Текст книги "Русская рулетка"
![](/books_files/covers/thumbs_240/russkaya-ruletka-65484.jpg)
Автор книги: Сергей Зверев
Жанр: Боевики: Прочее, Боевики
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 24 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
Глава 7
– Что там у вас приключилось?
– Я же говорю, Константин Петрович, драка!
– Конкретно?
– Один из гостей перепил и начал буянить.
Панфилов решительно встал из-за стола и направился к двери. Тележурналистка мгновенно затушила недокуренную сигарету и вскочила с дивана.
– Я с вами.
«Репортеры – профессия специфическая, хлебом не корми, дай только поприсутствовать при каком-нибудь скандале, а если это еще сопровождается мордобитием, да рядом видеокамера... И откуда она только взялась, эта столичная дамочка? Кто ее приглашал? Надо будет выяснить это у Мурашко, но потом...» – подумал Константин.
– Надеюсь, ваш оператор ничего не успел снять, – бросил Константин, спускаясь по лестнице.
– Надеюсь, успел, – парировала Филатова.
Внизу, в игорном зале, никаких видимых глазу перемен не произошло. Гости, потягивая шампанское и коньяк, группами стояли у игральных столов, прогуливались в проходах, разговаривали, смеялись. За несколькими столами шла игра. Особенно много было желающих испытать свою удачу в рулетку.
Выделялась одна пара: дама в серебристом вечернем платье на тонких бретельках с гроздьями золотых цепочек на шее, ухоженная, красивая брюнетка лет тридцати, и ее спутник – полный, седоволосый, лет шестидесяти. Они азартно ставили на «двадцать одно» и раз за разом проигрывали.
Панфилов, остановившись на ступеньках, внимательно осмотрел зал и с недоумением обратился к сопровождавшему его администратору:
– Леня, где, какая драка?..
Тот непонимающе пожал плечами.
– Не знаю, только что была. Я сразу к вам кинулся, Константин Петрович. Вон там, возле стола с рулеткой. Там был один молодой человек, но сейчас... Но сейчас я его не вижу.
Панфилов заметил, как к нему, лавируя между гостями, направляется начальник службы охраны казино. Высокий, широкоплечий молодой человек в строгом черном костюме с темными коротко стриженными волосами. Игорь Надеждин – а именно так звали начальника службы безопасности казино «Золотой дукат» – пришел из охранного агентства «Витязь». Оттуда же, из «Витязя», вместе с Надеждиным пришли на работу в казино пятеро охранников: тренированных, хорошо подготовленных ребят, отслуживших срочную.
С Надеждиным Константин познакомился недавно, но руководитель охранного агентства «Витязь» дал Игорю отличную рекомендацию. С ребятами из этого охранного предприятия работал трагически погибший начальник службы безопасности фирмы «Лидер», близкий друг Панфилова Владимир Семенков. Именно с их профессиональной помощью удалось докопаться до причин происшествий, взбудораживших Запрудный несколько месяцев назад.
– Есть разговор, Константин Петрович, – сказал Надеждин, подходя к Панфилову. – У нас произошел неприятный случай.
– Теперь все в порядке?
– Да.
– Поднимемся наверх.
Уже шагая по лестнице, Панфилов обернулся к Филатовой:
– Надеюсь, телевидение не станет возражать, если мы с моим сотрудником поговорим без протокола?
– То есть без моего участия?
– Да.
– Разумеется. Что может сделать слабая женщина?
Тележурналистка разочарованно отвернулась.
– Мы потом еще поговорим с вами, – добавил Панфилов, словно извиняясь.
Но она уже не слышала его, спускаясь в игорный зал.
Панфилов и Надеждин вернулись в кабинет администратора, и здесь главный секьюрити рассказал Константину о случившемся.
* * *
Вечер складывался для Виктора Романчука более чем неудачно.
Мало того, что сорвалась выгодная сделка с крупной партией медикаментов (чтобы успокоиться, принял сто грамм коньяку), так еще какой-то молодой гаишник тормознул его темно-синий «Вольво» за перекрестком неподалеку от здания горисполкома. Можно было, конечно, не останавливаться – в родном городе Виктор почти никого не боялся.
Но этот сопляк с сержантскими лычками на погонах так отчаянно замахал полосатым жезлом, кинувшись прямо под колеса, что волей-неволей Романчуку пришлось резко надавить на педаль тормоза. Двигатель шведской машины, не привыкший к такому резкому обращению, естественно, заглох. Это еще больше разозлило Романчука.
С разъяренным видом он выскочил из машины и, не дожидаясь, пока гаишник по всем правилам приложит руку к ушанке и представится, заорал на него:
– Ты чего, придурок?.. Ты куда лезешь?.. Жить, что ли, надоело?.. А если б у меня тормоза отказали?
Сержант, увидев перед собой откормленного молодого человека в зеленом пиджаке, с дорогими золотыми часами на запястье, опешил от такой наглости. Его раскрасневшееся от долгого дежурства на холодном ноябрьском ветру лицо вытянулось.
– Ну, чего стал как пень? – наседал на него Романчук. – Чего надо?
– Вы... Вы нарушили правила.
– Что? Какие правила?
– Вы проехали на красный свет, – неуверенно проговорил сержант, показывая жезлом в сторону светофора.
– Какой «красный свет»?.. – грубо расхохотался владелец «Вольво». – Ты чего, гаевый, дальтоник? Я никаких правил не нарушал.
– П... попрошу ваши документы, – заикаясь проговорил милиционер.
За свою недолгую службу он впервые сталкивался с таким откровенным хамством водителя, грубо нарушившего правила дорожного движения. Ведь этот темно-синий лимузин полминуты назад совершенно откровенно проехал на запрещающий знак светофора.
– Ах, тебе документы!.. – издевательски произнес Романчук. – На! Посмотри на мои документы!
Он расстегнул пиджак, продемонстрировав прикрытое белой рубашкой пивное брюшко, выдернул из внутреннего кармана водительское удостоверение и помахал им перед носом гаишника.
– Видел? Больше не увидишь. Вали в свой «жигуленок» и сиди там тихо, чтоб я твоего кашля больше не слыхал!
– Да вы... – задохнулся от возмущения сержант. – Да вы... Я вынужден вас задержать!
– Ты что, не знаешь, кто я такой? – Романчук схватил милиционера за отворот форменной куртки и притянул к себе. – Ты что, с луны свалился, мудак долбаный?
– Как вы смеете? Уберите... Убери руки! – затрепыхался милиционер.
– Я – Романчук. Понял? Видишь? – Он показал сержанту на поясной ремень, где висел футляр с торчавшей из него антенной мобильного телефона. – Я сейчас позвоню городскому прокурору Лукьянову, и ты, засранец сопливый, пулей вылетишь из своей ментовки за превышение служебных полномочий!.. Пойдешь со своим трехклассным образованием на дядю горбатиться. Понял?
Но тут сержант-гаишник напрягся, учуяв явственный запах спиртного.
– Да ты пьяный! – ошеломленно проговорил он.
– Не твое собачье дело! – рявкнул напоследок Романчук и, пока сержант ошеломленно хлопал глазами, отшвырнул его от себя словно куклу.
Усевшись за руль «Вольво», он запустил двигатель и помчался по улице. Только шипы отчаянно завизжали.
Изумленный и возмущенный до глубины души гаишник проводил темно-синий лимузин обалдевшим взглядом, а потом бросился к служебным «Жигулям», прыгнул на сиденье и схватил микрофон рации.
– Седьмой, Седьмой! Я – Пятый. Слышишь меня? Седьмой, Седьмой...
– Ну, слышу, Пятый... Чего орешь как оглашенный? – прохрипела в ответ рация.
– Это ты, Седьмой?
– Ну, я – Седьмой, я...
– Надо срочно задержать машину. Водитель злостно нарушил правила.
– Какая машина-то?
– «Вольво». То ли 940, то ли 960, темно-синяя. Госномер... Черт! Не успел запомнить... Стекла там еще тонированные...
Рация некоторое время молчала, потом Седьмой назвал номер и марку машины «Вольво-960».
– Точно-точно, – оживился молодой гаишник. – Она самая...
– Ты его останавливал? – озабоченно спросил Седьмой.
– Ну да, штрафануть хотел за проезд на красный свет. У него вообще права отобрать надо, он пьяный, руки распускал, угрожал.
– Документы проверил?
– Да как тут проверишь? Он корками какими-то помахал перед носом, и все.
– Здоровая такая будка, да?
– Ну, морда как у хряка. Сказал еще, что его фамилия – Романчук.
– А-а... – протянул Седьмой. – Не буду я его трогать и тебе не советую связываться.
– Как это?
– Ты еще новенький, не знаешь. Этот Романчук, бля, сильно деловой, а его папаша – лучший друг городского прокурора. Даже наш начальник перед ним на полусогнутых ходит. Так что давай, Пятый, паси лучше «жигулятников», а про этого козла забудь – он тебе не по зубам.
– Да, но он же... – чуть не захлебнулся от негодования сержант. – Он же пьяный был за рулем, он же ко мне драться лез, за форму меня хватал... Я же при исполнении!..
– Все, Пятый, кончай базарить в эфире! Конец связи...
* * *
Подъезжая к площади перед кинотеатром «Мир», Виктор Романчук сбросил газ и притормозил.
Над площадью разносилась громкая музыка из выставленных на улицу динамиков. Несмотря на холод ноябрьского вечера, народу на площади собралось – не протолкнуться.
– Дискотека, что ли? – скривился Романчук, презрительно поглядывая на толпу.
Потом он разглядел над входом в кинотеатр сверкающую разноцветными неоновыми огнями надпись: «Казино „Золотой дукат“ и, что-то вспомнив, начал шарить по карманам. Наконец нашел конверт, достал из него прямоугольник вдвое сложенного картона, развернул и прочитал надпись, тисненную крупными золотыми буквами: „Приглашаем на открытие казино «Золотой дукат“. Конверт в офисе сунула Романчуку секретарша, сказав, что курьер принес с утра какое-то приглашение.
«Может, пойти оттянуться? – подумал Романчук. – А то настроение совсем паскудное. Еще этот мент ублюдочный... Может, какую клевую телку подцеплю?..»
Он уверенно припарковал машину под знаком «Остановка запрещена» на противоположной стороне площади, вышел из автомобиля и, как был в расстегнутом пиджаке, направился к кинотеатру. Отойдя на несколько метров, он поднял руку с зажатыми в ней ключами от машины и нажал на кнопку брелока сигнализации. «Вольво» ответил мелодичным звуковым сигналом и мигнул фарами.
За закрытой стеклянной дверью стояли двое крепких секьюрити в отлично сшитых пиджаках. Под одеждой угадывались такие формы, что могли бы позавидовать любые Сталлоне со Шварценеггерами.
Романчук продемонстрировал им через стекло пригласительный билет – охранники тут же открыли дверь и пропустили гостя внутрь.
Из-за спин секьюрити немедленно выплыли три симпатичные девочки с боевой раскраской на лицах, в одинаковых форменных красных костюмчиках. Одна из них держала в руках поднос с шампанским.
Другая с ослепительной улыбкой произнесла без запинки словно заученный текст:
– Здравствуйте, добро пожаловать на открытие нашего казино! Проходите, пожалуйста, мы очень рады вас видеть!
Не удостоив их даже взглядом, Романчук взял с подноса бокал шампанского, залпом выпил и поставил бокал на место. Обведя веселившихся гостей самодовольным, презрительным взглядом, он медленно направился через фойе к игорному залу.
Романчук на несколько минут опоздал к церемонии открытия и потому не видел, как хозяин казино Панфилов разрезал огромными ножницами красную ленточку.
Перед носом Романчука, чуть не сбив его с ног, промчался какой-то вертлявый тип с подносом, на котором стояли две чашки дымящегося кофе, лежали сигареты и еще какая-то ерунда.
– Извините, – на ходу буркнул тот.
– Глаза разуй, мудило, – ругнулся Романчук.
Рядом вырос официант с подносом, уставленным маленькими пузатыми рюмками.
– Коньяку не желаете?
Перед коньяком Виктор Романчук никогда не мог устоять. Он мгновенно опрокинул рюмку в рот, почувствовал, что коньяк хороший, и добавил еще одну.
Настроение стало улучшаться. Он направился к столу с рулеткой, вокруг которого собралась небольшая толпа. Крупье – подтянутый молодой человек в красной форменной жилетке – объяснял правила игры. До Романчука долетали обрывки фраз.
– Господа, ставка на «номер» составляет пять тысяч рублей, на «шанс» – сто тысяч рублей... Повышенные ставки, господа, на «номер» – пятьдесят тысяч рублей, на «шанс» – один миллион рублей... Все очень просто, господа. Я запускаю рулетку, бросаю шарик, но сегодня, в день открытия, честь бросить шарик предоставляется игрокам. Итак, первый розыгрыш, господа... Самый первый розыгрыш в нашем казино. Делайте ваши ставки, господа! Первому выигравшему на нашем столе, вне зависимости от ставки – приз в десять миллионов рублей.
Гости возбужденно загудели и засуетились.
– Господа, – провозглашал крупье. – Сегодня, в честь открытия, игра по упрощенным правилам. Никаких фишек... Наличные деньги – наличные выигрыши! Делайте ваши ставки, господа!
На стол полетели разноцветные купюры.
– Я ставлю на первый номер...
– А я на тринадцатый... – слышались голоса.
– А на «зеро», «зеро» можно?..
– Сегодня все можно, господа! Сегодня в нашем казино хозяева вы, господа!
– Тогда ставлю на «зеро»! – выкрикнула дамочка в серебристом вечернем платье.
Романчук придвинулся поближе к дамочке. Под действием коньяка в нем начала бурлить сексуальная энергия, и он решил не затягивать с выбором партнерши. Вот эта, в серебристом платье, вполне ничего...
Романчук уже попытался взять ее под руку, но в этот момент, откуда-то сзади вынырнул пожилой представительный господин с двумя бокалами шампанского в руках и стал рядом с дамой. По тому как, не глядя на своего спутника, она взяла шампанское, Романчук понял, что дама занята. К тому же лицо этого господина показалось ему знакомым, но, кто это, Романчук вспомнить не мог – алкоголь затруднял мыслительную деятельность.
С сожалением отказавшись от идеи овладеть брюнеткой в серебристом вечернем платье, Виктор Романчук переключил внимание на новый объект, сексуально еще более привлекательный. Смазливая особа в красном вечернем туалете склонилась над столом рулетки, и открывшаяся вокруг ее глубокого декольте картина вызвала у Виктора Романчука бурный прилив чувств.
– Вот это бюст!.. – пробормотал он.
Схватив с подноса пробегавшего официанта еще одну рюмку, он плеснул спиртосодержащую жидкость в разгорающийся внутри костер страсти. Под воздействием такого горючего пламя полыхнуло еще сильнее.
Решительно двинувшись в направлении декольтированной девицы, Романчук опять столкнулся с вертлявым субъектом, который несколько минут назад промчался мимо него, держа в руках поднос с кофейными чашками.
– Че ты все под ногами вертишься? – раздраженно спросил Виктор.
– Извините. Я – главный администратор казино, – виновато произнес тот, показывая на прикрепленный к лацкану пиджака фирменный бэдж с фамилией Мурашко. – Сегодня такой день, понимаете... Открытие. Везде надо поспеть.
– Ладно, вали отсюда и больше мне не попадайся.
Без особых церемоний Романчук оттолкнул администратора и, подойдя к девице, взял ее под локоть.
– Не желает ли дама обрести спутника?
В предвкушении эротических наслаждений он обратил свой осоловелый взор на глубокий вырез красного платья.
Девица неожиданно заартачилась:
– Да пошел ты... Дай поиграть.
Романчук, редко сталкивавшийся с таким откровенным пренебрежением, резко потянул девушку за руку.
– Когда я предлагаю свою дружбу, – угрожающе агрессивно произнес он, – дамы обычно не отказываются.
– Витек! – взвизгнула девица. – Он ко мне пристает!
За ее спиной мгновенно вырос шкафообразный субъект с лицом, о котором в народе говорят: кирпича просит. На нем был совершенно безвкусный светлый костюм в крупную клетку, словно снятый с чужого плеча. Этой горилле гораздо больше был бы к лицу тюремный бушлат.
По-бычьи тяжело сопя, субъект надвинулся на Романчука и сиплым, бесцветным голосом произнес:
– Сними клешни, боров!
– Что?
– Я два раза не повторяю. Девочка не про тебя.
– Да пошел ты на хрен, козел! Девочка эта пойдет со мной.
Белесые брови на квадратном лице гориллы медленно поползли вверх, глаза налились кровью.
– Ты кого козлом назвал, сучара? Да я тебя... – И он замахнулся громадным, как кувалда, кулаком.
Романчук немало принял на грудь за этот вечер, но среагировать успел – он дернул девицу за руку, и вместо него удар от громилы получила она. Закатив глаза, девица рухнула на пол под крики и визг находившихся рядом дам.
Романчук, с неожиданной для людей его комплекции резвостью, лягнул громилу в пах. Другой на месте этого шкафа после такого удара непременно рухнул бы на колени, а этот еще больше рассвирепел. Схватив обидчика за полы зеленого пиджака, он рывком повалил его на пол, уселся сверху и принялся дубасить громадными кулачищами по раскормленной физиономии. Он успел нанести Романчуку несколько весьма чувствительных ударов прежде, чем подскочившие сотрудники внутренней охраны оттащили громилу в сторону. Все это происходило под громкие песни цыганского ансамбля, звон бубнов и женские крики.
– Клешни, клешни уберите! – орал шкафообразный субъект, которого держали под руки сотрудники охраны. – Он меня козлом обозвал!
Поднимаясь с пола и вытирая кровь с разбитой губы, Романчук прошипел:
– Ну все, козел, тебе хана!.. Ты еще не знаешь, с кем связался.
Бросив злобный взгляд сначала на обидчика, затем на лежащую без чувств девицу, Романчук сплюнул кровью и зашагал к выходу.
К тому времени, когда на месте происшествия оказался начальник службы охраны казино, пострадавший в драке Романчук уже вышел на улицу.
О том, что случилось, Надеждину рассказали охранники и очевидцы, сразу же вернувшиеся после драки к игре и напиткам.
* * *
– Витек, значит, подрался? – выслушав Надеждина, сказал Константин. – Вечно у него руки чешутся.
– Вы какого Витька имеете в виду? – недоуменно спросил Надеждин.
– Что значит «какого»? Витек Амбал, его еще так зовут, а фамилии я не знаю. Раньше с Сашей Порожняком тусовался.
– А второй тоже Витек, – пояснил начальник охраны. – Виктор Романчук, я его знаю.
– Значит, это он был? Сын Романчука, бывшего кинелевского зама?.. А разве мы приглашали его на открытие?
– У Мурашко надо спросить. Он приглашениями занимался.
– Жаль, я не проконтролировал, – покачал головой Панфилов. – Витя Романчук – редкая сволочь. Один раз я с ним имел дело... Да, жаль, Амбал шею ему не свернул.
– Слава богу, что не свернул, – возразил Надеждин. – Зачем нам такие неприятности в первый же день?
– Первый день... – вздохнул Константин. – Что-то я устал, и голова трещит... Романчук, значит, ушел и скандалить не стал? Как-то на него не похоже.
– Мои ребята сказали, что он уже успел основательно набраться.
– Да, это дело он любит, – Панфилов выразительно провел пальцем по подбородку. – На моих глазах, помнится, бутылку виски вылакал. Правда, и случай был подходящий. Я тут у немцев типографию купил, думал – пригодится. Таможня задержала, то, се... А тут еще с казино сроки поджимали. Решил продать.
– Романчуку? – догадался Надеждин.
– Именно. Фирма... нет, у меня сегодня точно голова кругом идет...
– «Продсервис», – подсказал Надеждин.
– Да. Романчук начал цену сбивать, а я не хотел по срокам затягивать, покупателя побогаче искать. В общем, отдал ему хорошую, просто классную типографию за полцены. Пусть этикетки для подсолнечного масла шлепает. Когда ударили по рукам, он бутылку виски из стола вытащил и за пять минут ее оприходовал. Одно радует – я с ним не пил... Там, кстати, оператор с камерой. Он драку снимал?
– Нет, – уверенно сказал Надеждин. – Я его видел возле стола с закусками. Он даже голову на шум не повернул.
– Проголодался, видно, бедолага, – сочувственно сказал Панфилов и улыбнулся. – Загоняла его телевизионная дамочка.
Панфилов глянул на наручные часы.
– Слушай, Игорь, я вот что думаю – не слинять ли мне отсюда? Башка раскалывается. Ты как, один справишься?
– Я же не один, – спокойно сказал Надеждин. – Пятеро своих и «Витязь» еще десяток на подмогу выделил.
– Лады. Воюйте тут без меня. А я потиху огородами и к Котовскому.
Глава 8
Темно-синий «Вольво» мчался по едва освещенным улицам Запрудного.
Сидевший за рулем Виктор Романчук матерился в голос, держа руль одной рукой. Другую он то и дело прикладывал к распухшей кровоточащей губе.
– Ну, скотина, я тебе устрою... Просто так тебе это не пройдет, и другие навек запомнят.
Такого оскорбления ему не наносил никто и никогда. Разве что в детстве. Деревенские мальчишки, которые всегда недолюбливали городских, приезжавших отдохнуть на лето, однажды попытались проучить Витьку Романчука. Подстерегли его возле речки, когда тот шел купаться. Сначала дразнили и обзывали Пузаном, потом побили. В драке один на один он одолел бы любого, а они навалились толпой. Побили крепко, но Витька отомстил. Он уехал в город, а потом вернулся с двумя крепкими друзьями. Втроем они вылавливали обидчиков поодиночке, и Витька молотил их до крови.
Но сейчас ему не потребуется помощь друзей, он справится сам. Ему нужно только сгонять в свой недавно построенный загородный дом и прихватить одну вещицу, подарок будущего тестя. И тогда этот урод из казино за все заплатит, по полной программе. И другим неповадно будет поднимать руку на Виктора Романчука.
Только бы этот козел не сбежал раньше времени. А то ищи его потом! Нет-нет, надо поторопиться, надо отловить его сегодня же и примерно наказать.
Снедаемый мыслью о немедленной мести, Виктор Романчук еще сильнее надавил на педаль акселератора...
* * *
К тому времени, когда Виктор Романчук вернулся на своей машине к «Золотому дукату», толпа постепенно разошлась. Закончилось бесплатное пиво, умолкли звуки веселой, бесшабашной музыки, и лишь отдельные, особо стойкие парочки, тесно обнявшись, гуляли по тротуарам.
Виктор остановил свой «Вольво» метрах в тридцати от входа в казино, за стеклянными дверями которого продолжали развлекаться гости.
«Веселитесь, суки?» – со злобой думал Романчук, почему-то представляя себе ухмыляющуюся рожу своего обидчика.
А эта сучка в красном платье... Сорвать бы с нее шмотки, припереть мордой к стенке и отодрать как следует! Тоже мне, фифа нашлась: ни подойти, ни тронуть. Да таких, как она, Виктор уже перетрахал целый батальон, и ни одна не сопротивлялась. Наоборот, все они были счастливы...
Вспомнив о несбывшихся надеждах, которые он возлагал на этот вечер, Виктор заскрипел зубами. Тут же напомнила о себе разбитая губа.
Романчук скривился, потом машинальным движением сунул руку во внутренний карман пиджака и достал плоскую металлическую фляжку, прихваченную из дома. Свинтив с нее фигурный колпачок, он запрокинул голову и вылил в горло изрядную порцию коньяка. Алкоголь снова взбодрил его, помог справиться с болью. Но гневно клокотавшая в душе обида не проходила, а, наоборот, разрасталась.
Добавив еще пару весомых глотков, Романчук передернулся: – Ух...
Приложив к носу рукав пиджака, бросил фляжку под ноги.
«Что это за дерьмо я туда залил? – подумал он. – Наверное, тот молдавский, из бочки в подвале. А-а, черт, не помню... Сколько же мне тут еще сидеть? Этот козел небось до самого утра в казино со своей фифой проторчит. Может, сразу ломануться туда, да и дело с концом?»
Все больше распаляясь, Романчук заерзал на сиденье. И тут увидел, как его обидчик, накинув на широкие плечи кожаную куртку, вышел из-за стеклянных дверей казино и остановился на ступеньках «Золотого дуката».
Романчук вначале даже не поверил своим глазам – спьяну-то что не померещится, но, хорошенько присмотревшись, понял, что не ошибся.
Витек Амбал стоял на ступеньках, закуривая сигарету. После этого застегнул «молнию» на куртке и, не обращая внимания на стоявший чуть поодаль «Вольво», неторопливо прошагал мимо.
Проводив взглядом коренастую фигуру Витька Амбала, Романчук злорадно засмеялся.
– Есть все-таки, есть бог на белом свете! На ловца и зверь бежит...
Он мог бы сбить Амбала машиной, резко дав задний ход, но такой способ мести показался Романчуку слишком простым. Тогда он нажал на кнопку, которая позволяла открыть багажник, не выходя из салона, выскочил из машины, метнулся к багажнику и схватил лежавшее там помповое ружье.
Это был новенький ижевский «ягуар» без приклада, с рукояткой пистолетного типа. Ружье подарил Виктору на день рождения будущий тесть, городской прокурор. До сегодняшнего вечера Виктор Романчук лишь однажды испробовал «ягуар» в деле, когда с компанией отправился на охоту. Двумя зарядами картечи из патронов двенадцатого калибра Виктор с близкого расстояния завалил лося.
В подствольном магазине ружья было пять патронов. Виктор зарядил его еще дома, схватив из шкафа первую попавшуюся коробку. Что там было: картечь или дробь? Виктор, охваченный гневом, не успел заметить.
– Эй ты, козел! – закричал Романчук, наводя на своего обидчика ствол «ягуара». – Ты меня еще не забыл?
Витек Амбал обернулся и, увидев направленное на него ружье, застыл с сигаретой в руке.
Мстительно смеясь, Романчук передернул цевье, дослал патрон в ствол.
– Молись, гнида!.. Будешь знать, как на меня свою поганую лапу поднимать...
– Да ты чего, паскуда? – просипел Витек Амбал, уронив сигарету себе под ноги.
– В этом городе никакая скотина не имеет права поднять на меня руку. Понял? Ни менты, ни синева... Ты сейчас будешь примерно наказан за то, что осмелился до меня дотронуться.
Со скрипом проворачивающиеся мозги Витька Амбала наконец выдали тревожный сигнал. Левой рукой он рванул снизу полы кожаной куртки, правой попытался достать что-то из-за пояса.
Но Романчук его опередил.
– Получай, урла! – крикнул он, нажимая на спусковой крючок.
Патроны, которыми был заряжен «ягуар», оказались дробовыми. Свинцовые шарики с близкого расстояния ударили в могучую, как у владимирского тяжеловоза, грудь Витька Амбала. Заряд картечи, конечно, сразу же сбил бы его с ног, но от дроби тот лишь пошатнулся.
Романчук с ужасом увидел, как его противник вытаскивает из-за пояса пистолет. Плохо соображая, что происходит, Романчук снова принялся дергать цевьем ружья и давить на спусковой крючок.
Последний заряд дроби угодил широкоплечему амбалу в лицо, превратив его квадратную физиономию в сплошную кровавую маску.
Несколько раз дернувшись и выронив уже бесполезную «тэтэшку», Витек Амбал заревел по-бычьи, рухнул на бугристый асфальт и затих.
Грохот выстрелов на площади привлек внимание не только припозднившихся гуляк, но и охраны казино. Из-за стеклянных дверей «Золотого дуката» выскочили двое охранников.
Романчук швырнул свое ружье в багажник, захлопнул крышку и метнулся в машину. В его голове еще грохотали отзвуки выстрелов. Трясущейся рукой он провернул ключ в замке зажигания, воткнул передачу и резко рванул с места.
Развернувшись на площади, темно-синий «Вольво» помчался по дороге.
Охранники казино даже не успели как следует разглядеть автомобиль, двигавшийся без габаритных огней. Услышав глухие стоны, они бросились к распростершейся на асфальте фигуре.
Витек Амбал лежал на боку, а вокруг него растекалась густая темная лужа. Перевернув поверженного на спину, охранники в ужасе отшатнулись. Разодранное дробью лицо было покрыто лохмотьями окровавленной кожи, а куртка на груди жертвы напоминала решето.
Амбал едва-едва шевельнул рукой и опять затих.
– Живой еще!.. – воскликнул один из охранников. – «Скорую» давай...
– А ты хоть видел, кто стрелял?
– Не успел разобрать как следует. А ты?
– Я тоже...
– Кажется, «Вольво» был...
– Пусть менты разбираются. Хотя никуда не денешься, все равно к нам с расспросами липнуть станут...
* * *
Стрелка на спидометре «Вольво» упорно держалась на отметке восемьдесят. Машина приближалась к выезду из города: еще один поворот, и автомобиль окажется за городской чертой. За тонированными стеклами мелькали силуэты последних пятиэтажек.
«Вот здесь направо...»
Романчук надавил на педаль тормоза, пытаясь аккуратно вписаться в поворот, однако на мокром асфальте автомобиль пошел юзом. На слишком высокой скорости отказала система автоматической блокировки колес, «Вольво» несколько раз развернулся и боком врезался в бетонный столб.
Виктору повезло – удар пришелся на противоположную сторону. Романчука швырнуло в сторону, на сиденье. По пути он задел виском рулевую колонку и на несколько минут отключился.
Придя в себя, Романчук поднял голову. Из-под мятого капота доносилось шипение, там пробивалась струйка пара. Весь салон был усыпан осколками битого стекла.
Романчук приподнялся на локтях, мотнул головой, отряхиваясь от осколков, а потом, пятясь как рак, выбрался из машины.
Оказалось, что основной удар пришелся на правую боковую стойку автомобиля. «Вольво» сложился посередине почти под прямым углом.
Романчук сумел проползти на четвереньках несколько метров, добраться до ближайшего дерева и прислониться к нему спиной.
Откуда-то издалека доносился звук милицейской сирены...
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?