Читать книгу "Цвет тишины"

Я увидела Пауэлла – он с остальными и с… Джеком стоял слева, не подходя ближе. Справа – отряд Джейса Уайта, которого я не видела бог знает сколько времени. Но он, похоже, оставался все таким же крутым. Я бы вышла и поздоровалась, если бы смогла взять себя в руки, перестать улыбаться и дергаться от прилива адреналина. Еще три отряда я тоже встречала в тренировочном зале. Все эти люди были лучшими охотниками. Мастерами своего дела.

И еще три джипа я, конечно, тоже узнала. Они принадлежали Трою, Пирсу и мистеру Блэку.

И последний устало направился ко мне. А я не выходила из «феррари». Даже окна не опустила. Так и продолжала сидеть, сжимать руль и улыбаться.

Черт… Это было весело и невероятно круто!

Блэк, наверное, теперь навечно запрет меня в своем доме или в изоляторе, но оно того стоило. Я почувствовала лето, я почувствовала жизнь! Ради этого я бы повторила… все повторила.

Мистер Блэк постучал в окно. Я опустила стекло, пытаясь не рассмеяться, как истеричка. Блэк наклонился, чтобы посмотреть на мое лицо, а я плотно сжала губы, очень стараясь не заржать.

– Повеселились? – равнодушно спросил он, но вроде не злобно.

– Вполне, спасибо, – буркнула я, и все же улыбка со смешком вырвались наружу.

Боже, я даже не представляла, на что было похоже мое лицо. Наверняка вылитая истеричка, хохочущая как обезьяна!

– Вы смеетесь, – констатировал Блэк с непроницаемым выражением лица.

– Простите! – Я пыталась перестать улыбаться, но не выходило. – Не могу остановиться!

Я смеялась и смеялась, прикрывая рот рукой, а Блэк с интересом смотрел на меня.

– Впервые слышу ваш смех за последние два месяца, мисс Ройс, – сказал он, и это почему-то заставило меня стать серьезной.

Он был прав. Я почти не улыбалась искренне за все это время и ни разу не смеялась, кроме тех моментов, когда случались припадки.

Промолчав, я отвернулась и провела рукой по кожаному рулю.

– Как вам машина? – спросил Блэк.

– Предел мечтаний! – Я скромно улыбнулась, прекрасно понимая, что ждет меня дальше. Наказание. Суровое.

– В городе только особо не разгонишься, верно?

Я кивнула и снова улыбнулась, поглаживая руль. «Феррари». Я влюбилась в него и запомню навсегда. Вероятно, уже через тридцать минут я буду сидеть в изоляторе или спать на пороге холла в доме Блэка под наркозом.

– Там Джек стоит. Не хотите поговорить с ним? – вдруг спросил Блэк, и я сразу помотала головой. Я не могла его сейчас видеть. Не хотела.

– Что ж… – туманно протянул Блэк, стерев с моей щеки одинокую слезинку. – Трой. Пирс, – позвал он.

Я взялась за ручку двери. Пора вылезать из этой шедевральной тачки. Сейчас меня скрутят и увезут на каком-нибудь джипе.

Но Блэк придержал мою дверь, не позволив ей открыться. Через секунду его заместители выросли сбоку, и он равнодушно приказал им:

– Покажите мисс Ройс аэродром.

Я удивленно глянула на него, но Блэк уже шел к блокпосту.

– Двигай назад! – приказал Трой, открыв водительскую дверь.

Я повиновалась и перебралась на заднее сиденье, когда Трой сел за руль, а Пирс опустился рядом. Трой завел машину и медленно подъехал к воротам, у которых стоял Блэк. Он что-то приказал, и ворота открылись.

Мотор довольно взревел, и мы помчались прочь из Гроджтауна. Откинувшись на спинку, я улыбнулась, хотя из глаз потекли слезы. Сама не знала почему.

* * *

Этот день я запомню навсегда. Он был одним из самых счастливых в моей жизни… хотя на самом деле я и не помнила других счастливых дней.

Когда мы ехали вдоль леса, я открыла окно и высунула голову наружу, как собака. Оставалось только вывалить язык, чтобы он болтался по ветру. Я вдыхала чистейший воздух. Кислород. Настоящий, а не переработанный кондиционерами. Такой чистый и живой. И запах леса. И запах лета.

Мы подъехали к какой-то круто охраняемой территории, и нас сразу пустили внутрь. Пирс вышел из машины, поздоровался с охраной и что-то подписал. Вскоре мне открылся вид на огромные амбары, вертолеты и даже самолет. Я никогда не видела его. Вау! Гигантская стальная птица!

Трой остановился на какой-то длинной ровной дороге. Видимо, это была взлетная полоса. В фильмах я видела такие. Когда они с Пирсом вылезли из авто, я пересела вперед и с разрешения Троя рванула вперед. Он лишь успел предупредить, чтобы я не вре́залась в ограждения, но я таких даже не видела. Этот аэродром был гигантским. Размером с город, наверное.

Я ездила и ездила по ровному асфальту, но когда увидела, что Трой машет мне, подъехала к ним с Пирсом. Они стояли у какой-то кабинки, и Трой сказал:

– Давай покажу, как нужно управлять этой деткой!

Я с готовностью пересела на пассажирское, а он занял мое место.

Пирс лишь успел бросить:

– Аккуратно, Трой! Угробишь тачку, и Блэк угробит тебя!

И мы рванули вперед по бесконечной дороге, которая уходила далеко за горизонт. Я визжала, как самая ненормальная девчонка в мире! Трой ТАКОЕ выделывал, что я лишь успевала хвататься за ручки и сиденье, чтобы меня не швыряло по всему салону.

ЭТО БЫЛО КРУТО!

Мы провели на аэродроме несколько часов. Когда Трой сказал, что бензина хватит лишь на обратную дорогу, мы захватили Пирса и помчали в Гроджтаун.

Они вернули нас с «феррари» домой. И снова заперли, но перед этим поставили какое-то электронное устройство на кодовый замок гаража. Эта штука полностью накрыла кнопки и могла открыться только с помощью отпечатков.

Вот и все. Я вернулась.

Мелисса кричала так сильно, что уши заложило. А док ни слова не сказал. Мне даже показалось, что он улыбнулся пару раз, но все же держал оборону и бо́льшую часть времени грозно взирал на меня.

Блэк так и не вернулся.

Я легла спать. И ни одного кошмара мне сегодня не приснилось.

* * *

Когда проснулась на следующее утро, то поняла две вещи. Во-первых, я была полна энергии и веселья. Я нормально выспалась, проснулась где-то ближе к обеду и чувствовала себя лучше, чем когда-либо за последнее время. Во-вторых, мистер Блэк был дома. Док сказал, что он пришел пару часов назад и сразу ушел спать. Поэтому до ужина мы втроем ходили на цыпочках, чтобы не создавать лишнего шума. Я даже телевизор смотрела на самой минимальной громкости.

Сходила в бассейн, а когда вернулась, узнала, что Блэк уже ушел. Мы так и не обсудили то, что я натворила. Но ничего. Видимо, поговорим, когда он вернется. Этого разговора мне точно не избежать, да я и не пыталась.

Писем сегодня не было. Док ничего не принес, но заверил, что все в порядке. Хотя, если бы он даже принес письмо от Джека, я бы не стала его читать. Предатель! Променял меня на уютную жизнь!

«Но это же логично…» – тихонько сказал Дэйтон в мыслях.

Конечно, я знала, что он прав. Сама два месяца провела в заточении и была готова пообещать что угодно и кому угодно, лишь бы выйти на свободу! Так что на Джека я злилась чисто из принципа. И даже была отчасти рада, что он теперь свободен и занимается полезным делом. Только вот эти мысли сопровождались немыслимыми болью и обидой. У меня вообще никого не осталось в этом мире. Только папа.

Ужин был вкусным, но странным. Будто Мелисса с доктором что-то замышляли, но мне не говорили. Хм…

Сенсор на двери пикнул. Значит, Блэк вернулся.

Я села на кухонном стуле вполоборота, ожидая, когда он покажется из холла и наорет на меня… или прижмет мое горло к столу. Одно из двух.

Но в арке появился совсем не тот, кого я ожидала увидеть.

Цербер стоял в холле и настороженно смотрел на меня. В черной одежде охотника и на этот раз без оружия. Видимо, чтобы я не отобрала его – как будто бы я смогла это сделать! Все татуировки были на месте, как и новые повязки на руках. И все такой же серьезный и красивый до чертиков.

Из холла выглянул Трой.

– Док, покажите ему, что надо делать, чтобы выйти.

– Хорошо, – ответил Лорас, который вообще, казалось, не был удивлен появлением незнакомого человека. Как и Мелисса.

Они знали. Их предупредили.

«Поговорим?» – показал Джек, и я слабо кивнула, когда все отличное настроение вмиг улетучилось.

Мы пошли к бассейну, чтобы пообщаться наедине, и когда остались без «надзора», Джек тут же притянул меня к себе и крепко обнял. Я разрыдалась и со всей силы вцепилась в него. От него пахло лесом и исходил такой родной запах… моего Джека.

Подождав, пока мои рыдания стихнут, он опустил меня на край бассейна и сел на небольшом расстоянии. Я молчала.

«Как ты?» – показал он.

– Нормально.

«А если правду?»

Я с упреком посмотрела на него. Неужели сам не понимает, насколько мне хреново?!

Джек, похоже, понял мой ответ и показал: «Я скучал».

– Когда тебя выпустили? – тут же спросила, не желая поддаваться чувствам, ведь я тоже по нему тосковала.

«Неделю назад».

Я округлила глаза.

– Целую неделю! А я только вчера об этом узнала! Как? Почему тебя выпустили? Почему ты не написал мне об этом?

Ответ на последний вопрос был понятен – ему запретили. Это не прошло бы через цензуру Пирса.

Джек вздохнул и долго думал над ответом. Показывал он очень медленно, видимо, тщательно подбирая слова: «Мы заключили сделку с Блэком. Меня выпустили».

– Что? Какую сделку?

«Веду себя спокойно. Не лезу в неприятности».

– И… ВСЁ? Это ВСЁ?! – Я никак не могла понять, ведь это не укладывалось в образ Райана Блэквуда.

Джек подумал и кивнул.

– Бред какой-то! Ты о чем-то умалчиваешь, Джек!

Я пыталась прочитать его выражение лица, но тщетно. Засранец был в этом чуть ли не так же хорош, как сам Блэк. Сговорились, значит, за моей спиной?!

«Условия просты, – повторил Цербер. – Если хочу оставаться на свободе и помогать защищать тебя, то должен вести себя мирно».

– То есть стать охотником Гроджтауна?

«Нет. Это уже была моя инициатива».

– И кто теперь твой командир?

«Пауэлл».

Я вздохнула. Очевидно и логично, я же видела их в одной команде. Конечно, именно Пауэлл забрал Джека к себе. Оно и к лучшему, наверное.

– Он хороший. – Я решила, что стоит подбодрить Джека, ведь вся эта новая жизнь наверняка казалась для него дикостью. – Я была в его команде. Они достойные люди. Пожалуй, лучшие из всех здесь.

Джек кивнул, но не улыбнулся. Он еще не все сказал.

– И где ты живешь? – спросила я, лишь бы оттянуть момент, когда он решится договорить.

«Пока в общежитии для охотников, но скоро мне дадут дом».

– Хорошо. Как тебе Гроджтаун?

«Нравится».

– А ты знал, где я?

«Да».

Я не удержалась и злобно спросила:

– И ты не пытался прорваться ко мне? Тебе вообще было плевать, как я?

Джек вздохнул и показал, не глядя на меня: «Лекс, мы всё».

Я уставилась на него, и когда до меня наконец дошло, слезы брызнули из глаз.

– Что ты имеешь в виду? – тихо всхлипнула я.

Скулы Джека напряглись, лицо стало таким жестким, что…

«Между нами больше ничего не будет».

Я молчала и смотрела на него полными ужаса глазами.

– Что Блэк сказал тебе?

Молчание.

– ЧТО ОН СДЕЛАЛ?!

Тишина.

– Он заставил тебя расстаться со мной, да?

Ноль реакции.

– ДЖЕК!

Он начал показывать: «Это было понятно с самого начала. – Пальцы Джека еле заметно шевелились. – У нас не могло быть будущего. Мы бы не смогли жить как нормальная пара. У нас никогда бы не было детей».

– Это правда, но… разве мы не прошли бы через это? Я была готова! Я смирилась с этим! – Рыдания вырвались из груди, как буря.

Джек покачал головой.

«Так было в Глондаре, когда мы думали, что уже не сможем выбраться. Но я никогда не смирюсь с этим. После всего, что было, именно ты достойна настоящей жизни».

– О, я тебя умоляю! – Вскочив, я чуть не пнула его в бок от злости. – Это ОН тебя надоумил? Или заставил? Скажи мне правду! Что ОН тебе наговорил? Что убьет тебя, если не скажешь мне всего этого? Что навечно запрет тебя в камере?

Джек поднялся и спокойно посмотрел на меня.

«Блэк здесь ни при чем».

– Ну конечно!

«Лекса, он ни при чем. Успокойся».

Сложив руки на груди, я стояла и плакала, глядя на него. Ужасающее понимание достигло разума не сразу: мне НЕ было смертельно больно. Обидно? Да. Одиноко? Конечно. Чертовски ОБИДНО? Разумеется. Я чувствовала себя преданной, оскорбленной, брошенной, но не могла по-настоящему злиться на Джека. Он сделал свой выбор, и в глубине души я понимала почему. А еще с горечью осознала, что не была честна с ним и уже давно не ощущала нас парой: заигрывала с Блэком, как потаскуха, даже целовалась с ним, пусть и не по своей воле… И все мои грезы касались не Джека, а ЕГО.

Я очень любила моего Цербера и была благодарна ему за все, что между нами было, но… я не любила его ТАК. Он был мне другом, напарником и опорой… но теперь это и вправду конец. Отныне ты сама по себе, Лекса.

И именно поэтому я лишь тихонько плакала, а не билась в истерике. Старалась держаться, ведь скандал был бы несправедлив по отношению к Джеку.

Увидев, что я утихомирилась, он показал: «Мне надо идти, Лекс, но я буду рядом. Мы с Блэком договорились, что я останусь в Гроджтауне и буду знать, если понадоблюсь тебе. Все будет хорошо».

Слезы отчаяния катились по моим щекам.

– Кто же теперь будет защищать меня от всего плохого? – тихо спросила я, печально улыбнувшись от своих же слов.

«Он защитит тебя».

Я фыркнула, но горестно кивнула. Спорить не было смысла. Джек уже все решил. А его решение было неоспоримым.

Проходя мимо меня, он остановился и поцеловал меня в висок. Я едва не умерла от разрывающей боли и закрыла глаза, наслаждаясь нашей последней близостью. Теперь было намного больнее. Я до последнего не могла поверить, что он на самом деле бросает меня. Но его мягкие губы поставили точку.

Он с видимым трудом отстранился и показал одними губами: «Прости меня. Я тебя очень люблю».

И Джек ушел.

* * *

«Нужно поговорить», – осторожно сказал Дэйтон, когда я, наревевшись вдоволь, поднялась в свою спальню.

– И ты туда же…

«Я серьезно».

– И я. Все почему-то хотят со мной поговорить…

«Я – не все».

Упав на кровать, я сразу увидела призрачного Дэйтона, лежащего рядом. Он скрестил ноги и внимательно смотрел на мое лицо.

«Хотя бы просто выслушай», – взмолился брат, и я не смогла ему отказать. Сейчас я чувствовала себя настолько одинокой и беззащитной, что не смогла бы прогнать моего единственного, пусть и мертвого, защитника.

Поэтому кивнула.

«Тебе нужно убедить Блэка выпускать тебя, хотя бы под надзором. А лучше, если вернешься к тренировкам и займешь себя чем-нибудь полезным».

Я равнодушно кивнула. Тут у меня не было претензий.

«Уверен, что Блэк хотел как лучше. Более того, пока ты восстанавливалась, никто не должен был узнать, где ты. Но сейчас ты сходишь с ума. Потерялась в чувствах. Не понимаешь, кого любишь, а кого ненавидишь. Эти твои безрассудные вспышки ревности и неоправданные фантазии… Они от безделья, детка! Пора выбираться из скорлупы, как сказал док, и занять себя чем-нибудь. А иначе превратишься в типичную суку-жену!»

Я закатила глаза, а Дэйтон усмехнулся.

– Хорошо, – спокойно ответила я спустя минуту размышлений.

«Хорошо – это значит…»

– Это значит, что с истериками покончено. Лексе Ройс пора возвращаться.

Дэйтон растянул губы в довольной улыбке и добавил: «И чтобы тебе мгновенно полегчало, я напомню: все мои мысли – это твои мысли! Ты молодец!»

– Спасибо!

«Будет тяжело».

– Я в курсе.

«Ты уже завтра захочешь выколоть Блэку глаза».

– Знаю.

«Сдержишь себя?»

– Да.

«Моя девочка!»

– Люблю тебя!

«И я люблю тебя! А теперь спи».

Глава 5

Ночной кошмар закончился так же внезапно, как и начался. Монстр снова придавил меня к кровати в лофте, но как только спросил, раскаиваюсь ли я, то моментально растворился в темноте. Знакомое тепло окутало меня с ног до головы, и остаток ночи я проспала, как ребенок в горячем живом коконе.

Проснувшись утром, я, естественно, никого не обнаружила в своей комнате. И, как и в первый раз, засомневалась, был ли Райан со мной этой ночью.

Все! Сегодня у меня начнется новая жизнь. Я так решила, а значит, так и будет. Никаких истерик. Никакой депрессии. Взрывы эмоций тоже отставить.

Но как же быстро угас мой запал, когда на кухне я обнаружила шикарный букет цветов для Бьянки.

Твою мать!

«Лекс, тихо! Мы ведь договорились!» – сразу воскликнул брат.

Огромный букет алых роз лежал на кухонном столе, занимая бо́льшую его половину.

Дерьмо. А почему так жжет в груди?

«Сестра, не разгоняй! Все нормально!»

– Да-да… – грустно отозвалась я и принялась делать себе кофе, чтобы хоть как-то залить резко образовавшуюся пустоту внутри.

Долбаная Бьянка! Наверное, обижается, что Блэк не проводит с ней время. И поэтому он решил преподнести ей примирительный подарок.

Но я спокойна. Буянить не буду.

«Умница».

Стоило мне сесть за стол, нелестно подвинув букет в сторону, как на кухню вошел мистер Блэк. Тотально черный костюм с металлическими запонками. Хитрый взгляд. Это что-то новое. Я уже отмечала, что он изменился. Или этот его статус-кво изменился…

– Мисс Ройс, – кивнул он и принялся за кофе.

– Здрасьте, – буркнула я, прожигая взглядом фантастический букет.

Мне никогда не дарили цветов. Папа как-то принес розу на мой десятый день рождения, но это все.

«Вообще-то, я тоже подарил тебе цветы на шестнадцать лет!» – обиделся Дэйтон.

«Ты украл их из оранжереи и засунул в пакет, чтоб никто не увидел! Если ты забыл, то все стебли и лепестки обломались, и по факту на мой день рождения ты притащил растрепанный веник!»

«Ладно. Один – ноль».

А я все не могла перестать пялиться на великолепные розы.

Блэк налил себе кофе и облокотился на столешницу, внимательно изучая мое лицо. Что он там ищет? Я спокойна и не собираюсь взрываться, если он вдруг на это надеется.

Но все же все колкости я спрятать не смогла.

– Милый букет! – скучающе бросила я. – Бьянка оценит…

Блэк чуть было не засмеялся, но сразу демонстративно озадачился:

– Сколько лицемерия в вашем тоне, мисс Ройс. Чем моя прекрасная Бьянка вам не угодила?

Я промолчала, с наигранным спокойствием отпивая кофе.

– Странно… – лукаво протянул Блэк, поставив пустую кружку в раковину. – Я был уверен, что все в восторге от моей великолепной девушки. Обычно она сражает всех наповал своей красотой, умом и сексуальностью…

Я отправила ему мрачный взгляд и фыркнула – но больше этот звук отчего-то походил на хрюканье.

Блэк вдруг засмеялся, солнечно и горячо. Боже! Я никогда к этому не привыкну. Неприлично так красиво смеяться. Закон должен запрещать это!

– У вас такое лицо, мисс Ройс, будто вас сейчас стошнит, – сказал он, продолжая улыбаться.

– Что же вы не живете со своей Бьянкой? – раздраженно буркнула я, и Дэйтон в мыслях сразу забегал нервным ежиком, чуя надвигающуюся беду.

Блэк снова рассмеялся, и, кажется, в комнате стало еще светлее. Поправив галстук, он прошел за моей спиной к выходу, но неожиданно потянул меня за собранные в хвост волосы и заставил запрокинуть голову. Я резко вдохнула, чуть не сбив кружку рукой.

Лицо Блэка нависло над моим и остановилось в миллиметре от губ. Когда он говорил, то смотрел только на мои губы, а я ощущала в его дыхании свежесть мятной зубной пасты вперемешку с кофейным ароматом.

– Ревность вам абсолютно не к лицу, моя маленькая мисс Ройс, – едва сдерживая улыбку, проговорил он. – И чтобы вы не бесили меня своими выпадами, открою страшный секрет…

Он невесомо поцеловал меня, а я чуть не лишилась чувств. Почему я еще в сознании? Я уже все, того.

– Я давно расстался с Бьянкой, – сказал он, а я почувствовала движения его губ на своих.

– П-почему…

– Не твое дело, – коварно улыбнулся он, провел носом по моей щеке… и отпустил мою голову.

Вернувшись в исходное положение, я чуть не слетела со стула. И услышала его удаляющиеся шаги в холле. Выбежав из кухни, я выпалила вопрос, когда Блэк уже открыл дверь:

– А кому тогда цветы?

– Мисс Ройс, не тупите.

– МНЕ?!

Блэк сверкнул белоснежными зубами и сказал:

– С днем рождения.

Когда дверь закрылась, я заорала и забегала вокруг стола, на котором лежали цветы. Через минуту на кухню ворвался доктор с двумя шприцами в каждой руке. А я уже сидела на стуле, сжимая охапку красных роз. Поднять их было сложно, но плевать! Я теперь буду их везде таскать, даже в бассейн!

Поняв, что со мной все в порядке, док мрачно кивнул и ушел обратно в спальню, перед уходом поздравив меня с днем рождения… о котором я напрочь забыла. Откуда они все узнали?!

Когда Блэк поздравил меня, я поначалу озадачилась, ведь думала, что день рождения уже прошел. Но после осознала, что потерялась в датах.

Сегодня был именно он. И день начался просто невероятно… Двадцать четыре, Лекса!

«С днем рождения, сестренка!»

– Спасибо! – улыбнулась я и зарылась лицом в цветы.

Радость настолько переполняла меня, что я не могла успокоиться. Ходила кругами по дому, таская цветы по всем комнатам. Я была счастлива сейчас. Счастье казалось мне отчасти нездоровым, но это было именно оно.

Знала бы я, что через месяц окажусь в карцере Сферы, с ужасающими приступами удушья ожидая приезда Реввера… В карцере без окон, без кровати и без надежды на будущее. И на этот раз Райан не попытаться спасти меня.

Но тогда я еще не догадывалась об этом. Более того, по какой-то неведомой причине верила, что никто и никогда меня больше не тронет. Блэк вселил в меня эту надежду, чтобы отнять ее ровно через тридцать дней.

Однако пока что все это было лишь моим туманным будущим, а в настоящем, в свой день рождения я лежала на кровати с огромным букетом красных роз и представляла океан.

– Алексия, к тебе пришли! – вдруг послышался снизу голос доктора.

Несмело выглянув с лестницы, я увидела Пирса и Троя. Необычно.

– Что-то с Джеком? – тут же спросила я, сбежав с лестницы.

– С ним все окей! – бросил Трой и открыл передо мной дверь.

Что? Неужели я сейчас свободно смогу выйти отсюда?

– Двигай шикарной задницей, кис, мы и так опаздываем! – сказал Трой, когда я как вкопанная замерла перед выходом.

– Куда?

– Скоро узнаешь. Замолкни и садись в джип, – раздраженно бросил Пирс.

Они привезли меня в какое-то высокое здание в центре Гроджтауна. Внутри все было так богато и роскошно, что я плелась за парнями с открытым ртом. Золотые люстры, колонны, кресла и диваны – и все абсолютно в разных стилях.

– Что это такое? – благоговейно спросила я.

– Музей до Катастрофы, – ответил Трой.

– Прикольно! – сказала я, хотя толком не поняла, что он имел в виду.

На другом этаже меня передали в руки взрослой и очень ухоженной женщины, которая улыбалась мне ТАК широко, что я забеспокоилась, не свернет ли она челюсть.

Мы вошли в большую комнату, заставленную вешалками с вечерней и нарядной одеждой. В центре стояла примерочная с белыми шторами, а напротив – белый диван. Запихав меня в примерочную, женщина, которую звали Лея, попросила меня раздеться и примерить все, что она принесет.

Стянув с себя то, в чем сюда пришла, я высунула голову из-за бархатных штор. Трой и Пирс уселись на диван: первый подмигнул мне, а второй всем своим видом показывал, что у него есть гораздо более важные дела, чем торчать здесь.

Началась примерка, которая напомнила день накануне аукциона в Глондаре, только вот Лея, в отличие от «попугайки», чуть ли не вылизывала меня. Она по пятнадцать раз в минуту спрашивала:

– Вам все нравится, мисс Ройс?

– Чай? Кофе? Может, что-то покрепче?

– Не жмет, мисс Ройс? Вам комфортно?

– Как вам цвет, мисс Ройс?

От этого обращения меня уже тошнило, как и от Пирса с Троем. Они отвергали все наряды, когда я восхищенная выбегала к ним из примерочной.

– Это точно нет.

– Отвратно.

– В этом жопа толстая.

– В этом жопы не видно.

– А нормальные шмотки есть, Лея?

Боже, за что мне все это?..

И когда я уже собиралась послать всех троих на хрен и вышла из примерочной в последнем платье, Пирс и Трой затаили дыхание.

– Ну что? И это не так? И ткань не та? И задница не та?

– Нет, – тихо сказал Пирс. – Все так.

– Определенно, все так! – улыбнулся Трой, потерев подбородок.

– Восхищение. Чистое! – почти в оргазме протянула Лея, подведя меня к высоченному зеркалу.

О! Лекса, оказывается, и такой бывает…

«Сногсшибательной», – подсказал брат с придыханием.

На мне было платье в пол из чистейшего шелка ярко-голубого цвета. Лазурного, как небо в самый лучший день лета. Тонкие бретельки и мягкая сборка на груди, открывающая ложбинку. На талии платье сужалось, а книзу становилось шире. И это все сокровище переливалось солнечными бликами.

Пирс и Трой встали по бокам от меня.

– Будет доволен, – туманно бросил первый, глядя на мое отражение.

– Сто процентов, – заключил второй, а я даже не стала спрашивать, про что они говорили. Мне было все равно. Я пялилась в зеркало и даже, кажется, начала испытывать влечение к самой себе.

– А теперь макияж и прическа! – воскликнула Лея, хлопнув в ладоши, и потащила меня в соседнюю комнату.

Нужно ли говорить, что в итоге из меня сделали вкусную благоухающую карамельку?

* * *

Когда меня привезли в следующий пункт назначения, я нахмурилась. Это был не дом Блэка, а открытая терраса, украшенная живыми цветами, декорациями и разноцветными огоньками, которые еще ярче мерцали с наступлением вечера.

Красивую музыку с террасы я слышала, даже сидя в джипе парней. И там было столько народу… Кто это такие? Еще и нарядные – я видела мелькающие смокинги и вечерние платья. Не новая ли версия аукциона?!

«Не смешно», – буркнул брат.

«Согласна».

Пирс слегка подтолкнул меня в спину, в сторону арочного прохода из цветов, и я застучала каблуками, словно приехавшая на бал Золушка. Но у самой арки, откуда нас еще не было видно, Трой развернул меня к себе и Пирсу.

– Мы сейчас уйдем, – сказал он, серьезно глядя на меня. – Здесь ты будешь в полной безопасности.

Я напряглась. Понимала, почему Блэк приставил их ко мне: они меня оберегали, и я вроде уже привыкла к этому. Если они уйдут, то окажусь совсем одна… а я ведь наверняка никого там не знаю, на этой террасе.

– Вы не останетесь? – робко спросила я, теребя ногти, выкрашенные в бежевый цвет.

– Нет. Нам нужно быть на другом празднике, – сказал Трой.

Я кивнула, уставившись в пол. Да что с тобой, Лекса? Ты столько времени была одна, а теперь испугалась?

– Эй, – окликнул Пирс, – здесь тебя никто не обидит, поверь. В любом случае по всему периметру стоит охрана. Ты ее не заметишь, но она там.

– Хорошо… А вы позже вы не сможете приехать?

Оба улыбнулись, а Трой взял меня за руку. Почувствовав что-то прохладное на запястье, я перевела глаза и увидела, что Трой надел на мою руку серебряный браслет. Тонкий и гладкий. Без всяких лишних деталей.

Я улыбнулась и уже хотела поблагодарить, но тут Пирс взял другую мою руку и надел такое же украшение. Точь-в-точь.

Сама не поняла почему, но слезы вдруг покатились из глаз, когда парни почти синхронно сказали: «С днем рождения!» и вернулись к джипу.

Посмотрев на идеальные браслеты, я поняла, что означали их подарки. Пирс и Трой словно были моими руками. Всегда при мне, рядом. Готовые драться за меня.

Сделав глубокий вдох, я заправила локон за ухо и прошла через цветочную арку. Столько наряженных людей – и никто не поворачивается ко мне. Все болтают, пьют, едят. Как неловко… И что мне тут делать?

Остановившись сразу после арки, я топталась на месте, пытаясь высмотреть официанта. Наконец один подошел ко мне с шампанским. Пожалуй, волью в себя побольше, пока доктор Лорас не видит, и потом посижу где-нибудь в стороне.

Но я не успела взять бокал, как мужчина в смокинге передо мной обернулся и… растянул губы в восторженной улыбке.

– А вот и она! С днем рождения! – сказал он и тут же притянул меня к себе. Это был Джейс Уайт.

– С днем рождения! – послышалось слева и справа от Рича и Генри.

– С днем рождения, Лекса! – Пауэлл обошел Джейса и тоже крепко обнял меня. Как любящий отец.

Гай и Бун из отряда Джейса. Марк и Боб из отряда Пауэлла. Все они подходили, сменяя друг друга, обнимали меня, поздравляли и уступали место следующим. А я плакала…

Брендан. Валли – наш гениальный чудик! Халк. Дэн. Даже бывший командир Янг был здесь. И Грим. И даже Шон, с которым мы когда-то встречались. Он поздоровался со мной и поздравил, искренне улыбнувшись.

Даже доктор Лорас был здесь! И Мелисса, конечно. Они стояли в стороне и скромно улыбались, поднимая бокалы за меня.

И… папа! К нему я бросилась со всех ног. Он обнял меня, заключив в кокон любви и заботы. Смахнув слезы с глаз, он тоже поздравил меня и отошел, дав другим возможность поговорить со мной.

Неудивительно, что поначалу я не узнала никого из гостей. Они все были нарядными и красивыми – никогда не видела своих друзей такими и уж тем более не ожидала увидеть их здесь, собравшихся вместе ради меня.

Я обходила всех и каждого, пытаясь прийти в себя от прилива эмоций. Даже не знала, как себя вести. Просто отвечала на вопросы дрожавшим голосом, бесконечно благодарила и обнималась со всеми, периодически стирая слезы радости.

Больше двух месяцев я провела в заточении, не видя никого, кроме Лораса, Мелиссы и Блэка, а теперь казалось, что не было этого ужасного года, наполненного тяжелыми воспоминаниями. Будто и не покидала Гроджтаун.

Я остановилась. Передо мной стояли Николас Грин… и мама.

– С днем рождения, Лекса! – сказал Ник и обнял меня. – Мы очень за тебя переживали! Ты как?

– В шоке, – честно призналась я, не отрывая от мамы глаз.

На ней было красное платье, и она встревоженно смотрела на меня, заламывая руки. Я видела, каких трудов ей стоило сделать первый шаг ко мне, и я пошла навстречу.

– Норин, – тихо поздоровалась я, не посмев назвать ее мамой.

Мы не виделись со смерти Дэйтона – с того самого дня, когда она рассказала правду о моем происхождении. И теперь я не знала, как заглушить эту боль внутри от вида моей… не-мамы – бледной, сильно похудевшей и постаревшей лет на пятнадцать.

– Лекса, – спокойно сказала она. – Ты… как? Здорова? В безопасности?

– Вроде. А ты? Как ты после…

– Сейчас хорошо, – грустно ответила она и опустила глаза.

Я не могла на это смотреть… просто не могла. Развернувшись на каблуках, хотела уйти в другую сторону – лишь бы избавиться от раздирающих нутро вины и обиды. Но она схватила меня за руку, дернула к себе и обняла – так сильно и трепетно, как мать обнимает своего родного ребенка. Дрожащими руками она пыталась спрятать меня от всего мира, заключив в свои объятия.

– Прости меня! – всхлипывала она. – Прости меня, доченька! Я была так неправа. Думала, что уже никогда… Я так люблю тебя! Прости меня за все, что я сказала тогда! Ты моя дочь! Моя! Наша с Майклом девочка!

Я схватилась за нее в ответ и заплакала. Не знаю, как описать это чувство… Будто я снова стала частью семьи Ройс. Законной ее составляющей. Мама признала меня. И она за меня очень переживала. Я не знала, как передать всю ту бурю эмоций, которая сейчас поднялась у меня внутри.

Это гармония, наверное. Папа, мама и я… мы снова вместе, снова семья.

– Ты должна… – всхлипывала мама. – Ты должна увидеть…