу валяются части. Кто тут всё сломал, вопросов не возникает.

Животные в панике голосят, Ева громко ревёт. Мужчина подхватывает девочку и пытается утешить, а я успокаиваю корову и козочек.

– Тише, тише… Испугались, родимые?

– Это моя дочь испугалась! – зло цедит Таир. – Как можно животных держать в открытом сарае? Они даже не привязаны? Это опасно!

– Мои козочки безобидные, – заступаюсь я. – Меня слушаются, других не трогают.

– Не трогают? – Он показывает на ребёнка. – У Евы лоб покраснел. Наверняка будет шишка. Смотрите!

– Вижу, – киваю я и добавляю со значением: – А также белую шерсть у неё в руке! Девочка обидела мою Беляночку, и от страха та легонько боднула ребёнка. Покажи, Ева. Что ты держишь в ладони?

– Я ничего не деляля! – громко заявляет малышка и прячет руку за спину.

– Скажите ей, что животных обижать нельзя, – многозначительно смотрю на Таира. Но мужчина и ухом не ведёт, и тогда я не выдерживаю: – Ваш ребёнок совершенно неуправляем! Всё, чего девочка касается, тут же ломается! Забор, горка, посуда, теперь мой сарай.

– Потому что здесь всё старое, – ледяным тоном парирует мужчина. – Дунешь, и развалится!

– И я тоже старая, помню! – киваю и иронично уточняю: – Вы дули на меня, проверяя, не развалюсь ли? Нет, не развалюсь! Я крепче, чем кажусь.

Показываю на машину.

– Собирайтесь и немедленно уезжайте! Можете написать свой городской адрес. Я почищу костюм, как обещала, и вышлю почтой.

– Нет, – отрезает Таир.

– Не хотите почтой, оплачу курьерскую доставку, – гневно продолжаю я.

– Нет, мы никуда не поедем, – чеканит мужчина. – Это мой дом! Я купил его три года назад для бабушки своего друга. В её доме обвалилась крыша, и жить там было невозможно, а уезжать она наотрез отказалась!

Выходит из сарая и показывает на соседний.

Я растерянно бормочу:

– Баба Поля ничего не говорила…

Глава 6

От новости в ушах звенит, мысли путаются, будто крыша бабы Поли на меня рухнула.

Как так-то?!

Почему бабушка не упоминала об этом? Должна же была предупредить, что дом не её.

Разумеется, я понимала, что не буду жить здесь вечно! Рано или поздно приехали бы наследники. Но я думала, что два-три года на то, чтобы прийти в себя и решить, как быть дальше, у меня есть. Да что там! Я надеялась, что этот старенький дом в деревеньке «Вперёд» никому и даром не сдался.

Девочка уже не хнычет, и я, опустив голову, говорю:

– Понятно… И документы у вас есть?

– Разумеется, – сурово отвечает мужчина. – В моём чемодане. Вернёмся в дом, покажу.

– Не нужно, – мотаю головой, сдерживая слёзы. – Я вам верю. Отнесите дочку внутрь, приложите лёд ко лбу. В морозилке найдёте. А я… Мне коз подоить нужно.

И поглаживаю Беляночку по мордочке, а коза тыкается в меня, будто защиту ищет. Я жду, когда Таир уйдёт, чтобы заняться делом и заодно подумать, что теперь делать. Внезапно всё изменилось вмиг. Мужчина из бандита превратился в бизнесмена, я стала бездомной.

Идти мне некуда.

– Добродея, – зовёт Таир, и я неохотно поднимаю взгляд на мужчину. – Я не собираюсь вас выгонять. Живите, сколько хотите. Как вы знаете, дома быстро приходят в упадок, если в них никто не живёт. Мы с Евой здесь только на лето.

Сердце бьётся так сильно, и хочется верить этому человеку, но я не спешу радоваться раньше времени.

– Почему здесь? – спрашиваю мужчину в лоб. – Не Бали, не Анталья? Не Крым, в конце концов? Почему деревня «Вперёд»?

– У меня есть на это причины, – спокойно отвечает Таир и добавляет: – Я вас не держу, Добродея, но и не выгоняю. Мы же остаёмся!

И выходит из сарая, а я замечаю, как Ева строит рожицы и показывает мне язык.

Вздохнув, я подхватываю ведёрко, протираю его антисептиком и жду, когда препарат выветрится, а потом сажусь на табуреточку. Погладив Беляночку, принимаюсь доить козу. Простые движения, привычные звуки – шум струй молока и щебетание птиц, доносящееся снаружи – потихоньку даруют мне спокойствие.

Так было и раньше. Когда меня накрывала паника, и я едва могла соображать, баба Поля сажала меня доить скотину. Или посылала косить траву. Ходила со мной по ягоды, по грибы. А зимой мы вязали коврики на продажу.

Бабушка Пелагея исцелила мою душу и подарила надежду на спокойную жизнь. А большего мне и не надо было…

– Привет! – раздаётся над ухом звонкий голосок.

Беляночка, услышав свою обидчицу, нервно отскакивает и стрижёт ушами, а Розочка переступает с ноги на ногу. Я успокаивающе хлопаю её по боку и настороженно смотрю на девочку. У меня нет детей, даже не было опыта общения с ними, и как себя вести, я не знаю.

– Пришла извиниться за поведение? – строго спрашиваю малышку.

– Я ничего не деляля! – тут же хмурится она.

– А зачем мне язык показывала? – прищуриваюсь. – Как маленькая!

– Я большая! – возмущается Ева.

– Если большая, зачем коверкаешь слова? – интересуюсь я. – Ты же хорошо говоришь.

Насупившись, она смотрит исподлобья. Я выглядываю из сарая и вижу Таира у поваленного забора. Решил починить? Мужчина задумчиво потирает подбородок и выглядит в этот момент так сексапильно, что замирает сердце. Я резко отворачиваюсь и улыбаюсь Еве.

– Хочешь, я научу тебя правильно общаться с животными?

Малышка показывает на полное ведёрко.

– Я хочу молока!

– Сначала надо его процедить и прокипятить, – отвечаю девочке.

– Не-е-ет! – кричит она и топает. – Я сейчас хочу!

– Тсс, – призываю её быть тише. – Животные не любят резкие громкие звуки. Ты же хочешь подружиться с ними?

Девочка задумчиво смотрит на корову, а потом показывает пальцем на рога.

– Она страшная!

– Мерсе́дес милая, – мягко возражаю я. – И очень спокойная.

– Мерседе́с? – оживляется девочка и показывает на машину отца. – У нас тоже мерседес!

– Это имя, а не марка автомобиля, – качаю головой и поглаживаю корову. – Мерсе́дес в честь героини романа Александра Дюма «Граф Монте-Кристо». Папа не читал тебе эту книгу?

Девочка мрачнеет:

– Папа мне не читает. Ему некогда. Он собирает дома!

– Дома, как этот? – интересуюсь я. – Собирает, в смысле продаёт и покупает? Он риэлтор?

Ева отрицательно мотает головой, и её волосы разлетаются в стороны.

– Больши-и-ие дома! – Разводит руки, а потом тянется вверх. – Высо-о-о-окие!

– Небоскрёбы? – пугаюсь я.

Этот человек не бандит и не риэлтор. Похоже, Таир Натанович большой босс!

Глава 7

Этот день не устаёт преподносить сюрпризы!

Только я смирилась с тем, что придётся брать корову, коз и идти куда глаза глядят, как мужчина позволил остаться. А теперь выясняется, что Таир даже богаче, чем я предполагала. Строит небоскрёбы! Мне даже не представить, сколько это денег! Впрочем, какая разница? Этот король жизни здесь ненадолго, а от его дочки одни проблемы.

Девочка-катастрофа!

– Кстати, где она? – пугаюсь, осознав, что ребёнка уже нет рядом. – Не к добру это…

Убеждаюсь, что Ева не откручивает хвост у Мерседес и не отламывает рога у козочек, а потом выглядываю из сарая и кричу Таиру:

– Ева опять пропала!

– Она в доме, – отвлекается от забора мужчина. – Играет в телефон.

– Да ладно? – встаю руки в боки. – Тогда я только что видела её сестру-близнеца!

Чертыхнувшись, Таир бросает доску и направляется к дому. Я следом, и, разумеется, в комнате девочки нет. Папаша явно волнуется, выглядывает в окно.

– И где теперь её искать?

– Не переживайте, – у меня вырывается нервный смешок. – Скоро услышим. Судя по тому, что в руках девочки всё горит и ломается, это будет скоро. Готова поспорить! Три, два…

Раздаётся жуткий треск, и я невольно приседаю, закрывая голову руками. Но рушится не мой дом, а соседний.

– Ева! – вскрикивает Таир и, распахнув окно, выпрыгивает в него.

Несётся гепардом к уцелевшей части забора, что разделяет дома, и сигает через него не хуже чемпиона по бегу с препятствиями. А потом исчезает в облаке пыли. Я испуганно оглядываюсь в поисках своего сотового, но в панике не могу вспомнить, где он.

– Надо вызвать скорую… – бормочу, отстукивая зубами дробь. – Милицию… Пожарных!

Замечаю на кровати телефон Евы и хватаю его. На заставке фото счастливой, эффектной и немного полноватой женщины с новорождённым на руках. Какая красивая! Мотнув головой, трясущимися пальцами набираю короткий номер экстренной помощи и объясняю ситуацию.

– Женщина, машин нет! – слышу раздражённый голос девушки-оператора.

Судя по тону, она уже неделю на диете и отчаянно ненавидит всё человечество.

– Но ребёнок мог пострадать! – возмущаюсь я.

– Узнайте точно и перезвоните, если действительно пострадал! – цедит девушка, и связь обрывается.

Выронив сотовый на кровать, я бегу к выходу. По пути хватаю аптечку, которую принёс Таир, но так и не воспользовался. Да я и думать забыла о крохотном порезе! Как и говорила, достаточно было подорожника.

А вот малышке придорожная трава, как поётся в старой песне, вряд ли поможет. Я надеялась, что кроха жива. Невероятная разрушительная сила скрыта в маленьком ребёнке! Прямо мистика какая-то! Чего ни касается, всё рушится.

Прямо как у меня когда-то…

«Стоп! – осаживаю себя. – Не время для печальных воспоминаний! Надо верить, что с малышкой всё хорошо».

Замедляю шаг, приближаясь к дому, кричу:

– Таир!

И кашляю от пыли.

Только бы обошлось без трагедии! Пусть живут здесь, сколько хотят, я и слова не скажу. Даже готовить им буду. И девочку доить научу!

И тут, будто в ответ на мои молитвы, из облака пыли появляется мужчина с ребёнком на руках. Я делаю шаг вперёд и снова замираю.

– Она… Смеётся?!

Ева заливалась от смеха, а вот её родитель был мрачен, как туча. И так же чёрен. Судя по всему, мужчина угодил в остатки печи – весь в золе!

– Папа стал чёрным! – радуется малышка, и я поджимаю губы.

Невероятный ребёнок! Закрадывается мысль, что Таир привёз девочку, чтобы оградить окружающих от её сокрушительного присутствия.

«Как меня когда-то».

Мотаю головой, отмахиваясь от воспоминаний, которые хочу навеки забыть, и бегу к ним.

– Всё в порядке?

– Да, – цедит Таир. – Есть где помыться?

– Душ на улице, – показываю на кабинку из пластика с занавеской из плащёвки. – Извините, удобства только такие. Но вода должна быть тёплой, нагрелась. В последние дни стоит жара!

Таир умоляюще косится на меня.

– Подержите Еву?

Честно говоря, мне очень хочется прикрутить девочку к стулу скотчем! Но я аккуратно беру ребёнка на руки.

– Конечно.

На удивление, малышка не сопротивляется и сидит тихо. Мужчина идёт к кабинке, на ходу стягивая с себя чёрную от сажи футболку. Ох, какие мышцы на его спине! Я резко отворачиваюсь, ощущая, как к щекам приливает горячая кровь. Спрашиваю Еву:

– Хочешь молока?

– Да! – радуется ребёнок.

И я уношу её в дом, чтобы угостить козьим молоком.

Баба Поля говорила, что это лекарство от всех болезней. Физических и душевных.

Глава 8

Сажаю малышку за стол и, присев на корточки, внимательно осматриваю её руки и ноги.

– Ты не поранилась?

– Нет, – мотает она головой и тут же заявляет: – Это не я! Оно само!

– Разумеется, – обречённо вздыхаю я.

Судя по началу, к концу странного отдыха большого босса из города от деревни «Вперёд» камня на камне не останется. Мне всё равно придётся искать себе новое жильё. И Мерседес, и козочкам…

– Ты любишь творог? – хлопоча на кухне, спрашиваю девочку, которую боюсь упускать из виду даже не секунду. – Ещё есть сыр.

– Не зьнаю, – коверкает она слова. – Молока хочу!

– Сейчас вскипит, – указываю на кастрюльку, – остужу и налью в кружку. Хочешь, пока почитаю?

– Про Мерседес? – радуется она и тут же спрашивает: – А на корове можно покататься?

– Теоретически можно, – задумываюсь я. – Мерседес очень спокойная и не пугливая. Будешь себя хорошо вести, попробуем.

– А как это? – неожиданно интересуется ребёнок. – Как хорошо себя вести?

– Не знаешь? – удивляюсь я и загибаю пальцы. – Не ломать заборы, сараи и дома!

– Это не я! – тут же кричит девочка.

Кажется, начинаю понимать, почему ребёнок неуправляемый. Похоже, её воспитанием никто не занимался. Осторожно интересуюсь:

– А почему вы с папой вдвоём приехали? Где твоя мама?

Внезапно малышка затихает, взгляд её становится пустым. Придвинув к себе чашку с молоком, от которого поднимается парок, Ева начинает дуть, пока не появляется пенка.

В этот момент в дом входит Таир. С волос капает вода, обнажённый торс сверкает капельками воды в лучах солнца, очки запотели, и это так мило, что сердце ёкает в груди.

– Есть полотенце? – хрипло спрашивает мужчина.

– Да! – вскакиваю и, стараясь не смотреть его на мокрые брюки, в которых Таир и мылся, иду к старому сундуку. Достаю одно из полотенец, купленных бабой Полей ещё во времена молодости, протягиваю, не глядя. – Вот.

– Спасибо. – Он начинает вытираться и спрашивает Еву: – Вкусно?

– Нет, – не отрываясь от чашки, бурчит девочка.

– Пьёт, значит, нравится, – посмеиваясь, шепчу я. – Иначе чашка оказалась бы там же, где пирожок. На полу!

Но Ева всё слышит.

– Это не я! – стукнув пустой чашкой по столу, кричит она.

А мне уже смешно.

– Да-да, это корова хвостом махнула, – весело говорю ей и спрашиваю у мужчины: – Скажите честно, вы приехали сюда спрятаться после того, как Ева разрушила детский сад?

Шучу, конечно! Но злиться или удивляться сил уже не осталось.

– Вы слышали об этом? – серьёзно уточняет Таир.

Поперхнувшись, я кашляю, а он садится за стол, придвигает к себе кастрюльку с остывшим молоком и залпом осушает. Отставив, устало смотрит на меня снизу вверх.

– Я не знал, что делать. Однажды оказалось, что моё имя в чёрных списках агентств по найму нянь и гувернанток не только нашего, но и близлежащих городов, и я устроил Еву в городской детский сад. Несколько дней было тихо, секретарь отвозил и привозил мою дочь. Казалось, всё наладилось, никто не звонил и не жаловался, но вчера…

– Это не я! – вмешалась Ева и разревелась. – Почему мне никто не верит?!

Мы с её папой стараемся успокоить девочку.

– Я тебе верю, – желая утешить малышку, горячо убеждаю её. – Сама такой была. Чего ни коснусь, всё в руках горело. Люди даже говорили, на мне проклятие! А вот баба Поля сказала, что это простое невезение. И добавила, что за всё невезение когда-нибудь очень сильно повезёт. Так и случилось!

Улыбаюсь, вспоминая, как добрая бабушка предложила остаться у неё жить. Первое время я вздрагивала, от людей пряталась, но постепенно это прошло. Еве повезло, что при всём невезении у неё богатый влиятельный отец. Меня же никто не защищал, кроме чужой бабушки.

Девочка, кажется, мне верит и успокаивается. А её отец делится:

– Вот и я вчера вспомнил о Пелагее Гавриловне. Когда впервые приезжали к ней, Ева была крошкой. У неё постоянно болел животик, и никакие лекарства не помогали. Но на руках бабы Поли она не плакала. Мой друг говорил, что она экстрасенс, но я в такие вещи не верю. Но…

– Иногда, когда жизнь уходит из-под ног, нужно во что-то поверить, – заканчиваю за него.

И в этот момент мы становимся ближе. Всего на один миг что-то объединяет толстую деревенскую доярку и большого босса из города. Что-то тёплое и приятное, как подогретое козье молоко.

Глава 9

Таир замечает, что Ева клюёт носом, аккуратно подхватывает ребёнка на руки и несёт к кровати. Укладывает крепко спящую дочь, а потом с облегчением выдыхает:

– Немного спокойствия…

– Тсс, – пугаюсь, что он разбудит девочку.

Мужчина улыбается мне.

– Не бойтесь, Еву пушкой не разбудишь. Вся в меня!

В его голосе звучат горделивые нотки, а мой взгляд невольно скользит по обнажённому торсу мужчины. Вдруг становится невыносимо жарко, и я только сейчас вспоминаю, что до сих пор в телогрейке бабы Поли.

«Как не сварилась-то?» – ужасаюсь, ведь время к полудню, и на улице уже стоит жара.

Но сегодня произошло столько всего, что было не до нарядов.

И вот сейчас я стою напротив потрясающе красивого полуобнажённого мужчины в старом платье, толстых вязаных носках и телогрейке, прямо как старушка из деревни. Неудивительно, что Таир меня без очков принял за бабульку. Странно, что в очках извинился.

Хочу снять телогрейку, но замираю в ужасе. А вдруг Таир почувствует запах? Я же вспотела, как верблюд!

«А верблюды потеют?» – в ужасе паникую я.

– Э… – двигаюсь бочком к выходу. – Мне тоже нужно душ принять. И переодеться. А вы пока тоже что-нибудь на себя накиньте… Пожалуйста!

– Мой вид вас смущает? – деловито уточняет Таир.

– Не то чтобы… Да! – выпаливаю я, противореча самой себе.

Кажется, что сейчас, когда Ева спит, я осталась наедине с этим потрясающим мужчиной. И от этого сердце пытается выпрыгнуть из груди, а щёки горят от смущения. Конечно, такой, как Таир, никогда не увидит во мне женщину.