Текст книги "Шарада"
![](/books_files/covers/thumbs_240/sharada-3602.jpg)
Автор книги: Сандра Браун
Жанр: Зарубежные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 30 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]
ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ
– Что нужно сделать, чтобы этот ребенок попал на передачу, а затем обрел постоянный дом?
Кэт раздраженно перебирала папку с делом Денни. В свои четыре года мальчик уже пережил больше ударов судьбы, чем большинству людей выпадает за всю жизнь.
Она пробежала глазами отчеты, попутно перефразируя их вслух.
– Дружок его матери постоянно бил его, поэтому ее лишили материнства, а мальчика поместили в приемную семью, где уже есть несколько детей.
Кэт подняла глаза, адресуя последующие свои замечания Шерри Паркс, специалисту по защите детей Департамента гуманитарной службы штата Техас.
– Слава Богу, любовник матери уже не сможет использовать его в качестве боксерской груши, но Денни требуется постоянное, только ему предназначенное внимание. Он нуждается в усыновлении, Шерри.
– Его мамаша хоть сейчас готова его отдать.
– Тогда в чем проблема? Давайте сделаем о нем сюжет, возможно, какие-нибудь семьи проявят интерес к его усыновлению.
– Загвоздка в судье, Кэт. Если хотите, я снова могу попросить его за Денни, но не обещаю, что новое его решение будет отличаться от предыдущего. Сотрудница нашей службы, занимающаяся делом мальчика, с пеной у рта доказывает, что Денни нужна приемная семья. Пока что судья ее поддержал.
С момента создания программы «Дети Кэт» Шерри Парке, женщина средних лет с добрым лицом, обеспечивала Кэт связь с государственным агентством. Она стремилась устроить всех детишек, испытавших плохое обращение, а также особо трудных детей на усыновление в постоянные семьи, помочь им выбраться из системы приемных домов.
Но это было не так-то просто. Приходилось постоянно бороться с бюрократией. Шерри частенько сталкивалась лбами с кураторами из социальной службы и судьями, которые, как и все, имели собственное, нередко предвзятое, мнение и основывали на нем свои решения. Перестав быть жертвой домашних истязателей, ребенок иногда становился жертвой неповоротливой бюрократической системы.
Кэт продолжала:
– Я уверена, что сотрудница социальной службы руководствуется самыми благородными мотивами, но не сомневаюсь и в том, что Денни надо отдать в постоянную семью. Ему нужно чувствовать себя в безопасности, ему нужны родители, с которыми он сможет жить в течение долгих лет.
– Его куратор утверждает, что ему еще нужно подлечиться, прежде чем он будет готов к усыновлению. – Шерри Паркс противоречила сама себе. – Им не занимались с того момента, как принесли из роддома. Ему нужно учиться жить в семье. Рекомендовать его для усыновления сейчас, утверждает она, преждевременно. Это очень рискованное предприятие, которое обречено на провал. Мы слишком ускоряем события.
Золотистые брови Кэт соединились над переносицей.
– А тем временем он все отчетливее слышит то, что ему отовсюду твердят: «Ты никому не нужен. Твои приемные родители предоставляют тебе кров лишь до тех пор, пока ты не станешь достойным усыновления». Разве они не понимают, что возлагают всю тяжесть ответственности на самого Денни? А из-за того, что он не может этому противодействовать, мальчик все больше чувствует себя отчужденным неудачником. Это заколдованный круг, из которого он не может выбраться.
– Честно говоря, Кэт, – возразила Шерри, – он сам кого хочешь спровоцирует. Он всех кусает, закатывает истерики и ломает все, к чему ни прикоснется.
Кэт откинула назад волосы и, как бы сдаваясь, подняла руки.
– Знаю, знаю. Я читала отчеты. Но его плохое поведение симптоматично уже само по себе. Это попытка привлечь внимание. Помню, я тоже выкидывала всяческие фортели просто для того, чтобы доказать, какая я нехорошая и как трудно будет тем, кто меня удочерит. Это началось после того, как от меня после долгих колебаний отказались сразу несколько семей. Я знаю, откуда это у него. С ним будет невозможно ужиться, пока кто-нибудь не посадит его перед собой и не скажет: «Закатывай истерики, Денни. Я все равно буду любить тебя. Никакие твои выходки не заставят меня тебя разлюбить. Никакие! И я никогда не ударю тебя, не брошу и не отдам никому. Ты со мной. А я с тобой». А потом этот кто-то будет обнимать его, пока смысл сказанного не проникнет сквозь толщу всякой дряни, которой спутаны его мозг и сердце и которые калечат его в социальном и моральном отношении.
Джефф Дойл разразился аплодисментами.
– Трогательная речь, Кэт. Надо использовать ее в рекламном ролике.
Кэт улыбнулась этому молодому человеку, одному из сотрудников ее программы. За короткое время, что они работали вместе, он проявил неплохие организаторские способности. Любое, даже самое трудное задание было ему по силам, и в то же время он не протестовал, когда на его долю выпадали мелкие поручения. Джефф настолько способствовал успеху программы, что недавно она пригласила его присутствовать на их с Шерри обсуждениях. Он проявлял интерес не только к качеству отснятого о детях материала, но и к самим детям.
– Спасибо, Джефф, – поблагодарила Кэт, – но я не занимаюсь составлением текста передачи. Я хотела сказать именно то, что сказала. – И, повернувшись опять к Шерри, спросила: – Ну, теперь вы будете чувствовать себя спокойно, разговаривая с судьей?
– Спокойно – да, уверенно – нет, – ответила Шерри. – Но в любом случае я попытаюсь. – Она потянулась к папке и втиснула ее в свой и без того переполненный кейс. – Я дам вам знать, когда они назначат слушание.
Кэт кивнула.
– Если меня по каким-то причинам не будет, передайте это либо Джеффу, либо Мелии.
– Передайте мне, – выдвинул встречное предложение Джефф. – Иначе Кэт может вообще ни о чем не узнать.
Шерри с любопытством переводила взгляд с одного на другого, но Кэт сделала вид, что ничего не заметила. Сказанное Джеффом было явно не к месту. Потом, когда они останутся одни, она устроит ему взбучку. Не хватало еще обсуждать при посторонних отношения внутри их небольшого коллектива.
Представительница социальной службы собрала свои вещи.
– Думаю, на сегодня все. Я буду держать вас в курсе. – У двери она остановилась и добавила: – Кстати, вчера вечером программа была великолепной.
– Спасибо. Я передам комплименты съемочной группе. Видеооператору удалось сделать несколько отличных кадров Салли крупным планом.
Пятилетняя девочка страдала нарушениями речи, причиной которых было постоянное рукоприкладство. Этот недостаток, как и неумение общаться с людьми, можно было исправить любовью и заботливым вниманием.
– Конечно, ее глаза говорили сами за себя. Все, что от пас требовалось, так это только показать их крупным планом. Ее глаза сами рассказывали о ее жизни – сценарий был, по сути, излишним. В ней скрыта такая потребность любви и такая способность любить… – Кэт печально вздохнула. – Надеюсь, телефоны в вашем офисе сегодня расплавятся от звонков.
– Я тоже на это надеюсь, – кивнула Шерри. – Так вы не возражаете заменить меня на сегодняшней встрече?
– Я же сама вызвалась.
Назначив встречу с супружеской парой, решившей усыновить одного из детей, Шерри обнаружила накладку в своем рабочем расписании. Кэт убедила ее, что проведет эту беседу сама.
– Еще раз спасибо. Днем я позвоню вам, чтобы узнать, как все прошло.
Когда Шерри ушла. Джефф вновь наполнил кофейные чашки. – Какие дела на сегодня?
– Пожалуйста, посмотри, пришла ли Мелия, а на будущее, Джефф, будь добр, держи свое мнение о ней и обо всех остальных, кто работает на студии WWSA, при себе, о'кей?
– Прошу прощения, – произнес он покаянным тоном. – Я знаю, что этого не следовало говорить в присутствии мисс Паркс, но у меня просто как-то соскочило с языка. Впрочем, это ведь правда. Любая информация, переданная через Мелию, рискует потеряться прежде, чем попадет на ваш стол.
– Это касается меня, но не тебя.
– Но…
– Это касается только меня. И я сама справлюсь. Договорились?
– Договорились.
Джефф вышел и через некоторое время вернулся вместе с Мелией Кинг. Эти двое представляли собой полный контраст, и не только потому, что были представителями противоположного пола. У Джеффа были светлые волосы и голубые глаза. Судя по манере одеваться, он проходил учебу в одном из наиболее престижных учебных заведений.
У Мелии был южный разрез глаз с тяжелыми веками, умело подкрашенными сурьмой, и полные чувственные губы. Она была неравнодушна к ярким цветам, оттенявшим смуглый цвет лица и темные волосы.
– Доброе утро, Мелия.
– Привет.
В то утро на ней было плотно облегающее вязаное платье цвета красных маков. Она села, скрестив длинные стройные ноги. Ее улыбка – самодовольная, заносчивая и жеманная – раздражала Кэт так же, как раздражает небольшая, но болезненная рана. Вырез на плече вызывал глухое недовольство коллег по работе. К сожалению, психологическая несовместимость не могла служить основанием для увольнения, иначе Кэт давно дала бы ей расчет.
Кроме того, она не чувствовала себя свободной в принятии такого рода решений. Билл Уэбстер лично отбирал штат ее сотрудников перед ее появлением на WWSA. Отобранные «кандидаты» были затем представлены ей на одобрение.
Джефф Дойл собирался работать в информационной программе, но с радостью ухватился за предоставившуюся ему возможность сотрудничать в «Детях Кэт», зная, что эта программа потребует больше творческих усилий.
Мелия Кинг была приглашена из отдела новостей. Она также выразила желание иметь в работе больше разнообразия, больше творческого поиска и получать за нее больше денег. «Дети Кэт» предоставили ей такую возможность.
Кэт чувствовала, что отвергнуть рекомендацию Билла значило бы проявить неблагодарность, хотя она ощутила неприязнь к себе Мелии в тот самый момент, когда они впервые пожимали друг другу руки. Не имея другого объяснения этой неприязни со стороны молодой женщины, она решила, что Мелия просто волновалась перед встречей со своей новой начальницей и скоро станет дружелюбнее. Однако спустя шесть месяцев совместной работы их отношения все еще были прохладными.
Мелия никогда не опаздывала. Она не совершала грубых промахов в порученных ей делах. Если же случалась небольшая ошибка, у нее всегда наготове было правдоподобное объяснение. Ее извинения были достаточно сдержанными, им не хватало искренности, но все же это были извинения.
В сущности, усмехнулась про себя Кэт, она обеспечивает себе алиби.
– Какие у меня на сегодня дела? – спросила Кэт. Небрежным взмахом руки Мелия открыла свой блокнот.
– У вас назначена встреча с мистером и миссис Чарли Уолтерс.
– Правильно. В котором часу? – спросила Кэт, взглянув на настольные часы.
– В одиннадцать. Мисс Парке оставила их папку у меня на столе.
– Хорошо. Я заберу ее у вас, когда буду уходить.
– Они живут за городом в направлении Кервилла. Вы знаете, где это?
– Нет.
Мелия закатила глаза, как будто незнание Кэт техасской географии было верхом тупости.
– Придется вам объяснить.
– Да, это было бы неплохо, – сухо сказала Кэт. – Что-нибудь еще?
– Заседание редколлегии в три часа.
– К этому времени я уже вернусь.
– И мистер Уэбстер хочет сегодня встретиться с вами. Он сказал, в любое удобное для вас время.
– Позвоните ему и узнайте, может ли он меня принять. Я хотела бы встретиться с ним до отъезда на интервью.
Не ответив на просьбу согласием, Мелия поднялась и направилась к двери. У нее была плавная походка дикой кошки. На Джеффа это явно не производило впечатления. Когда она вышла, его тонкие губы выражали неодобрение.
Кэт сделала вид, что не замечает этого. Она ни за что не стала бы восстанавливать одних своих подчиненных против других. Она также не хотела показывать своих пристрастий. Приступая к делу, Кэт спросила:
– Мы уже окончательно согласовали, где будем снимать сюжет о Тони?
Она всегда называла опекаемых ею детей по именам, помня, как ей самой в детстве не нравилось, когда ее называли «ребенком» или «девочкой», как будто, находясь на попечении государства, она переставала быть личностью.
– Как насчет Брекенридж-парк? – предложил Джефф. – Вы могли бы покатать Тони на минипоезде. Это будет неплохо смотреться.
– Важнее то, что это понравится самому Тони. Какой шестилетний мальчишка не любит кататься на поезде? Мелия просунула голову в дверь.
– Мистер Уэбстер в своем офисе. Он просил вас подняться к нему. – Она опять исчезла. Кэт вышла из-за стола.
– Пока меня не будет, сходи в парк и все там проверь. Скажи тамошнему начальству, что мы хотели бы поснимать в среду утром. Позаботься о том, чтобы в среду поезд был на ходу, и так далее. И еще позвони Шерри в офис и обговори время, когда нужно привезти туда Тони. Еще раз уточни время съемки с редактором отдела новостей, чтобы он выделил съемочную группу.
Джефф быстро записывал.
– Что-нибудь еще?
– Да. Сотри с лица озабоченность. Жизнь слишком коротка, чтобы воспринимать ее так серьезно.
Он поднял голову, оторвавшись от сделанных в бешеном темпе записей, и недоуменно посмотрел на Кэт.
– Поверь мне, я знаю, – добавила она.
Офис Кэт соединялся с вечно кишевшим людьми отделом новостей коротким коридором. Билл Уэбстер предлагал ей большую по площади и удобнее расположенную комнату на административном этаже здания, но она отказывалась. Как и все местные программы, «Дети Кэт» выходили в эфир при содействии отдела новостей. Для нее было важно, чтобы их небольшая группа успешно интегрировалась в слаженный коллектив видеооператоров, редакторов, директоров и других студийных работников.
Поэтому Кэт сразу же сказала Уэбстеру:
– Я завишу от них, без их помощи я не смогу хорошо выглядеть и говорить перед камерой. Я не могу позволить себе отдаляться от них даже территориально.
Штатные работники отдела новостей заведомо испытывали в отношении Кэт некоторое предубеждение. В отличие от них, Кэт Дэлани не пришлось упорным трудом прокладывать себе путь. Она была актрисой, а не журналисткой.
Кэт признавала отсутствие у себя журналистских навыков и знала, что ее кандидатура была навязана отделу новостей. Его сотрудники безусловно ожидали, что эта «мисс Всезнайка» из Голливуда будет к ним в лучшем случае снисходительна.
Вместо этого Кэт постоянно искала у них совета. Хотя она провела в общей сложности годы перед камерой, жанр новостей был для нее совсем новым. Она задавала, вопросы, иногда пугая текст, после чего съемку требовалось повторять, отпускала ироничные шуточки в собственный адрес, и в результате всего этого они постепенно стали ее принимать.
Секретарь главного исполнительного директора тепло приветствовала Кэт.
– Мистер Уэбстер ждет вас, мисс Дэлани. Можете заходить.
– Я очень доволен тем, как идут дела, – начал Билл сразу после того, как она села.
– Вы уже не первый раз мне это говорите. – Кэт улыбнулась ему через черный письменный стол с такой отполированной поверхностью, что в нее можно было смотреться, как в зеркало. – Если вы будете меня еще хвалить, я, наверное, начну краснеть.
– Это не пустые комплименты, – посмеиваясь, возразил он. – За ними стоит рост рыночной стоимости. «Дети Кэт» имеют огромный успех.
Ее улыбка погасла, в глазах появился гнев.
– Мистер Труитт с вами не согласился бы. – Репортер газеты «Свет Сан-Антонио» Рон Труитт подвергал эту программу резкой критике после первого же выхода в эфир. – В последней статье он превзошел самого себя. Как он там выразился? «Эти сюжеты отличаются сентиментальностью и мягкотелостью, они столь же уместны в программе новостей, как и балетный номер». Умеет же формулировать, верно?
Уэбстер отнесся к журналистской критике спокойно.
– К сожалению. Сан-Антонио телевизионщики прозвали «кровавым». Как и в других городах, у нас существует насилие. Кредо отдела теленовостей – чем больше крови, тем лучше. Боюсь, политика WWSA в этом отношении не является исключением. Нам приходится идти в ногу со всеми, чтобы нас не обогнали конкуренты. Мне это не нравится, но это так, – сказал он, беспомощно разводя руками. – Если ваши сюжеты сравнить с тем, что подается как главные новости дня, они похожи на глоток свежего воздуха. Они напоминают телезрителю, что в мире еще осталось что-то хорошее. Поэтому забудьте о критике мистера Труитта. Считайте, что это бесплатная реклама.
Кэт не разделяла беззаботного отношения Уэбстера к газетным статьям. Брань есть брань. Уж лучше бы Труитт раскритиковал лично ее, она бы это легко пережила. Но он ополчился против ее «детища», и, как мать-медведица, она яростно защищалась.
– Если они хотят видеть на экране насилие и кровь, нам надо показывать, в каких условиях эти детишки жили раньше, – с горечью произнесла Кэт.
– Тем более не обращайте внимания ни на какую критику. Покажите язык мистеру Труитту.
– Я пыталась с ним связаться, но этот трус не отвечает на мои звонки. – Она пожала плечами. – Может, оно и к лучшему. Я бы не хотела, чтобы он думал, что его тенденциозные статьи раздражают меня.
Уэбстер предложил ей что-нибудь выпить, но она отказалась, объяснив, что у нее намечена встреча с супружеской парой, выразившей желание усыновить ребенка.
– Беседовать с претендентами не входит в ваши обязанности.
– Обычно нет. Но сегодня Шерри назначила им встречу, на которую сама не может прийти. Чем их разочаровывать, я лучше поеду вместо нее. Кроме того, они производят неплохое впечатление. Дело в том, Билл, что я была бы рада лично встретиться с каждой такой парой. Это дало бы мне возможность правдиво объяснить им, что их ждет, а ведь у меня уникальная точка зрения.
– Точка зрения бывшего приемыша.
– Вот именно. Им предстоит пройти Конструктивный курс для родителей, но даже после десяти недель обучения они не будут готовы к случайностям, которые могут возникнуть, когда имеешь дело с таким ребенком. У них также появится возможность понять, что и программа, и я действуем в рамках закона.
– Вы и так взяли на себя большую ответственность.
– Она у меня растет вместе с работой.
– И еще вы помешаны на контроле. Вы пытаетесь сами за всем уследить.
– Признаю себя виновной, – улыбнулась Кэт.
– Не напрягайтесь так.
Кэт начала сердиться. Чего она терпеть не могла, так это щадящего обращения из-за ее пересаженного сердца.
– Билл, не надо со мной цацкаться.
– Кэт, – упрямо произнес он, – я предостерегаю всех, таких же как вы, первоклассных работников, будь то продавцы или средний управленческий персонал, чтобы они не перерабатывали за счет своего здоровья. Хотя ни у кого из них не пересажено сердце. Это хороший совет для каждого.
– Что ж, допускаю.
– А как вам работается с вашими сотрудниками? – поинтересовался он. Кэт помедлила с ответом, и брови Уэбстера вопросительно изогнулись. – Какие-нибудь проблемы?
– Когда над проектом работают больше двух человек, трения неизбежны, – дипломатично ответила она. Билл откинулся назад в своем кресле.
– Трения часто ведут к продуктивным умственным усилиям. Я думаю, ваш штат был тщательно отобран.
Кэт решила подойти к проблеме Мелии с противоположной стороны.
– Джефф сущий трудоголик. Он даже слишком исполнителен. Но бывает чересчур легко возбудимым.
– Он что, голубой?
– Разве это имеет какое-нибудь значение?
– Вовсе нет, – ответил Билл, не смущаясь ее резким тоном. – Просто любопытно. Так о нем говорят. В любом случае, по своему складу он гораздо больше подходит для «Детей Кэт», чем для программ новостей с их жестким подходом. А с Мелией вы ладите?
– У нее бывают приступы плохого настроения, – уклончиво ответила Кэт.
– У всех это бывает, разве нет?
– Конечно. Просто иногда ее настроение идет вразрез с моим.
Она не хотела, чтобы Билл подумал, будто виноватой в этом всегда была Мелия. Может, и нет. Их неприязнь взаимна, хотя Кэт изо всех сил старалась быть к ней объективной. Можно сказать, даже снисходительной, несмотря на то что Мелия этого не заслуживала.
Уэбстер не понял ее намека на какие-либо проблемы в их с Мелией отношениях.
– Как вы верно заметили, Кэт, там, где больше одного, всегда есть вероятность возникновения различных мнений.
Билл сделал все возможное и невозможное, чтобы ее переход в WWSA прошел легко и безболезненно. Кэт не хотела показаться нытиком. Поэтому она постаралась поскорее замять этот разговор.
– Я уверена, со временем мы сгладим все шероховатости.
– Я тоже в этом уверен. Какие-нибудь еще проблемы? Кэт посмотрела на часы: у нее оставалось еще несколько минут.
– Я хотела бы, чтобы вы подобрали кандидатуру человека, умеющего собирать деньги по подписке.
– Вы хотите организовать сбор денежных средств?
– Для детишек, тех, кто еще находится в приемных семьях, и тех, кого уже усыновили. Приемные родители получают от государства двести долларов в месяц на ребенка. Им оплачивают услуги детских врачей. Но это не покрывает всех расходов. Разве не будет хорошей рекламой для телестудии – я уже не говорю о том, каким блатом это обернется для детей, – если WWSA выступит спонсором какого-нибудь концерта, или турнира по гольфу с участием знаменитостей, или еще чего-нибудь в этом роде, чтобы собрать деньги на дополнительные расходы? Такие, например, как исправление неправильного прикуса, коррекция зрения или отдых в летнем лагере.
– Великолепная идея. Делайте, как считаете нужным.
– Спасибо. Но мне нужна помощь. Я все еще новичок здесь и мало с кем знакома. Как вы думаете, Ненси не согласится помочь?
– Согласится? – Уэбстер засмеялся. – Это будет как раз то, что ей надо. Ничто так не радует ее, как засучить рукава и с головой окунуться в какое-нибудь дело. А в сборе пожертвований ей не много найдется равных.
– Прекрасно. Я ей позвоню. – Кэт встала. – Если у вас все, мне надо идти.
Билл вышел из-за стола, чтобы проводить ее до двери.
– Вы проделали огромную работу, Кэт. Нам так повезло, что вы работаете у нас. С вашим появлением телекомпании стали больше доверять, у нас появилась особая аура производителей высококлассной продукции. Но были ли мы столь же щедры по отношению к вам? У вас не осталось сожалений, что вы покинули Калифорнию? Вы счастливы?
– Сожалений? Никаких, Билл. Я полюбила детишек. Я делаю нечто стоящее, и от этого мне хорошо.
Он подождал немного, но, когда Кэт замолчала, тихо сказал:
– Это ответ только на один из моих вопросов.
– Счастлива ли я? Конечно. Почему же нет?
– А как вы переносите разлуку с доктором Спайсером? У Кэт сложились приятельские отношения со многими новыми коллегами, но завести с кем-либо тесную дружбу пока не было времени. Более того, она даже была противницей того, чтобы профессиональные отношения переходили в личные. Ее долгие и напряженные рабочие дни почти не оставляли времени для встреч вне сферы телевидения. Следовательно, Дин все еще оставался ее самым близким другом, и именно так она и ответила на вопрос Билла.
– Мы время от времени разговариваем по телефону. У Билла был озабоченный вид.
– А он не может уговорить вас вернуться назад в Калифорнию?
– Ни за что. У меня здесь слишком много дел. – Кэт взглянула на наручные часы. – Начиная со встречи в одиннадцать часов.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?