Текст книги "Песни нищих ангелов. Стихи"

Песни нищих ангелов
Стихи
Саша Баренц

© Саша Баренц, 2017

ISBN 978-5-4485-6417-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Песни ангелов

 
Легкими взмахами крыльев ажурных
На небесах золотисто-лазурных,
Белым чернилом густых облаков,
Вязью старинной загадочных слов
 
 
Ангелы пишут на небе сонеты,
Грустные песни, баллады, стихи.
Ветер-бродяга их носит по свету,
Но не прочесть ни единой строки.
 
 
Мы не увидим над нашим окном
Горних куплетов, размытых дождем.
Птицы щебечут в сияньи рассвета
Стройные рифмы небесных куплетов.
 
 
Cвищут пичуги пророчеств катрены,
Чьи предсказанья для мира бесценны,
Тянут протяжную грустную трель,
Скерцо негромким им вторит капель.
Но не постичь херувимов творений,
Небо нам застит огонь вожделений.
Бедным созданьям суетного мира
Не разгадать откровенья эфира.
 
 
Ангелы пишут на небе стихи.
Нам прочитать их мешают грехи.
 

Дьяволиада

 
Ночь накрыла старый город
Черным бархатным беретом,
У камина мудрый Воланд
Сонно морщится от света.
За окном крадется полночь,
Сердце бьется в такт курантам,
Страх, как порванная помочь,
Тащится за старым франтом.
Черно-белой Маргарите
Все равно и все едино,
Бал несется по орбите
Как безумная машина.
Мастер, Мастер, по Москве ли
Ты бредешь, или дороги
Дальней пыльной Галилеи
Больно ранят твои ноги?
Нечисть мчится в дикой пляске —
Для нее сегодня бал,
Но не скрыть под новой маской
 

 
Люциферовский оскал.
И не скоро над планетой
Засияет утра свет:
Петуха, певца рассвета,
Черти съели на обед.
Будут снова все несчастья,
Все как сотни лет назад:
На Голгофу взойдет Мастер,
Руки вымоет Пилат.
Но пройдя весь путь твой крестный
Через муки, боль и кровь,
Защитит тебя от бездны
Смертной женщины любовь.
Ночь накрыла старый город
Черным бархатным беретом,
Над страной летает Воланд
Мрачной призрачной кометой.
 

Питерский колодец

 
Мне б испить из колодца двора,
Там, где дождь льет и льет до утра.
Горстью вычерпать стылый туман,
Бередящий боль нажитых ран.
Зачерпнуть кружкою, как молоко,
Озерца луж, в которых окно
Отражается желтым разводом,
И фонарь, и луна с дымоходом,
Заключенный в решетку проезд
И забитый навеки подъезд.
Потянуть тот коктейль краем губ
По соломинке цинковых труб,
Чтоб прожить эту стылую ночь,
Чтоб постылый ноябрь превозмочь.
 

Вольный перевод Верлена

 
Осенних скрипок долгий плач
Мне ранит сердце негой томной,
И ветер, призрачный палач,
Стучится в дверь души бессонной.
 
 
Воспоминаньями томим,
Я дни прошедшие листаю
И плачу, вместе с ветром злым,
Как лист опавший, улетаю.
 

Кошка

 
Острые уши и дымчатый хвост,
Глаз плутоватых зеленая пара,
Гибкое тело и розовый нос,
Лапы, усы – неужели вам мало?
 
 
Тихо играя былинкой пушистой
И, растянувшись на мягкой траве,
Медленно воздух вдыхает душистый
Кошка, что бродит сама по себе.
 

Закат Kазановы

 
Пламя свечки и камина
Тусклым отблеском карминным
Отражаются в окне,
Где Пьеро и Коломбина,
Взявшись за руки картинно,
Распластались на стекле.
В старых залах длинных, длинных
Много долгих лет подряд
Дам прекрасных на картинах
Глаз надменные маслины
Зачарованно блестят.
В древнем замке в тихий вечер
Замедляет время бег,
Но минута за минутой
Осыпается подспудно
Казановы пышный век.
На проселки и поместья
Осень в кружеве созвездий
Опустила неспеша
Волны странных океанов —
Дымных, призрачных туманов,
Свежей влагою дыша.
Непроглядна тьма ночная,
Лишь у сов не угасая
Ярко светятся глаза,
И ворон чернильных стая
В гуле ветра опадает
На Богемские леса.
Миг за мигом, час за часом,
По минутам жизнь ушла.
Вот уже под старым вязом,
Траурным накрывшись газом,
Дожидается плита.
Нет пощады, нет спасенья,
Все прошедшее не в счет.
Не помогут утешенья,
Всех грехов моих прощенье —
Вот курносая идет.
 

Поэтам Серебряного века

 
Петроград – белый ад
Длинных белых ночей.
Статуй мраморных ряд
С нас не сводит очей.
Вновь Петровским конем
В небо взмыли мосты,
И над Невским стеклом
Распростерлись персты.
Петроград – сладкий яд
Быстрых встреч нежных губ.
Нас встречал Летний сад
Пеньем ангельских труб.
Только стук ли сапог
По торцам мостовой
Или цокот подков
Нас разводят с тобой?
Петроград – черный ад
 

 
Зимних вьюг, мертвых вьюг.
К горлу острым комком —
Твое имя, мой друг.
Снова сводят мосты
Старый мир, новый мир,
И стучит воронье
В окна сонных квартир.
 

Предсказание

 
Раз звездочет ночной порою
Расшифровал полет светил
И вычислил, что нам с тобою
Создатель встречи не сулил.
Пройдем, друг друга не заметив,
На расстоянии в две руки
И, на чужой призыв ответив,
Сгорим в огне чужой любви.
Но, ярким пламенем пылая
В чужих объятьях вновь и вновь,
Нам будет чудиться другая,
Недостижимая любовь.
Все будет так, но я не скрою,
Мне часто не хватает сил,
Поверить в то, что нам с тобою
Создатель встречи не сулил.
 

Собор

 
Средь гобеленовых лесов, в ночи лиловой
Громадой высится собор средневековый.
Взметнулись в небо два крыла, две башни-ели,
Химеры стаей воронья на кровлю сели.
Изломы страждущих святых у каждой ниши,
И ветер страхов неземных их лица лижет.
На стеклах старых витражей, в плену решетки
Узоры странных миражей, созвездий четки.
Каскадом солнечным орган с хоров струится,
И ладана седой туман над ним клубится.


...

конец ознакомительного фрагмента