Текст книги "Культурный фронт Великой Отечественной войны"
![](/books_files/covers/thumbs_240/kulturnyy-front-velikoy-otechestvennoy-voyny-207585.jpg)
Автор книги: Ольга Жукова
Жанр: История, Наука и Образование
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 27 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
Газета и журнал – не только пропаганда
Все долгие годы войны важным и востребованным источником информации у сражающихся на фронтах и трудящихся в тылу остаётся пресса – газеты и журналы. В воскресное утро 22 июня 1941 г. газеты, отпечатанные в ночь с 21 на 22 июня, выходят ещё с новостями о мирной жизни, мгновенно устаревшими, ставшими безвозвратным прошлым. Неизбежное, в силу технологических причин, отставание на день-два от радио ставит прессу на второе место, но лишь по оперативности сообщений.
Только газета, переходя из рук в руки, даёт возможность прочесть-перечесть тексты, поразмыслить над передовой статьёй, сводкой Совинформбюро, Постановлением или Указом Правительства, Приказом Верховного Главнокомандующего. Позволяет умом и сердцем прочувствовать события репортажа, сопереживать судьбам героев очерков, мыслям автора публицистической статьи, памфлета, стихотворения. И только журнал, благодаря большему печатному объёму, вмещает под одной обложкой более подробные, развёрнутые документальные рассказы о событиях, художественные произведения об идущей войне и об историческом прошлом страны, а значит, даёт читателю пищу для глубоких, серьёзных раздумий над прочитанным.
Газетчики – широкое понятие. Газета и журнал всегда рождаются в творческом содружестве журналистов, художников, а в годы войны, ещё и – писателей, поэтов. Так, например, фронтовая редакция «Красного черноморца» в Севастополе объединила откомандированных из столицы «братьев-писателей», журналистов, художников, призванных создавать историческую летопись героического сопротивления крымчан врагу. Не готовыми к суровым военным будням «глубоко штатскими людьми» показались они вначале главреду Мусьякову, про себя прозвавшему их «очкастыми»[127]127
Мусьяков П.И. Севастопольские дни // Москва – Крым: Историко-публицистический альманах. Специальный выпуск: Крым в Великой Отечественной войне: дневники, воспоминания, исследования. Вып. 5. М., 2003. С. 19.
[Закрыть]. Но вскоре выяснилось, что были они отчаянными смельчаками, казалось, более других в те суровые дни верившими в грядущую нашу Победу. Писатели: Пётр Гаврилов (автор чудесной повести для детей «Егорка» – про медвежонка, подружившегося с моряками), Василий Ряховский (автор исторических романов «Родная сторона» и «Евпатий Коловрат»), Игнат Ивич (автор научно-популярных книг для детей) и Август Явич, который после войны создаст свою «Севастопольскую повесть». Поэт Лев Длигач, известный детскими стихами, и поэт-сатирик Ян Сашин. Художники Фёдор Решетников (будущий автор знаменитых картин «Опять двойка», «Прибыл на каникулы», «Достали языка!», «За мир!») и Леонид Сойфертис (автор ярких карикатур для журнала «Крокодил»)… Как видим, таланты этих людей в полной мере проявились в послевоенные годы, но именно фронтовой опыт стал важной вехой их творческого взросления и становления, научил работать, как теперь принято говорить, в команде, да проявлять небывалую стрессоустойчивость…
«Вытравить из души «конфетную» идеологию». Газетные сообщения первых дней войны о массированных бомбёжках спящих городов с мирными жителями демонстрируют начало реализации планов Гитлера на расширение «жизненного пространства» для германской нации за счёт истребления народов СССР. Вызывают массовый поток военнообязанных и добровольцев на призывные пункты. Призванными на культурный фронт идеологической информационной войны считают себя многие журналисты, писатели, поэты. Перестройка средств массовой информации на военные рельсы проходит быстро и организованно.
Провидческие слова радиообращения В.М. Молотова от 22 июня, опубликованные всеми газетами страны: «Наше дело правое! Враг будет разбит, победа будет за нами!» – повторяются миллионами уст все годы войны, в самые трудные её периоды. Напечатанные 24 июня, на третий день нашествия в газетах «Красная звезда» и «Известия» стихи Василия Ивановича Лебедева-Кумача «Священная война» призывают весь народ в ярости благородной дать отпор врагу, которого он не встретил нигде в Европе, и обозначают сразу и навсегда в истории этот отпор войной народной и священной…
Статьи Ильи Григорьевича Эренбурга в «Красной звезде» 23 июня: «В первый день» и 26-го – «Гитлеровская орда», Алексея Николаевича Толстого в «Правде» 27 июня «Что мы защищаем» и другие публицистические выступления тех ошеломивших страну дней мобилизуют на сопротивление, вдохновляют на подвиги. «В русском человеке есть черта: в трудные минуты жизни, в тяжёлые годины легко отрешаться от всего привычного, чем жил изо дня в день. Был человек так себе, потребовали от него быть героем – герой…»[128]128
Правда. 1941. 27 июня.
[Закрыть] – делится своими размышлениями с читателем «Правды» А.Н. Толстой.
28 июня «Правда» в передовой статье разъясняет, что эта война «требует напряжения всех сил, железной выдержки, мужественного хладнокровия… нельзя тешить себя мыслями о лёгких победах»[129]129
Правда. 1941. 28 июня.
[Закрыть]. Оговорка о «лёгких победах» – это признание крушения надежд, внушаемых довоенной советской пропагандой, на мощь антифашистских сил в Европе и в самой Германии, на классовую солидарность мирового пролетариата, на войну «малой кровью» и на чужой территории.
В «рецидивах» такого «шапкозакидательского» отношения к войне пытались разобраться, прежде всего, сами бойцы идеологического фронта. Поэт и журналист Алексей Сурков (автор знаменитой «Землянки») на открытом партийном собрании московских писателей летом 1942 г. сетует: «…до войны мы часто дезориентировали читателя насчёт характера будущих испытаний… Мы слишком «облегченно» изображали войну… Воюющему соотечественнику пришлось справляться не только с танками, которые на него лезли, с самолётами, которые валили на его голову тысячи тонн рваного железа, но и вытравливать из души конфетную «идеологию», которой мы его обкормили»[130]130
Сурков А.А. Голоса времени. М., 1965. С. 158–159.
[Закрыть]. И всё же советское общество, от предков перенявшее дух единения перед общей бедой, преобразовавшее за короткий срок в 20 лет неграмотную на 80 %, крестьянскую страну в мощную индустриальную, научную и культурную державу, оказалось морально готовым к защите Отечества, к сплочённому сопротивлению, к тяготам войны до победы.
«Когда страна прикажет быть героем…» Не дать читателю впасть в отчаяние, искать на фронтах примеры стойкости и героизма – задачи, которые ставят перед собой военные журналисты.
…Донесение 207-го полка дальней бомбардировочной авиации об огненном таране капитана Николая Гастелло в день 26 июня 1941 г. под Минском получено с опозданием, и входит в вечернюю сводку Совинформбюро от 5 июля[131]131
Сообщения от Советского Информбюро. Т. 1. 1944. С. 28.
[Закрыть]. 10 июля в «Правде» П. Павленко и П. Крылов публикуют очерк о командире героического экипажа, бросившего запылавший ДБ-3 на цистерны с горючим для вражеских танков, приостановив их марш-бросок на Минск. 27 июля 1941 г. Указом ВС СССР капитану Гастелло присвоено звание Героя Советского Союза посмертно[132]132
Герои Советского Союза. Т. 1. М., С. 315.
[Закрыть].
Увы, не замеченным журналистами остаётся подвиг политрука 125-го танкового полка Александра Панкратова, описанный в полковом донесении от 24 августа 1941 г. Младший политрук закрыл своим телом стреляющую амбразуру дота, дав своим товарищам провести успешную атаку – под Новгородом. Лишь через полгода, 16 марта 1942 г., герой удостаивается Золотой Звезды[133]133
Герои Советского Союза. Т. 2. М., С. 230.
[Закрыть]. Подобный Панкратову подвиг самопожертвования «за други своя» стал широко известен стране лишь 19 июля 1943 г. – после Указа ВС СССР о награждении Золотой Звездой Героя посмертно рядового Александра Матросова и множества публикаций о нём[134]134
Герои Советского Союза. Т. 2. М., С. 56.
[Закрыть].
О тысячах героев, свершающих подвиги на всём протяжении огромной линии фронта от Баренцева моря до Чёрного, физически не может узнать и рассказать читателю горстка фронтовых корреспондентов центральной прессы и ТАСС. Их было 250 человек – в 1941 г., а после нескольких штатных сокращений к 1 марта 1945 г. – всего 97 человек[135]135
Попов Н.П. Горохов Н.А. Советская военная печать в годы Великой Отечественной войны. М., 1981. С. 44.
[Закрыть].
Имена героев, прославленные прессой, вписанные на скрижали истории, навсегда становятся символами самоотверженного героизма: Николай Гастелло, Виктор Талалихин, Зоя Космодемьянская, герои-«панфиловцы»… Хотя подвиг огненного тарана, подобно экипажу капитана Н. Гастелло, совершён более 500 раз[136]136
Жукова Л.Н. Выбираю таран. М., 2005. С. 387–392.
[Закрыть], героев воздушного тарана – свыше 600[137]137
Жукова Л.Н. Выбираю таран. М., 2005. С. 387–392.
[Закрыть], «матросовцев» – свыше 300[138]138
Бессмертное племя «матросовцев». М., 1990. С. 4.
[Закрыть]. О том, что в тот же день, что и Зоя Космодемьянская, в подмосковном селе Головково была казнена стойко выдержавшая пытки фашистских палачей однополчанка Зои по в/ч 9903 Вера Волошина, стало известно лишь после войны[139]139
Фролов Г.Н., Фролова И.Г. Москвички-партизанки – герои Отечества. М., 2004. С. 112.
[Закрыть]. Сотни тысяч героических судеб заключаются в формулировках: «массовый подвиг» и «массовый героизм советского народа».
…20 июля 1941 г. в газете «Известия» опубликован репортаж военкора Константина Симонова, подкреплённый фотографиями фотокора П. Трошкина, с Буйничского поля под Могилёвом, где в ту пору идут тяжёлые оборонительные бои. Впервые на страницах советской прессы на фотоснимках показана разбитая, сожжённая вражеская техника – работа полка под командованием полковника Кутепова, истребившего за 14-часовой бой 39 танков! В тот день по всей стране столпившиеся у стендов газеты «Известия» люди по-настоящему ликуют.
Именно полковник Кутепов становится прообразом героя романа-трилогии «Живые и мёртвые» – генерала Серпилина, а сам автор, К. Симонов вспоминает, что в ответ на опасение журналистов – не окажется ли нашим бойцам отрезан путь к отступлению, если единственный деревянный мост, по которому полк может отойти за Днепр, будет разбомблён врагом, полковник спокойно сказал: «Мы так уж решили тут между собой: что бы там кругом ни было, кто бы там ни отступал, а мы стоим вот тут, у Могилёва, и будем стоять, пока живы…»[140]140
Симонов К.М. Разные дни войны. Т. 1. М., 1981. С. 21.
[Закрыть] Такое вот живое свидетельство той правды о войне, которая предельно просто объясняет крах задуманного гитлеровскими генералами блицкрига – в стране оказалось достаточно героев, готовых к сопротивлению превосходящим силам противника.
Но реалии военного времени остро ставят вопрос и о личном мужестве советской творческой интеллигенции, о её моральном праве призывать миллионы людей к оружию. Краснофлотец, блокадник и драматург Всеволод Вишневский размышляет в дневнике 30 июля 1941 г. о писателях, журналистах, кинематографистах и артистах: «Некоторые из них работают отлично, но некоторые проповедуют воинские и прочие доблести, а сами трусят или стоят на грани трусости. Они учат «презирать смерть», но усиленно заботятся о своём здоровье и целости своей жизни… Несогласованность поведения этих лиц и их писаний меня мучит, они обесценивают нашу литературу и искусство. Есть какой-то обман народа во всём этом… Пусть какие-нибудь философы оправдают мне это «право» писателей сидеть вдали, в укрытиях, где тепло и сытно, и советовать другим идти умирать»[141]141
Вишневский В.В. Собрание сочинений. Т. 3. Дневники военных лет 1941–1942. М., 1956. С. 556.
[Закрыть].
…Постановление ЦК ВКП(б) от 9 августа 1941 г. «О работе на фронте специальных корреспондентов» почти вторит выводам драматурга, отмечая «ряд существенных недостатков. Корреспонденты большую часть времени проводят при штабах фронтов и армий и очень мало бывают непосредственно в частях и соединениях…»[142]142
КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК. Т. 7. М., 1985. С. 232.
[Закрыть] Далее следует объяснение такому поведению военкоров: «Некоторые командиры и политработники не учитывают значения информации для населения о боевых действиях Красной Армии, и не только не оказывают содействия, но нередко противодействуют работе корреспондентов. Корреспонденты не получают необходимой помощи в передвижении по фронту и в деле связи со своими газетами. ЦК ВКП(б) постановляет: обязать ГПУ Красной Армии: 1) принять меры к немедленному исправлению указанных недостатков… 2) дать указания всем политорганам КА о всемерном содействии с их стороны работе военных корреспондентов»[143]143
КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК. Т. 7. М., 1985. С. 232.
[Закрыть].
Но и через год какая-то часть военкоров предпочитает получать информацию в штабах, дублирующую ту, что отправляется оперативным отделом Генштаба в Совинформбюро и центральную прессу. В 1942 г. Управление пропаганды и агитации ЦК ВКП(б) и Главное политическое управление КА разрабатывают Положение «О работе военных корреспондентов»[144]144
О партийной и советской печати, радиовещании и телевидении. Т. 7. М., 1985. С. 238.
[Закрыть], которым предписывается постоянно находиться непосредственно в частях и соединениях, неустанно работать над повышением своей военной подготовки, строжайше хранить военную тайну, стойко и мужественно переносить все трудности и лишения фронтовой жизни и быть готовым к участию в бою…
«Один раз увидеть…» Но таких, которые «жались поближе к военторгу и оперативному отделу… было мало, – будто комментирует «Положение» поэт и военкор Николай Грибачёв, – их высмеивали и выгоняли»[145]145
Грибачёв Н. Слово на линии огня // Журналисты на войне. М., 1966. С. 27.
[Закрыть]. «Особенно мне запомнились неустрашимые фотокорреспонденты, – вспоминал после войны генерал армии, дважды Герой Советского Союза П.И. Батов. – Пренебрегая опасностью, ходили они в атаки с автоматом и фотоаппаратом»[146]146
Батов П.И. В едином боевом строю // Журналисты на войне. М., 1966. С. 22.
[Закрыть]. И только благодаря такой неустрашимости их эмоциональные, динамичные и впечатляющие снимки доносят до читателей правду о войне: атаки, стрельбу пушек-полковушек по ползущим вдали танкам, летящие на вражеские позиции бомбы с нашего бомбардировщика, спасение раненых девушками-санитарками, краткий отдых бойцов между боями – с песней, с гармонью. Новый жанр – боевая фотопублицистика создаётся большой плеядой военных фотокоров – среди них А. Устинов, М. Савин. С. Лоскутов, М. Калашников, Б. Кудояров, Б. Вдовенко, Е. Халдей и многие другие. Среди профессионалов, прошедших войну с фотоаппаратом в руках, была и женщина – Ольга Ландер. Фото фронтового концерта, которое сама она считала лучшим своим снимком военного времени, – на обложке этой книги. Рождённые в войну газеты «Фронтовая иллюстрация» и «Фотогазета» сохраняют для истории множество героических и будничных мгновений войны.
И столь же важными для фронтовиков становятся фотоснимки жизни советского тыла, среди которых наряду с фото рабочих и работниц, стоящими у станков, колхозников, работающих на полях, попадают на страницы газет фотоэтюды, напоминающие о прекрасной мирной жизни, как реальное воплощение мечты о будущем. «Москва в эти дни» – так называется серия фотоснимков в «Вечерней Москве», показывающая книжные развалы на центральных улицах, довольные лица малышни на праздниках новогодней ёлки, покупателей в цветочных магазинах, фото с концертов, выставок, спектаклей…
Важная отличительная черта советской прессы военных лет – постоянное освещение культурной жизни страны. Информация о новостях театра, кино, всех жанров искусства, публикация рецензий на выходящие книги и кинофильмы, объявления на последней полосе газет: «Сегодня в кинотеатрах…», «Сегодня в театрах…», «Сегодня в цирке» даёт ощущение ровно бьющегося пульса жизни необъятной страны, укрепляет веру в победу.
«Чуткое отношение к нуждам трудящихся» и эпистолярные романы… Прессу той поры отличает и чрезвычайно ответственное отношение к письмам не только с фронтов, но и из трудового тыла. Постановления партии и правительства требуют: «Ни одно письмо не должно оставаться без внимания, без принятия конкретных мер и без ответа. Газета должна быть образцом чуткого и ответственного отношения к нуждам трудящихся… проявлять самое нетерпимое отношение к людям, равнодушным к жалобам трудящихся»[147]147
О партийной и советской печати, радиовещании и телевидении. Т. 7. М., 1985. С. 238.
[Закрыть].
На страницах «Вечерней Москвы» публикуются письма с фронта, находящие горячее сочувствие в тылу, особенно среди молодых девушек… Елена Калмыкова, живущая в знаменитом и элитном, как теперь принято говорить, «Доме на набережной», по ул. Серафимовича, д. 2, пишет в Свердловск подружке Гале Рудзянской 29 декабря 1942 г.: «Галочка! Мы с Наташей ведём большую переписку с фронтовиками. И вот сегодня я получила письмо от одного лейтенанта… какие чудесные письма пишет он под грохот разрывающихся снарядов и под пулемётную стрельбу… Какая замечательная молодёжь воюет у нас на фронте, защищая нашу свободу. Его адрес мы узнали из «Вечерней Москвы», куда поместили их письмо с просьбой написать им… Но он не единственный, кому я пишу, я переписываюсь с пятью фронтовиками и получаю в этом большое удовлетворение. Если бы ты знала, как приятно бывает читать, что твои письма согревают их там, помогают бороться ещё настойчивее и упорнее»…[148]148
Личный архив автора.
[Закрыть] Неудивительно, что после эпистолярных «романов» с фронтовиками сокурсники кажутся Елене «ersatz-мальчиками»… Пожалуй, впервые в истории советской прессы, твердо помнящей о своей роли «партийного агитатора и пропагандиста», она решилась взять на себя и такую житейскую функцию – знакомить молодёжь, печатая, в некотором смысле, почти «брачные объявления», нередко завершающиеся созданием семьи.
«Не задерживай газету более часа!» Об огромном значении прессы в жизни людей на фронте, в советском тылу и на временно оккупированных территориях говорят поразительные факты. Фронтовики с боевых позиций требуют телеграммами: «Пришлите снарядов и газет»[149]149
Бирюзов С. Летописцы великого подвига // Журналисты на войне. М., 1966. С. 16.
[Закрыть]. В тылу свежую прессу читают в любой библиотеке или клубе, в «партийном кабинете» на предприятии, на селе – в избе-читальне. В соответствии с суровыми нормами военной жизни, подчас на «общественных» экземплярах газет стоит штамп-наказ, грозно предупреждающий: «Не задерживай газету более 1 часа».
Газеты переходят из рук в руки, сберегаются, как величайшая ценность, таким образом, каждый номер могут прочесть сотни людей. Известен случай, когда жители оккупированных областей предложили партизанам корову за номер газеты «Правда». А общий тираж отправленных в немецкий тыл газет, выпусков «Вести с Советской Родины» и листовок перевалил за миллиард экземпляров[150]150
Пономаренко П.К. Всенародная борьба в тылу немецко-фашистских захватчиков 1941–1945. М., 1986. С. 25.
[Закрыть].
…В Наркомат связи поступают сообщения о пропаже пачек газет на железных дорогах. Комиссии НКС выясняют, что из газет чаще всего пропадают «Правда» и «Красная звезда», из журналов – «Огонёк» и «Крокодил»[151]151
Широкорад И.И. Центральная периодическая печать в годы Великой Отечественной войны 1941–1945. М., 2001. С. 103.
[Закрыть]. На чёрном рынке прессу можно обменять на продукты. Столь повышенный интерес к этим четырём изданиям объясняется их традиционной популярностью и публикацией с первых дней войны любимых в народе писателей, поэтов, журналистов, художников-карикатуристов…
«Бумажный голод». Но была у этих хищений и другая причина – в розничную продажу поступает прессы всё меньше и меньше, так как резко сокращаются тиражи газет и журналов. Сказывается хроническая нехватка бумаги даже для бытовых нужд. Насколько эта государственная проблема коснулась каждого жителя страны, говорит хотя бы тот факт, что Наркомат связи разрешает пересылать письма без конвертов – просто сложив их в треугольники. Многие личные послания той поры пишутся на каких-то бланках, оборотах обёрток, даже между строк старых писем, документов, счетов и газет.
О бумажном голоде читаем и в самих письмах, датированных даже 1943 г. Молодой боец Коля Журавлёв по дороге на фронт сообщает родителям в Москву, в Марьину Рощу 21 сентября 1943 г.: «… пишу вам письмо в г. Пензе, я еду на (вымарано военной цензурой – О.Ж.) фронт. Через Москву не еду… У меня нет бумаги, осталось два листа, писать придётся реже, вы не беспокойтесь, я вас предупреждаю. Еду на хороший участок фронта…»[152]152
Личный архив автора.
[Закрыть]
Фронтовик Женя Орлов в письме от 12 декабря 1943 г. родителям на Валовую улицу в Москве обмолвился: «Я уже сообщал, что бумагу, которую высылал папа, я получил… Вот насчёт возобновления разговора о моей командировке за бумагой – это правильно. Я сегодня же дойду до командира и поговорю с ним ещё разок, может быть и что-нибудь выйдет!»[153]153
Личный архив автора.
[Закрыть]
Острый дефицит газетной бумаги в 1941–1942 гг. грозит срывом выхода газет. Уже на седьмой день войны, 28 июня, начальник Управления пропаганды и агитации ЦК ВКП(б) Г.Ф. Александров в записке на имя секретаря ЦК ВКП(б) А.С. Щербакова, лишь несколько дней тому назад назначенного начальником Совинформбюро, сообщает тревожную новость: в издательстве «Правда» на 25 июня её осталось на 26 номеров, в «Известиях» – на 13. И хотя накануне вторжения создан государственный резерв бумаги, его хватит лишь на 60–78 дней. Предлагается в связи со столь критической ситуацией сократить ряд печатных органов[154]154
РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 125. Д. 67. Л. 68–69.
[Закрыть].
С этого момента и до конца войны на заседаниях Политбюро ЦК ВКП(б) ежеквартально обсуждаются и утверждаются планы распределения газетной и писчей бумаги, пополнения государственного резерва и особого резерва Управления пропаганды и агитации. 28 августа 1941 г. заместитель председателя Госплана при СНК СССР С. Демидов пишет в ЦК записку под грифом «Совершенно секретно»: «О строительстве фабрик газетной бумаги в восточных районах», отмечая, что строящийся до войны Красноярский целлюлозно-бумажный комбинат «решением Государственного Комитета Обороны передан Наркомбоеприпасов для размещения эвакуированного порохового завода»[155]155
РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 125. Д. 64.
[Закрыть], а «подготовленных исследованных площадок с энергетической базой для строительства в кратчайший срок фабрик газетной бумаги не имеется»[156]156
РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 125. Д. 64.
[Закрыть]. И все же «решением Центрального Комитета ВКП(б) и Совнаркома Союза ССР Наркомбумпром обязывается построить и ввести в действие в IV кв. 1942 г. в г. Чепце, Кировской области целлюлозно-бумажный комбинат мощностью 30 тыс. тонн сульфитной целлюлозы и 25 тыс. тонн газетной бумаги… Госплан считает целесообразным возложить строительство Чепецкого целлюлозно-бумажного комбината на ГУЛАГ НКВД. Осуществление этого строительства производить в отношении материально-технического снабжения наравне с оборонными стройками»[157]157
РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 125. Д. 64.
[Закрыть].
На малой родине Козьмы Минина. Хотя многие целлюлозные и бумажные фабрики и комбинаты остались на оккупированной территории, строительство новых комбинатов с участием ГУЛАГа не понадобилось. Спас положение крупный поставщик газетной и писчей бумаги, построенный в Горьковской (ныне – Нижегородской) области ещё в 1928 г. в связке с планом ГОЭЛРО – Балахнинский целлюлозно-бумажный комбинат.
После ухода на фронт мужчин вместо 4000 работающих осталось 2500, в основном – женщины и подростки – выпускники Балахнинского ремесленного училища. Они совершают истинный трудовой подвиг. В первую военную зиму, оставшись почти без поставки из леспромхозов пяти соседних областей (железная дорога даёт «зелёный свет» только военным грузам), большая часть коллектива и откликнувшиеся на призыв бумажников сельские труженики района прокладывают по льду Волги узкоколейку длиной в 8 км – до Ковровского лесопункта во Владимирской области. Лес валят лучковой пилой, в вагонетки впрягают лошадей. Вырубают топорами вмёрзшие в лёд брёвна. После 10–12-часового трудового дня, выполняя план на 200 %, спешат на склад – помогать грузить огромные тяжёлые рулоны бумаги: чтоб не простаивали вагоны, сразу отправлялись в типографии. В цехах развешивают наглядную агитацию: «Рулоны бумаги – такие же снаряды!», «Одна тонна бумаги – это 1 млн листовок во вражеский тыл! Это 125 тыс. экз. газет!»[158]158
Горьковчане в Великой Отечественной войне. Горький, 1990. С. 69.
[Закрыть]
В 1942 г. коллектив комбината через газету «Правда» обращается к бумажникам страны с призывом начать соцсоревнование за наращивание производства бумаги, взяв обязательство давать ежемесячно сверх плана не менее 2 млн кв. м бумаги. Выполняют с честью.
Листовки вместо газет и журналов. Но необходимость издавать многие миллионы листовок, а также расширить военную печать – газеты и боевые листки, выходящие для армии и флота, массовые издания военно-технической, военно-оборонной и военно-патриотической литературы для фронта, советского тыла, оккупированных областей и партизан вынуждает идти на закрытие многих периодических изданий и сокращение тиражей.
Газетно-журнальный мир СССР переносит за годы войны три крупных сокращения: в декабре 1941 г., в апреле 1942 г. и в феврале 1943 г. Если до войны СССР издаёт свыше 8800 наименований газет общим тиражом в 40 млн экз., то к 1943 г. остается 4561. Журналов печаталось 1800, в 1942 г. их – 350 наименований[159]159
Народное хозяйство СССР 1922–1972 гг.: Юбил. Стат. Ежегодник. М., 1972. С. 848.
[Закрыть].
Даже «Правда» сокращает свой гигантский тираж в 3 млн экз. наполовину. Временно закрываются многие отраслевые издания, например, «Лёгкая промышленность», «Чёрная металлургия», «Нефть», большинство многотиражек на предприятиях, журналы «Советская наука», «Советское студенчество», «Красный архив», такое одиозное издание, как «Безбожник», и другие.
Но, выходят, пусть и меньшими тиражами, меньшим объёмом и периодичностью, газеты, имеющие постоянно высокое число подписчиков: «Правда», «Комсомольская правда», «Пионерская правда», «Красная звезда», «Красный флот», «Красный спорт», «Труд», «Гудок», «Социалистическое земледелие», «Совхозная газета». Не прекращается издание двух важнейших для духовного и физического здоровья народа газет – «Учительской» и «Медицинского работника». Некоторые издания в целях экономии бумаги претерпевают различные изменения, слияния: «Речной транспорт» и «Морской транспорт» объединяются в «Водный транспорт». «Авиационная газета» преобразовывается в газету ВВС «Сталинский сокол», осоавиахимовская «На страже» – в «Военное обучение». Газеты культурного фронта: «Советское кино», «Советское искусство» и «Литературная газета» сливаются в единую – «Литературу и искусство», которая только в 1944 г. разделится на «Литературную газету» и «Советское искусство».
Не миновало сокращение и идеологические издания. В 1941 г. временно приостанавливают выпуск журналы «Партийное строительство» и «Комсомольский работник».
«Боевой отряд» советских журналов создаёт… ноосферу. В годы войны по-прежнему выходят журналы для женщин «Работница» и «Крестьянка». Ярким вызовом войне, признаком скорого возврата мирной жизни становится журнал Гизлегпрома «Модели сезона», даже в суровом 1942 г. выходящий тиражом в 100 тыс. экз.! Среди его моделей – брючные костюмы и комбинезоны, «отвечающие требованиям военного времени»[160]160
Модели сезона. М., 1942. С. 5.
[Закрыть], и повседневные платья с кроем и вышивкой по народным мотивам, и даже вечерние «заграничные» наряды. В победном 1945 г. выходит первый выпуск «Журнала мод» – теперь на белой офсетной бумаге, многоцветный, большого формата.
Для молодёжи издаются журналы «Смена», «Техника – молодёжи». Для подростков – «Дружные ребята» и «Пионер». Для малышей – «Мурзилка». Для широкого читателя с разными пристрастиями и вкусами – «Огонёк», «Природа», «Наука и жизнь», «Военная мысль» и др. Выходит «боевой отряд» общественно-политических и литературно-художественных журналов – трибуна советских писателей, средним тиражом 30 тыс. экз., на скромной типографской бумаге – «Новый мир», «Знамя», «Звезда», «Октябрь», «Интернациональная литература» и «Ленинград», издаваемый в блокадном городе-крепости. Воениздат выпускает литературно-художественный журнал «Красноармеец», спрос на который увеличивает тираж до 200 тыс.
Среди журналов военных лет – «Советская педагогика», «Дошкольное воспитание». «Начальная школа», «Учебно-воспитательная работа в детских домах», «Советское здравоохранение», «Санитарная оборона»…
Выходят, переживая лишь сокращения в периодичности и объёме, научные издания: «Вестник Академии наук СССР» и её республиканских отделений, «Вестник высшей школы», «Известия Всесоюзного географического общества», «Труды…» многих вузов и НИИ, бюллетени и альманахи по практически всем областям науки и техники – от физики, химии до ветеринарии и микробиологии.
Всемирно значимое открытие академика АН СССР В.И. Вернадского – о ноосфере, сфере разума, публикуется в журнале «Успехи современной биологии», возвещает учёному миру планеты: «Исторический процесс на наших глазах коренным образом меняется. Впервые в истории человечества интересы народных масс – всех и каждого – и свободной мысли личности определяют жизнь человечества, являются мерилом его представлений о справедливости. Человечество, взятое в целом, становится мощной геологической силой. Это новое состояние биосфер… и есть ноосфера… в переживаемой нами великой трагедии мы пошли по правильному пути, который отвечает ноосфере»[161]161
Успехи современной биологии, 18. Вып. 2. 1944. С. 118–120.
[Закрыть].
…И уже в 1942 г. изыскиваются резервы бумаги для возобновления работы журнала ЦК ВКП(б) «Партийное строительство». С мая 1942 г. издаётся газета «Московские новости» (на английском, французском, испанском и немецком языках). Открывается орган еврейского антифашистского комитета газета «Эникайт» – «Единение». Появляется еженедельник «Британский союзник» – издание посольства Великобритании. В 1943 г. начинают выходить новые периодические издания: «Журнал Московской Патриархии», «Славяне», «Война и рабочий класс». В 1945 г. возобновляется журнал «Комсомольский работник», правда, тиражом всего 15 тыс. экз. Информационное бюро США начинает выпуск журнала «Америка». Выходят журналы: «Социалистическая законность», «Новое время», «Искусство кино», «Театр», «Советская женщина», «Проблемы Арктики»…
Ради «нескольких строчек в газете». Если вспомнить, что многие редакции и типографии центральных газет и журналов эвакуированы в тыловые города Поволжья и Урала, а в Москве остались зачастую только военные корреспонденты, то регулярный безостановочный выход утверждённого списка газет и журналов заставляет поражаться трудовому подвигу людей, призванных обеспечить весь производственный цикл издания: от лесозаготовителей, бумажников, типографских работников до главных редакторов и журналистов, не щадящих себя ради «нескольких строчек в газете», выпускающих газету в срок при сокращенных штатах сотрудников. Даже «Правда» делается в Москве всего десятком сотрудников.
…Уполномоченный ГКО по обеспечению населения Ленинграда и войск Ленинградского фронта продовольствием Д.В. Павлов вспоминает, что лишь однажды за всё время блокады не вышла в свет городская газета «Ленинградская правда», и не потому, что была не подготовлена редакцией, а потому, что типография не смогла напечатать тираж – в январе 1942 г. в городе не было электроэнергии[162]162
Павлов Д.В. Ленинград в блокаде. Л., 1985. С. 178.
[Закрыть].
Центральные газеты ещё в 1943 г. вспоминают о боевой форме массовой работы 30-х гг. – выездных редакциях на промышленные, сельскохозяйственные, транспортные предприятия. Как правило, журналисты появляются на отстающих участках, разбираются с причинами производственных срывов, и это способствует партийно-хозяйственным органам устранять недостатки. Газета «Труд», например, ежегодно отправляет выездные редакции на торфоразработки, «Социалистическое земледелие» работает в разных областях и краях на севе и уборке урожая. «Московский большевик» выпускает листовки-газеты для метростроевцев Покровского радиуса Московского метро.
«Мы совсем отстали от жизни…» Областные уполномоченные Комиссии Комитета партийного контроля (КПК) при ЦК ВКП(б) систематически проверяют, как поставлена агитационная работа на промышленных предприятиях, в колхозах и совхозах. Уполномоченный КПК при ЦК ВКП(б) по Ивановской области В. Татаринцев 19 мая 1944 г. докладывает секретарям ЦК ВКП(б) Г.М. Маленкову и А.А. Андрееву о результатах проверки агитационной работы на текстильных предприятиях: «Проверкой установлено, что политическая информация рабочих о военном и международном положении страны до сих пор поставлена слабо… Агитация слабо увязывается с хозяйственными задачами и крайне недостаточно популяризируется опыт передовиков»[163]163
РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 125. Д. 258. Л. 42.
[Закрыть].
Отметим эту важнейшую черту работы советской пропаганды – увязывать непосредственные задачи каждого предприятия с глобальными проблемами, стоящими перед всей воюющей страной. А также отметим, что вопреки ныне распространенному мнению о «навязчивости» пропаганды, её якобы неэффективности, ненужности и неприятии простыми людьми, архивные документы свидетельствуют об обратном. Например, работницы фабрики им. Дзержинского г. Иваново Дворова, Сидягина и другие рассказывают контролёрам КПК: «Мы совсем отстали от жизни, нас никто не собирает и о войне нам никто не рассказывает. Мы узнаём о победах от тех, у кого есть радио, а ведь знаете, пока до нас дойдёт, половину перепутают…»[164]164
РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 125. Д. 258. Л. 42.
[Закрыть] Тазовщицы тт. Гаврилова, Савичева, мобилизованные из Ильинского района, рассказывают: «Вот уже мы здесь работаем более трёх месяцев, а нас никто ни разу не собирал и не спросил, как мы привыкаем к фабрике, как осваиваем квалификацию. Здесь хуже, чем в деревне, отстали от событий. Что делается сейчас на фронтах Отечественной войны, узнаём только от соседок. В колхозе, как только возьмёт какой город наша Красная Армия, нас собирали в читальне и рассказывали, а здесь нет»[165]165
РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 125. Д. 258. Л. 43.
[Закрыть].
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?