Текст книги "Мшел. Книга 1. Нэбутори"

Глава 25

Перед сгоревшим магазином собралась огромная толпа народа, пришедшего посмотреть и послушать новую власть. В процессе обхода квартир Андрей с товарищами получили уникальное открытие, что народ свято верит, будто вооруженные люди, объявившиеся в их районе, есть забота городской администрации. Они продолжали верить, что власть во что бы то ни стало будет продолжать пополнять магазины продуктами первой необходимости, заботиться о безопасности народа по мере сил и в ближайшее время, зимой точно, одолеет эпидемию и вернет в квартиры тепло и свет.

Именно эти вредные мифы Андрей и собирался развенчать. Открыть глаза людям на существующее положение вещей, обозначить возможные угрозы и дать пищу для правильных размышлений. Он подошел к самому краю крыши. Опыта выступлений у него не было никакого, Андрей даже разволновался не на шутку.

– Илья, дай воды, что-то в горле пересохло, – попросил он друга.

Тот быстро принес ему воды из «общей» квартиры. Андрей выпил, погонял воду по горлу и сглотнул. После чего решил начинать.

– Добрый день, жители нашего района, – поприветствовал он людей. – Меня зовут Андрей. Я тоже тут живу уже много лет, многие лица мне знакомы. Очень жаль, что нашу размеренную жизнь испортила коварная эпидемия. За какие-то два с половиной месяца поменялось все. Мы снова отскочили в девятнадцатый век. С одной стороны, в городе стало легче дышать…

– Вонять стало больше, потому что сортиры кругом! – выкрикнули из толпы.

– Зато через сто лет на месте сортиров будут самые плодородные почвы. Я хочу вас подвести к мысли, что, помимо бытовых неудобств, которые сейчас кажутся вам очень важными, есть проблемы недалекого будущего намного более серьезные. – Андрей замолчал, чтобы дать людям задать вопрос, но не дождался. – Техника, которая продолжает возить в магазины крупы, зерно, сахар и прочее, заканчивается. Я предполагаю, что через месяц уже не будет никакой карточной системы, потому что ее некому будет поддерживать.

– И что нам делать? К кому обращаться?

– Вы никому не нужны, кроме самих себя. – Андрей окатил ушатом холодной воды публику. – Нет, я не прав, вы скоро будете нужны кому-нибудь для рабского труда за пригоршню еды, а может быть, и в качестве еды, если зима будет очень суровой.

– Мужик, мы думали, ты по уму позвал нас поговорить, а ты по ходу сегодня еще не похмелялся.

– Вы серьезно думаете, что вас, ничего не делающих, сидящих дома, кто-то обязан кормить и защищать? Как вы думаете, кто заставил меня и моих товарищей защищать вас на водопое, следить, чтобы по дороге в магазин с вами ничего не приключилось? Кто эти святые люди, думающие о вашем благополучии? Ну?

– Городская администрация! – произнес кто-то уверенно.

– Нет такой администрации уже больше месяца. Они все за городом, и вас они подкармливают только затем, чтобы вы не взбунтовались раньше времени. В нашей части города пока спокойно, но вот в южной власть взяли в руки выпущенные из тюрем сидельцы. Пока им хватает кормежки, но так будет недолго. Праздно жить не получится, нужно будет восстанавливать некоторые производства, что-то делать, а они точно не станут работать своими руками, все они захотят быть начальниками. Уж поверьте, эти люди будут похуже рабовладельцев древнего Рима.

– Ну ты сказочник, мужик, – снова выкрикнули из толпы. – Сейчас каждый может говорить что хочешь, проверить не получится. Давай уже веди, ради чего собрал. Что тебе надо, чтобы мы подчинялись, а ты барствовал?

– Я понимаю, ваш сарказм вызван отсутствием информации и критического мышления. Жизнь в тепличных условиях для большинства не прошла даром. Мозги заросли жиром, а извилины распрямились. Поймите, наше предложение для вас – последний шанс сохранить хоть какой-нибудь порядок.

– Да скажи ты какое предложение! Ты пока только страху нагоняешь, – нетерпеливо выкрикнул мужчина из первых рядов.

Народ поддержал его одобрительными возгласами.

– Мы предлагаем создать отряд самообороны на сотню человек. Я гарантирую, что смогу достать оружие и выбить питание для этих людей в количестве, достаточном прокормить семью. Близок тот день, когда нам придется с оружием в руках защищать свою территорию от врага, от различных мародеров, наводняющих город, от уголовников, да и вообще от любого беззакония. Я хочу, чтобы территория нашего района была, как и прежде, безопасной для проживания. Сегодня нами был убит человек, пришедший договариваться с бандой отмороженных, решивших стать главными на районе.

– А, это те, которых тоже вы грохнули?

– Это они сожгли магазин и убили двух наших товарищей, – попытался Андрей объяснить ситуацию.

– Так это можно про кого угодно так сказать, они были плохие, поэтому мы их убили. Радуйтесь, люди, что не вас.

– Раз вы не боитесь говорить мне такое в лицо, значит, знаете, что это не так. Я не вызываю у вас страха.

– Да я просто за справедливость и за настоящий порядок, – ответил мужчина. – Разведете опричнину, прольется кровь, не остановите. Вернее, она уже пролилась.

– Это был справедливый суд, соответствующий обстановке. Честно говоря, я был настроен более оптимистически по отношению к вашему благоразумию. Вы как будто еще живете в прошлом и не хотите принимать настоящее. Если не примете наше предложение, не найдутся добровольцы, мы ничем не сможем вам помочь, и тогда уже точно прольется кровь, которую будет некому остановить. Мы здесь никому ни в чем не клялись, у нас все по согласию. Не хотите защищать себя, Бог вам судья, смотрите, как умирают ваши жены и дети. – Андрей развернулся и ушел от края стены. Со злостью сплюнул себе под ноги.

– Знаешь, в чем была наша ошибка? – спросил Илья.

– Нет. Я вообще их не понимаю, как будто иностранец с другого конца планеты.

– Мы слишком рано начали о них заботиться. Они ничего не прочувствовали.

– А что ты предлагаешь?

– Нам, тем, кто думает, как мы, надо просто занять какое-нибудь большое здание и жить в нем, как твои в анклаве. Среди этих бестолочей мы пропадем заодно с ними.

– Давайте подождем результата, – буркнул Андрей. – Посмотрим, сколько желающих наберется до завтра.

План терпел крушение. Низы не хотели себя защищать, а верхи боялись им это позволить. Ситуация устраивала и тех, и других, и только активное меньшинство понимало, что это приведет к трагедии. Предъявить Лидии было нечего. Она могла остаться крайней, ручаясь за Андрея. Автономия единомышленников как альтернатива безуспешной реанимации общества выглядела наиболее правильным решением.

– Все желающие вступить в отряд оставайтесь, остальные могут расходиться, – объявил Илья толпе.

Народ рассосался под недовольный гундеж. Они ждали приятных новостей, а их почти заставили жертвовать собой непонятно за что. Естественно, что на таких настроениях никакой дисциплины не выстроить. Остались три человека, двое мужчин и одна девушка. Илья выдал им оружие и провел инструктаж. Парни оказались семейными, живущими в страхе перед неопределенным будущим. Девушка просто решила быть поближе к тем, с кем ей спокойнее.

Андрей остался в ночную смену, зная заранее, что не сможет уснуть из-за клокочущей внутри обиды. Смотрел на горящие в окнах свечи и представлял, что через пару месяцев в эти самые окна, оставшиеся без стекол, метель будет наметать сугробы, укрывая ими окоченелые трупы хозяев квартир. Андрею подумалось, что из него получился плохой прогнозист и все будет совсем не так, как он себе представлял, и что народ имеет право на свою точку зрения. Но внутренний голос упрямо твердил, что их точка зрения ничем не отличается от таковой у домашнего скота, не ждущего от будущего ничего плохого.

Ночь пролетела быстро. Смена выдалась на удивление тихой. Утром народ как ни в чем не бывало потянулся за водой, не испытывая никакого когнитивного диссонанса, что их спокойствие охраняют люди, которых вчера они назвали убийцами. Андрей сменился и направился домой.

– Чем сегодня займемся? – поинтересовался Илья, имея в виду работу после сна.

– Давай найдем подходящее здание, в которое можно перебраться, – предложил Андрей.

– Отличная идея. У меня уже есть пара таких на примете.

Они разошлись с Ильей в разные стороны. У подъезда Андрей увидел двух незнакомых мужчин и сразу понял, что они по его душу. Взял оружие наизготовку, осмотрелся по сторонам, чтобы не пропустить нападение с тыла, и осторожно приблизился.

– Кто такие? – спросил он строго за пятнадцать шагов, держа оружие стволом в сторону незнакомцев.

– Вы Андрей? – спросил мужчина, лицо которого Андрею показалось немного знакомым.

– Смотря какой? Андреев много.

– Петренко.

– Тогда он самый. Чего хотели?

– Андрей, нас отправила Лидия с сообщением.

– Интересно с каким. – Андрей подошел ближе. – Садитесь на лавку напротив, чтобы я вас видел, – предложил он незнакомцам.

Они сели, Андрей устроился напротив. Мужчины тоже были вооружены, но только пистолетами, рукоятки которых выпирали из-под одежды.

– Она прислала нас сообщить вам, что все договоренности аннулированы. Чтобы вы не старались тут, а вернулись назад. Она снова хочет видеть вас на работе в анклаве. На начальствующей должности.

– Причина?

– Те, кого мы изначально приняли за врага, прислали делегацию. Кажется, они договорились между собой о дележе города, о дружбе и сотрудничестве. В общем, выполняемая вами работа больше не имеет смысла.

– Это с зэками они договорились? – усмехнулся Андрей.

– Там не только зэки, но в целом да, с ними, – ответил мужчина.

– Цена этим договоренностям ноль. Они просто хотят выиграть время и пустить пыль в глаза, чтобы распространить свою власть, пока слепые кроты из анклава верят договорам.

– Нам так и передать?

– Нет. Я скоро сам приду и сам поговорю с Лидией. А что за должность?

– Им нужен человек по связям с пригородными хозяйствами, защита в обмен на продовольствие.

– Да уж, они совсем меня не понимают, – произнес Андрей.

Гости не поняли смысл его фразы, но переспрашивать не стали. Он хотел сказать, что его воротит от общества, возглавляющего анклав, и он не хотел бы стать одним из их числа.

– Если у вас все, пойду спать. Я сегодня с ночи. – Андрей устало поднялся.

– Когда вас ждать в анклаве? – поинтересовался один из них.

– Наверное, завтра, – уклончиво ответил Андрей. – Раз ваше начальство обо всем договорилось, значит, и спешить не надо.

– Мы так и передадим.

– Передавайте что хотите. – Андрей зашел в подъезд.

Он злился на гостей, на себя, на Лидию, вообще на всех, и вызывало злобу появившееся в последние дни чувство, что он сам ничего не понимает в происходящем. Что бы он ни планировал, оказывалось никому не нужным делом. Накатывало чувство потерянности и отстраненности от мира, впору хоть в отшельники подавайся.

Андрей зашел в квартиру и заперся на вилку. Замок в двери не работал, пришлось повесить примитивную, но надежную щеколду, запираемую вилкой. Оставлять во сне открытой дверь Андрей боялся. Ждал подлости с любой стороны. Разжег окопную свечу и поставил на нее железную закопченную миску с водой. Дождался, когда вода закипит, вынул тряпичный мешочек с раскрошившейся лапшой быстрого приготовления, взял горсть и высыпал в тарелку. Затем посолил сверху и бросил для аромата какую-то специю из стеклянной банки.

Лапшу они нашли с товарищами три дня назад совершенно случайно. Ходили по территории, забрели за гаражи, убедиться, что никакая сволочь не облюбовала себе густые заросли для подлых дел. Вокруг имелись следы активного отдыха, народ тут устраивал попойки, как и в прежние времена, но ничего криминального не нашлось. Прошли вдоль всей длины гаражного кооператива, обращенной к лесопарку, и примерно на третьей четверти Илья заметил люк, накрывающий водные коммуникации. Люк как будто нарочно был присыпан различным мусором. Группа уже приготовилась увидеть что-нибудь страшное, но оказалось, что кто-то успел сделать в нем небольшой склад. Причем нетронутый уже приличное время, судя по налету пыли. Внутри лежали три картонных коробки с лапшой быстрого приготовления.

Эпидемия не тронула пластиковую упаковку, и это выглядело как невероятное чудо. Бойцы в отряде решили распаковать все пачки, вытрясти содержимое и поделить его на работе по количеству ртов в семье на всех членов отряда. В самом конце распаковки пластик начал скользить в руках и оставлять следы на пальцах. Эпидемия только ждала, чтобы люди впустили ее за новой пищей. Андрею достался небольшой тканевый мешок с его долей лапши. После запаренных круп и пшеничного зерна по продуктовой карточке лапша казалась кулинарным шедевром даже без традиционных приправ.

Он поел, обжигаясь, и лег на кровать. Нервозное состояние немного отпустило. Закрыл глаза и задремал. В щель между картоном и фанерой светило солнце. Пели птицы, доносились голоса людей с улицы и из квартир. Представив себе, что ничего не случилось, а эпидемия только привиделась в страшном сне, Андрей уснул с блаженной улыбкой на лице.

Проснулся от грохота грозы. Небо раскалывалось мощными раскатами. В оконной щели сверкали молнии. Андрей достал из кармана дамские часики и посмотрел на время. Он проспал восемь часов. Надо было собираться на новую смену, обговорить с товарищами новую информацию, которая выставляла его не в самом лучшем свете. Все обещания, данные людям, он больше не мог исполнить, потому что изменился геополитический расклад. Их отряд потерял надежду иметь постоянный источник питания и боеприпасов.

Андрей снова разогрел воды. Часть использовал, чтобы заварить чай, а часть так же для приготовления лапши. Поел и вышел на улицу. Успел дойти до «базы» до начала дождя. Прямо перед тем, как ему начаться, на город накатила такая промозглая стужа, казалось, что пойдет град.

– В дождь по городу можно ходить где угодно, – произнес Илья. – Лучшее время, чтобы подкрасться незаметно.

– Ты имел в виду подкрасться к нам?

– Да, к нам. Как думаешь, за этим хреноплетом придут? – спросил напарник, говоря про убитого накануне связного.

– Без понятия. У меня как раз по этой теме есть новости. – Андрей пересказал все, что узнал от утренних визитеров. – Вот и думайте сами, хорошие это новости или плохие.

Как ни странно, никаких упреков в свой адрес он не получил.

– Ты уйдешь? – первым делом поинтересовался Илья.

– Скорее всего. Наталья не захочет вернуться в город, мне придется защищать анклав изнутри. Они придумали мне какую-то должность, чтобы я ездил по деревням и предлагал защиту в обмен на продукты. Работа, как мне видится, очень опасная. Там уж точно придется много стрелять из-за желающих подловить добро на дороге.

– С тобой нам было бы спокойнее, – признался Илья.

– Да, Андрей, с тобой нам спокойнее, – подтвердил еще один боец из отряда.

– Да ладно вам. Прогнозист и стратег из меня никакой. За что ни возьмусь, все оказывается никому не нужным.

– А ты не жди одобрения от людей. Они все живут в иллюзии. На самом деле мы не с ними. Защищаем их только потому, что живем вместе. Как только разбежимся, мне будет глубоко фиолетово, как они справляются со своими проблемами, – поддержал Андрея напарник.

– Вот насчет разбежимся, ты обещал предложить варианты для переезда, – обратился Андрей к Илье.

– Я подумал, и у меня остался только один вариант. Это старый кинотеатр в парке на Экспериментальной улице. Я хотел еще рассмотреть торговый центр, но думаю, что без боя нам не сдадут ни один из них. А кому на хрен сейчас нужны кинотеатры?

– Это же далеко отсюда, – заметил один из напарников.

– Тем лучше. Меньше будут знать, куда мы съезжаем. Предлагаю вообще никому не говорить об этом. Но вначале надо сходить и посмотреть, в каком он состоянии. Насколько я помню, он высотой примерно с трехэтажный дом. Наверху терраса с заборчиком, идеальное место для безопасных прогулок. Рядом ни одной многоэтажки. Имеется большой парк, который можно пустить на дрова. Хорошо просматриваемая территория со всех сторон.

– А как быть с продуктами? – поинтересовался у него Андрей.

– А ты узнай у своей Лидии, как долго они еще собираются нас кормить. Ручеек поступлений иссякает с каждым днем. Как только сломается последний автомобиль, все, никто ничего возить не станет. А от кинотеатра до анклава гораздо ближе, если придется носить еду на себе.

– А ведь реально, парни, мы ведь сильно зависим от магазинов. А как быть людям без них, есть друг друга? – Очевидная мысль только сейчас овладела сознанием парня с выбритыми висками. Он примкнул к отряду недавно, сразу после собрания.

– Хорошо, что ты это понял. Для других магазин – это волшебный горшочек, который сам производит товар, – усмехнулся Илья. Он вдруг просиял. – Андрюха, а это ведь идея!

– Что? – не понял Андрей.

– Принимай предложение начальницы, узнаешь, как там жизнь в деревнях, и, если она лучше, чем в городе, мы тоже туда переберемся.

– Мне совсем не по душе эта должность, но если ради общего дела. – Андрей задумался. – Ладно, завтра после смены пойду в анклав и все узнаю из первых рук.

Дождь не прекращался всю ночь. Бойцы просидели на «базе» не выходя. Только однажды покинули ее, когда услышали звон разбитого стекла. Накрывшись палаткой, обошли дом и нашли свежее стекло и куски фанеры от самодельной рамы. Конструкция не выдержала испытание влагой или ветром. На четвертом этаже появился новый чернеющий провал, который люди пытались заткнуть какой-то материей. Потеря стекол в зиму грозила этой квартире большими проблемами. Впрочем, как и сотням других, не сумевших вовремя справиться с ситуацией.

Под утро погода успокоилась. По улице, воя на весь город шестеренками коробки передач, проехал старенький ГАЗ-52, снабжающий магазины. Все бойцы из смены поддержали идею Ильи сходить и разведать пригодность кинотеатра для переселения. Андрею с ними было по пути. Отряд бодрым шагом под непрерывным зябким ветром дошел до кинотеатра. Народа на улицах почти не было. Даже за водой стояли небольшие очереди. Андрей не стал заходить в кинотеатр, но снаружи оценил его хорошо сохранившийся вид и старые деревянные окна, задрапированные изнутри черным материалом. Выглядел он, как крепость, чем и мог стать для новых обитателей. Андрей попрощался с напарниками и далее отправился в одиночку. По дороге вспомнил, что обещал Ксюхе принести чего-нибудь сладенького. Не выполнить просьбу он не мог.

Искать по городу сладкое было бесполезно, поэтому он решил разжиться в анклаве. До железной дороги дошел без проблем, но, едва ступив на нее, заприметил группу вооруженных людей и предпочел спрятаться от них. Шестеро мужчин разных возрастов прошли в трех шагах мимо него, вжавшегося в мокрую землю в разросшемся кленовом молодняке.

– Говорят, что у обкома артиллерия есть, – произнес молодой голос. – Если так, то надо будет тоже свою заиметь и издалека наваливать.

– Нет у них ничего, – уверенно заявил голос постарше. – Я слышал, как языка допрашивали. Он вообще сказал, что им оружие дали только перед боем. Была бы артиллерия, они бы тогда дали нам просраться, а так нос через забор не кажут. Вот мины они наставили повсюду, это да. Сами подлые, и приемы у них такие же. Бесят они меня и всегда бесили.

Андрей понял, что люди обсуждали анклав, называя его «обкомом», что очень правильно отражало суть руководства, состоящего преимущественно из бывших областных и городских начальников. Он не решился подняться, пока не убедился, что компания скрылась из вида. Лидию надо было проинформировать как можно скорее, чтобы ее коллеги не питали иллюзий относительно «мирных» договоренностей. Эти парни шли не таясь по дороге, которую анклав считал своей. Значит, знали, что им здесь никто не угрожает, а это был очень опасный симптом.

Оставшуюся часть пути Андрей проделал легким бегом. На воротах его проверили и впустили. По дороге зашел в магазин, где обменял банку тушенки на плитку шоколада в бумажной и фольгированной упаковке. Обмен показался ему неравноценным, но что не сделаешь ради данного ребенку обещания. Заскочил домой, чтобы отдать шоколадку Ксюхе, но ее там не было. Андрей с сожалением, что не увидел радость дочери, оставил сладкий сюрприз на кухонном столе и вышел из дома.

Лидия, как и остальное начальство, оказалась на месте. А где же ему еще быть, если они не выходили за забор анклава. Андрей не хотел разговаривать со всеми, поэтому попросил секретаря шепнуть ей о своем появлении.

– Мое исчезновение вызовет кривотолки, будто я плету интриги за спиной коллег, – призналась она, выйдя в коридор. – Не мог подождать?

– Не мог, – прямо ответил Андрей. – Вы со своими интригами царского двора не видите, что происходит за забором.

– Андрей, давай не будем мериться, кто дальше видит. Ты готов принять наше предложение?

– Мне передали в общих словах. Я не совсем понял, что это за должность?

– Тебе придется…

– Погоди, – Андрей бесцеремонно перебил Лидию, – надеюсь, вы отдаете себе отчет, что все договоренности с теми, кто мечтает забрать анклав, ничего не стоят?

– Это не твоего уровня дело, – отрезала Лидия. – Мы платим тебе не за умение анализировать наши решения.

– А что по железной дороге ходят чьи-то вооруженные люди, не таясь, и мечтают разнести анклав из артиллерии, тоже знали?

– Ты серьезно?

– Вполне. Мне пришлось лежать в грязи в нескольких шагах от них. Я слышал разговор. Я не знаю, кто они, но между собой эти люди обмолвились, что допрашивали кого-то из наших. Мы слабы, мы малодушно поместили себя в ракушку, позволив хищникам подобраться к нам вплотную. Посему моя должность министра иностранных дел выглядит самоубийственной.

– Значит, ты отказываешься? – решила Лидия, выслушав эмоциональный монолог.

– Если все так есть, как я вижу, то конечно.

– А теперь послушай меня, дорогой. – Лидия криво ухмыльнулась. – Пока ты носился с идеей ополчения имени Минина и Пожарского, я не сидела сложа руки. Мы создали диверсионный отряд из бывших ветеранов войны и спецназа. Где они, как выглядят и чем занимаются, никто не знает. Но я тебе гарантирую, что наши враги, а также партнеры спать спокойно не смогут, а скоро еще и перегрызутся между собой. Говорю тебе, потому что доверяю и считаю, что ты просто обязан принять наше предложение, если тебе хочется сохранить наш островок стабильности в этом быстроменяющемся мире. Хочется же?

Она застала Андрея врасплох.

– У меня будут вооруженные люди в подчинении?

– Конечно. Если ты думаешь, что я готова разбрасываться такими людьми, то ошибаешься. – Лидия смело посмотрела Андрею в глаза.

– Но про тех, кого я видел на дороге, вы не знали. Они наблюдали за анклавом, причем в упор и безнаказанно.

– Примем к сведению. В следующий раз их ждет сюрприз. А ты пока не ходи по железке, чтобы тебя с ними не спутали. Кстати, как дела в городе?

– Нормально. Люди живут в счастливом неведении относительно происходящего и свято верят, что вы их не бросите.

– Удивительное дело, почти никто не приходит к нам и не просит дать заработать. Они думают, что запасы продуктов бесконечны? Теперь их можно не производить?

– Не знаю, что они думают, мне их мысли непостижимы.

– У нас осталось три старых грузовика на ходу, которые продержатся еще пару недель. После этого мы перестанем снабжать город.

– Что делать горожанам?

– А ты как думаешь? Мне просто интересно, как работает логика населения.

– Я бы пошел искать заработок, – предположил Андрей.

– Они сами до этого дойдут или придется клеить объявления на подъезды об имеющихся вакансиях?

– Придется клеить. – Андрей выбрал наиболее вероятный вариант. – Они настолько привыкли считать себя пострадавшими, что мысль о работе им просто не приходит. Им все обязаны, потому что у них нет воды, света и интернета.

– Была бы я чуть кровожаднее, хотела бы довести их до состояния, чтобы они начали есть друг друга. Хорошо, что я не такая и понимаю, что не надо желать другому того, чего не хочешь себе. Поэтому, когда сломается последняя машина, мы вывесим вакансии, которыми ты, разъезжая по окрестным селам, сможешь их обеспечить. Ты же мечтал заботиться об этих людях? – Лидия ловко подвела Андрея к еще одной причине принять ее предложение.

– А ты умеешь манипулировать людьми, – усмехнулся Андрей.

– Ну вот ты перешел на «ты». Это тоже моя заслуга?

– Видимо. С чего надо начинать?

– Это мы обсудим коллегиально. – Лидия пригласила его в кабинет.

Там было накурено. На столе стояла большая бутылка виски. Возле «начальников» стояли бокалы с налитым напитком. Видно, что они серьезно относились к обсуждению насущных проблем. Андрей не выдал своих чувств, наблюдая неуместное сибаритство.

Во главе стола сидел крупный мужчина, который в прошлый раз поддержал идею Андрея. Он коротко кивнул. Невидимая до сего момента женщина откуда-то появилась и налила в чистый бокал виски для Андрея.

– Сегодня у нас поминки. Сорок дней, как погибли наши люди. Царствие им небесное.

Отказываться было неудобно, в первую очередь перед покойными. Андрей взял в руки бокал.

– Царствие им небесное. – Сделал небольшой глоток и поставил бокал.

Краем глаза обратил внимание, как смутилась Лидия. Видимо, поминали в том числе и ее погибшего мужа. Напиток был приятным, мягким и ароматным. Голодный желудок тут же отреагировал урчанием, выпрашивая еды.

– Лидия посвятила тебя в наши планы? – спросил крупный мужчина.

Андрей силился вспомнить, где видел его до начала эпидемии, и вдруг вспомнил. Это был заместитель мэра по какой-то части. Андрей был очень далек от городского начальства и знал только губернатора и мэра, которых в анклаве не было. Это ему еще раньше показалось странным, но он забывал поинтересоваться об этом у Лидии.

– Да, она сказала, что вы видите меня в должности министра иностранных дел, – попытался пошутить Андрей.

– Именно так. Ты часто бываешь за забором, знаешь, чем живет народ, и сам из их числа, поэтому тебе проще наладить контакты. Между нами и некоторыми другими сторонами, имеющими вес, было подписано соглашение, согласно которому мы делим между собой прилегающие к городу территории. Теперь, когда мы уверены, что из-за некоторых населенных пунктов не разразится конфликт, мы готовы предложить им нашу помощь в обмен на их продукты. Кроме того, мы начали переносить хлебопекарное и мукомольное оборудование ближе к анклаву, чтобы сосредоточить производство в одном месте. Помимо этого, готовимся открыть большую линию холодного копчения, вяления мяса и консервной линии для изготовления тушенок. Кроме защиты, мы готовы продавать крестьянам готовые продукты и рассчитываться ими с горожанами за работу. Тебе надо создать коммуникативные цепочки между всеми участниками процесса. Ты готов?

– Если все подписанты вашего договора готовы выполнять его, то я готов. – Алкоголь ударил в мозг, упростив картину мира и придав решительности.

– Отлично. Думаю, мы сработаемся и получим от совместной деятельности кучу всего полезного. Кстати, птичка на хвосте принесла, что в вашем районе были кровавые разборки не без твоего участия. – Заместитель мэра лукаво посмотрел на Андрея. – Ты очень решительный парень.

Андрей сразу же протрезвел. Ему стало понятно, что в городе среди населения имелись осведомители, каким-то образом докладывающие в анклав обо всем.

– Сложные времена требуют сложных поступков. – Он взял бокал и сделал большой глоток.

– Нам как раз и нужен человек, не сомневающийся в сложные моменты. – Зам поднял бокал и отпил, как будто чествуя Андрея.

Его коллеги повторили за ним. Сложилось ощущение какого-то посвящения в избранные. Андрея это немного смутило. Он сделал еще один глоток, не почувствовав вкуса напитка.

– Хотели бы дать тебе выходной, но дела не требуют отлагательств. Подожди, пожалуйста, в коридоре, пока мы посовещаемся, – попросил заместитель мэра.

«Невидимая» женщина открыла дверь, предлагая Андрею проследовать на выход.

– Хорошо, мне будет нужен от вас четкий план, – произнес он и направился к выходу.

В дверях бросил взгляд в сторону Лидии. Она удовлетворенно улыбнулась и послала ему одобрительный взгляд. Два чувства одновременно овладели Андреем. Одно, что он приобрел какой-то вес, а второе, что потерял свободу.