Читать книгу "Берег суровых штормов"

Его мысли командира спецназа бежали по проторенной колее: оценка местности, возможности укрытия, пути отхода. Этот зеленый океан под крылом был для него не столько символом России, сколько полигоном для учений. Он любой ландшафт оценивал прежде всего с точки зрения ведения боевых действий, а не красоты природы: вот этот камень, вот эта речка, за которой можно закрепиться.

Он мысленно пробегал по лицам своих бойцов, спавших сейчас в креслах или молча смотревших в окна. С ними ему предстоит выполнить задание в Тихом океане, там, где проводятся американо-британско-австралийские военно-морские учения.

Андрей снова взглянул в иллюминатор. Тайга уступала место скалистому побережью Японского моря. Вода, пронзительно-синяя, подернутая легкой рябью, уходила к горизонту. Где-то там, за этой линией, уже маневрировали корабли. Пора было переводить часы на местное время…

Глава 2

28 июля 1979 года. Тихий океан. Архипелаг Каролинские острова

Вертолетная площадка на корме «Адмирала Сенявина» быстро удалялась. Противолодочный КА-27 по широкой дуге ушел к острову Северный Матибу. Спецназовцы группы, с зачехленными автоматами и транспортными баулами со снаряжением и боеприпасами, смотрели в иллюминаторы вертолета. Никто из них, да и сам майор Давыдов, не бывали на тихоокеанских островах, хотя экзотики повидали: многие были и в Африке, и в Заполярье, и на Ближнем Востоке. Сбоку по курсу вертолета появились очертания американского эсминца «Гарвей». Спецназовцы на борту вертолета нахмурились, увидев, как следом за советским вертолетом двинулись направляющие зенитных ракет эсминца. Американцы отрабатывали учебные задачи низколетящей воздушной цели вероятного противника. Задача явно учебная, но у каждого по спине пробежал холодок – очень неприятно осознавать себя целью, тем более что ты сейчас, как и вся винтокрылая машина, беззащитен перед этой угрозой. «Система вертикального пуска Mk41 с сорока восьмью пусковыми ячейками, – машинально вспомнил Давыдов описание вооружения американских судов. – Ячейка может вмещать зенитную ракету RIM-66 Standard 2 или 4 ракеты самообороны ESSM».

Разгоняя воду по поверхности, вертолет завис на несколько секунд над бухтой, а потом пошел к берегу. Бухта представляла собой почти идеальный полумесяц из черного вулканического песка, врезавшийся в скалистый берег. Вода у побережья была неестественно прозрачной, сквозь бирюзовую толщу виднелось темное, усыпанное валунами дно. С двух сторон бухту замыкали обсыпавшиеся, изъеденные ветрами утесы, поросшие колючим кустарником, а с третьей – поднимались зубьями черные скалы, подернутые утренней дымкой. Вертолет завис над кромкой песка, подняв вихрь черной пыли и мелкой гальки. Шестеро крепких, подтянутых мужчин в простой советской полевой форме, без знаков различия, быстро и слаженно выпрыгнули на землю, пригнувшись под винтом. Десантники подняли тюки со снаряжением. Давыдов увидел направлявшихся к ним людей и сделал знак пилотам, что можно улетать. Воздух был влажным и густым, пахло солью, серой и прелыми водорослями. Тишину, нарушаемую лишь размеренным шумом прибоя и криками чаек, беспокоил только удаляющийся гул вертолета.

К прибывшей группе по песку быстрым, уверенным шагом подошел высокий, спортивного сложения мужчина в камуфляже woodland[2]2
  Woodland – стандартный камуфляжный рисунок, применявшийся Вооруженными силами США с 1978 года. Это четырехцветный контрастный деформирующий рисунок с нерегулярными пятнами песочного, коричневого, зеленого и черного цветов.


[Закрыть] и с зеленым беретом на голове. Его лицо с резкими чертами было серьезным, но во взгляде читалось неподдельное любопытство и уважение. Зеленые береты, коллеги, значит, понял Давыдов, глядя на характерные для американцев головные уборы. Старший остановился перед советскими спецназовцами, окинул их взглядом, оценивая их выправку и собранность, а затем четко, с легким акцентом, но на удивление понятно произнес по-русски:

– Капитан Пол Ньюман, коммандос сил специального назначения Армии США. Добро пожаловать на учения «Голубая стрела». Рад видеть вас здесь.

Американец не стал протягивать руку для рукопожатия, зная, что советские офицеры, возможно, не станут на него отвечать, но в знак уважения коротко кивнул. В его приветствии не было ни тени насмешки, лишь суровая профессиональная солидарность солдат, оказавшихся по одну сторону в гипотетической войне с террором. Но Давыдов, повинуясь какому-то толчку интуиции, решительно протянул руку для пожатия и представился в ответ:

– Майор Андрей Давыдов, командир группы спецназа Советской армии.

Он умышленно опустил важную часть в своем представлении. Правильнее было бы сказать, что они спецназ военной разведки Советской армии. Но сейчас это прозвучало бы неправильно. Ньюман еще раз кивнул и пожал руку советскому офицеру. Откуда Ньюман так хорошо владеет русским языком, сразу интересоваться не стоило. Да и вряд ли к советским спецназовцам приставили бы другого человека. Сейчас предстояло решить организационные вопросы, а уж все остальное можно оставить и на потом.