Читать книгу "Старый дом рыбака"

– Ну примерно, – нерешительно произнесла Мила. Потом постаралась воспроизвести в памяти момент, когда заметила малышку. – На вид лет пять-шесть. В платьице, сандаликах, с длинными светлыми волосами…

– Подождите, – перебил ее полицейский. – В платье? Вы серьезно? Мила Васильевна, на улице зима! Какое платье?!

– А мне откуда знать?! – вскинулась она. – Я сама удивилась, – продолжила спокойнее. – Вдруг она вышла на улицу, пока родители спали? В любом случае необходимо выяснить, чей это ребенок! И вообще, вы собираетесь что-либо предпринимать?! – Мила требовательно уставилась на мужчину.

– Скажите, Мила Васильевна, а как у вас обстоят дела с алкоголем? – спросил он, и Мила в изумлении раскрыла рот.

– Что-о?! Вы думаете, я пью?! Да как вы смеете!

– Успокойтесь. Я всего лишь пытаюсь выяснить, что на самом деле произошло.

– Я вам все рассказала! Чего еще выяснять?!

Антон Сергеевич потер лицо и вздохнул.

– Послушайте, если что-то действительно произошло, то ночью мы ничего не сделаем. Нужно вызывать МЧС, а они доберутся не раньше утра. И кроме того, под ваше описание не подходит никто из проживающих в соседних домах детей. Девочек пяти-шести лет там нет. К тому же кто выпустит ребенка зимой на улицу в платье и сандалиях? Возможно, вам приснился страшный сон? – участковый доброжелательно улыбнулся. – Но для вашего спокойствия давайте так: я вернусь сюда утром и опрошу соседей. Поверьте, если кто-то действительно исчезнет, что маловероятно, мы узнаем об этом немедленно. А пока, пожалуйста, возвращайтесь в дом, выпейте горячего чая. Примите какое-нибудь успокоительное средство и постарайтесь заснуть.

И в этот момент Мила вспомнила детский плач. А если и девочка, и плач действительно плод ее воображения? Или… Или все же призрак? Мысль пронеслась в голове, и от нее стало тревожно.

– Вы меня поняли? – переспросил Антон Сергеевич.

– Да.

– Отлично. А теперь идемте, – он указал на лестницу, ведущую не террасу. Дождался, пока Мила шагнет на первую ступеньку, и последовал за ней.

Когда полицейский покинул дом, она заперла входную дверь, сняла верхнюю одежду и, приготовив чай с ромашкой и мятой, забралась с ногами на диван в гостиной. Очень хотелось позвонить Федору, Ивану или брату. Разговор с ними наверняка ее утешит. Но часы показывали четыре утра, и все нормальные люди еще спали. Она вспомнила слова Громова. В первый день ее отпуска начальник позвонил и сказал связываться с ним при необходимости в любое время. Мила пару минут обдумывала эту идею, но так и не набралась смелости. Вместо этого открыла ноутбук и включила фильм. Сегодня ей вряд ли удастся уснуть.

Антон

Отъезжая от дома чужачки, он упрекал себя за то, что вообще взял трубку, вылез из теплой кровати и выбрался на мороз.

Они с дедом работали участковыми в поселке не первый год. И работа ему нравилась, если не считать подобных ночей.

Он уже слышал, что в поселке появилась москвичка. Местных жителей новость взбудоражила: ведь сюда обычно приезжали исключительно навестить родственников. И почему эта полоумная не полетела в теплые страны?

Антон припарковал машину около гаража, запер дверцу и поспешил к двухэтажному зданию. На его первом этаже размещался отдел полиции, а на втором – жилой блок, где они с дедом и жили.

Войдя, он сразу увидел сидящего за столом деда.

– А ты что не спишь? – спросил удивленно, расстегивая и снимая куртку.

– Услышал, что ты куда-то поехал, потому и встал. Что-то случилось?

– А, – махнул рукой Антон. Подошел к тумбочке и нажал на кнопку включения электрического чайника. – Москвичка позвонила. Она утверждает, что видела, как утонула девочка.

– Какая девочка? – встревожился Алексей Кириллович.

– Никакая. Ей почудилось. Да какой ребенок сейчас будет гулять? Это просто нереально!

– М-да, дела. Хотя соседей все-таки стоит опросить. А где эта москвичка живет?

– В старом доме рыбака.

– В доме рыбака, говоришь? – дед задумчиво потер аккуратную густую бороду. – Любопытно.

– Да чего тут любопытного? Наверняка перебрала немного и заснула, а ей что-то приснилось. Вот и всполошилась. За всю мою жизнь утопленник в поселке был только один – Гришка, муж тети Шуры, помнишь? – Дед кивнул. – И то он тогда налакался до беспамятства. Ну кто зимой в море пойдет, кроме рыбаков? Особенно ребенок, да еще и в платье.

– Ты прав, но проверить все равно нужно, – дед глянул на часы. – Почти пять утра, значит, пока отдыхай, а часов в девять езжай к Семену Павловичу. Лишь его ребята сейчас выходят в море. Предупреди их, чтобы смотрели повнимательнее, вдруг приезжей не показалось. Но не болтай там, сам знаешь: слухи быстро разлетаются, – он щелкнул пальцами. – А к москвичке я съезжу. Разберусь, что она там видела, и соседей опрошу.

Антон кивнул, подошел к столу. Взял кружку, насыпал две ложки растворимого кофе и залил кипятком из как раз вскипевшего чайника.

– И дед, попроси у нее паспортные данные. Давай проверим ее по базе. Вдруг это ненормальная, сбежавшая из психушки, у нас отсиживается? Всякое может быть.

– Хорошая мысль, – согласился Алексей Кириллович. – А как зовут дамочку?

– Мила Васильевна Ардо.

– Угу. Мила Васильевна. Ладно, разберемся.

Глава 4

После ухода полицейского Мила, конечно, не заснула. Но и не пыталась. Она размышляла, прокручивая в голове ночные события, и все больше уверялась – ей не показалось. А спокойное, даже безразличное отношение полицейского к случившемуся настолько ее возмутило, что Мила решила сама все выяснить. Следователь она или кто? Да, она уволилась, но это ничего не меняет! Не в ее правилах сидеть сложа руки, когда такое происходит!

Мила встала с дивана, на котором просидела последние полтора часа, поднялась в спальню и сменила домашний спортивный костюм на теплые зимние штаны и свитер. Затем надела куртку, сапоги, шапку, обмоталась шарфом, накинула на плечи кожаный рюкзак и вышла на улицу. Захлопнув дверь и заперев ее на ключ, натянула варежки и огляделась.

Снег искрился от ярких утренних лучей солнца, заставляя щуриться, а холод щипал щеки и нос. Мила сошла по каменным ступеням на заметенную дорожку. Ночью выпал снег, и от ее усилий по расчистке мало что осталось.

Она остановилась, раздумывая, с какого дома начать опрос, но судьба распорядилась за нее: из соседнего дома вышел пожилой мужчина с лопатой. Мила глубоко вздохнула и двинулась вперед.

Подойдя к подъездной дорожке, некоторое время наблюдала, как мужчина чистит снег. А потом громко сказала:

– Доброе утро!

Сосед выпрямился и повернулся.

– Привет, – ответил он немного смущенно.

– Меня зовут Мила, я ваша соседка, – представилась она, указывая на свой дом. Мужчина посмотрел на здание так, словно видел его впервые, и вновь повернулся к Миле.

– Значит, вы – та самая москвичка. Много слышал о вас.

– Э-э-э… – озадачилась девушка.

Сосед рассмеялся.

– Не удивляйтесь. В нашем маленьком поселке, где новостей почти не бывает, весть о приезжей незнакомке разлетелась мгновенно. Меня зовут Юрий Алексеевич. Рад знакомству.

Он подошел ближе, протянул руку. Мила без промедления ее пожала. Завершив рукопожатие, мужчина оперся на лопату.

– Вы отдыхать или останетесь надолго?

– Нет, оставаться надолго не планирую. Я приехала в отпуск, – рассмеялась Мила.

– Местность у нас красивая, только сезон для отдыха не особо удачный. Летом-то прекрасно, а зимой практически нечем заняться.

– Так получилось, – пожала Мила плечами. – А вы постоянно живете в поселке?

– Да. Я отсюда родом. В подростковом возрасте уехал учиться в город, потом переехал в Питер, женился, появились дети. Пятнадцать лет назад, выйдя на пенсию, мы с женой решили вернуться. Сейчас мы с ней живем в доме моих родителей, – он махнул рукой себе за спину. – А дети изредка к нам приезжают.

– Понятно. А как часто сдают дом, в котором я живу? Вы знакомы с его хозяевами?

Юрий Алексеевич задумался.

– Владельцев я не знаю, никогда не встречал. Еще будучи мальчишкой слышал, что дом несколько раз продавали, но никто в нем долго не задерживался. Последние арендаторы появлялись примерно десять лет назад. Или больше, точно не помню.

Мила кивнула.

– Вы говорили, что долго никто не остается. Почему? Что не так с этим домом?

Казалось, она вот-вот услышит правду. Но Юрий Алексеевич разочаровал:

– Да кто его знает. Дом вроде нормальный – просторный, в хорошем состоянии, хоть уход за ним почти отсутствует. Может, людям становится скучно в нашей глуши, далеко от города, без развлечений, вот они и уезжают, – пожал плечами мужчина. – А вам что, дом не нравится?

– Нет-нет, все в порядке. Просто любопытно, кто жил до меня. Я снимала не напрямую у хозяев, а через агентство.

– А-а-а. Ну хозяев я не знаю, – повторил Юрий Алексеевич.

Мила краем глаза заметила, как в сторону ее дома направляется незнакомец в форме. И это не тот молодой полицейский, приезжавший ночью.

– О, Алексей Кириллович. Он-то что здесь забыл? – тихо пробормотал Юрий Алексеевич, но Мила услышала.

– Он, наверное, ко мне, – предположила она.

– Что-то случилось? – нахмурился сосед.

– Ничего страшного, – отмахнулась Мила. – Было приятно с вами познакомиться, – она улыбнулась и, развернувшись, поспешила к своему дому.

Полицейский, заметив ее, сбавил шаг. Но все равно первым подошел к крыльцу и остановился в ожидании.

– Доброе утро, Мила Васильевна, – поздоровался он.

Мила окинула его взглядом. Лет семидесяти, невысокий, коренастый, с круглым лицом, узкими и глубоко посаженными глазами, широким носом картошкой и густой небольшой бородкой.

– Здравствуйте, – ответила она, приближаясь.

– Меня зовут Алексей Кириллович. Я по поводу произошедшего ночью.

Мила вспомнила, что именно это имя стояло напротив номера с пометкой «Милиция» на листке возле телефона.

– Хорошо. Входите, – пригласила она, указывая на дверь.

– Давайте сначала пройдем туда, где вы видели девочку, – предложил мужчина.

Ардо, кивнув, прошла мимо полицейского и направилась к дому. Обойдя его, она вошла на задний двор, подошла к открытой террасе и спустилась по деревянной лестнице на широкий песчаный берег. Полицейский не отставал, его тяжелые шаги отчетливо звучали позади нее.

– Вот тут все и случилось.

– Угу, – мужчина покрутил головой, осматривая окрестности. – Повторите, пожалуйста, что конкретно вы видели, – попросил он.

И Мила в очередной раз рассказала всю историю с самого начала. Правда, опустила момент, почему она проснулась посреди ночи. Участковый внимательно слушал, не перебивая, но сверля ее изучающим взглядом. Время от времени он хмурился, отчего Мила чувствовала себя словно на допросе.

– Вы уверены, что девочка действительно была? – уточнил он, когда она закончила.

Девушка невольно разозлилась. Они что, принимают ее за сумасшедшую?!

– Конечно, – ее голос задрожал от злости, а с языка чуть не сорвалось ругательство. – И девочка меня видела. Даже помахала рукой.

Алексей Кириллович кивнул, показывая, что услышал.

– Не поймите неправильно. Я всю жизнь живу в этом поселке и знаю каждого. Никто из жителей, особенно на первой линии домов у моря, не имеет похожего ребенка. Здесь в основном живут старики. Более того, если бы какой-то ребенок ночью исчез, я бы узнал об этом сразу же. Но в отделение полиции никто не приходил.

– То есть вы считаете, что я все выдумала? Мне что, по-вашему, нечем заняться?! – злобно возразила Мила.

– Нет, просто…

– Просто выполните свою работу! – перебила она. – Проверьте, не пропадали ли дети.

– Безусловно. Я уже предупредил рыбаков. Если они что-нибудь обнаружат, обязательно сообщат. Мила Васильевна, не могли бы вы еще раз изложить то, что произошло вчера, в письменном виде?

– Пройдемте в дом, – она устало вздохнула, обошла Алексея Кирилловича и направилась к лестнице.

Внутрь они зашли через террасу. На кухне Мила сняла верхнюю одежду и села за стол. Шепелев подал ей лист формата А4 и ручку. Сам же встал у окна, отрешенно глядя вдаль.

Мила не знала, с чего начать. Минут пять она сидела в раздумьях, а потом все же вывела: «Я, Ардо Мила Васильевна, видела, как девочка лет пяти-шести утонула в море…». Дальше слова потекли сами собой.

Она писала примерно четверть часа, и все это время Алексей Кириллович смотрел в окно, ни разу не пошевелившись.

– Я закончила, – сообщила Мила. Вписала свои паспортные данные, номер телефона, отложила ручку и подняла голову.

Шепелев тут же обернулся. Подошел к столу, пробежался глазами по тексту и убрал лист в папку.

– Вам повезло с видом, Мила Васильевна, – отметил он, застегивая молнию на папке.

Ардо перевела взгляд в окно. Снаружи неторопливо падал снежок, а погода оставалась ясной и солнечной.

– Да. Повезло, – согласилась тихо и подумала: «Еще бы всякая чертовщина не происходила, вообще было бы прекрасно».

– И все же, почему наш поселок?

– Что вы имеете в виду? – не поняла Мила.

– Ну посудите сами. Вы молоды, судя по всему, одиноки, и выбираете для отдыха удаленный от города спокойный поселок вместо того, чтобы поехать на курорт. Это по меньшей мере странно, – продолжил Алексей Кириллович.

Мила усмехнулась. Шепелев далеко не первый, кто поднимает подобный вопрос. Об этом ее спрашивают уже третий или четвертый раз. Отчего же всех так интересует причина ее приезда? Она тяжело вздохнула, задаваясь тем же вопросом. Да и вправду, не уехать ли ей куда-нибудь к морю? Будет лежать на пляже и спокойно спать каждую ночь в номере отеля, не слыша плача ребенка.

– После шумной столицы мне захотелось уединения. А на объявление о сдаче дома в вашем поселке я наткнулась случайно.

– И как вам у нас? Нравится?

– Да, особенно природа, – ответила она с легким раздражением.

Алексей Кириллович пару мгновений задумчиво рассматривал Милу, а затем сказал то, чего она никак не ожидала услышать.

– А вы, – он откашлялся, – ничего странного в доме не замечали?

Мила хотела закричать: «Еще как замечала! Да вот прямо прошедшей ночью!», но лишь отрицательно качнула головой.

– А что я должна была заметить?

– Ну не знаю. Скрипы, шаги, голоса.

– Не понимаю, о чем вы.

– Да так, не придавайте значения. Ладно, Мила Васильевна, я пойду проверю ваших соседей. Если что-то появится, мы с вами свяжемся, – он хлопнул рукой по папке с документами, куда убрал заявление.

Мила проводила Алексея Кирилловича до выхода. Попрощалась с ним, а после наблюдала, как он спускается по лестнице и идет по дорожке. Что же он имел в виду, когда спросил о странных звуках? Неужели ему что-то известно?

Шепелев исчез за забором соседского дома, а Мила заперла входную дверь и направилась в гостиную. Устроившись на диване, поставила ноутбук на колени, вошла в интернет и набрала в поисковой строке запрос обо всех происшествиях, когда-либо зафиксированных в этом поселке. Пришло время выяснить, что на самом деле здесь творится.

***

Алексей Кириллович Шепелев прожил в поселке всю жизнь – все семьдесят восемь лет – и ни разу не покидал его пределы. Здесь он женился, вырастил детей. Внук вот переехал к нему от родителей. Почти шестьдесят лет Алексей Кириллович работал участковым и знал все, что происходит в поселке сейчас и что происходило раньше.

Прогуливаясь по домам соседей москвички, он ни у кого не спрашивал об утонувшей девочке. Шепелев прекрасно понимал, что никто ночью не тонул, потому и нет смысла пугать людей или вводить их в заблуждение.

Ему никогда не нравился старый дом рыбака. Нехорошие о нем ходили слухи. Рассказывали, что много лет назад рыбак убил свою жену и детей, и с тех пор в доме бродят призраки. Со временем эта история подзабылась, местные жители даже перестали обращать на дом внимание. Антон, внук Алексея Кирилловича, и вовсе понятия не имеет об этих байках.

Старший Шепелев толком не помнил, когда здесь селился кто-то надолго. Он вообще думал, что дом заброшен. А оказывается – его сдают. И теперь вот въехала москвичка Ардо. Ее приезд вызвал у него предчувствие, что ситуация может обернуться неприятностями. Ну или Мила Васильевна уедет, и все опять забудется до тех пор, пока не появится новый жилец.

Вернувшись в участок, Алексей Кириллович первым делом проверил паспортные данные Ардо. То, что она его коллега – точнее, бывшая коллега, работавшая в следственном отделе, – только усложняло дело. Особых деталей о ней он не нашел – послужной список идеален. Но тот факт, что молодая женщина в одиночестве оказалась в такой глуши, не давал ему покоя. К тому же Шепелев чувствовал, что эта девушка с непростым характером не останется в стороне. Хоть бы не организовала самостоятельное расследование, а то придется постоянно за ней присматривать.

Поставив греться чайник, Алексей Кириллович подошел к встроенному в стену ящику. Там лежало множество коробок – что-то вроде архива. Несколько минут он перебирал папки, хранящиеся в этих коробках, пока не нашел нужную. Заварил кофе, вернулся к рабочему столу, сел на стул, развязал тесемки и открыл папку. Дело, лежащее в ней, официально так и не было зарегистрировано.

Десять лет назад семья с детьми – мальчиком семи лет и девочкой одиннадцати – арендовала для отдыха старый дом рыбака. Мать семейства, проснувшись ночью от детского плача, причем ревели не ее дети, спустилась на кухню и увидела, как девочку, играющую на берегу моря, утащила волна. Тогда был летний сезон, в отличие от нынешней зимы, и Шепелев вызвал МЧС. Но утонувшую девочку не нашли, к тому же в поселке ни один ребенок не пропал.

Спустя несколько дней женщина вновь обратилась к нему, утверждая, что ночью ее кто-то душит. При этом ее муж и дети всю ночь проспали спокойно, а она проснулась с синяками на шее. Кроме того, она рассказывала, что слышит, как кто-то в доме играет на пианино. Однако никто из других членов семьи не слышал ни звука.

А через пару дней Алексей зашел к ним узнать как дела, и никого не обнаружил. Он позвонил в агентство, и ему сообщили, что съемщики съехали. С тех пор в старом доме рыбака никто не селился, тот оставался пустым. До появления Милы Ардо.

Шепелев убрал в папку заявление, написанное москвичкой.

В этот момент хлопнула дверь. На пороге появился Антон.

– О, дед, ты вернулся. Ну как поездка прошла?

– Девушка все мне объяснила и даже записала. Кстати, я ее проверил: она была следователем, уволилась месяц назад.

– Вот как? А зачем к нам приехала?

– Отдохнуть решила.

Антон снял бушлат и повесил его на вешалку, подошел к деду.

– Слушай, мне тут пришла мысль: а не проверка ли это из города?

– Да какая проверка, – отмахнулся Алексей Кириллович. – Кому мы нужны.

– А что насчет девочки?

– Нет никакой девочки. Москвичке показалось.

– А я что говорил! Ей там кажется, а мы дергаемся по каждому пустяку! – Антон всплеснул руками. – У нас чайник горячий?

– Только что вскипел.

Обрадованный Антон принялся заваривать чай. А Шепелев-старший незаметно для внука спрятал в стол папку с надписью «Старый дом рыбака».

Глава 5

Мила закрыла ноутбук, поставила его на журнальный столик и потянулась. Комнату окутывали густые сумерки. Дисплей телефона показывал пять вечера. За окном медленно падал пушистый снег.

Утром сразу после ухода Шепелева Мила засела за ноутбук в поисках хоть каких-то необычных сведений о поселке. Увы, обнаружила только общее описание: дату основания, площадь, число жителей. Ничего не говорилось о доме, в котором она жила, а фразы типа «рыбацкие дома» или «дом рыбака» приводили к перечню из сотен похожих построек по всей России и за ее пределами. Мила даже подумывала позвонить Федору с просьбой помочь в добыче информации, но отложила эту идею. Во-первых, у Мареева и без того полно дел, а во-вторых, как она подозревала, бывший муж вряд ли что-то найдет. Да и самостоятельное расследование сделает ее отпуск не таким скучным.

Мила зашла на кухню, включила чайник. Пока он кипятился, сходила на второй этаж, переоделась из домашнего костюма в обычную одежду. Сегодня среда, а, как рассказал лодочник, по средам в Доме культуры показывают фильмы. Это отличный способ завести знакомства с жителями, чтобы узнать что-то интересное, нужно найти того, кто лучше всех разбирается в местных реалиях.

Выпив черного чая с лимоном, Мила вышла на улицу. Снег усилился, пришлось натянуть шарф на подбородок и надеть варежки. Она постояла, вспоминая дорогу до Дома культуры, а после пошагала в сторону церкви. Пересекла проезжую часть и ступила на тротуар.

Несмотря на вечер, улица была полна людей: у некоторых домов дети лепили снеговиков, играли в снежки, кто-то катался с горки, а взрослые в основном чистили снег. Проходя мимо церкви, Мила вспомнила, что до сих пор не заходила внутрь, и дала себе обещание обязательно выяснить – это здание внутри такое же странное, как и снаружи?

Дойдя до того продуктового магазина, где она закупалась в первый день, Мила перешла дорогу около школы и продолжила путь по тротуару. Здание Дома культуры невозможно было не заметить: фасад украшали новогодние гирлянды, рядом стояли светящиеся снежные фигуры, а у входа толпилось множество людей. Мила удивилась. Откуда они все взялись, ведь в поселке жителей не так много? Однако вскоре, наблюдая за этой толпой, она поняла причину: в кинотеатре показывали черно-белый фильм «Девчата» тысяча девятьсот шестьдесят первого года. Молодежь, как правило, не увлекается таким кино, а вот для старшего поколения это прекрасный повод выйти из дома.

На просмотр пускали бесплатно, но у двери стоял стол с коробкой, куда любой желающий мог положить деньги на поддержание Дома культуры. Мила бросила в коробку пятьдесят пять рублей и вошла в зал.

Помещение меньше всего походило на современный кинотеатр: обычные деревянные стулья, фильм транслировался просто на белую стену. Когда Мила нашла свободное место и села, свет в зале уже погас, а разговоры людей перешли в шепот. Фильм начался.

Ардо досталось крайнее место в ряду. Справа от нее располагался проход, слева – свободный стул. Следующие два стула занимали пожилые женщины. Они тихо переговаривались, забыв о фильме. Сначала Мила пыталась прислушаться к их беседе, но быстро оставила это занятие и сосредоточилась на фильме.

Примерно минут через пять какой-то мужчина попросил его пропустить. Голос показался ей знакомым. А когда она, поджав ноги, подняла голову, то сразу узнала Антона Сергеевича Шепелева, полицейского, приходившего к ней ночью.

– Добрый вечер, – поздоровалась Мила, слегка кивнув.

Если быть откровенной, она уже и забыла о его существовании. Тем более не ожидала встретить участкового в «кинозале». Внезапно ей вспомнились слова Алексея Кирилловича о странностях дома. Как будто старик знал что-то, только не собирался этим делиться.

– Здравствуйте, Мила Васильевна, – ответил полицейский.

– Вы запомнили мое имя?

– Конечно, – Антон Сергеевич посмотрел на нее с обидой и отвернулся к «экрану». Он был в гражданской одежде: черных джинсах и теплом свитере с изображением оленей. Дополняли образ рыжие небрежно растрепанные волосы. – Как ваши дела?

– Все хорошо. А как у вас?

– Да вроде ничего, – прошептал мужчина, не отводя глаз от «экрана».

– Вы узнали, кто та девочка?

Мужчина недовольно повернулся к ней, устало вздохнул.

– Никакая девочка из нашего поселка не пропадала. Вам все показалось.

– Серьезно? – удивилась Мила.

Неужели девочка ей действительно привиделась, а детский плач ночью – лишь иллюзия? Да нет, не могло это ей показаться! Или все-таки…

Антон Сергеевич кивнул и указал на ее руки.

– Мила Васильевна, вы замерзли?

Ардо опустила глаза. Перед входом в «кинотеатр» она сменила теплые варежки на тонкие кашемировые перчатки. Те самые, которые всегда носила на прежней работе, чтобы при прикосновениях к людям не случалось видений. Из-за этих видений она нередко падала в обморок, чего, естественно, делать ей не хотелось.

– У меня аллергия, – быстро выдала она заученную ложь.

– Ясно.

Мужчина отвернулся к стене, где транслировался фильм, сложил руки на груди и вытянул ноги под соседний стул. На этом их разговор оборвался. Остальные зрители тоже замолкли, и пару минут назад слышавшийся в зале шепот прекратился. Мила отметила это мельком, а затем погрузилась в просмотр фильма.

Прошло где-то полфильма, когда Ардо ощутила, что на нее пристально смотрят. От этого тяжелого взгляда по коже побежали мурашки, а пульс участился.

Она обернулась к Антону, но тот увлеченно следил за событиями на «экране». Мила быстро огляделась в попытке обнаружить источник своего беспокойства. Никого не нашла, зато неприятное чувство наблюдения исчезло. Но настроение уже испарилось, желание смотреть фильм угасло.

Мила тихонько встала и поспешно направилась к выходу, поймав на себе несколько любопытных взглядов. Выйдя в холл и закрыв за собой дверь зала, надела куртку и шапку, снова поменяла перчатки на варежки, обернулась шарфом и, закинув рюкзак на плечо, вышла на улицу.

Площадка возле Дома культуры пустовала. Мила осмотрелась и побрела к своему дому. Пройдя около ста метров, она снова почувствовала тот незнакомый тяжелый взгляд. Сбавила шаг и, стараясь не вертеть головой по сторонам, чтобы не выдать тревогу, попыталась осторожно вычислить наблюдателя.

Проходя мимо школьного здания, стоящего за железным забором и окруженного деревьями, она заметила возле одного из стволов силуэт, причем явно высокого и мощного мужчины. Сердце Милы забилось быстрее. Она ускорила шаг. Это ее и подвело. Мила споткнулась и потеряла из виду того, кто за ней следил. А когда восстановила равновесие и снова обернулась, ища человека возле школы, тот уже исчез.

Это заставило ее еще сильнее испугаться, но она постаралась себя успокоить. Наверняка кто-то из местных решил ее напугать. Правда, непонятно, кому и зачем это нужно.

Мила так сосредоточенно выискивала неведомого наблюдателя, что, когда чья-то рука легла на ее плечо, вскрикнула. Резко обернулась и уткнулась в крепкую мужскую грудь. Непроизвольно отшатнулась, но ее схватили за плечи, не давая двинуться. Тяжело дыша, она подняла голову и увидела лицо с веснушками.

– С вами все в порядке? – спросил Антон Сергеевич, нахмурившись.

Мила на мгновение прикрыла глаза, выравнивая дыхание и унимая страх, сковавший грудь.

– Да, все нормально, – выдавила она. – Вы меня безумно напугали.

– Простите, – робко улыбнулся мужчина.

– Что вы здесь делаете? – Мила отступила назад, увеличивая дистанцию между ними.

– Я заметил, как вы ушли, и подумал, что стоит вас проводить.

– Как благородно, – пробурчала она.

– Ну да. Благородство – одно из моих достоинств! – с гордостью произнес мужчина. Мила спрятала улыбку.

– Извините, просто я… – она обернулась к школе, глядя на дерево, за которым недавно мелькнул чей-то силуэт. Антон Сергеевич тоже посмотрел туда.

– Что там? – спросил он.

– Кажется, я кого-то видела, – Мила указала на здание рукой.

– Видели кого-то?

– Именно.

– Хм… Вряд ли. Наверное, это игра воображения. Школа закрыта на каникулы, а библиотека в праздничные и выходные дни работает до трех часов дня. Маловероятно, чтобы кто-то там бродил. Тем более территория школы огорожена забором, и калитка в нем заперта.

– Вы правы, – не стала спорить Мила. – Наверное, и правда показалось.

– Тогда я провожу вас?

– Да, спасибо, – кивнула она. Ей сейчас как никогда требовалась компания. К тому же в сопровождении сильного мужчины по вечерней улице идти не так страшно.

Несколько минут они молча шли бок о бок. Мила постоянно оглядывалась, пытаясь уловить в темноте хоть какую-то тень. От подозрений, что за ней наблюдают, было не по себе. Мелькнула мысль: «А может, это мне тоже померещилось, как плач ребенка или утонувшая девочка?» Но Мила быстро ее прогнала.

– Вы кого-то ищете?

– Нет-нет, вам показалось, – махнул рукой Мила. – Скажите, Антон Сергеевич, вы давно здесь живете?

– Около десяти лет. Я переехал к деду из Петербурга, когда ушел от родителей. Решил пожить в тишине, да так и остался.

Антон уверенно шагал, спрятав руки в карманы куртки. Из-под шапки-ушанки торчали рыжие волосы. Сколько же ему на самом деле лет? На вид он не старше нее, но внешность нередко обманчива.

– Вам нравится в поселке? – спросила Мила и замолчала, наблюдая за проезжающей мимо машиной.

– Да, здесь хорошо, тихо и спокойно.

– А ваш дедушка, он местный или приезжий?

– Нет, дед живет в поселке с рождения. Он даже на пенсии продолжает работать.

– Часто ли тут происходят преступления? – издалека начала Мила, надеясь в итоге выяснить, что творится вокруг ее дома.

– Преступления? – скептически усмехнулся Антон Сергеевич. – Вообще-то нет, у нас серьезных преступлений не бывает. Иногда случаются драки между мужчинами, когда кто-то что-то не поделил. Но преступления… За все годы работы я столкнулся с единственным – кражей. И то преступника нашли буквально за час, по горячим следам. Я же говорю – настоящий рай.

– Антон Сергеевич, а вы не знаете, кто жил в доме до моего приезда?

– В доме рыбака-то? – приподнял бровь участковый. Мила кивнула. – Если бы не человек, приезжающий из города раз в месяц и ухаживающий за домом, я бы подумал, что он заброшен. До вашего приезда, если мне память не изменяет, там никто не проживал. Но об этом лучше узнать у деда. Почему вы спрашиваете?

– Да так, – пожала плечами Мила.

– А вы придете на рождественские гуляния?

– Рождественские гуляния? – удивленно переспросила Мила. Она и не подозревала, что в поселке отмечают Рождество с размахом.

– Ежегодно седьмого января в школьной столовой накрывают столы, каждый приносит какое-нибудь блюдо, – пустился в пояснения участковый. – В спортивном зале устраивают дискотеку.

– И почему же в школе?

– Потому что столовая там достаточно просторная. И все, кто приходит, помогают с уборкой.

– Значит, собирается весь поселок? – обрадовалась Мила.

– Ну не весь, но большинство. А вы обязательно приходите. Вам понравится.

– Я подумаю, – пообещала она. – Кстати, мы пришли.

Они остановились напротив дома Милы, лицом друг к другу. И тут Ардо вновь почувствовала чей-то взгляд. Быстро осмотрелась, но на пустой улице никого не увидела, лишь мерцали огни в окнах домов.

Какое-то движение мелькнуло в поле ее зрения, и она резко повернулась к своему дому. Неужели штора на окне первого этажа действительно колыхнулась? В горле сжался тяжелый ком.

– С вами точно все в порядке? – прищурившись, спросил Антон Сергеевич и тоже взглянул на дом.

– Да, все хорошо. Видимо, устала: день выдался утомительным. Спасибо, что проводили, Антон Сергеевич.

– Не за что, – улыбнулся участковый. – Так вы придете завтра на гуляния? Обычно в четыре собираются.

– Я подумаю, – повторила Мила. – Хорошего вам вечера.

– И вам.

Мила отвернулась от него и поспешила по дорожке к дому. Чувствуя на себе взгляд Антона Сергеевича, миновала ступеньки, открыла дверь ключом. Войдя, поспешно захлопнула дверь и повернула ключ в замке. Включив свет, она быстро сняла шарф, шапку, повесила на вешалку рюкзак и стянула куртку. Затем сняла сапоги и, оставив их на коврике, подошла к окну. Приоткрыла занавеску, наблюдая, как фигура полицейского растворяется в темноте.