Текст книги "Евгений Негодин. Роман в стихах"

Евгений Негодин
Роман в стихах
Сергей Неллин

© Сергей Неллин, 2023

ISBN 978-5-0059-8380-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Евгений Негодин, часть 1, становление

 
Его фамилия Негодин
с младых ногтей до сей поры
будила гнев в честном народе
у всех – от мам – до детворы!
 
 
Когда московские дворы
стыдливо окна прикрывали,
когда наганы доставали,
когда друг друга целовали
детишки нашего двора!
Начнём, мой друг, пришла пора!
 
 
Любил различны он забавы
гораздо более, чем труд,
с учебой, кои всё сотрут!
Да, Ленин с Крупской были правы,
на Ницше мня найти управу!
О времена, мой друг, о нравы!
И пионерский галстук свой
носил, как вымпел боевой.
 
 
Но папа с мамой не снимали
с Евгения тугой узды —
интеллигенты, понимали,
где дать конфет, а где труды
их тщетны были, и напрасно
во мраке ночи, утром ясным,
за разом раз, за годом год
на ум Евгению нейдёт
наука суетных дерзаний!
Cовсем других он ищет знаний,
нагорной проповеди дух
он ищет в сущностях наук!
 
 
Пока Негодин обучался,
прошли расцвет и крах эпох.
Он оглянулся, почесался,
нашел, что мир не так уж плох,
что дух кровавой тирании
забыт, но, вроде, не прощен,
народ сочувствует Марии,
а Прессиадой возмущен,
что разномастные мессии
лояльно приняты Россией,
что демократы всех пород
уже влияют на народ.
 
 
Характер Жени чужд геройству,
но кое в чем Евгений прав —
имел немного беспокойства,
и не испытывал расстройства
от ущемленья личный прав,
и не курил различных трав.
 
 
Он видел – рыцари свободы
спешат испить свободы чашу-
любой. Но главное – не нашей,
певцы, поэты, нищеброды,
везде, но только бы не в Раше!
Свою страну – корабль уродов —
обитель зла, тюрьму народов,
никто любить не обещал,
никто срамить не запрещал!
 
 
На Женю изредка трудились
пять-шесть толковых человек,
слегка отравою марксизма
пьяны, (прощай, двадцатый век…).
Но – где ты, воля, где харизма?
Увы, далече – в прошлой жизни!
Прибегнуть впору квиетизму…
Всем тем, что к равенству стремились
век новый крылышки пресек…
Больших успехов не добились,
и все же – жаловаться грех!
 
 
Тверёзым курсом плыть старались
его указанным рукой,
житейской пользы добивались,
и матерьяльной кой-какой!
 
 
Он был нередко понукаем,
чтоб капитал приумножать,
побольше в житницы стяжать,
ан нет – различными путями
сего старался избежать,
а больше – в люле полежать!
 
 
Но кое-что известно стало
об обстоятельствах сего,
о том, что всё-таки достало
героя, Женю моего…
 
 
Не говоря о Брестском мире
и воспоследующей войне,
герой смотрел на вещи шире —
кого и как мочить в сортире,
Саддам – чудак а Буш – феллах,
речь не об этих шла делах…
 
 
Увы, не счастия он ищет,
прошли весёлы времена,
когда иное влогалище
милей ему, чем литр вина!
 
 
Ничто Евгений не приемлет —
ни баб, ни модное авто,
сидит на лавочке и дремлет,
все надоело и не то!
 
 
Ни промеж ног кудрявый волос
весёлых дум не пробудит,
ни тонкий стан, ни звонкий голос,
герой сердитый и небрит.
Уже почти четыре года
большим доверием народа
Евгений щедро облечен,
но – вот в чем фокус заключен —
 
 
Евгения вполне устроил
тот факт, что он давно построил
кой-где домишко кой-какой
в лесу, над плавною рекой…
 
 
Не знаю, по какой причине
культурный, молодой мужчина,
как конь здоров, в расцвете лет —
и вот те на – покинул свет!
Нам знать об этом ни к чему,
пусть спится сладостно ему.
 
 
Его порою в свет выводят
немногочисленны друзья,
по заведеньям злачным ходят,
твердят, что так мол, друг, нельзя!
 
 
Чу – мчится круизЁр могучий,
в нём наш герой, мрачнее тучи,
да с другом, Вовой Понятых —
послушаем диАлог их:
 
 
– Я удивляюсь Вам, Евгений,
и Вас, возможно, удивлю —
из Ваших вялых выступлений
я понял – Вы, брат, чистоплюй.
 
 
Такой боязни потаенной
приять частицу жизни тленной
не разделял я до сих пор,
я сам несусь во весь опор —
все знать, все зреть, все осязать,
вдохнуть, попробовать, услышать,
стремлюсь от жизни больше взять,
пока суровый голос свыше
не приказал еще лежать.
 
 
Давай раздуем огнь желаний,
проявим ширь своих натур,
в водоворот ланит и дланей
нырнем – пусть плачет Эпикур!
Пусть вперемешку кони, люди,
вагина в стразах, хрен на блюде,
да что там хрен, покажем всем,
кто мы, откуда, и зачем!
 
 
Евгений, направляя вожжи,
кивал покорно головой —
такой расклад, хоть и возможен,
твой разум дерзкий и живой
моей апатией встревожен
напрасно, друг любезный мой…
 
 
Напрасно напрягать сознанье,
и чувством душу наполнять —
уж лучше гроба громыханье,
чем душ смятенных покаянье
и сирых мытарей страданья
без утоленья оставлять!
 
 
Я знаний горького лекарства
искал, как пьяница вина,
и сам венчал себя на царство
в своем, запретном государстве,
где сирых нет. А из окна
лишь площадь Красная видна!
 
 
Где жизнь полна чудесных странствий,
и ярких лун, и дивных лет,
где тесным кажется пространство,
и добрым мир, и теплым свет,
где люди кажутся большими,
и время кажется большим,
ничтожным – то, что совершили,
великим – то, что совершим!
 
 
Но боже мой, не мне ли время
стряхнуть уныния покров!
Не глух, не слеп, да и не нем я,
я жив, и, кажется, здоров!
 
 
Гляди на сонм бродяг несчастных,
Кому блаженства не дал Бог!
На нас, приматов безучастных
ужель ослеп ты и оглох?
 
 
Натуры ширь явить в разврате —
вот свойство низменной души!
Не в споре, не в бою, в кровати!
Вот н

...

конец ознакомительного фрагмента