Текст книги "Владимир Путин"
![](/books_files/covers/thumbs_240/vladimir-putin-236500.jpg)
Автор книги: Рой Медведев
Жанр: Биографии и Мемуары, Публицистика
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 8 (всего у книги 57 страниц) [доступный отрывок для чтения: 16 страниц]
Возвращение и смерть Собчака
Пока Анатолий Собчак, выйдя из госпиталя, гулял по Парижу, читал лекции и проводил семинары в Сорбонне, работал в эмигрантских архивах, готовя к печати новое издание своей книги «Из Ленинграда в Петербург: путешествие во времени и пространстве», события в России шли своим чередом. Владимир Путин стал директором ФСБ и секретарем Совета безопасности России. Сергей Степашин – сначала вице-премьером, а потом и премьером России. Ушел в отставку министр внутренних дел Анатолий Куликов. Юрий Скуратов сохранял свой пост только формально, его не пускали даже в кабинет генерального прокурора: против Скуратова вела теперь дело Главная военная прокуратура. А «дело Собчака» в следственных органах было закрыто. Теперь открывалась дорога для возвращения Собчака в Россию.
Когда 12 июля 1999 года Анатолий Собчак вернулся в Петербург, ему была устроена в аэропорту «Пулково» торжественная встреча. Собчак прочитал стихи О. Мандельштама: «Я вернулся в мой город, знакомый до слез...» – и добавил: – «Я вернулся навсегда». В тот же день вечером Анатолий Александрович устроил большую пресс-конференцию и сделал ряд политических заявлений. Он сказал, в частности, что намерен принять участие в выборах в Государственную думу. Он будет баллотироваться в одном из одномандатных округов Санкт-Петербурга от избирательного блока «Правое дело».
Это было весьма смелое, но и очень рискованное решение. С Владимиром Путиным, насколько мне известно, Собчак тогда не встречался, но уже в августе начал в Санкт-Петербурге свою последнюю избирательную кампанию. Однако повторить блистательный успех 1989 года он не смог. Не вдаваясь в подробности, следует сказать, что его политические оппоненты и на этот раз действовали очень жестко. Выборы в своем округе Собчак проиграл, и это был еще один тяжелый удар для смелого, но слишком неугомонного, тщеславного и честолюбивого политика.
В то время как Анатолий Собчак потерпел поражение, Владимир Путин, напротив, завоевал уже на посту премьера России небывалую популярность, и с 12 часов дня 31 декабря 1999 года стал исполняющим обязанности Президента Российской Федерации.
Досрочные выборы Президента РФ были назначены на 26 марта 2000 года, и Анатолий Собчак вызвался поработать в качестве доверенного лица и добровольного агитатора на стороне Путина в северо-западных областях России.
Многие газеты и в эти месяцы были непримиримы и беспощадны по отношению к Собчаку. Газета «Стрингер», которую издает в Москве А. Коржаков, продолжала тиражировать самые дикие слухи о питерской мэрии и о ее руководителе. По утверждению этой газеты, Собчак продавал на Запад не только вполне исправные подводные лодки Балтийского флота, но и детей-сирот из детских домов Санкт-Петербурга. В разделе «Дворцовые тайны» эта газета (выходящая раз в месяц) писала в январе: «Семейный бизнес клана Собчака рушится из-за раскола Мальтийского ордена и конфликта между ведущими течениями мирового иудаизма».
А 10 февраля 2000 года «Независимая газета» опубликовала большой очерк Б. Вишневского и В. Работновой «Петля Собчака», полный менее бредовых, но также вздорных измышлений. «Время таких политиков, как Собчак, безвозвратно ушло», – писали эти авторы. Они утверждали тут же, что Собчака вывезли за границу в 1997 году нелегально и без таможенного досмотра. Но здесь же можно было прочесть, что «пограничники в Пулково были приятно удивлены бодрой походкой Собчака, который обошелся без носилок и скорой помощи. Все это заставляет усомниться в правильности диагноза, поставленного специалистами из Военно-медицинской академии, тем более что Ю. Шевченко не только главный кардиохирург, но и большой друг семьи экс-мэра».
15 февраля 2000 года А. Собчак отправился в поездку по Калининградской области как доверенное лицо В. Путина. Он был активен, выступал перед разными аудиториями, давал интервью.
17 февраля 2000 года в интервью журналистам из газеты «Коммерсантъ» на вопрос об Анатолии Собчаке Владимир Путин ответил: «Вы знаете, я абсолютно был убежден в том, что Собчак порядочный человек на сто процентов. Я просто знаю, как он думает, что является для него ценностью, а что нет. Он порядочный человек с безупречной репутацией. Более того, он очень яркий, талантливый, открытый. При том, что мы с ним совсем разные люди, он мне очень симпатичен. Мне искренне нравятся такие люди, как он. Он настоящий. Мало кто знал, что у нас с Собчаком были близкие, товарищеские отношения, очень доверительные. Я думаю, что могу назвать его старшим товарищем».
В ночь на 19 февраля 2000 года Анатолий Собчак неожиданно и скоропостижно скончался от очередного сердечного приступа. Это произошло в гостинице города Светлогорска. Собчак был один в своем номере, и его тело обнаружили только через несколько часов. Последний раздел в своей последней книге Анатолий Александрович озаглавил: «Я должен добежать...» Наверное, он все же добежал. И умер уже на берегу.
Узнав о смерти Собчака, Владимир Путин направил в Калининград специальный самолет. В телеграмме соболезнования, отправленной из Кремля жене и дочерям Собчака, говорилось: «Невозможно смириться с этой потерей. Анатолий Александрович был для меня близким человеком. Учителем. Он делился не только азами профессии, но всегда служил примером порядочности, твердости в отстаивании своих убеждений!»
Гражданская панихида и прощание с Собчаком состоялись 24 февраля 2000 года в Таврическом дворце в Санкт-Петербурге. Владимир Путин приехал одним из первых. Здесь находились Анатолий Чубайс, Борис Немцов, другие политики, а также Олег Басилашвили, Кирилл Лавров, Людмила Вербицкая и другие представители интеллигенции. Был губернатор Калининградской области Леонид Горбенко. Вдова Собчака Людмила Нарусова запретила появляться на похоронах губернатору Санкт-Петербурга Владимиру Яковлеву.
Несмотря на мороз, очередь жителей города, пришедших проститься с Собчаком, была очень большой; она протянулась к Таврическому дворцу от улицы Салтыкова-Щедрина. В общей очереди стоял несколько часов и Борис Березовский, владелец «Независимой газеты», одной из наиболее непримиримых к бывшему руководителю Северной столицы.
Газета «Известия», также весьма азартно травившая Собчака, теперь писала с некоторой долей сожаления: «Собчак был блистателен. Когда такие, как он, пришли во власть, мы стали ждать чуда. Не дождавшись чуда, мы разочаровались в своих трибунах еще на первом сроке их вхождения во власть. И мысленно низвергли их с духовных пьедесталов, прокатили на выборах, заулюлюкали в травле с помощью Генеральной и иных прокуратур. Что ж, они сами учили нас критически смотреть на прошлое и не молиться на кумиров. Пройдет еще какое-то время и мы оценим то, что сделали такие, как Собчак, по-новому»[66]66
Известия. 2000. 23 февраля.
[Закрыть].
Собчак похоронен на Никольском кладбище Александро-Невской лавры. «Tempora mutantur, et nos mutamur in illis» – «времена меняются, и мы меняемся с ними». Анатолий Собчак часто произносил эту римскую поговорку, но не следовал ей. Ему была ближе другая римская поговорка: «Pereat mundus, fiat justitia» – «пусть гибнет мир, да здравствует юстиция». Нет, мир не рухнул после смерти Собчака, к которому российская политика была несправедлива.
Для самого Анатолия Александровича его «хождение во власть» оказалось очень драматичным и не слишком успешным. Но многие из тех людей, которым он помог подняться в коридоры власти, управляют сегодня делами России. Для некоторых из них, включая Владимира Путина, Собчак действительно был учителем, учителем ярким, но крайне противоречивым.
Он дал им примеры не только правильного, но и неправильного поведения на вершинах власти.
В июне 2006 года в Санкт-Петербурге на Васильевском острове был открыт памятник Анатолию Собчаку. Приехали почти все московские «питерцы», которые работали когда-то в мэрии Санкт-Петербурга: Герман Греф, Дмитрий Козак, Дмитрий Медведев, Илья Клебанов, Сергей Миронов и другие. Выступая на открытии этого памятника, губернатор Санкт-Петербурга Валентина Матвиенко, также враждовавшая когда-то с Собчаком, сказала: «Вы, Владимир Владимирович, однажды отметили, что Анатолий Александрович не изменял своим взглядам. В свою очередь вы никогда не изменяли его памяти». Сам В. В. Путин также произнес здесь весьма прочувствованную речь. «Он был старше меня на 15 лет, но по духу моложе... Романтик».
Глава четвертая
ДВА ПРЕЗИДЕНТА. ПУТИН И ЕЛЬЦИН
В администрации Кремля
Как уже было сказано выше, после поражения А. Собчака на выборах губернатора Владимир Путин получил предложение остаться на работе в Санкт-Петербурге, но он не считал возможным оставаться и работать с новым губернатором Владимиром Яковлевым. В июле 1996 года уже после выборов президента В. Путин окончательно покинул свой кабинет в Смольном. Вместе с семьей он перебрался на дачу, которую строил несколько лет. Анатолий Собчак уверял Путина, что он человек «нужный всем, и его обязательно позовут». Сам А. Собчак говорил о своем бывшем заме с министром иностранных дел РФ Евгением Примаковым и просил направить В. Путина послом в одну из крупных стран. Однако никакого предложения о работе в МИДе Путин не получил.
Владимир Владимирович не был тогда публичным политиком, и публика о нем ничего не знала. Но в административных органах в Москве хорошо знали В. Путина как способного и умелого чиновника. Первое предложение о работе в администрации президента пришло к Путину от Павла Бородина, который тогда занимал пост управляющего делами президента. Главой администрации в Кремле тогда являлся Николай Егоров, который вызвал В. Путина в Москву и предложил стать его заместителем. Путин согласился: «Хорошо. Что мне делать?» Н. Егоров ответил: «Лети домой, в Питер. Подпишет Ельцин указ, и мы тебя вызовем». Однако через несколько дней Николай Егоров был снят со своего поста, а руководителем администрации стал Анатолий Чубайс. Он просто ликвидировал ту должность, которую предлагали занять В. Путину.
В августе – сентябре 1996 года происходило обычное после выборов президента формирование органов власти, и немалое число «питерцев» уже перешло на работу в Москву. Алексей Кудрин занял пост начальника Главного контрольного управления, Алексей Большаков – пост вице-премьера. Эти два человека и помогли В. Путину получить новое назначение. В конце августа 1996 года Владимир Путин занял пост заместителя управделами президента, то есть заместителя Павла Бородина. В. Путину было поручено руководить работой Юридического управления и Управления российской загрансобственностью.
Новый кабинет Владимира Владимировича Путина находился на Старой площади в здании бывшего ЦК КПСС. Однако Путин занимал этот кабинет недолго. В марте 1997 года Алексей Кудрин был переведен на пост заместителя министра финансов РФ, а Владимир Путин занял его пост начальника Главного контрольного управления Президента РФ. Анатолий Чубайс в эти же дни был назначен на пост министра финансов РФ, а новым руководителем администрации в Кремле стал Валентин Юмашев.
Главное контрольное управление было весьма влиятельным органом власти, и В. Путин совмещал этот пост с должностью заместителя руководителя администрации по региональной работе и члена комиссии Совета безопасности РФ по экономической безопасности. Именно в эти месяцы весны и лета 1997 года Владимир Путин смог лично познакомиться с Борисом Ельциным. Раньше они не встречались, но теперь время от времени Владимир Путин должен был идти на доклад к президенту. Сам Ельцин писал на этот счет в книге своих мемуаров «Президентский марафон»: «Иногда Путин оставался здесь (то есть в администрации. – P. M.) за старшего. И тогда, – свидетельствовал Ельцин, – нам приходилось встречаться чаще. Путинские доклады были образцом ясности. Он старательно не хотел “общаться" и, казалось, специально убирал из наших контактов какой бы то ни было личный элемент. Но именно потому мне и хотелось с ним поговорить! Поразила меня и молниеносная реакция Путина. Порой мои вопросы, даже самые незамысловатые, заставляли людей краснеть и мучительно подыскивать слова. Путин отвечал настолько спокойно и естественно, что было ощущение, будто этот молодой, по моим меркам, человек готов абсолютно ко всему в жизни, причем ответит на любой вызов ясно и четко. Вначале меня это даже настораживало, но потом я понял – такой характер»[67]67
Ельцин Б. Н. Указ. соч. С. 357.
[Закрыть].
Владимира Путина заметили в тот период и другие высшие чиновники и в Кремле, и в Белом доме, и в регионах. Но политические наблюдатели тогда еще совсем не замечали его. Никто не считал его политиком, но никто не причислял и к той группе из окружения Ельцина, которая получила в нашей печати наименование «семья». Конечно, Владимир Путин хорошо знал всех членов этой группы и сохранял с ними ровные отношения. Но он не входил в круг этой «семьи» и не стремился к этому. Еще летом 1998 года в условиях все более обострявшегося политического и социального кризиса Борис Ельцин решил заменить руководство ФСБ и, в частности, освободить от должности директора ФСБ генерала Николая Дмитриевича Ковалева, профессионального чекиста, работавшего здесь с 1974 года. Никаких упреков к Ковалеву у Ельцина не было, но его не устраивал, видимо, как авторитет Ковалева у оперативных работников ФСБ, так и неоднократно продемонстрированная независимость суждений.
«Я задумался, – пишет он, – кого ставить вместо Ковалева? Ответ пришел мгновенно: Путина! Во-первых, он немало лет проработал в органах. Во-вторых, прошел огромную управленческую школу. Но, главное, чем дольше я его знал, тем больше убеждался: в этом человеке сочетаются огромная приверженность демократии, рыночным реформам и твердый государственный патриотизм»[68]68
Там же. С. 358.
[Закрыть]. И Ельцин назначил Путина директором ФСБ, согласовав этот вопрос с премьером С.В. Кириенко, но не с самим Путиным, который принял назначение без всякого воодушевления.
Передача дел от генерала армии Ковалева прошла вполне буднично, но только в конце августа, после финансовой катастрофы и отставки правительства Кириенко, Борис Николаевич пригласил Владимира Владимировича в Кремль и имел с ним большой разговор. Ельцин предложил Путину вернуться на военную службу и получить генеральское звание. «А зачем? – неожиданно ответил Путин. – Я уволился из органов 20 августа 1991 года. Я гражданский человек. Важно, чтобы силовое ведомство возглавил именно гражданский. Если позволите, останусь полковником запаса»[69]69
Там же. С. 359.
[Закрыть].
Осенью 1998 года Владимир Путин провел реорганизацию центрального аппарата ФСБ, которая вызвала не слишком внятную критику в печати. Уволили многих пенсионеров. Но часто это были совсем не старые люди: в органах ФСБ насчитывалось немало людей, которые имели льготную выслугу лет – за год службы им начислялись два года. В число своих заместителей Путин назначил генералов Сергея Иванова, Виктора Черкесова и Николая Патрушева, которых знал давно, еще по разведке или по Ленинграду. Начальником одного из департаментов ФСБ стал генерал Александр Григорьев, также из Санкт-Петербурга. Премьер Е. Примаков этими назначениями был явно раздосадован, но Б. Ельцин перемены в ФСБ утвердил. Работой В. Путина президент был доволен.
Не поссорила Бориса Николаевича и Владимира Владимировича и история с побегом Собчака из Санкт-Петербурга, о которой без больших подробностей рассказал президенту сам Путин уже после того, как Собчак оказался в Париже. Вот что писал об этом эпизоде сам Ельцин в своих мемуарах: «Путин лучше чем кто бы то ни было понимал всю несправедливость происходящего в отношении своего бывшего шефа и политического учителя. Он немедленно выехал в Петербург. Встретился с бригадой врачей, в частности с теперешним министром здравоохранения Шевченко, сказал о том, что попытается вывезти больного Собчака за границу. Благодаря ноябрьским праздникам обстановка в городе была спокойная. Используя свои связи в Петербурге, Путин договорился с частной авиакомпанией и на самолете вывез Собчака в Финляндию. И уже оттуда Анатолий Александрович перебрался в Париж. За Собчаком следили, выполняя инструкцию не выпускать его из города. Но следили не очень бдительно, думали, вряд ли кто-то будет помогать без пяти минут арестанту “Крестов" – в наше-то прагматическое время. Но один такой человек нашелся. Позже, узнав о поступке Путина, я испытал чувство глубокого уважения и благодарности к этому человеку»[70]70
Там же. С. 276.
[Закрыть].
Еще через сто страниц Ельцин повторяет историю с бегством Собчака, хотя и в другом, более значимом контексте: «Путин не торопился в большую политику. Но чувствовал опасность более чутко и остро, чем другие, всегда предупреждая меня о ней. Когда я узнал о том, что Путин переправлял Собчака за границу, у меня была сложная реакция. Путин рисковал не только собой. С другой стороны, поступок вызывал глубокое человеческое уважение... Понимая необходимость отставки Примакова, я постоянно и мучительно размышлял: кто меня поддержит? Кто реально стоит у меня за спиной? И в какой-то момент понял – Путин»[71]71
Там же. С. 380.
[Закрыть].
29 марта 1999 года Владимир Путин был назначен по совместительству секретарем Совета безопасности Российской Федерации. В конфликте между президентом и генеральным прокурором, в котором Ельцин потерпел несколько унизительных поражений и которому он посвящает в своей книге отдельную главу, Путин безоговорочно принял сторону президента и на специальной пресс-конференции 2 апреля 1999 года уверенно говорил о «порочащих честь и достоинство генерального прокурора поступках». Редактор журнала «Итоги» Сергей Пархоменко, который посвятил реконструкции событий этого ничем особенно не примечательного апрельского дня целую статью «Момент заблуждения», утверждал, что именно в этот день, наблюдая за пресс-конференцией по телевизору, президент, «воздев к небу указательный палец, вдруг сказал: "О!”, и судьба Владимира Путина повернулась удивительным образом»[72]72
Итоги. 2000. 30 марта. С. 12.
[Закрыть].
На самом деле в судьбе Путина еще четыре месяца ничего не менялось, и, отправив 12 мая 1999 года в отставку премьера Евгения Примакова, Ельцин назначил новым премьером министра внутренних дел Сергея Степашина. В своих мемуарах Борис Николаевич признает достоинства Примакова как политика, как человека и как премьера. Но можно догадаться также, что Ельцину очень не нравились как независимость, так и растущая популярность Евгения Максимовича. Не ладились отношения у президента и с Сергеем Степашиным. Однако все эти назначения и отставки были, как уверял Ельцин, частью задуманной им сложной комбинации, которую он тогда не хотел раскрывать никому из близких людей в своем окружении.
Председатель Правительства Российской Федерации
По свидетельству Бориса Николаевича Ельцина, решение о передаче власти в России Владимиру Владимировичу Путину было им принято еще в конце апреля или в начале мая 1999 года. По его замыслу, появление кандидатуры Путина должно было быть совершенно неожиданным в разгар острой предвыборной борьбы в России, когда решительный характер и жесткость Путина пригодятся в полной мере. «Но не только этот политический анализ, – писал Ельцин, – останавливал меня от последнего откровенного разговора с Путиным, который продолжал руководить Советом безопасности и ФСБ, ведать не ведая о моих планах. Мне его было и по-человечески жалко. Я собирался предложить ему не просто “повышение по службе". Я хотел передать ему шапку Мономаха. Передать ему свое политическое завещание: через победу на выборах, через нелюбимую им публичную политику, во что бы то ни стало удержать в стране демократические свободы, нормальную экономику. Донести эту ношу до 2000 года будет очень и очень непросто. Даже такому сильному, как он»[73]73
Ельцин Б. Н. Указ. соч. С. 315.
[Закрыть].
Владимир Путин действительно ничего не знал об этих планах Бориса Ельцина. Хотя отношения между премьером Е. Примаковым и директором ФСБ В. Путиным были далеко не лучшими, однако Путин явно не одобрял неожиданного смещения Евгения Максимовича и назначения на его место Сергея Степашина. Через три дня после отставки Примакова его посетила делегация сотрудников ФСБ и СВР во главе с секретарем Совета безопасности В. Путиным. За заслуги в защите и обеспечении государственной безопасности Евгению Максимовичу Примакову было вручено именное оружие. Впоследствии он не раз вспоминал об этой неожиданной для него и приятной встрече.
Только в начале августа Б. Н. Ельцин вызвал руководителя своей администрации Александра Волошина, чтобы обсудить с ним вопрос о назначении Путина на пост премьера. Вопрос был только в сроках: в августе или, может быть, в сентябре – октябре? Решили не откладывать. «Август, – писал Ельцин, – самая отпускная пора. Назначение Путина будет как гром среди ясного неба. Все мгновенно накалится. Но несколько амортизирующих недель, когда людям так не хочется влезать в политику, выходить из благостного настроения, у нас будут. У Путина будет время, чтобы взять разгон!»[74]74
Там же. С. 355.
[Закрыть]
5 августа 1999 года Ельцин встретился с Путиным и сказал ему о своем решении назначить его на пост премьер-министра. Борис Николаевич объяснил ему и свои главные мотивы, причем в первую очередь речь шла о победе на выборах в Государственную думу. Набирало силу движение «Отечество – Вся Россия», возглавляемое Юрием Лужковым и Евгением Примаковым, и это обстоятельство больше всего беспокоило президента. Путин сказал Ельцину, что будет работать там, куда его назначит президент, но признался, что не любит предвыборной борьбы и не любит ею заниматься. У него в памяти еще стояли картины унизительного поражения в Санкт-Петербурге. «Да и на кого будем опираться на выборах?» – спросил Путин. – «Не знаю, – ответил Ельцин. – Будем строить новую партию. Для вас главное работать в правительстве». Из этой беседы стало ясно, что основную тяжесть избирательной кампании возьмут на себя другие. «А если на самый высокий пост?» – спросил Ельцин. Путин замешкался с ответом: «Не знаю, Борис Николаевич. Не думаю, что я к этому готов». – «Подумайте, – сказал Ельцин в конце беседы. – Я верю в вас»[75]75
Там же. С. 380.
[Закрыть].
Активен был Анатолий Чубайс, который убеждал Путина отказаться от нового назначения. «Ты просто не знаешь, что это такое, – говорил Чубайс. – Лучше поэтому отказаться сейчас самому, чем позднее под влиянием обстоятельств». Но Путин ответил: «Извини, но это решение президента. Я обязан его выполнить. Ты на моем месте поступил бы точно так же». Тогда Чубайс начал действовать через администрацию и через ближний круг Ельцина – он встретился с A. Волошиным, с В. Юмашевым, с Т. Дьяченко. Чубайс грозил не только протестами Думы, Совета Федерации, но даже массовыми выступлениями трудящихся: «А что будет делать разъяренный Лужков? Он может вывести на Красную площадь десятки тысяч... Все решат, что президент совсем сошел с ума». Чубайс даже согласился вернуться в Кремль на пост руководителя администрации, чтобы поддержать Степашина.
Но Ельцину был нужен не Чубайс, а Путин; 9 августа он подписал указ о назначении нового премьера и выступил с телеобращением к нации.
Всего за несколько дней до назначения В. В. Путина премьером у него умер отец, Владимир Спиридонович. Мать B. Путина Мария Ивановна умерла на год раньше. Владимир Путин прилетел на похороны отца в Санкт-Петербург всего на несколько часов. Он сдерживал себя, но друзья видели, как сильно он переживает о случившемся. «Это ведь не показное, – говорил Василий Шестаков, – когда Путин родителей своих постоянно навещал. А у него была такая должность, что времени практически не было, но он все равно находил время, чтобы приезжать, навещать. Это была позиция такая, внутренняя. Его родители ничем не отличались от других людей, своих соседей, – такие же простые люди. Они не жили ни в каких привилегированных условиях. Смерть родителей он переживал очень тяжело. На могилы к ним ездит постоянно. Эмоции не показывает на людях, но то, что переживал, – это несомненно». Об этом же говорил и полковник Ю. Лещев: «Да, безусловно, он сдержан, он умеет скрывать свои эмоции. Когда умерла его мать, а потом тяжело заболел отец, он как-то с горечью мне говорит: “Ну вот, Юрий Сергеевич, понимаете, – возраст уже, возраст". Путин очень переживал, потому что к родителям относился не просто хорошо, а по-настоящему их любил»[76]76
Блоцкий О. М. Владимир Путин. Дорога к власти. С. 412.
[Закрыть].
Владимир Путин дал согласие на работу главы правительства. Он еще не знал тогда всех своих собственных возможностей и ресурсов, но он хорошо понимал свои преимущества по сравнению с такими людьми, как С. Степашин, C. Кириенко или В. Черномырдин. Его очень беспокоило и крайне бедственное положение, в котором оказалась Россия.
Хотя Владимир Путин уже занимал посты директора ФСБ и секретаря Совета безопасности, он был для публики практически не известным человеком, и его назначение на пост премьера вызвало недоумение у большинства политических наблюдателей как в России, так и за ее пределами. А слова Ельцина о том, что он видит в Путине своего преемника на посту президента и что именно Путин «сможет сплотить вокруг себя тех, кому в новом XXI веке предстоит обновлять великую Россию», вызвали раздражение большинства политиков. «Сплошной абсурд власти», – заметил по этому поводу Юрий Лужков. «Акт безумия», – поддержал столичного мэра Борис Немцов. «Клиника», – откликнулся Геннадий Зюганов. Почти все газеты писали о том, что даже предположение о возможности избрания Путина на пост Президента России – это всего лишь одна из наиболее экстравагантных политических фантазий престарелого Ельцина. Впрочем, никаких «массовых выступлений трудящихся» или «разъяренных толп москвичей на Красной площади», которыми пугал обитателей Кремля Чубайс, не было.
Владимир Путин вполне успешно провел обычные для кандидата в премьеры встречи и консультации с фракциями Государственной думы, и его утверждение на посту премьера прошло, вопреки ожиданиям, без долгих прений. «Было как-то невесело и даже немного скучно, – писала об этом заседании Думы газета „Московский комсомолец“. – Знакомая депутатам до оскомины процедура утверждения нового премьер-министра была полностью лишена занимательности и интриги, хотя сам Владимир Путин произвел на многих депутатов довольно приятное впечатление, так как он честно отвечал, что не знает ответов на многие их вопросы»[77]77
Московский комсомолец. 1999. 17 августа.
[Закрыть]. «Технический премьер для технического правительства», – сказал в кулуарах Думы Владимир Рыжков. Комментируя новое назначение Путина, газета «Известия» писала: «Никогда президентская власть Бориса Ельцина не была так слаба, как сейчас. Похоже, президент пытается в этой ситуации сделать упор на грубую силу. Влияние силовых министерств, в силу характера Путина и приказа Верховного главнокомандующего добиться стабильности в стране, усилится неизмеримо. Мы получаем правительство, выполняющее простые технические решения и команды, или техническое правительство с опорой на бронетехнику»[78]78
Известия. 1999. 11 августа.
[Закрыть]. Однако самые ядовитые комментарии звучали со страниц журнала «Итоги». «Борис Ельцин, – писала здесь Галина Ковальская, – вытащил из своей изрядно замусоленной кадровой колоды маленького, невзрачного директора ФСБ и провозгласил его своим преемником. Что может сделать эдакий блеклый, ничем не запоминающийся, напрочь лишенный не то что харизмы, но малейшего намека на обаяние человек? Думается, что ставка на Путина сделана ельцинской командой просто от отчаяния»[79]79
Итоги. 2000. 21 марта.
[Закрыть].
Но уже в сентябре, а тем более в октябре 1999 года, главным образом благодаря быстрым, твердым и эффективным решениям и действиям в Дагестане и на всем Северном Кавказе, В. Путин привлек к себе всеобщее внимание и обеспечил правительству и военным поддержку значительной части населения России. Владимир Путин не занимался предвыборной агитацией и избирательными делами, но именно его работа на южных рубежах России неожиданно и существенно изменила расстановку политических сил в стране, отодвинув на второй или даже на третий план такую, казалось бы, мощную коалицию, как «Отечество – Вся Россия», возглавляемую столь крупными политическими «тяжеловесами», как Евгений Примаков, Юрий Лужков и Минтимер Шаймиев. А ведь именно этот избирательный блок вызывал наибольшие опасения и неприятие у Бориса Ельцина и его окружения. «Этот тандем (то есть Примаков и Лужков), – вспоминал Ельцин о своих страхах лета и осени 1999 года, – уже на выборах в Думу мог получить такой оглушительный перевес (тем более с коммунистами Примаков договариваться умел, и неплохо), что дальнейшие выборы – президентские – теряли бы всякий смысл. Они могли получить твердое конституционное большинство и вполне легитимную возможность двумя третями голосов внести любые поправки в Конституцию! В частности, отменить институт президентства в стране. В любом случае они получат такой разгон, такой широкий маневр, что дальнейшая борьба с ними станет просто бессмысленной»[80]80
Ельцин Б. Н. Указ. соч. С. 322.
[Закрыть].
Как известно, выборы в Государственную думу принесли неожиданный успех новому центристскому объединению «Единство» с неясными политическими контурами, которое было создано всего за три месяца до выборов. У этого избирательного объединения не имелось еще ни идеологии, ни четких организационных структур, ни ясных политических лидеров. Единственным серьезным политическим капиталом «Единства» оказалась поддержка Владимира Путина, который заявил в одном из интервью, что будет голосовать на выборах в Думу за партию Сергея Шойгу, а еще через несколько недель принял участие в работе съезда этого нового избирательного объединения. Сам Ельцин отстранился от участия в избирательной кампании, не слишком активными были и лидеры «Единства» Сергей Шойгу и Александр Карелин. К тому же в партийном списке «Единства» практически не было имен известных публике политических и общественных деятелей. Поэтому победа «Единства» на выборах в Думу была сюрпризом не только для всех без исключения политических наблюдателей и аналитиков, но и для самого Ельцина, и он признается в этом в своих мемуарах.
Но все попытки собрать какой-то компромат на Шойгу, Карелина и генерала милиции Гурова из «Единства» оказались тщетными. Не удалось найти компрометирующие материалы и на Владимира Путина, хотя такие попытки предпринимались и по его работе в питерской мэрии, и в администрации Кремля. Что касается обвинений в адрес российских спецслужб в организации взрывов жилых домов в Москве и на юге, а также в тайном сговоре с Басаевым и Хаттабом, то все они были слишком недостоверны и невероятны, чтобы им поверили даже самые доверчивые избиратели.
Да, конечно, Борис Ельцин поддерживал Владимира Путина осенью 1999-го во всех его начинаниях. Однако многие СМИ все время задавались вопросом: насколько прочной и искренней является эта поддержка? Печать всячески раздувала слухи о том, что президент якобы крайне недоволен растущей популярностью премьера. Разговоры об этом возникали столь часто, что даже сам Путин признавал позднее, что он опасался опалы и неожиданной отставки, хотя и надеялся, что ему удастся продержаться на своем посту не менее трех месяцев.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?