Читать книгу "Академия бездарностей. Танец под дождем"

Глава 7
Под тенью голода

Я стояла и чувствовала, как земля уплывает из-под ног. Это было сродни безумию: только что мы радовались хорошей оценке и прекрасно выполненной работе, и вот уже замерли перед ректором Голдом и не знаем, чего ждать дальше.

– Все будет хорошо. – Рейн первым заметил мое состояние и приобнял меня. – Не бойся, Мелли. Мы вместе.

– Да, ты прав, – ответила я тихо, пусть и совсем не была уверена в его правоте.

– Как это могло случиться? – настаивала Эвелина, а Вильгельм подозрительно молчал.

– Сейчас сложно сказать. – Голд и сам, видимо, не замечал, что треплет в пальцах золотую косицу. – Но на складах устроен форменный погром, крупы свалены в кучи, залиты водой, перемешаны с солью и сахаром, овощи раздавлены. Конечно, часть еще можно спасти, но только часть. Этим сейчас занимается персонал академии.

– А впереди у нас месяц под куполом, – тихо сказал Вилл.

– Так и есть, – кивнул Голд. – Но вам пока беспокоиться не о чем. То, что хоть как-то пригодно к употреблению, мы приведем в порядок.

– Неужели припасы никто не охранял? – спросила я.

– В том-то и дело, что охранял, – поморщился Сальван. – Только, видите ли, студентка Хелкот, сегодняшний дежурный бесследно исчез. Я сомневаюсь, что порчу устроил он. Надеюсь, его просто усыпили и где-то заперли, мы ищем.

Сложно представить… Я потерла пальцами виски. Но если ректор Голд говорит, что пока нам не о чем беспокоиться, значит, так оно и есть? А если магия дракона удержит купол дольше? Что тогда?

– Мы можем помочь? – спросил Рейн.

– Пока нет, – отмахнулся ректор. – Если вдруг понадобитесь, позову. А так у нас все еще двое преступников в подвале. И их, кстати, тоже надо кормить…

Дракон развернулся и пошел прочь, а мы потрясенно переглянулись.

– Похоже, у нас проблемы, – подвела черту Эви. – И неизвестно, откуда еще их ждать.

– Вода, – сказала я. – Ладно еда, но вдруг наш враг как-то испортит воду? Ректор Голд… Надо его предупредить!

– Я его догоню, – ответила подруга и помчалась за драконом, а мы поплелись в столовую. Алден и Лем нашлись уже там, обсуждали выполнение задания.

– Вы что-то долго. – Клеменс поднял голову и обвел нас пронзительным взглядом.

– Возникли непредвиденные сложности. Не здесь, – тихо ответил Рейн.

– Как скажешь, друг.

Лем тут же вернулся к содержимому собственной тарелки, а Ал смотрел на меня, будто стараясь прочесть на лице ответы на свои вопросы. Но я только покачала головой. Действительно, не здесь и не сейчас, когда вокруг полно студентов. Нельзя допустить паники! Если они узнают правду, ее не избежать.

Вернулась Эвелина, украдкой мне кивнула. Значит, она передала Голду наши опасения. Он, конечно, мудрый дракон, но в этой кутерьме и суматохе слишком просто что-то упустить. А так примет к сведению.

Девчонки-поклонницы снова окружили Вилла, однако сейчас он отвечал им мрачно и односложно. Смотрел на них и будто не видел. В глазах девушек читалось разочарование, ведь еще утром принц был куда более к ним благосклонен. Они, правда, тут же нашли себе новых кавалеров, но, кажется, Вильгельм этого даже не заметил.

После обеда мы вышли в парк – на сегодня занятия закончились, можно было немного отдохнуть, вот только какой отдых, если вся голова занята сложившейся ситуацией?

– Так что там? – поторопил Лем.

– Кто-то лишил академию запасов продовольствия, – ответила я. – И теперь ректор Голд не знает, надолго ли хватит продуктов. Парень, который охранял их, бесследно исчез.

– Скверное дело, – нахмурился Клеменс. – Понятно, что кто-то пакостит целенаправленно. Значит, ему известно, как на самом деле появился купол.

– По всему выходит, он пособник Лиама и Биллинса, – добавил Рейн.

– Да. И мы не знаем, кто это. Я поговорю с ректором, чтобы усилили охрану заключенных. Территория академии, конечно, сейчас закрыта, но ведь пропал куда-то парнишка, так?

– А если его убили и сбросили в бездну? – дрожащим голосом предположила Эвелина.

Я поежилась. О подобном исходе и думать не хотелось! Неужели убили? У кого поднялась рука? Оставалось надеяться, как и говорил ректор Голд, что мальчишку просто усыпили и где-то заперли, а значит, он найдется.

– Эй, вы что такие смурные? – послышался оклик.

Я обернулась и улыбнулась, несмотря на не самую веселую ситуацию. К нам спешили братья Уоррены. Видимо, их тоже сегодня отпустили пораньше. А может, они в лабораторию?

– Проблемы, – ответил Рейн. – О которых нельзя знать посторонним. Кто-то уничтожил почти все запасы провизии в академии. Только никому!

– Само собой, – нахмурился Мишель. – И что нам известно о преступнике?

– В том-то и дело, что ничего. Ректор Голд ищет. А мы решили обсудить ситуацию вдали от чужих ушей.

– Да, тьма беспросветная, – добавил Тим. – Миш говорил, что вы ищете зелье истины. Мы бы хотели помочь.

– А я все еще настаиваю на ложном отравлении! – вклинился Мишель.

– Боюсь, это единственное, что нам остается, – ответил Рейн. – Попробуйте приготовить лжеяд. Времени все меньше, и информация нужна нам уже сегодня.

– Займемся этим прямо сейчас, как раз идем на практикум в лабораторию, – ответил Тим. – Увидимся, как только будут результаты. А вы держите нос выше. Ситуация не так плоха, как кажется.

– Да, она еще хуже, – буркнул Лем, но в ответ на его реплику Уоррены просто рассмеялись, помахали нам руками и поспешили к лаборатории, а мы потянулись по аллее до ближайшей беседки, немного подышали свежим воздухом и вернулись в академию. Нам предстоял следующий этап поисков зелья истины в библиотеке, а также было дано огромное количество заданий: кажется, преподаватели решили загрузить воспитанников по полной, чтобы они меньше думали о куполе и всяческих странностях, с ним связанных.

В библиотеке царила тишина. На этот раз Бертран Борнелл обошелся без разгрома. Перед призраком на библиотечной стойке лежала большая книга, и он как раз перевернул страницу, когда мы вошли.

– А, студентики! – Он поднял голову. – И даже полным составом! Мне льстит такое внимание к моей скромной обители. Надеюсь, пришли помочь?

– Да, мистер Борнелл, – ответила я. – С чего нам начать?

– Идемте, выделю каждому по ряду. Может, что и отыщется.

Он указал направление для каждого из нас, и мы принялись просматривать книги на полках. Мы с Рейном шли по одному проходу, только я изучала книги справа, а он – слева. Мы иногда сталкивались локтями или плечами, улыбались друг другу и продолжали поиски. Но даже вот такое общение было приятным. Чем не свидание?

То, что казалось хоть немного подходящим, мы относили библиотекарю, и он либо одобрял нашу находку, либо отвергал ее. Точнее, отвергал одну за другой.

Когда в библиотеку ворвались довольные Уоррены, я начинала ненавидеть свои любимые книги. Казалось, что они бесконечны! И с каждой минутой их количество на полках только увеличивается.

– Эгей! – воскликнул Мишель. – Мы приготовили то, что обещали.

И показал колбу с мутноватой бурой жидкостью.

– Один глоток, и сутки не самых приятных ощущений жертве обеспечены, – пообещал он. – Озноб, тошнота, проблемы с желудком, временное помутнение зрения! И ровно через сутки это закончится, как и не было.

– А им точно от этого не будет ничего серьезного? – с сомнением спросила я, глядя на колбу.

– Зуб даю. – Миш указал на острый клык во рту. – Так что? Будем пробовать?

– Похоже, выбора у нас не осталось.

– Подождите! – раздался голос Вильгельма. – Кажется, я нашел то, что нам нужно!

– А ты не мог найти это завтра? – буркнул Тим, глядя на колбу в руках Миша так, как мать смотрит на любимое дитя. Видимо, он очень хотел испытать свое изобретение. Я же боялась, что после него мы лишимся свидетелей.

– Нет, вы посмотрите! – Вилл не понял, чем вызван этот протест. – Зелье «Болтушка» способно развязать язык любому. То есть человек говорит и не может остановиться, в процессе выдавая все свои тайны.

– А ну-ка! – Мишель взглянул в раскрытую книгу. – Хм-м… Ингредиенты, кстати, почти такие же, как у нашего зелья. Можно кинуть в него пару корешков, и эффект будет двойной.

– Нет уж, мы не угробить их хотим, – возразила я. – Только допросить. Давайте попробуем зелье, которое нашел Вилл.

– Тогда давайте мы его и сварим, – предложил Тим, вместе с братом изучая рецепт. – Хм… Вполне может получиться. Попробуем!

Он быстро взял у Борнелла письменные принадлежности и переписал список ингредиентов. Что ж, будем надеяться, это поможет! Потому что других вариантов у нас нет. Уоррены удалились, пообещав вернуться с зельем.

– А может, в этот раз не будем пробовать отвар на Сальване? – робко попросила Эвелина. – Он еще после прошлого в себя не пришел! До сих пор находит давно утерянные вещи в самых неожиданных местах.

– Хорошо, начнем сразу с Биллинса, – ответил Рейн. – Он, конечно, знает меньше Лиама, но зелье стоит испытать. Ты молодец, Вилл.

– Да ладно, – фыркнул принц. – Я тоже заинтересован в том, чтобы найти преступников. Все-таки они похитили мою магию! И неизвестно, сколько еще людей из-за них лишились силы. Сотни? Тысячи? Если ваши заключенные могут знать хоть что-то, мы должны это выведать любой ценой!

Вот теперь в Вильгельме говорил будущий король! Я даже залюбовалась им, поймала ревнивый взгляд Рейна и улыбнулась любимому. Он, конечно, зря волновался. Мне никто, кроме него, не нужен. Но Вилл действительно молодец! И если его зелье подействует, у нас может появиться хоть какой-то козырь.

Сложнее всего было дождаться Уорренов. Мы продолжали перебирать книги, чтобы хоть чем-то заняться. Затем перенесли в библиотеку тетради и выполнили домашнее задание.

– Долго еще? – прошептал Алден, отодвигая тетради.

– Откуда нам знать? – ответил Клеменс. – Я не специалист в зельях.

– Думаю, вот-вот должно быть готово, – сказала Эвелина. – Осталось совсем немного.

– Ректора предупреждать будем? – поинтересовался Лем.

– Нет, – ответили мы слаженно. Потому что ректор Голд снова решит проверить наш отвар на себе, а этого допустить нельзя. Эви права, дракон нужен нам живым и здоровым. Причем не только физически, но и морально.

В эту минуту двери библиотеки распахнулись, и торжествующие братья снова появились на пороге.

– Готово! – Тим показал нам колбу. Теперь зелье в ней было розоватым. – Только надо решить, как заставить преступника это выпить.

– Я заставлю, – пообещал Клеменс. – Еще и добавки просить будут!

И почему-то в его способности это сделать я не сомневалась.

Глава 8
Правда или нет?

Наш путь снова вел в подвал. Так хотелось надеяться, что на этот раз у нас все получится! И зелье подействует, и Биллинс раскроет правду, а затем и Лиам. А значит, мы сможем больше узнать о преступниках и, возможно, остановим их.

У накрепко запертой двери дежурила охрана. А вот этот момент мы не предусмотрели. Неужели придется возвращаться за ректором и посвящать его в наши планы? Но вперед вышел Клеменс.

– А, снова ты, – фыркнул один из караульных. – Почему такой толпой?

Да уж, нас здесь было многовато: на действие зелья хотелось взглянуть всем.

– Есть причина, – ответил Лем. – Сомневаетесь – спросите у ректора Голда, а мы тут подождем.

– И о чем же надо у меня спросить? – Голос раздался прямо за моей спиной, и я почувствовала, как по коже пробежали мурашки. Ой…

– Мы хотели поболтать с Биллинсом, – обернулся Клеменс. – А нас не пускают!

– Просто поболтать? – Ректор вышел вперед. Он щурил свои зеленые глаза и, казалось, желал проглотить нас на месте.

– Не только.

– Отоприте дверь, – приказал Голд. – И дайте мне зелье. А вы все, умники, марш отсюда!

Вздох разочарования прозвучал настолько громко, что караульные вздрогнули.

– Ректор Голд, – вмешалась Эвелина, – мы вместе искали этот рецепт и хотели бы услышать рассказ Биллинса, так сказать, из первых уст.

– Пока что я тут ректор, – рыкнул дракон в ответ. – И сам буду решать, кого допускать в камеру, а кого нет. Советую вам вернуться к заданиям, иначе вас исключат из академии.

Вот только с места никто не сдвинулся. Голд снова обвел нас тяжелым взглядом.

– Решили спорить? – рявкнул он.

– Мы молчим, – ответил Рейн.

– Вот и молчите! Ладно уж, идемте. Все равно не отвяжетесь!

И взял у караульного ключ от комнаты, отпер дверь и первым вошел внутрь. Мы потянулись за ним. Действительно, в небольшой камере из-за огромного количества наблюдателей мигом стало тесно. Биллинс сидел на узкой кровати. Увидел нас, и его глаза расширились. Решил, что от него хотят избавиться? Возможно. Сложно предположить, какие мысли бродят в чужой голове. Хотя, может, именно сейчас мы это и узнаем.

– Здравствуйте, студент Биллинс, – отчеканил ректор Голд, замерев перед ним с зельем в руках. – Послушайте меня внимательно. Надеюсь, в результате вы примете правильное решение. У меня в руках пузырек с зельем. Выпейте его добровольно, и, возможно, я улучшу условия вашего содержания, раз уж вы оказались здесь надолго.

– Я не собираюсь ничего пить, – тихо ответил тот, а я отмечала, как жалко он выглядит: щетина, опухшее лицо, одежда не первой свежести. Здесь ведь и правда несладко. А как именно Голд собирается улучшить условия проживания Биллинса, мне неясно.

– Тогда скажу вам более понятно: я не спрашиваю, будете вы пить зелье или нет. – Глаза дракона сверкнули зеленью. – Всего лишь предлагаю сделать это добровольно с пользой для себя, или же мы насильно вольем это в ваш рот.

– И для этого привели столько помощников? – хмыкнул преступник. – Нет, я не стану пить.

Голд вздохнул, будто Биллинс сейчас поразил его своей недальновидностью, шагнул вперед и изо всех сил наступил парню на ногу. Тот вскрикнул, а ректор ловко вылил наше варево в его открывшийся рот и зажал рукой. Биллинс вытаращил глаза. Я опасалась, что он подавится – но нет, проглотил. Потом как-то резко позеленел. А вдруг Мишель и Тим приготовили что-то не то? Или не оставили идеи использовать мнимый яд? Но краски постепенно возвращались на лицо Биллинса. Он обвел нас осоловелым взглядом, будто долго спал, а его вдруг разбудили и он все еще не понял, что проснулся.

– Как ваше имя, студент? – спросил Голд, оценивая результаты.

– Ивон Биллинс, – ответил тот. – Ой…

Похоже, слова сорвались с губ раньше, чем наш собеседник успел их обдумать.

– Отлично. – Дракон улыбнулся. – Как звали вашу первую любовь?

– М-миранда, – запинаясь, ответил тот.

– Еще лучше. Кто заставил вас напасть на студента Алдена Роукина?

– Лиам Дорсет, – выплюнул тот.

– У него были пособники?

– Да, были! – заверил Биллинс. – Где-то здесь, в академии. Только я никогда не видел того, кто отдавал приказы Дорсету, честное слово!

– Что вы вообще слышали об этом человеке?

– Ничего. Лиам никогда о нем не говорил! – Биллинс тараторил так, словно боялся не успеть высказать все, что на душе. – Упоминал только, будто они встречались в парке, поэтому я и решил, что этот человек тоже в академии. Лиам обещал, я стану магом! А теперь как? Магии не будет?

– Не будет, – резко ответил дракон. – Что еще вы можете рассказать о похитителях магии?

– Не знаю ничего! – Биллинс почти хныкал. – Мне нужна была жизнь Роукина. Если бы я его убил, уже стал бы магом. Магом, слышите? Настоящим!

– Идемте, – угрюмо сказал дракон, и мы потянулись в коридор, а двери заперли, и дежурные заняли свой пост. Мы поднялись по узкой лестнице в башню ректора, вошли в гостиную, и в огромном помещении от такого количества людей неожиданно стало тесно. Никто не знал, что и сказать. Хотя…

– Когда мы заставим Лиама Дорсета выпить зелье? Оно же работает! – воскликнул Мишель Уоррен.

– Обязательно заставим, – кивнул Голд. – Сколько порций вы приготовили?

– Три. На всякий случай, – спокойно ответил Тим. Он казался куда менее эмоциональным, чего его брат. – Поэтому на Дорсета хватит. Или хотите подождать, не будет ли побочных эффектов?

– На самом деле я хотел, чтобы вы принесли одно из ваших изобретений, студенты, – сказал ректор. – Коробочку, записывающую чужие слова. Если у зелья действительно будет побочный эффект, нам нужно сохранить доказательства. Да и в любом случае они не помешают, когда этих негодяев будут судить. Поэтому мы обождем здесь, а вы сходите-ка за записывающей коробкой.

– Хорошая идея! – Мишель вспыхнул от удовольствия, что их изобретение оценено по достоинству. – Я мигом! Одна нога здесь, другая там.

– Подожди, я с тобой!

Тим догнал брата уже у самой двери, и было слышно, как они быстро спускаются по лестнице. А Голд обвел нас таким пристальным взглядом, что захотелось признаться даже в том, чего я не совершала.

– Что, решили побыть самостоятельными? – грозно спросил он. – Ну-ну. Как только допросим Дорсета, каждому выпишу по штрафной метке, и пойдете мести листву в парке, ее нападало много. Так же много, как у вас лишней энергии, которая не дает вам сидеть на месте. Насколько умело вы обращаетесь с метлой, ваше высочество?

И обернулся к Вильгельму. Тот отвел взгляд. Понятно, что он, как и мы, метлу в руках не держал.

– А вы, Рейн? Эви? Мелани? Клеменс? Алден? Никто? Вот, будет вам полезная наука! И Уорренам, чтобы не баламутили, а то знаю я их!

– Они не виноваты, – Рейн решил внести справедливое замечание. – Это мы попросили их о помощи, нам и отвечать.

– Очень благородно с вашей стороны, – фыркнул Голд. – Только решать мне. А они, как третьекурсники, могли бы и подумать своими головами. Иначе зачем я их учил?

И что тут возразишь? Понятное дело, ничего. Вот мы и помалкивали. Метлы так метлы. Главное, чтобы зелье подействовало.

Пока ректор отчитывал нас, как детей, примчались Мишель и Тим. Мишель сжимал в руках небольшую коробочку черного цвета. Неужели она действительно может записывать чужие голоса? И без применения магии? Удивительно! Очень хотелось рассмотреть ее поближе, но при ректоре было как-то неприлично просить. Подожду, свои вопросы можно задать и потом.

– Вот! – А Мишель, похоже, ждать и молчать не собирался. – Наше новейшее изобретение, свежезапатентованное в столице. Записывающий аппарат Уорренов. Заметьте, ни одного магического элемента. Только чудеса человеческого разума.

– Вы будто собираетесь нам фокусы показывать, – поморщился Голд. – Хватит хвастаться.

– Подождите! – А вот Вилл не выдержал, его глаза засияли почти детским восторгом. – И что, она действительно записывает голоса?

– Именно, – подтвердил Тим. – Только для этого нужны особенные ленты, на которых и остается отпечаток того, что произносит ваш собеседник. Запас лент у нас невелик, к сожалению. Мы ведь не думали, что не сможем попасть в город какое-то время. Но на нашего преступника хватит!

Я видела, что Эви неприятно, когда о ее брате так говорят. Но что поделаешь? Лиам действительно совершил преступление, и помочь ему ничем нельзя. Можно только держать здесь, чтобы потом он предстал перед справедливым судом. А то, что мы сейчас услышим, поможет определить, насколько он виноват. Понятно ведь, что Лиам знает больше Биллинса. Но он тоже может быть просто чьей-то пешкой. И сколько таких в академии? Вот какой вопрос пугал меня до жути.

– Чего же мы ждем? – спросил Мишель. – Берите зелье, ректор Голд, и допросим наконец Дорсета!

– Да, вы правы, – кивнул дракон. – За мной!

Мы снова спустились в подвальные помещения. Оказалось, что Лиама держат на достаточно отдаленном расстоянии от Биллинса. Видимо, чтобы эти двое точно никак не могли контактировать. Оправданное решение, на мой взгляд. У дверей камеры Лиама дежурили двое суровых мужчин. Я их раньше не видела, но явно не студенты. Скорее, кто-то из сотрудников академии. Должна же здесь быть своя охрана, верно?

– Ректор Голд.

Оба слаженно поклонились.

– Давайте без церемоний, – рыкнул дракон. – Впустите нас в камеру.

И оглянулся на толпу за спиной. Похоже, только сейчас вспомнил, что мы гуськом идем за ним.

– Со мной пойдут Рейн и Клеменс, – сказал резко. – Остальные ждут в коридоре, я дам вам послушать запись.

– Я тоже пойду! – Алден рванулся вперед. – Все-таки это меня пытались убить. И я хочу знать подробности.

– Ладно. Остальные ждут.

Даже если и были желающие возмутиться, спорить с ректором на глазах у его подчиненных мы не стали. Будем ждать в коридоре, что уж поделаешь. Хотя я, конечно, тоже надеялась услышать рассказ Лиама, так сказать, из первых уст. Но ректор Голд прав. Такая толпа ни к чему. И потом, мы всего лишь студенты, помощи от нас не так много, как можно было бы рассчитывать. Подождем, мы ждали и дольше.

– Отоприте камеру, – приказал Голд охранникам.

Один из них снял с пояса связку ключей, выбрал один из них и вставил в замочную скважину. Ну же! Ключ провернулся в замке, отпирая дверь, и ректор-дракон потянул ручку на себя.

Дверь распахнулась, открывая нашим взорам камеру Лиама Дорсета. Она была пуста.