Текст книги "Славянская мифология. Для тех, кто хочет все успеть"

Сотворение мира

Мир возник из бездны первозданных вод. Эта идея – одна из наиболее распространенных космогонических моделей в индоевропейских и других традициях – от Индии до Скандинавии. В славянской культуре она также присутствует, но в уникальной, фольклорно-христианской форме, отразившейся в сказках, духовных стихах, апокрифах и позднейших народных интерпретациях. Увы, подлинных мифологических текстов, записанных в языческую эпоху, у нас не сохранилось – либо из-за отсутствия развитой письменности, либо потому что мифологическая традиция у славян существовала исключительно в устной форме и не получила литературного воплощения, как, например, у греков или скандинавов.

Тем не менее, на основе сохранившегося фольклора и апокрифической литературы можно восстановить общие контуры древнего славянского представления о происхождении мира. Подобно другим индоевропейским народам, славяне, вероятно, знали о мировом древе – вертикальной структуре мироздания, соединяющей небо, землю и подземный мир. В русских, украинских и белорусских сказках и обрядах также присутствуют образы гигантских животных – кита, быка, змея, на которых «держится» земля. Эти представления, как правило, восходят к христианским апокрифам и народной космографии, но могут содержать отголоски более древних мифов.

ОПОРА ЗЕМЛИ

В народных представлениях земля не просто «висит в пустоте». Она обязательно на чем-то держится. Это что-то мощное, первозданное и часто связанное с хаосом. Такие образы появляются не случайно: через них люди пытались объяснить, как из беспорядка и тьмы возникает устойчивый, обжитой мир

Хотя у нас нет ни одного древнего славянского «Эпоса о сотворении мира», как, например, у греков или германцев, отдельные космогонические представления дошли до нас в христианизированной форме. Они отразились в том числе в «Голубиной книге» – сборнике духовных стихов XV–XVI веков, где задаются вопросы о мироздании и даются символические ответы. Например, солнце там происходит от лица Христова, месяц – от его груди, заря – от очей, а свет – от Святого Духа. Это пример религиозного синкретизма, когда христианские образы накладываются на более древние архетипы. Исследователи считают, что в подобных текстах Христос может выполнять функцию светлого божества, аналогичного Даждьбогу – солнечному богу из предполагаемого славянского пантеона.

Интересен и миф о сотворении мира силами двух начал – светлого и темного. В южнославянском и западнославянском фольклоре (в том числе у русинов, болгар, сербов) зафиксированы легенды, в которых Бог и Сатана (в архаичном варианте – две космические птицы, белая и черная утка или гоголь) совместно участвуют в создании мира. Бог приказывает Сатане достать со дна Мирового океана ил и землю. Сатана пытается обмануть, утаивает часть добытого вещества, из-за чего появляются неровности – горы, болота, топи. Так объясняется несовершенство мира и двойственность его устройства. Подобные мифы отражают представление о том, что порядок и хаос одновременно участвуют в творении мира.

ОТРАЖЕНИЕ ХАОСА: УТКА И ИЛ

У ряда южных и западных славян сохранился миф о сотворении мира из ила, поднятого со дна океана уткой – символом духа, спустившегося в первозданные воды. В древнеиндийском предании из тех же бездонных вод рождается золотое яйцо, из которого возникает мир. Оба мотива восходят к единому архетипу – представлению о жизни, зарождающейся в глубинах хаоса

Эта идея космической двойственности – присутствие и света, и тьмы, и добра, и зла – типична для архаических мировоззрений. В аналогичной форме она встречается, например, в зороастризме, где мир возникает в результате противостояния Ахура-Мазды и Ангра-Майнью. Однако, в отличие от зороастрийского дуализма, славянский миф чаще отражает идею взаимодействия, а не борьбы двух начал.

Модель мира у древних славян была плоскостной: земля представлялась в виде плоского круга, окруженного водой, а небо – как купол или перевернутая чаша, покоящаяся на краях земли. Эта картина мира зафиксирована в народных преданиях и духовных стихах. Звезды – глаза ангелов, солнце и луна движутся по небесной дороге, а под землей располагается нижний мир – царство мертвых или духов. Считалось, что небо многоуровневое: в разных текстах упоминается от трех до семи, а иногда и до одиннадцати небес. Отсюда и выражение «на седьмом небе от счастья» – отсылка к высшему уровню небесной иерархии. На самом верхнем небе, согласно фольклорной традиции, обитает Бог – правитель и творец мира. Этот образ часто соединяется с архаичным образом небесного царя.

На русских традиционных рубашках и рушниках можно увидеть древние орнаменты с изображениями солнца, мирового древа и стихий. Некоторые исследователи считают, что такие узоры были своеобразным доалфавитным письмом – способом передавать мифологические представления с помощью ткани и вышивки

Таким образом, славянское представление о мироздании, сохранившееся лишь в отрывках, предстает как сложный синтез языческих архетипов, фольклора и христианской космологии. Оно не имело единой догматической формы, но передавалось через ритуал, символ, песню и сказку, сохраняя глубинные смыслы, унаследованные от доисторической эпохи.

Мировое древо

Другим важным символом мироустройства в славянской традиции было Мировое древо – образ, встречающийся почти у всех индоевропейских народов и даже за их пределами. Это сакральное дерево символизировало устройство вселенной, ее порядок и связи между мирами. У восточных славян оно чаще всего ассоциировалось с дубом – могучим, долговечным деревом, которое в народных верованиях связывали с Перуном. В других регионах в роли Мирового древа могли выступать береза, ель, яблоня, а у южных славян – даже кипарис.

Хотя у славян не сохранилось письменных мифов, подобных скандинавской «Старшей Эдде» с описанием Иггдрасиля, сам по себе образ Мирового древа был не менее значим. Его мотивы прослеживаются в резьбе по дереву и камню, в орнаментах вышивки, росписи, обрядовых предметах и композиции традиционного жилища. Часто древо изображается с трехчастной структурой: корни – внизу, ствол – посредине, крона – вверху.

ДЕРЕВЬЯ КАК ОБЪЕКТ КУЛЬТА

Во время этнографических экспедиций XX века исследователи записали деревенские поверья о «говорящих» деревьях. Люди верили, что старое дерево может нашептать будущее, если обнять его с молитвой. Особенно почитали одинокие дубы на перекрестках – местах, где, по поверьям, встречаются разные миры

Письменных источников, напрямую описывающих Мировое древо, у славян нет. Однако косвенные свидетельства имеются. Так, в трактате византийского императора Константина VII Багрянородного «Об управлении империей» (X век) говорится, что русы приносили жертвы у большого дуба, оставляя у его корней хлеб, мясо и иные дары. Это подтверждает ритуальную значимость дерева как посредника между человеком и богами.

Почитание деревьев сохранялось в народной культуре на протяжении веков. Одинокие мощные деревья называли «дедами», «святыми» или «заповедными». Им поклонялись, «кормили» их, просили помощи, здоровья, плодородия. Часто такое дерево становилось центром деревни или местом проведения обрядов.

Образ Мирового древа также отразил представления о вечном круговороте жизни. Считалось, что у его корней пребывают души еще не рожденных, а в кроне – души предков. Таким образом, древо символизировало не только устройство пространства, но и цикл времени: от рождения к смерти и обратно. Это придавало образу древа дополнительную глубину – оно объединяло все уровни существования.

Верхний уровень дерева – небесный – связывался с Ирием (Вирием, Вырьем) – светлой загробной страной, аналогом рая. Там всегда весна, цветут деревья, текут молочные реки и царит покой. Ирий часто упоминался в духовных стихах, заговорах и песнях, а также ассоциировался с «седьмым небом» – высшим из возможных уровней мира.

ЧЕТЫРЕ СТОРОНЫ МИРА

Вокруг Мирового древа располагались стороны света, времена года и стихии. Оно соединяло небо, землю и подземный мир, а заодно помогало человеку осмыслить свое место во Вселенной между этими силами и направлениями

Интересен и другой образ – Алатырь-камень, нередко связываемый с Мировым древом. Согласно поверьям, он расположен на острове Буяне, в центре мира. Под ним бьет священный источник – с живой и мертвой водой или с водой мудрости. Иногда говорится, что Алатырь находится у корней Великого древа, объединяя оба образа в единую сакральную систему. Камень часто упоминается в заговорах и обрядах как источник силы и знания, а в сказках – как цель путешествия героя.

В народной символике, особенно в орнаментах вышивки, древо нередко соединяется с образом женщины – Мировой Матери. Это может быть женская фигура с ветвями вместо рук или с корнями, идущими от ног. По обе стороны – птицы, звери или всадники, символизирующие детей, духов, силы природы. Этот образ – не просто декоративный элемент, а мифологический архетип Великой Матери, объединяющей все уровни бытия.

Такой мотив особенно часто встречается в свадебной символике, на рушниках, прялках, сундуках – тех предметах, что сопровождали человека в важнейшие моменты жизни. Он выражает идею рода, продолжения жизни, преемственности поколений и сакральной связи человека с природой.

Збручский идол

Образ Мирового древа – один из древнейших и самых устойчивых в славянской мифологии. Он не просто иллюстрирует структуру вселенной, но воплощает целую философию: жизнь как движение между уровнями, взаимодействие светлого и темного, временного и вечного, земного и небесного. Даже при отсутствии фиксированной письменной мифологической системы Мировое древо демонстрирует сложность и поэтичность славянской картины мира.

Збручский идол – каменное воплощение славянской модели мира

Збручский идол – один из самых известных и загадочных археологических артефактов, который исследователи связывают с представлениями древних славян о структуре мира и космоса. Это каменная скульптура высотой около 2,7 метра, обнаруженная в 1848 году на берегу реки Збруч, близ села Личковцы (ныне Чортковский район Тернопольской области, Украина). Идол нашли случайно – во время засухи, когда обмелело русло реки. В наши дни оригинал экспонируется в Археологическом музее Кракова (Польша), а копии хранятся в музеях Украины, России и других стран.