Текст книги "Кондор"
![](/books_files/covers/thumbs_240/kondor-5047.jpg)
Автор книги: Сергей Семенов
Жанр: Боевая фантастика, Фантастика
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 23 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
6
… Кто-то положил ему на лоб холодную влажную тряпку. Кондор очнулся от забытья и открыл глаза. Над его постелью склонилась По, а рядом стоят двое слуг и с беспокойством на него смотрят. Вероятно, они прибежали на шум и перенесли его назад в постель.
– Как вы себя чувствуете, мой герой? – с нежной улыбкой спросила По, увидев, что князь пришел в себя.
Кондор на минуту закрыл глаза, прислушиваясь к своим ощущениям.
– Голова болит… немного. А в общем значительно лучше, – ответил он наконец.
– Мы нашли вас лежащим в беспамятстве посреди комнаты, рядом с телом Инуша. А потом увидели в углу… – княжна По сглотнула, словно у нее что-то застряло в горле, и продолжала: —…увидели Инуша, живого, бормочущего что-то о его последнем часе. Кажется, он сошел с ума, когда увидел себя… – По замолчала, понимая, что несет бред. Впрочем, Кондору это бредом не показалось. Он видел все собственными глазами, хотя поверить в происходящее мог с большим трудом.
– Не мучьте себя, – улыбнулся Кондор. – Я знаю, что произошло, но будь я проклят, если понимаю, кто дрался со мной в этой комнате.
– Мы тоже. Арсон пытался допросить Инуша, но он не в состоянии отвечать на вопросы.
– Неудивительно, – отозвался Кондор. – Сколько дней я уже лежу здесь?
– Дней? – улыбнулась По. – Мой милый князь, не прошло и шести часов, как вас принесли в комнату, вытащив из груди обломок стрелы. Сейчас вечер.
– Значит, колдовство, – проговорил словно бы про себя Кондор.
– Что? – не поняла княжна.
– Я говорю… Вы мои раны видели?
– Конечно.
– Вам не кажется, что они зажили СЛИШКОМ быстро?
– Тултудон – искуснейший лекарь, вы сами как-то говорили это. Он много раз вытаскивал вашего отца из лап смерти. Теперь настала ваша очередь быть благодарным ему.
– Возможно, вы правы, – согласился Кондор. – Где сам Тултудон?
– Готовит новые целебные мази взамен старых, – ответила По.
– Они отвратительно пахнут, – пожаловался князь.
– Я знаю, мой господин, но именно этим мазям вы обязаны столь быстрым исцелением. – Княжна уговаривала князя, словно малолетнего ребенка.
Кондор обреченно вздохнул, благодарно улыбаясь своей невесте, так бережно ухаживающей за ним.
– Я напугал вас? – спросил он, мысленно проводя рукой по ее нежной щеке. К сожалению, до свадьбы он не мог позволить себе большего. По крайней мере, в присутствии посторонних.
– Дважды за день я едва не потеряла вас, – ответила По. – Прошу, не нужно больше так поступать со мной.
– К сожалению, это зависит не от меня. Князь Крейд жаждет моей смерти, хотя я и не пойму причину столь неожиданной агрессии.
– Вы думаете, Инуш, что пытался убить вас, послан Крейдом?
– Про него и его земли ходит много разных слухов. Говорят, он настоящий колдун, населил леса вокруг своего замка всякой хищной нечистью и убивает любого, кто вторгнется в его владения. Я слышал, крестьяне боятся забредать на территорию его княжества. Поэтому отвечаю на ваш вопрос: да, думаю, Инуш послан именно Крейдом. Другой вопрос – откуда взялся этот Инуш, если наш оказался на месте. Но я намерен обязательно выяснить это.
Кондор решительно приподнялся на кровати, переведя взгляд на слуг:
– Принесите мою одежду. Немедленно.
– Куда вы? – обеспокоенно спросила По, пытаясь уложить князя назад в постель.
– Мне надо встретиться с Арсоном. Немедленно!
– Не уверена, что он сейчас в состоянии… – с сомнением проговорила молодая княжна. – Он несколько… расслабился, ожидая вашего пробуждения.
– Ничего, Арсон может действовать, находясь в любом состоянии. Иначе он не был бы моим гард-рыцарем, – с усмешкой сказал Кондор, понимая, куда клонит По. И он не ошибся. Арсон Хлетт Виллоч, первый гард-рыцарь княжества Гритты и рек Зеленой долины, капитан личной гвардии Кондора и просто его хороший друг, ожидая, когда раненый очнется и с ним можно будет поговорить о том, что тревожило их обоих, решил провести время, так сказать, с пользой. Когда Кондор, одевшись и приведя себя в порядок, спустился в тронный зал, его взору предстала немало позабавившая его картина: Арсон наполовину лежал, наполовину сидел в Державном кресле Кондора, запрокинув ноги на край стола, так что острые шпоры его сапог глубоко вонзились в деревянную поверхность, не давая ногам соскользнуть на пол, а в руке крепко сжимал пустой серебряный кубок. Уронив голову на грудь и приоткрыв рот, Арсон спал. Он, без сомнения, был мертвецки пьян. Если бы подобное попробовал сотворить кто-либо другой из свиты Кондора, князь пришел бы в ярость, однако на Арсона его гнев не распространялся.
С раннего детства Кондор и Арсон были неразлучны, словно родные братья. Вместе они учились в Храме Священного Воина при Верховном Епискалите Свободных земель, вместе после посвящения в рыцари отправились на поиски приключений. Судьба забрасывала их в разные страны, лежащие за пределами Свободных земель. За это время они пережили массу любовных романов, трижды побывали в тюрьме, каждый раз предпринимая весьма удачный побег, совершили трехмесячное плавание по морю и поучаствовали в двух войнах, ведущихся Епискалитом. Там же, спасая жизнь Кондору, Арсон потерял кисть левой руки, после чего Кондор решил наконец вернуться домой.
К моменту их возвращения чума уже опустошила Зеленую долину, не щадя ни взрослых, ни детей, убивая с одинаковой яростью и немощных стариков, и здоровых мужчин. Не обошла старуха с косой и замок Игреев. Черная смерть не выбирала. Она пожрала всех отпрысков великого рода, забрала отца, мать, сестру, теток, оставив лишь самого Кондора, вернувшегося домой, когда пепел тысяч погребальных костров уже развеяли ветры и прибили к земле ледяные дожди. Ему ничего не оставалось, как послать уведомление Верховному Епискалиту о том, что он берет под свою руку княжество Гритты как единственный наследник рода Игреев и, получив его письменное благословение, вступить в право владения землями. Таким образом, Кондор стал одним из самых молодых правителей Свободных земель, а Арсон его гард-рыцарем и капитаном личной гвардии. Фактически, отучившись в Храме Священного Воина и получив звание Епискального рыцаря, Арсон мог подавать прошение на владение собственными землями, но его привязанность к Кондору оказалась сильнее собственных интересов, тем более что на занимаемой должности он был его правой рукой и первым человеком при дворе. А первый человек при дворе мог многое себе позволить. Даже вот так бесцеремонно развалиться в кресле князя, налакавшись в стельку.
Кондор осторожно обошел спящего, затем потормошил его за плечо.
– Вставай, соня, – словно разговаривая с ребенком, произнес он. Никакого ответа не последовало. Но Кондор не собирался сдаваться так быстро. – Арсон Виллоч, немедленно встать, – гаркнул он на ухо другу, да так громко, что перепугал прислугу на кухне. Подействовало.
Арсон звучно хрюкнул во сне и открыл глаза.
– А-а, Кондор, – промямлил он. – А я тебя здесь дожидаюсь. Устал жутко. Вот заснул.
На людях Арсон всегда обращался к князю, как подобает гард-рыцарю, стоящему ниже на иерархической лестнице, а именно – «мой господин». Но наедине они снова становились просто друзьями, Ар-соном и Кондором.
– Ага, я вижу. Кувшин вина ты осушил, дабы не было скучно?
– Точно. – Арсон икнул. Когда он перебирал с хмельными напитками, у него иногда случались приступы икоты. Подчас он икал даже во сне, что всегда безумно веселило его друзей. – Ты извини, я тут пьяный… ик, в твоем кресле… ик, но слишком уж ты дол… ик, долго… ик, ик, долго ты добирался сюда… ик… – Арсон мучительно скривился и пошарил глазами сначала по столу, потом под ним. Поняв без лишних слов, что ищет друг, Кондор отошел к стене, где стоял бочонок с водой, и, зачерпнув полный черпак, поднес его Арсону.
– О! – многозначительно произнес тот и принялся пить. Сделав десяток глубоких глотков, он перестал икать и вылил остатки воды себе на голову, намочив при этом не только свою одежду, но и Державное кресло под собой.
– Ты настоящая свинья, – беззлобно прокомментировал увиденное Кондор.
– Прошу прощения, – пробормотал Арсон, вытирая лицо рукавом. – Так вот, когда я понял, что допросить Инуша мне не удастся по причине его временного помешательства, а ты бессовестно дрыхнешь в своей постели, то сразу понял, насколько может затянуться ожидание. – Голос друга становился все более чистым и ровным. Арсон умел чрезвычайно быстро трезветь. Как ему это удавалось, не мог понять никто. – Вот и расслабился чуток.
– Даже не чуток, я бы сказал, – заметил князь, усаживаясь на место Арсона, расположенное по правую руку от Державного кресла.
– Ты садишься на мое место, – предупредил гард-рыцарь.
– Но мое-то занято, – возразил Кондор. Арсон согласно кивнул, но намека не понял и продолжал:
– Как я вижу, ты жив, и, кажется, неплохо себя чувствуешь. Я рад. Давай отметим это! – Арсон поднял пустой черпак, все еще зажатый в руке вместо кубка.
– Полагаю, с тебя на сегодня хватит. Не забывай, мы на пороге войны и нужно быть готовыми к началу боевых действий, а ты сейчас и меч поднять не в состоянии, не то что вспороть врагу брюхо.
– Я?! Не смогу?! Да я в прекрасной форме! – Арсон попытался встать, но, по всей видимости, умение быстро трезветь на этот раз подвело его и вино, пропитавшее голову, сделало ее тяжелее ног. Потеряв равновесие, гард-рыцарь вновь опустился в кресло. – Ой, кажется, я не выспался, – растерянно пробормотал он. Кондор расхохотался. Арсон засмеялся вслед за ним.
– Ладно, вояка, – наконец сказал князь. – Ты лучше ответь, что происходит в моем княжестве, пока я, словно беспомощный младенец, валяюсь в постели.
– Я усилил сторожевые посты на границе с Силдоном Крейдом и удвоил их количество, – довольно трезвым тоном отрапортовал Арсон, не предпринимая, впрочем, повторных попыток подняться. – Думаю, так мы сможем предотвратить проникновение его шпионов и убийц, хотя, конечно, случай с Инушем доказал, что всего мы предусмотреть просто не в состоянии. И еще, прости, я взял на себя смелость собрать Рыцарский Совет.
– Что решили? – Вопрос был риторическим. Кондор знал ответ.
– Последнее слово за тобой, Кондор, но рыцари единогласно проголосовали за начало войны. Крейд не объявлял о начале боевых действий против нашего княжества, но его утренняя выходка достаточно красноречиво показала, чего он добивается. И полагаю, он должен получить это.
– Хорошо, согласен с тобой. – Кондор был удовлетворен работой своего гард-рыцаря. – Мы готовы?
– Мы имеем в своем распоряжении почти тысячу солдат, еще тысяча – полторы стянутся завтра к утру из фортов на востоке и юге Гритты. Немного ополченцев, но на них надежды мало, в бою они не принесут пользы, разве что массой. Но я никогда не любил бессмысленных жертв. И еще княжна По уговорила меня послать гонца к своему отцу. Помнится, он обещал свадебный подарок. Пускай это будут люди из его армии. Сколько сможет выделить. Гонец вернулся около… интересно, сколько я уже тут сплю? Ну, не столь важно. Шидрон Рандай обещал полторы тысячи немедленно и еще две в случае необходимости. Учитывая расстояние между нашими княжествами, думаю, завтра утром мы будем готовы.
– Хорошо. Воины князя Рандая очень помогут нам в предстоящей битве. Мы раздавим Крейда, как таракана.
– Аминь, – согласился с ним Арсон.
Кондор подошел к окну и ударом ладони распахнул тяжелые деревянные ставни, впуская в помещение поток свежего вечернего воздуха, приятно холодящего кожу. Уставшее от долгого летнего дня сонное солнце опустилось почти до самой земли, прячась на ночлег среди острозубых гор и едва освещая ласковыми лучами Зеленую долину и замок Игреев, стоящий в этой долине на высоком холме, в окружении неприступных крепостных стен. А высоко в небе ветер гнал по бескрайнему голубому полю белые облачка. Все вокруг казалось спокойным и безмятежным. Но что-то тревожило Кондора. Что-то, чего он не мог определить.
Взглянув на алый солнечный диск, все ниже опускающийся за горы, он вздохнул и тихо прошептал:
– Солнце, заходящее в красном. Плохой знак для битвы.
– А? – переспросил Арсон, решив, что друг обращается к нему.
Кондор отвернулся от окна.
– Сегодня закат цвета крови, – сказал он.
– Крови? – переспросил Арсон. Кондор промолчал.
7
Следователь Виталий Чищерин, коллега Михаила и хороший знакомый Артема, не стал задерживать его надолго. Быстро сняв показания, он позволил Артему покинуть место происшествия, немало удивившись ловкости, с какой тот расправился с близнецами. Поначалу у следователя даже возникли некоторые сомнения, но пришедший в себя Михаил подтвердил каждое слово брата, после чего снова потерял сознание и был отвезен в ближайшую больницу. Артем отправился следом, но, удостоверившись, что брат попал в надежные руки, поспешил покинуть палату.
Возвращаться в свою квартиру, пропитанную запахом смерти, желания пока не возникало, и он недолго думая напросился в гости к Сергею. Это оказалось несложно, учитывая шок, который тот испытал, узнав о произошедшем.
На следующее утро Артем проснулся, когда Сергей уже уехал в редакцию. Вялость и слабость исчезли, однако спать хотелось так же сильно, как и вчера, словно он не спал вовсе. Вполне вероятно, сказывалось остаточное действие транквилизаторов, которыми напичкал его Сергей. Вечером, переживая случившееся, Артем долго не мог заснуть, нервно расхаживая по комнате, что в конце концов надоело Сергею. К счастью, а может как раз наоборот, его соседом по лестничной площадке был медбрат, который и посоветовал, чем можно успокоить чересчур возбужденного друга. Но, даже наглотавшись успокоительных, Артем сумел задремать лишь к трем часам ночи. Вчерашнее происшествие не выходило у него из головы. Когда ты не можешь найти ни одной достаточно веской причины, по которой два незнакомых человека вдруг являются, чтобы вспороть тебе брюхо, спится плохо. Да еще если ты понимаешь, что мечи, которыми тебя пытались выпотрошить, ты уже видел. Во сне. В руках воинов, сопровождавших гард-рыцаря Силдона Крейда. Уверенность в том, что он не ошибается, что между его сновидениями и событиями, происходящими в реальности, существует какая-то связь, крепла у Артема с каждой минутой. Что-то тут было не так. Что-то происходило. Не только вокруг него, но и с ним самим. Разве мог он, человек, не служивший в армии, дравшийся всего один раз в жизни, в детстве, да и то с девчонкой, так виртуозно уложить двух профессионалов их же оружием? Даже внезапная болезнь казалась ему теперь странной и необъяснимой. Словно неотъемлемое звено в некой цепочке событий. Болезнь, сны, нападение. И трое суток словно вычеркнуты из его жизни. Единственное напоминание – трехдневная черная поросль на лице, которую он собирался сбрить сегодня утром.
Размышляя над этим, Артем встал с постели, задумчиво провел рукой по щеке и замер, не веря собственным ощущениям. Вчерашняя густая щетина (а борода у него всегда росла как на дрожжах) теперь отсутствовала. Просто – была, и нет ее. Не доверяя рукам, Артем бросился к ближайшему зеркалу, висевшему в прихожей, и потрясенно замер, глядя на свое отражение.
В зеркале отражался другой человек. Нет, в общем это все еще был он – Артем Ливагин, высокий шатен с карими глазами, резкими чертами лица и греческим носом, которым он всегда очень гордился. Но даже если друзья и знакомые и не заметили бы перемены, уж сам-то себя он знал до малейшей черточки. И сейчас его внутренний голос надрывно кричал, что это не совсем то лицо, чужое. По крайней мере, два отличия бросились в глаза сразу, для этого не нужно было сверяться с фотографией. Во-первых, Артем никогда не носил такой короткой прически под ежика. Этот стиль был не в его вкусе. А во-вторых, бриться ему теперь действительно не имело смысла. Кожа его лица была гладкая, как у младенца. Да-да, не просто гладко выбритая, а именно чистая, будто волосы на этой части тела не должны были расти вовсе. Эпиляцию ему, что ли, провели, пока он спал? Что за шутки?! Хотя о каких шутках могла идти речь, когда вместе с предполагаемой трехдневной щетиной пропал и шрам на подбородке, оставшийся на память о бурной студенческой жизни! И еще он вроде бы немного раздался в плечах, да и мышцы теперь выпирали чуть рельефнее, чем несколько дней назад. Учитывая, что в тренажерный зал он уже и дорогу позабыл, это казалось весьма странным.
Артем потряс головой, прогоняя назойливый мираж. Когда же это не помогло, провел руками по коротким волосам, ощущая под пальцами упругий «ежик», затем потер лицо, чтобы еще раз убедиться в том, что щетины в самом деле нет, сжал и разжал в локте руку, наблюдая, как под кожей вздуваются округлые бугорки мышц. Зеркало не лгало, если, конечно, оно не вошло в тайный сговор неизвестно с кем. Артем изменился. Изменился не сильно, но вполне достаточно, чтобы запаниковать. Может, самое время обратиться к психиатру? И чем быстрее, тем лучше? Кажется, он сходит с ума!
Пронзительный телефонный звонок вывел Артема из транса. Непроизвольно оглядываясь на свое отражение в зеркале, он заставил себя пройти в комнату и взять трубку.
– Слушаю, – пытаясь унять проступающую в голосе дрожь, произнес он, надеясь, что это окажется Сергей. Ему очень нужна была сейчас поддержка друга. Кого-то, кто скажет, что он не сошел с ума. Но звонил не Сергей.
– Артем? – раздался в трубке женский голос. Знакомый голос, но Артем никак не мог сообразить чей. Может быть, это Светлана? Вчера вечером она, узнав о происшествии, позвонила, пообещала зайти, но так и не пришла. Наверное, появились какие-то неотложные дела. Может, решила позвонить еще раз и зайти?
– Это Анна, узнал? – спросил голос.
– Анна… – протянул Артем. После всего, что случилось, думалось плохо.
– Анна Разавская, – напомнил голос. – У тебя же вроде нет амнезии. Или грипп дал осложнение на голову?
– Нет, конечно, я узнал тебя, Анюта. Просто я, кажется, еще не совсем проснулся. Привет, леди-босс. Анна негромко рассмеялась.
– Как ты сегодня себя чувствуешь, герой?
– Неплохо. Сейчас определяю степень своего сумасшествия. В остальном у меня все прекрасно, только вот хроническое недосыпание достало. Может, от этого и крыша едет.
– Бурные ночи?
– Ничего подобного. В постельку сразу после программы «Спокойной ночи, малыши».
В трубке вновь раздался легкий смешок. Затем голос посерьезнел:
– Я ведь не просто так поболтать решила.
– Понял, не дурак, – отозвался Артем.
– Если не дурак, тогда слушай. Моя машина стоит у твоего подъезда. Одевайся и спускайся вниз.
– Зачем? – удивился Артем.
– Мои ребята видели твоих близняшек.
– Я их тоже видел.
– Ты не понял. Они видели их сегодня ночью.
Артему показалось, что он ослышался. Такого просто не могло быть! Он убил их, убил собственными руками! Не бессмертные же они, в конце концов?!
– Как «сегодня»? Где? – проглатывая волнение, выдохнул Артем.
– Ответила бы я тебе в рифму, да грубить не хочется, – отозвалась Анна.
– Может, позвонить в милицию?
– Ты полагаешь, они сделают что-нибудь? Ну приедут, посмотрят и снова уедут. Мы не на Западе, милый, программа защиты свидетелей у нас пока еще в зародышевой форме.
– А у тебя есть другое решение?
– Спускайся вниз, по дороге все обсудим.
Наученный горьким опытом последних дней, Артем не стал раздумывать долго. События закручивались в тугой вихрь, и он, по непонятной пока причине, оказался в самом эпицентре этого безумного действа.
– Уже иду, – отозвался он, соображая, куда бросил свою куртку.
8
Фетин вошел в комнату и, не говоря ни слова, сел за стол рядом с ужинающим Эртрузом. Тот, искоса взглянув на него, спокойно продолжал есть, негромко чавкая. Ну и самообладание! Фетин возмущенно фыркнул.
– Ты вообще в курсе, что Силдон вернулся?
– Конечно, – ответил Эртруз и протянул руку к кувшину с вином.
– А ты в курсе, что он наслышал о твоих «подвигах»? – не унимался Фетин.
– Еще бы, – все так же невозмутимо ответил собеседник. Вино тонкой струйкой полилось в кубок, переливаясь рубиновым цветом в лучах солнца.
Фетин почувствовал, что эта невозмутимость начинает его злить.
– Послушай, тебе не кажется, что настало время придумать пару оправданий? – запальчиво проговорил он.
– Мы с Силдоном знакомы уже одиннадцать лет. Мы доверяем друг другу как братья, – высокомерно ответил Эртруз, пригубив вино.
Фетин не мог разобрать, он в самом деле совершенно спокоен или только старается казаться таким. Дверь распахнулась, и вошел Силдон Крейд, молчаливый и задумчивый. В такие моменты по его лицу всегда было крайне трудно понять, собирается он карать или миловать собеседника. Впрочем, стоило ему заговорить, как все мгновенно становилось на свои места. Иногда… Одет он был как-то уж слишком по-домашнему: накинутый на голое тело легкий шелковый халат, пушистые домашние тапочки на ногах. Бред, да и только!
– О, кто вернулся! Ты как раз успел к ужину! – радостно произнес Эртруз, но Фетин так и не понял, действительно ли он рад приходу Крейда или попросту подхалимничает, чувствуя свою вину и поджимая хвост, словно трусливый пес.
Крейд улыбнулся и сел за стол напротив Фетина.
– Как у вас здесь дела? – поинтересовался он, откинувшись на спинку стула и сложив руки на груди. Взгляд оценивающий, цепкий, сверлящий. Плохой знак. Похоже, он недоволен, а когда недоволен Крейд… По спине Фетина пробежал холодок.
– Неплохо, – осторожно ответил он и покосился на вновь припавшего к кубку Эртруза.
– Неплохо? – улыбка Силдона стала еще шире. – Неплохо… А я слышал интересную весть, что Кондор все еще отягощает своим присутствием эту грешную землю. – Силдон посмотрел на Эртруза. – Я имею в виду, что Кондор все еще жив. Учитывая сложившуюся ситуацию, не слишком ли ты пассивно себя ведешь, друг мой?
Фетин, не без злорадства, отметил про себя, что Эртруз наконец занервничал.
– Я жду ответа, Эрт, – требовательно произнес Крейд и, взяв со стола кувшин, наполнил вином пустой кубок Фетина.
– Надеюсь, ты позволишь? – вежливо осведомился он.
– Ты же знаешь, я не пью вина, – ответил Фетин.
– А зря. Это не просто вино. Я назвал бы его божественным нектаром, – с улыбкой сказал Силдон. Он взял кубок, одним глотком опустошил его почти до дна, довольно крякнул, поставил кубок на стол и с умилением в голосе изрек: – Да, божественный нектар. У каждого варианта есть свои преимущества и свои недостатки. Явным преимуществом этого варианта является вино. У нас давно забыли, что значит настоящее хорошее вино. Вряд ли в Лиитании найдется достаточно много людей, которые все еще способны понять, что значит вино с легким и свежим, словно морской прибой, букетом. Или вот это, с ярким гранатовым цветом, томным, гармоничным вкусом и фруктовыми тонами. Многие даже не поймут моих слов. Разве я не прав?
– Конечно прав, – поддакнул Фетин, радуясь благодушному настроению Силдона.
– Может, заняться его экспортом? Показать этим дегенератам, что здесь делают лучше, чем у них. – Крейд пытливо посмотрел на Эртруза. Тот продолжал молчать, плотно сжав губы и насупившись. Наконец его молчание надоело Силдону. Давая волю своему гневу, он ударил кулаком по столу, от чего Фетин вздрогнул, а его кубок, весело подпрыгнув, повалился набок. Остатки вина кровавым пятном растеклись по бархатной скатерти. – Что ты, по-твоему, делаешь, Эрт?! – рявкнул князь. – Я жду ответа! Ты что, продался СВБИ?
– Силд, я… я хотел… Я делаю все возможное, – робко пролепетал Эртруз. Они были знакомы с Крей-дом много лет, и Эртруз знал, каков его друг в гневе.
– Ты, по-моему, сильно сдал в последнее время, раз это все, на что ты способен! Простое задание! Даже не приказ – просьба. Я просил тебя, пока я буду в отъезде, разобраться с Кондором. Разобраться быстро и без лишнего шума. Я не просил заходить так далеко. Но ты оказался чересчур инициативным, Эрт. Обычное убийство ты превратил в настоящий цирк. Эффективность твоих действий можно сравнить разве что с разрушением дома путем подкапывания его фундамента чайной ложкой. У нас осталось очень мало времени. Очень! Надеюсь, ты заполучил инкрис?
– Его уничтожили, – ответил гард-рыцарь Крейда.
– Ты уверен в этом? – В голосе Силдона звучало сомнение. Уж слишком часто Эртруз разочаровывал его в последнее время.
– Да.
– А ты выяснил, нет ли еще подобных кристаллов у Кондора?
– В Лиитании нет. Наверно. Но ты ведь знаешь, что, пока синхроны разделены, они ведут себя как последние идиоты! Так как же я, по-твоему, могу это выяснить? – Лицо Эртруза выражало крайнюю степень недоумения.
– Конечно, не можешь. Ты вообще ничего не можешь! Но если произойдет слияние синхронов Ару, может стать уже поздно. Никогда не думал о такой невеселой перспективе?
– А чего ты, собственно, хочешь от меня?! – Эртруз повысил голос, переходя в наступление и стараясь перехватить инициативу в разговоре. – Ты затеял эту игру с Ару, заманил его сюда и, удовлетворенный достигнутым, отправился по своим делам, взвалив всю грязную работу на мои плечи. Не забывай, кто я. Я торговец, а не убийца. Решил затащить Кондора к нам, так затаскивай сам. Легко спрашивать с других.
Все было разыграно как по нотам, однако пока этот кретин продолжает сидеть в своем замке.
– Значит, в твоем плане полно дыр, – заметил Крейд, поднимая опрокинутый кубок и вновь наполняя его вином.
– Есть предложения? Нарушение границ его княжества, покушение. Два покушения. Оба неудачные. – Эртруз скривился, вспоминая свой недавний бой с Кондором Игреем. Неприятный момент его жизни. – Этот кретин совершенно не желает умирать. Цепляется за жизнь, как пустынная колючка. Может, раз уж мы зашли так далеко, стоит просто послать в замок пару «драконов» и спалить его там? Чего, на самом деле, устраивать спектакль? Кого мы здесь пытаемся обмануть?
– Возможных нюхачей Ишрара, – с недовольством, но без напора напомнил Силдон. – У тебя мозги ссыхаются, вот что, – проворчал он.
– Я уже три года живу среди дикарей, – огрызнулся Эртруз. К нему возвращалась его обычная самоуверенность. – Еще немного, и я сам начну думать, как эти крестьяне.
– Ах, какие мы нежные. Ты этих крестьян и в глаза-то никогда не видел, не говоря уже об общении с ними. Сидишь здесь, в четырех стенах, целыми днями. Даже фехтовать толком не научился.
– А куда мне идти? Ты перессорился со всеми князьями, кроме разве что Урута Рандая – с ним ты поссориться просто не успел. Ты озлобил крестьян, а окрестные леса превратил в смертоносные джунгли, кишащие скорпионами и демонами. Отвратительно!
– Может, ты вообще уже жалеешь, что связался со мной?
– Я не то имел в виду.
– Тогда заткни свою пасть и слушай. Мне нужен Кондор. Не через неделю, не через месяц. Он мне нужен немедленно. Для тупых поясняю еще раз – мы не можем убить его, пока он на территории своего графства. Вдолби мои слова в свою тупую башку. Если не желаешь слушать меня, мой юридический советник тебе все объяснит. – Силдон кивнул в сторону Фетина.
– Он прав, Эрт. Используя технологии Лиитании, мы можем убить Кондора при том положении, которое он занимает, только если он первым нападет на нас. Тогда это будет расценено Ишраром как самооборона, – проговорил Фетин.
– Если ты такой умный, сам и займись этим, – огрызнулся Эртруз.
– Я здесь для решения проблем другого порядка, – возразил Фетин.
– Мне кажется, Кондор как раз и является такой проблемой, – едко заметил Эртруз.
– Не думаю, – парировал Фетин.
– Прекратить немедленно! – Силдон прервал словесную перепалку своих компаньонов, одарив обоих злобным взглядом. Он не любил, когда его прерывали. Чтобы не попасть под горячую руку, Фетин поспешно замолчал. Пусть эти двое сами выясняют, кто прав и кто виноват. Крейд вновь обратился к Эртрузу: – У нас очень мало времени. Агенты Ишрара не сидят на месте – наблюдатели уже давно извещены.
– Сам знаю. – Эртруз покосился на присмиревшего Фетина. – Не волнуйся за Кондора. Он придет.
– А как насчет дублей, посланных тобой? Можно спросить, о чем ты думал, когда вооружал их мечами? Убийство в варианте 36887 было нашей страховкой, но ты умудрился завалить и этот план. Мечи! Ну надо же! Как ты собирался убить баскопа мечом?
– Я думал, они быстро расправятся с ним. Он ведь «незавершенный», почти не отличается от человека, – попытался оправдаться Эртруз. На самом деле здесь он был действительно виноват. Поленился проверить технологический уровень, а когда проверил, было уже поздно. Дубли начали действовать автономно.
– Гениально! Он думал! Ты хоть знаешь, на что способен даже «незавершенный» баскоп? Да двух дублей он голыми руками разорвать может.
– Я действительно не ожидал такого от него, – покаянным тоном произнес Эртруз.
– Ну конечно, он не ожидал! Но вооружить своих воинов другим оружием ты мог? Послать людей, вооруженных мечами, против баскопа – это все равно, что напасть на демона, размахивая кухонным ножом. Ты послал новых близняшек?
– Да.
– Надеюсь, не с мечами на сей раз?
– Нет. Я выяснил уровень варианта. Огнестрельное оружие. У нас такого нет, но они постараются заполучить его на месте и применить. Если не выйдет, то воспользуются своим.
– Снова изобретаешь сложные пути решения легкой проблемы? – нахмурился Крейд. – Сначала мечи, теперь пороховые плевалки. Там ведь нас никто не контролирует!
– Фетин посоветовал поступить так, – торопливо сказал Эртруз, кивая на советника.
– Используя местные виды оружия, мы не привлечем к себе внимания наблюдателей, – спокойно пояснил Фетин.
– Если уже не привлекли, когда эти двое пытались совершить покушение, размахивая мечами… – ворчливо проговорил Крейд, но было заметно, что он доволен ответом. – Хоть подстраховались?
– В варианте 36887? – вскинулся Эртруз.
– Ну а где же еще? Не здесь же. Здесь хватит и той каши, которую вы уже заварили.
– Все сделано. Я послал подготовленного тобой «суккуба». Сейчас он уже активирован и ассимилировался, но активных действий не предпринимает. Ему отдан приказ действовать только в случае крайней необходимости, но я думаю, этого не случится. Второй раз промашки не будет. – Эртруз ударил себя в грудь кулаком.
– Никогда не смей недооценивать врага. Ты уже совершил такую ошибку, и она может обойтись нам слишком дорого. Пускай Кондор больше не Кондор, пускай Третья аномалия выпотрошила его память, но даже если он справился с нашими близняшками по чистой случайности, это не делает его менее опасным для нас, пока он жив, – изрек Силдон.
– Не слишком ли ты переоцениваешь его?
– По крайней мере, даже в его нынешнем состоянии мозгов у него больше, чем у тебя, а его тело подготовлено к выживанию в таких условиях, которые нам даже в страшном сне не привидятся. Его «незавершенность» дает нам реальный шанс покончить с ним, но ты не сумел использовать этот шанс. – Крейд встал из-за стола и подошел к стене с висящими на ней мечами. Силдон считался одним из искуснейших фехтовальщиков Лиитании, и здесь были выставлены лучшие клинки из его огромной коллекции, собранной за долгие годы. Блуждающий взгляд князя остановился на огромном двуручном мече. Это оружие он забрал шесть лет назад как трофей из закостеневшей руки князя Ориттона. Сильный был старик. Большинство его воинов умерло во время эпидемии чумы, но самого князя не коснулась эта чудовищная болезнь, и Крейду пришлось собственноручно убить старика, не пожелавшего добровольно покинуть замок. В честном бою, один на один, Силдон получил прекрасное дополнение к своей коллекции, а вместе с ним и все земли рода Ориттонов. Сейчас, глядя на древнее оружие, принадлежавшее в свое время многим великим воинам, Силдон вновь вспомнил то почти забытое чувство, возникающее лишь в бою, когда видишь перед собой лицо противника – испуганное или хладнокровное, изуродованное яростью или искаженное болью. Запах человеческих тел, соленый вкус пота, смешанного с кровью, звон сошедшихся клинков. Песня битвы. Момент истины. Квинтэссенция жизни и смерти. Вот ради чего стоит родиться и умереть. Ради чего он уже шесть лет торчит здесь и практически вжился в образ местного князя.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?