Электронная библиотека » Питер Чейни » » онлайн чтение - страница 1

Текст книги "Сети дьявола"


  • Текст добавлен: 12 ноября 2013, 21:01


Автор книги: Питер Чейни


Жанр: Современные детективы, Детективы


сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 1 (всего у книги 9 страниц) [доступный отрывок для чтения: 2 страниц]

Шрифт:
- 100% +

Питер Чейни
Сети дьявола

ПЯТНИЦА

1. Дело в шляпе

Каллаган проснулся и долго лежал с открытыми глазами, разглядывая тени на потолке, которые отбрасывали тлеющие в камине угли.

Во рту пересохло, язык казался распухшим и шершавым. По стеклам окон колотил дождь. Он взглянул на часы. Было уже восемь.

Каллаган встал и направился в ванную, когда зазвонил телефон. Сняв трубку, он узнал голос Эффи Томпсон и хмуро отозвался.

– Ну вот, – обиженно сказала Эффи. – Разве я виновата, что у вас болит голова? Простите за беспокойство, но меня интересует, скоро ли вы придете в контору. Здесь кое-что случилось.

Каллаган облизал пересохшие губы.

– Какого черта ты раньше не позвонила, Эффи?.. Я нахожусь на два этажа выше конторы, неужели трудно было разбудить меня?

– Не смешите меня, – сказала она, – Я звоню без конца, но вы, по-видимому, были в бесчувственном состоянии.

– Я перебрал вчера и сейчас дьявольски плохо себя чувствую, – сказал Каллаган. – Что там стряслось?

– Кое-что по делу Ривертона, – ответила Эффи. – Если вы хотите удержать этих клиентов, то должны что-то делать. Я думаю…

– Я не спрашиваю у тебя совета, – рявкнул Каллаган. – Когда я захочу, чтобы ты вмешивалась в мои дела, обязательно тебе скажу.

– Хорошо, сэр, – холодным тоном Эффи подчеркнула слово «сэр». – Разрешите сообщить вам подробности. Во-первых, я хотела бы заметить, что вас не было здесь два дня. У вас на столе лежит куча корреспонденции, на которую надо отвечать целую неделю. Но это не все. Вам восемь раз звонили из Мэнор-Хауз. Я думаю, полковник должен быть зол на фирму. Еще есть письмо адвокатов Ривертонов, от «Селби, Рокса и Уайта». Прочесть его вам?

– Нет, спасибо, – ответил Каллаган. – Я иду вниз. Что еще?

– Да, приходил владелец кинотеатра. У него работает управляющей женщина. Там обнаружилась недостача, и он хочет, чтобы мы провели расследование. Вы возьмете это дело?

– Ты поинтересовалась, почему он не обращается в полицию?

– Да, – ответила Эффи. – Я думаю, он избегает полиции. Он нервничал, когда говорил об этом деле. Каллаган усмехнулся.

– Ты молодец, Эффи.

Он повесил трубку и направился в ванную, но снова зазвонил телефон. Каллаган, все еще не одетый, с проклятием схватил трубку и услышал знакомый голос с канадским акцентом:

– Хэлло, Слим! Как дела? Это был Келлс.

– Нормально, Монти, – ответил Каллаган. – Едва пришел в себя с похмелья. А что?

– Я разыскал эту юбку. Дамочку Диксон. Ее зовут Азельда Диксон, по прозвищу Качалка. Эта милашка выглядит довольно неплохо, но вид какой-то смертельно усталый.

– Хорошая работа, Монти, – ответил Каллаган. – Она будет говорить?

– Ни в коем случае! Безмолвна, как могила. Я даже не знаю, где она живет. Эту куклу будет нелегко расколоть.

– Все они такие, – сказал Каллаган. – Говорят или слишком много, или ничего.

– Ты прав, старина. Может быть, она клюнет на мое обаяние. Если нет, придумаю что-нибудь другое. До встречи.

Каллаган с облегчением повесил трубку.

Каллаган был широкоплечий мужчина средних лет, ростом метр семьдесят восемь. Длинные руки, худое лицо с выдающимися скулами, решительный подбородок, уши, словно приклеенные к голове, глаза неопределенного голубого цвета, черные непокорные волосы. Женщинам нравились очертания его рта. Он производил впечатление человека решительного и обладающего склонностью к «черному» юмору.

Одевшись, он спустился в контору, расположенную двумя этажами ниже.


***

Эффи Томпсон сидела у раскрытого шкафа. Она была среднего роста, хорошо сложена. Рыжие волосы, зеленые глаза. Одежда сидела на ней прекрасно. Эффи выглядела одновременно щеголеватой и деловой.

Каллаган сел за большой стол и начал распечатывать конверт с фирменным знаком компании «Селби, Роке и Уайт». Он стал читать письмо:

+++

"Дорогой мистер Каллаган!

Мы получили указания полковника Ривертона, который в настоящее время серьезно болен, о чем мы очень сожалеем, снова написать Вам о деле его сына, мистера Уилфрида Юстеса Ривертона.

Уже прошло восемь недель с тех пор, как наш клиент поручил Вам выяснить местонахождение его сына, образ его жизни, имена его друзей и, если возможно, некоторые данные относительно тех больших сумм, которые мистер Уилфрид Ривертон потратил или проиграл.

Мы надеемся, что Вы будете в состоянии через несколько дней представить предварительный отчет. В связи с этим напоминаем Вам, что плата в размере ста фунтов в неделю, являющаяся, по нашему мнению, очень щедрой, должна быть гарантией того, что Вы добьетесь быстрых результатов."

+++

Каллаган беззвучно выругался и нажал кнопку звонка. Вошла Эффи с раскрытым блокнотом. – Напиши этим людям, что их письмо получено, и сообщи, что, если им не нравится мой способ ведения дел, они могут поискать кого-либо другого. Подпиши от моего имени. Он кинул ей письмо через стол.

– Вы собирались сегодня вечером пообедать с Хуанитой, – сказала она, поджав губы, – Мне позвонить или вы сами это сделаете?

– Напиши письмо и иди домой. Я сам позвоню. Минут пять спустя Каллаган услышал, как за секретаршей захлопнулась дверь. Он снял трубку и набрал номер.

– Хэлло, Хуанита, – сказал он. – Прости, но я не могу сегодня пообедать с тобой. Я занят… Да, дела… Да… Завтра позвоню.

Каллаган положил трубку, потом нагнулся и достал из нижнего ящика стола бутылку ржаного виски. Вытащив пробку, он начал пить прямо из горлышка. Потом убрал виски на место и из другого ящика достал маузер. Посмотрев на него с минуту, положил оружие назад. Затем выключил свет, прошелся по конторе, запер двери. Лифт опустил его вниз. Он подождал такси на Беркли-сквер и сел в машину.

– К Джо Мартинелли, – сказал он шоферу, – и побыстрей.


***

Каллаган стоял в конце длинного коридора, который тянулся от самого входа, и разглядывал заведение Джо Мартинелли. Густой табачный дым висел под потолком. Ряды, возвышающиеся ярусами вокруг ринга, были забиты в основном мужчинами. Одна или две женщины, очевидно знакомые боксеров, сидели возле ринга, где два легковеса лениво дубасили друг друга.

Каллаган не спеша обогнул ринг и проследовал в личный бар Джо Мартинелли.

Здесь пахло табачным дымом и потом. Облокотясь на стойку бара, о чем-то спорили несколько человек. Среди них сыщик узнал Джилла Чарльстона. Высокий, элегантный, одетый в хороший костюм и дорогое белье, он сразу бросался в глаза.

Чарльстон обернулся и увидел Каллагана.

– Привет, старый конокрад! – воскликнул он. – Как дела? Твои клиенты еще не разбежались?

– Джилл, – не отвечая на вопрос, сказал Каллаган, – у меня маленькие неприятности, и я хочу открыть карты. Может быть, ты сможешь мне помочь… Речь идет об Уилфриде Ривертоне по прозвищу Простак.

Чарльстон кивнул.

– Валяй дальше, Слим.

– Его семья вцепилась в меня, как бульдог, – продолжал Каллаган. – Старик-полковник серьезно болен, он беспокоится за беспутного сыночка. Я получаю сотню в неделю, чтобы выяснить, где его малыш тратит семейные деньги, кто эти женщины, а если их нет, то где эта рулетка или что-то иное… Простак тащит деньги у старика Ривертона. Я пока ничего не могу поделать.

Чарльстон кивнул.

– Как ты начал игру, Слим?

– Мы использовали обычные способы, – сказал Каллаган. – Я обшарил в Лондоне все злачные места для высшего, среднего и низших слоев. Пока ничего. Кто-то подцепил малыша на крючок и заставляет молчать.

Чарльстон закурил.

– Есть некий Рафано, – сказал он. – Этот парень изворотлив, как пара штопоров сразу. Он продает все. У него где-то в провинции яхта, и я слышал, что на ней идет игра. У него, конечно, есть и другие интересы. У него есть пара притонов под Лондоном, в которых очаровательные девушки имеют не менее очаровательные привычки выуживать деньги из ребят, которым повезло. Он полуамериканец, полуйтальянец и опасен чрезвычайно.

Каллаган выпустил дым из ноздрей.

– Спасибо, Джилл, – сказал он. – Когда-нибудь я тебе тоже помогу. – Помолчав, он поинтересовался:

– Ты знал, что я занимаюсь Простаком?

Чарльстон захохотал.

– Да об этом все знают! Во всяком случае, кто не дурак заработать. Я считаю, что все они имеют виды на Ривертона и потому не хотят тебя впускать в это дело. – Он помолчал и уставился на кончик сигареты. – Послушай, Слим, ты сказал, что поможешь мне.

Каллаган посмотрел на него и улыбнулся.

– Я сделаю для тебя все, Джилл, – мягко сказал он. – В чем дело?

– Хуанита… – начал Чарльстон. – Я без ума от нее. Я никогда еще не любил так ни одну женщину в жизни. Я отдал бы за нее все.

Каллаган закурил другую сигарету.

– Спасибо за намек насчет Рафано.

– Это тот, кого ты ищешь. Я слышал, что Рафано вытянул у Ривертона тысячи и хочет еще. Но осторожнее, Слим… У Рафано много крутых ребят…

– Значит, он грубо работает?

– Очень. Посмотри сегодня на ринг и тебе станет все ясно. Попробуй только поставь на черномазого.., и ты увидишь. Исход поединка предрешен: Рафано положит этот бой в карман.

– Как, это уже решено, Джилл? Чарльстон кивнул.

– Лонни – белый парень – мог бы убить этого ниггера, если бы захотел. Но ему ведено лечь в третьем раунде, и он сделает это. Он сделает это потому, что получит сотню, а это легкие деньги. Все умные ребята это знают.

Каллаган понимающе кивнул.

– И я полагаю, что Простак поставил на Лонни. Рафано намекнул ему, и он считает, что выиграет.

– Откуда вылупился этот парень, Джилл? Чарльстон пожал плечами.

– Он никого не подпускает к себе. Держится в, тени. Если дела идут хорошо, его и не видно. Мне кажется, он живет где-то в пригороде.

– Понимаю. Он появляется, когда дела идут плохо. Спасибо за информацию. – Он усмехнулся, – Я не забуду о Хуаните. Попробую ее заинтересовать тобой. До свидания, Джилл.

Каллаган решительно направился к раздевалкам.

– Хэлло, Лонни! – приветствовал он боксера, который готовился к выходу на ринг. – Как дела? Откровенно говоря, ты не выглядишь счастливчиком.

– Здравствуйте, мистер Каллаган. У меня пока все в порядке.

– Это хорошо.

Каллаган улыбнулся, обнажая белые зубы. Потом достал из кармана золотой портсигар и закурил. Он делал все это очень медленно и наблюдал за боксером.

– У меня в кармане лежит десятифунтовая бумажка, которая хочет, чтобы ты уложил ниггера, – мягко сказал он.

– Я себя плохо чувствую, мистер Каллаган, – после паузы сказал Лонни. – Видимо, перетренировался. Каллаган улыбнулся.

– Я хочу сделать тебе предложение. Ты выйдешь на ринг и нокаутируешь этого ниггера. Ты знаешь, что сумеешь сделать это. Ты получишь весь выигрыш. Он составляет пятьдесят фунтов. А завтра утром из моей конторы ты получишь эту сотню. Итого у тебя будет сто пятьдесят вместо сотни, которую Рафано хочет заплатить тебе. Кроме того, ты станешь чемпионом. Ну, как?

Лонни посмотрел на дверь. В глазах его отразился явный испуг.

– Это не так просто, – сказал он, – Если я обману его и выиграю эту встречу, что Рафано сделает со мной?.. Кто-нибудь подкараулит меня ночью с бритвой, а мне нравится мое лицо в таком виде, как сейчас.

Каллаган улыбнулся.

– Я бы не стал на твоем месте беспокоиться об этом, Лонни. Я же тебе сказал, что теперь присмотрю за Рафано.

Боксер поднял руки.

– Хорошо, мистер Каллаган. – Я выиграю эту встречу. Я могу этого ниггера уложить в любой момент, выиграю и получу вашу сотню. Я на вашей стороне, но не хочу неприятностей.

– Положи его в первом раунде, – сказал Каллаган и вернулся в зал, чтобы досмотреть бой легковесов.

На скамье перед ним сидели трое мужчин, которые во всю дымили сигаретами и рассказывали сальные анекдоты. Каллаган тронул за плечо одного из них.

– Никто из вас не хочет держать пари за Лонни? – спросил он. Мужчины переглянулись. Один из них с морщинистым лицом и азиатским разрезом глаз, с изумлением уставился на Каллагана:

– Вы хотите поставить на Лонни?

– А почему бы и нет? По-моему, он не выглядит слабаком.

– Идет, – согласился азиат. – Ставлю сто фунтов против ваших трехсот. И если выиграю, то хочу получить расчет тут же, на месте.

Через пять минут после того, как Лонни нокаутировал соперника, Каллаган стоял в коридоре, ведущем к раздевалкам, курил сигарету, прислонившись к стене. Он выпрямился, когда с ним поравнялся азиат, и загородил ему дорогу.

Тот нехотя полез в карман, достал бумажник и начал отсчитывать деньги.

– Вы хорошо заработали, Каллаган, – ухмыльнулся он, – Надеюсь, выигрыш принесет вам удачу. А теперь пропустите меня. Я хочу поговорить с Лонни. Кто-то научил этого парня быть умным.

Каллаган не двинулся с места.

– Послушайте, – сказал он, – вы мне кажетесь неглупым человеком. Я дам вам совет: идите домой. Вам просто показалось, что вы хотите поговорить с ним.

Азиат ничего не ответил. Подошли двое его дружков.

Каллаган повысил голос:

– Ребята, вы должны поговорить с Джейком, – сказал он. – Кто-то должен убедить Рафано, что люди стали понимать, что к чему. Я думаю, он потерял свою хватку. – Он дружелюбно улыбнулся. – Конечно, он огорчится, когда узнает, что Лонни решил выиграть этот бой. Похоже, Рафано придется заплатить Ривертону для разнообразия. Для него это будет новым переживанием.

– Думаете, вы умнее всех, Каллаган? – с угрозой спросил мужчина с выступающим кадыком. – Дождетесь, что мы разделаемся с вами.

Каллаган улыбнулся, оскалив зубы, и наотмашь ударил человека с кадыком. Тот рухнул, как подкошенный. Каллаган продолжал улыбаться.

– Только попробуйте заварить кашу, – сказал он, обращаясь к двум другим. – Через полчаса я сделаю с вами все, что захочу. Другое дело, если этот надутый пузырь Рафано захочет повидаться со мной. Я полагаю, он посещает клуб Парлор. Я буду там.

Все молчали. В этот момент в коридоре появился Джо Мартинелли. На лбу у него блестели капли пота.

– Джо, – сказал Каллаган. – Я иду в Парлор. Может быть, у меня будет небольшой разговор с Рафано. Я хочу, чтобы ты присмотрел за Лонни, пусть он спокойно доберется до дому. Ты отвечаешь за него, Джо, ясно?..

Мартинелли вытер лоб и шею платком.

– Не дури, Слим, – сказал он, – Все в порядке. Я рад, что Лонни выиграл.

Каллаган засмеялся. Человек с кадыком медленно поднялся с пола и медленно прислонился к стене. Узкая струйка крови стекала по его подбородку на белую рубашку.

– Спокойной ночи, ребята! – бросил Каллаган, направляясь к выходу.

2. Будь милым с женщиной

Было без двадцати одиннадцать. Каллаган остановил такси на Риджент-стрит и направился в Парлор-клуб.

Парлор-клуб – прекрасное место для тех, кому оно нравится. Им руководил метис по имени Кеннуэй, которому удалось удрать от полиции в Америке, добраться до Франции, а из Франции на моторной лодке добраться до Димчерта, избежав обычных таможенных формальностей.

Рафано сидел за маленьким столом в нише на дальнем от бара конце зала. Он был один.

Каллаган взял в баре двойное виски, со стаканом в руке подошел к нише и сел за стол.

– Как дела? – поинтересовался он.

Рафано рассмеялся. Это был невысокий, коренастый человек с иссиня-черными волосами, густыми бровями и приятным выражением лица. Одет он был великолепно, но чересчур увешан драгоценностями.

– Привет, Каллаган, – сказал он, перестав улыбаться, – Рад вас видеть. Мне нравятся парни вроде вас. Когда мои мальчики сказали, что вы перешли мне дорогу с этой встречей у Джо Мартинелли, меня это только позабавило. Я думаю, вы умный парень.

Он придвинул поближе фужер и съел ложечку взбитых сливок.

– Рад встретиться с вами, Каллаган, – сказал Рафано, – И что же мы с вами предпримем дальше? Каллаган выпил виски.

– Послушайте, Рафано, – сказал он. – Не ошибитесь насчет меня. Я не боюсь неприятностей, но и не избегаю их…

Рафано поднял брови.

– Неужели? – ухмыльнулся он.

– Можете быть уверены, – спокойно ответил Каллаган. На его лице было выражение искренности, которое он обычно принимал, когда собирался солгать.

– Я дам вам совет, Джейк. И если вы тот парень, которым я вас считаю, вы к нему прислушаетесь.

– О'кей, – сказал Рафано. – Ну, я слушаю. Он откусил и сплюнул кончик сигары.

– Вы так же хорошо, как и я, знаете, что частные детективы в этой стране не могут позволить себе попадать в неприятные ситуации. В Америке частный детектив может делать все что угодно, и с ним считаются, но здесь нет ничего подобного. Поэтому я открываю свои карты.

Рафано молча слушал.

– Возможно, вам известно, что я работаю по делу Ривертона, – продолжал Каллаган. – Старик, полковник Ривертон, платит мне сотню, чтобы получать сведения об Уилфриде. Нужны сведения, а их у нас нет. Факт, что этот парень сам скрылся, никого не касается. Я пытаюсь сделать все, что могу. Две или три недели тому назад мне в голову пришла идея, что здесь замешан некто, достаточно умный, имеющий деньги и влияние, чтобы месяцами изолировать ребят и девчонок. Сегодня вечером я узнал, кто этот некто. Я имею в виду вас.

Рафано молча дымил сигарой.

– Очень плохо, – наконец, выдавил он из себя. – А где вы все это узнали, Каллаган?

– О, в одном месте, – сказал сыщик. – Теперь вы знаете, почему я заставил Лонни победить сегодня вечером. Я знал, что если вам кто-либо перейдет дорогу, вы обязательно захотите с ним поговорить. Я знаю, что если вы захотите поговорить, то разговор будет серьезным. Ну, и вы быстренько оказались здесь. Раз вы пришли, значит, захотели поговорить со мной и будете разговаривать серьезно, и я знаю, почему.

Рафано перестал жевать сигару.

– Ну, разве вы не умный парень? И что за причина?

– Вы боитесь, – ответил Каллаган. – А почему? Потому что это не Америка. Держу пари, вы сейчас думаете о том, как выбраться из этой страны, вы знаете, что здесь очень эффективная полиция и подкупить ее не удастся.

Рафано задумчиво улыбнулся.

– Вы уже говорили это.

– Ну что ж, встаньте на мое место, – сказал Каллаган. – Я многого не знаю, но я знаю достаточно, чтобы сообщить своим клиентам, что слышал о вашем игорном синдикате, ответственном за все деньги, которые спустил Простак.

Рафано молчал.

– Это все, что я могу сказать. Я могу, конечно, кое-что предполагать. Например, что прежде чем обобрать парня, вы споили его, и что вы использовали одну или двух хорошеньких женщин. Но это только догадка. Допустим, что я посвящу в эту тайну адвоката Ривертонов. Что последует за этим, вы сами знаете.

Рафано кивнул.

– Копы, – сказал он.

– Точно, – отозвался Каллаган. – Как только юристы получат мой отчет, они тут же свяжутся со Скотланд-Ярдом, а вы не должны забывать, что семья Ривертонов пользуется большим влиянием. Вы знаете, чем это пахнет, Джейк. В лучшем случае вас отправят обратно в Штаты, а агент Скотланд-Ярда будет с берега махать вам ручкой… Вы вернетесь в Штаты в неподходящий момент.

Он выдержал паузу.

– Возможно, сейчас вам не очень хочется назад в Америку. Мне говорили, что агенты ФБР сейчас работают гораздо лучше, чем раньше.

Рафано выпустил струю дыма.

– Вы хитрый ублюдок, – сказал он. – Вы перебежали мне дорогу в первоклассном деле, которое было у меня в шляпе. Это дело стоило мне нескольких тысяч, а теперь вы явились сюда и даете советы. Если бы это было в Чикаго в старые добрые времена…

– Я знаю, – Каллаган улыбнулся, – Меня бы повезли покататься, и от меня остался бы один пепел. Но здесь не Чикаго, Джейк. Вероятно, вы хотите знать, почему я так любезен с вами и даю вам советы… Я скажу. Допустим, что я сообщу юристам. Допустим. Моя сотня прекратит существование, а я не хочу отказываться от гонорара. Мой отчет означает, что я остановился, и в игру вступила полиция. Рафано кивнул.

– И что же? – спросил он.

– Ну, я и подумал, – Каллаган улыбнулся, – что мы сумеем разыграть эту комбинацию. Скажем, вы отпустите Простака. Оставьте его в покое на несколько недель. Пусть я его найду. Я смогу таким образом продержаться пару месяцев… Получу тысячу фунтов, а вы избежите неприятностей.

Рафано погасил сигару. Он махнул рукой официанту и заказал два двойных виски с содовой. Когда они выпили, Рафано придвинулся к Каллагану.

– Я подумаю, – сказал он.

Каллаган встал.

– Подумайте хорошенько, Джейк. И сделайте, как я говорю. И еще одно. Насчет Лонни. Он прекрасный парень. Я думаю, он еще будет хорошим боксером, и мне неприятно думать, что кто-либо, расстроенный потерей денег, попытается навредить ему. Вы знаете, о чем я говорю. Если с ним что-нибудь случится, я могу подумать, что в этом замешаны вы. А если я так подумаю, то я найду способ запутать вас в это дело, Джейк. Рафано посмотрел на него и улыбнулся:

– – Я не сделаю ничего подобного, Каллаган. Он достал сигару из кармана и протянул ее сыщику.

– Нет, спасибо, – отказался Каллаган. – Спокойной ночи, Джейк.


***

Каллаган покинул клуб и дошел до телефонной будки на Корк-стрит. Он взглянул на часы и позвонил в отель «Чартрес», назвал номер приемной миссис Ривертон и попросил передать, что мистер Каллаган придет в четверть двенадцатого… Затем он направился к отелю.

Лифт поднял его на второй этаж. Портье распахнул дверь и Каллаган вошел в номер. У камина стояла женщина. Он представился с подчеркнутой учтивостью:

– Я – Каллаган. Пришел в этот дом, чтобы повидаться с миссис Ривертон.

– Я – миссис Ривертон, – сказала она. Каллаган поднял брови.

– Вас это, кажется, несколько удивляет, – заметила она холодно.

Каллаган продолжал рассматривать ее. Прикусив нижнюю губу, он в этот момент, думал о чудесах, которые еще встречаются на свете. Например, как у Ривертона, шестидесятилетнего, седого, скучного старика – могла быть такая жена.

Ей было, судя по всему, около тридцати лет. У нее были черные, как смоль, волосы и темные серьезные глаза, красивый овал лица. Каллаган, который любил подбирать точные штрихи для описания словесного портрета, добавил про себя, что у нее трепетный рот.

Каллаган обожал женщин. Особенно таких, которые умеют себя держать, знают, как двигаться, одеваться, короче – прекрасных женщин. Он верил, что быть женщиной – это бизнес, а если вы занимаетесь бизнесом, то, черт возьми, надо выкладываться до конца.

Он был заинтригован необычным, непонятным, каким-то колдовским излучением, которое исходило от этой женщины.

«Она красива.., – думал он, – породиста.., а порода означает очень многое – и хорошее, и плохое: своенравие и особенно беспокойный характер. Таких надо крепко держать в руках, иначе вам крышка».

Он молча стоял перед ней, держа в руках шляпу, и слабая улыбка играла на его губах.

– Мистер Каллаган, – сказала она. – Я вижу, вы чем-то удивлены. Каллаган положил шляпу на стул и улыбнулся.

– Жизнь может быть очень забавной, – сказал он. – Я ожидал увидеть пожилую даму. Видите ли, я встречался с полковником, когда мы договаривались об этой работе, и думал, что жена такого пожилого джентльмена должна быть примерно его возраста. Я не предполагал увидеть такую женщину, как вы.

– Надеюсь, вы довольны своим осмотром? – спросила она, вскинув брови. – Не ожидала увидеть вас сегодня, поэтому распорядилась, чтобы вас просили позвонить мне. Но это, возможно, к лучшему, что вы пришли. Я хочу поговорить с вами.

Каллаган учтиво кивнул. Холодна, как лед, подумал он, и груба, как черт. Но продолжал улыбаться.

– Вы не возражаете, если я закурю? – спросил он.

– Пожалуйста, – холодно разрешила она. – Садитесь, курите.

Сыщик отошел от двери и встал у камина рядом с миссис Ривертон.

– Я постою, если вы не возражаете, – сказал он. – По крайней мере, пока стоите вы. Это не столько хорошие манеры, сколько психология.

Его улыбка стала еще шире.

– Мне всегда нравится, чтобы люди, которым я делаю выговор, сидели, пока я стою. Это усугубляет их комплекс неполноценности.

Она покраснела, и не шевельнулась.

– Не думаю, мистер Каллаган, что хочу обсудить с вами комплекс неполноценности. Я хочу поговорить с вами о моем пасынке. Тот факт, что он мой пасынок, возможно, объяснит вам, почему я не старая дама. Я – вторая жена полковника Ривертона, гораздо моложе полковника и по возрасту ближе к возрасту его сына. Но считаю, что об этом хватит… Мой муж серьезно болен. Вряд ли это вас взволнует, но за последние шесть или семь недель ему стало значительно хуже. Причина ясна. Полковник до смерти беспокоится за сына.

Она выдержала паузу.

– До последнего времени я не вмешивалась в эти дела. Во-первых, потому, что юристы моего мужа очень квалифицированны, а во-вторых, потому, что я верила, что любая фирма, нанятая ими, также заслуживает доверия. За последние шесть месяцев мой пасынок истратил около ста тысяч фунтов. Думаю, это слишком большая сумма, чтобы ее можно было проиграть. Да, мистер Каллаган, это очень большая сумма. А некоторые люди, которые выигрывают деньги у слабого, глупого и нерешительного двадцатичетырехлетнего юнца, вряд ли держат эту информацию при себе, Я полагаю, что детектив за две или три недели может найти этих людей и сообщить моему мужу.

Каллаган молчал.

– Ну, мистер Каллаган?

Каллаган открыл портсигар и достал сигарету. Закурил и задумчиво посмотрел на нее.

– А что я должен сказать, мадам? – спросил он.

– Вы полагаете, что некие жестокие люди вытягивают из вашего пасынка деньги. Предположим. Вы сказали, что он слаб, глуп и нерешителен. Позвольте сказать вам вот что. Откуда вы знаете, что он сам чист, как стеклышко?

Сыщик ждал ответа. Миссис Ривертон молча стояла, опираясь рукой на каминную полку. Каллаган подумал, что она смотрит на него с определенным любопытством, как будто он был для нее новым видом животного. Ее глаза, – теперь он видел, что они не черные, а голубые, – твердо смотрели на него.

– Я не дурак, – сказал Каллаган. – Когда хорошая юридическая фирма, представляющая хорошую семью, приходит ко мне с подобным делом, я спрашиваю себя, почему они не обращаются в Скотланд-Ярд. И я знаю ответ. Потому что они не вполне уверены в том, что происходит. Точно так же вы не вполне уверены, что ваш дорогой пасынок, мистер Уилфрид Юстес Ривертон, чист в этом деле. Кроме того, что значат ваши сто фунтов в неделю по сравнению с размерами ваших убытков.

– Я думаю, что сто фунтов в неделю – это крупная сумма, мистер Каллаган, – сказала она. – Слишком большая для дерзкого детектива. Каллаган усмехнулся.

– Успокойтесь, мадам, – сказал он. – Ничего хорошего не будет, если мы с вами выйдем из себя. Вы знаете, – голос его был спокоен, как обычно, – я люблю женщин с темпераментом.

– Меня не интересует, каких женщин вы любите, – холодно произнесла она. – Я хочу, чтобы мы хорошо поняли друг друга.

Она подошла к дивану и села.

«Она двигается, как королева», – подумал Каллаган. Ему было приятно наблюдать за ней.

– Вы уже знаете, что мой муж серьезно болен, а пока он продолжает волноваться за Уилфрида, на улучшение надежды нет, – сказала она. – Я не знаю, говорил ли вам мистер Селби, что всего через год, в день своего двадцатишестилетия, мой пасынок унаследует двести тысяч фунтов. До этого времени отец является его опекуном и может более или менее контролировать его расходы. Он может, если сочтет это нужным, назначить другого опекуна. Муж хочет передать дела мне, поскольку полагает, что Проживет недолго. Если Уилфрид решительно не изменит образ жизни, ему нельзя позволить распоряжаться деньгами. Вы понимаете, мистер Каллаган?

Сыщик кивнул.

– Я не хочу заниматься опекунством, – продолжала она. – Мачехи и отчимы непопулярны в качестве опекунов. Я не очень уважаю своего пасынка и не хочу иметь никакого отношения к его делам. Я бы предпочла, чтобы ваша фирма побыстрее закончила дело, пока у мужа достаточно сил, чтобы самостоятельно принимать решения. Юристы были предупреждены и должны были обычным порядком проинформировать вас, но последние два дня вас невозможно было разыскать. Надеюсь, я имею право знать ваши планы? Вы понимаете, мистер Каллаган?

Каллаган кивнул. Его глаза блуждали по комнате, он с одобрением разглядывал лежащую в кресле черную сумочку с блестящими ицициалами Т.Р.", черные перчатки, роскошное пальто из оцелота. «Прекрасная одежда», – подумал он и задумался, какое имя скрывается за буквой "Т".

– Я понимаю, миссис Ривертон, – сказал он. – По крайней мере, я понял, что вы сказали. Простите, что вы не могли застать меня в конторе, но, видите ли, я часто отсутствую… – он посмотрел на нее и улыбнулся. – Фактически я был на деле. Но, возможно, вы не знаете, что это значит.

Он швырнул сигарету в камин, встал и подошел к креслу, где лежала его шляпа.

– Все абсолютно ясно, миссис Ривертон, – сказал он и загадочно улыбнулся. – Возможно, вас это позабавило, но я не обижаюсь. Я не понравился вам и не могу сказать, что вы очень понравились мне. Но пока это дело поручено мне, я буду выполнять указания полковника Ривертона или его юристов.

Ее глаза вспыхнули. Каллаган с усмешкой заметил, что губы ее дрожали. Она была очень раздражена.

– Понимаю, мистер Каллаган, – сказала она, – Тогда, мне кажется, я могу вам обещать, что завтра вы получите от моего мужа или от его юристов указание о прекращении вашего участия в расследовании этого дела.

Каллаган пожал плечами.

– Не думаю так, мадам, – сказал он. – Полагаю, что вы опять не правы, но я не стану удовлетворять ваше любопытство объяснением причин. Селби, Роке и компания знают, что в Лондоне я самый лучший частный детектив. Возможно, вам это неизвестно, и думаю, что вы вообще не слишком разбираетесь в делах.

Он взял шляпу и направился к двери. На пороге сыщик задержался.

– Вы читали историю французской революции, мадам? – спросил он. – Там есть одна женщина, которая, я бы сказал, была очень похожа на вас. У нее было все, и она имела чертовскую власть. Когда ей сказали, что люди голодают и у них нет хлеба, она сказала: «Почему же они не едят пирожные?». Американцы называют таких чокнутыми… Спокойной ночи, мадам.

Каллаган немного постоял у дверей отеля, потом взглянул на часы. Было без четверти двенадцать. Он медленно пошел через Найтбридх к площади Пикадилли. Закурил сигарету и начал размышлять о деле. Прежде всего он подумал о миссис Ривертон. Каллаган решил, что с ней трудно иметь дело. Его удивляло, почему полковник Ривертон женился на женщине почти на тридцать лет моложе. По какой-то причине он вскоре перестал думать о разнице возрастов и переключился на размышления о физических достоинствах миссис Ривертон.

Определенно в ней что-то есть, думал Каллаган. Она стоит и двигается так, как должна стоять и двигаться женщина. Посадка головы почти императорская. Бессознательная чувственность проявляется почти во всем. Даже блеск глаз, когда она рассердилась, заинтриговал Каллагана.

И она умела носить одежду. Он вспомнил ее шикарную вечернюю сумочку с инициалами из бриллиантов и пальто из оцелота…

В этом пальто было какое-то несоответствие. Каллаган подумал, что женщина в таком вечернем туалете, как миссис Ривертон, не должна надевать такое пальто. Наверное, она вела машину, когда ехала в город. Он усмехнулся, представив ее за рулем машины, которую она гнала в город с единственной целью – сказать ему, что она о нем думает.


Страницы книги >> 1 2 | Следующая
  • 0 Оценок: 0

Правообладателям!

Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?


Популярные книги за неделю


Рекомендации