Текст книги "Тэм О'Шэнтер"

Тэмъ О'Шентеръ[1]1
  Ни одно изъ стихотвореній Роберта Борнса не достигало такой популярности, какъ это. Нѣтъ ни одного грамотнаго шотландца, который бы не зналъ его наизусть; нѣтъ ни одного грамотнаго зажиточнаго фермера, у котораго не красовалась бы на каминѣ статуетка Тэма и его Мэгъ. Самъ Борнсъ смотрѣлъ на свой «разсказъ», какъ на неувядающее произведеніе въ области поэзіи. Байронъ называетъ его opus magnum Борнсв, а Валтеръ-Скоттъ говоритъ, что Борнсъ далъ въ своемъ «о'Шэнтерѣ» блестящее доказательство своего умѣнья соединять комическое съ ужаснымъ; и что ни одинъ поэтъ, кромѣ Шекспира, не обладалъ такимъ талантомъ, при самыхъ быстрыхъ переходахъ, возбуждать въ читателѣ совершенно противоположныя чувства. Содержаніе разсказа заимствовано частію изъ народныхъ преданіи, связанныхъ съ развалинами церкви Элловей, по близости которой родился Борнсъ; частію же изъ истиннаго происшествія. Лица, служившія моделью для Тэмъ о'Шэнтера и Джонни Соутера были еще живы въ то время, когда разсказъ появился въ печати. Это были старые друзья поэта, фермеръ Дугласъ Грэмъ изъ Шэнтера, и сапожникъ Джонъ Дэвидсонъ. Фермеръ и жена его твердо вѣрили въ привидѣнія. Однажды рѣзвые мальчуганы оторвали хвостъ у лошади Дугласа: подозрѣніе пало, разумѣется на вѣдьму. Большая часть остальныхъ происшествій заимствованы изъ древнихъ народныхъ преданій и повѣрій, собранныхъ въ только что вышедшей тогда книгѣ археолога Грове: «Antiquities of Scotland». Переводъ мы старались сдѣлать, по возможности, подстрочнымъ, и сохранили размѣръ подлинника.


[Закрыть]
Разсказъ Роберта Борнса.
«Современникъ», № 3, 1861

 
Купцовъ давно ужь нѣтъ и слѣду,
Давно зашелъ сосѣдъ къ сосѣду,
Народъ къ заставѣ потянулъ –
И стихъ базара шумъ и гулъ…
И вотъ, довольны и счастливы,
Усѣлись мы за кружкой пива,
Забывъ длину шотландскихъ миль,
Ручьи, и мохъ болотъ, и пыль
Дорогъ, что насъ домой ведутъ,
Гдѣ жоны насъ давно, чай, ждутъ,
Гдѣ гнѣвно блещутъ ихъ глаза,
На лбу сбирается гроза…
 
 
Тэмъ служитъ намъ живымъ примѣромъ,
Что нужно днемъ прощаться съ Эромъ.
(Старинный Эръ нашъ всѣмъ извѣстенъ:
«Эръ, гдѣ народъ красивъ и честенъ».)
 
 
Ты, Тэмъ, глупѣе всѣхъ на свѣтѣ:
Ты пренебрегъ совѣтомъ Кэтти!
Не говорила ли она,
Что ты – пивной котелъ безъ два,
Что ты – негодникъ, пустомеля,
Пьянъ вплоть отъ мая до апрѣля!
Везешь ли къ мельнику зерно,
Пропьешь и куль съ нимъ за-одно!
Пойдешь ли въ кузню за подковой,
Отъ кузнеца придешь съ обновой,
И даже (просто грѣхъ и срамъ!)
Пойдешь въ субботу въ Божій храмъ –
Съ дьячкомъ напьешься наканунѣ
Святаго дня… Утонешь въ Дунѣ[2]2
  Doon, рѣка.


[Закрыть]),
Иль, будутъ ночки потемнѣй,
Утащитъ вѣдьма въ Элловей[3]3
  Элловей (Kirk Alloway) – старая церковь въ окрестностяхъ Эра. Несмотря на то, что долгое время зданіе это стояло безъ крыши, внутри его прекрасно сохранилась деревянная рѣзьба, которую туристы разбираютъ по кусочкамъ на табакерки и прочія вещицы, въ память мѣстъ, прославленныхъ Борнсомъ въ предлагаемомъ нами разсказѣ.


[Закрыть]).
 
 
Мисстрисъ! мнѣ кажется, что право
Всѣ жоны судятъ очень здраво,
И что ума въ томъ капли нѣтъ,
Кто презираетъ ихъ совѣтъ!
 
 
Однако къ дѣлу: въ эту ночь
Нашъ Тэмъ конечно былъ не прочь,
Продавши выгодно скотину;
Подсѣсть къ веселому камину,
Гдѣ старый другъ нашъ Джонъ Соутеръ
Давно ужь пѣнилъ добрый портеръ.
А Тэма Джонъ любилъ, какъ братъ,
И всякій день съ нимъ пить былъ радъ.
Темненько стало; до двора
Оно давно бы ужь пора, –
Да эль такъ хмѣленъ становился,
Что Тэмъ въ хозяйку вдругъ влюбился…
А Джонъ мололъ имъ разный вздоръ
И хохоталъ, какъ цѣлый хоръ.
Вотъ дождь пошелъ, гроза бушуетъ;
А Тэмъ и въ усъ себѣ не дуетъ.
 
 
Забота с

...

конец ознакомительного фрагмента