Текст книги "Шарада"
![](/books_files/covers/thumbs_240/sharada-3602.jpg)
Автор книги: Сандра Браун
Жанр: Зарубежные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 7 (всего у книги 30 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]
ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ
Звонок эхом отозвался в длинном одноэтажном доме с пологой крышей. Сквозь экранированную переднюю дверь Кэт был виден широкий коридор, шедший через весь дом до задней двери. В него выходили двери нескольких комнат, но со своего места Кэт не могла рассмотреть, что это были за комнаты.
Где-то поблизости залаяла собака – большая собака, судя по басовитому лаю. Слава Богу, в ее лае слышалось больше любопытства, чем ярости.
Кэт снова нажала на звонок и через плечо посмотрела назад, туда, откуда она пришла. Дом располагался позади небольшого холма и не был виден со стороны шоссе. Белый деревянный забор аккуратно очерчивал границы владений, деля их на несколько пастбищ, на которых паслись лошади и коровы мясной породы.
Одноэтажный дом был построен из местного известняка, глубокая веранда затенялась деревянной решеткой, покрытой пышной растительностью. В глиняных горшках цвела ярко-красная герань. Все вокруг имело ухоженный вид, включая золотистого ретривера, выскочившего из-за утла дома и быстрыми прыжками забравшегося по каменным ступеням на крыльцо.
– Привет, песик, – поприветствовала его Кэт. Собака обнюхала ее руку, затем по-дружески лизнула. – Ты один дома? Я думала, твои хозяева ждут меня.
Кэт вновь нажала на звонок. Мистер и миссис Уолтерс, должно быть, где-то в доме, подумала она. Они вряд ли могли уехать, не закрыв и не заперев переднюю дверь.
Прикрыв ладонями глаза, чтобы лучше видеть, она какое-то время напряженно всматривалась сквозь экран, потом крикнула:
– Эй! Здесь есть кто-нибудь?
В глубине дома с жалобным скрипом открылась дверь, и в коридор вышел мужчина. Кэт быстро опустила руки и отпрыгнула назад, смущенная, оттого что ее застали подглядывающей сквозь экран.
Мужчина был невысокий, поджарый и с босыми ногами. Нижнюю часть его лица затемняла неопрятная щетина по меньшей мере двухдневной давности. Неторопливым шагом продвигаясь к двери, он одновременно застегивал ширинку джинсов, но бросил это занятие, успев застегнуть только две пуговицы. Он попытался пригладить торчавшие во все стороны волосы, широко зевнул, затем лениво почесал голую грудь.
– Я могу быть вам чем-нибудь полезен? – Он хмуро уставился на нее сквозь экран.
Кэт растерялась. Может быть, Мелия неправильно указала дорогу? Или Шерри спутала номер дома или время, назначенное для встречи?
Мистер Уолтерс явно не ждал гостей. Он только что встал с постели. А вдруг миссис Уолтерс была в постели вместе с ним? Если это так, то от чего их оторвал ее приход? Ей хотелось надеяться, что от сна.
– Э-э… Я Кэт Дэлани.
Несколько мгновений он не отрываясь смотрел на нее, затем резко открыл экранированную дверь и еще внимательнее уставился прямо ей в лицо своими узкими подозрительными глазами.
– И что?
На ее имя обычно реагировали. Когда до продавцов в магазинах доходило, кто именно предъявил им кредитную карточку, они, как правило, либо теряли дар речи, либо становились страшно словоохотливыми. Метрдотели запинались от избытка чувств, провожая ее к самому лучшему столику. На нее глазели в любой толпе.
Мистер Уолтерс даже глазом не моргнул. Ее имя ему явно ничего не говорило.
– В действительности я замещаю мисс Паркс, Шерри Паркс. Она сегодня утром не смогла прийти, поэтому я…
– Фу! – крикнул он, хлопнув себя по ноге. Кэт вздрогнула, затем поняла, что он обращается не к ней. Мужчина разговаривал с собакой, все еще вылизывавшей ей руку своим длинным розовым языком.
– Лежать, Бандит, – строго приказал он.
Кэт с сочувствием смотрела, как ретривер отошел на край крыльца и лег, положив голову на передние лапы и не сводя с нее огорченных глаз.
Она вновь повернулась к мужчине. Он придерживал дверь, вытянув вперед руку и тем самым предоставляя ей полную возможность разглядеть его подмышечную впадину. Капелька пота стекала вниз по выступающим ребрам к талии, задрапированной не застегнутыми до конца синими джинсами.
Кэт проглотила слюну: в горле у нее пересохло.
– Боюсь, произошла ошибка, – промямлила она.
– Я как раз собирался пить кофе. Заходите. Он повернулся и исчез в глубине коридора. Кэт придержала экранированную дверь, чтобы та не захлопнулась, затем помедлила, сомневаясь, стоит ли идти следом за ним в дом. Он явно не был настроен принимать гостей. А его жена все никак не появлялась.
С другой стороны, отступать перед лицом неприятностей было против ее правил. Она уже потратила полчаса своего драгоценного времени на долгую поездку сюда. Если она сейчас уйдет, эта поездка окажется совершенно бессмысленной. Кроме того, Шерри ждала от нее подробного отчета. Кэт не могла уехать, не разобравшись в ситуации до конца.
Ее задела невероятная грубость мистера Уолтерса, но ее также разбирало любопытство. Она читала заявление этой супружеской пары, и оно ее взволновало. Оба закончили колледж, обоим было под сорок, но после пятнадцати лет супружества они так и оставались бездетными.
Миссис Уолтерс была согласна прервать карьеру библиотечного работника, чтобы стать настоящей матерью трудному ребенку. Ее уход с работы и, следовательно, сокращение денежных доходов не должно было вызвать в семье финансовых проблем, поскольку мистер Уолтерс преуспевал в качестве строительного подрядчика.
Они казались идеальной парой для усыновления одного из Детей Кэт. Стоило ли им тратить столько времени и сил на просьбы об усыновлении, чтобы потом оказаться столь неготовыми к первой же беседе? Ее слишком занимал этот вопрос, чтобы оставить его без ответа.
«Любопытство погубило кошку» – напомнила она себе, открывая дверь и входя внутрь. Эта старинная поговорка станет неплохим газетным заголовком, если она не выйдет отсюда живой, с иронией подумала Кэт.
Арочный вход, через который исчез мистер Уолтерс, привел ее в просторную гостиную. Широкие окна пропускали внутрь много солнечного света и открывали глазу захватывающую дух панораму холмов. Мебель была выбрана с расчетом на комфорт и уют. Эта комната была бы прекрасной гостиной, если бы не царивший там беспорядок.
С подлокотника дивана свисала мужская рубашка. Пара ковбойских сапог и носки валялись прямо посреди комнаты на полу. Телевизор был включен, но без звука, что избавило Кэт от необходимости слышать возгласы одного персонажа из мультфильма, гоняющегося за другим и дубасящего его по голове теннисной ракеткой.
Повсюду были разбросаны газеты. В одном углу дивана лежала скомканная подушка, еще хранившая отпечаток головы. На кофейном столике стояли две жестяные банки газированного напитка, валялся пустой смятый пакет из-под картофельных чипсов и что-то напоминавшее остатки сандвича с болонской копченой колбасой.
Кэт стояла в арке, с отвращением глядя на открывшуюся ей картину. За баром-перегородкой находилась кухня, где мистер Уолтерс вытаскивал из шкафчика кофейные кружки, сдувая с них при этом заметный слой пыли.
– А миссис Уолтерс дома? – запинаясь, спросила Кэт.
– Нет.
– Когда вы ее ждете?
– Не могу точно сказать. Думаю, через несколько дней. Кофе готов. Я поставил таймер на семь, так что он здесь заваривался несколько часов, но ведь чем крепче, тем лучше, правильно? Сливки или сахар?
– Право, я не…
– Вот те раз! Забудьте о сливках. – Он вынул пакет из холодильника и открыл его. Тухлый запах достиг даже того места, где стояла Кэт.
– Где-то здесь была сахарница, – бормотал он, ведя напряженные поиски. – Я помню, что видел ее день или два назад.
– Мне не надо сахара.
– Вот и хорошо. Потому что я не могу его найти.
Кэт не удивилась. В кухне был еще больший беспорядок, чем в гостиной. Грязная посуда доверху наполняла раковину, а также стояла на всех имевшихся столах. Плита уставлена покрытыми жирной коркой сковородками. Обеденный стол завален все той же грязной посудой, нераспечатанными конвертами, книгами и журналами, стопками бумаг, среди которых возвышалась жирная картонная коробка с трафаретной надписью «Домашняя толченая кукуруза Карлотты» на верхней части. Что-то желтое и вязкое пятнами покрывало пол.
Аккуратный внешний вид домика вводил в заблуждение. Его обитатели были неряхами.
– Вот, прошу. – Мужчина пододвинул ей кружку с кофе. Капли расплескались по кафельной плитке, но он, казалось, этого не замечал. Сам он уже с удовольствием потягивал из своей кружки. Отпив немного, он вздохнул.
– Ну, вот, уже немного лучше. Так что вы продаете? Кэт, не веря своим ушам, невольно издала смешок.
– Я ничего не продаю. У Шерри Паркс сложилось впечатление, что вы назначили ей встречу сегодня утром.
– Угу. Как, вы сказали, вас зовут?
– Кэт Дэлани.
– Кэт… – Прищурившись, он вгляделся в нее сквозь поднимавшийся из кружки пар. Глаза измерили ее сверху донизу и обратно. – Черт меня побери. Вы «мыльная» королева, верно?
– Можно сказать и так, – холодно ответила она. – В настоящее время я замещаю мисс Паркс, у которой с вами назначена встреча сегодня в одиннадцать часов утра.
– Встреча? Сегодня утром? – От удивления он даже потряс головой.
Кэт махнула рукой, давая понять, что вопрос уже потерял актуальность.
– Ничего страшного. Что-то где-то напутали, но теперь это уже не имеет значения. – Она снова взглянула на окружавший ее кавардак, затем с серьезным лицом повернулась к нему. – Мне ужасно жаль, но, думаю, вы не подойдете. Он отхлебнул глоток кофе.
– Не подойду для чего?
Либо он был туп, либо очень умен. Кэт никак не могла разобраться, играет ли он с ней в какую-то игру или в самом деле не имеет представления, что ее сюда привело.
Миссис Уолтерс могла подать заявление и условиться об этой встрече, не поставив в известность своего мужа, в тайной надежде, что он постепенно привыкнет к идее усыновления. Иногда так случалось. Один из супругов, обычно жена, хотела стать матерью, но этого не хотел муж. Иногда муж был даже активно против этой идеи.
Здесь дело могло обстоять так же. Кэт ни за что не стала бы вмешиваться в семейные перепалки.
– Вы с миссис Уолтерс обсудили все возможные аспекты?
Мужчина отвернулся, чтобы налить себе еще кружку кофе, и спросил через плечо:
– Все возможные аспекты чего?
– Усыновления ребенка, – ответила она, потеряв терпение.
Он посмотрел на нее внимательным напряженным взглядом, затем опустил голову, закрыл глаза и ущипнул себя за переносицу.
– Наверное, я вчера засиделся позже, чем предполагал, – пробормотал он, затем поднял голову и снова взглянул на нее. – Так вы пришли, чтобы поговорить об усыновлении?
– Конечно. А вы что подумали?
– Не знаю, – ответил он таким же, как у нее, сердитом тоном. – Откуда мне знать, может, вы продаете печенье для девочек-скаутов.
– Теперь вы, надеюсь, поняли, что нет.
– Ну и что же… – Он внезапно замолчал: было вид– но, что его озарила ужасная догадка. Мужчина с размаху опустил кружку на стойку бара. – О черт! Какой сегодня день?
– Понедельник.
Он посмотрел на висевший рядом с холодильником календарь, затем стукнул ладонью по стене.
– Черт возьми! – Он снова вернулся на место и с досадой запустил пальцы в темные волосы. – Предполагалось, что я позвоню вам – или этой мисс Парке – в пятницу и отменю встречу. Вина полностью лежит на мне. Забываю смотреть календарь каждый день, как она меня просила. Ох, и разозлится же она! – Он вроде бы говорил сам с собой. – Послушайте, прошу прощения. Вы зря потеряли время. Беседу придется перенести.
– Не думаю, что это необходимо, – решительно сказала Кэт. – Передайте своей жене…
– Моей жене?
– Вы хотите сказать, что вы не расписаны?
– Нет.
– Но она называет себя миссис Уолтерс.
– И правильно делает. – Его губы растянулись в подобие усмешки. – Айрин Уолтерс замужем за Чарли Уолтерсом. Они будут очень смеяться, узнав, что вы приняли меня за него.
Увидев озадаченный взгляд Кэт, он покачал головой и объяснил:
– Меня попросили посторожить дом. Их неожиданно вызвали на прошлой неделе, когда заболел один из родственников Чарли в Джорджии. Я как раз подыскивал себе тихое местечко, где можно было бы поработать, пока в моей квартире не закончится ремонт. Это было взаимовыгодное соглашение.
– Они оставили дом на вас? – Кэт многозначительно посмотрела на раковину, битком набитую посудой с застывшими на ней остатками еды. Мужчина проследил за ее взглядом, и на его лице появилось удивленное выражение, как будто он впервые увидел этот беспорядок.
– Видимо, придется к их приезду немного прибраться. Позавчера – если я не ошибаюсь – приходила какая-то, женщина, хотела заняться уборкой, но я попросил ее уйти. Она бегала вокруг меня с тряпкой для пыли, возилась с пылесосом – и все это как раз тогда, когда я пытался писать. Довела меня до сумасшествия. По-моему, я на нее даже накричал. Во всяком случае, она ушла с обидой. Айрин придется долго ее умасливать. Она и за это будет сердиться. – Он виновато вздохнул.
– Писать?
Его глаза вновь остановились на Кэт.
– Простите?
– Вы сказали, что пытались писать. Мужчина обошел ее и направился к встроенному книжному шкафу в гостиной. Взяв оттуда книгу, он вручил ее Кэт.
– Алекс Пирс.
Она прочла название, затем перевернула книгу обратной стороной вверх, чтобы взглянуть на фотографию на задней части глянцевой суперобложки. Человек на фотографии был хорошо одет и имел ухоженный вид. Но глаза оставались теми же, серыми и насмешливыми, под густыми бровями, одна из которых была рассечена надвое небольшим шрамом. Правильные, резко очерченные черты лица. Прямой нос. Неулыбчивые, но чувственные губы. Квадратная челюсть. Это было очень мужское лицо. Лишенное мягкости и одновременно красивое.
Кэт не поднимала головы, ей легче было смотреть в глаза на фотографии, чем встречаться взглядом с живым человеком. Почему-то вдруг стало жарко, в горле образовался комок.
– А я о вас слышала. Но ни за что бы не узнала.
– Для фотографии я почистил перышки. Мой агент Арни настоял на этом.
– Сколько книг у вас вышло, мистер Пирс?
– Две. Третья должна выйти в самом начале следующего года.
– Детективные романы, не так ли? Что-то в этом роде?
– Что-то в этом роде.
– Прошу прощения, я их не читала.
– А они бы вам и не понравились. Это заявление заставило ее резко поднять голову и что-нибудь сказать в свою защиту:
– Почему же нет?
– Судя по вашему виду, вы не тот тип. – Он пожал плечами. – Мои сюжеты – о беспощадности и безрассудстве, умниках и убийцах, драках и долларах. Никаких нежностей.
– Авторская антология аллитераций. Это произвело на него впечатление, он слегка повел рассеченной бровью.
– Почему вы думаете, что мне не понравятся ваши книги? – спросила Кэт.
Он снова оглядел Кэт с головы до ног, затем протянул руку и коснулся пальцами пряди ее волос.
– Потому что рыжеволосые девушки в них легкодоступны.
Сердце у нее забилось чаще, и она рассердилась на себя за это, потому что подозревала, что именно такой реакции он и добивался. Она отбросила его руку.
– И легко выходят из себя, – добавил он с самонадеянной улыбкой.
Кэт швырнула ему книгу обратно.
– Вы правы, мне ваша писанина не понравилась бы. – Она сдерживала гнев, потому что не хотела походить на обрисованный им стереотип. – Когда вы ждете мистера и миссис Уолтерс обратно?
Пирс положил книгу на приставной столик и отхлебнул еще глоток кофе.
– Они сказали, что позвонят, перед тем как выехать из Джорджии. Пока от них не будет звонка, никто ничего не может сказать определенно.
– Передайте им, чтобы они по возвращении позвонили в офис мисс Паркс. Она договорится о новой встрече.
– Айрин и Чарли прекрасные люди. Они станут чудесными родителями вашему малышу.
– Это будет решать суд.
– Но ведь ваше отношение тоже много значит, верно? Держу пари, вы имеете большое влияние на мисс Паркс и других важных персон, не так ли? Разве они не считаются с вашим мнением?
– Что вы хотите сказать, мистер Пирс?
– Я хочу сказать следующее, – он четко выговаривал каждое слово, – не ставьте крест на Айрин и Чарли из-за нескольких грязных тарелок. Не судите о них по тому впечатлению, которое произвел на вас я.
– Мне не нравится ваш подтекст. Я пришла сюда не для того, чтобы выносить суждение.
– Черта с два! Вы уже заявили, что я не подхожу.
– Вы не подходите.
– Вот видите? Вы высокого мнения о своих суждениях и любите навязывать их. Иначе зачем такой «мыльной» королеве, как вы, посещать в Сан-Антонио жилища простых смертных?
Кэт буквально кипела от гнева, но боялась, что в словесной перепалке она потерпит поражение.
– До свидания, мистер Пирс.
Он проводил ее до парадной двери. Пересекая веранду, она все время чувствовала на себе его взгляд.
– До свидания, Бандит.
Собака моментально вскочила и начала жалобно скулить, но Кэт не остановилась. Ретривер, видимо, скучал по хозяевам, оставившим его в обществе этого странного субъекта со свернувшимися сливками.
О Боже! Опять аллитерация!
Алекс Пирс раздражал ее больше, чем наждачная бумага кожу. Все это время он действовал ей на нервы, расстраивал и оскорблял. Однако она больше сердилась на себя, чем на него. Почему она позволила ему одержать верх? Вместо того чтобы чувствовать себя неловко из-за этого досадного недоразумения, почему она не посмеялась над ним? Юмор всегда выручал ее в самых неловких ситуациях.
Но на этот раз ее запас шуток почему-то иссяк. Кэт краснела, запиналась, как школьница, и вот теперь ее гордость была уязвлена, но главное, ее переполняло негодование против этого сочинителя низкопробных полицейских романов, который жил как свинья и пил обжигающе горячий черный кофе как воду из-под крана.
Но особенно ее раздражало то, что, как ей казалось, далеко не каждый мог так привлекательно выглядеть, только что встав с постели.
Объект ее презрения ленивой походкой вышел на веранду и уселся на висевшие там качели, приятно скрипнувшие под его весом. Затем он похлопал около себя по сиденью. Бандит, вне себя от восторга по поводу этого молчаливого приглашения, прыгнул на сиденье и положил подбородок на ногу писателя.
Последнее, что, уходя, видела Кэт, был Алекс Пирс, слегка покачивающийся на качелях. Он провожал ее взглядом, потягивая кофе и лениво почесывая Бандита за ухом.
ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ
– У вас обоих измученный вид. – Мелия, свежая, как экзотический цветок, хранящийся у продавца в специальном холодильнике, не выходя из-за своего стола приветствовала ввалившихся в приемную Кэт и Джеффа.
– Мы побывали в парной бане. Известной также как Брекенридж-парк. – Кэт сняла с плеча тяжелую сумку. – Ни ветерка. Напомните мне впредь никогда не носить шелк летом в Сан-Антонио. – Она то и дело оттягивала прилипшую к потному телу ткань.
– А в остальном? Как все прошло?
– Отлично.
– Мы прекрасно отсняли Тони, – сообщил Мелии Джефф, валясь от усталости в кресло. – Он совсем не стеснялся перед камерой.
Мелия передала Кэт стопку телефонограмм.
– Шерри Паркс просит вас немедленно связаться с ней. У нее есть надежда, что судья не будет возражать против того, чтобы Денни усыновили.
– Просто великолепно! – обрадовалась Кэт, и ее усталость как рукой сняло. – Пожалуйста, постарайтесь как можно скорее соединить меня с ней.
Взяв сумку, она прошла в свой кабинет, сбросила туфли и села за стол. По привычке взглянула на часы, затем протянула руку к нижнему ящику стола.
Раздался тонкий телефонный сигнал. Она нажала на Клавишу интеркома и одновременно открыла ящик.
– Да, Мелия?
– Мисс Паркс на линии. Ящик был пуст.
– Вас соединить? Ящик был пуст.
– Кэт! Вы слышите?
– Да, но мои… Мелия, где мои таблетки?
– Что?
– Мои таблетки. Мое лекарство. Где оно?
– Разве не там, где вы его держите, не в ящике стола? – В голосе Мелии чувствовалось легкое удивление.
– Конечно, оно должно быть там, но его нет.
Кэт захлопнула ящик, затем тотчас рывком открыла его снова, как будто надеялась, что все это окажется просто обманом зрения.
Но ящик был пуст. Ее таблетки безвозвратно исчезли.
В дверях появилась Мелия.
– Я сказала мисс Паркс, что вы ей перезвоните. Что случилось?
– То, что я сказала. – Сама того не желая, Кэт почти прокричала эти слова, затем быстро овладела собой. – Пропало мое лекарство, – спокойно констатировала она. – Я храню все таблетки здесь, в нижнем ящике стола. Всегда. Но сейчас их нет. Кто-то их взял.
– Кому могут понадобиться ваши таблетки? Кэт пристально посмотрела на нее.
– Это как раз то, что я хотела бы знать. Вошел Джефф.
– В чем дело?
– Кто-то взял мои таблетки из ящика.
– Что?!
– Вы что, оба оглохли? – снова закричала она. – Я должна повторять каждое слово? Кто-то пробрался сюда и украл мое лекарство.
Кэт знала, что ведет себя неразумно, но эти таблетки означали для нее жизнь.
Джефф обошел вокруг стола и заглянул в пустой ящик.
– Кому могло прийти в голову украсть ваши таблетки? Кэт запустила руку в волосы.
– Я ее уже об этом спрашивала, – понизив голос, проворковала Мелия. – Она прямо-таки взвилась.
– А вы не могли переложить их в другое место? – подал идею Джефф. Но его искренняя и вежливая попытка помочь только усилила раздражение Кэт.
– Можно переложить в другое место пачку аспирина, а спустя шесть недель найти ее в кармане пальто. Но трудновато потерять сразу четырнадцать пузырьков с таблетками.
– А вы не могли забрать их домой вчера вечером?
– Не могла! – Ее голос опять сорвался на крик. – У меня два комплекта лекарств. Один для дома. Другой для работы. Таким образом я могу принимать дневную порцию здесь. А иногда и вечернюю, если задерживаюсь допоздна.
Три лекарства из четырнадцати были жизненно необходимы Кэт, чтобы не произошло отторжение тканей. Остальные одиннадцать предназначались для нейтрализации вызываемых ими побочных эффектов. Она скрупулезно придерживалась предписанных трех доз в день.
– Если бы я утащила все четырнадцать пузырьков домой вчера вечером, чего я не делала, я бы это запомнила, – заверила Кэт своих сотрудников. – Кто-то рылся в моем столе и взял их. Кто приходил сюда сегодня утром?
– Только я и мистер Уэбстер, – ответила Мелия. – Он принес видеопленку и хотел, чтобы вы ее просмотрели. – Она показала рукой на лежавшую на столе кассету. – По крайней мере, я видела только его.
– А вы никуда не отлучались со своего места? – спросил Джефф.
Мелии не понравился его вопрос – гневно сдвинув брови, она тут же выпалила:
– А вы бы предпочли, чтобы я писала прямо на стул? Конечно, я пару раз отлучалась в туалет, а также ходила обедать. С каких пор это считается преступлением?
Кэт ужасно не хотелось подозревать в этой злой шутке Мелию. К тому же она в любом случае не видела смысла высказывать ей свои подозрения. Если Мелия виновна, она станет это отрицать. Если же нет, подобное обвинение еще больше увеличит существующую между ними пропасть.
Еще важнее было то, что, попав в чужие руки, лекарство могло нанести существенный вред.
– Мелия, пожалуйста, дозвонитесь до доктора Салливана. – Офис местного кардиолога, к которому ее направил Дин, находился неподалеку. – Найдите его, где бы он ни был, и передайте, чтобы он позвонил в аптеку и попросил их как можно скорее прислать мне необходимые лекарства.
Мелия повернулась и молча вышла из комнаты.
– Я могу заехать к вам домой и привезти ваши таблетки, – предложил Джефф.
– Спасибо. Но, если уж на то пошло, я могу съездить домой сама.
– Вы слишком расстроены, чтобы вести машину. Хотя Кэт и не хотелось признаваться в этом, она была действительно очень расстроена. Вообще-то лекарства можно было легко возместить, ведь запас, хранившийся в ее ящике, не был единственным и последним на свете. Но ее потрясло то, что кто-то украл у нее нечто более ценное, чем ювелирные украшения, меха или деньги. От этих таблеток зависела ее жизнь.
– Благодарю за предложенную помощь, Джефф. – Она постаралась придать своему голосу как можно больше спокойствия. – Но я надеюсь, что очень скоро мне доставят необходимые лекарства из аптеки.
Кэт вышла из своего кабинета – Джефф следовал за ней по пятам.
– Куда вы идете?
– Я дозвонилась до доктора Салливана, – сообщила Мелия, когда Кэт поравнялась с ее столом. – У него сейчас пациент, но его медсестра обещала немедленно передать ему вашу просьбу.
– Спасибо.
Кэт повернулась к Джеффу.
– Если какой-то сукин сын думает, что это смешно, я намерена его разубедить.
Отдел новостей был настоящим раем для любителей дурацких шуток. Его сотрудники постоянно соревновались между собой, чей розыгрыш окажется самым удачным – или неудачным, в зависимости от того, с какой стороны смотреть.
Проделки были самого разного пошиба. Кто-то мог подложить в общественный холодильник специально изготовленную из пластика рвотную массу, а кто-то распространить слух о том, что президента США только что застрелили в мужском туалете заправочной станции на тридцать пятой автомагистрали.
Кэт подошла к столу редактора. Это был седоватый брюзга, привыкший, несмотря на эмфизему легкого, курить одну сигарету за другой и недовольный тем, что отдел новостей объявили зоной, свободной от курения. У него постоянно был хмурый вид, и он ни с кем не поддерживал дружеских отношений. Несмотря на все это, он заслужил всеобщее уважение, поскольку обладал удивительным чутьем на новости. Когда он приказывал что-то сделать, даже наиболее эгоистичные репортеры не решались ему перечить.
С ним чуть не случился припадок, когда Кэт нажала на клавишу интеркома на его столе.
– Эй, ребята, – ее голос, усиленный громкоговорителями, загремел на весь зал, разделенный перегородками на ряды персональных рабочих столов, – эй, все, – поправилась она. Кэт уже знала, что техасцы не любят обращение «эй, ребята». – Хочу сообщить тому больному, который решил пошутить и украл у меня таблетки против отторжения тканей, что это вовсе не смешно.
– О чем, черт побери, вы говорите? – пропыхтел редактор.
Не обращая на него внимания, Кэт продолжала говорить в интерком:
– Было по-настоящему смешно, когда мои гигиенические салфетки использовали для того, чтобы обеспечить звукоизоляцию нашего буфета. Я сама смеялась над собственным портретом с закрученными кверху усами и подрисованной третьей грудью. Но то, что случилось сегодня, это уже не смешно, ясно? Я не жду, что виновный сознается, прошу только впредь этого не делать.
– Отойдите от этой штуки. – Редактор отобрал у Кэт свой интерком, которым до нее не смел пользоваться никто, кроме него самого. – Что вас так взбесило?
– Кто-то стащил мои таблетки.
Сотрудники отдела новостей вышли из-за своих столов и с любопытством уставились на них.
К столу редактора подошел заведующий отделом и хмуро спросил:
– Что, черт возьми, здесь происходит? Кэт повторила то же самое и ему.
– Я уверена, что тот, кто забрался в мой кабинет и вытащил лекарства из ящика стола, не хотел причинить мне вред. Однако шутки такого рода не только глупы, но и опасны.
– С чего вы взяли, что этот кто-то из отдела новостей? – спросил заведующий.
– Я не знаю этого наверняка, – призналась Кэт, – но любой из работающих на этом этаже может легко проникнуть ко мне в офис, не привлекая к себе внимания. А здесь все любят хорошенько пошутить. И чем выходка отвратительнее, тем больше веселья она вызывает. Но с этими таблетками шутить нельзя.
– Я убежден, что все сотрудники отдела новостей хорошо осведомлены об этом, мисс Дэлани.
Такая уверенность в своих подчиненных заставила Кэт засомневаться в справедливости ее первоначальной реакции. Возможно, она слишком поторопилась со своими обвинениями.
– Простите, что не совладала с собой и оторвала всех от работы. – Кэт чувствовала себя очень неловко. – Если что-нибудь услышите, пожалуйста, дайте мне знать. –
Не вступая в дальнейшие дискуссии, она удалилась в свой кабинет.
– То, что вы просили прислать из аптеки, уже в пути, – сообщила ей Мелия, все еще продолжая дуться. – Они сказали, что доставят в течение двадцати минут. Это достаточно быстро?
– Превосходно. Спасибо. Дайте мне минуту, чтобы прийти в себя, а затем снова соедините меня с Шерри. Джефф, принеси мне, пожалуйста, папку Денни.
Кэт чувствовала, что ей необходимо хоть немного побыть одной, поэтому она плотно закрыла дверь между своим кабинетом и комнатой, где остались ее присмиревшие сотрудники. Прислонившись спиной к двери, она сделала несколько глубоких вдохов. Сейчас ее шелковая блузка еще сильнее прилипла к телу, чем когда она вернулась в офис из одуряющей уличной жары. Она вся покрылась испариной от нервного напряжения. Ее колени дрожали.
В течение трех лет она пыталась убедить себя, что ничем не отличается от других, что в ней нет ничего необычного.
Но факт оставался фактом: у нее было пересаженное сердце.
Это означало, что она не такая, как все, у нее имелись свои потребности, которых не было у других, независимо от того, нравилось это ей самой или нет. И так будет всегда, пока она жива.
Сегодняшний кризис быстро разрешился, к тому же он не имел далеко идущих опасных последствий. И тем не менее он весьма ощутимо напомнил ей о том, как она, в сущности, хрупка и уязвима.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?