Текст книги "Остатки разума"
![](/books_files/covers/thumbs_240/ostatki-razuma-276835.jpg)
Автор книги: Рина Морская
Жанр: Современная русская литература, Современная проза
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 5 страниц)
Перемывать Янке кости – вот так я не хотела. Хотя должна признать, что, поговорив с Вервольфом, мне стало легче, даже обида немного отпустила. Я теперь на всю ситуацию смотрела будто со стороны и тут же приняла решение Янку не ждать. Решила поступить по принципу: думая о других – не забывай о себе.
В: Я так понимаю, слёзы отменяются?
М: О, да ты психолог? А я не прогадала, поставив на тебя.
В: Рад соответствовать.
М: Спасибо.
В: И тебе.
М: Мне то за что? Я даже не спросила, чем ты занят, как дела.
В: Полный порядок. Я бодр и свеж, готов к труду. У меня сегодня рабочая смена.
В этот момент в моей голове стала выстраиваться логическая цепочка. Он работает. Сколько ему лет я не спрашивала, а в профиле можно написать всё, что угодно. Рассуждает по-взрослому. Очень может быть, что общаюсь я с тридцатилетним мужиком. О, нет. Я медленно написала.
М: Сколько тебе лет?
В: Ахах. На счёт возраста в профиле – правда. Мне 20. Я студент. Работать ещё на первом курсе начал. Ничего удивительного. Так ведь?
М: Ты прав. Вообще, в отношении мужчин, я очень осторожна. Осознание того, что мы никогда не увидимся, даёт возможность мне быть другой и отпустить все страхи. И мне это нравится. Но лучшее уж делиться своими мыслями с тем, кто с тобой на одной волне, а не старше лет на 10. Так ведь?
В: Согласен. Чем любишь заниматься в свободное время?
М: Люблю читать и рисовать.
Книги я любила всегда, с самого детства. Я погружаюсь с ними в другой мир, от того, видимо, и мечтаю о лучшей жизни. Начитаюсь о красивой любви и невероятной удаче и представляю потом, что со мной сейчас происходят те же самые испытания, после которых всё хорошее вот-вот наступит. Ну, а рисовать, скажем так, мне пришлось. Когда я поняла, что мой гардероб очень скромный, а мой бюджет и того хуже, решила попробовать это исправить. Пересмотрела кучу роликов, как из старой вещи сшить новую или как создать лучший прикид на свете, я взялась за дело. Получалось не плохо. Я научилась рисовать эскизы, а по ним уже шила себе одежду. В итоге поняла, что мне это нравится, поэтому и будущую специальность для себя выбрала подходящую. Моя мечта стать дизайнером одежды.
М: А ты?
В: Я занимаюсь танцами. Не скажу, что это было главной целью в моей жизни, так по случаю вышло. Начал танцевать и затянуло. Теперь нравится. Музыке с головой отдаёшься – такой кайф.
М: Неожиданно. Но очень классно. Мне нравится, с какой страстью ты говоришь об этом. Когда есть возможность заниматься любимым делом, это дорого стоит. Что за танцы? Один или в коллективе? В паре? Не знаю, как правильно спросить.
В: С партнёром. И партнёрша у меня – огонь! Такая же повёрнутая на танцах, как и все, с кем мы занимаемся. Это в хорошем смысле. Они – моя вторая семья. А танцуем много чего. В основном, современные, но из классики тоже можем. Главное – настрой и желание, а этого добра нам не занимать.
Как же сейчас я ему завидовал. Своих друзей он называл второй семьёй. Они вместе проводили свободное время, занимались тем, что им больше всего нравилось, вместе радовались новым достижениям и, наверное, смеялись над неудачами, зная, что обязательно справятся с ними. Тоже вместе.
М: Здорово, даже завидую немного.
В: А ты любишь побыть в одиночестве?
М: Выходит, что так.
В: Почему тогда привела подругу в тот магазинчик? Это же вроде как твоё укромное место.
М: Я тут в автобус зашла, не очень удобно писать. Отвечу дома.
В: Ок, буду ждать.
В автобусе мне пришлось стоять. Уже было почти четыре. Янка так и не позвонила. Вот, что за человек! А я ведь могла ещё сидеть её ждать.
Вышла я незадолго до своей остановки, чтобы заскочить в магазин с тканями. Я уже приобрела кое-какие отрезы, чтобы в деревне у бабушки было, чем заняться, но решила присмотреть ещё, чтоб уж наверняка. Потом зашла в кондитерскую и купила свои любимые эклеры со сливочным кремом. Понимая, что как бы я не тянула время, домой идти всё равно придётся, я медленно побрела в его сторону. Издалека я заметила машину брата, и моё настроение немного улучшилось. Я зашла во двор, навстречу мне вылетел Кактус, радостно виляя хвостом. Я погладила его, присела и обняла своего мохнатого друга, крепко прижимая к себе. В доме творилась какая-то суета.
– Ну, что, мой хороший, надо идти в эту пещеру ужаса, посмотреть, что там происходит, – напоследок я потрепала его за ухом и направилась в дом.
Едва открыв дверь, я уже слышала возмущенный голос матери.
– Ну, вот, кто тебя надоумил, Вань? У нас что места мало? Живите здесь. Это же твой дом, в конце концов.
Ванька, похоже, собирал вещи у себя в комнате. Мать стояла в дверях.
– Ма, я всё решил. Так будет лучше нам с Ниной, – послышался спокойный, но уверенный голос брата. – А к вам мы будем приезжать.
Я подошла ближе. Мать, заметив меня, тут же накинулась.
– Где ты ходишь, Анжела? Тут Ваня уезжает, а тебя непонятно, где носит!
– Уверена, что он не в Магадан переезжает, – я улыбнулась брату. – Ты зря так переживаешь.
– И кому я это говорю? – мать покачала головой, закатив глаза. – Тебе же всегда было плевать на то, что происходит вокруг. – Не удивлюсь, если окажется, что вся эта затея – твоих рук дело.
Её слова больно били по мне, словно розги, с каждым ударом попадая в одно и то же место с завидной точностью. Я была уверена, что за эти годы рана стала настолько глубокой, что её уже ни за что не вылечить.
– Мам, перестань, – а Ванька, как всегда, меж двух огней в попытках меня защитить. – Вот при чём здесь она? Это моё решение.
Из своей комнаты вышел отчим. Я тут же поспешила проскользнуть в Ванькину комнату.
– Томочка, дети выросли, рано или поздно это должно было случиться.
– Тарас, вот ты сейчас вообще не вовремя, – набросилась на него мать.
Я же успела заметить в его взгляде неприкрытое злорадство. «Скоро и меня здесь не будет, – хотелось мне крикнуть ему прямо в лицо, – а пока что радуйся».
– Здесь же совершенно никого не волнует моё мнение, – продолжала ворчать мать, уходя в другую комнату. – Ну чего ты стоишь, как памятник? На работу давай собирайся, – теперь она обращалась непосредственно к своему мужу.
– Так рано же ещё, Тамар. Чего ты завелась? – суетился отчим.
Как же он был мне омерзителен. Вечно сюсюкал перед матерью, а стоило ей отвернуться, как его гнилое нутро тут же вылазило наружу. Мне не понятно, как за все эти годы она не разглядела, что он за человек. Почему так слепо ему верила и держалась за него?
– Так всё равно же без дела слоняешься, – это было последнее, что я услышала перед тем, как захлопнулась дверь в комнату брата.
– Как всё прошло? Документы сдала? – тут же спросил Ванька.
– Всё хорошо, сдала, – ответила я. – Ты сегодня уезжаешь?
– Нет, ну что ты, – он продолжал складывать вещи, а я присела на его кровать. – Там порядок навести нужно. Кстати, убираться мы решили завтра, на это целый день уйдёт. Отпуск мой заканчивается, нужно поторапливаться. Мама тоже поедет, хочет посмотреть, где мы жить собираемся, – он отставил сумку в сторонку, подошёл ко мне и сел рядом. – У Тараса выходной завтра, думаю, тебе тоже стоит поехать с нами, если нет других планов.
– А меня в кино пригласили, – неожиданно, даже для себя самой, сказала я.
– Янка?
– А вот и нет, – я гордо вскинула голову, увидев удивлённый взгляд брата.
– Тогда я жажду подробностей! – воскликнул Ванька, всеми силами стараясь изобразить нетерпение.
– Тише ты, – осадила я его, – нет никаких подробностей. Просто в университете с одним парнем познакомилась.
Я не хотела волновать брата и рассказывать ему о том, что предшествовало нашему знакомству. Ему и так со мной проблем хватает.
– Вот так прям просто и сразу в кино? – он вопросительно заглядывал мне в глаза.
– Ну, а что? – я немного приблизилась к нему, не отводя взгляд, как в игре, кто кого пересмотрит, не моргая. – Я совсем не достойна такого внимания?
– Ты достойна большего, – он немного отодвинулся. – Но, зная, как ты шарахаешься от парней, я удивляюсь, как вообще он умудрился заговорить с тобой? А кино – так это вообще за гранью реальности.
– А, по-твоему, я слишком доверчивая?
– Совсем нет, – Ванька подвинулся ближе и обнял меня. – Я тебе столько раз говорил, сестрёнка, что не все мужики козлы и уроды. Среди них встречаются и такие красавчики, как твой брат, например.
– Второго такого не найти, – я положила голову на Ванькино плечо, а он тихо произнёс:
– А ты попробуй. Дай ему хотя бы малюсенький шанс найтись.
Я невольно улыбнулась.
– Хорошо, я попробую. А знаешь что? – я резко подскочила и потянула его за руку. – Пойдём чай пить, я эклеры купила.
– Мух, да мне по работе бежать нужно, давай сама. Тарас всё равно сейчас тоже свалит.
– Вань, ты опять в доставку? – я нахмурилась.
Брат рано начал подрабатывать, ещё в школе. Ему пришлось. После ухода отца Ванька уверенно переложил все его обязанности на свои плечи и считал, что полностью несёт ответственность за меня. Когда ему исполнилось 20, мы узнали, что отец открыл на нас совместный счёт в банке и все эти годы переводил на него деньги. Воспользоваться ими мы могли по достижению двадцати лет. В тот год мы с Ванькой дружно приняли решение, что ему просто необходима машина. Тогда я поняла, что помимо необходимости, машина – это Ванькина мечта. Он подошёл к выбору авто со всей серьёзностью. Хотел непременно новую и удобную. Учитывая наш бюджет, выбор остановился на «Патриоте». Мечта брата сбылась, а я была счастлива, что смогла хоть как-то этому поспособствовать. На покупку нового автомобиля ушли все деньги, и Ванька ещё больше считал себя обязанным мне.
После учёбы он подрабатывал в доставке до глубокой ночи. Иногда спал 3-4 часа в сутки. А я никак не могла ему объяснить, что это я вечность буду ему обязана и благодарна за всё, что он для меня сделал и продолжает делать.
– У меня шабашка, правда, – ответил он.
Ванька у меня был крупным IT-шником. Закончил университет и уже год трудился в небольшой фирме по продаже и установке всяких компьютерных штучек. Брался он и за частные заказы. Кому интернет настроить, кому программу установить или камеру видеонаблюдения. Ну и всё такое. Видимо он именно такой заказ и имел в виду.
– Когда вернёшься? – спросила я.
– Постараюсь побыстрее, – он чмокнул меня в щёку, и мы вместе вышли из его комнаты.
Мать с Тарасом смотрели телевизор в гостиной, настолько громко, что на кухне были слышны отдельные фразы из сериала.
– Ты в беседку? – спросил меня Ванька.
– Как всегда, – ответила я, наливая чай в свою огромную кружку.
– Давай помогу тебе отнести всё туда, – он взял мой чай и тарелку с эклерами. – И я помчался.
– Давай, а я ноутбук захвачу.
Мне пришлось сходить за ним в свою комнату. Когда я вышла на крылечко, Ванька уже направлялся к машине. Он махнул мне рукой, а я потопала в беседку. Пиликнул телефон. Янка.
«Ты где сейчас?» – прочитала я, а я в голове пронеслось: «Не прошло и полгода».
«Дома я.»– отправила я ответ.
«Давай завтра увидимся.»
Что ещё меня всегда поражало в Лике, так это то, что она не могла произносить слово «извини». Аллергия у неё на него что ли?
«Завтра не получится. У меня планы.» – я была категорична.
«Блин. А у меня послезавтра подработка начинается, прикинь. Всё получилось. Можешь меня поздравить.»
«Даже не сомневалась в тебе. Поздравляю.» – написала я.
Я отложила телефон в сторону. Не хотелось больше ничего ей писать. Стало как-то обидно. Никто кроме Ваньки моими делами не интересовался. Я вспоминаю о Вервольфе. Всё же в моей жизни появился ещё один человек, которому есть до меня дело.
– Я тебе обязательно отвечу, как и обещала, но сперва разберусь со своим личным кабинетом на сайте вуза, – вслух обратилась я к своему новому другу, будто он стоял рядом, – ты же всё равно на работе уже, наверное. Сразу ответить не сможешь. Я вообще могу тебе хоть всю ночь писать, – подытожила я.
Кактус лежал у моих ног, косился в мою сторону и видимо пытался решить окончательно ли я сошла с ума или всё же надежда есть.
– Ну что ты смотришь на меня так? – обратилась я к нему. – Ты же должен уже привыкнуть, что я такая.
Пару часов спустя, когда я уже проштудировала весь сайт и съела всё, что успела натащить в беседку, я решила пойти в свою комнату. Тарас уехал на работу. Мать по-прежнему была в гостиной. Я зашла в своё убежище, заперла дверь – этой своей привычке я не изменяла никогда – и расположившись поудобнее на кровати, открыла ноутбук.
Вервольф
Подрабатывал я в караоке баре «Синг». Вместе со своим лучшим другом Егором. Трудился за барной стойкой. Мы оба были студентами, поэтому смены нам в основном доставались ночные. С шести вечера до двух часов ночи. А в выходные и того дольше. Сегодня, в будний день, народу было немного. Заведение наше находилось в не слишком оживлённом районе города, так что основная часть посетителей были завсегдатаи. Как правило, среди недели собирался контингент постарше, и смены были довольно спокойные. А вот пятница-суббота – время развязной молодёжи. В такие дни зал обычно битком, да и музыка звучала совсем другая. И хотя я был не слишком занят, сообщение от Мухи увидел не сразу. Она ответила на мой вопрос.
М: Это как-то само собой вышло. Зашли однажды после школы. А о моём укромном месте не знает никто.
У меня с друзьями тоже было такое место, о котором знали только мы. Берлога. Каждый из нас в любое время мог уединиться и побыть в одиночестве, но в основном мы зависали там все вместе. А Муха всегда одна. Я уже успел почувствовать её одиночество и то, как отчаянно она нуждалась в друге, с которым можно поговорить. Знал я и то, что ей ещё очень много предстоит мне рассказать. Ну ничего, всему своё время. Я готов был и ждать, и слушать её, когда нужно. Я был благодарен Мухе за спасение моей сестры. Теперь я понимал, что не зря искал её несколько лет. Сейчас в помощи нуждалась она.
В: Для меня сделаешь исключение?
Несмотря на то, что я ответил ей не сразу, Муха тут же начала писать ответ. Ждала.
М: Есть в моём городе необычная библиотека. Она вроде как частная. Читательский зал в ней такой, как в других библиотеках. Столики для чтения индивидуальные и отделены друг от друга небольшими перегородками. На каждом столике стоит высокая лампа с абажуром. Свет падает сверху. Я там ощущаю себя так, будто вокруг никого. Тихо, спокойно и безопасно.
Мне стало не по себе. Во-первых, я был далек от всего этого. Толком не представлял, как выглядели другие библиотеки и читательские залы. Во-вторых, недоумевал, что заставляет любить такие места, где ты отрешён от всего мира. Чаще всего я наблюдал, как девчонки в расстроенных чувствах заваливались в бар, чтобы либо напиться от горя, либо поорать в караоке и выплеснуть все обиды.
В: Как ты вообще нашла это место?
Ко мне подошёл Егор.
– Что происходит, дружище? Ты от телефона не отходишь, – он явно беспокоится.
– Помнишь, я рассказывал, как в лагере девчонка за Марфу заступилась? – спросил я.
– Забудешь такое. Конечно, помню, – Егор нахмурился.
– Я её нашёл. Вернее, она сама нашлась. Мы теперь друзья по переписке. И у неё там всё не очень хорошо. Я не могу сказать точнее, сам толком ничего не знаю ещё, но чувствую.
Послышался звук очередного сообщения.
– Я прикрою, если что, – друг похлопал меня по плечу.
М: Мне о нём рассказала хозяйка того книжного магазинчика. Я даже подозреваю библиотекой тоже владеет она. Там так же уютно и сделано с большой любовью к книгам и к людям, которые их читают.
В: Ты часто там бываешь?
М: Только, когда уже выть хочется, сил нет. Знаешь, я как будто не на своём месте. Постоянно ощущаю, что всё что меня окружает – это не моё. И в моей жизни не хватает чего-то очень важного. Это как потерять самое дорогое, но не можешь вспомнить, что именно, а потеря эта жжёт изнутри и нет тебе покоя от этого.
В: Мух, тебя парень бросил?
М: Нет. Вернее, у меня нет парня. Странно, почему ты об этом спросил?
В: Пытаюсь понять откуда такие страдания. Уже заготовил следующую фразу: не переживай, ты встретишь намного лучше.
М: Кстати об этом. Я сегодня познакомилась с парнем. Он в кино меня пригласил. А я не знаю стоит ли идти.
Она просила моего совета. Я включил режим старшего брата.
В: Какое первое впечатление у тебя было о нём? Он тебе понравился?
М: В двух словах и не скажешь.
Отправив мне это, Муха принялась печатать дальше. Мне казалось, что пишет она целую поэму. Я даже отложил на время телефон и успел немного поработать дабы совсем не садиться Егору на шею. Чуть позже я увидел сообщение, в котором она описала случай на парковке и что было потом.
В: Ну ты даёшь. Почему днём ты мне рассказала про подругу, а не то, что тебя чуть не покалечили?
М: В тот момент это казалось важнее. Так что посоветуешь?
В: Думаю, стоит пойти. Но не спеши. Опоздай где-то на полчасика. Нужно понять, насколько ты его заинтересовала. Если он даже не заметит твоего опоздания и просто будет рад тому, что ты пришла, то всё хорошо. Если же он покажет своё недовольство, то это не наш вариант. Лучше будет потихонечку слиться.
М: Ведь никому не нравится ждать. Любой будет нервничать.
В: В этом то и дело. Попробую объяснить. Давным-давно мужчинам приходилось завоёвывать женщин, словно непреступные крепости. Сейчас вокруг полным-полно крепостей с распахнутыми настежь воротами – выбирай любую. Понимаешь?
М: Что-то не очень. Так мне надо ворота распахивать или нет?
Её вопрос заставил меня улыбнуться.
В: Суть в том, что если мужчине нужна именно эта крепость, то никакие ворота его не остановят. А если ему всё равно, то он выберет самую доступную. А кому открыться, ты должна понять сама, почувствовать, что он тот самый. А непреступной крепостью оставаться для остальных.
М: Хорошо, это поняла. Только я ведь не знаю его совсем. Как-то страшновато.
В: А как по-другому ты его узнаешь, если не пообщаешься? Возьми подругу с собой.
М: О, нет, только не это. Я справлюсь.
В: Тогда тебе пора отдыхать, поздно уже. А завтра ты должна быть во всеоружии.
М: Ты прав. Хорошо тебе отработать.
В: Спасибо. А тебе сладких снов.
На сегодняшний день я точно знал одно: опыт в отношениях с парнями у Мухи был небольшой, если не сказать – никакой. Также закралось подозрение, что она их побаивается. «Что ж, завтра её нужно поддержать» – подумал я.
Лика
Разбудил меня стук в дверь и громкий голос брата.
– Муха, вставай! Проспишь всё самое интересное.
Я потянулась, как довольная кошка. Вспомнила вчерашнюю переписку и улыбнулась. Как же давно я нуждалась в таком вот друге, с которым запросто можно поговорить обо всём. В надежде я схватила телефон. Новое сообщение. Утро началось замечательно. Оказалось, написал он сразу же, как мы попрощались. А я видимо отключилась.
В: Во сколько свидание?
М: Доброе утро.
Я прошла на кухню. Ванька был один. На столе дымился свежесваренный кофе.
– Какой аромат, с ума сойти, – промурлыкала я.
– А я смотрю кто-то в хорошем настроении с утра, – Ванька поднял одну бровь. – Удивлён.
– Вань, давай я быстренько яичницу сделаю? – я прям сама чувствовала, насколько глупо выглядела с этой идиотской улыбкой.
– Ты меня добить решила, – сделал вывод брат и добавил. – Еду закажем в новую квартиру, позавтракаем все вместе, ну или пообедаем, – сказал он, глядя на часы. – Муха, давай скорее.
– Угу, – промычала я, делая глоток кофе. – Это божественно, – я закатила глаза.
– Так, я собираться, – брат немного помолчал и потом с улыбкой проговорил. – Тебе очень идёт быть счастливой, – и вышел.
Прогудел телефон.
В: Да ты оказывается соня. И тебе доброе утро. Походу я больше тебя волнуюсь.
М: Походу. А ты почему не спишь, работал ведь всю ночь.
В: Выспался уже, я до 2-х работал. Уже мчусь на тренировку.
М: Ты за рулём?
В: Да.
М: Давай-ка не отвлекайся. Свидание в 4.
Отложив телефон, я произнесла: «Как же мало человеку нужно для счастья: разговор по душам и чашечка ароматного кофе».
Почти полдня мы провели в квартире у брата. Наводили чистоту и создавали уют. Квартира мне очень понравилась. Даже мать почти перестала ворчать и понемногу смирилась с переездом Ваньки. В начале третьего он скомандовал, что отвезёт нас домой. Видимо тоже не забыл о моём свидании.
И вот я уже стою. В своей комнате перед шкафом и не понимаю, как я до этого дошла. Вчера в это же время я приглашение Антона даже как вариант не рассматривала. А сегодня стою тут и думаю, что надеть. Проблема была в том, что с того злополучного дня, платья и юбки в мой гардероб больше не входили. Спала я тоже только в пижамах. Так мне было комфортнее и спокойнее. Принимая во внимание, что уже несколько дней город просто изнывал от жары, я остановила свой выбор на джинсовом комбинезоне с шортами. Натянула белую футболку. Я решила, что с моими любимыми беленькими кроссовками я буду выглядеть очень даже мило. Причёска никогда мне проблем не доставляла. Я любила свои густые красивые волосы, которые доходили мне до плеч. И хоть они были обычного темно-русого оттенка, я ими гордилась. Внешностью своей я осталась довольна: неброский макияж, лёгкий румянец, видимо от волнения, голубой цвет комбинезона, который очень подходил к цвету моих глаз, – и я во всеоружии. Так вчера сказал Вервольф. Я потянулась к телефону. Он должен написать. Мне так нравилось это чувство: быть уверенной в своём друге. Почти четыре. Пора. Я уже хотела выйти из комнаты, когда услышала звук оповещения. Теперь я просто обожала этот звук.
В: Уверен, ты ещё стоишь перед зеркалом.
М: Угадал, но уже собиралась выходить.
Своего друга я тоже уже обожала.
– Смотрю ты никуда не торопишься, – сказал Ванька, когда я вышла из комнаты. Он ждал меня, чтобы подвезти до набережной.
– У меня ещё полчаса. Успею, – ответила я, зашнуровывая кроссовки.
В: Ты как добираться будешь. На такси?
М: Брат везёт. А ты сегодня работаешь?
В: Да, но постараюсь быть на связи.
Уже в машине пришло ещё одно сообщение.
В: И всё-таки, почему ты не захотела взять подругу с собой?
М: У некоторых девочек есть такая фишка: заводить себе невзрачных подружек, чтобы на их фоне выглядеть еще красивой. Сегодня мне не очень хочется снова оказаться на втором плане.
В: Ты точно уверена, что всё обстоит именно так? Я вот почему-то убеждён, что ты красотка.
М: Ну. Я не прям страшилка, но до красотки мне явно далеко.
– Муха, ты кому написываешь всю дорогу? – не выдержал Ванька.
– Подружке, – мне не хотелось говорить брату, что подружка – парень, даже толком не знаю, почему. Наверное, не хотелось лишних вопросов.
– И что-то мне подсказывает, что это не Янка, – продолжал он.
– Мы в сети познакомились, – подтвердила я его догадку, – подруги по переписке.
– Так это из-за неё ты сегодня сияешь, как ёлка новогодняя?
– Да, мне очень нравится с ней общаться, – с улыбкой ответила я.
– Я рад, сестрёнка. Правда, очень рад, что ты нашла родственную душу, – Ванька тоже улыбался. – Тебе это на пользу.
А я продолжила набирать сообщение свой «подружке».
М: А на счёт остального да, я уверена. Свои подозрения даже проверила разок. В школе мне нравился один парень. Прям стандартный шаблон: он самый популярный парень в классе, добрая половина девчонок по нему сохнет, а вторая половина наблюдает за ними и посмеивается. Я, естественно, не хотела, чтобы надо мной тоже хихикали, поэтому о своих чувствах никому не говорила. Даже близкой подруге. Потом, конечно, я поняла, мне лишь казалось, что если я не скажу, то никто не догадается. Но это было очевидным. В каком-то фильме видела, как маленькая девочка сказала: «Это как описаться в детском саду: тепло только тебе, а видно всем». По-моему, лучшего сравнения не придумаешь.
М: Так вот. Подруге с моим объектом внимания было по пути в школу. Они довольно часто вместе ходили туда-обратно. Мне же она во всех красках расписывала их дружеские беседы, показывая, насколько они близкие друзья, а я просто в стороне стою. Знаешь, мне кажется нам нужно придумать, как в разговорах будем всех называть. Без имён сложновато.
В: Согласен.
М: Пусть подруга будет – Нюша.
В: Намекаешь на её свинское поведение?
М: Чистая случайность.
А про себя отметила, насколько чётко сработала интуиция.
В: Окей. Я в предвкушении интриги.
М: Я домой ходила со своим соседом, пусть будет Ёжиком. Мы с ним знаем друг друга с пелёнок, росли вместе. Для меня он – просто друг детства. Вот я взяла и сказала Нюше, что мне нравится Ёжик. Я просто хотела посмотреть, как она будет себя вести.
Я отправила сообщение и поняла, что мы едем вдоль набережной.
В: Ну, не томи. Что дальше было?
М: Мы почти приехали. Сейчас выйду из машины и допишу по дороге.
В: Умеешь ты паузу держать, тебе бы лекции в универе читать.
Мы действительно приехали. Изо всех сил я старалась выглядеть непринуждённо и спокойно, но Ваньку провести не удалось.
– Можешь не тужиться тут, изображая спокойствие. У тебя глаза на пол лица, – сказал он, – Муха, тебя никто не заставляет, может, ну его – это кино?
– Я же не трусиха там какая, – храбрилась я до последнего. – Подумаешь, кино.
А про себя продолжила: «Я сильная. Я начинаю новую жизнь. Я должна отпустить страхи и освободить место для чего-то нового. Чтобы счастье появилось в моей жизни, я не должна упускать шанс. Я должна немного ему помочь.»
– Понимаешь, Вань, – продолжила я, – я подумала, что, если судьба мне пошлёт кусочек счастья, а я его не распознаю, отвернусь от него? А ведь нужно всего-то в этот момент быть чуточку смелее.
– Похоже твоя скорлупа, наконец-то, дала трещину, – смотрел брат на меня уже более серьёзно. – Не знаю даже, я рад, Муха, но мне и тревожно тоже. Пожалуйста, не бросайся сломя голову на все подарки судьбы. Обещай, что сначала ты всё хорошо обдумаешь.
– Об этом можешь не волноваться, – я похлопала его по плечу. – Уж что-что, а думаю я чересчур много.
– Ладно, беги. Если что – я на связи.
Я вышла из машины. Спустилась на набережную и остановилась в тени большущего дерева. Нужно было дописать сообщение.
М: А дальше я поняла, что была права. Нюша всячески старалась перетянуть внимание Ёжика на себя. Забыла сказать, что он с начальной школы неровно дышит к ней. Так что каждый получил своё: Ёжик поплыл от такого внимания, Нюша в очередной раз доказала, что лучше меня, а я подтвердила свои подозрения.
В: Зачем тебе такая подруга? Почему ты всё ещё дружишь с ней, если всё поняла?
М: Это в детском саду всё просто. Сказал: «Я с тобой не дружу», и всё – проблема решена. А сейчас придётся выяснять отношения, не хочется, если честно.
В: К этой теме мы ещё вернёмся. Я так понимаю – ты на месте. Удачи.
«Удача мне понадобится», – подумала я и направилась в сторону фонтана. Часы показывали без четверти пять. Опаздывала я просто неприлично и была уверена, что меня уже никто не ждёт. Признаю, где-то в глубине души мне хотелось, чтобы Антон меня дождался, но, когда я его увидела, чувства удовлетворения не было. Мне стало жутко неудобно и стыдно за свою проверку. Антон стоял, облокотившись на ограждение и смотрел на воду. Я подошла и стала рядом.
– Привет.
Он неспеша повернулся ко мне, сощурив глаза от солнца, улыбнулся приветливо и сказал.
– Привет. Рад, что ты пришла.
– Я опоздала, – начала было я оправдываться, но он меня перебил.
– Это моя вина. Я дал тебе слишком мало времени на раздумья. Нужно было, – он глянул на часы, – на 40 минут больше.
Я расплылась в улыбке, было очень приятно. Мне всегда нравились такие чисто мужские поступки: взять всю вину на себя. Понимала я и то, что это очень удачный ход повысить себе цену.
– Вижу, ты профи. Знаешь, как понравиться девушкам, – и добавила. – Это было очень мило.
– Я тебе уже нравлюсь? – тут же поймал меня на слове Антон.
Я прошлась по нему взглядом, всем видом показывая, что внимательно его изучаю. Он был очень привлекательным. Его светлые коротко подстриженные волосы придавали ему вид главаря уличных хулиганов. Атлетичное телосложение говорило о том же. И всё же в его облике присутствовало явное благородство. Чувствовалось, что парень не из простых. Сегодня он был не в рубашке. Чёрная футболка красиво подчёркивала его подкачанные мышцы, чёрные джинсы перехватывали инициативу, ничуть не уступая предыдущим ощущениям. И, наконец, белые кроссовки завершали образ. Мне он нравился. И всё-таки его излишняя самоуверенность не позволяла мне окончательно определить его в категорию «мой герой».
– Как ты думаешь, почему я решила прийти? – ответила я вопросом на вопрос.
– Ты всю ночь не могла уснуть, думая обо мне, – тут же произнёс он уверенно и спокойно, – и сейчас, изучив меня с ног до головы, бы убедилась, что вчера тебе не показалось, и я очарователен.
– Одолжишь мне немного своей уверенности? По-моему, её у тебя в избытке.
А ещё подумала, если бы он сказал: «Я великолепен», то чаша весов склонилась бы не в его пользу.
– Ты меня заинтересовал. Это пока всё.
– Пока этого достаточно, – сказал Антон. – А ты мне сразу понравилась, – он смотрел прямо в глаза, от чего мне было немного некомфортно, но я смогла задать вопрос.
– Это когда? Когда я маневрировала между машинами?
Он улыбнулся.
– Можешь мне не верить, но это было очень грациозно. Я бы сказал, в стрессовых ситуациях ты держишься очень уверенно, – к концу фразы его улыбка постепенно исчезла, и сейчас он смотрел на меня довольно пристально и задумчиво.
– Да уж, – мне не хотелось ему объяснять, что в тот момент у меня душа ушла в пятки и долго не хотела возвращаться, поэтому сказала. – Со стороны, наверное, виднее.
– Ну что, в кино?
Мы пошли вдоль набережной.
– Честно говоря, я думал ещё перекусить где-нибудь, но боюсь времени осталось немного. Можем не успеть.
– Во сколько фильм? – спросила я.
– В 6. Билеты уже куплены, – Антон посмотрел на часы. – А вот выпить по чашечке кофе нам ничего не мешает.
– Так нам ведь ещё нужно добраться до кинотеатра.
– Я на машине.
– Нет! – воскликнула я слишком неожиданно даже для самой себя.
Антон остановился. Он удивлённо смотрел на меня, слегла приподняв брови.
– Что не так? – спросил он, – Ты боишься машин?
Я не знала, как исправить неловкость, поэтому промямлила:
– Можно и так сказать.
Я не любила врать. Не любила, когда врут мне. Но в данной ситуации мои слова были частью правды. Я боялась ездить с малознакомыми людьми. А об Антоне я пока ничего не знала.
– Я понял, – он не стал настаивать. – Давай прогуляемся. А кофе можно взять навынос. Или ты предпочитаешь мороженое? Можно сок.
Если учесть, что на улице всё ещё было слишком жарко, то мороженое казалось более заманчивым. Но я тут же представила, как на этой самой жаре мороженое начинает таять, я изо всех сил стараюсь не обляпаться и при этом выглядеть достойно. Нет. При Антоне не хотелось снова выглядеть комично. Вода была у меня в рюкзаке. Поэтому я ответила.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?