Читать книгу "Билеты в один конец"

18 глава

Влад

Прежде чем зайти в здание, Татьяна кому-то звонит. Или ей звонят? Непонятно. Телефонный разговор длится от силы пару минут, после чего она скрывается за дверью.

У Алисы, с которой выходит Снежок, лицо светится любопытством. Она в забавной курточке, косички аккуратно заплетены. В руках игрушка, похожая на поезд.

Девчонки собираются переходить дорогу, и в этот момент рядом с ними останавливается синяя BMW. Из машины выходит мужчина. Высокий, крепкий здоровяк. Очевидно, муж и отец. Мелкая бросается к нему и обнимает за ноги, а он даже головы в ее сторону не поворачивает – сразу же накидывается на Татьяну.

Хочется оказаться поближе, чтобы услышать речь Киреева. Ну и чтобы понять степень его кретинизма, раз он решил заняться выяснением отношений в людном месте.

Малышка тянет отца за рукав, пытаясь привлечь внимание. Бесполезно. Он и не думает ее замечать. Продолжает что-то выплевывать Тане в лицо. Она, конечно, молодец – держится, не вступает в перепалку. Только вот бледная слишком.

Наконец, речь Киреева заканчивается. Он отталкивает Татьяну, хватает берет дочь за руку и тянет к машине.

Малышка плачет, вырывается. Но отцу плевать. Он поднимает ее на руки и несет.

Наблюдать за этим становится неприятно.

Я поворачиваюсь назад, хватаю папку с документами и вываливаюсь из тачки. Подхожу к семейству.

– Хорошо, что застал вас, Татьяна Андреевна. Папку забыли. Речь нужна мне завтра к двум.

Неандерталец останавливается, а Алиса в его руках продолжает плакать и брыкаться. Таня, видя это, и сама громко всхлипывает.

– А это еще кто? – Киреев переводит взгляд с меня на нее и обратно.

– Тот, кто не любит, когда орут на женщин и обижают маленьких девочек. Пока шел от машины, я едва не оглох. У вас все в порядке, Татьяна Андреевна?

– А-а, по-онял. – тянет ее бывший и мерзко улыбается, обнажая ряд белых зубов. – Твой новый хахаль?

Обращается он вроде бы к Тане, а злость разжигает во мне.

Недомуж отпускает свою дочь. Она тут же подбегает к матери и прячется за ней.

– Мышонок, ты чего? – спохватывается папаша. – Поехали домой, ты же хотела. Бабушка твоих любимых блинов напекла. Мамке все равно некогда, видишь, работой ее загрузили. У нее дела с этим важным дядей. Они до ночи будут заняты.

Алиса с интересом рассматривает меня. Как и ее мать в нашу первую встречу, задерживается на татуировках, выглядывающих из-под ворота рубашки.

– А я завтра в сад тебя сам отвезу, – продолжает чесать языком Киреев. – И на подготовительные занятия. Да, заяц?

– Ты что творишь, Толя?! – не выдерживает Таня. – Алиса никуда с тобой не поедет. Зачем она тебе? Ты даже спать ее не уложишь…

– Как это не уложу? Уложу, конечно! Я что, не отец? Ну и не тебе решать, с кем дочь останется. Придумала тоже, водить ее по чужим квартирам. Да, кнопик? Ну? Кого выберешь – папу или этого незнакомого мужика? – продолжает давить бывший Тани.

– Господи, какой позор… – Она прикрывает рот рукой.

– Позор – это твой внешний вид и а-ля работа. Под столом поди будешь у него сидеть? Коленями ботинки ему натирать и пах его обслуживать?

Татьяну слегка ведет в сторону. А я… Сам не знаю, как сдерживаюсь, чтобы не врезать этому мудиле по фейсу. Но тогда Алиса испугается окончательно и со мной не пойдет. Она же не понимает всех этих взрослых игр.

Да. Засада. Обратная сторона «плодотворного» сотрудничества. К подобному я как-то не был готов.

– Доченька, сейчас к тете Лене пойдем. Мы уже из кафе доставку заказали. Я тебе все объясню, но потом, хорошо?

Да, Снежок, туго тебе придется. Действительно. Дележка ребенка – тот еще квест. Твой паскудник будет пользоваться своими правами по полной.

Есть у меня против этого прием, но, судя по реакции Тани, она не согласится. А зря. Потому что самое правильное в этой ситуации – не противостоять, а отступить. Очевидно же, что горе-отец в первую же неделю скинет заботу о дочери на свою мать и нянь, и в суде это на раз-два можно повернуть в пользу Татьяны.

– Мама, мы правда с этим дядей никуда не поедем? – спрашивает Алиса, подняв взгляд.

– Правда. Нас ждет тетя Лена.

– А папа домой поедет и будет один там скучать. Доча, поехали вместе? – встревает мудак.

Я смотрю на его машину. На часы. На дорогую куртку. На лицо, перекошенное гневом. Ну с кем он войну ведет? С женщиной? Манипулируя собственным ребенком?

– Алиса, дочка… – Киреев делает шаг вперед, предпринимая еще одну попытку схватить малышку, но она не промах.

Снова прячется от отца за матерью.

Меня разрывает от злости. Пусть наймет годного юриста, и тот объяснит ему, как надо вести себя до суда, если так уж хочется насолить жене и лишить ее дочери.

– По-моему, вам лучше уехать, – произношу спокойно.

– Что?! Да пошел ты!

Окинув меня безумным, диким взглядом, Киреев поворачивается к Татьяне.

– А с тобой мы еще поговорим. Строишь из себя мать года. С засосами на шее, – продолжает он, в очередной раз направляя на нее свои жалкие выпады. – Шал…

– Толя! – Таня закрывает дочери уши.

Хоть камеру включай и фиксируй все. Сука.

– Сама знаешь, кто ты на самом деле. Ничего, еще свое получишь, – бросает Киреев напоследок и, со всей силы толкнув меня плечом, идет к своей тачке.

Садится в спорткар и уезжает.

Таня смотрит перед собой пустыми глазами и трясется. Алиса жмется к ее ноге. Маленькая девочка, которая должна быть полна радости и беззаботности, выглядит напуганной.

А я… Я не могу не посочувствовать. Насмотрелся на эти «счастливые» истории. По сути, из-за них сам так и не решился на семью.

Честно говоря, когда Инна от меня свалила, горевал я недолго. Дай бог, не придется разводить ее с мужем. Время-то нынче такое. Почти каждый второй брак заканчивается разводом. Не знаю, плохо это или хорошо. С одной стороны, зачем мучиться, если супругам херово друг с другом? С другой – гарантии, что в следующем браке не будет так же, нет.

– Подвезти? – спрашиваю я.

– Мама, ты обещала, что с этим дядей мы никуда не поедем. И вообще… я хочу, чтобы вы с папой помирились… – Алиса плачет, прижимая к груди свой игрушечный локомотив. – Очень хочу…

Таня выглядит еще более растерянной.

Да, Снежок, вляпалась ты, конечно, знатно. И я, судя по всему, тоже, раз не смог спокойно наблюдать за творившимся беспределом.

Несколько секунд Татьяна ни на что не реагирует. Будто вообще не здесь находится. Вот такой я ее видеть точно не хочу. Не нравится мне это. Нашла из-за кого себе нервы мотать. Не стоит он того. Может, конечно, и любит, но тактику выбрал хреновую. И провальную.

Ну и еще из огромных минусов Киреева: его женщину другой мужик трахает и она охуенно при этом кончает. Не получится у них сохранить семью. Точка.

Я кладу руку на Танин затылок, привлекая внимание.

– Тань? Все в порядке?

Она вздрагивает, будто пробуждаясь от какого-то кошмара.

– Да… Все нормально…

– Не скажи. Муж орет на тебя при ребенке, а ты стоишь как памятник. Вполне нормально, да? – Я слегка усиливаю нажим, чтобы окончательно пришла в себя.

– Это… Это не твое дело! – вырывается она.

Ошибаешься, Тань. Теперь мое. И уже сейчас понятно, что проблем с этим дерьмом будет больше, чем я рассчитывал. Потому что одного недоумка хочется поставить на место. Чтобы он наконец оторвался от мамкиной юбки и начал доминировать среди мужчин в бизнесе, а не на улице, доводя бывшую жену и дочь до истерики и страха.

19 глава

Таня

Я подхватываю Алису на руки и прижимаю к себе вместе с игрушечным локомотивом, с которым она не расстается ни на минуту. Дочь долго всхлипывает, пряча лицо у меня на плече, ее пальчики сжимают рукав моего пиджака. Чувство вины просто колоссальное, что она через это проходит. Плачет, переживает.

Гоню мысль, что я ужасная мать, что можно было сохранить наш брак с Толей, но слезы Алисы рвут душу в клочья. А сколько их еще будет впереди, если он не остановится…

– Все хорошо, малышка, – шепчу дочке в волосы. – Нас тетя Лена ждет. Никуда мы с этим дядей не поедем. Его, кстати, Влад зовут. Я на него работаю. Он хороший.

Алиса цепляется за меня, как будто боится, что ее снова попытаются забрать. А ведь так не должно быть. Так – неправильно. И это наша общая с Толей вина. Не только моя!

– Тань, может, я все-таки вас отвезу? – предлагает Таранов.

Я поднимаю голову, и взгляды встречаются. Вовремя он, наверное. Или нет. Только сильнее Толю разозлил. Зато благодаря Владу муж оставил Алису в покое, не стал разжигать конфликт на людях.

Понятно, что он на эмоциях. Я до последнего изображала из себя дурочку, которая приняла и простила измену, хотя сама по-тихому готовилась уйти… Толя застал меня на пороге с вещами – он какие-то документы забыл и вернулся. Когда понял, что к чему, начал кричать, пинать мои сумки. Отобрал драгоценности, карточки и наличку. Хорошо, что Алиса была в саду и хотя бы этого не видела. Сначала я подумала, что муж просто пригрозил отнять дочь, но оказалось – нет. И вероятно, он заявился не в последний раз.

– Тань? – зовет Влад, когда я долго не отвечаю.

Так паршиво на душе, что не могу сосредоточиться ни на чем. Даже стоять трудно – как будто позвоночник вытащили. Перед глазами перекошенный от ярости рот Толи, его руки, сжимающие мою дочь, в ушах звучат его оскорбительные слова…

– Ладно. Идите к своей подруге. А завтра, как придешь на работу, сразу в мой кабинет.

Влад явно злится, но непонятно почему. Работа – это работа, личное – личное. К чему смешивать? За то, что заступился, я благодарна. Хотя бы сегодня проведу вечер с Алисой, а потом… Потом все что угодно может случиться. Этот Толя – совсем незнакомый мне человек.

– Хорошо. Спасибо.

Ставлю Алису на асфальт, но дочь тут же прячется за мной, вцепляется в руку и смотрит на Влада исподлобья.

– Хочу домой, мамочка, – шепчет она. – Хочу, чтобы все было как раньше. Почему папа так себя вел?

– Он расстроился, что мы ушли.

– А почему мы не можем вернуться?

Потому что доверие, уважение и любовь к Толе разрушены. Но как объяснить это дочери, чтобы не настроить ее против отца? Он, наверное, одумается, пожалеет…

– Я у тети Лены все объясню.

Попрощавшись с Тарановым, мы с Алисой идем к Лене домой. Своего у нас больше нет.

Дочь задерживается возле лавочки в сквере, катает по ней локомотив, пока я записываю подруге голосовое о том, что случилось. Прошу помочь отвлечь Алису – я поговорю с ней завтра. Утром она особенно активна, задает много вопросов и быстро переключается с темы на тему. В саду, надеюсь, уже забудет, что мы обсуждали. Постепенно привыкнем к новой жизни, сейчас главное – не опустить руки. Иногда кажется, что вот-вот накроет волна отчаяния. Едва держусь.

Лена встречает нас с улыбкой, но взгляд у нее жалостливый. Когда Алиса уходит мыть руки, подруга обнимает меня.

– Ну и мудак он. Конченый. Хоть бы дочь пожалел…

Я молчу, потому что есть вещи, которые не могу рассказать.

На кухне Лена ставит передо мной и Алисой тарелку с блинами, достает варенье.

– А из доставки что, мам? – вспоминает дочь, кладя игрушечный поезд на колени. Она по-прежнему с ним не расстается.

– Твои любимые фрукты и немного картошки фри.

– С наггетсами?

– С ними.

– Ура-ура! – Алиса подпрыгивает, и ее косички взлетают в такт.

Я улыбаюсь… и на сердце становится чуть легче. Вдали от «раздражителя» все кажется проще. Дома стены давили в последние несколько дней.

– Мам, ты тоже ешь, – кивает на тарелку дочь. – Вкусно же.

Я киваю, беру вилку, но не могу проглотить даже кусочек. Аппетита нет.

После ужина немного играю с Алисой. Когда она просит включить мультики, ставлю ей про ее любимых принцесс и возвращаюсь на кухню к Лене.

– Устала? – замечает она меня, отвлекаясь от работы на ноутбуке.

– Да. Еще как. Но есть и плюс: я прошла собеседование. Из минусов: голова гудит и перед глазами до сих пор стоит сцена, как Толя схватил Алису. Как она плакала и как вцепилась в меня, когда он, наконец, отпустил…

– Больной на всю голову. Что он вообще творит? Гад. А с виду ведь и не скажешь…

Сама не понимаю, чего Толя добивается. Эмоциями накрыло – это объяснимо, но ведет он себя так, будто я ему изменила первая, а не он мне.

– Знаешь, Тань, что раздражает больше всего? Что он давит на слабые места. Пытается насолить через дочь. Если бы Толя любил тебя и Алису… ну вот прям по-настоящему, он бы никогда так не поступил, – подливает масла в огонь Лена.

У меня нет настроения это обсуждать. Наоборот, хочется абстрагироваться. Наливаю себе чай и переключаюсь на мысли о Владе.

– Ты работай, я посижу немного, пока Алиса мультиками увлеклась. Поищу нам жилье.

– Ну какое жилье? Живите, сколько надо.

– Ты уверена? Того и гляди Толя завтра заявится сюда с громкими криками и будет стучать в дверь.

– А я полицию вызову.

– А он – органы опеки.

– Ну вот и повоюем.

– Может, и повоюем… хотя я близка к истощению. Еще и чувство вины… Вроде осознаю, что это огромный груз, а лишний стресс выльется в какую-нибудь болячку, если не остановлюсь. Но как перестать думать о том, что случилось с моим браком?

Лена обнимает меня за плечи.

– Все будет хорошо. Сейчас трудный период, однако ты выйдешь из этой истории более сильной, вот увидишь.

– Да… – усмехаюсь с грустью.

Выбор как бы и невелик.

Мы с Леной занимаемся своими делами. Я сначала смотрю объявления о сдаче квартир, сохраняю несколько вариантов. Отвлекшись, вспоминаю про собеседование, обморок Влада. Гуглю, что за недуг – эпилепсия, анализирую. Затем набрасываю черновик речи, помечаю важное, чтобы расставить в ней акценты. Если Влад не пошутил. На его месте я бы не поручила новичку такое ответственное задание.

Когда будильник оживает, закрываю все приложения и иду к дочери.

– Пора спать. – Глажу ее по волосам. – Пойдем умоемся и ляжем?

Я тоже с удовольствием поспала бы. Говорят, утро вечера мудренее. А день был тяжелым.

Пока Алиса умывается, Лена застилает диван.

– Все нормально? – спрашиваю я дочь, вытирая ее лицо полотенцем.

Она кивает, но губы дрожат.

– Только домой хочется…

Мне тоже непривычно. Тоскливо и больно. Все могло быть совсем иначе.

– Мам, а теперь всегда так будет?

– Как?

– Папа будет на тебя кричать…

– Нет, малышка. Я разберусь.

Через десять минут Алиса уже спит, уткнувшись носом в плюшевого зайца. Поглаживая ее, я долго лежу с открытыми глазами. Потом проваливаюсь в неглубокий сон, и снится мне Толя… Даже во сне мы устраиваем разборки и делим дочь.

20 глава

Влад

Возвращаюсь домой, ставлю автоответчик и буквально вырубаюсь. Когда открываю глаза, в комнате темно. Сквозь панорамные окна город раскинулся, как на ладони – бесконечная паутина огней, двигавшихся словно муравьи с фарами. Несколько минут просто залипаю на это движение, прежде чем проверить телефон. Оповещений – куча. Два важных звонка, но в четыре утра перезванивать как-то сомнительно, что мне обрадуются.

Иду на кухню, включаю кофемашину. Она моргает, выдавая предательское сообщение: «Зёрен нет.»

Внизу есть хорошее круглосуточное кафе, но одеваться и спускаться слишком лень. В итоге наливаю воды и возвращаюсь в кровать. Ожидал, что фиг больше усну, но вопреки прогнозам мгновенно проваливаюсь в глубокий сон и просыпаюсь только в обед.

На телефона снова куча пропущенных вызовов, а я выходит, проспал рабочий день. И самочувствие так себе.

Листаю список и первым делом набираю Виолетту.

– Пришла новенькая? – интересуюсь я нее.

– Да, Владислав Александрович.

– Кратко введи ее в курс дела, напомни про речь. И номер ее скинь.

После этого звоню Злате.

– Ну, привет, пропажа. Как суд отыграл, даже не позвонил. Так ты с друзьями? – быстро тараторит она.

– Зато ты сегодня два раза. Деньги закончились?

– Нет. Просто поинтересоваться, взял ли на работу Кирееву.

– Взял.

Слышится протяжный вздох.

– А что так интересуешься?

– Подруги мы… в прошлом. Ну и к тебе ведь просто так не попадёшь. С улицы никого не возьмёшь…

– Ближе к делу, Злат. Этот разговор начинает напрягать.

– Да ничего, правда. Просто любопытно почему она. В универе хоть и исправно училась, но вечно на своей волне. То какие-то шмотки шила, то самодеятельность. Все выступления на сцене по праздникам были ее. Непонятно, зачем выбрала юриспруденцию. Так что, если у нее что-то не получится, то с меня взятки гладки, окей?

– Точно дружили? Так себе подругу обрисовала.

– Ой, всё, Влад. Что там по Барыкову?