Текст книги "История до и после крещения"
![](/books_files/covers/thumbs_240/istoriya-do-i-posle-krescheniya-155708.jpg)
Автор книги: Роман Ключник
Жанр: Документальная литература, Публицистика
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 7 (всего у книги 23 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
Это подтверждает и Карамзин: «сии люди откупали у татар дань наших Княжений, брали неумеренные росты с бедных людей. И в случае неплатежа объявляя должников своими рабами, отводили их в неволю».
С приходом на Русь евреев судьба русского народа резко ухудшилась, потому что стал процветать жестокий и циничный бизнес-гешефт рабами-русами. Евреи на Руси организовали постоянную систему работорговли.
А когда появился местный рынок сбыта рабов, то теперь в многочисленных войнах, стычках и нападениях стали брать пленных и «делать на них бизнес». Для различных соседей-разбойников Руси это стало постоянным ремеслом.
Наш соотечественник из Аргентины Б. Башилов (Поморцев) в своём исследовании отразил такой случай:
«Знаменитый проповедник Киевской Руси Илларион обличал в своих проповедях поведение живших в Киеве евреев. Недоброжелательное отношение к евреям возникло не только потому, что они занимались ростовщичеством, а и потому, что они в Корсуни и других городах на побережье Чёрного моря занимались скупкой пленённых кочевниками русских, которых продавали в рабство. Этот факт засвидетельствован, например, в житии Преподобного мученика Евстрата.
В житии повествуется, что однажды половцы напали на Киев, ворвались в Печёрский монастырь, сожгли церкви, многих иноков умертвили, а некоторых увели в плен, – в их числе был Евстратий. Всех пленных христиан, в числе пятидесяти, половцы продали в рабство в город Корсунь одному еврею.
Еврей принуждал их отречься от Христа, угрожая иначе уморить их голодом. Ободряемые Евстратием, христиане отказались и один за другим все умерли от голода и жажды. Великий Постник, святой Евстратий пережил всех. Тогда на двенадцатый день евреи схватили его и распяли на кресте».
Забирая за долги или покупая на Руси рабов-русов, перегоняли их на юг к Черному морю и там продавали иностранным купцам и работорговцам или перевозили на дальние работорговые рынки. Прикованные к галерным вёслам русские трагически заканчивали свою жизнь.
Католический священник из Ровно Ипполит Лютостанский (1835-1915 гг.) в опубликованной в России в 1879 году книге «Талмуд и евреи» (переиздана в 2005 году О. Платоновым под названием «Криминальная история иудаизма») приводит такой пример: «История татарского ига указывает нам, что главный торговец русскими невольниками был Сруль Нахман, добродушнейшее в свете создание – варшавский иудей.
Этот человек был вечно оборван, до невозможности грязен, вечно навеселе и постоянно погружен в молитву. Невольников скупал он только русских; когда татары делали набеги на русские княжества, то набирали невольников прямо для Сруля, во-первых, потому, что он ссужал их в долг, за невероятные проценты…
Товар этот представлял весьма печальную картину. Невольники были большей частью мужчины, потому что женщин, особенно молодых, Сруль находил очень выгодным сбывать соседним черемисам, болгарам или хазарам в жены или просто в работницы, затем, что оставалось он отправлял в Самарканд. У него оставались мужчины и то только крепкие, которые могли совершать походы, почти что без отдыха, при невообразимо плохой пище, из Рязани или Ярославля к местностям нынешнего Таганрога, или Астрахани, само собой разумеется, пешком под ударами татарской нагайки…
Сруль запирал невольников на ночь в деревянные колоды… В каждое бревно запиралось человек по 10, по 15, и затем им представлялось сидеть, спать под открытым небом, на дожде, на голой земле, в грязи. От истощения сил в дороге, от холода, от голода и нагаек ни одна ночевка не обходилась без смертных случаев. Кроме того, иные видя ужасную будущность и желая избегнуть продажи в вечное рабство, охотно решались на самоубийство – с единственным утешением, что кости их по крайней мере останутся в родной Русской земле».
Неудивительно, что «жители Владимира, Суздаля, Ростова вышли наконец из терпения и единодушно восстали, при звуке Вечевых колоколов, на сих злых лихоимцев: некоторых убили, а прочих выгнали» – отметил Карамзин. А. И. Солженицын:
«В наказание восставшим грозил приход карательной армии хана, предотвращённый посредничеством Александра Невского». Кстати реальный исторический образ Александра Невского очень сильно отличается от киношного, созданного в 1938 году.
Кроме того, что А. Невский разбил небольшой развед-отряд шведов на Неве и тевтонских рыцарей в знаменитой «битве» у Чудского озера, он отличился «компромиссами» с монголами на дипломатическом поприще и христианской любовью к своему брату и своему народу. Понаблюдаем за этой историей в изложении А. Широпаева:
«Видимо, именно русская кровь заговорила в брате Александра Невского – Андрее Ярославовиче, великом князе владимирском, избравшем рыцарский путь вооружённой борьбы с Ордой. Более того: он заключил весьма грозный для татар союз с Даниилом Галицким, своим тестем (который призвал в союзники против Орды европейские страны). И что же? Эта антиазиатская Ось была разрушена победителем «проклятых тевтонов» Александром Невским.
Как сообщают летописи, он отправил послов в Орду и «настучал» на родного брата… «Господи! – воскликнул Андрей, узнав об этом. – Что се есть, доколе нам меж собою браниться и наводити друг на друга татар!»
Против Андрея была организована карательная экспедиция, в результате которой он и его союзники-тверичи были разбиты в ожесточённом сражении на Клязьме (1252 г.).
Андрей потерпел поражение не только потому, что его родной брат со своим войском воевал на стороне Орды, но и потому, что его союз с Даниилом Галицким так и не состоялся по причине межхристианского спора – исходит Святой Дух от Христа или нет, так как Галицкий склонился по политическим соображениям к католичеству, чтобы обрести в Европе союзников, ибо поляки и чехи, объединившись защитили свои страны и народы от татар.
На этот раз какой-то «принципиальный советчик», исходя из христианской «любви» к своим братьям по вере – католикам, отговорил Андрея от союза с Галицким. В результате Россия осталась под оккупацией, а Александр Невский приобщил к своему добру княжество брата Андрея, схоронившегося в Швеции.
Чтобы угодить татарам и собрать «правильно» им дань он организовал перепись северо-западной части Руси, в результате чего восстал возмущённый Новгород, который Александр Невский решил образцово наказать. А. Широпаев:
«В Новгороде начался второй евразийский террор (первый был, как мы помним в 991 г. при крещении). Одних героев, вставших за русскую честь Александр казнил, другим по его приказу резали носы и уши, кололи глаза. Так он отблагодарил тех, кто ещё совсем недавно бился под его началом со шведами и германцами».
Л. Н. Гумилёв утверждал: «…говорить о завоевании России монголами нелепо, потому что монголы в 1249 году ушли из России». Уйти то ушли, но власть над Русью держали, ибо русские князья за ярлыком на право править княжеством ездили на «одобрямс» в Орду, в ставку монгольского хана, расположившегося в Крыму, и снимали с русских дань. Более того, монгольские ханы организовали свою систему контроля власти над Русью.
Не Киев, а Москву из географических (логистических) соображений они сделали своим опорным пунктом, и Московское княжество стало фактически опорой Орды.
А московские князья решили воспользоваться поддержкой Орды и перехватить главенство над Россией у киевских князей. Костомаров в своём исследовании сделал вывод:
«Первенство Москвы, которому положили начало братья Даниловичи (Юрий Данилович и Иван Данилович), опиралось главным образом, на покровительство могущественного хана».
Дальнейшие события проследим в изложении А. Широпаева: «Юрий Данилович, боровшийся за власть с тверским князем Михаилом, своим двоюродным дядей, стремясь заручиться поддержкой Орды, целых два года прожил в ставке хана, изучая татарский язык. Он даже женился на принявшей православие ханской сестре Кончаке…
Юрий Данилович повел на Тверь татарские полчища, вместе с которыми шли хивинцы и мордва под командованием ордынского посла Кавдыгая…
Как известно, в 1317 году Кавдыгай и Юрий были разбиты Михаилом Тверским, Кончака попала в плен и там неожиданно умерла…. Кавдыгай и Юрий, а также множество дрожавших за свою шкуру русских князей поехали в Орду, куда он и приехал под угрозой карательного похода татар на родную Тверь. В Орде, при участия Юрия и других русских князей, Михаил был осуждён на смерть и зверски убит (русскими князьями)…
После смерти Юрия, убитого Дмитрием Грозные Очи, сыном Михаила Тверского, его дело продолжил брат Иван Данилович, «тихий» и «смиренный» собиратель русских земель, получивший характерное прозвище Калита – денежная сумка. Он постоянно сновал в Орду, сумел понравиться хану и ждал удобного случая для окончательной «разборки» с Тверью…
Случай вскоре представился. В 1327 году в Твери вспыхнуло яростное антитатарское восстание, вызванное наглым поведением азиатов. Почти все татары были перебиты, в Орду прибежали лишь единицы. Но, похоже, их опередил «тихий» и «смиренный» Иван Калита, поспешивший доложить хану о тверском восстании.
На Русь двинулась карательная экспедиция, к которой присоединилось московское войско. Огнём и мечем прошла татаро-московская армада по тверской земле, предваряя известный поход Ивана Грозного; причём москвичи, шедшие под хоругвями со Спасом, лютовали не слабее басурман (позднее москвичи в составе татарской рати ходили и на Смоленск)…
И неудивительно, что при Иване Калите ордынские чиновники перестали тревожить русскую землю – московский князь, будучи одним из ордынских администраторов, сам собирал дань хану…».
Во второй половине 14 века произошли события, которые обнадёживали, – что монгольское войско можно победить, и власть Орды не вечна. Языческий литовский князь Ольгерд, жена которого была родом из Твери, и который со своим народом поклонялся «языческому» Богу – Пярунасу, с литовско-русским войском разгромил в 1369 году монгольское войско у притока Буга – Синие Воды.
После этой победы Ольгерд часто ходил в военные походы на Восток против христианско-ордынской Москвы, что подразумевалось – против монгол, Орды, в которых освободил от москалей и монгол Брянск, Смоленск, Ржев, Торопец. В 1368 году Ольгерд с литовско-тверским войском разгромил московское войско и осадил Москву, в которой укрылся Дмитрий Донской. Москву Ольгерд не взял, но в 1370 году вернулся и опять осадил Москву, и опять взять приступом и осадой не удалось.
После смерти Ольгерда его наследник Ягайло пошёл на союз с Польшей, начал симпатизировать западному христианству – католицизму, и дружба с Тверью охладела. Тут-то Москва решила очередной раз рассчитаться с Тверью, и Орда опять укрепилась.
В 1395 году помощь Руси пришла с очень неожиданной стороны. Властитель древнего Самарканда Тимур или Тамерлан подчинил себе всю Среднюю Азию, часть Кавказа и напал «с тыла» на Орду и нанес в 1395 году войскам Орды во главе с ханом Тохтамышем тяжелейшее поражение, после которого Орда уже не смогла восстановиться до прежнего состояния. Тамерлан же дойдя до Ельца, вдруг остановился, и к огромной радости русских пошёл к себе в Среднюю Азию.
Орда немного восстановилась, и хан Едигей с огромным войском в 1408 году, свирепо разоряя всё на своём пути, осадил Москву, но, из-за борьбы за власть в Орде, вернулся в Крым.
В конце 14 века носители «христианской любви» – тевтонские рыцари-крестоносцы решили нести «христианскую любовь» на Восток – языческим литовцам и латышам, и неправильным православным христианам, впрочем – и «правильным» полякам. Причём делали это упорно и основательно, строя на своём пути мощные опорные замки, и крайне жестоко – брали в покорённых местах детей в заложники, забирали девушек и женщин, облагали непомерной данью.
Объединенные силы поляков, литовцев и русских из смоленских, витебских и полоцких земель в количестве 45 тысяч воинов под предводительством литовского князя Витовта собрались дать отпор агрессору. Великий магистр Тевтонского ордена Ульрих фон Юнгинген собрал под свои знамёна цвет всего рыцарства Западной Европы – 40 тысяч воинов. В 1410 году у деревни с немецким названием Грюнвальд произошло грандиозное побоище, в результате которого Тевтонский орден потерпел сокрушительное поражение – 10 тысяч грозных рыцарей было убито. После чего Тевтонский орден уже не смог восстановить свои силы.
Эта победа сильно вдохновила славян, в том числе и русских. Ведь огромную роль в этом сражении именно русские полки. Русские полки стояли в центре объединенного войска, на который обрушился самый страшный удар тяжёлой рыцарской конницы. И даже – когда тевтонские рыцари смяли правый флаг, на котором находились литовские войска, и он стал пятиться, русские не дрогнули, выстояли, завязали вязкую сечу, литовцы остановились, а левый фланг, состоявший из польских войск перешёл в наступление, и рыцари дрогнули, побежали.
Знаменитый польский средневековый летописец Януш Длугош писал об этом сражении: «Русские рыцари Смоленской земли упорно сражались… и тем заслужили великую славу».
Пора было русским побеждать и на Востоке. А в Москве шла вязкая борьба за власть между Василием Вторым и Дмитрием Шемяки и Юрием Косым. Хотя время для освобождения наступило очень удобное, – Орда к этому времени сама стала разваливаться на многие части. Кстати, в этот период доживала последние годы Византия, слившись в религиозной унии в 1453 г. с Ватиканом.
При сыне Дмитрия Донского – Василии Первом (1389-1425) Московское княжество напало на русское Нижегородское княжество, завоевало и присоединило к себе, таким же образом было присоединено Муромское княжество и Тарусское. Начался процесс насильственного собирания земель вокруг Москвы, который прервала очередная междоусобица, на этот раз «московская» из-за споров по престолонаследию. Василий Дмитриевич умер в 1425 году.
Василий Первый завещал свой престол своему сыну Василию Второму, хотя был жив брат Василия Первого – Юрий Дмитриевич, который и предъявил «по старшинству» претензии на власть. Но за 9-летним Василием стоял могущественный опекун – его дед великий литовский князь Витовт, а за ним по Кревской унии 1385 года королевство Польша в самом своём расцвете и мощи. Но, когда в 1430 году Витовт умер, – Юрий выгнал Василия из Москвы, но воспротивились бояре и Юрий был вынужден сам покинуть Москву, после чего внезапно умер.
После чего борьбу с Василием вторым за престол продолжили сыновья Юрия – Василий Юрьевич по прозвищу Косой и Дмитрий Юрьевич по прозвищу Шемяка. И пошли гореть в новой междоусобице русские города, деревни и пашни с использованием наёмных татарских войск с обеих сторон.
В ходе этой гражданской войны Василий Юрьевич попал в плен к Василию Васильевичу, и тот обрадованный выколол ему глаза. Затем Василий Васильевич попал в плен к Дмитрию Васильевичу, и этот христианин тоже выколол ему глаза.
Но стараньями духовенства и бояр Василий Второй был признан князем московским, и по причине слепоты назван Василием Тёмным. Но гражданская война продолжалась, и закончилась только после гибели Шемяки в 1453 году.
Перемены к лучшему в России начались, – когда на престол в 1462 году вступил Иван Третий, который женился на родственнице последнего в истории византийского императора Палеолога Софии, католичке по вероисповеданию. Иван Третий начал со своих – в 1471 году напал на Новгород, который заключил дружественный договор с Литовским княжеством. Перед Новгородом на реке Шелони произошло крупное «гражданское» сражение, в котором москвичи победили. Иван третий содрал с новгородцев огромную контрибуцию, и потребовал разорвать договор с литовцами. А. Широпаев:
«Последней альтернативой Москве, последней Русью оставался Господин Великий Новгород… Особо примечателен в этом ряду достаточно успешный антиновгородский поход Василия Темного (1456 г.)… Уничтожить же Новгородскую цивилизацию довелось его сыну, трусоватому и по-азиатски жестокому и хитрому Ивану Васильевичу Третьему.
В 1471 году он совершил первый поход против независимого государства и предал Новгородскую землю геноциду, приказав «убивать без разбора старых и малых» (Костомаров). Как отмечает Карамзин: «Москвитяне изъявили остервенение неописанное». По подлой традиции под одними хоругвями с москвичами шла татарская конница…
Разбив новгородский отряд у Корыстыня, москвичи резали пленным новгородцам носы и губы и, изувеченных, отпускали в Новгород – для устрашения…».
В 1475 году Иван Третий опять двинулся «для профилактики» в Новгород, ибо до него дошло, что новгородцы опять ропщут о свободе. Нарушив новгородские традиции он сам судил придирчиво бояр, которые «смотрели на запад», и в цепях отсылал их в Москву. Это только обозлило новгородцев и «партия свободы» под предводительством Марфы Борецкой подняла восстание – московские сторонники были казнены, а московские купцы выгнаны из Новгорода. И новгородцы задумали опять подписать союзный договор с Литвой. В 1477 году Иван Третий опять пошёл наказывать Господин Великий Новгород.
«В конце ноября 1477 года татаро-московские полчища взяли Новгород в непроницаемую осаду, при этом развернув террор на остальной части республики. В январе 1478 года новгородцы, истомленные голодом и болезнями приняли условия московского деспота Ивана Третьего, суть которых сводилась к одному: «Вечевому колоколу в Новгороде не быть!».
Но через несколько месяцев Иван Третий опять пришёл в Новгород с войском якобы уничтожать прозападных подпольщиков. После жестоких расправ более 7 тысяч новгородских семей Иван выслал из Новгорода и «развеял» по городам и весям Руси… Характерно, что Иван, возвращаясь в 1478 году из новгородского похода, тащил за собой обоз из 300 возов с награбленной добычей – обычное дело для оккупанта» – заметил А. Широпаев. Увёз с собой в Москву и вечевой новгородский колокол, как символ народного волеизъявления. А выборные посадники были заменены московскими наместниками.
В течении этого века московские эпископы упорно посылали своих миссионеров в земли Великой Перми крестить местные языческие народы перми и зырян, но в конце 15 века не выдержали и решили крестить эти русские народы насильственно. Та же участь постигла в 16 веке и вотяков живших в Вятской земле на реке Каме, югров на Оби, и вогулов на Иртыше. Христиане продолжали «убеждать» коренные народы огнём и мечем.
Мы наблюдали, что монгольские ханы удерживали Русь в подчинении не только угрозой жестокого военного наказания, но и с помощью выделенных любимцев – московских князей, которые стали играть представительскую функцию Орды. Но у мудрых монгол был ещё один инструмент власти. Понимая роль христианской церкви в поддержке любой власти, они решили всемерно поддержать христианских эпископов и священников. Учёные РАН Л. И. Бочарова, Н. Н. Ефимова, И. М. Чачух и И. Ю. Чернышева в своей книге отмечают:
«Сохранившийся ярлык Менгу-Тимура от 1267 года, не только освобождает духовенство от уплаты дани, но и защищает его от всякого рода посягательств наказаниями в виде смертной казни… Буквально с первых же дней завоевания русская православная церковь оказывает иноземцам-язычникам прямую поддержку. А ещё – её представители служат в ставках ханов…
Ну разве не поразительно, что митрополит Кирилл прибывает в захваченный иноверцем Батыем Киев из Новгорода, который даже не был завоёван монголами?! Что митрополит Феогност отлучает русского князя от церкви за отказ от поездки в Орду?!».
Понять не сложно – достаточно открыть Библию и вспомнить базовую принципиальную заповедь выживаемости христианской церкви Савла-Павла: всякую власть признавать от Бога, любить её и помогать ей. Поэтому также в срочном порядке была признана Синодом власть кровавых большевиков.
Причём для централизованного руководства христианскими священниками монголы организовали у себя в Орде христианский епископат. Итальянский историк Плано Карпини утверждает, что в 1261 году при ставке Золотой Орды была образована Сарайская православная эпископия (!), первым эпископом которой был епископ Митрофан. А епископ Сарайский Феогност прибыл из Орды в Константинополь на патриарший собор, где обсуждал различные насущные вопросы, в том числе и такой «боевой» – «Аще поп на рати человек убьёт, льзя ему служити?» Прибывший из Орды священник на чьей стороне собирался сражаться?
«Известный митрополит Петр получивший ярлык от хана Узбека (ханы курировали и церковную жизнь), благословил деятельность Ивана Калиты и придал Москве статус общерусского религиозного центра, чем весьма укрепил позицию московского улуса. – отмечает в своём исследовании А. Широпаев, – Когда разбитый татаро-московской ратью тверской князь Александр Михайлович, попытался укрыться в Пскове, преемник Петра митрополит Феогост «наложил на псковичей проклятие и отлучил их от церкви за нарушение присяги хану» (Н. Иванов «Даниловичи»)…
Орда давала церкви целый ряд преимуществ: свободу от налогов и дани, церковные суды, экстерриториальность от княжеской и ордынской власти и др. Но ведь все это не очень хорошо говорит прежде всего о самой церкви, которую ханы рассматривали в качестве одного из своих аппаратов воздействия на русских… Именно христианская мораль подорвавшая боевой дух русских, способствовала победе татар и их дальнейшему владычеству».
Во второй половине 14 века в Орде случился раздрай, кризис власти. Алчный к власти монгольский военноначальник Мамай объявил себя ханом и решил отделиться оригинальным способом – он решил не бороться за власть в самой Орде, а захватить себе Московской княжество и восседать в Москве вместо русских князей. Московским князем в этот период был Дмитрий. Это, конечно же, вызвало опасения и не понравилось Орде, которая не желала усиления самозванца Мамая. И тем более это не могло нравиться Дмитрию.
«Мамай, будучи явным самозванцем и узурпатором, хотел отобрать от Дмитрия его законный улус. Поэтому Дмитрий, как истинный патриот Орды, смело выступил против Мамая…
Хрестоматийной стала сцена благословения Сергием Радонежским князя Дмитрия на битву с басурманами…
В действительности Сергий не хотел благословлять Дмитрия на битву с Мамаем, ибо, как церковный деятель, хорошо знал о присяге на верность ханам, данной ещё Александром Невским. И лишь после того, как выяснилось, что Мамай является самозванцем, да к тому же посягающим на положение церкви, Дмитрий получил благословение старца…» – А. Широпаев («Тюрьма народа. Русский взгляд на Россию», М. 2001 г.).
Стоит несколько слов сказать о боярском сыне Варфоломее – позже названном Сергием Радонежским, ибо его появление считаю важным этапом в истории христианства Руси. Варфоломей-Сергий решил посвятить свою жизнь Богу и принял неординарное по тем временам решение – он не ушёл в монастырь, а ушёл в родной лес. И в одиночестве в глухом радонежском лесу на поляне прожил 12 лет.
Это было уже не византийское христианство, а начало формирования «специфического» русского христианства, христианства породнённого с русской природой, с язычеством, коренного православного христианства породненного с народом.
Сергий первый и единственный среди христиан того времен, который в течение 12 лет по-родному общался с лесом и его многочисленными зверями, в том числе и с медведями, как это делали ведические кудесники и волхвы.
Сергий Радонежский не случайно ушёл в лес, а не в монастырь, потому что прекрасно понимал, мягко говоря, – всё «минусы» христианских монастырей того времени. Это убедительно доказывают его последующие действия, когда он стал формировать свой монастырь. – Когда слава о нём распространилась далеко, и к нему стали стягиваться люди, чтобы ему уподобиться, и стали селиться рядом с ним, то он организовал монастырь совершенного нового образца – на основе общины, на основе равенства, справедливости и нравственной чистоты. – В этом общинном, «общежитийном» монастыре нельзя было накапливать личное имущество, богатство и заниматься «бизнесом», «предпринимательством».
То есть, – фактически были воспроизведены принципы дохристианской жизни общества русов, и продемонстрирована чистосердечная любовь к Природе, и единение с Природой.
Это не могло не понравиться русскому народу, вызвало сильную симпатию русского народа, – это было через четыре века первым «душевным» завязом, не насильственным, настоящего христианина, а в его лице и всего российского христианства, с русским народом. Не случайно монастырь Сергия стали окружать новые строящиеся деревни, начали приходить с разных мест крестьяне. До этого наоборот, – монастыри строили среди деревень – чтобы решить вопрос кормления монахов.
И византийская христианская церковь в России стала перерождаться в русскую – в ёмком понимании этого слова. Эта новая тенденция сильно оздоровила и укрепила христианскую церковь в России, которая в своём богатстве и пирах шла самостоятельно точно по такому же пути к упадку и разложению как христианская церковь Западной Европы.
Не случайно в этот период появилась «оппозиционная ересь». Например, новгородский дьякон Карп, бывший цирюльник – по-русски «стригольник», возмутился вслух бизнесом епископов – взимание высокой платы за посвящение в духовный сан, эту плату он назвал «симонией» – взяткой, ибо получалось, что на должность духовного лица мог попасть не духовный и чистый человек, а банально – богатый; то есть должность священника – кормление с паствы покупалось. Карпа поддержали вывшие священники, уволенные с должностей за неуплату на верх, – расстриженные, расстриги.
Появились и еретики, которые стали различать разницу между Богом-Отцом и Иисусом, убеждая, что Иисус – это посланник Бога, Богочеловек, призывали реформировать христианское учение. Монах-отшельник Нил Сорский вообще замахнулся на «святое» – потребовал ликвидировать монастырские землевладения, призвал христианских священников и епископов перейти к скромному, аскетическому образу жизни, и питаться плодами только своего труда. Группу его сторонников назвали «нестяжатели», и не прислушались…
Дискуссия среди христианских монахов и священников закончилась для многих критиков-очистителей и новаторов совсем не по-христиански – одних водили в шутовской одежде по Новгороду и затем утопили подобно волхвов в Волхове. А других осудили на церковном соборе в 1504 году на смерть, и суровый приговор поддержал Иван Третий: «всех огню предати, у всех языки изрезати и иными казнями казнити».
И запылали костры российской инквизиции, – сохраняя богатства и грехи христианской церкви.
В этой ситуации молчаливый способ Сергия Радонежского – показывать пример своим аскетическим примером, единением с Природой и народом оказался самым действенным и безопасным.
Стараниями Сергия Радонежского и подвижников был организован Троице-Сергиев монастырь. Затем похожий на Сергия Кирилл(1335-1427 г.) основал Кирилло-Белозерский монастырь, и эта тенденция стала медленно развиваться. Многие подобные монастыри и «пустыни» были опорными сваями христианства вплоть до 1917 года, несмотря на разные в этот период «случаи» и «болезни», превращение со временем даже названных монастырей фактически в огромные феодальные хозяйства с христианской «афишей». Вернёмся к истории Дмитрия Донского и Мамая.
Бесспорно, истина такова – что в случае победы Мамая Русь попала бы в ещё более тяжёлое положение, тяжелейшее. Поэтому победа русского воинства имела огромное значение. Это понимал Сергий Радонежский и Дмитрий Донской, который хотя и участвовал в межмонгольских разборках за власть и защищал свой княжеский трон, но в результате победы на Куликовом поле в 1380 году были разбиты большие силы монгол, что не могло не ослабить Орду.
Русский князь продемонстрировал возросшую воинскую силу русских и их боевого духа, победа прибавила русским достоинства, духа и надежды на полное освобождение от зависимости, и хотя эта победа была за сто лет до освобождения, но это было преддверие освобождения.
После известного стояния двух войск на берегах Угры при Иване Третьем осенью 1480 года Русь избавилась от монголо-татарского ярма. А в 1485 году Иван Третий присоединил себе силой Тверское княжество. Так началось воссоединение России. В результате войн с Литвой в период 1500-1503 гг. к России вернулись Вязьма, Чернигов, Брянск, Гомель, в 1510 – Псков, в 1514 г. – Смоленск, в 1520 г. – Рязань.
Россия получила свободу, стала восстанавливаться и теперь – через 500 лет после начала Крещения могла подвести итоги жизни с новой религией, глянуть на последствия – на степень развития за полтысячелетия, а о «процветании» и «славе» за этот большой период трудно говорить, как и о выдающихся русских поэтах, писателях, философах, учёных за истекший период.
Состояние русской цивилизации к этому времени точно характеризует история строительства Успенского и Благовещенского соборов в Москве. Когда задумали строить Успенский собор в Кремле, то в Москве не нашлось специалистов – чтобы спроектировать и построить большое каменное строение. Поэтому пригласили мастеров из Пскова, которые опозорились – возведенный ими свод рухнул.
В результате пришлось приглашать из Италии католика Аристотеля Феоравенти, и под его руководством в 1489 году построили собор. А Благовещенский собор помогали строить специалисты из Греции. Гранатовую палату строили приглашенные немецкие мастера. За наблюдаемые полтысячелетия можно с гордостью выделить знаменитого талантливейшего иконописца Андрея Рублёва, книгу купца – путешественника Афанасия Никитина «Хождение за три моря», и поэму о Куликовской битве «Задонщина» Сафония Рязанца.
Этот период ознаменовался яркими новшествами на Руси, большинство из которых было связано с падением Византии в 1453 году. Христианская церковь на Руси осталась без материнской византийской части, без руководства, и вынуждена была стать автокефальной – самостоятельной. Вернее – исчезло византийское руководство, и получалось – что осталось только русское – князь.
Впечатлённый усилением своей власти Иван Третий решил, что можно занять опустевшее имперское место на планете и снял с умершей Византии всё ей уже не нужное и что ему понравилось для собственного возвеличивания. Он назвал себя новым титулом – «самодержавец», а затем добавил ещё один новый титул – «государь всея Руси», а затем и на византийский лад титул – «царь», ввёл и целование руки… Затем он взял двуглавого византийского орла – это для евразийской страны оказалось самым удачным приобретением. В документах саму Русь начали писать на византийский лад – Россией.
На торжественных приёмах Иван Третий стал появляться с новыми символами верховной власти: скипетр, держава и корона – шапка Мономаха. Он стал похож на европейских королей. Идея «Москва – Третий Рим» ещё не озвучивалась, но уже не только «витала» в головах, но и реализовывалась фактически.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?