Текст книги "МИФЫ. Корпорация МИФ (сборник)"
![](/books_files/covers/thumbs_240/mify-korporaciya-mif-sbornik-104926.jpg)
Автор книги: Роберт Асприн
Жанр: Юмористическое фэнтези, Фэнтези
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 15 (всего у книги 62 страниц) [доступный отрывок для чтения: 18 страниц]
Глава двенадцатая
Чтоб ты лопнул, обжора! Я хочу сказать…
Робин
– Мне… думается, я допустил такти… тактическую… ошибку, – прошептал я с тем достоинством, какое сумел собрать.
– Что верно, то верно, – безжалостно съязвил в ответ Кальвин. – Ты забыл про первое правило выживания: не дразните зверей. Слушай, Скив, ты хочешь просто убраться отсюда или убраться отсюда с деньгами?
– Хочу… мои деньги. – Я был не настолько пьян… или настолько…
Джинн с досадой закатил глаза:
– Этого-то я и боялся. Придется потрудиться. Ладно, в первую очередь убери золото с глаз долой. Думаю, здесь они ничего предпринимать не станут. Тут слишком много свидетелей, и значит, на слишком много частей придется делить добычу.
Я послушно принялся собирать монеты. Мои руки потеряли сноровку, и сунуть деньги в пояс никак не удавалось, поэтому я удовлетворился рассовыванием их как попало по карманам.
В баре больше не царила тишина. Кругом тихо перешептывались, и гул голосов, когда кучки завсегдатаев склоняли головы друг к другу, казался зловещим даже мне в моем состоянии. По сумрачным взглядам в мою сторону было нетрудно догадаться, на какую тему шел у них разговор.
– Как я понимаю, беда нас ждет на выходе. Значит, весь фокус в том, как выйти незаметно. Закажи еще кувшин.
Только тут я понял, как много уже выпил. Мне на мгновение подумалось, будто джинн предложил…
– Ты хочешь, чтобы я…
– Закажи еще кувшин, но ни в коем случае не пей из него.
Это имело еще меньше смысла, но я выполнил его инструкции и сделал знак бармену, который доставил мне кувшин с впечатляющей скоростью.
Я заплатил ему монетами из кармана.
– Чего-то я не пойму, – мямлил я. – Зачем мне заказывать кувшин, когда ты говоришь, что мне не следует…
– Заткнись и слушай, – прошипел Кальвин. – Это для того, чтобы все здесь подумали, будто ты намерен еще долго тут торчать. А мы тем временем уберемся.
Это имело еще меньше смысла, чем выпить по новой.
– Но, Кальвин… их так много между нами и дверью! Они увидят, как я…
– Не через переднюю дверь, балда! Видишь тот маленький коридорчик в глубине бара? Он ведет к туалетам. Там есть черный ход, вероятно, выходящий в переулок. Вот этим-то маршрутом мы и воспользуемся.
– С чего ты взял, что там есть черный ход? – с подозрением спросил я.
– С того, что когда я захожу в незнакомый бар, то в первую очередь считаю выходы, – огрызнулся джинн. – Предлагаю и тебе обзавестись такой привычкой, если ты намерен продолжать пить.
– Больше не хочу пить, – сумел выговорить я, и мой желудок при этом внезапно взбунтовался.
– Молодец. А теперь спокойно. Мило и небрежно следуй в туалет.
Я сделал глубокий вдох в тщетной попытке прояснить голову, а потом встал… попробовал встать. Нога моя при этом зацепилась за стул, и я чуть не потерял равновесие. Мне удалось не упасть, но стул шумно свалился набок, вызвав несколько смешков у горлопанов за стойкой.
– Отлично, – утешил меня Кальвин, голос его, казалось, доносился откуда-то издалека. – А теперь вперед по коридорчику.
Совершенно неожиданно я сделался очень высоким. Двигаясь как мог осторожно, я нацелился на вход в коридорчик и устремился туда. Сумев пройти по нему, не прикоснувшись к стенам по обеим сторонам, я почувствовал небольшой прилив уверенности. Может быть, этот план Кальвина в конце концов сработает! Как он сказал, выход находился почти сразу за туалетами. Без всяких указаний я изменил курс и вытолкнулся в переулок, прикрыв за собой дверь. Все!
– Хоп!
– Что значит «хоп»? Разве ты не сказал, что мне надо…
– Вот здорово, что вы сунулись сюда, мистер!
Эти последние слова произнес коренастый изверг, один из шести преградивших нам путь из переулка. Очевидно, наш маленький спектакль одурачил не всех.
– Скив, я…
– Не важно, Кальвин. Я и сам разобрался, что значило это «хоп».
– Вам должно быть известно, что за проход через этот переулок надо платить.
Это говорил все тот же субъект. Если он и услышал мой разговор с Кальвином, то наверняка решил, что я разговариваю с самим собой, и, похоже, не особенно волновался по этому поводу.
– Совершенно верно, – вставил один из его дружков. – И мы полагаем, того, что у вас в карманах, должно хватить на оплату дорожного сбора.
– Быстро! Обратно в бар! – прошипел Кальвин.
– Сам догадался, – пробормотал я, нащупывая у себя за спиной дверь.
Я ее нашел… в некотором смысле. Дверь была на месте, но вот ручки с этой стороны не было. Очевидно, владельцы бара хотели, чтобы ею пользовались только для выхода. Восхитительно.
– Вопрос лишь в том, отдадите вы нам деньги тихо или нам придется отобрать их у вас?
Я и прежде сталкивался с громилами, солдатами и спортивными болельщиками, но полдюжины изврских грабителей – это уже слишком, они меня не на шутку испугали, и я решил, притом совершенно самостоятельно, что теперь самое подходящее время переложить эту проблему на другие плечи.
– Давай, Кальвин! Сделай что-нибудь!
– Что, к примеру? Я ж тебе говорил, что не мастер драться.
– Ну, сделай хоть ЧТО-НИБУДЬ! Ты же все-таки джинн!
Полагаю, в глубине души я знал, что критикой Кальвина не возьмешь. Однако, к моему удивлению, он откликнулся.
– Ладно уж! – поморщился он. – Возможно, вот это поможет.
И с этими словами сделал руками несколько пассов, и…
…И я протрезвел! Абсолютно протрезвел!
Я посмотрел на него.
– Это все, что я могу сделать, – пожал плечами джинн. – Дальше справляйся сам. Теперь хоть не придется драться пьяным.
Грабители начали поднимать с мостовой доски и куски кирпичей.
– Время истекло! – объявил их предводитель, направляясь ко мне.
Я улыбнулся Кальвину.
– Думаю, твое понимание дружбы близко к идеальному, – сказал я. – Впрочем, я хотел бы обсудить с тобой пару моментов.
– СЕЙЧАС? – завопил джинн. – Время едва ли подходящее… Берегись!
Предводитель шайки вскинул ручищи, намереваясь огреть меня с размаху подобранной где-то по дороге деревяшкой. Когда деревяшка со свистом устремилась к своей цели, то есть к моей голове, я описал рукой в воздухе между нами круг… и доска отскочила, словно наткнувшись на невидимую стену!
– Магический экран, – уведомил я разинувшего рот джинна. – Вроде силового поля, но не совсем. Ты ведь помнишь, я все же маг, не так ли!
При виде произошедшего нападавшие встали как вкопанные, некоторые даже отступили на несколько шагов.
– Да, пока не забыл, спасибо за вытрезвление, Кальвин. Ты прав. Так намного легче фокусировать мысль. Меня не раз выручали эти экраны. Их можно применять так, как я только что продемонстрировал, в качестве щита, или же…
Я внес в чары несколько быстрых поправок.
– …расширить, превратив в стену или пузырь. Идем?
Я раздвинул экран и начал просто выталкивать стоящую перед нами шайку грабителей из переулка. Это было небольшой вариацией фокуса, которым я как-то в прошлом прервал драку на Большой Игре, – потому у меня и имелись все основания для уверенности в его результате. Я считал, что мы просто выйдем из переулка, удерживая грабителей на почтительном расстоянии, а потом кликнем такси и уберемся отсюда восвояси.
Главарь шайки повернулся и рысью рванул вперед, на несколько шагов опережая других.
– Ловко. Действительно ловко, – крикнул он, снова поворачиваясь лицом ко мне. – Не раскусил в тебе мага. Ну, посмотрим, справишься ли ты вот с этим, умник!
И с этими словами бандит вытащил из кармана куртки нечто похожее на пару губок для стирания с доски мела. Сперва я подумал, что он хочет попробовать бросить ими в меня, но вместо этого он хлопнул ими друг о друга над головой, осыпав себя тем, что походило на известку. Это было бы смешно… если бы он не выглядел таким сумрачным, когда снова двинулся на меня.
Просто для страховки я удвоил перед ним экран… и он прошел прямо сквозь него!
– Так я и думал! – крикнул он своим дружкам и остановился, миновав мою защиту. – Не такой уж высокий уровень. Переходите, ребята, на следующий, а то и выше… собственно, чем выше, тем лучше!
Мне следовало это предвидеть… может, я бы и предвидел, будь у меня побольше времени для размышления. Измерению, применяющему и магию, и технологию, обязательно должны быть доступны магические контрчары и оружие. К несчастью, мне предстояло узнать об этом из первых рук!
Другие члены банды дружно сунули руки в карманы и извлекли то ли амулеты, то ли баллончики-краскораспылители. У меня возникло ощущение, что мой магический экран теперь уже меня не защитит. Кальвин был того же мнения.
– Быстро, Скив! У тебя есть в запасе еще какие-нибудь фокусы?
Я всегда считал, что в критической ситуации лучше всего разыгрывать самую сильную карту. Все еще надеясь избежать настоящего насилия, я лишил экран энергии и перебросил ее на новую личину – сверхмускулистого изверга, более чем вдвое превышающего меня ростом.
– Вы, мальчики, действительно хотите, чтобы я повел себя круто? – крикнул я, стараясь изо всех сил сделать свой голос угрожающим басом. Я думал придать себе вид полицейского, но отбросил эту идею. При моем-то везении они, вероятно, сдадутся, и что мне тогда потом с ними делать? Я хотел заставить их бежать… убраться навсегда из моей жизни!
Это не сработало.
Я едва успел выкрикнуть свою угрозу, как большой кусок кирпича разодрал воздух у меня над головой… пройдя сквозь то, что было грудью моей личины.
– Чары личины! – крикнул бросавший. – Бейте его такого, каким мы видели его раньше!
Я счел, что настало время для демонстрации высшей доблести. Пытаясь сохранить четкость соображения – а это не так легко, как кажется, когда тебя атакуют полдюжины хулиганов, – я врубил чары левитации и рванул в небеса.
По крайней мере попытался рвануть.
Едва я успел подняться в воздух, как на голени у меня словно сомкнулись клещи.
– Я держу его!
Захват причинял боль, из-за чего мне было трудно сосредоточиться на чарах. К тому же этот день отнял у меня больше сил, чем мне представлялось. Обыкновенно я могу пролевитировать, и левитировал, двоих помимо самого себя… даже троих, поскольку одним из тех двоих была Маша. Однако при теперешней свалке мне еле-еле удавалось поднять самого себя и державшего меня за голень парня. Я старался поднять его в воздух, но что-то отскочило от моей головы и…
Земля врезалась в меня под невероятным углом, и я на какой–то миг увидел россыпь звезд. Давление на мою голень исчезло, но когда я открыл глаза, надо мной стоял главарь шайки с доской в руке.
– Неплохая попытка, умник! – презрительно фыркнул он. – Но недостаточно хорошая. А теперь давай-ка мне…
Внезапно он растянулся, потому что кто-то врезался в него сзади.
– Быстрей, господин Скив! Подымайтесь!
Я мгновенно сообразил, что это уличный торговец, с которым я говорил этим утром. Он нагнулся надо мной, повернувшись лицом к окружавшей нас банде.
– Скорее! Я не смогу один сдержать этих парней!
Я не был уверен, что встану, если захочу, но вынужден был отбросить всякую надежду избежать насилия. Приподнявшись на локте, я мысленно потянулся, схватил мусорный бачок и послал его лететь сквозь строй грабителей.
– Что за…
– Берегись!
Если они хотели физических методов, я это им устрою. Я мысленно схватил еще два мусорных бачка и кинул их в бой, заставляя все три летать взад-вперед в тесном переулке.
– Черт возьми! Я ж на вашей стороне! Помните? – крикнул уличный торговец, увертываясь от одного из моих снарядов.
Я вызвал немного добавочной энергии и набросил на нас обоих экран. Мне представлялось, что никто не подумает применять контрчары против мусорных бачков.
Еще несколько взмахов старыми мусорными бачками, и все было кончено.
С трудом переведя дух, я убрал экран и остановил свое нехитрое оружие. Четверо из нападавших на меня лежали, растянувшись на мостовой, а двое других удрали.
– Неплохая работа, Скив, – гаркнул Кальвин, появляясь откуда-то, где он укрылся, когда началась драка.
– С вами все в порядке, господин Скив? – спросил уличный торговец, протягивая мне руку и помогая подняться на ноги.
– Я… цел… благодаря тебе… Дж. Р., не так ли?
– Совершенно верно. Я шел домой и увидел, что они на вас насели. Силы были неравными, поэтому я решил помочь. Ну, дела! Я и не знал, что вы маг!
– В данную минуту очень благодарный маг, – сказал я, роясь в карманах. – Вот, возьми это. Считай это моим способом выражать благодарность.
– Прошу меня простить, – протянул джинн. – Но разве мы затеяли эту драку не с целью сохранить твои деньги?
Ему не следовало беспокоиться. Дж. Р. отшатнулся от золота так, словно я предложил ему яд.
– Я помог вам не ради денег! – бросил он сквозь зубы. – Я знаю, вы не хотели… Черт! Вы, богачи, все одинаковы. Думаете, ваши деньги… Слушайте, я привык деньги зарабатывать, понятно? Я не какой-то там бездельник, ищущий подаяния!
С этими словами он круто повернулся и зашагал прочь, оставив меня с вытянутой рукой, полной золота.
Это был бы прекрасный уход, если бы переулок не закупорила въехавшая туда повозка… повозка с красно-голубой мигалкой наверху.
Глава тринадцатая
Кто? Я, сержант?
Дж. Диллинджер
Я не понимаю, с какой стати нас задержали. Мы пробыли в полицейском участке много часов. Мы – это я, Дж. Р. и, конечно, Кальвин, хотя о существовании последнего полиция, кажется, не ведала, а я вовсе не испытывал желания ее информировать. Несмотря на наши протесты, нас без всяких разговоров привезли в участок. Грабителей привели в чувство и посадили в другую повозку, хотя я заметил, что с ними обращались менее вежливо, чем с нами. Но это мало утешало, поскольку нас задержали против нашей воли.
– Вот как? Тогда нам придется разобраться в этом повнимательней и докопаться до сути.
Сказал это субъект, допрашивавший нас, когда мы прибыли. Судя по почтительности, с какой обращались к нему другие полицейские, я счел его офицером. Он обладал дурным запахом изо рта, скверным настроением и невыносимым пристрастием повторять по нескольку раз одно и то же. Когда он опять затянул свое, я поборол порыв огрызнуться.
– Мы могли бы вменить вам в вину появление в общественном месте в нетрезвом виде.
– Я был трезв как стекло, – перебил я его, благодаря судьбу за помощь Кальвина.
– Есть много свидетелей, утверждающих, что в баре вы просто валились с ног.
– Я споткнулся о стул.
– Потом имело место, сами понимаете, нападение…
– Да говорю же вам, это они напали на меня! Я только оборонялся!
– …и уничтожение частной собственности…
– Черт побери, это был мусорный бачок! Я заплачу за новый, если уж…
– …не говоря уже о сопротивлении при аресте.
– Я спросил, куда нас везут. Вот и все.
– Арестовывавшие вас говорят иное.
Понимая, что мне в этом споре ничего не добиться, я совершил логически выдержанный поступок: выплеснул свою досаду на невинного зеваку. В данном случае ближайшей доступной мишенью оказался Дж. Р., дремавший на стуле.
– А ты разве не собираешься что-то сказать? – осведомился я у него. – Ты тоже причастен.
– Нет надобности, – пожал плечами уличный торговец. – Мы же не попали в беду или что-то в этом роде.
– Странно. Я-то думал, мы попали в полицейский участок.
– Ну и что? Они ведь не всерьез за нас взялись. Я прав, капитан?
Споривший со мной изверг бросил на него сумрачный взгляд, но, как я заметил, не стал опровергать сказанного.
– Ладно, Дж. Р., сдаюсь, – капитулировал я, по-прежнему наблюдая за капитаном. – Чего ты видишь в этой ситуации такого, чего не вижу я?
– А не происходит ничего похожего на регистрацию нашего задержания. Пробыли мы здесь долго, а нас не обвинили ни в каких преступлениях, – подмигнул он.
– Но капитан же сказал…
– Он сказал, что они могли бы и т. д. и т. п. Заметьте, что в действительности он этого не сделал. Поверьте, господин Скив, если бы нас собирались посадить в тюрьму, мы бы уже час назад были за решеткой. Они просто затеяли игру и тянут время.
Сказанное им казалось мне невероятным, учитывая кучу свалившихся на нас неприятностей, и все же я не нашел в его логике никаких изъянов. Я повернулся к капитану и поднял бровь.
– Это правда? – спросил я его.
Полицейский оставил меня без внимания и, откинувшись на спинку стула, пристально посмотрел сквозь полузакрытые глаза на Дж. Р.
– Ты много знаешь о полицейских порядках, сынок. Можно подумать, тебя уже гоняли.
По лицу уличного торговца расползлась презрительная усмешка, он встретил вызов во всеоружии.
– Всякого работающего на улице постоянно преследуют, – парировал он. – Именно так полиция охраняет высокопоставленных граждан от коммерсантов вроде меня, слишком бедных, чтобы позволить себе обзавестись магазином. Это и впрямь безопасней, чем хватать настоящих преступников, – те ведь и пристрелить могут. Нам следует быть благодарными защитникам правопорядка. Если б не они, измерение переполнили бы уличные торговцы и нарушители правил парковки.
Мне бы радоваться, что меня наконец оставили в покое после того, как совершенно допекли расспросами. К несчастью, я долго пробыл Великим Скивом и в таком качестве больше привык находиться в центре внимания.
– По-моему, вопрос стоит так: предъявляют нам обвинение в каких-то преступлениях или нет? – решительно вмешался в разговор я. – Я все еще жду ответа.
Несколько мгновений капитан зло смотрел на меня, но когда я все же не отвел взгляд, он вздохнул.
– Нет, на этот раз мы не выдвигаем против вас никаких обвинений.
– Значит, мы можем уйти?
– Но сперва вам придется ответить еще на несколько вопросов. После этого вы…
– Эти «еще несколько» будут новыми вопросами или теми же самыми еще раз?
Полицейский прожег меня взглядом, но теперь, когда я знал, что опасность нам не грозит, искренне забавлялся происходящим.
– Новыми, – процедил он сквозь стиснутые зубы.
– Ладно. Валяйте. Мишень для обстрела готова.
Я вдруг сообразил, что такой образ не очень удачен в помещении, где полно вооруженных полицейских, но это проскочило незамеченным.
Прежде чем продолжить, капитан шумно прочистил горло.
– Господин Скив, – официально начал он, – желаете ли вы выдвинуть обвинения против напавших, находящихся у нас под арестом?
Что за глупый вопрос? Конечно, желаю.
Кальвин неистово махал мне, показывая на Дж. Р. Уличный торговец качал головой, молча демонстрируя твердое отрицание.
– Гм… прежде чем я приму решение по этому вопросу, капитан, – увильнул я от прямого ответа, пытаясь понять ход мыслей Дж. Р., – вы не могли бы объяснить мне, что произойдет, если я не выдвину никаких обвинений?
– Тогда мы скорее всего продержим их до завтрашнего утра, но потом, допросив, разрешим уйти.
Такой гуманизм по отношению к пытавшейся меня ограбить шайке показался мне неуместным. И все же Дж. Р. знал, что делал, и я не собирался действовать вопреки просигналенному им совету.
– А если я выдвину обвинения? – поинтересовался я, пытаясь разобраться.
– Я не судья, – пожал плечами капитан, – и поэтому ничего не могу утверждать наверняка… но предположение на сей счет высказать нетрудно.
– Будьте любезны.
– Мы обвиним их в попытке нападения с целью ограбления и в нанесении тяжких телесных повреждений… но в покушении на убийство мы вряд ли сможем их обвинить.
Меня такой ответ вполне удовлетворил, но полицейский еще не закончил.
– …Потом суд назначит адвоката, а может, он даже уже есть, и тот договорится об их освобождении под залог. Деньги они, вероятно, достанут у поручителя и уже до завтрашнего полудня будут на свободе.
– Что? Но они же…
– На назначение дня суда уйдет пара месяцев. К тому времени из всех улик останутся лишь ваши показания… а ребята эти мало того что местные, но и превосходят вас в численности.
До меня начало доходить.
– …То есть если дело, конечно, дойдет до суда. Вероятно, произойдет какой-то торг за признание, и они признают себя виновными в менее тяжком преступлении, а это означает меньший срок с правом на досрочное освобождение под честное слово – если срок вообще не сделают условным сразу по вынесении приговора…
– Тпру! Погодите! Я лучше просто забуду о предъявлении обвинений.
– Так я и думал, – кивнул капитан. – Такой путь самый легкий для всех. В конце концов, вы ведь невредимы, да и деньги по-прежнему при вас.
– Но следующий, на кого они нападут, может оказаться не таким везучим, – сухо обронил я.
– Я не сказал, что такой поворот дела самый лучший, он всего лишь самый легкий.
Прежде чем я успел придумать на это остроумный ответ, в дверной косяк постучал полицейский в мундире и, войдя в помещение, вручил капитану лист бумаги. Когда тот пробежал его глазами, что-то в его сжатых губах заставило меня заволноваться.
– Ну и ну, господин Скив, – произнес наконец капитан, бросая бумагу на стол перед собой. – Похоже, вы не впервые имеете дело с полицией с тех пор, как прибыли в это измерение.
– Ого! – воскликнул Кальвин, закатывая глаза. – Вот оно, началось!
– Что вызвало это утверждение, капитан?
Предчувствие подсказывало мне, что прикидываться невинным совсем не лучший вариант. К несчастью, никаких других мыслей насчет того, как себя вести, у меня не имелось.
– Это вот только что полученный рапорт. Я сразу подумал, что не помешает свериться с другими участками и посмотреть, не слышали ли там о вас, и, по всей видимости, там слышали.
– Так вот почему они тянули время, – вставил Дж. Р. – Дожидались рапортов. Это называется полицейской оперативностью.
Капитан проигнорировал его:
– Согласно данному рапорту, у вас уже произошло два столкновения с полицией. В первый раз из-за подозрительного поведения на улице…
– Я проявлял вежливость, вместо того чтобы расталкивать других, – раздраженно прервал я его. – Сожалею, я здесь недавно и не знал, что в этом измерении принято грубить. Вам следует вывешивать знаки или что-то в этом роде, предупреждающие людей, что на Извре быть вежливым – основание для преследования!
Капитан продолжал так, словно я не сказал ни слова.
– …А позже в тот же день вы попытались уйти из ресторана, не заплатив за весьма дорогой ужин.
– Я упал в обморок, черт возьми! Как только я пришел в себя, я тотчас же заплатил за ужин, хотя не съел ни кусочка.
– А вот это само по себе выглядит немного подозрительно, – поджал губы капитан. – Зачем вы заказывали ужин, если не могли или не желали есть?
– Потому что я не знал, что не смогу его есть, когда заказывал его. Сколько раз вам повторять… Я здесь недавно.
– Угу. – Полицейский откинулся на спинку стула и изучал меня сквозь щелки глаз. – У вас на все найдется бойкий ответ, не так ли, господин Скив?
– Потому что это правда! Я что, выглядел бы менее подозрительным, если бы у меня не было ответов на ваши вопросы? Скажите, капитан, мне действительно это важно! Я знаю, что я не преступник, но вас-то как в этом убедить?
Капитан медленно покачал головой:
– Честно говоря, не знаю. Я давно на службе и научился доверять своей интуиции. Ваш рассказ выглядит достоверным, но интуиция подсказывает мне, что вы – ходячая беда, которая только и ищет, где бы ей случиться.
Я понял, что игра складывается не в мою пользу, и потому отбросил мысль убедить его в своей невиновности.
– Тогда конечный итог будет тем же, что и до прибытия рапортов. Вы намерены предъявить мне обвинения… или я волен уйти?
Капитан поизучал меня еще несколько мгновений, а затем махнул рукой.
– Идите. Катитесь отсюда… и захватите с собой своего уличного дружка. Только мой вам совет на будущее – не носите при себе столько наличных. Не дразните гусей.
Если бы я как следует подумал, то с тем бы и ушел. К несчастью, день вышел длинный и у меня накопилось столько усталости и раздражения… опасное сочетание.
– Спасибо за совет, капитан, – сказал я, поднимаясь на ноги. – Мне казалось, полиция существует, чтобы защищать невинных граждан вроде меня… а не морочить головы людям дурацкими придирками. Можете мне поверить, урок я усвоил.
Все присутствующие полицейские внезапно напряглись, и я слишком поздно сообразил, что критиковать полицию тоже не стоит.
– Если мы не будем проверять подозрительных личностей до того, как они причинят неприятности, то нам останется только заполнять рапорты ПОСЛЕ совершения преступления, – зло сплюнул капитан. – Ваши «невинные граждане» всегда найдут на что пожаловаться!
– Извините, капитан. Мне не следовало…
Уж не знаю, понял ли он мою попытку оправдаться. Если да, то он никак на это не отреагировал.
– Видите ли, я тоже усвоил урок. Когда я впервые поступил на службу в полицию, то думал, не смогу найти в жизни более достойного дела, чем защищать невинных граждан… и я по-прежнему верю в это. Хотя уже тогда знал, что занятие это неблагодарное. А вот чего я не ожидал, так это неблагодарности «невинных граждан» вроде вас. Все вы почему-то склонны видеть врагов в полицейских.
Я решил не перебивать его. Он сел на любимый конек и понесся вскачь. Открыть сейчас рот будет так же опасно, как сунуться между мордой моего домашнего дракона Глипа и только что наполненной кормушкой.
– Все хотят, чтобы преступники сидели в тюрьме, но никто не хочет видеть тюрьмы в своем районе… или голосовать за налоги на строительство новых тюрем. Поэтому наши тюрьмы переполнены, и «невинные граждане» вопят «Караул!» всякий раз, когда судья дает условный срок или освобождает правонарушителя под честное слово.
Он встал и расхаживал теперь взад-вперед, распаляясь по мере углубления в любимую тему.
– Никто не видит несовершенных преступлений. Мы можем на девяносто восемь процентов снизить уровень преступности, и «невинные граждане» будут винить в этих последних двух процентах нас… будто это мы совершаем преступления! Никто не хочет сотрудничать с полицией или поддержать перераспределение налогов в сторону борьбы с инфляцией. И что тогда говорить о повышении эффективности нашей деятельности. Она и на нынешнем уровне еле держится, не говоря уже об увеличении штатов в соответствии с ростом населения.
Он умолк и навел обвиняющий перст на Дж. Р.
– И потом, есть «невинные граждане» вроде вот этого вашего приятеля, признавшегося, что он занимается незаконным бизнесом, без лицензии. А это означает, между прочим, что он уклоняется от уплаты налогов, хотя и ожидает от нас той же защиты, что и лавочники, которые их платят. Впрочем, большинство из них тоже норовят сжульничать.
Нам приходится следить за порядком и задерживать преступников, а ведь сотрудников у нас не хватает, да и технические наши средства давно устарели и разваливаются. Чуть ли не единственное, что у нас есть для работы, – это наша интуиция… и ту толком не дают использовать!
Он остановился передо мной и приблизил лицо вплотную к моему, овеяв меня еще раз своим дыханием. Я промолчал.
– Давайте-ка проверим теперь нашу интуицию. Сейчас я вас отпущу, но мне, думается, стоит проверить, кто вы такой, по другим измерениям. Если вы всего лишь, как утверждаете, невинный бизнесмен, то мы ничего не найдем… но если я окажусь прав, – он подарил мне зубастую усмешку, – и вы уже конфликтовали с законом, то выясним все подробности. Бьюсь об заклад, вы оставили за собой след из неприятностей, и ведет он прямо сюда. В таком случае нам придется встретиться еще раз… и очень скоро. Я хочу, чтобы вы не меняли отелей и не пытались покинуть измерение, не уведомив меня, понятно? У вас должно быть постоянное местопребывание, господин Скив!
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?