Читать книгу "Маленькая тайна леди Адалис"

Глава 7.

Надлом

Дарас Ригар

«Выдержка – это всё!» – крутилось отцовское наставление на повторе в голове.

Она меня не слушала. Не слышала. Упёрлась в своё «отчисляйте»! Это неимоверно злило. Мне и так с самого начала не нравился этот план. Зря только согласился участвовать в этом откровенном вымогательстве. Найран мне за это ответит!

Вот только чем больше женщина сидела передо мной, тем больше и сильнее я чувствовал странный, но очень навязчивый аромат. Он заполнял собой кабинет, наполнял лёгкие под завязку. Казалось, даже впитывался в кожу, отравляя каждую клеточку тела. И это раздражало ещё и поверх этой ситуации, заставляя зверя внутри зло скрестись, выть и требовать выпустить его.

«Выдержка! Выдержка!» – крепче хватал я бразды правления над телом и тем более разумом, уже чувствуя грань срыва. Никогда не подходил к ней так близко даже в пылу боёв и горячности молодости.

Леди Латиас повела плечиком, недовольно поджимая губы, и аромат стал насыщеннее. А следом я в очередной раз уловил лёгкие ментальные волны. Пытается проникнуть мне в голову? Не помню, чтобы в досье на неё было указано о подобной силе этой аристократки. Да и воздействие точно шло не на меня…

Зверь заскулил, выпуская когти в грудь и хватая за лёгкие. Ему хотелось рвануть вперёд на маленького нероида, которому, видимо, и предназначалось мысленное послание – давно я не слышал о такой сильной связи этих малышей и их хозяев.

– Вы всё же не поняли, – прикусив щёку изнутри, чтобы немного остудить голову болью, произнёс подготовленную фразу. Она должна была согласиться согласно подготовленному плану, согласно составленному портрету личности! Почему она отказывается? – Я хочу, чтобы мы нашли компромисс. Ваш брат хороший кадет, у него есть будущее, вам лишь нужно меня попросить, и мы всё решим.

Дурацкий план. Дурацкое принуждение к согласию. Можно было просто кинуть ей вызов или окружить, схватить и связать.

От представленной картины зверь довольно и предвкушающе оскалился. Ему всегда нравилась перспектива броситься в бой. Но сейчас я лишь мельком обратил внимание, что предвкушение его почему-то связанно не с кровью и расправой с очередным беззаконником, особенно таким сложным, как аристократ… ещё и женщина!

«Выдержка!» – всё ещё твердила холодная, но оставшаяся в меньшинстве часть разума. Другая же почти молила: «Ну давай! Сдайся! Скажи, что согласна, и я сделаю всё быстро. Твой высокомерный мирок развалится быстро и безболезненно».

– Меня не интересует поиск компромисса, – она напряглась сильнее, словно уловила мои намерения. Или всё же мысли? Я спрошу с Найрана это упущение. Леди же продолжила: – Если этот говн… слабак нарушил правило, за которое его ждёт исключение – исключайте. Такие воины стране не нужны. Ни стране, ни тем более вам.

В этом она была права. Слабаки и слюнтяи, прячущиеся за женскими юбками и спинами отцов – то слабое звено, что я почти успешно искоренил в вверенной мне Акадении! Но что взять с астарианцев. Но это бы облегчило мне сегодняшний финт с этой женщиной, будь она одной из них.

Аромат, немного затуманивший голову, говорил обратное. В ней нет ни капли их слабой крови. Правда в досье говорилось, что и мать, и её отец с ними связаны лишь частично, и их объединение в пару должно было усилить кровь и её влияние, как случилось с её братцем.

«Сдайся», – шуршал в голове мой зверь, смотря на леди, точно в эти обжигающе ледяные глаза. – «Подчинись».

«Слишком сильна оказалась», – усмехнулся я его попытке проломить её волю мысленной волной. Но он хмыкнул так, будто я что-то упускаю, будто наивный щенок.

– В договоре написано… – вновь попробовал надавить на неё, ещё и немного силы выпустил, приплетая её к голосу и распространяя вокруг нас, но был перебит твёрдым:

– Покажите, где именно, – а она словно и не заметила этого! – Там есть моё имя и моё согласие? Моя подпись под ним? – ещё и нагло сверкнула глазами, будто чувствуя свою победу. – Правильно, их нет, а значит вы ничего не можете мне предложить. Исключайте – это моё последней слово, – дверь за её спиной с щелчком открылась, и она шагнула в неё с еле сдерживаемой хищной улыбкой. – Следующие вам не понравятся.

Дверь? Как мы вообще оказались у дверей? Ещё и так близко друг к другу!

Мотнул головой, пытаясь избавиться от ощущения потери контроля над происходящим и реальностью вокруг. А эта глупая ещё и вильнула задницей, гордо выходя в коридор, окончательно срывая сдерживающие меня цепи.

«Выдержка!» – только и успел себе мысленно выкрикнуть, а дальше всё было как в тумане. Помнил только, как старался ухватиться за будто въевшийся в подкорку план с «договором» и предложением компромисса, что всё утро держал в голове с момента начала операции. Они вертелись на языке и в голове, пока её, вместе с телом, заполнял до дурноты сладкий аромат.

Ей всего лишь нужно было сдаться и согласиться на мои условия, пойти за предложенным, чтобы сломаться окончательно, а потом с радостью принять помощь Найрана!

Сейчас его предложение хотелось отвергнуть уже мне. Схватить, как того желалось при встрече сегодня ночью, за грудки и встряхнуть, а потом и выкинуть из личных апартаментов в крыле общежития для преподавателей.

«А ещё лучше растерзать!» – оскалился в предвкушение знатной битвы зверь, заодно прижимаясь всем телом к полу, на котором как-то оказалась заманиваемая в грязные сети моего бывшего друга леди.

Но как зверюга оскалился, так и получился мощный удар по ушам, да так, что в глазах потемнело, а следом ещё и разряд тока пришёлся прямо в нос, заставляя скулить от боли. Зато я пришёл в себя, откинув обиженную, но почему-то довольную звериную личность на задворки сознания. И лёжа на холодном полу в коридоре отдал приказ искину Академии:

– Перекрыть основной коридор, зациклить вторичный.

И мне как раз хватило времени, чтобы окончательно взять себя в руки, подняться и с гордой осанкой встретить не менее гордо шагающую в мою сторону леди Адалис. При этом чувствуя, как на ещё болящем лице расползается торжествующая улыбка в ответ на уже откровенную злость маленькой красавицы.

– Это по вашему смешно? – сощурила она глазки. – Или вы такой же мазохист, как ваши кадеты? Только скажите, я с удовольствием повторю, а затем разнесу закрытые проходы на атомы и никакой искин вам не поможет меня удержать! Это вообще противозаконно.

О, кажется, она не понимает до конца, что только что произошло. Я и сам не до конца осознавал неоспоримый факт – леди дала отпор зверю дарсиарца и успешно, чем только что подписала себе приговор на его извечное преследование, пока он не победит. А мы победим, как до этого побеждали наши предки, наши деды и наши отцы.

«Победим, покроем, завоюем», – предвкушающе отозвался зверь, подтверждая мои мысли – мы нашли подходящую, сильную, несломленную самку. И крылатый засранец рядом с ней не посмеет трясти своими перьями, если не захочет лишиться всех до последнего. – «Она станет нашей».

– Закон здесь я, – вспомнил, что она что-то там говорила, пока я любовался гневными серыми искорками в её глазах, теперь кажущимися мне очаровательными. Но почему-то серости в них прибавилось, будто они стали резко выцветать, а блондинистые волосы – чернеть, будто весь свет из них кто-то резко поглотил. Меня же к полу пригвоздил полных холода извечной пустоты голос моей выбранной леди:

– Это мы ещё посмотрим, – заставляя зверя и меня одновременно осознать сразу две вещи.

Зверя – что нашей она просто так не станет. Не подчиниться. Скорее глотку нам перегрызёт, чем даст себя покрыть, и тем более покорить.

Меня же – передо мной была лишь личина Адалис эр Латиас, внутри которой жило что-то другое и явно незнакомое этому миру. Что-то, что она никогда не показывала ему, хранила… либо это и вовсе была не она, что более возможно. Я изучал её досье, все хроники и донесения на ту гордую слабачку, и всё больше убеждаюсь, что не сведения были ошибочны, и пришедшее в Академию разумное существо никогда ей и не было.

Но я чувствовал, что это не та догадка. Не совсем та. Моя сила буквально кричала, что Адалис тут уже нет, вместо неё было что-то чужое, иное. Тело – её, а вот душа, полная силы и необузданности, – нет.

«И это может сыграть мне на руку во всём», – усмехнулся и, сбрасывая оковы неведомой силы, пусть и не без труда, схватил девичье тело, закинул на плечо и, слыша, но не слушая дикие ругательства, занёс обратно к себе в кабинет, запирая в этот раз понадёжнее.

Сам сел на своё кресло, а ёрзающую леди усадил себе на колени, крепко прижав к себе, пусть от её извиваний телом и стал подниматься стояк.

– А теперь мы поговорим на чистоту, – начал было я, но был перебит:

– Вот ещё, австралопитек недоделанный. Отпусти немедленно, – и пусть была всё так же воинственна, но телом всё же напряглась, подтверждая мои мысли о своей инородности. Значит, я могу продолжать и не отвечать на выпад.

– Нетушки. И для начала ты мне скажешь – кто ты и куда дела леди Латиас, а потом мы решим, как избежать той ситуации, под которую я пытался тебя подписать, – и мой аргумент возымел действие. Красавица замерла, потом отпрянула подальше и внимательнее заглянула в глаза, словно пыталась прощупать сказанное и его правдивость. – И не пытайся придумать небылицу, я почувствую не только ложь. Так кто ты? Как зовут? С какой планеты?

И чем больше задавал вопросов всё более уверенным и спокойным голосом, тем быстрее возвращался голубой цвет её глазам, а волосам блондинистость.

– Ты правду мне, я правду тебе. В твоих же интересах, чтобы я тебе помог. Могу даже поклясться на чём хочешь.

Нероид замаячил над нашими головами, и я снова уловил мыслесвязь между ним и девушкой. Общаяются, и он говорит ей явно что-то в мою пользу – вон как расслабилась.

– Раз так, то отпусти сначала, извращенец, – и этим она явно намекнула на уже более жёсткий стояк в моём паху, которым я прижимался к её сладким бёдрам всё сильнее неосознанно.

И я отпустил. Вот только расслабился слишком рано, предчувствуя близкую победу в своём новом плане по её завоеванию. Меня вновь шибануло током, в этот раз больше силы, отключая сознание начисто.

Глава 8.

Решимость

Адлес эр Латиас

– Эй, размазня! Слышал? Твою сестрицу вызвали к ректору срочным уведомлением!

– Небось, отчислять будут.

– Скорее уж санкции наложат.

– Или её.

Как же было противно. Каждое их слово распространялось ядом под кожей. Но я ничего не мог. Слишком слаб, слишком зависим: от чужой силы, мнения, положения. И ненавидел себя за это.

– Может позвонишь отцу, чтоб всё уладил? – тихо спросил Лорс – единственный адекватный в этом сборище.

– Ты сам знаешь, что не поможет. Он скорее сам сделает всё, чтобы добить её.

В этом я даже не сомневался. Отец слишком ненавидел Адалис, чтобы хоть что-то сделать для неё. Он и меня-то, родного сына, не любил. Его вообще сложившаяся жизнь не устраивала: сначала стал вторым супругом у матери, вроде слабой и наивной, но прогнуть её не смог, слишком уж была умна, что уж говорить о её первом муже – отце сестры… так ещё и я родился мальчиком, чем обломал очередные его планы возвыситься над всеми и заполучить наконец должную власть.

Даже сейчас, когда сестрица стоит во главе семьи, вместо ушедшей на покой и уехавшей отдыхать подальше от бурления интриг матери, он всячески строил ей козни. И, кажется, последняя тоже была подстроена им, якобы от моего лица. А я ничего не смог. Опять.

Перед глазами до сих пор стоят её прекрасные глаза, полные слёз, на застывшем за отстраненной маской лице. Но её руки дрожали, прижимая одеяло к голой груди.

Уроды. Если бы я только мог защитить, стать её опорой. Не щитом, так мечом.

Вот и сейчас меня за шкирку схватил Ноан, волоча на встречу той, которую опозорил. Чтобы я снова испытал боль поражения и собственной слабости.

И если я готовился увидеть бледную тень за ледяным панцирем, то увиденное вызвало какое-то неприятное чувство внутри. Не то, что должно или было всегда. Я видел сестру и не видел одновременно. Чувствовал её и, в то же время, что-то словно отгораживало её нежное нутро от меня. Ломало, разрывало изнутри, стремясь показать себя. И, когда я уже хотел плюнуть на всё и броситься к ней, мне словно кусок сердце оторвали – сила сестры исчезла, рассеянная неведомым нечто.

И это заметил только я. Наверное, только потому что всегда чувствовал её лучше всех вокруг, будучи единоутробными детьми нашей семьи.

И пока я пытался прочувствовать неизвестное, уже понимал, что сестру никогда больше не почувствую. А ещё до меня, наконец, дошёл смысл мимолётно замеченного в её комнате древнего фолианта: сестрица всё же сотворила древний ритуал с кровью и отдала взамен своё тело! Отдала этому ужасу, готовому рвать глотки всем здесь собравшимся. А я… Я чувствовал это и ничего не мог, только опустить глаза в пол, не в силах поднять их выше носков её прекрасный туфель – такой страх меня обуял. И горе.

Не смог, не уберёг. А едва решившись защитить, наплевав на всё, – потерял, так и не успев. Злость и боль копились в душе, но не находили выхода. Я даже не сразу заметил, как Ноан рухнул на пол в судорогах от охранного предохранителя. Кадеты специально надевают их, чтобы сила каждого была в определённом диапазоне и не нарушала его.

Только это чаще всего касалось сильных, таких как Ноан. Меня такое ограничение не касалось и не могло мне навредить, как сейчас ему.

За сестрой на звук тревоги спустился сам ректор, вызывая у ребят новый приступ злорадства, но я уже не реагировал, наблюдая за этим непонятным существом. Откуда оно пришло? Что принесёт этому миру? Даже отдельно взятой нашей Академии?

И судя по тому, что, кажется, никто даже не почувствовал изменений в теле Адалис, проблемы уже начались. Что уж говорить о взгляде существа, которым оно наградило всех смеющихся. Словно запоминало для дальнейшей мести.

Страшно ли мне было в этот момент? Нет. Я почувствовал вдруг облегчение. А ещё аналогичное злорадство, с которым тело сестры переступило через Ноана. Кто бы в ней сейчас ни был, я буду на его стороне до тех пор, пока это тело цело и продолжает жить.

Да, так и поступлю. А сначала нужно выловить её – если я могу продолжать называть эту сущность сестрой? – когда будет возвращаться от ректора.

Кстати, о нём. Его поведение и странная агрессия, всегда такого спокойного и безучастного, тоже приводило к выводу: он что-то почувствовал. А вот… осознал ли? Если да, то отпустит ли? Ничего не сделает или пошёл запрос имперским гончим, чтобы увести её на дознавание всех деталей?

Бросив одногруппников, помчался в сторону ректорского кабинета, но чуть-чуть не успел: коридоры ректорского этажа были заблокированны и, кажется, зациклены.

«Неужели опоздал?» – подумал и внутри всё сжалось от безысходности. Благо продлилось не долго. Буквально через минут пять заслонка в коридоры открылась и в них появилась сестрица. Сущность придирчиво осмотрела меня с ног до головы и скептически приподняла идеальную бровь.

– Хочешь что-то мне сказать? – спросила она, а справа появился нероид сестры, немного отвлекая моё внимание на себя, ведь это было странно – нероиды не подчиняются другому существу, кроме купившего его, и очень редко даже с ними устанавливали мыслесвязь. А тут… Я прямо чувствовал кожей, как они общаются без слов.

– Я провожу тебя до катера, – сказал вроде твёрдо, а голова всё равно опустилась, словно само тело признавало её главенство. – И мы вместе вернёмся домой.

Сейчас, стоя перед ней, я вдруг вспомнил слова её отца о том, что сильных мы чувствуем телом, а глав родного рода ещё и всем нутром, включая душу и нашу силу. И теперь я понимал о чём он. Хотя никогда ни от отца, ни от него, ни от мамы с сестрой не ощущал подобного.

– Тебе стоит вернуться на занятия, – хмыкнула холодно леди. – Меня сопровождает… Юстор.

– Я настаиваю, – хотел сказать это твёрдо и бескомпромиссно, но вышло какое-то блеяние. Бездна!

– Что ж… твой выбор, – сказала она спокойно и направилась дальше по коридору, при этом отпуская меня из силок своей силы. Даже дышать стало легче, но обращать на это внимание и тратить время не стал, бросившись следом. Точнее мне пришлось её обогнать, чтобы показать проход к докам. Вёл специально другими коридорами и залами, чтобы не наткнуться на кадетов ни моей группы, ни других, ни тем более на преподавателей.

И это было правильным решением – понял это едва оказались среди катеров. Если сестра и её помощник ничего странного не заметили, то вот я отлично приметил любимую «ласточку» друга нашего ректора, а ещё самого напрягающего разумного, которого я только знаю.

Знатный, богатый, родовитый, но настолько своевольный из-за своей особенной силы, что против него трудно выстоять в обычном споре, что уж говорить о его деловой хватке, благодаря которой и без того богатые предприятия его семьи разбогатели ещё больше, став практически монополистами. Но, как я слышал, недавно у него начались проблемы с одним знатным семейством, точнее его главой, желающей такой лакомый кусочек захватить себе. И с тех пор он зачастил появляться в Академии и у ректора, видимо, в поисках решения.

И что-то внутри мне подсказывало, что не зря и мою сестру сегодня вызвали сюда. Я за собой провинностей не помню, тем более таких, чтобы был дан вызов главе рода. И если всё так, как мне подсказывает интуиция, нам стоит быстрее убираться отсюда домой как можно быстрее. Дома безопаснее. Там можно защититься хоть от падения кометы и держать оборону во время войн хоть веками.

А пока будем лететь, присмотрюсь к сущности получше, чтобы вызнать момент и познакомиться, разузнать всё о ней. Может даже получится хоть как-то помочь ей, вдруг она ничего не знает об этом мире – кто знает, откуда сие создание пришло к нам.

Да, так и поступлю. А пока нужно быстрее делать ноги, пока нас не остановили!

Глава 9.

План

Влада

Мы спешно шли по коридорам и совсем не тем, которыми меня вёл ректор. Братец Адалис, не смотря на странное внешнее смирение, будто горел какой-то идеей. Его глаза стали другими, точнее взгляд, которым он поглядывал на меня с тем пор, как перехватил у дверей проклятого коридора. Малец не задавал никаких вопросов, лишь изредка кивал своим мыслям и исправно показывал дорогу.

«Мы точно идём к докам?» – спросила я у нероида.

«Дорога верная, просто в обход. Тут таких много. Кажется, юный господин чего-то опасается – я чувствую его злость и недовольство, но они не направленны на вас», – поделился со мной малыш своими наблюдениями.

«Как ты понял, что в обход? У тебя есть карта?» – но меня больше задел этот момент. Если да, то мог бы сразу мне помочь уйти от того наглого извращенца, чьи явные намерение моё бедро почувствовало быстрее разума.

«Успел получить, пока подсоединялся к энерго-сети этого места. И нет, я не мог помочь с извращенцем, он зациклил тот коридор, а у меня нет полномочий для взаимодействия с окружающей нас конструкцией», – спокойно пояснил он, и в этот момент он мне показался больше машиной, чем старался себя показать до этого. Может поэтому, вдруг снова почувствовав себя одиноко здесь, я и поспешила сменить тему:

«Ты знаешь, куда и как подать жалобу? Ну и доказательства для неё?»

«Всё уже готово, жду только твоего согласия на предоставление такой личной информации. Всё же будет большой скандал, в котором будет фигурировать сам ректор ВАВИ», – говорит такое, а у самого в голосе ни капли опасения, скорее скрытое злорадство.

«Если мне это больше ничем не грозит, кроме появления моего имени и лица, то отправляй. Я им устрою сладкую жизнь полную компромиссов», – от этого существо мило и довольно захихикало, будто предвкушало это зрелище. Ну вот, сейчас он чуточку живее.

А вообще очень странно и, наверное, неправильно судить совершенно другое существо со своей – человеческой – точки зрения. Может просто нероиды сами по себе такие – вроде живые, но как машины? Вот такой специфичный спектр эмоций и реакций.

Пока переговаривались с малышом быстро достигли нужного дока, где стояло то самое средство, на котором прибыла сюда Адалис. Её личный помощник, как подсказал мне малыш, Юстор преданно и явно взволнованно ждал у него, то и дело нервно притоптывая ногой.

Стоило нам появиться, как он тут же рванул в нашу сторону. Сначала с явным намерением что-то высказать, но чем ближе был, тем вопросительнее становился его взгляд, направленный на братца его работодательницы. Тот совсем не реагировал на недопонимание слуги, продолжая напролом идти к катеру, недобро и напряжённо поглядывая на его соседа. Тогда Юстор посмотрел с ожиданием хоть какого-то пояснения от меня.

– Едем домой, – ничего другого я сказать не могла, ведь сама не понимала до конца случившееся.

Никто больше ничего не стал говорить, просто погрузились на катер и, как были готовы, стартовали. Конечно, я всю обратную дорогу смотрела в единственный иллюминатор, наблюдая за пустотой и рассыпанными по ней крапинками звёзд. И старалась не думать о том, насколько же огромный этот мир, в котором теперь мне придётся выживать.

Ну и подлянку ты мне сделала, Адалис! Чтоб тебе икалось в моём теле! Но только попробуй, когда я разберусь со всеми твоими проблемами и продолжу жить спокойно, попытаться вернуться в это тело на всё готовенькое.

***

Найран Орло

Настроение было неопределённым. С одной стороны, мне бы радоваться, что желанная и недоступная до сих пор леди вот-вот станет моей. С другой, меня снедало противное чувство – я пользую моментом её плохого положения, и если весь план вскроется, то всё может пойти крахом. Мне же краха не хотелось.

– Просто залюби настолько, чтоб и думать об этом не смогла, решив, что так даже к лучшему, – звучал в голове совет брата.

Если он знал, насколько эта дама холодна и безразлична – даром, что семью любит больше, чем они её, на что и был мой расчёт – то скорее бы удивлялся, как я вообще решился связать свою жить с такой. Но у него ещё будет на это время. Я же пока откину любое волнение и приступлю к основной части плана.

Дарас уже прислал мне маяк – леди прибыла в Академию. Пора действовать. Он начинает: говорит о проблеме с братом, что нужно её решать, и она настолько глобальна, что решение лишь одно – объединение двух семей. И единственный, кто сейчас может ей дать согласие после случившегося позора, – Я!

И когда появятся неуверенность, сомнения у моей леди – всё же ректор предлагает не себя, – то появлюсь уже я сам, готовый подтвердить свои намерения.

Отличный план! Проблемы у её слабого братца всё равно есть и не хилые, особенно с его дружками-одногруппниками. И она о них знает, только в этот раз они и правда крупно вляпались на территории, вверенной предприятиям моей семьи. Чем ни грех – воспользоваться в моих интересах. По-другому я бы к ней никогда и близко не смог подступиться. Слишком неравный выходил союз, и не в мою пользу: слишком у Латиасов стара семья, с огромными уважение и почтением у других. Что уж говорить об их тайнах.

Если присмотреться к ним, то выходит самая обычная средняя семья, выделяющиеся только богатством и родовитостью. Жена и двое мужей, двое детей. Я бы сказать, что это даже минимальный вид семьи, разрешённый в законодательстве. Всё же сейчас принято принимать достаточно мужчин в свою семью для её укрепления и усиления, и дети эту силу увеличивают. Сыновья – отцов, дочери – матерей.

Только главы всегда женщины, решают только они, а вот делают уже мужчины. Странная, но рабочая модель отношений, поддерживаемая нашим миром вот уже несколько тысяч лет. И началось всё как раз с астарианцев. Их обычай быстро перешел к другим расам, осознавших все плюсы таких союзов. И уже тогда, в те времена, род Латиас уже был знатен и стар. А ещё силён. Намного!

И мне нужна эта сила. Нужна та тайна, ради которой власть имущие хранят эту семью, не дают исчезнуть. А девушка… брак происходит один раз и на всю жизнь, таковы правила. Я готов пойти на это, к тому же леди красива. И не важно, что брат у неё слаб, он не нашей крови и не её силы. Наши же дети с её кровью и моей силой преумножат всё в разы.

С этой мыслью я вошёл в кабинет друга, замирая в дверях. Всё мысли сбились с пути, когда в нос ударил странный аромат, от которого тут же повело голову. И только махнув ей, заметил, что кроме друга тут никого. Точнее это я заметил заочно, когда на меня уже летел огромный чешуйчатый зверь Дараса.

Всё, что успел, это высвободить крылья и принять удар ими, чтобы ускользнуть в бок и уже оттуда призвать силу. Зверь не увернулся, подтверждая мои догадки о своей невменяемости и неконтролируемости. Сила подняла его в воздух и придавила к потолку, как бы от ни вырывался.

Именно за такой картиной нас застал влетевший в кабинет отец Дараса. Взглянул яростным взглядом на меня, острым – на рычащего сына и выдохнул сквозь зубы:

– Квазаров распад, – и снова метнул молнии в меня с вопросом, который кое-что приоткрыл в сути происходящего и мне: – Где женщина?