Читать книгу "Сладкая девочка мажора"

Глава 7

Сегодня очень ответственный день.

Моя дорогая родительница София Любавина возвращается из деревни, причём, раньше на целую одну неделю. Я мамочку свою очень люблю, а вот уборку дома делать – нет, не люблю. Но придётся, иначе получу от мамы по самые помидоры, потому что порядок у Софии Александровны на первом месте.

И объяснять, что я натура творческая, все же на дизайнера учусь, бесполезно. А потому придётся мне сегодня генеральную уборку устраивать, я ведь не особо себя напрягала в мамино отсутствие.

Ради такого дела выходной у управляющей выпросила, чтобы наверняка всё успеть. Правда, пораньше встать, как планировала, не удалось – только около девяти часов утра глаза продрала, поэтому пробежку пришлось отменить. Подскочила и в душ понеслась – остатки сна смывать. После водных процедур в шорты с майкой запрыгнула и побежала на кухню.

Вместо кофе решила себе смузи замутить, с этой нехитрой наукой я легко справляюсь. Несложно ведь ягодки замороженные в блендер закинуть, молочком залить и кнопочку нажать. Зато вкуснота получается нереальная, да и полезно к тому же. Ещё мюсли из шкафа вытащила – с орешками и шоколадом, короче, пир себе с утра устроила.

Покончив с завтраком, решила приступить к запланированным делам: паутинку с углов посмахивала, пыль протёрла и за пылесос взяться собралась, но вспомнила про сантехнику в ванной. Вооружилась чистящими средствами и пошла сражаться с грязью и бактериями. Так вдохновилась распространением чистоты, что даже зеркало помыть захотела, но не успела – в дверь позвонили.

Неужели мама? Так ведь рано ещё, только половина двенадцатого, а она ближе к вечеру обещала приехать. Кто тогда, Назар? Ну, Быков может, конечно, заявиться без приглашения, но я его в прошлый раз немного унизительно выпроводила.

Пока размышляла и в прихожую направлялась, на звонок раз десять нажать успели. Кому там нетерпится?

Дверь открываю резко, даже в глазок не смотрю, лишь бы эту какофонию прекратить.

– Какого… ты? – широко распахиваю глаза, словно это поможет быстрее передать мозгу информацию о моём нежданном госте.

– Привет! – Арсений широко улыбается этой своей светящейся улыбочкой, которая меня по-прежнему раздражает. Потому что, я начинаю чувствовать себя слишком уязвимой и слабой от этого света.

– Ну, чего тебе? – расслабленно опираюсь плечом о дверной косяк.

– Фу, Любавина, какая ты невежливая. Нет, чтобы пригласить гостя на чай, – кривляется. Как всегда.

– Ты откуда мой адрес узнал? – продолжаю допрашивать наглого парня. Неужели следил за мной маньяк недоделанный?

– Я свои источники не раскрываю, ой! – резко отшатывается, потому что в следующую секунду я подаюсь вперёд и хватаю цепкими пальцами ткань светлой футболки. Сминаю руками мягкий материал, и в глаза янтарные заглядываю.

– Не зли меня, Астров, ох, не зли! – шиплю, смотря на засранца снизу вверх.

Я не самого мелкого роста, но это клоун всё равно выше меня. Стоит, смотрит испуганно. Так мне в первое мгновение кажется. Эмоции из смеси злости и раздражения плотной пеленой накрывают мозг, и поэтому не сразу замечаю, что руки Арсения давно обосновались на моей талии.

Только когда он меня в себя впечатывает, выбивая весь воздух из лёгких, резко прихожу в себя.

– Чего творишь, а? – кричу, но тут же затыкаюсь.

Не хватало ещё, чтобы соседи сбежались и маме потом доложили, что я в дверях родительского дома с каким-то парнем зажималась.

– Ну как, ты же сама в меня вцепилась, вот я и подумал, что прошлый раз повторить хочешь, – ухмыляется. – Пригласи уже внутрь, а то неудобно как-то на пороге. О, а я тебе с уборкой помогу, – его взгляд за тряпку и пшикалку для зеркала в моих руках цепляется.

– И не мечтай, чтобы я твою озабоченную тушку в свою квартиру запустила! – отшиваю, как могу, но воображение уже красочно рисует, как этот оболтус у меня в ванной унитаз драит.

– Да ладно тебе, я понял уже, что мне ничего не светит. Эх, одна надежда – выиграть в споре, – вздыхает показательно.

Клоун, клоун, клоун!

– Обещай работать и не приставать! – требую, прежде чем разрешу Арсению в мои хоромы пожаловать.

– Обещаю! – заявляет торжественно.

Закрываю за Астровым дверь и сразу же ему тряпку и швабру вручаю.

– Ты сегодня мой личный раб, так что приказы выполняешь молча, понял?

Скептически изгибает одну бровь, нехотя берёт из моих рук рабочий инвентарь и кивает в знак согласия, ничего не говоря вслух. Молодец.

Следующие полтора часа мы усердно работаем: я до блеска вычищаю всю ванную комнату, а мой раб на отлично отмывает полы во всей квартире. Не ожидала, что Астров умеет такие вещи делать, он производит впечатление полнейшего разгильдяя и лоботряса. В очередной раз убеждаюсь, что недостаточно хорошо разбираюсь в людях.

Покончив с уборкой, предлагаю Арсению выпить чай, но только парень довольно бесцеремонно сообщает, что и от обеда не отказался бы. Ещё один на мою голову.

– Я не умею готовить, – сообщаю равнодушно, но чувствую себя неловко почему-то.

Такое со мной в первый раз, раньше я без стеснения рассказывала всем, что мои отношения с кухней ни разу не дружеские.

– Вот как? – не скрывает удивления. – А сама что ешь обычно?

Окидывает мою фигуру взглядом, задерживаясь на некоторых участках, и выдаёт:

– Понятно, что ничего

Чувство стыда теперь смешивается с негодованием на Арсения за то, что глазами своими меня щупает. Естественно, в переносном смысле.

– Нет, ну так-то я не совсем уж криворучка, – пытаюсь оправдаться и тут же замолкаю, вспоминая, как совсем недавно пыталась борщ сварить.

Пригоревшую зажарку реанимировать не удалось, но это не самое страшное. Рядом с кипящей кастрюлей поставила сковороду с маслом разогревать, чтобы котлеты из супермаркета пожарить. Кто же знал, что картошка в кастрюле пениться начнёт после закипания и попытается самостоятельно крышку отодвинуть. А брызги воды попадут в масло и устроят фейерверк, от которого огонь на комфорках вверх подниматься начнёт. Кое-как смогла тогда унять разбушевавшуюся стихию и остановить восстание кухонной утвари.

– А давай вместе что-нибудь приготовим, – неожиданно предлагает Арс, тепло улыбаясь светящимися янтарными глазами.

Глава 8

Не особо раздумывая, соглашаюсь на предложение парня. В самом деле, что плохого в том, чтобы использовать личного раба ещё и на кулинарном поприще?

Арсений уверенной походкой идёт к разделочному столу и лёгким движением распахивает навесные кухонные шкафчики. Скептически окидывает взглядом их содержимое и вытаскивает пачку макарон, которые я вчера купила.

Да ладно? Тоже мне, повар-самородок, макароны любой дурак сварить сможет.

– Серьёзно? – спрашиваю с издёвкой.

– А что? Я кроме макарон ещё яичницу могу приготовить, и на этом всё! – руками разводит. – Ты меня с Даном что ли перепутала?

– Да нет, просто ты с такой уверенностью предложил заняться кулинарией, что я подумала: а вдруг?

– Кастрюля где?

– Сейчас! – вспоминаю, что я тут хозяйка. Быстро вытаскиваю из шкафа необходимый инвентарь и отдаю парню.

Пока Арсений набирает воду и ставит кастрюлю на огонь, достаю из холодильника овощи и нарезаю салат.

– Слушай, а чего ты так из-за этого крокодила переживаешь? – спрашивает неожиданно, убирая баночку с солью обратно в шкаф.

– А тебе какое дело? – отзываюсь крайне невежливо, хрустя при этом ломтиком свежего огурца. Бросаю мимолётный взгляд на Арсения и замечаю интерес в наглых глазах.

– Так что, не расскажешь? – предпринимает вторую попытку.

– Не важно, – бросаю задумчиво, вспоминая те обстоятельства, при которых брелок попал ко мне.

– Это что-то личное? – Арсений откладывает в сторону ложку, которой перемешивал закипающие макароны, и подходит вплотную. Он пристально смотрит в мои глаза, и я с удивлением отмечаю, что в этом взгляде нет ни капли иронии. Парень кажется серьёзным, как никогда, и мне почему-то хочется рассказать ему всё.

– Знаешь, у меня в детстве была одна огромная мечта – увидеть море. Я очень любила сказку Андерсена «Русалочка», книжку до дыр зачитала. А диск с мультфильмом, ну, тоже до дыр – засмотрела. Но у нас с мамой не было возможности отправиться на море, поэтому моя мечта долгое время оставалась несбыточной.

Я делаю паузу и бросаю мимолётный взгляд на Астрова, который внимательно слушает меня. Надо же, не ожидала понимания с его стороны, хоть и рискнула открыться.

– Так, а в чём проблема? – говорит в следующую секунду. – От нас до моря рукой подать: три часа на машине, и ты на месте.

Так и знала. Ну конечно, ему не понять, что проблема может измеряться не только в километрах, но ещё и в рублях. Астровы довольно небедно живут, как мне показалось, когда была у Арсения в гостях. Вот ему и думается, что всем и всё легко даётся, и то, что некоторым людям приходится начинать работать ещё до совершеннолетия, парню не известно.

– Блин, Астров, денег у нас не было по морям разъезжать, ясно? – отвечаю грубо, потому что на вежливое объяснение терпения не остаётся. – Короче, если вкратце, крокодила этого купила, когда один единственный раз на море смогла выбраться. Вот и всё.

Отворачиваюсь от невоспитанного оболтуса, потому что очень не хочу видеть насмешку в его глазах. Я и сама прекрасно знаю, что иногда веду себя как ребёнок, но это касается исключительно меня одной.

– Понятно. Мечта – это хорошо, это здорово, – будто сам с собой разговаривает, – тарелки доставай.

Последняя фраза больше походит на приказ, но я уже не придаю значения. Беру с полки две плоские тарелки и протягиваю Арсению, а сама тем временем собираюсь заправить салат. Открываю дверцу шкафа, напрочь забыв, что масло убрала на верхнюю полку, до которой можно дотянуться только с помощью табуретки.

– Блин, стул нужен, – бурчу себе под нос, с тоской глядя на недосягаемую бутылку.

Хочу развернуться и пойти к столу за четвероногим другом для увеличения роста, но неожиданно горячие руки обхватывают меня за ноги и поднимают над землёй.

– Эй, придурок, а ну, быстро поставь меня туда, где взял, – пищу, но этот даже не шевелится.

– Доставай уже чего хотела, тогда опущу! – рычит голос снизу.

Не задерживаюсь, хватаю бутылку и стучу парня по плечу.

– Опускай, – отдаю команду, а когда чувствую под ногами твёрдую почву, добавляю язвительно, – хлюпик!

– Чего? – моментально вспыхивает, но тут же замолкает.

Принимается смотреть на меня внимательно, словно изучая.

А я только сейчас обращаю внимание на то, что его руки никуда не делись: они переместились на мою талию и пытаются хозяйничать там. И вместо того, чтобы оттолкнуть негодяя, вспоминаю тот поцелуй в подсобке, когда он набросился, не дав даже договорить. От нахлынувших воспоминаний щёки обдаёт жаром, а мысли начинают путаться от абсолютно противоречивых желаний.

С одной стороны, я хочу накричать на Арсения, оттолкнуть и отчитать, как следует за произвол. А с другой, понимаю, что не против повторить то, что произошло тогда между нами. И парень словно читает мои мысли, наклоняется медленно, обжигая моё лицо горячим дыханием. Я прикрываю глаза в предвкушении чего-то особенного, и подаюсь вперёд навстречу искушению. Но, увы, ничего не происходит, а вместо этого я слышу то, чего никак не ожидала.

– Доченька, я дома! – доносится из прихожей голос мамы вместе со скрипом двери.

Я отталкиваю Астрова и одновременно сама резко отпрыгиваю от парня, спиной упираясь в кухонный шкаф. Это происходит буквально за пару секунд до того, как на пороге кухни появляется моя мать. Она широко распахивает и без того большие глаза, видя стоящего к ней спиной парня. Арсений тоже не сразу приходит в себя, медленно разворачивается и смотрит в сторону дверного проёма.

Думаю сейчас только об одном: хоть бы мама не заметила моих пунцово-красных, горящих жаром щёк. А если и заметит, пусть не догадается, почему они стали такими.

Только в сорок лет люди видят и понимают гораздо больше, чем в двадцать. А потому родительница медленно сводит брови к переносице и прожигает нас двоих гневным взглядом.

– Что здесь происходит?! – говорит крайне недружелюбно, и я понимаю, что теперь мне несдобровать.

Если вдруг маме что-то не нравится, она обязательно это выскажет. Со всеми вытекающими примерами и двухчасовыми нотациями. Скорее всего, просто хочет мне добра, поэтому и старается своими наставлениями уберечь от ошибок.

– Добрый день, – густую тишину разрезает мягкий голос Арсения, – я сотрудник компании «Муж на час». Если это всё, то я могу быть свободен?

Последняя фраза вроде как мне адресована, поэтому активно киваю и плетусь следом за покидающим комнату Астровым, чтобы закрыть за ним входную дверь. Его пожелания удачи слышу словно сквозь пелену, и даже забываю поблагодарить за уборку и попрощаться. Мои мысли заняты сейчас совершенно другим вопросом: как быть с мамой?

Как объяснить родительнице, что я не собиралась ничего дурного делать? Сомневаюсь, что она поверила Арсению.

Когда возвращаюсь в кухню, обнаруживаю, что мамы там нет. Спустя только минут десять она появляется: в домашнем халате и тщательно спрятанными под полотенцем светлыми волосами. Ничего себе, уже душ с дороги успела принять.

– Ну? – Любавина старшая шумно отодвигает стул и падает на него своим довольно упитанным телом.

– Что? Чай или макароны с салатом? – пытаюсь изобразить радушный приём, но сердце до сих пор громко стучит в грудной клетке, не желая успокаиваться после перенесённого стресса.

– Милана, не заговаривай мне зубы! Кто это был?

От её строгого голоса непроизвольно вздрагиваю и проливаю небольшое количество чая на стол, хватаю рулон с бумажными полотенцами и судорожно пытаюсь убрать растекающуюся светло-коричневую лужу.

– Так он же представился, – мой голос почему-то звучит довольно жалко.

О, как же я не хочу врать.

– И думаешь, я поверю в тот бред, что сморозил этот юнец?

Я стою спиной, но всё равно чувствую на коже прожигающий, полный осуждения и разочарования, взгляд.

– Он действительно помогал мне с уборкой, – говорю более уверенно, потому что это чистая правда. Данный факт придаёт немного смелости, и я разворачиваюсь, чтобы посмотреть в светло-зелёные глаза.

– Допустим, – женщина закидывает ногу на ногу и поправляет халат, – а чем вы занимались здесь? – она делает взмах рукой в сторону шкафа, возле которого застала нас с Астровым. – Думаешь, я не заметила, какая ты была встревоженная и помятая?

Против последнего замечания мне нечего сказать, поэтому отворачиваюсь, потупив взгляд. Язык не поворачивается говорить ложь близкому человеку, даже ради собственного оправдания.

– Дочь, мы же уже обсуждали этот вопрос, – говорит мама более мягко, и я мысленно начинаю стонать. Потому что следующие полтора часа мне приходится в сотый раз выслушивать историю о том, как моя мать была глупой и наивной девчонкой, как влюбилась в прекрасного подонка. И как после этого осталась одна в девятнадцать лет с ребёнком на руках.

Я слушаю молча, периодически кивая на некоторые, более значимые замечания. Мне безумно стыдно, но в тоже время немного обидно. Мы же ведь не делали нечего плохого, тем более у нас нет никаких отношений. А то, что я неожиданно поддалась глупому порыву, так это вообще ничего не значит. Я думаю, что смогла бы вовремя остановиться и оттолкнуть Астрова. Или не смогла бы?

– Помни это, и не повторяй моих ошибок, – говорит мать в заключении. А мне неожиданно становится не по себе, и горькая обида туманит мозг, поэтому смело спрашиваю то, что волнует.

– Мам, ну неужели ты меня считаешь ошибкой, а? Зачем ты так постоянно говоришь? – чувствую, что на глаза наворачиваются слёзы, но я всеми силами пытаюсь их сдержать.

Мать резко меняется с лице, когда до неё доходит смысл сказанных мною слов. Она встаёт из-за стола и направляется к выходу из кухни.

– Не говори глупостей! – отмахивается прежде, чем исчезнуть в дверном проёме.

Глава 9

Арсений

Я зол.

Я очень зол.

Я просто в бешенстве.

Эта вредина опять нагло меня игнорирует. Я второй час сижу в этом дурацком ресторане и жду, когда ко мне подойдёт хоть кто-нибудь. Уже не важно, Милана это будет, или кто другой из персонала, лишь бы приняли заказ, потому что когда я голодный, то злой вдвойне.

Неужели Любавина специально подговорила остальных официантов, чтобы намеренно меня игнорировали? Впрочем, неудивительно, для неё творить пакости – это образ жизни. Но ничего, мне терпеть осталось всего три недели, а потом я потребую свою награду. Правда, желание, которой должна будет исполнить Милка, я ещё не придумал. То, ради чего я всё это затеял, загадать не получится, потому что девчонка сразу поставила условия, пресекающие любые посягательства на её честь. Только меня к ней безумно тянет, и это суровая реальность.

Ближе к восьми часам вечера получаю сообщение от дорогого братца, в котором он сообщает, что они с Катюхой из путешествия вернулись. М-да, ненадолго голубков хватило, всего-то полторы недели отдохнули и обратно примчались. Впрочем, зная врождённый трудоголизм Дана, я не сильно удивлён данной ситуацией. Меня больше другое шокирует: брателло меня приглашает в гости. С каких пор добрым стал, может на него черноглазая малышка так влияет?

Только отвлекаюсь и ненадолго забываю, что зверски голоден, Любавина появляется. С подносом, полным всякой еды, мимо меня идёт, демонстративно игнорируя.

– Красавица, – задеваю, но она даже не оборачивается. Ладно, на обратном пути я её перехвачу и устрою разбор полётов.

Только эта хитрюга пытается по другой стороне зала меня обойти. Фигушки. Встаю и широким размашистым шагом иду к девчонке, которая, увидев меня, заметно ускоряется.

– Любавина, и не думай смыться, – уже довольно привычным движением хватаю девчонку за запястье.

– Астров, иди в жопу! – шипит, руку мою коготками шкрябая.

– Чего?! Ты головой ударилась, почему такая злая? – держу крепко тонкие руки. Пока не объяснит причину своего поведения, не отпущу.

– Ничего! Иди лучше работой займись, муж на час! – выплёвывает и зло глазами стальными сверкает.

Ах, вот оно что.

– Ты из-за этого взъелась? Так я же как лучше хотел! – отпускаю девчонку.

– А получилось, как всегда, – складывает руки на груди и губки дует.

Интересно, обиженку будет строить или опять мстить начнёт? В случае с Миланой даже не знаю, что хуже.

– Ты сбежал, а мне потом два битых часа с мамой объясняться пришлось, – жалуется.

Почему-то становится смешно, и я прикрываю рот ладонью, чтобы не заметила, что я ржать собираюсь. Но от гневной фурии это не спасает.

– Смешно тебе? Ну, тогда готовься! – пальчиком грозит и сбегает.

Провожаю Милану взглядом, разворачиваюсь и иду на выход. Желание ужинать в «Samovare» исчезает вместе с Любавиной, поэтому принимаю решение поехать к Дану. Может, у братца дома покормят, тем более, Катюха вроде на пэпэшном рационе не помешана.

Достаю из кармана ключи, снимаю «Ямаху» с блокировки, сажусь на мотоцикл и еду к дому новоиспечённого семейства Астровых.

Дорога незагружена, поэтому я довольно быстро приезжаю к месту назначения. Паркую мотоцикл и не спеша иду к дому, стучу в дверь.

Ещё и ждать приходится, потому что открывают мне не сразу, а спустя целую минуту.

На пороге появляется брат: волосы взлохмачены, а на клетчатой рубашке с коротким рукавом все пуговицы расстёгнуты. Забавно.

– Приветик, Астровы! – здороваюсь, вваливаясь в гостиную.

Плюхнулся рядом с дорогой невесткой и руку на спинку дивана закидываю. Девушка сразу съёживается вся, и подол своего жёлтого сарафана с огромными подсолнухами принимается поправлять.

– Как дела, малышка? – интересуюсь любезно, но мою вежливость не ценят.

Катюха отодвигается, а Дан брови к переносице сводит и рычит на меня, как неродной.

– Арс! Угомонись и веди себя подобающе!

– Ой, всё! – руки поднимаю в примирительном жесте. – Нашли друг друга, двое скучных зануд.

Поднимаюсь и измеряю шагами чужую гостиную, попутно разглядывая стеллаж с разными фигнюшками. Здесь стоит пара статуэток в виде ангелов, копилка-домик и много разных фоторамок со свадебными фотками этих двоих.

И откуда в скромном жилище старшенького все эти безделушки, неужели Катюха притащила? Фу, развела тут ванильность, которую девчонки почему-то уютом называют, а брат и не против. Женщины – зло, способное любого брутального мужика превратить в послушного паиньку. Ни за что не женюсь.

– Так, зачем ты меня позвал? – обращаюсь к Дану, ставя очередную фоторамку на место. Надо же, свадьба спонтанная была, а столько зачётных фоток сделали. Когда успели?

– Давай поужинаем, и я тебе всё расскажу, – гостеприимно предлагает брат.

Катюха после его слов вскакивает и начинает суетиться, шустро накрывая на стол. О, как, ни один мой брат тут дрессированный.

Мы садимся за небольшой стол и принимаемся молча поглощать ужин.

– Так чего надо? – бесцеремонно спрашиваю во второй раз, шумно отодвигая тарелку из-под овощного рагу.

Дан тяжело вздохнул, сузил глаза и с осуждением посмотрел на меня.

– Арсений, у тебя совесть в пожизненном отпуске? Просто захотели пообщаться с тобой, по-родственному. Вот и позвали, – разводит руками братец.

Я рот удивлённо раскрываю, но тут же возвращаю его в исходную позицию.

– По-родственному… – произношу заторможено.

– Ну да! – черноглазая широко улыбается и даже подмигивает мне.

И именно в этот момент я отчётливо понимаю, что дело нечисто. Вот только, что задумали эти двое, мне пока непонятно.

На десерт подают спелый красный арбуз, нарезанный на аккуратные порции. Я беру один кусок и с упоением наслаждаюсь сладким и сочным блаженством.

– У Дани скоро день рождения, ты же помнишь? – спрашивает Катя как бы между прочим.

Давлюсь от неожиданности.

– Ты чего? – Дан стучит ладонью по моей спине. – Забыл?

Прокашлявшись, обнаруживаю, что две пары глаз смотрят на меня с явным осуждением. Попадос.

– Нет, что ты, как я мог забыть? Ха-ха, я уже тусу во всю планирую, – отвечаю максимально непринуждённо, но в голове крутилась тысяча и одна мысль.

Как я мог забыть о том, что у моего родного брата скоро днюха? Это Любавина во всём виновата, и наш с ней спор. А ещё бесконечные Милкины проказы, которые перевернули мой привычный мир с ног на голову, и обратно. Причём, несколько раз, поэтому у меня бардак и в голове, и в делах.

– Видишь ли, – Дан подаётся вперёд и складывает руки в замок, – мы хотим отметить праздник дома.

– В смысле, дома? Здесь что ли? – развожу руками, шокированный услышанным. – Да ну, нафиг! А как же наша традиция?

– Пора заводить новые традиции, – виновато улыбается брат, а я неожиданно понимаю, кто является виновником возникшей ситуации. Катя. Эта черноглазая загнала моего дорогого братца под каблук, и теперь нам даже раз в году не удастся повеселиться.