Текст книги "Алгоритм любви"
![](/books_files/covers/thumbs_240/algoritm-lyubvi-21327.jpg)
Автор книги: Ширли Джамп
Жанр: Зарубежные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 7 страниц) [доступный отрывок для чтения: 2 страниц]
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
В этот час в баре было уже не протолкнуться. Все галдели, настроение у собравшихся было приподнятым. Выступали на свой страх и риск первые смельчаки. В толпе оставалось еще несколько трезвых ценителей, поэтому мнения разделились на критические и благосклонные.
– Ты считаешь, разумно заходить так далеко? – засомневалась Кэлли.
– Вне всякого сомнения. Тебе отлично удавались песни Мадонны. Намного лучше, чем ей самой.
– Давно это было. Помню только, что ты был худшим певцом из тех, что мне приходилось слышать, – перекрикивая галдящую толпу, объявила Кэлли.
– Зато самый забавный, – заметил Джаред, склонившись к самому ее уху, чтобы не напрягать связки.
Сердце захолонуло в груди у Кэлли.
– В старших классах у нас неплохо выходил дуэт Санни и Шер, – напомнил ей Джаред.
– Боюсь, в наше время этот номер успеха иметь не будет. Сочтут за дурной тон.
– Остается Айк и Тина Тернер – вечная ценность, с этим не поспоришь… Надо выяснить, какие вообще у них есть композиции.
– Верно, – поддержала Кэлли, – пиратам нужен план.
– И фортификация, – добавил Джаред.
Они стали протискиваться сквозь толпу слушателей, многие из которых также ждали своей очереди. Кэлли запуталась ногами в чьем-то беспризорном палантине и чуть не упала, Джаред поймал ее. Глупо хихикая, они продолжили пробираться к цели.
– Вот те, – указала Кэлли в сторону серьезной парочки, – наверное, организаторы. Нужно пойти полистать каталог песен и записаться.
– Заявимся, как дуэт, – придержав Кэлли за руку, проговорил ей на ухо Джаред.
Ему нравилось, как она вздрагивала всякий раз, стоило ему приблизиться к ней, ненароком задеть, легко коснуться.
– Хорошо, – согласилась Кэлли.
– Как думаешь, возьмут нас во второй состав какой-нибудь постановки в Карнеги-Холл?
– Не сомневаюсь, – хихикнув от ребяческого возбуждения, отозвалась она и решительно направилась к сцене, на которой в это время вихлялся юнец с выбеленным ирокезом и, подражая Стингу, вытягивал классический хит «Полицейский».
– Бедняжка надеется прорваться на подмостки «Минуты славы»? – посочувствовал страдальцу Джаред Таунсенд.
– Вероятно, он просто не знает, что здесь идет прослушивание в Карнеги-Холл, – шутливо предположила Кэлли. – Иначе бы спел какую-нибудь оперную арию.
– Нынче все мнят себя певцами, – невзначай заметил Джаред.
– И ты, Брут?! – предосудительно возгласила Кэлли, приняв последнюю его реплику на свой счет.
Джаред воздел обе руки в жесте безоговорочной капитуляции и проговорил:
– Я не Брут, я – моральная поддержка. Петь не умею, сознаюсь заранее. Но на фоне такой бездарности, как я, ты будешь выигрышно смотреться.
Кэлли отмахнулась от него и, сосредоточенно сощурившись, принялась пролистывать каталог песен.
– Ты напряжена, давай присядем, – вновь потянул ее за руку Джаред, увидев два освободившихся места.
На столе лежало меню.
– Нашла что-нибудь? – осведомился пару минут спустя ее спутник. – Начес неплохо идет под текилу, – предложил он, ткнув пальцем в одну из строк меню.
– Предлагаешь и спеть по-испански? – недоверчиво спросила Кэлли. – Чего ты от меня хочешь, Джаред? – прямо спросила она. – «Маргарита», караоке, ужин – что дальше?
– Ничего такого. Просто хочу приятно провести с тобой этот вечер. К чему лукавить, Кэлли? Ты – самое памятное событие из моей юности! – смело сознался он, глядя в изумрудные глаза девушки.
Кэлли Филлипс замерла, физически ощущая возникшее между ними напряжение.
– Я не наелась. Как думаешь, нам принесут десерт?
– Меняешь тему, трусишка? – ласково спросил ее Джаред.
– Нет… просто…
– Скажи, ты вспоминала о нас? Вспоминала о том, о чем мы договорились никогда не вспоминать? Думала, как бы могло все статься?
– Джаред, это в прошлом. С тех пор много воды утекло… слишком много, – проговорила она.
– Постой… Но ты не могла не думать о том, что было бы, не одумайся мы после той ночи, – взволнованно произнес он, нежно поглаживая ее руку.
– Прекрати, – вздрогнула Кэлли, настороженно взглянув на него.
– Что и требовалось доказать, – с удовлетворением кивнул он. – Ты помнишь ту ночь не хуже меня.
– Помню, что мы опрометчиво преступили границы разумного. Помню, что наутро мне было не по себе. Помню, что мы условились молчать об этом. И ты был полностью со мной согласен, – напряженно проговорила она.
– Это далеко не все, что заслуживает упоминания, – заметил Джаред. – В тот вечер, когда колледж организовал вечеринку по случаю празднования Хэллоуина, тоже был конкурс караоке…
– На котором мы чудовищно исполнили «Детка, на улице холодно».
– Мы напились, – в оправдание улыбнулся Джаред.
– Да, мы напились, – в осуждение подтвердила Кэлли.
– Но нам было радостно. И повеселились мы тогда на славу! – поспешил объявить он.
Кэлли ничего не ответила. Она отвернулась и стала наблюдать за выступающими, которые чем сильнее старались, тем забавнее выглядели. Кэлли рассмеялась, обнажив белоснежные зубы.
Джаред привлек девушку к себе. Его губы скользнули по ее губам. Впервые с той ночи, вынудившей их расстаться, он был так близко.
Наутро – она все помнила дословно, в малейших деталях – он стал уверять Кэлли, что если она согласится, то после колледжа они поженятся, купят дом, нарожают детей. Для Кэлли его слова прозвучали неубедительно. Они оба совершили опрометчивый поступок, сумасбродный, безответственный, а по отношению к Тони – подлый. Кэлли не поверила, что из этого может сложиться путное будущее, да и Джаред, поостыв, не настаивал. В результате они сообща решили помалкивать о том, что между ними произошло.
Еще до окончания колледжа они потеряли друг друга из виду…
– Ну же, взбодрись, – шутливо подтолкнул ее в бок Джаред. – Тебе еще предстоит петь. Что скажешь насчет дуэта Фейт Хилл и Тима Макгро?
– Если ты хочешь выступать дуэтом, то присмотри номер, в котором один из участников будет исполнять пантомиму.
– Ну, неужели я настолько уж плох? – притворно обиделся Джаред.
– И даже хуже, – дерзко объявила Кэлли.
Они просидели еще песен десять.
– Как О'Мелли выдерживает такое каждую неделю?! – удивленно воскликнула Кэлли Филлипс.
– Уверен, у него в ушах затычки. Да и выручка служит немалым утешением… Я бы не вынес такого эстетического потрясения, не будь у меня самого намерения сразить всех здесь собравшихся своим немыслимым дарованием.
– Что за мазохистское удовольствие – позориться перед огромным скоплением народа?
– А кто меня здесь знает кроме тебя? – резонно спросил он, нахально усмехнувшись. – И потом, сколько я ни компрометировал себя в караоке, тебе это всегда нравилось. Был отличный повод поглумиться над другом, не так ли?
– Все разыгрываешь из себя крутого? В колледже ты всегда велся на всяческие пари. Никакого благоразумия и осторожности, – припомнила ему Кэлли.
– Мда, таков уж я. И Тони не был моей противоположностью. Скорее уж превосходил, чем отличался.
– Прошу, не надо, – осадила его девушка. – Но если ты действительно настроен сегодня оскандалиться, следует определяться быстрее.
– У тебя получится, детка! – азартно воскликнул Джаред. – Ты закроешь программу как истинная поп-звезда! – кричал он, выталкивая ее на сцену, когда настал черед последнего исполнителя.
Опешившая от неожиданности, Кэлли Филлипс назвала организаторам первый хит, что пришел на ум. И выбор оказался удачным. Песни Роя Орбисона созданы для эффектных финалов. Она мощно исполнила «Я спешила к тебе в ночи» и под овацию сошла со сцены.
Больше собственного успеха ее восхитили покрасневшие глаза Джареда. Он поймал Кэлли в свои объятья и исступленно прижал к груди.
– Молодчага, Филлипс! – нахваливал он ее, как в прежние времена, и тряс за плечи. – Голосина у тебя, я скажу! И чего ты, дурашка, не стала профи?
– Ну, не знаю… Так получилось, – смущенно пробормотала она, утопая в море восторгов.
– Так получилось… – укоризненно передразнил ее Джаред. – Кэлли, ты классная! Нет, я серьезно. Тебе нужно выступать. Ты обязана! Тебя наверняка приглашают петь на свадьбах.
– С чего ты взял? Никто и не знает. Да я и не пела после окончания колледжа, – проговорила она, пожимая плечами.
– У, скромняга! – погрозил ей пальцем Джаред. – Я тебя прославлю, старушка, имей это в виду. – Он вновь накинул ей на плечи свой пиджак и повел к выходу. – Но в душе-то ты поешь? Сноровку не теряешь?
– В душе пою, – заверила его Кэлли.
Он вывел ее в ночь. Они долго шли, прижимаясь друг к другу, не проронив ни слова.
Наконец Джаред остановил девушку. Затем встал напротив и провел тыльной стороной ладони по ее щеке.
– Да ты вся пылаешь от смущения, – полушепотом проговорил он. – Ты всегда смущалась лучшего в себе, всегда чрезмерно скромничала. Зачем, Кэлли? Почему ты пренебрегла таким даром? – спросил он, заглянув в блестящие смарагдовые глаза.
– Если ты имеешь в виду пение, то занятие им сильно усложнило бы мою жизнь. Я не мыслю себя в богемной среде, ты же знаешь.
– По-моему, ты всегда чуралась сложностей. Смиряла амбиции, умалчивала свое мнение, лишь бы не нажить врагов, не испортить отношений с людьми.
– Так ли это плохо, что я никому ничего не диктовала? – серьезным тоном спросила Кэлли.
– Наверное, не плохо… для других.
Джаред склонялся над милым, вновь обретенным существом, ласкал Кэлли взглядом, мог поцеловать, и она бы возражать не стала. Он был так близко, как уже давно не был. И теперь между ними никто не стоял, помимо неизвестности девяти лет, непостижимости встречи, непредсказуемости будущего.
– Если мне не изменяет память, именно это во мне тебя и привлекало, не так ли? – проговорила Кэлли.
– Не это, – покачал он головой.
– Вот как… – разочарованно протянула она.
– Меня сводило с ума… нечто иное.
Кэлли не стала спрашивать, что именно Она запрокинула голову и приоткрыла рот. Он провел рукой по ее волосам и жестко обхватил затылок.
– Мы оба переросли юношеские забавы. Теперь не только тебе, но и мне не нужны сложности ради сложностей.
Признание, ставшее для Кэлли сродни холодному душу или даже отрезвляющей дружеской пощечине, мгновенно усмирило накатившую на нее экзальтацию.
Следовало поблагодарить за великодушное одолжение, которое один разумный человек способен сделать другому…
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
Пожалуй, впервые Кэлли Филлипс всерьез пожалела о том, что не умеет как следует блефовать, играя в покер, равно как совершенно не способна блефовать в жизни, а также о том, что не выходит у нее хладнокровно держаться заведомо намеченной линии поведения.
На следующий после негаданной встречи вечер был назначен ежемесячный сбор среди сотрудников «Белль Марьяж» по игре в покер. Игроки, они же коллеги, занимались не только тем, что пытались вызнать карточную наличность соперника, но и предпринимали вылазки, с расчетом разведать занимательные подробности частной жизни. Вести оборону на обоих этих флангах для Кэлли было проблематично.
– Итак, Кэлли, – невзначай начала Одра Грин, не отрывая глаз от своего куцего карточного веера, после того как ставки втемную были сделаны, – как удалась прогулка к О'Мелли? Ты все еще придерживаешься мнения, что невозможно встретить приличного мужчину?
Кэлли смущенно склонила голову и пробормотала:
– Нет, я так не считаю, и раньше тоже не считала. Я просто шутила…
Ну, не оправдываться же ей, что встреча со старым другом ничего, в сущности, в ее жизни не меняет? Не зайди она в бар, не разбередила бы раны, жила б себе привычно размеренно…
Девушку обдало жаром. Почувствовав на себе взгляды всех собравшихся в помещении женщин, она неловко поежилась, не зная, куда спрятать глаза, вновь попеняв на свое неумение блефовать.
– Может, продолжим игру? – робко предложила она своим неравнодушным партнершам.
– А может, ты скажешь нам его имя? – предложила Одра, вперив в нее пронзительный взгляд синих глаз.
– Чье имя? – пробубнила Кэлли.
– Того мужчины, с которым ты вчера весь вечер прочирикала, заливаясь румянцем, вот как теперь.
– Одра, возможно, Кэлли хочет сохранить его в тайне от нас, – вклинилась в разговор Регина О'Райан, фотограф «Белль Марьяж», встряхнув каштановыми локонами и пытливо вглядываясь в раскрасневшуюся от смущения коллегу.
– Никаких тайн, за исключением карт. Я просто пытаюсь сосредоточиться на игре. Когда же вы так бессовестно ведете дознание, это не представляется мне возможным.
– Ха! – выдала Одра Грин.
Кэлли беспомощно посмотрела на нее, словно моля о пощаде. И тотчас уронила взгляд в карты: два валета, туз, тройка и четверка. Она отложила тройку и четверку крапчатой рубашкой вверх и робко двинула их в сторону.
Одра, которая была на раздаче, сосредоточенно уставилась на нее, и игра возобновилась. Кэлли позволила себе расслабиться.
Коллектив «Белль Марьяж» регулярно встречался за карточными столами в домах то одной, то другой сотрудницы. Это, как им казалось, позволяло крепить товарищеские узы за бокалами «Маргариты», количество которых не считалось зазорным в столь узком кругу.
Однако сегодня только две трети энергичной команды – четверо из шести – сидели за игровым столом. В этот раз игровым столом стал кухонный с развеселой столешницей ярко-желтого колера, выдвинутый на середину.
Натали Томпсон в этот вечер была занята. Она вела обучение в классе одной из бостонских школ по выпечке и декорированию праздничных тортов. Джулия Монтгомери, энергичная ассистентка Белль Маккензи, отлучилась из города в экстренную командировку. Из всех она была самой неутомимой в бизнесе и личной жизни. Она и ее жених Мэтт, будучи весьма молодыми людьми, кропотливым трудом и изобретательностью стремились приобрести определенную финансовую свободу. Правда, Мэтт в недавнем прошлом потерпел существенное финансовое потрясение, но, имея желание, знания и опыт, стремительно восстанавливал потери. Вместе они планировали не только свадьбу, но и семейное процветание. Однако вследствие недавнего негативного опыта Мэтта решили, что до поры каждый будет держаться своего бизнеса.
– Одра, мне показалось, ты знаешь что-то, чего не ведают остальные за этим столом, – ненавязчиво возобновила прерванный разговор Регина О'Райан, которой, судя по ее многозначительным интонациям, уже немало было известно.
– Ты это по поводу мистера Совершенство нашей крошки Кэлли? – церемонно уточнила та. – Представь, еще вчера днем она сомневалась, что такие вообще существуют, но уже вечером на одной из улиц города ее видели в объятиях некоего красавчика, чье имя она отказывается называть своим лучшим подругам.
– Это правда? – спросила Сирена.
Она создавала свадебные платья обольстительного дизайна, которые пользовались успехом у бостонских девушек. При этом Сирена была самым активным заступником мужского пола в их маленькой женской команде. Не то чтобы она искренне верила в существование мистера Совершенство или же лично была знакома с множеством сказочных принцев, рыцарей на белых жеребцах, трубадуров и менестрелей. Просто в штате фирмы она неофициально являлась ответственной за мифотворчество, благо фантазии Сирене хватало. Она могла напеть удивительные по красоте истории любви простушки и полубога, совершенно не отвечая за последствия этих россказней.
– Милая Кэлли, человек твоей профессии обязан верить в существование достойных мужчин. В противном случае ты останешься без куска хлеба насущного.
– Полностью с тобой согласна, подруга, – поддержала ее Регина, заливаясь хохотом.
– Твоя позиция мне давно известна, – хмуро отозвалась Кэлли.
– А если говорить серьезно, – вступилась за фантазерку-дизайнершу Регина, – к скольким свадьбам ты имела отношение за те три года, что тут работаешь? Десятки и десятки, так?
– Спроси у Одры, она у нас по части счета, – переадресовала вопрос Кэлли Филлипс.
– И все наши клиенты были неплохими, в сущности, парнями. Согласна, что никого из них нельзя назвать мистером Совершенство, но, однако же, девушки, которые выходили за них, были безмерно счастливы, – завершила свою мысль Регина О'Райан.
– Ты видела женихов и невест в объектив своей фотокамеры, но не отслеживала их дальнейшую судьбу, – рьяно отстаивала свою точку зрения Кэлли и насмешливо добавила, – Ты, кажется, сама недавно потешалась над толкотней на ежегодной распродаже свадебных нарядов в «Файлинс бейсмент». Все эти женщины жаждут счастья в браке. А многие ли из них получают желаемое?..
– Я категорически возражаю против такого подхода к свадебному устройству. Нельзя купить платье по дешевке, съездить в Вегас, спьяну обменяться кольцами и рассчитывать при этом на что-то путное, – непримиримо проговорила Сирена.
– Ты во всех своих рассуждениях ставишь во главу угла свой статус дизайнера, финансовый интерес и престиж фирмы. Я же говорю о проблеме как таковой. Я вижу огромное расхождение между твоим желаемым и не зависящим от нас с тобой действительным! – упрекнула коллегу Кэлли.
– А вот я не соглашусь с тем, что действительность так уж от нас независима. Эта позиция представляется мне неприемлемой! – отложив карты, углубилась в спор Регина. – Да, мы как сотрудницы фирмы, занятой свадебным устроительством, подчас лукавим в своем желании приукрасить реальность. Но наша работа – создавать для людей сказку. Мы же при этом ничего никому не навязываем. Благодаря нам их мечта ненадолго становится реальностью.
– С нами или без нас, – вступила Одра Грин, – люди будут обманываться. И не уверена, что хоть одна из сидящих за этим столом может считать, будто навсегда гарантирована от этого. Вовсе не потому, что мы работаем в специфической сфере, просто жизнь без заблуждений – это жизнь без мгновений нежности и любви… Регина, я не поняла, ты пасуешь?
– С чего бы? – возмутилась та и, вновь взяв в руки карточный веер, шутя добавила: – Даже если бы хотела спасовать, гордость бы не позволила. А ты, Кэлли?
– Вы сами знаете, какой я игрок, – самокритично отозвалась Кэлли Филлипс, – особенно под «Маргариту». Плюс я притягиваю слабые комбинации карт, как собаки – блох.
– Ну, сочувствовать тебе мы не станем, дорогая, – смешливо проговорила Регина. – Не везет в картах, везет в любви. Побольше бы нам твоего невезения. Кстати, говорят, твой вчерашний парень на Лабрадора похож.
– На Лабрадора? – непонимающе переспросила Кэлли.
– Раз уж речь о собаках зашла… – пояснила коллега. – Поговаривают, он вел себя вчера с тобой как поводырь, компаньон и охранник в одном флаконе.
– Начинали беседовать о мистере Совершенство, а закончили разговорами о собаках, – с усмешкой заметила Одра.
– Во-первых, мы еще не закончили; а во-вторых, не исключено, что лучший друг девушки – собака. Собаку ведь достаточно накормить и приласкать, и она для тебя в лепешку расшибется.
– Не соглашусь, что собачья преданность и любовь мужчины взаимозаменяемы, – заметила бухгалтер Одра.
– Ты права, дорогая! Любовь мужчины и преданность вообще плохо сочетаются, – театрально вздохнув, отозвалась Регина.
– Как я устала от этих обобщающих речей! – бросила Сирена. – Нужно верить и надеяться. Мне плевать на статистику, на опыт неудачниц, на современные тенденции переосмысления значимости института семьи. Все это никогда не сделает меня счастливой. Пусть идеального мужчины не существует. И что это означает для нас, умных и деятельных женщин? Нужно исправить эту ошибку, восполнить пробел, взять на себя то, о чем не удосужился побеспокоиться Создатель! – эмоционально провозгласила она.
– Каким же это образом? – скептически поинтересовалась Одра. – Усыновить недотепу и выпестовать из него героя, в надежде, что наше создание кому-нибудь пригодится? Уволь.
– Ну, к чему такие жертвы, милая, – медовым голосочком пропела Сирена. – Предоставим ипохондриков их нелегкой судьбе. Помимо них есть уверенные в своей неотразимости индивидуумы. Подозреваю, что найдутся ненавязчивые методы, как сделать из них адекватных спутников жизни.
Проговорив это, Сирена победоносно тряхнула своими белокурыми кукольными локонами, однако столкнулась с всеобщим недоумением за столом. Даже Кэлли Филлипс, которая почти упустила нить беседы, настороженно воззрилась на нее.
– Мне кажется, она говорит о каких-то засекреченных методах перепрограммирования личности, – шутливо предположила Регина О'Райан.
– Было время, когда я тоже так думала, – удивила своих коллег Кэлли. – Но потом я познакомилась с Тони. Когда влюбляешься, теряешь способность критически воспринимать объект своей любви. И в такой ситуации он направляет тебя, а не ты его.
– Значит, не он оказался плох, а ты безответственна, – обрушилась на нее Сирена. – А чем тебе не подходит вчерашний джентльмен?
– С ним все в порядке, – кротко проговорила Кэлли. – Он был лучшим другом Тони.
– О! – громко выдохнула Регина.
– Между нами слишком много стоит, – удрученно произнесла Кэлли.
– Что может стоять между вами такого, чего нельзя было бы передвинуть? – осведомилась предприимчивая Сирена.
– Что бы там ни было, говорить не о чем, – быстро сказала Кэлли.
– Стоит ли все так драматизировать? – спросила ее практичная Одра Грин. – Можно попытаться, попробовать. Не получится, расстанетесь. Зато будете знать наверняка, что все возможное предпринято. По-моему, лучше так, чем до конца жизни сожалеть об упущенном.
– Как мне показалось, сейчас он реалист в гораздо большей степени, чем я, – с грустью заметила Кэлли, которая уже всесторонне проанализировала свою давешнюю встречу с Джаредом Таунсендом.
– Да что с тобой такое, Кэлли?! Встряхнись. Если он тебе не пара, забудь про него, выкинь из головы. Первый брак не удался, ну и пусть. Стоит тебе лишь захотеть, за тебя драться будут, – возмущенно зачастила Сирена. – Мы можем роптать и потешаться сколько угодно. Но у меня классный парень, у Джулии есть Мэтт, у Регины отличный муж, Одра помолвлена, вот-вот женой станет, Белль, не ровен час, опять себе кого-нибудь отыщет. И только ты во вселенской скорби. Сколько можно, подруга! Заканчивай ты с этим.
– Не надо так, Сирена, – остановила ее Одра. – У людей разный темперамент. Каждый по-своему переживает случившееся, по-своему ищет выход.
– Я полностью согласна с Сиреной, – сухо проговорила Кэлли. – Я ничего не предпринимаю, поэтому не имею права пенять на судьбу. Но это мой личный выбор. Одиночество меня вполне устраивает, – резюмировала она.
Кэлли знала личную историю каждой из своих коллег. Она уважала и ценила их за ум, профессионализм и человеческое отношение. Однако не считала ни одну из них бесспорным авторитетом в деле построения личного счастья. Женщины не утаивали друг от друга, на какие компромиссы им приходится идти, чтобы это счастье уберечь от потрясений. Кэлли не примеряла на себя этот путь.
И дело было не в гордости и максимализме, просто она знала, что это не принесет ей удовлетворения.
– Я слышала, мама Джулии снова в больнице? И страховку на дом после наводнения до сих пор не выплатили? – спросила она у подруг.
– Да, счета из больницы сыплются астрономические, – подтвердила бухгалтер Одра Грин.
– Джулия и Мэтт такие оптимисты, я восхищаюсь ими, – призналась цветочница.
– Вот попомните мое слово, они встанут на ноги и тотчас начнут детишек рожать, – напророчила Сирена. – Мне кажется, Джулия будет образцовой наседкой.
– Определенно, – подтвердила Регина. Кэлли Филлипс мысленно благодарила Бога в период расставания с Тони за то, что у них не было детей. А мать ее так прямо и высказала эту мысль, когда судья дал добро на расторжение брака. Самое странное, что, когда от многолетнего супружества у Кэлли осталось лишь свидетельство о разводе, она втайне пожалела об этом. Словно бы и не было семьи, совместной жизни под одной крышей. И для чего же тогда все это затевалось? – не уставала задавать себе вопрос Кэлли.
– Мой манифест таков, – торжественно начала Сирена. – Каждая женщина заслуживает королевской свадьбы, и даже не одной. – Сказав это, она обвела взглядом своих коллег, чтобы оценить степень солидарности, после чего объявила: – В связи с этим предлагаю принять финансовое участие в организации свадьбы Джулии.
– Достойная мысль, – поддержала ее Одра. – Уверена, Белль Маккензи поддержит эту идею. Натали и так нас беспрерывно закармливает своими фантастическими тортами, так что наверняка с радостью обеспечит свадьбу подруги всевозможными лакомствами.
– Отличная идея, – согласилась Кэлли. – Если каждая бесплатно выполнит свою часть работы – это уже отличное подспорье и экономия бюджета молодой семьи… Точно знаю, что Джулия обожает гардении, – мечтательно добавила она.
– Верно! – воскликнула Сирена, отложив карты. – Гардении – это так на нее похоже. Я уже представляю, какое платье ей сошью. Она будет самым стильным и роскошным ангелом.
– Постойте. Немного ретро не помешает. Я сделаю черно-белые фотографии с легкой очаровательной дымкой, – сообщила Регина О'Райан.
– Черно-белые? – с сомнением спросила Одра.
– Вот именно. Джулия как-то разглядывала мое портфолио и высказалась, что черно-белые и сепии кажутся ей наиболее художественными.
– В таком эстетическом ключе мы сможем добиться экономичного минимализма и при этом не потерять в эффектности, – деловито высказалась Сирена.
– Одни гардении с их божественным ароматом заполонят собой все, – подтвердила Кэлли.
– А что нужно для королевской свадьбы? – задала вопрос Сирена и тут же ответила: – Великолепная невеста, море цветов и изысканные угощения.
– Жених бы еще не помешал, – добавила Одра, но Сирена лишь жеманно отмахнулась от нее:
– Не проблема.
– И Джулия захомутает последнего достойного холостяка на третьей планете от Солнца, – подытожила Регина.
– По домам пора, – поторопила подруг Сирена, посмотрев на кухонные часы, и отбросила карты. – Не мой сегодня день, я выхожу из игры.
– Кэлли, что у тебя? – спросила Регина, ставя двадцать центов.
– Ммм… повышаю на четверть, – отозвалась девушка.
– Богатейка, – прокомментировала Регина. – У меня пара двоек.
– Помолчи, куда торопишься, – осадила ее Одра.
– Так ты открываешься? – спросила Регину Кэлли.
– Ты что, не знаешь, как она блефует? – бросила Одра.
– Да Кэлли и сама мастак по части блефа, – объявила Регина. – Чего стоят все ее скептические заверения. Вон как ухватилась за идею организации свадьбы нашей Джулии. Придерживайся она иного мнения, работала бы сейчас в похоронном бюро. Там тоже цветочки в спросе. Это она специально скептиком прикидывается, боится удачу спугнуть. Смотри, как насторожилась. Я подозреваю, у нее сейчас неплохая комбинация карт, каре или фулл-хауз, чувствует, что может выиграть, вот и форсирует, не в силах скрыть свое нетерпение.
– Как было бы замечательно, окажись твои слова правдой! – воскликнула Кэлли, сумев справиться со смущением. – А что до похоронного бюро – это недурная идея.
– Давайте доигрывать, – поторопила их Одра.
– Девочки, это игра на полпенни. Стоит ли так усердствовать? – присоединилась к ней Сирена.
– Они пошли на принцип, – предположила бухгалтер. – Кэлли, Регина хочет сказать тебе, что ты должна попробовать с этим Джаредом, – прямо подытожила Одра.
– О, так вы и имя его знаете?! Проныры… Попробовать?! Можно подумать, от моего желания много зависит, – воинственно проговорила Кэлли.
– Играем на свидание, – объявила Регина и отодвинула монетки в сторону. – Проиграешь, не отвертишься.
Кэлли выложила перед собой на столе карточный веер: два валета, две красные дамы и черный туз.
Соперница сделала то же самое: красные шестерка, семерка, восьмерка, девятка, десятка. Победный стрит-флэш – наилучший пятикарточный покерный расклад в игре!
– Твоя участь предрешена, Кэлли! – зловеще объявила победительница.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?