Электронная библиотека » Рут Лэнган » » онлайн чтение - страница 1

Текст книги "Спасенный рай"


  • Текст добавлен: 28 октября 2013, 15:09


Автор книги: Рут Лэнган


Жанр: Исторические любовные романы, Любовные романы


сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 1 (всего у книги 12 страниц)

Шрифт:
- 100% +

Рут Лэнган

Спасенный рай

Пролог

Южная Каролина

Весна 1865 года


Дети и женщины, измученные и оборванные, вышли из рощи и, спотыкаясь, побрели к берегу. Далси, их предводительница, указала на оставленную кем-то лодку.

– Но она же чужая! – возразила темноволосая девочка с печальным лицом.

– Выбирать не приходится, Клара. Может, ты хочешь вернуться? – с вызовом спросила Далси, пристально взглянув на нее.

– Далси, ты разве не видишь – шторм надвигается! – воскликнула молодая женщина с волосами цвета осенней листвы и певучими ирландскими нотками в голосе.

– Ничего не поделаешь, – ответила Далси. Посадив одного ребенка к себе на спину, а другого взяв на руки, она перебралась через борт и усадила детей на дно лодки. – Мы можем спастись только в море. Назад дороги нет.

Одна из девушек схватила за руку маленького мальчика и пошатнулась под натиском неистового ветра, во все стороны раскачивавшего утлое суденышко.

– Далси, я не могу. Мне страшно.

– Фиона, Натаниэль, помогите Старлайт подняться. Нам нельзя терять ни секунды. – Вой ветра не мог заглушить ее уверенный голос. – Вы сами знаете, что может случиться, если мы задержимся.

– Верно. Давай-ка, подружка. – Ирландка, несшая на спине шестилетнюю девочку, взяла девушку за хрупкие плечи и повлекла к лодке через обрушивающийся на берег прибой.

Все влезли в лодку, и Далси, не теряя времени, подняла якорь и оттолкнулась веслом от песчаного дна.

– Нам удалось сбежать, и теперь… – Далси поочередно взглянула в испуганные лица своих спутников, – мы должны поклясться, что никогда и никому не расскажем о случившемся. От этого зависит наша жизнь. – Дети захныкали, а на глаза женщин навернулись слезы. У Далси задрожали губы, но она заставила себя продолжать: – Опасность еще не прошла, а возможно, никогда не пройдет. Поняли? Теперь поклянитесь, что будете молчать.

– Клянусь! – сказал Натаниэль, когда Далси обернулась к нему.

– А ты, Белль?

Рыжеволосая девочка лет шести кивнула.

– Эмили?!

Эмили взмахнула светлыми кудряшками.

– Клара?!

Все затаили дыхание, пока эта грустная девочка, бывшая выразителем общей совести, не кивнула:

– Клянусь.

– Я тоже клянусь, – сказала Фиона.

– И я, – негромко проговорила пятнадцатилетняя Старлайт.

– Вот и хорошо. – Далси, наконец, разжала кулаки – ее ногти до боли вонзились в ладони. Она осмотрелась и увидела, что берег уже пропал из виду. Ветер и волны несли лодку по морю, отдав ее на милость шторму. – А теперь, – почти задыхаясь, продолжала она, – будем молиться о спасении. Боюсь, что на смену одной опасности пришла другая.

И не успели они произнести первые слова библейского стиха, как шторм обрушился на них с такой яростью, что Далси не смогла удержать весло. Лодку кидало по волнам, словно щепку, и Фиону с Кларой отбросило назад. Даже раскат грома не смог заглушить ужасный звук, с которым их головы ударились о дерево. Вспыхнула молния, и все увидели тонкую струйку крови у Фионы на щеке. Рядом с ней неподвижно лежала Клара.

Далси прикрыла их своей накидкой, чтобы хоть немного защитить от бури, и заняла место Фионы, обняв плачущих детей. От страха она потеряла дар речи, но слова псалма продолжали звучать у нее в голове: «Если я пойду и долиною смертной тени, не убоюсь зла…»

Глава первая

Остров Джермейн

Южная Каролина


Буря длилась меньше часа, но ветер с корнем вырвал несколько деревьев и рассыпал сарай, словно карточный домик. Дождь все еще лил, но гроза утихла. Кэл Джермейн с трудом пробирался вдоль примятых посевов, оценивая ущерб. Увиденное подтверждало худшие его опасения. Чтобы собрать какой-никакой урожай, придется все сеять заново.

Он отвернулся и зашагал вдоль захламленного прибоем берега и вдруг заметил покачивавшуюся на волнах деревянную плоскодонку.

– Что за болван оставил лодку без привязи? Если ее унесет, то поделом, – пробормотал Кэл, направляясь к лодке.

Он ухватил ее за корму и вдруг увидел такое, от чего у него перехватило дыхание.

По дну лодки распластались тела женщин и детей.

Громко выругавшись, Кэл подтянул суденышко ближе к берегу, на твердую землю, и вдруг услышал тихий стон. Он тут же забрался в лодку, чтобы найти того, кто пришел в сознание.

Молодая женщина в изорванном, промокшем платье приподняла голову. Мокрые пряди черных волос обрамляли лицо – мертвенно-бледное, только на щеках горели два ярких пятна.

– Сара! – невольно сорвалось с губ Кэла. – Боже всемогущий! Ты здесь…

Он пробрался к ней, опустился на колени и тут же понял, что ошибся. Это не Сара. Вблизи незнакомка совсем на нее не походила. Но голос Кэла еще дрожал.

– Значит, живы. Можете сесть? – И он осторожно положил руку на плечо девушки.

– Я… Да… – Тут Далси замолкла – у нее все поплыло перед глазами, но вскоре она увидела перед собой лицо мужчины. Темные волосы. Темные глаза. Строго сжатые губы. Когда он прикоснулся к ней, она отпрянула, дрожа с головы до ног.

Это движение не ускользнуло от Кэла. В глазах девушки удивительного зеленого оттенка затаился страх.

Он медленно опустил руку и отошел. Тогда она немного успокоилась.

– Где мы?

Ее голос – глубокий, приятный, с явным южным выговором – затронул в его душе какие-то потаенные струны.

– Вы в Штормовом заливе, на острове Джермейн. Вон там – Чарлстон.

– Далеко отсюда? – очень быстро спросила она, и он сразу заметил охвативший ее ужас.

– Добираться больше часа. – Он увидел, что страх на ее лице сменился облегчением. – Но в следующий раз я советую выбрать посудину покрепче. Удивительно, что вы вообще остались живы.

В это время остальные путешественники тоже начали подавать признаки жизни. Кэл обрадовался – значит, первое впечатление оказалось неверным.

– Я помогу вам сойти на берег.

Мужчина протянул ей правую руку, и тут Далси с ужасом заметила, что кисть левой руки у него отсутствовала. Она инстинктивно отпрянула.

Увидев ее реакцию, Кэл замер. На мгновение наступила гнетущая тишина. Оба вспыхнули: она – от смущения, он – от гнева. Далси быстро поднялась и проскочила мимо него.

– Я сама справлюсь, спасибо. – Собственное поведение неприятно поразило ее. Однако она не могла придумать, как исправить положение. – Может быть, вы поддержите остальных?

Далси перебралась через борт лодки, но не успела ступить на твердую почву, как волной ее сбило с ног, а Кэл наблюдал, даже не пытаясь помочь. И все же он внимательно проследил, как она добралась до берега и без сил упала на траву. После чего отвернулся и вытащил из лодки плачущего ребенка. Опустив его на сушу, Кэл снова пошел к лодке – и так до тех пор, пока все не оказались на траве. Убедившись, что люди живы, Кэл обратился к Далси, которая никак не могла отдышаться:

– Мне пора.

– Пора? – Она с тревогой подняла голову.

Терпеливо, словно обращаясь к ребенку, он произнес:

– Я должен пойти в конюшню и запрячь лошадей, чтобы отвезти вас в безопасное место.

– А-а… – Она отвернулась, но Кэл успел заметить облегчение на ее лице. Значит, она подумала, что он собирается их бросить. Учитывая царивший в стране хаос, в такой реакции не было ничего удивительного. В здешних краях нет ни одной живой души, не затронутой этой проклятой войной. И не в его силах исцелить все раны. Черт побери, он ведь даже себя исцелить не может!

Поддав плечом тяжелую дверь, он вошел в сарай, вдыхая запахи сухого теплого сена, влажной земли и навоза, всегда успокаивавшие его растревоженную душу. Быстро запряг лошадей и поспешил в дом, чтобы взять все необходимое. Вернувшись вскоре на берег, он увидел, что Далси стоит на коленях перед неподвижными телами двух своих спутниц.

Кэл опустился на колени рядом с ней.

– Волны чуть не потопили нашу лодку. Фиона упала, сильно ушиблась и с тех пор не приходит в сознание.

Кэл взял девушку на руки и осторожно положил ее в повозку, на пледы и подушки.

– Клара тоже ударилась и потеряла довольно много крови, – сказала Далси, указывая на лежащую в траве девочку.

Кэл перевязал Кларе руку и уложил рядом с Фионой. Когда он обернулся, Далси помогала детям подняться. Они передвигались медленно, будто в полусне. Забираясь в повозку, Далси поскользнулась и чуть не упала в грязь, но Кэл тотчас же протянул руку и поддержал ее. От этого прикосновения они оба вздрогнули. Когда он обхватил ее за талию, Далси замерла, не в силах двинуться с места. Потрясение пронзило ее насквозь, повергло в оцепенение. На мгновение лицо Кэла оказалось рядом с ее лицом, и она ощутила его горячее дыхание.

Кэл тоже был словно заворожен ее близостью – его рука задержалась на талии девушки, и давно забытые чувства устремились наружу, вызывая в памяти далекие картины прошлого. Он уже и забыл, как нежна женщина, как тепло ее дыхание, как сладок ее аромат…

Тут послышался невинный голосок маленького мальчика:

– Сэр, вы потеряли руку на войне?

Волшебство растаяло. Губы Кэла сжались в тонкую скорбную линию.

– Замолчи, Натаниэль, – укорила Далси. Но было поздно. Ни слова не говоря, Кэл усадил девушку в повозку, а потом наклонился за мальчиком. Когда все устроились, он сел на козлы, щелкнул кнутом и натянул вожжи. Покачиваясь, повозка медленно тронулась в путь.

Девочки плакали, и Далси обняла их, нашептывая слова утешения.

– Посмотрите! – Она указала на очертания сарая, которые проступили из-за стены дождя. – Скоро нам будет тепло и сухо.

Но они проехали мимо сарая, и Далси увидела красивый двухэтажный дом старой постройки. Из-за бури окна были закрыты деревянными ставнями. Оба этажа опоясывали веранды, а верхнюю поддерживали величественные колонны. Одно крыло дома пострадало от пожара, но другое осталось невредимым. На такое она даже надеяться не смела. Целый дом! Далси облегченно вздохнула.

Повозка резко остановилась. Дверь черного хода широко распахнулась, и на веранду вышли несколько человек.

Женщинам и детям помогли выбраться из повозки и подняться в дом. Фиону и Клару внесли туда на руках. В холле, где они оказались, на стене висели шерстяные плащи, а вдоль другой стены стояли в ряд рабочие сапоги, забрызганные грязью. В конце холла виднелась гостиная – там мерцали свечи, горел камин.

– Надо снять мокрые вещи. – В комнату широким шагом вошла рослая женщина с кипой одеял в руках. Ее темные волосы, подернутые серебром, подчеркивали строгую красоту лица.

– Вы не слишком ослабли? Поможете мне управиться с детьми? – спросила она у Далси.

– Конечно, – ответила Далси и тут же принялась раздевать детей.

Пожилая хозяйка кутала их в мягкие, теплые одеяла, а мужчины относили малышей в гостиную, к камину.

Старлайт тоже вскоре отправилась к детям, и, наконец, настала очередь Фионы. Хозяйка начала снимать с нее мокрую окровавленную одежду и вдруг замерла: спина и плечи девушки были сплошь в синяках и следах плети. Не сказав ни слова, она осторожно обернула Фиону чистой простыней и накрыла теплым одеялом, на котором сразу же проступили кровавые пятна. Двое мужчин отнесли ее в гостиную.

– Никого больше не осталось? – со вздохом осведомилась женщина.

– Нет. Спасибо вам.

– А теперь давайте-ка раздевайтесь.

Далси сняла мокрую одежду и с удовольствием взяла одеяло. Женщина провела ее в гостиную. Двое мужчин отвернулись от детей и взглянули на Далси, которая все еще тряслась от холода.

– Вы в гостях у семьи Джермейн. Я Элизабет Джермейн, но все зовут меня тетей Бесси, – представилась хозяйка.

– А я – Далси Трентон. Та, что без сознания. – Фиона О'Нил. А это, – продолжала Далси, коснувшись плеча юной девушки, лежавшей на диване у камина, – это Старлайт.

– Какое странное имя![1] – удивилась тетя Бесси.

При звуке ее сурового голоса глаза Старлайт застыли – казалось, она перенеслась в какой-то другой мир.

– Она сама выбрала себе имя. – В тихом голосе Далси вдруг зазвучали твердые нотки, словно она бросала вызов кому-то. Старлайт с обожанием взглянула на нее, а потом закрыла глаза, не в силах бороться со сном.

– Мальчика зовут Натаниэль.

– Мне уже восемь с половиной лет, – гордо сообщил Натаниэль.

Далси, взъерошив ему волосы, продолжила:

– Это Белль, ей шесть лет, а Эмили – пять. А девочка, которая поранилась, – Клара, ей семь, – продолжала Далси. – Где она сейчас?

– Ее уложили спать, – произнесла тетя Бесси и указала на двух мужчин. – А это мои племянники, Барклай и Дарвин.

– Меня все называют Барк, – сказал тот, что был пониже ростом и постарше.

Далси ответила на крепкое рукопожатие и взглянула в его голубые глаза, в которых поблескивали искорки смеха. Интересно, что его так позабавило?

– Называйте меня Дарв, – негромко произнес высокий юноша с иссиня-черными волосами и такими же темными глазами. Голос у него был приятный и звучный, как у священника, а держался он очень прямо.

– Мы чрезвычайно признательны вам за гостеприимство. – Далси оглянулась. – Я хотела бы поблагодарить человека, который нас спас.

– Не стоит. Любое проявление благодарности его только оскорбит, мисс Трентон. Мой брат просто выполнил свой долг.

Брат… Это было для Далси неожиданностью, но она видела явное сходство между ними – в четкой линии подбородков, в непокорстве густых волос, в басовитых голосах. Но эти двое хотя бы пытались быть любезными, а их старший брат казался сердитым, даже враждебным. И сразу ушел, даже не представившись. Далси решила больше о нем не думать.

– Я хотела бы проведать Фиону и Клару.

– Нет необходимости, они в надежных руках. – Тетя Бесси обернулась к чернокожему слуге, который стоял в величественной позе: – Роберт, принеси детям теплого молока, а женщинам – вина. Я тоже немного выпью.

– Слушаюсь, мисс Бесси. – Роберт удалился, почтительно кивнув.

– Вам надо согреться, – властно распорядилась тетя Бесси.

Далси пошла проверить, все ли в порядке у детей, и тут увидела краем глаза стоящего в дверях Кэла.

– Как вы оказались в море в такую бурю? – резким тоном спросил он.

Дети взволнованно переглянулись и посмотрели на Далси, и эта внезапная смена их настроения озадачила Джермейнов.

– Мы не сделали ничего дурного! – выкрикнул Натаниэль.

Девочки заплакали.

– Ну же, успокойтесь. – Далси ободряюще положила руку на плечо Натаниэля и опустилась на колени, чтобы успокоить малышек. – Нас никто ни в чем не обвиняет, – тут она подняла голову и встретилась глазами с пронзительным взглядом Кэла, – правда?

– Просто мне интересно, какого черта вы сели в лодку в такой шторм.

– Я… я не знала, что надвигается шторм, – уклончиво ответила она.

– Уже поздно, Кэлхен, – негромко прервала его тетя Бесси, с интересом прислушивавшаяся к разговору. – Обсудим это завтра. Сейчас им нужно отдохнуть. Мисс Далси Трентон, позвольте представить вам моего старшего племянника, Кэлхена Джермейна.

– Мистер Джермейн, спасибо вам за то, что спасли нас. – Голос Далси был напряженным и официальным. – Благодарю Бога за то, что нас прибило к вашему берегу.

– Садитесь, мисс Трентон. – Тетя Бесси указала на кресло рядом с камином.

Вернулся слуга с рубиновой жидкостью, и женщина протянула Далси бокал.

Девушка откинулась на подушки и стала пить мелкими глоточками, чувствуя, как вино теплом разливается по жилам. Должно быть, она умерла и попала в рай. Далси смутно различала низкий гул расспрашивавших о чем-то взрослых голосов и звонкие голоса отвечавших детей.

– Когда вы в последний раз ели? – Это спросила тетя Бесси.

– Не помню, – ответил Натаниэль.

– А давно вы спали? – негромко спросил Барк.

– Давно. – Голос Белль немного дрожал.

– Где ваш дом? – продолжала спрашивать тетя Бесси.

– У нас нет дома, – последовал ответ. Наступило неловкое молчание.

– И никто из вас не видел, что надвигается шторм?

Снова молчание.

– Вы все живете вместе с мисс Далси? – осведомился суровый мужской голос.

– Да, – с чувством отозвался Натаниэль, и на губах девушки появилась ласковая улыбка. – Далси о нас заботится.

Она едва разбирала, о чем идет речь, но сейчас это было неважно. Детишки, наконец, в тепле и в безопасности – это единственное, что имеет значение, и теперь можно, наконец, немного расслабиться.

Голоса все удалялись куда-то, и полупустой бокал выскользнул из ее рук. Веки отяжелели и закрылись. Сквозь сон Далси почувствовала, как чьи-то сильные руки подняли ее и прижали к груди. Она улыбнулась, вспомнив, как в детстве папа относил ее в кровать.

– Папа, наконец-то ты вернулся… – С глубоким вздохом она обвила его руками и уткнулась лицом в шею мужчины.

Далси ощутила, что ее положили на кровать, подоткнули одеяло. Она поймала руку отца, прижала к губам и вдруг услышала негромкое проклятие. Она тут же открыла глаза и встретила напряженный, немигающий взгляд Кэла Джермейна.

– Это вы! – Она вспыхнула и резко отпрянула. Господи Боже, она только что выставила себя круглой дурой!

Не сказав ни слова, он отвернулся и вышел из комнаты, закрыв за собой дверь. И оставил ее один на один с жестоким стыдом.


Кэл снял с себя мокрую одежду и вытерся полотенцем. Потом подошел к окну и стал смотреть на море.

В такую ночь отправиться в путь может только безумец или преступник. А к какой категории отнести спасенную им компанию? Ведут они себя странно. Облокотившись на подоконник, он подумал, что они явно чего-то боятся. Кэл уже видел такой взгляд в глазах сотен южан, пострадавших от войны. Но эти семеро определенно что-то скрывают. А Далси Трентон? В ней видна какая-то жесткость, будто она готова идти против любого, кто станет угрожать ее подопечным.

Как только он увидел ее, то сразу подумал… Боже, какой же он дурак! В его жизни больше нет места женщине. Ни одной. А особенно той, что будет напоминать ему о прошлом. И все же… Она назвала его папой и поцеловала во сне, а он отреагировал на этот поцелуй неожиданно и совсем не по-отечески… Он со злостью отбросил полотенце и лег в постель. Но сон не шел. Ворочаясь с боку на бок, он будто снова ощущал прикосновение ее губ.

Глава вторая

Далси поднялась с кровати и подошла к окну. На горизонте вставало солнце, золотившее капельки росы, которые покрывали все вокруг. На отдаленном холме паслось стадо оленей. Где-то рядом мычала корова, и птицы уже начали исполнять свою утреннюю симфонию. Свежевспаханные черные поля были разделены стройными рядами деревьев пальметто – их листья покачивались под легким ветерком. Кое-где величаво раскинули свои ветви поросшие мхом дубы.

От этого мирного сельского пейзажа у нее на глаза наворачивались слезы. Ее молитвы были услышаны и вознаграждены. Но теперь надо придумать способ, как остаться в этом раю. Папа всегда говорил: использовать существующую возможность может каждый дурак, но создать возможность на пустом месте под силу только умному.

Девушка отвернулась от окна и только тут заметила, что ее одежда выстирана и висит на спинке стула. Сорочка и юбки смотрелись как новенькие, а поношенное платье было прекрасно выглажено. Возле стула стояли до блеска вычищенные лайковые туфли.

На низеньком комоде виднелся тазик с водой, а рядом кусок лавандового мыла и мягкое льняное полотенце. Улыбнувшись, Далси начала умываться. Да благословит Господь Джермейнов. Несмотря на кажущуюся суровость, они необыкновенно добры…

– Она лжет, – резким от гнева голосом сказал Кэл. Присоединившись к тетушке и братьям за обеденным столом, он накладывал себе в тарелку кукурузный хлеб, яйца и жареную свинину.

– А дети? – полушепотом спросила тетя Бесси. – Как ты объяснишь их слова?

– Все они лгут. Этот шторм надвигался давно. Над Чарлстоном уже несколько дней собирались тучи.

– Так зачем же, по-твоему, они сели в лодку?

– Они от кого-то скрываются. Обычно беженцы рассказывают о погибших родственниках, о пропавшем имуществе. А они молчат. Здесь что-то не так…

– Может, они не в ладах с законом? – спросил Барк.

– Но мисс Трентон похожа на славную южанку, – возразила тетя Бесси.

– А разве славная южанка не может ничего натворить? – Кэл глухо рассмеялся. – Оглянитесь вокруг, тетя Бесси, и посмотрите, во что мы все превратились из-за этой войны.

– Говори за себя, – парировал Барк. – А меня вполне устраивает то, во что я превратился.

– Да уж! Сколько денег ты просадил в свою последнюю поездку в Чарлстон? – отрывисто осведомился Кэл.

– Вполне достаточно, чтобы меня пригласили на следующую партию в покер.

– В заведение Нелли Симпсон!

– Я хожу туда только ради карт, – не сдавался Барк.

– Я слышал, что игрок делает ставку лишь после того, как вернется от одной из барышень, – вмешался Дарв.

У тети Бесси сверкнули глаза.

– Я не допущу у себя в доме таких речей!

– Да, мэм. Прошу прощения. – Дарвин поднес к губам чашку и вперил взгляд в кружевную скатерть безупречной белизны.

– А ты, Барклай? – Тетя обрушила свой гнев на очаровательно улыбающегося среднего племянника. – Как ты можешь ездить в Чарлстон после того, что сделал генерал Шерман с этим прекрасным городом?!

– Кажется, мы говорили о наших гостях. – Кэл решил сменить тему, неизменно вызывавшую у тетушки вспышку раздражения.

– Разумеется. Знаешь, Кэлхен, – продолжала тетя Бесси, будто и не отвлекалась от этого разговора, – я не представляю, как мы можем отказать им в пристанище.

– Я и не предлагал этого. – Кэл откусил кусочек кукурузного хлеба и снова подумал о том, как не хватало ему на войне вот таких простых удовольствий. До войны многое принималось как должное – постель, сухая одежда и теплый кукурузный хлеб, только что вынутый из печи. – Во всяком случае, сейчас, – продолжал он. – Но как только больные поправятся, они вернутся в Чарлстон. – Чем скорее, тем лучше, добавил он про себя – и сразу почувствовал неловкость от непрошеного воспоминания: прильнувшее к нему тело женщины, нежность ее губ, мимолетное прикосновение ресниц… Внезапно потеряв аппетит, он отодвинул тарелку.

– Как ты думаешь, когда они будут готовы к отъезду? – спросила тетя Бесси.

Кэл пожал плечами:

– Должно быть, через неделю, не раньше.

– Может, приготовишь больным какое-нибудь снадобье? – спросила тетя Бесси.

– Сделаю все, что смогу, – отозвался он уже с лестницы.

Войдя в комнату к больной, он чуть было не столкнулся с Далси и инстинктивно вытянул руку, чтобы удержать ее. Кэла бросило в жар, и он тотчас же отпустил ее руку, сделав шаг назад.

Должно быть, ярко-красное платье Далси шили по последней моде, но теперь у него был порван рукав, а манжеты совершенно истрепались. Поверх платья был повязан белый передник, подчеркивавший тонкую талию. Но больше всего приковывало взгляд лицо девушки – теперь, когда она умылась, оказалось, что у нее прекрасная кожа, белая, словно мрамор. Блестящие темные волосы шелковистыми волнами спадали до самого пояса. Необыкновенные зеленые глаза были широко раскрыты от удивления.

– Что вы здесь делаете?

– Я обещал тете, что позабочусь о наших больных гостях.

Она стояла подбоченясь, будто хотела загородить ему путь.

– Почему?

– Я немного разбираюсь в медицине. – Кэл прошел в комнату, присел на край кровати и коснулся лба Фионы. Потом приподнял ей веки и, хмурясь, рассмотрел зрачки.

Далси наблюдала за ним, чувствуя, как внутри нарастает страх. Почему именно этот угрюмый, неприветливый человек будет заботиться о Фионе? Но это ведь его дом. Именно он укрыл их здесь от бури, и она не имеет права возражать.

– Вы врач, мистер Джермейн?

Он посмотрел на нее свысока.

– Я фермер, мисс Трентон. Простой фермер. Мисс О'Нил! – отрывисто произнес Кэл, обращаясь к больной. – Вы меня слышите, мисс О'Нил?

Желая стать посредником между подругой и суровым незнакомцем, Далси подошла к постели и, сжав руку Фионы, зашептала:

– Фиона, услышь меня! Ну, пожалуйста!

– Можете говорить нормальным голосом, мисс Трентон.

Далси смерила его подозрительным взглядом.

– Почему?

– Потому что ваша подруга в глубоком забытьи, а вы должны стараться проникнуть в ее сознание. Каждый раз, когда будете ее навещать, пробуйте с ней говорить. Вспоминайте то, что вы обе знаете, что пережили, зовите ее.

– Хорошо. Я так и сделаю.

– А эти рубцы у нее на спине…

Далси быстро вскинула голову, и Кэл понял: правды она не скажет.

– Откуда столько шрамов?

– У меня нет права вторгаться в ее тайны. Спросите у нее самой, когда она придет в себя.

– Я спрашиваю у вас, мисс Трентон.

Далси сжала зубы.

– Превосходно. – Кэл поднялся и вышел из комнаты.

Она отпустила руку Фионы и нагнала его в коридоре.

– Клара спит!

Пропустив ее слова мимо ушей, Кэл открыл дверь в комнату и подошел к кровати, на которой лежала девочка. Стоя в дверях, Далси смотрела, как он поднял руку Клары и осмотрел рану. Сделав новую перевязку, он потрогал лоб девочки, осторожно перевернул ее на живот и пробежал пальцами по спине. Когда он наконец укрыл ее одеялом и обернулся, перед ним стояла Далси.

– Вы называете себя простым фермером, мистер Джермейн, но ваше поведение говорит о другом. Я вам не верю.

– Значит, мы квиты, мисс Трентон. – И он смерил ее своим угрюмым, пронзительным взглядом. – Когда вы сказали, что не заметили приближения шторма, я вам тоже не поверил.

Лишившись дара речи, Далси молча провожала его взглядом.


Зайдя к Старлайт, Далси была приятно удивлена: дети выкупаны, опрятно одеты и причесаны. Однако, несмотря на это, вид у них был унылый.

– Скажите, что стряслось? – осторожно поинтересовалась Далси.

– Нам страшно, – пояснила Старлайт. – Джермейны такие строгие… Ох, Далси, что будет, если нас сегодня выгонят?

У Далси появился комок в горле – она задавала себе тот же вопрос.

– Вряд ли нас выгонят, пока Фиона и Клара не встанут на ноги. Так что несколько дней Джермейны потерпят наше присутствие. Возможно, потом мы что-нибудь придумаем и останемся еще.

– Но каким способом? – произнесла Старлайт.

Далси оглядела своих юных подопечных.

– Пути Господни неисповедимы, – как можно бодрее произнесла она и, выпрямившись, продолжила: – Теперь пойдемте. Пора поприветствовать наших спасителей.

Тетя Бесси оторвалась от штопки и подняла взгляд. Она не очень любила чинить одежду, но все домашние хлопоты легли на плечи Роберта, и приходилось как-то помогать ему.

– Я вижу, вы, наконец, встали.

– Да. Спасибо вам за приют, за ночлег. И за то, что постирали одежду, – сказала Далси.

– За это благодарите Роберта. Ему не понравилось, что на полу лежит куча грязной одежды, и он решил пожертвовать сном ради стирки.

Тетя Бесси убрала с колен корзинку с шитьем. Лохмотья были выстираны и выглажены, но не перестали быть лохмотьями, и это оскорбляло ее достоинство.

– В столовой подан завтрак. Проходите.

Все вошли в столовую и широко раскрыли глаза от удивления: буфет, казалось, стонал под тяжестью нагруженных серебряных подносов.

– Здесь кукурузный хлеб, свинина и вареные яйца, – объявила тетя Бесси. – Я послала Дарвина подоить корову – детям необходимо молоко.

– Вы очень добры. – Далси дала каждому ребенку по тарелке, но дети стали хватать еду руками, что привело тетю Бесси в ужас.

– Какая невоспитанность! – негодующе произнесла она.

Далси хотела ответить, но пришлось сдержаться. Неужели она не видит, что дети умирают с голоду?! Она решила сама дать нужные указания:

– Еду надо класть на тарелки. Потом можете взять добавку. А пока берите только то, что можете съесть.

Наконец все уселись. Далси наклонила голову. Остальные сделали то же самое и взялись за руки, а девушка вполголоса заговорила:

– Благодарим тебя, Отче, за то, что дал нам убежище от бури, и за эту чудесную еду.

– Аминь, – нараспев отозвались дети и приступили к еде.

Далси коснулась кружевной скатерти.

– Какая красивая!

Пожилая женщина слегка растерялась. Сначала ее не на шутку рассердило полное отсутствие манер у гостей, а потом прозвучала эта молитва, которая тронула тетю Бесси до глубины души. Давно уже она не слышала у себя в доме таких слов. Сама она никогда не выставляла веру напоказ. А племянники вообще не выказывали религиозных чувств с тех пор, как вернулись с войны.

– Это бельгийское кружево.

Роберт поднес ей дымящуюся чашку чая. Его темные брюки и рубашка, как всегда, были идеально выглажены, а ботинки сияли.

Минутой позже вошел Дарв с кувшином молока. Наполняя детям стаканы, он отворачивался в сторону, словно не хотел смотреть им в глаза, а потом быстро взглянул на Старлайт. Та ела медленно, как будто никогда раньше этого не делала.

– Молока?

– Да, пожалуйста.

Он быстро наполнил ее стакан и повернулся к Далси, но та отказалась. Тетя Бесси говорила про корову в единственном числе. Если в поместье только одна корова и молока мало, нужно оставить детям.

Покончив со своим заданием, Дарв быстро вышел – ему явно хотелось поскорее вырваться из общества голодных людей.

– Чаю мисс? – произнес Роберт.

– Да, благодарю. И спасибо за то, что постирали и выгладили нашу одежду, Роберт. Вы очень добры.

Яйца она ела впервые за много месяцев. Осознав это, Далси не смогла удержаться от вздоха. Откинувшись на спинку стула, она стала потягивать горячий, крепкий чай.

– Как чудесно, тетя Бесси!

– У нас простая пища – скажите спасибо янки, которые сожгли наши дома и разграбили запасы, – резко отозвалась пожилая женщина.

Краем глаза Далси увидела, как изменилось лицо Старлайт, и поняла, что та снова отгородилась от окружающего мира. Надо срочно сменить тему!

– Для вас, может быть, и простая, но для нас это просто манна небесная. – Далси с удовольствием наблюдала, как дети за обе щеки уплетают завтрак. Она впервые видела их умытыми, в чистой одежде. Вылитые ангелочки.

– Я уверена, что вам не терпится вернуться в Чарлстон, – начала тетя Бесси. Увидев, как все с явным страхом переглянулись, она вспомнила о словах Кэла. – Но племянник уверяет меня, что больные еще слишком слабы, чтобы ехать. Следовательно, вам придется остаться еще на несколько дней.

Наступило ощутимое облегчение. На мгновение воцарилась тишина, но Далси нарушила молчание:

– Мы отплатим за вашу доброту.

– Вам придется это сделать, – сурово ответила тетя Бесси. – У нас большое хозяйство, а рабочих рук нет. Надо скрести полы, выбивать ковры, мыть посуду и…

– …штопать одежду, – окончила Далси, глядя на свое оборванное платье.

При слове «штопать» тетя Бесси обрадовалась:

– А кто-нибудь из вас умеет шить?

– Я умею, – тихо ответила Старлайт.

– Прекрасно, дитя мое. Пойдемте со мной. Остальные могут предложить свои услуги Роберту. Но учтите, его поручения будут нелегкими.

– Мы не боимся тяжелой работы, – заверила ее Далси и обратилась к детям: – Поставьте посуду на подносы и несите на кухню. Папа всегда говорил: «Чем больше рук, тем легче ноша».

На кухне Роберт заворачивал еду. Он искренне удивился, когда Далси сообщила, что они будут работать в счет оплаты за жилье.

– Скажите только, что делать.

Роберт раздумывал несколько долгих мгновений, и Далси поняла, что он сомневается, можно ли им доверить заботу о прекрасном старом доме. Наконец он кивнул:

– Я распределю обязанности между детьми. А пока, мисс, отнесите мужчинам в поле еду и кувшин с водой. Вы справитесь? – Он взглянул на ее лайковые туфли. – Я бы посоветовал вам взять пару сапог в гардеробной. В поле грязь после грозы.


Страницы книги >> 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 | Следующая

Правообладателям!

Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.


  • 0 Оценок: 0
Популярные книги за неделю


Рекомендации