Книга: Сумерки империи. Российское государство и право на рубеже веков - Павел Крашенинников

Во второй книге рассмотрение было доведено до конца царствования Александра II, третья же книга ведет речь о двух последних царствованиях - Александра III и Николая II, рассматривая таким образом период времени всего в 36 лет (1881-1917). Объем книжки остался таким же небольшим, что в предыдущих двух, однако за счет относительно небольших хронологических рамок эта книга выглядит уже более насыщенной фактическим материалом, в меньшей степени производит впечатление беглого обзора.

Итак, убийство Александра II положило конец его амбициозным преобразованиям. Новое царствование началось с закручивания гаек, консервативной реакции во главе с Александром III и его приближенным Константином Победоносцевым. Как оказалось позже, именно отказ от проведения своевременных реформ позже довел государство до состояния, в котором оно уже не могло контролировать страну. Реформы Александра II хоть и прозвали великими, но по сути они были во многом недостаточными, даже половинчатыми, а с воцарением Александра III часть преобразований была свернута или отменена. Продолжения преобразований пришлось ждать очень долго. Да и сама система управления оказалась неготовой к вызовам новой эпохи. Проблема поздней Российской империи была в том, что ею можно было править, но невозможно ею управлять: императоры и даже назначаемые ими министры не вникали в повседневное управление империей, обыкновенное администрирование, вместо этого почему-то полагая, что любое царское слово немедленно исполняется, тогда как оно если и исполнялось, то не немедленно и уж во всяком случае с большим скрипом. Особенно на примере Николая II заметно, что он будто бы жил не в настоящей России, а в какой-то своей, вымышленной, в которой он "хозяин земли русской", где весь народ сливается в экстатической к нему любви, а если кто и против, то это всего лишь кучка смутьянов и не более того; в его России достаточно было сказать "да будет так" и так станет непременно.

Тем временем низовое управление уже не справлялось с повседневными задачами, но за благодушными отчетами этого никто не замечал. Много раз можно было остановиться и спросить, какие системные ошибки могли привести к таким неприятностям последних десятилетий царской власти, как крушение царского поезда в 1888 году, трагедия на Ходынском поле, неоправданная война с Японией, первая русская революция, расстрелы рабочих демонстраций на Путивльском заводе и на Ленских приисках... Но нет, зачем же, ведь это просто отдельные эксцессы, а видеть за ними системную проблему никто не желал. Пройдя через революцию 1905-1907 годов, Россия оказалась в положении, когда вполне можно было встать на путь развития, постепенно эволюционировать в сторону конституционной монархии, но опять же последний император неправильно оценил ситуацию. Петр Столыпин на посту премьер-министра предпринял энергичные реформы, но после его неожиданной гибели в 1911 году о них вскоре забыли, а в правительстве стали сменять друг друга реакционные министры, способные только улыбаться императору, на все лады заверяя в том, что в стране все хорошо. Что же, видимо, Небесная канцелярия отозвала свой мандат.

Тем не менее, этот период породил блестящую плеяду выдающихся юристов, среди которых Павел Новгородцев, Сергей Муромцев, Габриэль Шершеневич, Лев Петражицкий и многие другие. Была проделана значительная работа в плане развития юридического образования, появлялись замечательные теоретические работы по юриспруденции и философии права, известные и в наши дни. В 1906 году Основные государственные законы Российской империи фактически стали первой конституцией, хотя и не были ею в полном смысле (первая собственно конституция вышла в 1918 году в совсем другой стране). В 1909 году появилось Уголовное уложение Российской империи (дальний предок современного Уголовного кодекса Российской Федерации), а вот Гражданское уложение, несмотря на интенсивную работу, в дореволюционный период так и не появилось (первый Гражданский кодекс вышел только в 1922 году уже в совсем другой стране).

Впереди беспросветный период Великой российской революции, которому автор выделил целую отдельную книгу.

Данная же книга стала заметно лучше предыдущих. Она не подросла в объеме, но стала более концентрированной. Подробно анализируются как исторические события периода, так и правовые учения тех лет, о которых крайне интересно читать, особенно об оригинальной психологической теории права Петражицкого (я вполне традиционно ближе к юридическому позитивизму).