Читать книгу "Проклятие Хаоса"

Он занёс клюв над подрагивающим ящеркиным хвостом, но тут у меня появилась ещё одна мысль.

– Подожди. Кажется, придумала. – Я щёлкнула пальцами. – Банти, попробуй «домой».

– Ничего не выйдет, слишком очевидно, – фыркнул Туни. – Голосую за то, чтобы оторвать этой ящерице хвост и попросить сестрицу Мати выслать помощь.

– Осмелюсь предположить, что принцесса Киранмала может оказаться права, – сказал тигр. – Уровень её логических рассуждений соответствует уровню научной диссертации.

Банти прыгнул на клавишу «Д» – и попал! Мы радостно заулюлюкали. С «Д» он перескочил на «О», «М» и снова на «О». Но, когда тигр перескакивал на «Й», у него поехали когти – или клавиша нарочно криво нажалась? – и мы дружно рухнули в тёмную пропасть между буквами.

Кто-то заорал «А-а-а-а!». Кажется, это была я.

Мы летели вниз, вниз по длинному-предлинному туннелю. Очень скоро я догадалась, что это – тот самый туннель из знаменитой сказки, в которой одна девочка попала в Страну чудес. Я не удержалась на Банти, а Туни и Тиктики – на моих плечах. Мы падали, кувыркаясь через головы, лапы и хвосты.

– Мы все умрём! Мы все умрём! – верещал Туни по привычке.

Потом он вдруг вспомнил, что вообще-то умеет летать, и активно замахал крыльями, пока все остальные продолжали камушками падать вниз. Тиктики Первый делал это молча, а мы с Банти орали так, будто наступил конец света. Ну, для нас он, может, и правда наступил.

Мы падали и падали, и я уже начала подозревать, что наше падение никогда не кончится. На земляных стенах туннеля висели маски раккошей и старинные картины с изображением змей. Мимо мелькали полки с лимонадом и самокрутящиеся скакалки, проносились скейты без колёс. Мы пролетали мимо огромных афиш романтических фильмов с красочными танцами и песнями, мимо книг с самостоятельно перелистывающимися страницами, пиратов с блестящими саблями, мерцающих солнечных систем, в которых постоянно сменялись день и ночь. Системы напоминали ту, которую я недавно разрушила в сражении с мамой Нила – Царицей раккошей. Мы проносились мимо крепостей в пустынях и красивых замков, белокурых и черноволосых куколок «Принцесса Просто Прелесть». Мы летели мимо знакомых сказок, старых и совсем новых, а также мимо множества бабочек всех форм, цветов и размеров. Бабочек, таких ярких и волшебных, что они освещали всё вокруг себя.

Я уже решила, что мы никогда не доберёмся до Парсиппани, и даже почти перестала бояться и начала привыкать к тому, что ничто мне не подвластно, и можно лишь падать, как сорвавшаяся с неба звезда.

Но, в конце концов, мы всё-таки брякнулись со стуком на дно кроличьей норы. Я ойкнула. Никто не насыпал к нашему приземлению кучу сухих листьев, как в той, другой, сказке. Пол был выложен твёрдой чёрно-белой кафельной плиткой.

– Давайте больше так не будем делать, – пискнул Туни.

– Тебе-то что жаловаться? Летел себе и летел. – Я потёрла ноющий бок.

Банти, тихо постанывая, поглаживал лапой ухо. Тиктики Первый моргал и вытягивал язычок так далеко, а втягивал так быстро, что каждый раз хлопал себя им по глазу, – похоже, тоже был не в восторге от полёта.

– И что, нам теперь нужно выпить чаю с белым кроликом? – спросила я, оглядывая смутно знакомую комнату. Стулья и столы были закреплены на стенах туннеля.

– Нет, мы в другой части истории.

Туни махнул крылом – в стене напротив располагались три дверцы, такие маленькие, что никто из нас в них пролезть не мог. Вокруг было натыкано и навешано множество указателей, и на всех написано одно и то же: «НЬЮ-ДЖЕРСИ».

– Все должно быть иначе, – пробормотала я.

В сказке Алиса искала вовсе не Нью-Джерси, да и дверца перед ней была лишь одна. Что же нам делать с тремя дверями?

Глава 8
Гадкие загадки

Я уставилась на три крошечные дверцы в стене. Первая была рыжевато-коричневая, как земля, и сплошь покрыта магическим узором-оберегом – альпоной. Затейливые белые линии закручивались в форме гибких ветвей, листьев и плодов манго. Вторая дверца была ярко-синяя, как море, украшенная отпечатками рыб. Третья дверца – зелёная, как листва, с изображением двух рассерженных павлинов, танцующих, как ни странно, под старинный проигрыватель, который нужно заводить, крутя приделанную сбоку ручку.

Над первой дверцей висела табличка с надписью:

 
Три замка – и ключика три.
Выпив волшебный напиток,
Ты ключи к замкам подбери.
Ну и сколько будет попыток?
 

Над второй дверью было написано:

 
Решишь загадку правильно, тупица, —
Сумеешь без проблем переместиться
Сквозь чёрную вселенскую дыру,
Сквозь червоточину, или кротовую нору.
 

И третья табличка над третьей дверью гласила:

А если не угадаешь, останется от тебя только мокрое место.

Ты ещё пожалеешь, что тебя мама на свет родила.

Ясно тебе, лузер?

И ноги у тебя вонючие.

– Гадко, обидно, грубо, – прокомментировала я.

– В третьей надписи даже рифмы нет, – фыркнул Тунтуни.

– Не суть, давайте попробуем повернуть ручки дверей, – сказал Банти.

Это оказалось непросто, поскольку все было такое крошечное.

Мы с тигром не сумели взяться за малюсенькие ручки, а когда Туни попытался повернуть их клювом, они не шевельнулись.

– Заперты! – объявил Тунтуни, в сердцах плюхнувшись на один из указателей. – А я говорил, что мы никогда не попадём в Нью-Джерси, несмотря на все эти указатели! И вообще мы тут умрём.

– И если даже дверцы откроются, мы всё равно в них не протиснемся, – сказала я, перечитав надписи на табличках. – Но где же напиток и ключи, о которых здесь говорится?

– Бессмысленное занятие! Уловка, чтобы отвлечь нас от мыслей о неизбежной смерти в этой комнате! – Тунтуни с трагическим видом сжал крыльями горло. – Сколько мы уже здесь сидим? Когда мы ели в последний раз? Неделю назад? Месяц? Вроде бы года ещё не прошло? Все дни слились для меня в один! Я больше не ощущаю время!

Я погладила испуганную птичку по пушистой голове:

– Мы здесь минут пять, братан.

– Конечно, имеется вероятность того, что в комнает спрятан уменьшитель, – сказал мне Банти, не обращая внимания на Туни. – Это будет соответствовать оригинальному повествованию.

Тиктики Первый молча сидел на полу, вращая глазами и высовывая язык. Стоп! Он на что-то указывал. На что-то важное!

– Спасибо, Тиктики! – Я подняла с пола маленькую фиолетовую бутылочку, на которой крупным чётким почерком было написано: «Слизни меня». – Это, должно быть, уменьшитель.

– Слизни? Какая безграмотность! – презрительно вздёрнул бровь Банти. – Типичный жаргонизм обитателей кротовых нор.

– Дайте мне! Дайте сюда! – завопил Туни. – Я иссох от жажды!

– Подожди, Туни. – Я выхватила бутылочку из крыльев отчаявшейся птицы. – Вдруг этот напиток действует совсем не так, как мы думаем?

– А у нас есть выбор? – возразил Банти. – Ты же хочешь попасть в Нью-Джерси, правда?

– Правда. – Я вытащила из бутылочки пробку и скривилась от запаха. – Ну, поехали! – Торопливо глотнув, я протянула бутылочку Туни, Тиктики Первому и, наконец, тигру.

Но и я тоже оказалась права. Волшебный напиток подействовал, но не совсем так, как мы представляли. Сама я действительно уменьшилась, но осталась собой, а вот тигр, птица и ящерица превратились в три маленьких золотых ключика и со звоном упали на кафельную плитку.

– Эй! Что… – Я чуть не задохнулась от волнения. – Банти! Я же сказала, что может получиться не то, что мы хотели!

Ключик, который раньше был тигром, ничего не ответил. И два других ключа тоже не издали ни звука. А как они могли ответить, не имея рта и вообще ничего?

– Искала три ключика, вот и получила, – вздохнула я.

Ключи на полу задёргались и зазвякали, словно требовали, чтобы я продолжала разгадывать загадку. Подняв их с пола, я заметила, что головка одного ключа украшена изображением тигра, а двух других – фигурками птицы и ящерицы.

– Ну ладно, ребята, кто знает, что делать дальше? – Ключи на ладони даже не шевельнулись; видимо, были не в курсе. – Что ж, придётся соображать в одиночку.

Я перечитала надписи над дверцами – точнее, первую надпись, поскольку вторая и третья звучали крайне издевательски, а мне сейчас негатив был ни к чему.

 
Три замк – и ключика три.
Выпив волшебный напиток,
Ты ключи к замкам подбери.
Ну и сколько будет попыток?
 

– Ага, значит, надо выяснить, сколько потребуется попыток, чтобы понять, какой ключ от какой дверцы, – пробормотала я, внимательно рассматривая бородки ключей и замочные скважины.

Но на дверях не нашлось подсказок, и замочные скважины не имели форму тигра, птицы или ящерицы. Нет, нет, это было бы слишком просто.

– Девять попыток? – предположила я.

Попробовать открыть каждый из трёх замков тремя ключами – наверное, так. Но что-то меня настораживало. Вот только что? Я глубоко вдохнула, стараясь сосредоточиться на задачке. Может, поочерёдно вставлять ключи в замки и так вычислить искомое число? Но нет. Внутренний голос был категорически против этой затеи, а я уже побывала в таком количестве передряг, что научилась к нему прислушиваться. Почувствовав, как зашевелились волосы на затылке, я ненадолго отвлеклась от загадки и огляделась.

Только тут я с тревогой заметила, что комната стала как-то меньше. Посмотрела налево и направо – ничего не изменилось. Тогда я подняла голову.

Только не это! Вместо бесконечного, уходящего вверх туннеля надо мной висел потолок из черно-белой плитки, такой же, как на полу. Причём потолок находился не на обычном расстоянии, а очень низко. Когда же он появился? И… он двигался, с каждой минутой опускаясь все ниже. Кажется, в третьей табличке говорилось что-то про мокрое место… Ключи в моей ладони предостерегающе звякнули. А может, задребезжали от страха. Ну да, мы все испугались.

– Туни, ты был прав, мы здесь погибнем, – простонала я.

Подбежав к первой двери, я попробовала вставить тигриный ключ в замок, но он не подошёл. Тогда я бросилась ко второй двери, и она тоже не открылась. Два других ключа забились в моей ладони, внезапно став обжигающе-горячими. Потолок надвинулся ещё немного. Теперь я с трудом могла поднять вытянутую руку. Я пригнулась, чувствуя, как от страха колотится сердце. Нет, так нельзя. Мне вспомнилась Лола Моргана в той ужасной сцене из «Звёздного путешествия», когда она с командой оказалась в уплотнителе мусора. Уплотнитель заработал и чуть не расплющил их насмерть. Только я, в отличие от Лолы, не могла вызвать по рации робота на помощь. Да у меня теперь даже геккофона не было, поскольку он превратился в ключ.

Думай, Киран, думай, велела я себе, стараясь не обращать внимания на то, что комната обретает всё более сплющивательную форму. Ну ладно, ладно. Если тигриный ключ не подошёл к коричневой и синей дверцам, он наверняка подойдёт к зелёной. Пока у меня было две попытки для первого ключа.

Я вздрогнула, ощутив прикосновение потолка к голове. Ой-ой. Пригнулась. Спина заныла, лоб взмок, и капли пота потекли прямо в глаза. Скорее, скорее. Ключи в моей ладони почти что плавились, готовые выскочить из ладони, но я заставила себя глубоко дышать, чтобы не удариться в панику, хотя каждая клеточка моего тела визжала от ужаса и рвалась бежать.

Дыши, Киран, дыши. Я подумала про маму, папу и Зузу, которые ждали меня в Нью-Джерси. Потом – про Нила, Мати и Найю, которые верили, что я найду Лала. Я подумала про ключи, зажатые в моей ладони, и милого принца Лалкамала, которого никогда не спасут, если я не решу загадку. А ещё я подумала про Шешу, который опять задумал какую-то пакость. Я просто обязана была вернуться домой и найти Лала, а потом отправиться в Запредельное царство и остановить Змеиного царя. Потолок опустился ещё немного, и я встала на колени перед запертыми дверцами.

Мой мозг работал со скоростью миллион километров в час. Предположим, тигриный ключ подойдёт к зелёной дверце, тогда птичий ключ – к коричневой или синей. Мне понадобится всего одна попытка, чтобы это выяснить. Две попытки и ещё одна – итого три.

Потолок практически придавил меня к полу, я сжалась, прикрывая руками голову. Но теперь я знала решение! У меня осталась всего одна дверь и один ключ – всё было очевидно. К последней двери подойдёт ключ с ящеркой, и никакие попытки больше не понадобятся.

– Три попытки! – закричала я комнате. – Мне понадобится не больше трёх попыток, чтобы понять, какой из трёх ключей подходит к какой из трёх дверей!

– Не бубните себе под нос, юная особа, – произнёс бестелесный голос неизвестно откуда. – Говорите ясно и чётко в виктролу, если хотите избежать неминуемой смерти.

– Во что? – заорала я.

Какая ещё виктрола? Потолок опустился так низко, что я могла ползать только на четвереньках, как младенец. Ещё немного, и я приклеюсь к полу, как нить историй.

Я в отчаянии оглядела комнату – и просияла. Проигрыватель, изображённый на третьей дверце между танцующими павлинами, вроде как стал выпуклым и трёхмерным. Ну конечно! Такой старинный проигрыватель с ручкой называется виктролой!

Я почти на животе подползла к зелёной двери и закричала в виктролу изо всех сил:

– Три попытки! Мне нужны три попытки, чтобы выяснить, какой ключ подходит к какой двери!

С жутким грохотом и скрипом потолок замер, а потом просто растаял в воздухе, открыв взгляду бесконечный туннель. Я облегчённо выдохнула. Угадала! И меня не расплющило, как блин. Внезапно прямо у меня на глазах три двери слились в одну, а ключи снова стали тигром, птицей и ящерицей, только такими же маленькими, как я.

– Молодец, принцесса, – сказал Банти. – Это научное достижение.

– Честно говоря, я не верил, что ты разгадаешь загадку, – сказал Туни. – Думал, все, конец.

– Я тоже так подумала в какой-то момент, – сухо ответила я.

Но жёлтая птичка уже вспорхнула к дверце и ухватилась клювом за ручку. Дверца легко отворилась. С той стороны звенела тьма, полная обещаний.

Тиктики Первый стрельнул языком и мигнул круглыми глазами.

Я посадила птицу и ящерицу себе на плечи. Банти прилёг, и я села на его мускулистую полосатую спину.

– «Пойдём же, ты и я, когда вечерняя заря распластана на небе, как пациент в наркозе на столе…»[9]9
  Элиот Т. С. Любовная песнь Дж. Альфреда Пруфрока.


[Закрыть] – глубоким музыкальным голосом произнёс Банти.

– Эм, а можно мы пойдём, как ходят люди без наркоза? – спросила я, ёжась от одной мысли о пациенте на столе.

– Само собой разумеется, – рассмеялся Банти. – Сваливаем!

– В Нью-Джерси! – крикнула я, вскидывая кулак.

– В Нью-Джерси! – подхватили тигр и птица.

И мы совершили скачок сквозь прореху в материи пространства-времени.

Глава 9
Мальчик на дереве

Проблема межпространственных путешествий, как я поняла по собственному опыту, заключается в их непредсказуемости. Только что мы с друзьями – птицей и ящеркой – мчались на тигре сквозь время и пространство, и вот уже я в полном одиночестве коченею от холода высоко на дереве в Парсиппани. Но, по крайней мере, я снова была своего размера.

Когда я покидала Запредельное царство, там стояла жара, и у меня совершенно вылетело из головы, что в Нью-Джерси – февраль. То есть ветви огромного дерева, растущего перед домом моей соседки Джови, были покрыты не просто снегом, но и тонкой корочкой льда. У меня зуб на зуб не попадал, да ещё через несколько секунд я промокла насквозь – мой костюм шальвар-камиз[10]10
  Шальвар-камиз (или курта-паджама) – традиционный костюм в Южной и Юго-Восточной Азии, который могут носить мужчины и женщины. Состоит из лёгкой длинной рубахи без воротника и штанов, варьирующихся от очень узких до очень широких. У женщин дополняется длинным узким шарфом из той же ткани, что и рубаха, который накидывают на голову или на плечи концами назад.


[Закрыть] из Запредельного царства был мало похож на зимнюю одежду.

Дрожа от холода, я оглядывала раскинувшееся передо мной заснеженное измерение – дом Джови на повороте дороги и свой собственный дом по соседству. Именно об этом месте говорила моя лунная мама – Лала следовало искать в стволе дерева там, где крутой поворот. И ещё было что-то про врага моего врага, который станет мне другом. Я шмыгнула носом; зубы выбивали яростную дробь. Так вот, значит, куда засунул Лала призрак, меняющий обличия. Неизвестно, где оказались мои звериные друзья, но меня интергалактическая кротовая нора доставила точно по назначению. Я одобрительно похлопала по своим красным бёрцам. Но как теперь достать принца из дерева?

– Лал? – позвала я. – Лал, ты тут?

Никакого ответа. Я облизала онемевшие губы и повысила голос:

– Лал! Где ты?

И снова ничего. Ну и как понять, что это – то самое дерево, и что принц все ещё внутри?

– Принц Лалкамал! – закричала я, стуча непослушными пальцами по обледеневшему стволу.

Просто смешно. Так я не добьюсь ничего, кроме воспаления лёгких. Мне срочно требовалась подсказка. Ну почему я не спросила лунную маму, как мне вынуть Лала из дерева после того, как доберусь до Парсиппани? Хотя, что же это я, у меня ведь есть самый полезный в мультивселенной карманный справочник!

Я полезла в рюкзак за «Карманным справочником по раккошам, хоккошам, бхутам, петни, доито, данавам, даини и секретным шифрам и проявлениям» Кхогена Прасада Даса, но лук и колчан потянули меня вниз. Я попыталась восстановить равновесие и вдруг поняла, что они зацепились за обледенелый сук. Хотела их отцепить, а вместо этого окончательно соскользнула с ветки, на которой сидела, и с громким криком полетела вниз, ударяясь плечами, ногами, подбородком и руками. Я пыталась ухватиться за мелькающие мимо ветви, но они лишь осыпали меня снегом и царапали лицо.

Возможно, я так и пролетела бы со свистом до земли и рухнула, переломав себе все кости, если бы не была поймана мальчиком. Он ухватил мою ледяную руку своей крепкой тёплой рукой, легко выдернул меня наверх и усадил на холодную ветку рядом с собой в относительной безопасности.

– Полегче, девочка!

Он говорил так спокойно и уверенно, что я едва не приняла его за Лала. Но нет, это оказался вовсе не мой друг, а какой-то совсем незнакомый мальчик.

Он был очень красив – из-под лыжной шапочки выбивались белоснежные пряди волос, а за очками в прозрачной оправе ярко синели глаза. Мальчик был не просто красив, он был безупречен, как мраморная статуя в музее. Мне сразу вспомнились всякие знаменитости, которых мы с Зузу любили рассматривать на сайтах типа «Красавчики древних времён». (А кому не нравятся всякие красавцы, жившие в древности?)

– Тыкыто? – с трудом выговорила я окоченевшими губами.

Оцарапанные ветками щёки слегка покалывало.

– Эй, погоди, дорогая, у тебя кровь идёт!

Паренёк одним движением скинул с себя зелёный шарф и принялся вытирать моё лицо. Тут я разглядела, что на такой же зелёной шапочке красными буквами вышита очень странная надпись: «Убей Хаос».

– Спасибо, – ответила я с благодарностью, хотя про себя немного встревожилась – стоит ли вступать в разговоры с этим странным мальчиком?

И с какой стати он сидел на дереве во дворе Джови?

Я присмотрелась к нему повнимательнее. Он был такой белокурый и говорил с лёгким акцентом – может, это родственник Джови, который приехал погостить из Норвегии, или типа того? И поэтому ему нравится сидеть на обледеневшей ветке. В северных странах ведь очень холодно, не? Ой, ну почему Туни, Банти и Тиктики Первый пропали именно тогда, когда мне так нужна их поддержка?

– Ты кто? – повторила я.

– Нед Хогар, – ответил он. – Я думал, ты готовишься к свадьбе.

А затем, словно это было самое подходящее место и время для доморощенных фокусов, он как-то так повёл руками в перчатках, что сначала на одной, а потом на второй его ладони появилось по старой монете.

Свадьба? Какая ещё свадьба? Только я собралась спросить, что это он такое несёт, как вдруг открылась дверь моего дома, и я услышала мамин голос.

Она, конечно же, крикнула «Киран», но я была такая замёрзшая и растерянная, что услышала «Карен».

– Мне надо идти, – сказала я мраморному мальчику с невообразимо синими глазами.

У меня по телу пробежала лёгкая дрожь – уж не знаю, его красота на меня так подействовала или мороз.

– А ты, случайно, не видел мальчика по имени Лал? На этом дереве? Примерно моего роста, с необычным произношением и, скорее всего, в красной одежде.

– Я вижу на этом дереве только тебя, дорогая, – ответил Нед и подмигнул, отчего у меня внутри все подпрыгнуло и перекувырнулось. – Не забудь оставить за мной танец на свадьбе.

– На какой свадьбе? – спросила я, осторожно отодвигаясь и прикидывая расстояние до земли.

– Уж точно не на нашей с тобой, нахальная ты девчонка, – насмешливо протянул Нед. – Ну и скорость у тебя! Дай хоть познакомиться, а то мы едва повстречались, а ты уже о свадьбе!

– Я не это имела в виду, – смущённо буркнула я. Тут снова позвала мама. – Мне надо идти.

– Ну вот, только разговорились,– ехидно ухмыльнулся Нед.– Тем более что мы уже сидим на дереве. Остаётся только начать… Как там в дразнилке[11]11
  Известная детская дразнилка наподобие «Тили-тили-тесто, жених и невеста»: «(Имя мальчика) и (имя девочки) /На дереве сидели. /На ветке качались /И целовались. /За любовью – свадьба, /Музыка и пляски. /А за свадьбой – малыши, /Люльки и коляски».)


[Закрыть] поётся? А, да: це-ло…

– Э, спасибо, не стоит, – забормотала я, ещё больше смутившись.

– Да я пошутил, – рассмеялся Нед. – Ой, застеснялась! Какая прелесть!

Наш разговор как-то слишком быстро зашёл не туда. Не дожидаясь продолжения, я изящно соскочила с ветки. Ну, типа, как горная лань.

Получилось, скорее, как у водяного буйвола. Я рухнула на землю тяжёлой кучей и с трудом поднялась на заледеневшие ноги. Невольно вспомнились другие случаи, когда я вот так же спрыгивала. Но только поблизости каждый раз оказывался Нил и успевал меня подхватить. От мысли об этом у меня немножко сжалось сердце.

Рядом приземлился Нед – легко, как танцор балета, и грациозно, как дикий лесной зверь.

– Ты в порядке, принцесса?

От этих слов у меня волосы встали дыбом.

– Что ты сказал?

Почему он назвал меня принцессой? Откуда этот парень, которого я вижу впервые в жизни, знает обо мне такие подробности?

– Не забивай этим свою хорошенькую головку, – расплылся в улыбке Нед, затем указал на открытую дверь моего дома и мамин силуэт в дверном проёме. – Беги, а то мама будет волноваться.

Понимаю, что это выглядело тщеславно с моей стороны, но я приятно разволновалась оттого, что прекрасный юноша назвал меня хорошенькой. Правда, я тут же встряхнулась. Стоп. «Не забивай этим свою хорошенькую головку» означает, что он считает меня хорошенькой, но глупой. Разве это комплимент? Блин, да что со мной такое? Неужели мороз так действует на мозги?

Не ответив Неду, я бросилась к распахнутой двери.

– Пока, принцесса! – насмешливо крикнул Нед мне вслед. – «Ты и я на дереве сидели»!

Я взбежала по ступенькам. Мама ждала меня у самого порога. Я так давно не была дома, так давно не видела маму, что даже прослезилась, сжав её в объятиях.

За это время я дважды рассталась с друзьями, с трудом пробилась сквозь безумную кротовую нору и даже пережила встречу с загадочным мальчиком, который считал меня хорошенькой. И глупой. Все эти события, пусть по-разному, но произвели на меня сильнейшее впечатление.

Но все это сейчас было не важно, потому что я вернулась домой. Как говорится, «в гостях хорошо, а дома – лучше».